Два лица одной тени

– Не надо! – Влад поморщился. – Я и так его знаю!.. Да это прям классика жанра, тренер из Кристиного фитнес-зала. Только Элка у него не занималась. И на тебе! Мальчик у нее на посылках. Интересно, как же и когда она ухитрилась с ним снюхаться?

– Светлость, не о том сейчас думаешь! Элке достаточно просто по залу пройти, чтобы у многих мужиков крышу снесло. А потом она может только пальцами щелкнуть, чтобы такие кинулись что-то для нее сделать. Она прекрасно этим умеет пользоваться. И не хмурься так, как будто я перед тобой сейчас Америку открываю.

– Дело не в том, кто и что готов для нее сделать. А в том, что конкретно этому молодчику она должна была как-то объяснить свой интерес к чужому дому и к тайной камере в соседнем дворе. И я еще выясню, при каких обстоятельствах это происходило!

От Женьки не укрылось, что во время этого разговора Корней подался чуть вперед, словно пытаясь отгородить ее от информации, затрагивающей отношения Влада с его законной женой. А теперь отрезал, вовсе обрывая его:

– С Элкой разбирайся как хочешь, это ваше личное дело. Сейчас гораздо важнее, что она снова взялась следить за тобой и за Женькой.

– Тебя она не могла сегодня видеть?!

– Меня – нет, я в своем маршруте не сбрасывал эту камеру со счетов. Но теперь, в свете того, что Грива оказался сотрудником полиции и переиграл историю с убийством… Не попытается ли он как-то Женьку в это дело втянуть? Сам или через занявшегося делом следака? Вот тут он и мог бы найти помощницу в Элкином лице!

– Пусть только попробует! Что он, что Элка! Я сам Женьке алиби обеспечу, если потребуется.

– При условии, что на твои слова не найдется опровергающей записи с Элкиной камеры. Четко передающей, что ты всю ночь сидел в доме один, потому что Женька появилась только под утро.

– Ты думаешь, именно эту запись Элка могла сохранить?

– В практичности ей не откажешь. Она в силах сразу просчитать возможность подгадить этими кадрами сопернице. И может сделать это без всякого вреда для своей шкурки, если договорится со следаком, передав ему запись конфиденциально.

– Так… – Принимая решение, Влад поднялся. – Придется мне все-таки прокатиться домой. Сегодня, а не завтра. Зачистить Элкино «облако», а заодно проверить, что она там насохраняла в своем компе. А если потребуется, то и ее саму парочкой вопросов припереть к стенке.

– Светлость, стоп! Если она уже что-то куда-то передала, то метаться поздно. Если еще нет, то это может подождать до утра. Тем более что раньше десяти она не просыпается. В любом случае нет смысла сейчас рисковать, срываясь одному на ночь глядя. Так что сядь, я тебя прошу!

– Влад, пожалуйста! – подключилась и Женька, заметив в его глазах тот упрямый блеск, с которым он был готов идти напролом через любые преграды. Но не помогло.

– Отстаньте, оба! – отрезал он. – Достаточно всего того, что я ей уже с рук спустил! Больше я никаких интриг терпеть не намерен! По крайней мере, не в своем доме и не со стороны собственной жены!

– Господи, да кто ж меня за язык тянул, серьезные проблемы да на ночь глядя с тобой обсуждать! – простонал Корней. – Подумай хотя бы о том, что вот за этим самым домом, возможно, сейчас наблюдает не только Элка! Так на что ты нарываешься?! При всем при том, что я тебя сопровождать не могу!

– А если я отсюда, со двора, одного из парней возьму с собой, это тебя устроит? – пошел на уступку Влад. – Ненадолго. Как только доберусь домой, сразу отправлю его обратно.

– Того, что меня устроит, ты сейчас упорно не слышишь.

– Поэтому предлагаю единственный вариант. – Оставив последнее слово за собой, Влад быстро переоделся и взялся за телефон. – Возьму с собой Олега, Димка пусть останется здесь.

– Светлость, одумайся! – Корней поднялся, встал перед Владом. – Ну не драться же мне с тобой, чтобы ты сейчас не перся на минное поле!

