The Mixer. История тактик английской Премьер-лиги от Фергюсона до Гвардиолы

Эллардайс мастерски находил баланс – между жесткостью и техничностью, между своим старомодным образом и новаторскими методами, между постоянством и поиском ключа к конкретному сопернику. Редкий нейтральный зритель находил игру «Болтона» эстетичной, но в команде Эллардайса всегда имелись яркие футболисты. «Болтон» был тактически разнообразен и регулярно доставлял проблемы топ-клубам. Вечный аутсайдер Эллардайс вернул классический английский футбол в Премьер-лигу, все больше поддававшуюся европейскому влиянию.

Часть IV

Универсальность

Глава 10

Один впереди

«Игра Тьерри по-настоящему красива. Мою игру эстетичной не назовешь».

Руд ван Нистелрой

На раннем этапе развития Премьер-лиги изменения игровой схемы были по большей части связаны с конкретными футболистами – например, когда нужно было встроить в 4–4–2 легионера с необычными характеристиками. Однако в начале XXI века произошел массовый переход к системам с одним центрфорвардом, и примечательно, что законодатель моды сэр Алекс Фергюсон сначала решил изменить схему и лишь потом подобрал под нее исполнителей. Система стала для шотландца превыше игроков, что отлично иллюстрирует возросшую роль тактики в АПЛ.

Как и многие другие тактические задумки Фергюсона, эта идея пришла из-за рубежа. Считается, что Фергюсон решил отойти от схемы 4–4–2, потерпев поражение от «Реала» со счетом 3:2 в четвертьфинале Лиги чемпионов 2000 года. «Юнайтед» играли превосходно и создали множество опасных моментов, но все их старания сводил на нет молодой Икер Касильяс. Конечно, уступить будущим победителям турнира было не стыдно, а вот неудачи в матчах с ПСВ и «Андерлехтом» в следующем розыгрыше заставили Фергюсона крепко задуматься. Голландцы переиграли МЮ при помощи консервативной вариации классической 4–3–3, а чемпионам Бельгии принес удачу гибкий ромб.

В обеих встречах «дьяволы» слишком быстро теряли мяч, не могли справиться с контратаками соперника, а сами смогли забить только с пенальти. «Нас просто уничтожили, – вспоминал позже Фергюсон. – Мы играли в свой обычный футбол по схеме 4–4–2, а по нам прошлись катком. Тогда я сказал игрокам и членам штаба, что если мы не научимся лучше контролировать мяч и плотнее располагаться в середине поля, то нам конец – соперники нас раскусили. Так что мы перешли на игру в три центральных полузащитника». На флангах играли двое вингеров, а значит, в составе оставалось место только для одного нападающего. Фергюсон начал экспериментировать с 4–5–1 во второй половине сезона 2000/01 – во многом из-за травм. Уже к началу новой кампании схема стала для «Юнайтед» основной.

Ход был хорошо просчитан – Фергюсон намеренно жертвовал атакующей мощью в пользу преимущества в центре поля, что позволяло команде доминировать во многих матчах. Не все болельщики МЮ его поняли – многие рассматривали формацию 4–4–2 как часть клубной традиции. Именно с ней были достигнуты уверенные победы в сезонах 1999/00 и 2000/01, а в ротации находились четыре первоклассных форварда, обладатели требла – Дуайт Йорк, Энди Коул, Тедди Шерингем и Уле Гуннар Сульшер.

К этому времени в главную звезду превратился Шерингем, ставший лучшим бомбардиром клуба с позиции оттянутого форварда и признанный игроком года по версиям Профессиональной футбольной ассоциации и Ассоциации футбольных журналистов. Поэтому решение Фергюсона, не возражавшего против возвращения Шерингема в «Тоттенхэм», многих поразило. По официальной версии, «Юнайтед» предлагал Шерингему контракт сроком лишь на один год, а 35-летний ветеран хотел два. Казалось странным, что «Юнайтед» мог потерять лучшего игрока Премьер-лиги лишь из-за контрактного спора – тем более что Шерингем никогда не полагался на свою скорость, а потому легко мог играть на высоком уровне чуть ли не до сорока. Намерение Фергюсона перей ти на схему 4–5–1, в которой не было места второму форварду вроде Шерингема, несомненно, повлияло на его уход.

Новая схема требовала иной комплектации состава, и Фергюсон совершил два крупных приобретения. Сначала он побил британский трансферный рекорд, купив Руда ван Нистелроя из ПСВ, а вскоре после этого заплатил еще больше за Хуана Себастьяна Верона из «Лацио». «Никогда не думал, что куплю такого дорогого футболиста, – говорил он о Вероне. – Но у «Юнайтед» не было выбора». Тренерский замысел был очевиден: ван Нистелрой мог играть впереди один, а Верон стал третьим первоклассным центрхавом в дополнение к Кину и Скоулзу. А еще Фергюсон мимоходом обмолвился, что может закончить карьеру через год, в конце сезона 2001/02. Финал Лиги чемпионов должен был пройти в родном для Фергюсона Глазго. Он рассчитывал, что триумф на «Хэмпден Парк» станет идеальным прощанием, а система 4–5–1 поможет его добиться.

Поначалу переход оказался довольно болезненным, чему поспособствовал целый ряд факторов. По команде сильно ударила ссора Фергюсона и Япа Стама, закончившаяся уходом последнего, а адаптация пришедшего на его место Лорана Блана сильно затянулась. К тому же Фергюсон понял, что его преждевременное объявление об отставке было огромной ошибкой – игроки просто «выключились». Но и саму систему нещадно критиковали за то, что развитие атаки «Юнайтед» заметно замедлилось. В этом обвиняли Верона, который только приспосабливался к новому чемпионату. Обвинения не вполне справедливы, ведь проблемы испытывал не только он, но и футболисты с богатым опытом выступлений в АПЛ.

