Вот это попадос!

— Ой, всё! — не выдержала я, в два шага настигая едва ползущего дракона и выхватывая у него котелок. — Хотя бы костер организуйте!

Кому сказать: в спутниках темный эльф и огромный дракон, а воды принести некому. Всё приходится делать слабым женщинам! Впрочем, я кинула взгляд на свои бицепсы и трицепсы, еще сильнее выделившиеся под весом котелка с водой, — кем–кем, а слабой меня сейчас не назовешь при всем желании. Наверное, в нынешнем состоянии я и нашего дракона, Ульта, заборю, про хлюпика–эльфа и говорить нечего.

Костер к моему приходу уже горел — судя по всему, опять Луаронас постарался, а теперь сидел, привалившись к дракону, еще бледнее, чем до этого. Видимо, и маг из него так себе.

Я поставила воду на костер и достала каши. Их лежало целых четыре вида, ни один из которых, естественно, мне не был знаком. На запах они определялись плохо, поскольку и не пахли толком. Ладно, выбрав наугад, я засыпала крупу в кипящую воду, добавила сухофруктов и начала помешивать. Радовало, что желудок урчит не только у меня, но и у моих спутников — у дракона, конечно, громче всех. И все–таки интересно: как мы его прокормим?

Разложив кашу по мискам, которые эльфу пришлось–таки помыть самому, — уж две деревянные плошки он вполне способен поднять — я отдала остальной котелок дракону. Дракон справился с почти полным котелком в два счета: я только три ложки съесть успела, а эльф, после мытья посуды нацепивший маску надменного аристократа, только одну ложку успел ко рту поднести. Н-да… вот уж точно: проще убить, чем накормить.

Решив, что глупо трястись над упавшей халявой, я не поленилась заново сходить за водой и сделать еще одну кашу для дракона. Котелок, к слову, был литра на три–четыре. Короче, из четырех мешков крупы у нас остался один. Эльф бурчал, что я слишком расточительная и ему фрукты не дала, а дракону почти всю кашу скормила. На самом деле он просто завидовал Ульту, так как и сам явно не отказался бы от добавки. Но раз гордость не позволила попросить, то пусть сидит полуголодный. Дракон такими глупостями не страдал — справедливо рассуждая, что голод не тетка, каждый раз вылизывал котелок до блеска и носом двигал его ко мне. На четвертый раз я сказала твердое «нет», несмотря на щенячий взгляд и явные попытки подлизаться в самом прямом смысле слова: дракон смачно лизнул мне руку своим шершавым языком, отчего я не выдержала и обняла животное.

— Выздоравливай быстрее, ладно? — попросила я Ульта, погладив его по теплому, покрытому мелкими чешуйками носу. Дракон еще раз лизнул меня в ответ.

Эльф ревниво хмыкнул и отвернулся. Да–да, нужно лучше заботиться о тех, кого приручили.

Оттерев песком котелок (теперь–то я знаю, как их моют), вернулась к костру. Дракон спал, громко похрапывая; эльф просто валялся на лежанке, глядя на медленно алеющее небо. Отчего–то захотелось стукнуть его котелком, но я сдержалась.

— Слушай, нам бы дежурство организовать, — внесла предложение я. — А то не хочется оказаться внезапно застигнутой во время сна.

— Тогда ты первая, — отозвался, не глядя на меня, эльф и отвернулся на другой бок.

Опять чем–то недоволен и обижен! А если я обижусь, кто будет их кормить и заботиться, а? С другой стороны, всё происходящее — исключительно моя инициатива, и поскольку это тот случай, когда мне от компаньона надо больше, чем ему от меня, то глупо жаловаться.

Тем временем сонный дракон подполз ко мне; эльф, видимо, спал, небо темнело, а я сидела и ворошила палкой костер, поднимая сноп искр к загорающимся звездам. Рядом журчала вода и сопел дракон, которого я гладила и чесала. Вот такая у меня новая жизнь: в теле орки, с ночевками под открытым небом у костра и драконом под рукой.

— А знаешь, — тихо сказала я дремавшему Ульту, — я ведь из другого мира, совершенно другого, представляешь? И вообще на самом деле человек. Ехала себе в метро, это транспорт такой, читала книжку — и попала. А теперь не знаю, смогу ли когда–нибудь вернуться домой? А если не смогу, то что со мной здесь будет? А там? Там у меня осталось всё. Я даже книжку не дочитала, буквально пара страниц осталось. Теперь, наверное, так и не узнаю, кого выбрала героиня…

И если бы это являлось самой большой моей проблемой! О серьезных вещах и задумываться не хотелось, иначе совсем скисну.

Дракон, конечно, ничего ответить не мог, он вообще спокойно спал, как и его хозяин–эльф. У всех здесь кто–то есть — и только я одна в чужом теле и в чужом мире.