– Подожди! – отмахнулся Влад. Еще немного послушал доносящиеся из трубки гудки и с удивлением заметил: – Олег не отвечает. Что, телефон свой дома оставил? Сейчас Димке перезвоню.

– Один еще мог забыть про свой телефон, – заметил Корней, мрачнея с каждым новым гудком. – Но не оба сразу!.. Светлость, отбой! Я надеюсь, что они сейчас просто спят… а не чем-то отравлены.

– Так… – Влад положил телефон на стол. Женька нисколько не удивилась, когда он достал из кобуры под пиджаком свой пистолет. – Ты не высовывайся, чтоб тебя не смогли увидеть. А я сейчас схожу, посмотрю, что там делается.

– Ни в коем случае! – Корней заступил ему дорогу. – Вначале послушай меня! Если ребят отравили, то все равно уже поздно. Если они спят, то сами проснутся к утру. Но тебе сейчас нельзя выходить. Нельзя показывать никому, кто бы ни наблюдал за двором, что ты понял насчет охраны! Ты что, еще не врубился, что они задумали? Сигнал с периметра идет сейчас к парням. Только к ним, потому что ты сам распорядился приостановить сотрудничество с охранной компанией, чтобы не выносить сор из избы. А парни – будем на это надеяться! – живы, но спят крепким сном. Это лишь об одном говорит: сегодня у нас будут гости. И придут они не шутки шутить, а будут действовать наверняка. Потому что подсунуть парням снотворное, обоим сразу, могли только у тебя дома, перед выездом, когда они пришли за машиной! И кто бы это ни сделал, он был уверен, что его поступок не вскроется. Да, факт усыпления охраны не утаишь, но если все выгорит, то это можно будет спихнуть совсем на другого человека. На нее. – Корней указал глазами на Женьку. – Снова мы возвращаемся к тому, что кто-то упорно хочет от тебя избавиться, а ее подставить. И момент для этого очень удачный! Если устранить тебя, ее единственного покровителя и заступника, то останется ее голос против показаний нескольких свидетелей и данных с видеокамеры.

– Так ты думаешь, что Элка все-таки в этом замешана? – медленно спросил Влад. – Кому, как не ей, так воевать против Женьки? И еще этот сегодняшний звонок…

– Теперь я ни в чем не уверен. Да, она могла позвонить под выдуманным предлогом, лишь для того, чтобы убедиться, что сегодня ночью ты будешь здесь. Но кто ее мог надоумить, чтобы она это сделала? Не сама же она собралась сюда ехать! И снотворное ребятам точно не она подносила, не царское это дело. Разве что могла подсыпать куда-то тайком, улучив момент? Ведь ради того, чтобы подгадить Женьке, она – я в этом уверен! – способна и на большее, чем снизойти до визита на кухню.

– Женька… – Влад взглянул на нее, вздохнул с сожалением: – Надо было с самого начала отправить тебя куда-нибудь отдохнуть недельки на две, отсюда подальше.

– Ни за что! – выдохнула она.

– Хорошая идея, но запоздала, – поддержал Влада Корней. – Теперь же остается только оградить Женьку от всяких неожиданных поворотов. Не дать втянуть ее в то, что сейчас готовится. А если Элка попытается или уже передала следователю кадры с ее утренним возвращением домой… Тогда если следаки проявят к Женьке повышенный интерес, то ты, светлость, хотя бы на какое-то время сможешь избавить ее от допросов с пристрастием, если заявишь, что она беременна.

Женька окаменела, услышав это! Метнула на Корнея затравленный взгляд, почувствовав при этом, что на нее саму смотрит Влад. Но Корней продолжил, разряжая обстановку:

– В отношении женщины это самый надежный предлог. И никто не станет после этого рисковать ее здоровьем без веских на то оснований. Максимум могут потребовать врачебного осмотра. Ну, передашь Самойлову, чтобы дал врачу на лапу, «за деликатность и внимательный подход к пациентке».

– Если обстоятельства прижмут, так и сделаем, – согласился Влад. Потом кивнул Корнею: – Ладно, поездка откладывается. Командуй, товарищ майор! Что сейчас будем делать?