Оптимальная позиция Верона всегда оставалась предметом дискуссий – он не являлся ни классической аргентинской десяткой, ни оттянутым плеймейкером и при этом был слишком тягучим и медлительным, чтобы исполнять бокс-ту-бокса [17]. «Я играл с ним в одной команде, и даже я не могу сказать вам, какая у него позиция», – признавался Райан Гиггз. Верон временами выдавал блестящие дальние передачи, но редко решал исход матча. Его одноклубники рассказывали в интервью о том, как он хорош на тренировках, а Фергюсон на пресс-конференции назвал Верона «ох####ым игроком» и проехался по журналистам – «чертовым идиотам», не признававшим талант аргентинца. В конце концов Верон так и не смог впечатлить британскую публику – тем более что на тот момент он являлся самым дорогим и высокооплачиваемым футболистом Премьер-лиги. Кто-то может сказать, что Верон немного опередил свое время, а английский футбол был не совсем готов к утонченным хавбекам и схеме с тремя полузащитниками, но ведь Эрик Кантона и многие другие зарубежные таланты смогли преодолеть течение и завоевать любовь болельщиков. Верон не смог повторить их путь – в Италии и Аргентине, где играют медленнее, ему было куда комфортнее.

К началу декабря 2001-го «Юнайтед» упал аж на девятое место, но потом смог обрести желаемую форму, выиграл 14 из 16 матчей и возглавил турнирную таблицу. Успевший пересмотреть свое решение об уходе Фергюсон применял в Европе 4–5–1, а в матчах чемпионата вернулся к привычной 4–4–2, которая подходила командному стилю и помогла внезапному взлету МЮ. Тем не менее в марте «Юнайтед» внезапно уступил дома «Мидлсбро», возглавляемому бывшим ассистентом Фергюсона Стивом Маклареном, – Верон в простой ситуации потерял мяч в опорной зоне и упустил Алена Бокшича. После этого тура «дьяволов» обскакал «Арсенал», так и не упустивший верхнюю строчку.

Другое дорогое летнее приобретение проявило себя гораздо убедительнее. Руд ван Нистелрой помог Премьер-лиге осознать, что именно требуется от единственного форварда – раньше игра с одним нападающим считалась защитным маневром, используемым только аутсайдерами на выезде. Теперь же она превратилась в жизнеспособную атакующую стратегию.

Ван Нистелрой вышел из академии клуба второго голландского дивизиона «Ден Босх» атакующим полузащитником, а попав в Эредивизи, переквалифицировался в центрфорварды под руководством главного тренера «Херенвена» Фоппе де Хана. После трансфера ван Нистелроя в «Манчестер Юнайтед» де Хан вспоминал: «В юности Руд не был действительно командным игроком, не умел играть технично и хотел, чтобы все атаки шли через него. Он здорово обращался с мячом, но играл сам за себя». Поняв ограниченность ван Нистелроя, де Хан выдвинул его вперед, скомандовав меньше гоняться за мячом и терпеливо ждать момента. Так родился, возможно, самый чистый игрок штрафной в истории АПЛ.

Фергюсон едва не подписал ван Нистелроя уже летом 2000 года, но тогда медосмотр выявил у голландца проблему с крестообразными связками. В ПСВ настаивали, что повреждение несерьезное. Ван Нистелрой вернулся в Эйндховен, и клуб решил записать на видео его следующую тренировку, чтобы доказать, что он в форме. Посреди сессии Руд вдруг рухнул на газон, крича от боли и держась за колено. Связка порвалась, подтвердив опасения «Юнайтед». Фергюсон лично съездил проведать форварда, пообещал, что трансфер состоится следующим летом, если тот полностью восстановится, и сдержал свое слово.

Вера Фергюсона оправдалась, и ван Нистелрой сразу начал забивать. Уже в первом домашнем матче он оформил дубль в ворота «Фулхэма», а к концу дебютного сезона в АПЛ наколотил 23 мяча и был признан игроком года по версии ПФА. Все пять лет, проведенные в Англии, ван Нистелрой забивал обильно и очень равномерно: из 95 голов в Премьер-лиге 48 были забиты дома, а 47 – на выезде; 48 – в первом тайме, 47 – во втором. Как правило, форварды чаще забивают дома, где у их команды есть преимущество, и во втором тайме, когда игра затягивается. Ван Нистелрой же забивал всем и каждому, везде и всюду – и непременно под рев фанатов: «Ру-у-у-у-у-у-уд!»

Роль ван Нистелроя в «Юнайтед» лучше всего иллюстрирует другой показатель – из 95 голов в чемпионате лишь один был забит из-за пределов штрафной площади. Даже если учесть голы во всех турнирах, которых набралось 150, эта цифра не изменится – единственный подобный гол был забит «Чарльтону» еще в первом сезоне. Это крайне примечательно даже для такого стервятника, как ван Нистелрой – у других классических таргетменов вроде Эмиля Хески (11 из 111), Криса Саттона (9 из 83) или Кевина Дэвиса (7 из 83) дальних ударов набралось куда больше.

Когда в составе «Юнайтед» дебютировал Уэйн Руни, он оформил хет-трик в ворота «Фенербахче» ударами из-за штрафной. Три гола за 54 минуты – у ван Нистелроя всего один за пять лет. Однако голландец фантастически замыкал кроссы, предугадывал отскоки, чувствовал, когда можно подловить голкипера. Хотя все его голы забивались с близкого расстояния, некоторые из них были необыкновенно красивы, особенно когда он принимал мяч на неудобной высоте. Ван Нистелрой изящно укрощал мяч и, быстро положив корпус, посылал его в сетку. Главное в футболе – поразить ворота, и едва ли кто-то из многих тысяч поигравших в Премьер-лиге футболистов справлялся с этой простой задачей лучше ван Нистелроя.

* * *

Но при этом ван Нистелрой оказался для «Юнайтед» проблемой. Перед его приходом клуб побеждал в Премьер-лиге трижды подряд, а с голландцем завоевал титул всего лишь один раз из пяти. Конечно, дело не только в ван Нистелрое – свалившееся на «Челси» богатство, прогресс «Арсенала» и неудачные кадровые решения Фергюсона повлияли на расклад сил не меньше, – но ван Нистелрой действительно в первую очередь впечатлял своим индивидуальным мастерством, но не работой на команду.