Не знаю, прошло ли полночи, но я с каким–то садистским удовольствием разбудила темного и сдала свою вахту, чтобы тут же провалиться в сон.

Сон оказался странным. Я сидела на краю скалы, свесив ноги вниз. От высоты захватывало дух, а еще от вида огромного леса прямо передо мной. Сбоку виднелись возделанные поля и небольшие городишки, через которые тянулась мощеная дорога. «Это и есть наш путь», — поняла я, а потом вскрикнула от удивления: у меня были человеческие ноги, которыми я болтала на весу, в самых обычных джинсах и балетках. Всё остальное тоже перенеслось со мной из моего мира, пусть во сне, но это снова настоящая я.

— Ты в порядке? — раздался за спиной незнакомый мелодичный голос, и я обернулась.

Позади меня стоял самый прекрасный человек, которого я когда–либо видела. Или даже не человек — уж слишком красивый — наверное, настоящий светлый эльф с длинными золотыми волосами.

— Всё хорошо? — повторил вопрос незнакомец.

— Да, — зачарованно произнесла я.

— А разве тебе не говорили, что долго сидеть на камне — вредно? — серьезно спросил эльф.

— Это же сон, — не задумываясь ответила я. — Во сне можно.

— Думаешь, сон? — мужчина огляделся. — А такой реальный. Впрочем, я давно уже живу в мире грез и не отличаю настоящее от фантазий.

Незнакомец подошел ко мне и стал на краю.

— Ты ведь эльф? — не удержалась от вопроса я. Какая может быть вежливость и тактичность во сне?

— Нет, — засмеялся незнакомец. — Я человек. Вот, посмотри, — и, убрав волосы, продемонстрировал самое обычное ухо с очень интересной сережкой.

Длинный голубой камень, похожий на топаз, заостренный с обоих концов, играл и переливался на свету, а еще очень подходил к его голубым глазам. И фонил магией, которую я прекрасно чувствовала.

— Это артефакт? Твоя сережка.

— Да, — вздохнул красавец, — артефакт.

— А что он может? — Магическая вещица, покачивающаяся на ветру, казалась какой–то гипнотической.

— Все девушки одинаковы, — мужчина тряхнул головой, закрывая волосами ухо с серьгой, — рядом с тобой я, а ты сережкой любуешься.

Я смутилась, поскольку прекрасным незнакомцем любовалась не меньше. Может, пора познакомиться?

— А как тебя зовут? — спросила я.

— Я не знаю. Или не помню. Я давно заблудился в чужих снах и не могу проснуться в своем.

— Меня можешь называть Аля.

— А я думал, Гхыш, — подмигнул мужчина.

— Откуда ты знаешь?

— Я вижу суть вещей и суть людей тоже. Я вообще много вижу, блуждая между реальностями. Например, то, что лучше бы вам идти через эльфийский лес.

— Почему? — я посмотрела на бескрайний зеленый океан деревьев, тянущийся до самого горизонта. Моя орочья натура не любила лесов, считая степь домом, поэтому человеческие поля казались ближе и милее.

— Так будет лучше, — уклончиво ответил мужчина. — А еще тебе пора просыпаться.

— Я только легла! — мне не хотелось покидать такой чудесный сон, в котором я снова человек и где рядом со мной сидит самый красивый мужчина на свете.

— Надо, — мой таинственный незнакомец резко протянул мне руку. — Быстрее!

— Мы увидимся еще? — спросила я перед тем, как дать ему руку.

— Обязательно! А теперь просыпайся!

Меня выкинуло из сна самым бесцеремонным образом, более бесцеремонной была только злая морда с зубастой оскаленной пастью прямо у меня перед глазами. Действуя на рефлексах, я схватила лежавшую под рукой дубину и что есть силы вмазала ею по морде чудовища, закричав:

— Подъем!

Первым среагировал вскочивший дракон. Ситуацию он оценил сразу: на нас из воды шло несколько десятков человекообразных чудовищ — в чешуе, с плавниками и большими острыми зубами. Ульт сориентировался мгновенно: схватил зубами два ближайших рюкзака и бросился в сторону ущелья. Вот что значит инстинкты!

Эльф, конечно, был в своем репертуаре.

— Дай мне оружие! — судя по решительному лицу и собранному виду, темный реально собирался драться со всей этой оравой.

— Бежим, дурак!

Понимая, что слушать он меня не станет, я подхватила ближайший ко мне рюкзак — пояс со всем нашим оружием я на ночь и не снимала, только дубину, в обнимку с которой спала, на место пристроила. Другой рукой я схватила эльфа и побежала за драконом, подгоняемая воем чудовищ.