– Делать буду я. А вы запрете пса понадежнее и сами тоже не будете путаться у меня на линии огня. Если потребуется, ты меня подстрахуешь. Но только в крайнем случае! И без споров, сейчас объясню. – Корней ушел к себе в комнату, достал свою сумку, поставил ее на стол. Вытащив из нее пару каких-то странных вещиц, пояснил: – Свето-шумовые гранаты. Главное, самим от них перестраховаться, а для незваных гостей – самое то! И поскольку защитный шлем у меня всего один, то ваши места на галерке. А дальше по обстоятельствам. Зависит от того, сколько будет гостей. Я так полагаю, что двое, как и раньше. Все те же Грива и Лерик. Гриве очень выгодно избавиться от тебя именно сейчас, до начала расследования убийства в гараже. Лишить Женьку ее покровителя, чтобы потом с легкостью ее утопить, в первую очередь как свидетельницу: кто ей поверит после всего, что здесь может произойти?

– За Гривой сейчас следит частный детектив, приставленный Самойловым, – напомнил Влад. – Это еще при условии, что его не отправили под домашний арест до выяснения обстоятельств. Скоро все точно узнаем. Чувствую, Самойлову сегодня предстоит бессонная ночь.

– Спец такого уровня, как Грива, может и уйти от наблюдения, если потребуется. Так что… – Корней ненадолго задумался, потом снова заговорил: – Окна они ломать вряд ли станут: это сравнительно долго, а еще громко, и наведет потом следаков на мысль о нападении. Если все должно выглядеть как дело Женькиных рук, то, скорее всего, они попытаются по-тихому вскрыть замок. Как они это собираются сделать, не привлекая внимание Тумана? Могут пустить внутрь какой-нибудь газ. Учитывая, с кем мы имеем дело, такой поворот очень даже вероятен. А шлем у меня, повторяю, всего один. Поэтому встречаю их именно я! Возражения есть?

– Никак нет, – сдался Влад.

– Тогда ждем еще полчасика, а потом выключаем в доме свет. Создадите видимость, что легли спать, и будем ждать визитеров. Вы пока лучше скройтесь в гостиной.

Женька отвела Тумана на кухню. Помня о свето-шумовых гранатах Корнея, как можно плотнее закрыла дверь, очень кстати сделанную звукоизоляционной, потому что Влад, живя в своем огромном доме, не привык слышать работу бытовой техники. Потом достала из сейфа свой пистолет, дедушкино наследство, на который Загоров сумел выбить ей разрешение.

– Женька. – Корней не стал ей мешать, когда она его зарядила. – Пусть будет с тобой, так как всякое может случиться. Но даже не думай в прихожку выглядывать! Только на крайний случай, для защиты! Ты меня поняла?

Женька могла бы ему ответить, что не умеет стрелять в людей, и специально это у нее вряд ли когда-нибудь получилось бы. Но тут у Влада зазвонил телефон.

– Олег, – заметил он с удивлением. – Но ведь он…

– Отвечай! – скомандовал Корней. – Так, как будто знать ничего не знаешь!

– Владлен Валентинович, вы звонили? – донеслось из трубки в ответ на Владово «Да»!

– Все в порядке, Олег. Случайно нажал и сбросил, можешь не беспокоиться.

– Я не только поэтому звоню. Хотел вам кое-что показать. Тут, перед одной из камер, какой-то странный субъект уже минуты две крутится, поглядывает наверх. Корнея Георгиевича сейчас нет, так что я вам об этом докладываю.

– Хорошо, Олег, спасибо. Сейчас решим, что делать. Наблюдайте, я выйду к вам, только оденусь.

Влад отключился и сразу развернулся к Корнею. Спросил отрывисто и быстро:

– Что скажешь по голосу? Это он? Но повелся на мое вранье о звонке!

– Голос очень похож. – Корней ответил в той же манере, экономя время. – Но ты прав, если бы это в самом деле был Олег, то он не мог не слышать, как ты ему названивал с полминуты. Так что, светлость, сценарий корректируется. Гости уже здесь, спящая перед камерами охрана не была им помехой. И они сейчас ждут, что ты сам им откроешь дверь.