Хотя большинство партнеров ван Нистелроя описывали его как лучшего финишера из всех, с кем они играли, его однобокость все же бросалась в глаза. «Бывало, мы выигрывали 3:0, а Руд промахивался из выгодной позиции. Тогда он сидел в углу раздевалки и выглядел абсолютно несчастным», – рассказывал Райан Гиггз. Еще он вспоминал выездную победу над «Болтоном» из первого сезона голландца со счетом 4:0. В том матче на первом плане был Сульшер, похоронивший хозяев своим хет-триком. За пару минут до финального свистка, когда игра уже была выиграна, Гиггз вывел ван Нистелроя прямо на ворота, а тот настолько обрадовался, что сразу после гола понесся к нему с криками: «Спасибо! Спасибо!» Настолько ему не хотелось уходить с поля без забитого мяча.

Ван Нистелрой продуктивно играл в связке с Сульшером, но в целом взаимодействовал с другими не лучшим образом, чем раздражал других нападающих. В сборной Нидерландов его партнером был Патрик Клюйверт – в жизни их разделяли сложные отношения, которые давали о себе знать и на поле. В «Юнайтед» доминация ван Нистелроя во многом спровоцировала провал будущего обладателя европейской «Золотой бутсы» Диего Форлана. На то, чтобы впервые отличиться в составе «дьяволов», у уругвайца ушло 27 матчей – хотя многие из них и были неполными. «Руд совершенно не замечал Диего», – признавал позже Фергюсон.

Одну из самых вдумчивых оценок вынес Луи Саа, перешедший в МЮ в 2004 году. Когда его попросили сравнить ван Нистелроя с партнером по французской сборной Тьерри Анри, Саа четко заявил, что больше любит играть с Анри. «Руд никогда не забивает из-за штрафной и не исполняет стандарты, – сказал Саа, прежде чем добавить главный пункт обвинения. – Руд не принимает особого участия в командной игре. Он заточен на завершение атак». Позже Саа описал Анри прекрасной метафорой, которую мог придумать только француз: «Анри как велогонщик в желтой майке лидера – тянет вас вперед за собой».

Как ни странно, но проблемы ван Нистелроя были отчасти связаны и с Анри. В 90-е на ограниченность Руда никто не обратил бы внимания, а теперь его неизбежно сравнивали с другим блестящим бомбардиром, чья манера игры была совершенно иной. Их соперничество привлекало к себе огромное внимание и для Премьер-лиги было сравнимо с будущими спорами вокруг Лионеля Месси и Криштиану Роналду. Анри не только больше забивал, но и в целом умел гораздо больше. Анри был кем-то вроде Месси, а ван Нистелрой напоминал Роналду – в какой-то мере символично, что в будущем и тот и другой успеют поиграть со своими «двойниками».

Пол Скоулз подтверждает, что противостояние с Анри сильно волновало ван Нистелроя. «Если он не забивал, то садился в конец автобуса и дулся, даже когда мы побеждали, – рассказывал Скоулз. – Потом он узнавал результаты других матчей, и если Анри забивал, то Руд прямо вскипал. Он был уверен, что у них с Анри личное соперничество и ему необходимо забить больше».

За те пять лет, что ван Нистелрой провел в Англии, они с Анри ни разу не уступили «Золотую бутсу» АПЛ никому другому, однако общий счет – 4:1 в пользу «канонира». 24:23, 24:25, 30:20, 25:6, 27:21 – ван Нистелрой одержал победу лишь в сезоне 2002/03, когда в первый и последний раз помог «Юнайтед» завоевать титул. Но даже тогда Анри каким-то образом удалось его затмить – француз получил приз игроку года по версиям ПФА и спортивной прессы.

К последнему туру «Юнайтед» успел обеспечить себе трофей, и все внимание было приковано к бомбардирской гонке. Анри забил «Сандерленду» уже на 7-й минуте и сравнял счет, а ван Нистелрой сумел реализовать пенальти в самой концовке матча с «Эвертоном», все-таки опередив француза. Что характерно, Анри совершенно не интересовали личные успехи, и во втором тайме он создал три гола Фредди Юнгберга. За всю историю Премьер-лиги было всего три случая, когда хет-трик помог оформить один и тот же ассистент, и это один из них. Являясь не только завершителем, но и созидателем, Анри закончил сезон с 20 голевыми передачами – по сей день рекорд Премьер-лиги. «Без того, кто отдает последний пас, нападающий – ничто, – сказал когда-то Анри. – К тому же я не из тех игроков, кто страдает от того, что не забил».

Зато мы хорошо знаем, кто страдал. Было хорошо заметно, что ван Нистелрой праздновал даже простейшие замыкания с безудержным восторгом, тогда как Анри сохранял на лице абсолютно беззаботное выражение, позаимствованное им у одного из кумиров, баскетбольной легенды Майкла Джордана. Он даже говорил, что голы, забитые им в проигранных матчах, считать не нужно – они не имели для Анри никакого веса. Он был по-настоящему командным игроком, всегда готовым поаплодировать партнеру за неточный, но остроумный пас. В пройденном без поражений сезоне 2003/04 можно было увидеть, как после редкой допущенной потери он тут же вступал в прессинг, в одиночку накрывая двух-трех игроков за раз. Это было поистине невероятное зрелище – самый атлетичный футболист Премьер-лиги носится по полю, выгрызая мяч и мотивируя товарищей по команде: если сам Анри так старается, то как они могут остаться в стороне?

Анри не просто несколько лет доминировал в гонке бомбардиров – его игра стала определением целой эры английского футбола. В ней присутствовало редкое сочетание физической мощи и артистизма. В отличие от ван Нистелроя, Анри играл невероятно эстетично и был настоящим «шоуменом», как выразился Джордж Бест. Компиляции с его лучшими голами отличаются фантастическим разнообразием – пушечные дальние удары, хитроумные сольные проходы, последние штрихи к блестящим комбинациям. Его отличала здоровая наглость – он забивал пятками, исполнял «паненки», заставал врасплох устанавливающих стенку вратарей.