Темный пытался вырываться — ну точно псих! — но я все–таки значительно сильнее. Так мы и бежали к такой близкой и одновременно далекой расщелине в горах.

А дракон, хвостатая скотина, несся во весь опор, поднимая за собой тучи пыли. Притворщик и симулянт! Ну, сварю я ему еще кашки, как же! Вчера котелок воды из реки принести не мог, а сегодня бегает так, что не догонишь!

Около перевала мы остановились перевести дух и оглядеться. Преследователи давно отстали, и опасность вроде как миновала. Значит, пришла пора для разборок — как раз напряжение сброшу.

— Ты, — я ткнула пальцем в худую грудь эльфа, — ты должен был дежурить и бдить! Как ты мог уснуть, зная, что одни до нас уже не проснулись! Тебе вообще хоть что–то доверить можно?

— Думай, что говоришь! — взвился темный. — Это сирены! Как я мог противостоять их чарам?!

— Какие еще сирены, что ты мне лапшу на уши вешаешь! Эти чудовища совсем не похожи на дев с крыльями!

— Сама ты дева с крыльями! Это самые обычные сирены, они усыпляют жертв магией и утаскивают их в воду.

— Луаронас, — говорят, обращение по имени помогает наладить контакт, — так почему, как только ты почувствовал, что засыпаешь, не разбудил меня, устойчивую к магии?

— Если бы всё было так просто, то сирены давно бы уже вымерли от голода, но ведь живут, как видишь, — поморщился темный.

Он, похоже, и сам понимал, что накосячил, пусть и признавать вину не хотел.

— А почему, если ты знал о существовании таких тварей, сразу не догадался или хотя бы не предположил? Мы бы могли подготовиться лучше.

— Можно подумать, ты не знала!

— Не знала. А ты знал, но сразу не сказал.

— Да мне и в голову не пришло, что сирены могут уйти так далеко от человеческого жилья. До сих пор не могу понять: что они там делали? Здесь особо не прокормишься, разве что случайные путники попадутся.

— Одни им попались, вторые были близки к этому, — вздохнула я и села на землю. — Всё вообще очень странно, так что пойдем мы через эльфийский лес.

— Без меня, — отрезал темный.

— Смотри, даже чудовища ушли подальше от человеческих земель — значит, что–то неладное творится в королевстве.

— Послушай, это неразумные существа, нельзя судить только по их случайному появлению в степи, — как маленькой начал объяснять мне эльф. — От светлых ничего хорошего ждать не приходится, поверь. Уж лучше сирены, чем они.

— Верю. — Честно говоря, идти к светлым эльфам почему–то совсем не хотелось. Может, потому, что я сейчас орка? — Но во сне ко мне явился… дух или кто–то вроде него — именно он разбудил меня, а еще сказал, что нужно идти через эльфийский лес.

— Конечно, ты, орка, будешь слушать своих духов, но я для этого причины не вижу. Как и не вижу необходимости идти к светлым.

— Ладно, — решила закончить спор я, — давай выйдем на тракт и разведаем обстановку? Ведь на нем обязательно кто–то должен встретиться.

— Идет, — согласился мой спутник. — Только сначала нам нужно пройти через ущелье.

— Нет, сначала у нас есть еще один серьезный разговор! — Я встала и пошла к дракону, скрестив руки на груди. — Ну и как это называется?

Дракон, так и державший в зубах трофейные рюкзаки, непонимающе хлопал глазами.

— Не прикидывайся! Вчера, значит, еле на ногах стоял, а сегодня мы его догнать не могли!

— А ведь точно! — эльф вскочил с земли и подошел к дракону, обошел сбоку, потрогал крыло. — Крыло еще до конца не зажило, зато его энергетические каналы полностью восстановились! Я думал, на это минимум месяц уйдет. Интересно, что так ускорило процесс?

— Может, он сам как–то? Все–таки дракон — магическое создание, — неуверенно предположила я, пусть определенные соображения на данный счет у меня имелись.

— У них очень однобокая магия, к лечению она не имеет никакого отношения, — отмахнулся эльф. — Ты вообще странная какая–то. Говоришь хорошо, лучше, чем обычные орки, а в элементарных вещах совсем дикая.

На это я ничего отвечать не стала, а тоже внимательно осмотрела крыло Ульта. Оно уже не выглядело настолько страшно: кости не торчали, никаких рваных ошметков. Всё цельное с тоненькой, как пленка, свежей кожей. Однако! Как бы теперь точно узнать, связано ли чудесное исцеление дракона со мной или это просто совпадение? У эльфа спрашивать не хотелось, к тому же что–то мне подсказывало, что он тоже не спец в магии.

— Я рада, что ты пошел на поправку, — погладила я дракона по морде. — Может, в скором времени нам не придется идти пешком. Всегда мечтала полетать на драконе!