– Есть два варианта: они меня караулят на пути к машине или ждут уже тут, прямо за дверью. Ты на какой из них ставишь?

– Я не ставки делаю, я работаю головой. А ты, светлость, в последнее время слишком в пейнтбол заигрался. Приди в себя, это уже не игра! И быстро с Женькой в гостиную, оба! Они должны быть за дверью, потому что во дворе им ни лишний шум, ни случайные глаза ни к чему. И Туман… – Корней приоткрыл дверь на кухню, дав овчарке прислушаться и убедившись, что происходящее ей не нравится, – тоже со мной согласен. Тихо, Туманыч! Рычать рычи, но лаять не надо. – Корней закрыл кухонную дверь, а потом со словами: – Время не ждет, – без церемоний проводил в гостиную Женьку. И остановился перед Владом, ожидая, что он к ней присоединится. Но Влад заговорил:

– Я сам им открою. Пусть они меня видят, а ты будешь за дверью. Не переживай, на мне броник, я ведь ехать собирался. И времени на споры уже нет. Так что действуем! Пока они чего-нибудь не заподозрили.

Женьку при этих словах затрясло. Особенно тогда, когда Корней не стал возражать. Наверное, хорошо зная Влада, просто понял, что лишь потратит впустую драгоценное время. Она непроизвольно сделала к Владу пару шагов, стремясь быть к нему ближе в минуту опасности. Но он жестко перехватил ее за плечо и развернул обратно:

– Марш за стену! И чтоб даже носа оттуда не высовывала!

Женьке пришлось повиноваться. Но, чтобы видеть происходящее, – иначе с ума бы сошла! – она легла на пол и незаметно приоткрыла дверь, совсем чуть-чуть, наблюдая за прихожей в щель над комнатным порогом. Ребристая рукоять пистолета вдавливалась ей в ладонь, но она не выпускала его, как пресловутую соломинку, с которой могла себя чувствовать хоть немного спокойнее. Щелкнул открываемый дверной замок. Женька ждала, что сейчас Влад приоткроет дверь… но дальше она распахнулась сама, от сильного удара, заставив Влада отшатнуться. И почти сразу Женька увидела чужую руку с пистолетом, направленную Владу не в защищенную бронежилетом грудь, а в голову! После чего воедино слились два… нет, три выстрела. Женька среагировала мгновенно, перекатившись и выстрелив в светильник под потолком, отчего замкнуло и погасло сразу все коридорное освещение. Одновременно она увидела вспышку выстрела с того места, где затаился Корней, после чего незваный гость сдавленно вскрикнул. Его пуля ушла в дверной косяк, это Женька уже услышала, а не увидела. Потом кто-то упал, а кто-то выскочил на улицу.

– Скрути этого! – Судя по звукам, Корней, рискнув оставить Влада наедине с раненым противником, бросился вдогонку за здоровым. Туман кидался на дверь, грозя ее вынести, – та не смогла полностью заглушить звуки выстрелов. Женька выскользнула в коридор и толкнула ее, выпуская собаку Корнею в помощь. Как она и предполагала, Туман проигнорировал раненого, лежащего на полу, тут же выскочив на улицу через оставленную открытой входную дверь.

– Женька, марш обратно, куда ты лезешь?! – рявкнул на нее Влад. Его голос прозвучал откуда-то снизу, заставив Женьку похолодеть: а не ранен ли он?! Она рванулась на опустевшую кухню, включила там свет, чтобы видеть, что творится в прихожке. И облегченно вздохнула: Влад держал упавшего противника, заломив ему здоровую руку и одним коленом упираясь в спину. А раненую руку задержанного зажимал второй рукой, в районе плеча, пытаясь зажать сосуды. Перехватив Женькин взгляд, скомандовал: – Кинь полотенце.

Женька не кинула, а, сдернув его с вешалки, помогла Владу затянуть пойманному простреленную руку, чтобы остановить кровотечение. После чего Влад принудил того подняться на ноги и толкнул на освещенную кухню, к ближайшему стулу:

– А теперь давай твою рожу рассмотрим, незваный герой!

– Может, его связать? – подала голос Женька.