Ни один другой игрок Премьер-лиги не был так близок к абсолютному уважению и всеобщей любви. В 2004 году «Арсенал» приехал в Портсмут на матч Кубка Англии и одержал волшебную победу со счетом 5:1. На «Фраттон Парк» царила замечательная атмосфера, и, несмотря на разгромное поражение хозяев, болельщики с удовольствием аплодировали атакам «Арсенала». Анри признался, что видел такое впервые в жизни. «Превосходный результат, – радовался Венгер. – Но что еще приятнее, так это слышать, как нас поддерживают фанаты соперника». Когда «Арсенал» вернулся туда в рамках АПЛ, уже обеспечив себе титул, болельщики «Портсмута» большую часть второго тайма распевали имя Анри. После матча француз обменялся футболками с одним из оппонентов и совершил небольшой круг почета в майке «Портсмута», благодаря трибуны за теплый прием. Казалось, что Анри принадлежит не только «Арсеналу», а Премьер-лиге в целом.

Если ван Нистелрой был олицетворением чистого страйкера, то Анри вовсе не был центрфорвардом. Пресса очень хвалила Венгера за идею перевода Анри с фланга в центр нападения – но если задуматься, то в условиях сохранявшейся привязанности к 4–4–2 это было единственным логичным вариантом, ведь Анри много играл впереди в молодые годы. На самом же деле английские журналисты просто не разбирались в тонкостях схем, выходящих за рамки 4–4–2 и ее аналогов.

Анри провел свой первый профессиональный матч в августе 1994 года за «Монако» под руководством Венгера, через месяц покинувшего клуб. При его преемниках Анри чаще всего выходил в роли вингера в 4–3–3 и провел на той же позиции триумфальный чемпионат мира 1998 года – она идеально подходила быстроногому футболисту, чьи таланты далеко не ограничивались кроссами. Его краткое полугодовое турне в «Ювентус» вышло немного странным – в Турине с вингерами не играли, зато нередко прибегали к схеме 3–5–2. Анри получал шансы в нападении, но время от времени был вынужден закрывать позицию вингбека. Иными словами, когда команда не владела мячом, Анри становился ее крайним защитником. Хотя это нельзя назвать иначе как растратой его способностей, Анри не согласен, что его карьера в Серии А провалилась. Он уверяет (и небезосновательно), что с его игрой все было в порядке – просто трансфер в «Арсенал» показался ему правильным шагом.

В «канонирской» системе 4–4–2 у Анри имелись две возможных позиции, на левом фланге или впереди, и сейчас мало кто вспоминает, что поначалу он чаще играл именно в полузащите. В первых 15 турах сезона 1999/00 его пять раз выпускали налево и три раза в атаку, а семь раз вообще оставляли в запасе. По сути, в это время он был номинально четвертым форвардом: Деннис Бергкамп выходил в стартовом составе 12 раз, Нванкво Кану – 10 раз, Давор Шукер – 5 раз. Анри пришлось терпеливо ждать своего шанса, и, несмотря на возлагаемые Венгером надежды, превращение Анри в центрфорварда произошло не в одночасье. Когда в строй вернулся травмированный Марк Овермарс, все встало на свои места, и Анри перешел в нападение. Стоит заметить, что он благодарит Венгера за веру в то, что он «мог выступать на позиции, на которой выступал всю жизнь», а не за перевод на совершенно новую позицию.

Анри открыл счет голам в Премьер-лиге в сентябре 1999 года, выйдя на замену в матче против «Саутгемптона» и принеся команде минимальную победу. Однако демонстрировать свой голеадорский потенциал, который много позже сделает его лучшим бомбардиром в истории «Арсенала», он начал лишь к концу ноября. Дубль с передач Овермарса превратил счет 0:1 в игре с «Дерби» в 2:1. С этого момента Анри прорвало: если в первых восьми матчах он отличился всего раз, то за следующие 19 встреч наколотил целых 16 мячей. За этот период он вышел на край полузащиты всего один раз, и то на 45 минут – в перерыве его выдвинули обратно в нападение. Теперь Анри был настоящим центрфорвардом.

Впрочем, неклассическим. Опыт игры на фланге явно бросался в глаза на всем протяжении карьеры Анри в «Арсенале»: он раз за разом открывался где-то у бровки, рядом с правым защитником соперника, а потом смещался к центру и закручивал мяч в дальний угол ворот. Этот маневр стал для Анри фирменным. Он постоянно оттачивал его с юности – принимал мяч, обводил манекен и стрелял точно в цель. Забитый таким образом мяч в ворота ирландцев в отборочном матче к ЧМ‑2006 Анри посвятил будущему тренеру «Саутгемптона» и «Лестера» Клоду Пюэлю, который тренировал его в академии «Монако» и вдохновил отрабатывать удары и в свободное время. «Талант забивать был у меня не с рождения, – говорил Анри несколько лет спустя. – Я был быстр. Чтобы забить гол, мне требовалось 10 моментов – но зато я их создавал. Потом я понял: моментов не всегда будет много, нужно лучше их реализовывать».

Нетипичная манера Анри открываться доставляла большие неудобства оппонентам. Фергюсон признавался, что в матчах с «Арсеналом» командовал правому защитнику – как правило, Гари Невиллу – не оставлять свою позицию ни при каких обстоятельствах. Анри особенно вдохновляли три футболиста – Джордж Веа, также поработавший с Венгером в «Монако», Ромарио и Роналдо: «Эти трое переосмыслили роль центрфорварда. Они первыми начали опускаться за мячом в полузащиту, уходить на фланг, отвлекать и дезориентировать защитников своими забеганиями, ускорениями, дриблингом».