— Мечтай дальше, — обломал мои надежды эльф. — Как только окажемся по ту сторону гор, никакие полеты без специального разрешения, которое надо еще получить, невозможны. Нас собьют на первой же заставе. А к Светлому лесу мы даже подлететь не сможем — там защитный контур. Кстати, зайти в лес без разрешения хозяев нам также не удастся. Так что если твои духи не смогут договориться насчет нас со светлыми заранее, то путь туда заказан.

— Ну и вредный же ты!

— Я полезный: веду тебя в человеческую столицу, испытывая голод и нужду, претерпевая неудобства и рискуя собой, — хмыкнул эльф. — И отдай мне оружие. Кто знает, что нас ждет в ущелье или на тракте.

Я вздохнула и сняла ремень темного, оставшись в своем потрепанном, к которому прицепила за небольшой крючок дубину и нож. Эльф дрожащими руками принял свое добро и надел на себя.

— Не ожидал, — Луаронас посмотрел на меня, — что ты вернешь мне меч с кинжалами. Я бы не вернул.

— Раз уж мы идем вместе, придется учиться доверять друг другу. Надеюсь, я не ошиблась и смогу доверить тебе свою спину в настоящем бою.

Эльф ничего не сказал, но над моими словами явно задумался.

После скудного завтрака сухарями, найденными в одном из захваченных умничкой Ультом рюкзаков, мы зашли в ущелье. Все мои попытки пустить дракона вперед с треском провалились: наглое животное ни в какую не хотело на передовую, упираясь всеми конечностями и помогая себе хвостом. Эльф также не горел желанием возглавлять наш небольшой отряд и по–джентельменски пропустил даму вперед, пообещав прикрывать мою спину выданным оружием.

Эх, всё сама, всё сама! Ну ничего, я им покажу, что есть женщины в орочьих селеньях: и дракона на лету остановят, и в жерло вулкана нырнут! Правда, надеюсь, что до всего этого не дойдет.

Глава 4. На большой дороге

Шла наша бравая троица, как и положено настоящим героям, — шарахаясь от каждого шороха и пугаясь собственной тени. Дракон периодически жался к отчаянно храбрившемуся эльфу, который не убирал руку с эфеса меча. Я выступала во главе суперотряда, без стеснения держа дубину в руках: уж больно место оказалось жуткое. Завывающий ветер, постоянно осыпающиеся камни и туман, идущий от неглубокой протекающей здесь речки. Солнечные лучи сюда не доходили из–за высоких скал, поэтому сырость пробирала даже устойчивую к холоду меня, заставляя зябко ежиться. Конца и края расщелине видно не было, а выбраться хотелось поскорее. Извилистая, плутающая меж гор, она тянулась всё дальше и дальше — такая дорога изматывала, постоянное напряжение и ожидание чего–то плохого утомляло похлеще быстрого бега. В тот момент, когда темный коснулся моего плеча, я… нет, не закричала, а замахнулась дубиной, в последний миг сумев остановить удар, едва не обрушившийся на неразумную длинноухую голову.

Я уже хотела высказать эльфу все, что о нем думаю, когда Луаронас приложил палец ко рту и кивнул вперед. Прислушавшись, я действительно расслышала вдалеке слова. Ничего понять не удавалось, речь казалась смазанной, но определенно это был разговор. Я подняла брови, спрашивая, что делаем дальше. Эльф подтолкнул меня вперед, я попыталась вытащить вперед его, но темный проявил удивительное упорство и успешно сопротивлялся. Дракон со стороны наблюдал за нашей возней и не привлекал к себе внимания — на этого «храбреца» я и не рассчитывала. Тем временем разговор приближался, а вот наша с темным борьба и не думала заканчиваться: эльф всеми силами сопротивлялся, но я, привыкшая воспринимать его как тщедушного заморыша, ничего серьезного не ожидала. А зря. Темный таки смог меня удивить: каким–то образом провел подсечку и повалил прямо на камни, с ликующим видом усевшись сверху. Вот сейчас встану и тогда посмотрим!

Встать я не успела, так как из–за поворота вышли общающиеся путники.

— Наших бьют! — заорал один из орков, удобнее перехватывая дубину.

— Темный поймал нашу женщину! — завопил другой.

«Ушастый — труп», — подумала я, решая, как выкрутиться из сложившейся ситуации с наименьшими потерями.

Дракон тоже решал проблему — точнее, он–то для себя сразу всё решил, но узкая расщелина не позволяла так просто огромной туше развернуться, чтобы оперативно дать деру, а задним ходом тоже было как–то несподручно и несподножно, а в случае с Ультом еще и несподкрылно и несподхвостно.