– Достаточно и этого, – отмахнулся Влад. Женька, выронившая пистолет еще в комнате, увидела, что свой Влад снова держит в освободившейся руке, нацелив его на несостоявшегося убийцу. Сдернул с него балаклаву и не удержался от возгласа: – Ох, ты! Какие люди!

Восклицание Влада, наконец-то рассмотревшего, с кем он имеет дело, слилось с матерной тирадой, вырвавшейся у Корнея, только что вбежавшего на порог. И тоже увидевшего пленника.

– Лерик… – выдохнул он. – Вот это поворот! Да как я сразу об этом не подумал?! Андрюшка! Кавалеров! Вот откуда взялось это прозвище! Но разве могло такое в голову прийти? Чтобы продажной тварью оказался… кто?! Свой же!!!

Побледневший от кровопотери Кавалеров вначале пристально рассматривал Корнея, тоже скрывшего лицо балаклавой. Узнавая голос, но не понимая, как этот человек может оказаться здесь. Потом, так и не определившись окончательно насчет этой личности, развернулся лицом к Владу.

– Андрюха… – выдохнул Загоров. – Но почему?!

– Потому! – отрезал пленный. Ни боль, ни кровопотеря не смогли окончательно сломить его боевой дух. И сейчас, при взгляде на Влада, в его глазах сверкнула такая ненависть, что Женька невольно поежилась. – А ты что думал?! Что потрясешь пачкой денег, и каждый перед тобой на задних лапках станет ходить?

– Но ты же сам ко мне пришел, попросил взять тебя на работу, – произнес Влад медленно, не желая принимать открывшуюся правду.

– Только потому, что мне намекнули: согласившись на тебя поработать, я смогу этот мир сделать чище.

– Став предателем?! Я тебя взял сразу, хотя Корней просил меня не торопиться, хотел тебя для начала перепроверить, как и всех, кого он брал в штат. Но я даже мысли не допускал, что ты можешь предать!

– Кого?! Тебя?! Да таких, как ты, предать невозможно! Это ж равносильно тому, что предать клеща, сосущего кровь… или упыря… или крысу, жирующую в амбаре!

Влад застыл, сжав в кулак свободную руку. Женька испугалась, что он сейчас выстрелит в Кавалерова, по-прежнему держа его на прицеле. Но этого она зря опасалась. Загоров словно отказывался верить в происходящее, все еще пытаясь понять, почему так все вышло.

– И ты мне это говоришь? – спросил он глухо. – Я бы не удивился, если бы услышал такое от кого-то другого. Но от тебя? После всего, что мы когда-то вместе пережили?

– Ты себя-то с нами не равняй, – оскалился пленный. – Это мы переживали, а ты… Молокосос, сынок олигарха! Да можно только удивляться, что Строганов после такого стал на тебя работать и в мирное время! Ему бы самое то было тоже среди нас оказаться! После того, как из-за тебя столько ребят полегло и он сам пострадал.

Корней Строганов, о котором зашла речь, дернулся, пытаясь вмешаться в монолог Кавалерова. Но Влад жестко перехватил его за руку:

– Стой! Я хочу слышать все, что он скажет!.. Продолжай! – обратился он к Андрею.

– А что продолжать? Ты что, сам не в теме? Захотел пострелять, в солдатиков поиграть? Ну что ж! Твой папа тебе, наверное, ни в чем никогда не отказывал? И тут не отказал! Только ты же не думал, что он просто так тебя отпустит и позволит собой рисковать? Нет! Он, чтобы с сынком в самом деле вдруг чего не случилось, нанял тебе самого лучшего телохра…

Все-таки вырвавшись из цепкой хватки Влада, Корней оборвал Кавалерова на полуслове, просто вырубив его коротким и точным ударом:

– Светлость, не время сейчас беседы беседовать! Второй ушел! Я не успел его ухватить!

– Ребята в машине как? – спросил Загоров бесцветно-каменным голосом, не двигаясь с места.

– Ребята пока просто спят, как я и надеялся.

– Это хорошо. – Все-таки отмирая, Влад развернулся лицом к своему верному телохранителю, машинальным движением спрятал пистолет в кобуру под пиджаком. – Корней! Так это правда?