Анри пошел еще дальше. Да, Веа, Ромарио и Роналду много двигались, но в целом оставались настоящими «девятками». Анри же вообще не походил на нападающего: когда они играли вместе с Бергкампом, обожавшим отходить поглубже, центральные защитники оставались в одиночестве – им некого было опекать. Схема с «ложной девяткой» приобрела популярность только через несколько лет, но фактически «Арсенал» играл без страйкера уже в начале века, выпуская впереди «десятку» и левого вингера. Получается, что Фергюсон отказался от 4–4–2 в пользу системы с одним форвардом, а Венгер вообще отказался от чистых форвардов, оставаясь в рамках все той же 4–4–2.

Хотя Анри и забивал чаще ван Нистелроя, он был далеко не единственным источником голов для «Арсенала». В победной кампании 2001/02 Фредди Юнгберг забил 12 мячей всего за 25 матчей, а его визави с противоположного фланга Робер Пирес, признанный лучшим игроком сезона, по версии журналистов, несмотря на полученную весной серьезную травму, три года подряд забивал ровно по 14 мячей – невероятный результат для крайнего хавбека. Игроки нередко менялись ролями: нападающие создавали моменты, полузащитники их реализовывали.

Хотя связку Бергкампа и Анри болельщики вспоминают с любовью (и это закономерно: ведь два фантастических форварда действительно были на одной волне), в причудливой системе «Арсенала» наиболее близким партнером Анри был Пирес. Французский дуэт разыгрывал на бровке головокружительные стенки, помогавшие убегать от защитников, тогда как проникающие передачи Бергкампа лучше всего сочетались с молниеносными рывками Юнгберга. «Самое прекрасное чувство – когда отдаешь пас, хотя можешь забить сам, – говорил Анри. – Ты знаешь, что способен забить гол, но даришь мяч партнеру и видишь в его глазах радость. Ты все понимаешь, он все понимает, команда все понимает». Едва ли подобное можно было услышать от ван Нистелроя – как-то раз в матче с «Астон Виллой» Пол Скоулз замкнул прострел из пределов штрафной. Ван Нистелрой стоял прямо рядом с ним и тоже готовился пробить – в результате Скоулзу даже пришлось извиняться перед голландцем.

Когда отмечался 20-летний юбилей прихода Арсена Венгера в «Арсенал», Анри записал с ним интервью для одного из телеканалов и расспросил бывшего наставника о схемах игры. «Мы играли по схеме 4–4–2 с Деннисом Бергкампом в нападении, но с тобой она превращалась в нечто вроде 4–2–3–1, – рассказал Венгер. – К тому же у нас были футболисты вроде Фредди Юнгберга, которые врывались в штрафную из глубины, так что временами было похоже, что у нас целых три форварда». Отказ от формации с двумя нападающими не означал, что забивать должен кто-то один – наоборот, голы должны приходить из самых разных источников.

Постепенно Фергюсон начал все больше понимать, что именно в этом «Юнайтед» отстает, и в начале второго сезона ван Нистелроя в Англии он неожиданно пожурил форварда на пресс-конференции. «Иногда мне кажется, что Руд слишком жаден, – сказал он. – Конечно, без толики эгоизма он бы ни за что не забил 36 голов за сезон, но я уже говорил ему, что нужно уметь вовремя отдать пас. Руд считает, что если он не забивает, то от него нет пользы – это мы тоже обсуждали. Когда он уходит с поля без гола, он начинает злиться на себя, и от этого ему самому становится хуже. Руд еще очень молод, и если он сможет подтянуть эту сторону своей игры, у него есть шанс стать по-настоящему великим футболистом».

В конце сезона ван Нистелрой выиграл и чемпионат, и «Золотую бутсу» в качестве единственного нападающего. Под ним играл освоив шийся на новой позиции Скоулз, для которого этот год стал самым результативным в карьере и которого ван Нистелрой, несмотря ни на что, воспринимал как своего личного ассистента. Хотя ван Нистелрой определенно мог быть доволен своими выступлениями, он по-прежнему переживал, что недостаточно универсален. «Я не хочу быть только завершителем атак, как, например, Герд Мюллер, хотя он и забил столько мячей, – говорил ван Нистелрой в 2003-м. – Я всегда стремился стать совершеннее. Моя цель – сочетать лучшие качества «девятки» и «десятки», быть страйкером, способным созидать и играть на команду».

Однако с «десяткой» ван Нистелроя роднил разве что номер на футболке: за карьеру в Англии он отдавал менее трех голевых передач в среднем за сезон, тогда как у Анри набралось более десяти. Было все заметнее, что с голландцем на острие «Юнайтед» стал слишком предсказуем, что прямо противоречило расчету Фергюсона при переходе на 4–5–1. Шотландец позже признавался, что переоценил диапазон умений Руда. Ван Нистелрой походил на классического форварда из девяностых, наподобие Робби Фаулера или Энди Коула. В новом тысячелетии от игрока этого амплуа требовалось больше.

Стоит отметить, что, несмотря на то что наследие Тьерри Анри успешно выдержало испытание временем, в те годы многие эксперты оценивали ван Нистелроя выше. Шкала измерения навыков нападающих была весьма архаичной: преимущество ван Нистелроя в воздухе будто бы делало его опаснее у чужих ворот. Бывший страйкер «Арсенала» и журналист Telegraph Алан Смит писал, что голландец пусть и немного, но разностороннее – сегодня, когда так ценится умение отдать пас, это кажется безумием. Малое количество голов головой считалось серьезным недостатком Анри. То, что он дарил партнерам заработанные пенальти и предпочитал исполнять угловые, а не толкаться в центре штрафной в ожидании подачи, казалось прямо-таки неслыханным.

Привыкший к роли примы ван Нистелрой сильно расстроился, когда Фергюсон подписал двух игроков, угрожавших его статусу. В 2003 году клуб покинул регулярно снабжавший форварда кроссами Дэвид Бекхэм, а на его место был приобретен Криштиану Роналду, который страшно раздражал ван Нистелроя своей жадностью. Через год пришел Уэйн Руни, и команда стала выглядеть лучше без голландца. Сезон 2004/05 начался для него не слишком здорово: в девяти первых турах он забил всего четыре гола, три из них – с пенальти. Полученная в конце ноября травма оставила ван Нистелроя вне игры до февраля. В его отсутствие «Юнайтед» провел свой лучший отрезок, набрав 32 очка из 36 возможных и одержав впечатляющие выездные победы над «Ливерпулем» и «Арсеналом». Теперь это была команда Руни и Роналду.

Именно неспособность найти общий язык с этой парочкой во многом поспособствовала уходу ван Нистелроя из «Юнайтед». Когда трансфер осуществился, Уэйн позволил себе покритиковать бывшего партнера, с которым они так и не сработались. «Думаю, он и сам понимает, что стиль нашей игры ему не подходит, – говорил Руни. – Он замечательный бомбардир, но Роналду, Луи Саа и я больше заточены на быстрый контратакующий футбол. Мы играем резво, а Руд любит слегка замедлить темп. Мне кажется, что он был несчастлив с самого момента моего прихода. Со мной он неплохо ладит, а вот с Ронни они, мягко говоря, не дружат. На тренировках у них то и дело бывали конфликты, и Руда жутко бесило, когда Ронни не отдавал ему пас при первой возможности». Жалобы ван Нистелроя на то, что португалец передерживает мяч и почти не делает кроссов, а потому с ним невозможно играть, действительно звучали часто – и, откровенно говоря, в ту пору нельзя было назвать их полностью необоснованными.

Страсти разгорались все сильнее. Ван Нистелрой постоянно выражал свое недовольство ассистенту Фергюсона Карлушу Кейрошу, который последовательно его игнорировал, отчасти из-за стремления поддержать юного соотечественника. Это раздражало ван Нистелроя еще больше, и на одной из тренировок его фол на Роналду привел к печальному инциденту. Когда Роналду, как это за ним водилось, изобразил вселенские муки, ван Нистелрой заорал: «Ну и что ты сделаешь, пожалуешься папочке?» Разумеется, он имел в виду Кейроша, но, к несчастью, незадолго до этого настоящий отец Роналду скончался от цирроза печени на почве алкоголизма. Немудрено, что Криштиану сильно задели слова партнера.

Эта история стала очередным подтверждением неспособности ван Нистелроя поладить с другими нападающими на поле или за его пределами, и летом 2005-го он сообщил Фергюсону о своем намерении покинуть МЮ. Ван Нистелрой не желал ждать, пока Руни и Роналду заматереют настолько, чтобы клуб мог побороться за Лигу чемпионов. Фергюсон был ошарашен, заявив, что именно ван Нистелрой должен вести их за собой.

В новом сезоне все стало только хуже. «Юнайтед» снова выглядели сильнее без ван Нистелроя. На финал Кубка лиги против «Уигана», завершившийся комфортной победой МЮ со счетом 4:0, он остался в запасе. Поняв, что на поле он в тот день не выйдет, ван Нистелрой назвал Фергюсона не то #####, не то ######## – по версиям разных изданий. На тренировке перед финальным туром АПЛ против «Чарльтона» ван Нистелрой пнул Роналду на тренировке. Рио Фердинанд заступился за товарища и пнул голландца в ответ, а тот полез на него с кулаками. По большому счету, подобные случаи – обычное дело для футбола и происходят во многих коллективах, но чаша терпения Фергюсона была и так полна. Прибыв на матч с «Чарльтоном», ван Нистелрой был послан по известному адресу. Тем же летом он переехал в Мадрид.

Возможно, таким поведением ван Нистелрой форсировал свой трансфер – он даже просил внести в контракт конкретный пункт с упоминанием «Реала», – но это был чересчур бесславный конец для одного из лучших бомбардиров в истории АПЛ. В Испании он воссоединился со своим старым другом Бекхэмом и продолжил забивать, но характерно, что после приобретения Роналду в 2009 году голландец вышел на поле лишь однажды. Зато они сумели помириться: ван Нистелрой искренне восхищался удивительным прогрессом партнера и по телефону попросил у Фергюсона прощения за свое поведение в последний год пребывания в «Юнайтед».

Продав ван Нистелроя, Фергюсон поступил правильно. После ухода форварда в 2006 году «Юнайтед» вновь стал доминировать в Премьер-лиге, выиграв три домашних титула подряд и Лигу чемпионов. Руни унаследовал десятый номер, а Роналду трансформировался в главную ударную силу клуба. Неудивительно, что Фергюсон не стал искать ван Нистелрою непосредственную замену и не покупал нападающих еще два года. Он усвоил важный урок: в современном футболе от форварда требовалось нечто большее, чем забитые мячи.

Глава 11

Непобедимый «Арсенал»

«В детстве каждый хочет играть в центре нападения, но в итоге кому-то из нас приходится защищаться».

Мартин Киоун

«Непобедимые», которым удалось пройти чемпионат 2003/04 года без единого поражения, почти единогласно признаются сильнейшей командой в истории АПЛ. Впрочем, пазл начал складываться задолго до этого сезона.

Двумя годами ранее «Арсенал» стал чемпионом в не менее яркой манере, попутно установив два уникальных достижения. Во-первых, «канониры» ни разу не уступили на выезде, чего в высшем дивизионе не случалось уже более века. Любопытно, что вдали от дома команда играла даже увереннее: поле на старом «Хайбери» было самым маленьким в АПЛ, а выступавшие в родных стенах соперники стремились чаще идти вперед, тем самым открывая «Арсеналу» простор для контратак. Во-вторых, «Арсенал» первым в истории отличился в каждом из матчей чемпионата, что впечатляет даже больше. Сезон «Непобедимых» – отчасти несправедливо – затмил этот рекорд, который куда лучше характеризует «Арсенал» и его невероятное нападение.