– Что именно?

– Не строй из себя дурачка! Это правда… то, что я сейчас услышал?

– Светлость… оно тебе надо? Сколько лет прошло!

– Правда или нет?!! Отец не смог меня отговорить от службы в армии, но внес свои коррективы?! Он нанял тебя?! Говори!!! И нечего рожу воротить, смотри на меня!

Корней, и в самом деле попытавшийся отвернуться, поднял на Влада глаза. С минуту оба стояли каменными изваяниями: бледный, натянутый как струна Влад, и Корней, который, судя по его виду, предпочел бы получить очередное увечье за право не открывать сейчас рта.

– Правда или нет? – снова спросил Влад. – Я уже все понял! Но хочу услышать это от тебя. Там… Так ты был наемником, специально приставленным, чтобы меня защищать?!

– Да! – сдался Корней. – Вначале все было именно так. Хотя не знаю, откуда этот гаденыш мог все узнать. Информация была конфиденциальной.

– Естественно! Как же иначе?! Ведь должен же был отец подумать хотя бы о том, как я остальным ребятам стану смотреть в глаза?! Снабженный персональной нянькой?!

– Мы с тобой об этом еще после поговорим. А пока… Загоров, отставить истерику!!! Времени нет! Быстро фиксируем этого! Жень, сможешь его перевязать? Надо понять, насколько с ним все серьезно, чтобы он у нас тут не загнулся. И как можно скорее его отсюда вывезти! Пока тот, второй, не вызвал сюда полицию. Я почти уверен, что это был не Грива. Непохож! Но в любом случае ничего хорошего от него ждать не приходится. Он слышал выстрелы. И, не дождавшись дружка, может сейчас наслать на нас опергруппу.

Услышав повелительный окрик своего бывшего командира, Влад словно стряхнул с себя какое-то наваждение и действительно принялся ему помогать, хотя постоянно на него при этом косился, словно видел заново. Вдвоем они решили перенести раненого на диван, где зафиксировали скотчем обе его ноги и примотали к телу здоровую руку. Вторая, простреленная, не понравилась Женьке, при осмотре сразу заметившей неестественный изгиб предплечья.

– Кости пулей задеты, – констатировала она. – Так что если уж от него избавляться, то лучше сразу отвезти в больницу! Потому что если просто так его куда-то завезти, то кровотечение может в любую минуту возобновиться.

– Ничего, не младенец, сумеет остановить, если завезем и развяжем, – хмуро отозвался Корней. – И можем еще оставить бинтов.

– Если раньше сознание на потеряет, – высказала свои опасения Женька.

– В любом случае, куда б мы его ни завезли, он сумеет выйти на контакт с людьми, а через них и с полицией. Не в лес же его, волкам на съедение, – подал голос Влад. – Так что я все-таки отвезу его в больницу! Не хочу брать грех себе на душу, если с ним вдруг что-то случится! И так хватает…

– Светлость, мы с тобой еще об этом поговорим, – снова пообещал Корней, угадав ход его мыслей. – Но потом! Прошлое может и подождать, в отличие от настоящего!

– А ты, – Влад взглянул на него, – пока я буду ездить, свяжись с Самойловым, и пусть он тебя заберет отсюда, как можно быстрее. Вернешься в камеру! Здесь тебе больше нельзя оставаться. Как только этот очнется, то заговорит. А он тебя все-таки узнал! Я почти уверен.

– В камеру? Сейчас? – Закончив свое дело, Корней выпрямился, глядя на Влада. – Светлость, давай рискнем! Мне хотя бы еще одни сутки, и я распутаю этот клубок! Пусть не весь, но его бо́льшую половину!

– Корней! Я тебе говорил, что тебя разыскивают уже в обоих твоих образах? Где ты собираешься скрываться? И как? Ведь если тот, сбежавший, может просто вызвать полицию, то этот уже знает, что ты здесь! Так что шансов нет…

– Есть! – возразила Женька, которой на ум вдруг пришла спасительная идея. – Если этот Лерик попадет в больницу в невменяемом состоянии, то никто его сразу слушать не станет. А там, пока его приведут в чувство, время как раз пройдет.