Перед стартом следующего сезона Арсен Венгер потряс всех своим прогнозом. «Никто не сможет обойти нас в Премьер-лиге, – сказал он журналистам. – Не удивлюсь, если мы вообще ни разу не проиграем». Заявление было встречено со смесью шока и скептицизма, но Венгер на этом не остановился. «Я по-прежнему надеюсь пройти сезон без поражений», – повторил он после разгрома «Лидса» в сентябре 2002-го. Это была крайне амбициозная цель, которой не достигал никто со времен клуба «Престон Норт Энд» в сезоне 1888/89 года. Венгер оконфузился уже через месяц: 30-матчевая беспроигрышная серия оборвалась на «Гудисон Парк» усилиями Уэйна Руни, забившего свой дебютный гол в Премьер-лиге ударом с 20 метров, да еще и от перекладины. «Ему же должно быть шестнадцать», – вздыхал Венгер, сокрушаясь о разбитой мечте.

Неудача явно подкосила «Арсенал». За этим фиаско последовали еще три – худшая серия клуба с 1983 года. К апрелю, когда МЮ лидировал в гонке, над предсказанием Венгера откровенно потешались. «Уверен, им бы хотелось отмотать время на полгода назад, – сказал сэр Алекс Фергюсон. – Те слова им аукаются». В конце концов «Арсенал» дохромал к финишу вторым. Кошмарное домашнее поражение от «Лидса» со счетом 2:3 лишило хозяев шансов на титул и обеспечило выживание гостям. Опытный защитник Мартин Киоун открыто обвинил в неудаче Венгера, своими словами возложившего на плечи игроков чрезмерный груз.

Поразительно, но уже со следующего тура стартовала беспрецедентная серия из 49 матчей без поражений, охватившая и весь следующий розыгрыш АПЛ. Безумный прогноз Венгера сбылся – просто с опозданием на год.

Победные составы 2001/02 и 2003/04 годов отличались друг от друга совсем ненамного. Основа претерпела всего два изменения: место в полузащите рядом с Патриком Виейра теперь занимал Жилберту Силва, а Рэй Парлор и Эду их подменяли, тогда как Коло Туре вытеснил Мартина Киоуна. Структурно команда 2003/04 очень напоминала чемпионский «Арсенал» 1997/98: номинальная схема 4–4–2 с двумя опорниками и оттянутым форвардом, которую сейчас назвали бы 4–2–3–1. В центре по-прежнему присутствовал Виейра, Деннис Бергкамп все еще был «десяткой». Тьерри Анри представлял собой улучшенную версию Николя Анелька или Иана Райта, забивной левый полузащитник Робер Пирес напоминал Марка Овермарса, а резкий и трудолюбивый Фредди Юнгберг заменил справа Парлора. На смену Пети пришел другой надежный полузащитник и тоже чемпион мира Жилберту, позволявший Виейра поддерживать атаку. В середине и нападении переворота не произошло – произошел лишь новый виток революции, начатой Венгером еще в девяностых.

Однако в обороне изменилось все. К сезону 1997/98 у Венгера оставалась четверка, собранная еще Джорджем Грэмом: Ли Диксон, Киоун / Боулд, Тони Адамс и Найджел Уинтерберн. Все они были по-настоящему крутыми олдскульными защитниками: плотная опека, подкаты и слаженность при создании искусственного офсайда. Как показывает легендарный гол, принесший «Арсеналу» титул, при необходимости они могли и атаковать – Боулд перебросил оборону соперника длинным пасом, а ворвавшийся в штрафную Адамс с неудобной левой вколотил мяч в сетку. В своей первой чемпионской команде Венгер просил защитников больше атаковать, а в обороне «Непобедимых» играли атакующие футболисты, которых Венгер превратил в защитников.

Как однажды сказал Джейми Каррагер, всех фуллбеков можно поделить на две категории: неудавшиеся центральные защитники и неудавшиеся вингеры. Вторая категория появилась сравнительно недавно, и становление крайних защитников как атакующей силы стало одним из главных тактических трендов начала XXI века. Схема 4–4–2 все еще оставалась самой распространенной, и зачастую именно фуллбеки получали с мячом наибольшую свободу: полузащитники опускались вслед за своими визави, открывая простор для забеганий.

Идеальный пример – Эшли Коул. В юношеских командах «Арсенала» он считался многообещающим форвардом, а в подростковом возрасте начал играть в обороне. Первые сезоны будущей звезды прошли под знаком многочисленных позиционных ошибок, но Венгер, обожавший Коула за скорость, выносливость и качественную игру с мячом, был уверен, что Эшли обладает нужным характером, чтобы подтянуть и оборонительные навыки. «Я никогда не хотел быть защитником, мне никогда не нравились ни игра в защите, ни сами защитники, – признавался Коул после Евро‑2004, на котором он подтвердил свой статус одного из лучших фуллбеков мира. – Я всегда любил атаковать и забивать голы, но в «Арсенале» меня попросили перейти в оборону, и мне пришлось согласиться. Сейчас я понимаю, что не смог бы стать нападающим, и уже не расстраиваюсь. Меня всегда манила слава, которую приносят забитые голы».

Правый защитник Лорен тоже был фуллбеком не всегда и поначалу скептически относился к смене амплуа: «В клуб я приходил правым вингером, но Венгер думал, что из меня получится крайний защитник. Поначалу я не понимал почему – это было очень прогрессивно, и мне было тяжело. Арсен излучал такую веру, что игроки и сами начинали верить, что могут перестроиться». Самое удивительное – то, как защитную линию «Арсенала» пополнил Коло Туре. Энергичный, но слегка неуклюжий универсал здорово подменял хавбеков, но на флангах защиты испытывал явный дискомфорт – например, в лигочемпионском матче с ПСВ в 2002-м он удалился еще до перерыва. В центре обороны он дебютировал как раз перед сезоном 2003/04: Венгер поставил его рядом с Солом Кэмпбеллом на товарищеский матч с «Бешикташем», и «Арсенал» сыграл на ноль. Похвала главного тренера соперников Мирчи Луческу в адрес новоиспеченной связки убедила Венгера, что Туре может выступать на новой позиции постоянно.

Даже Кэмпбелл, однозначно бывший самым надежным защитником «канониров», в свое время успел поиграть выше. В подростковом возрасте он занимался в интернате Лиллешол под эгидой Футбольной ассоциации, где его нередко ставили на позицию правого полузащитника, а в «Тоттенхэме» вообще подумывали сделать его центрфорвардом. Несмотря на это, со временем он стал классическим центральным защитником. Как признавался сам Кэмпбелл, для этого ему пришлось много работать над своей игрой головой – вспоминая, каким огромным было его превосходство в воздухе к моменту скандального ухода из «Тоттенхэма», в это трудно поверить. Каждый из четверых защитников «Арсенала» рос отнюдь не защитником.

«Наша оборона стала гораздо техничнее, – рассказывал позже Венгер. – Для начала мы постарались развить уже имевшихся в составе игроков. Когда пришла пора искать им замену, мы подобрали футболистов, способных начинать атаки – Коло Туре, Лорена, Эшли Коула». Венгер занимался тем же и в «Монако»: молодой переученный вингер Лилиан Тюрам со временем превратится в одного из ведущих правых защитников Европы. Возможно, в этом было что-то личное – Венгер и сам провел основную часть своей скромной игровой карьеры в полузащите, а ближе к закату опустился в защиту. В отличие от Грэма, Венгер не муштровал команду, и значительную роль в обучении взяли на себя опытные игроки: Коул прогрессировал благодаря подсказкам Адамса, Туре взял под крыло Мартин Киоун, Лорен стремился брать пример с Ли Диксона. В этом состояла главная разница между оборонительными линиями Венгера и кигановского «Ньюкасла» – «канониров» на самом деле учили защищаться.

«Все постоянно говорят о защите, которую я унаследовал у бывших тренеров, и она действительно была необыкновенной, – говорил Венгер в 2013 году. – Но все забывают о защите «Непобедимых». О ней никто даже не вспоминает – меня поражает, что она не получает заслуженного признания. Лорен, Коло Туре, Сол Кэмпбелл и Эшли Коул играли исключительно здорово. Они не потерпели ни одного поражения, но всем все равно. Коло и Сол сочетали в себе уникальную физическую силу с удивительной резвостью. Даже если форвард забегал им за спину, можно было быть уверенным, что они его нагонят – они играли не столь расчетливо, сколько мощно и атлетично. Лорен и Эшли Коул прекрасно обращались с мячом. Лорен раньше был полузащитником, а Эшли провел фантастическую карьеру».

Мысль о том, что защитник может строить свою игру вокруг скорости и догонялок с форвардами, а не чтения эпизода и предотвращения угрозы, разъярила бы старую четверку «канониров». С другой стороны, они бы многое отдали за возможность угнаться за Майклом Оуэном, принесшим «Ливерпулю» победу над «Арсеналом» в финале Кубка Англии 2001 года. Венгер хорошо понимал: чтобы противостоять все более быстрым нападающим, нужны все более быстрые защитники. На рубеже тысячелетий «Манчестер Юнайтед» и «Челси» усилились Микаэлем Сильвестром и Вильямом Галласом. Нельзя сказать, что они доминировали в воздухе – их рост составлял 184 и 181 см соответственно, – зато оба были невероятно быстры. Кстати, обоих потом пригласит Венгер.

В то же время их соотечественник Лоран Блан провалился в МЮ как раз из-за крайне низкой скорости. Чемпион мира‑1998 начинал карьеру атакующим полузащитником и когда-то наколотил 18 голов за сезон в составе «Монпелье». Очень умный и техничный Блан переехал в Англию уже в 35-летнем возрасте, и его недостаток прыти раз за разом давал о себе знать. У него не получилось достойно заменить Стама, и в начале сезона 2001/02 «Юнайтед» пережил кризис, к Рождеству опустившись в середину таблицы. Символично, что первые буквы названий обыгравших МЮ клубов – «Болтон», «Ливерпуль», «Арсенал», «Ньюкасл», «Челси» – составляют фамилию Блана [18]. Фергюсон решил проблему радикально и побил британский трансферный рекорд трансфером Рио Фердинанда из «Лидса».

Фердинанд считался талантом мирового уровня еще в академии «Вест Хэма», где он выступал в центре поля рядом с Фрэнком Лэмпардом. Они вывели «Вест Хэм» в финал Молодежного кубка Англии, в котором уступили «Ливерпулю» Майкла Оуэна и Джейми Каррагера. Несмотря на поражение, Фердинанд был признан лучшим игроком матча. Тем же летом менеджер «Трех львов» Терри Венейблс пригласил небольшую группу многообещающих юношей, в числе которых были Фердинанд и Лэмпард, потренироваться вместе со сборной в преддверии Евро‑1996. Присмотревшись к ним, дальновидный Венейблс предсказал парочке блистательное будущее. В сумме у бывших партнеров по «Вест Хэму» наберутся 247 матчей за сборную Англии и девять чемпионских титулов АПЛ, а также каждый из них поднимет над головой Кубок европейских чемпионов в статусе капитана.

Влюбившийся в футбол благодаря Диего Марадоне и ЧМ‑1986 Фердинанд славился авантюрным дриблингом и стремлением всегда сыграть поострее. В защите он оказался случайно, когда один из его партнеров не явился на матч. Впечатленные его игрой на новом месте тренеры постепенно убедили Фердинанда, что именно эта позиция должна стать для него основной. «Пожалуй, я обладал нужными способностями, но удовольствия от игры в защите я не получал, – рассказывает Фердинанд. – Даже после победных матчей меня наполняло чувство неудовлетворенности – я ведь ничего не сделал. Честно говоря, мне нравилось соревноваться с форвардами в скорости и обгонять их, но к самому искусству оборонительной игры я относился холодно. Она не приносила мне радости, даже когда я уже выступал за сборную». Фердинанда, как и многих его современников, на новую позицию привели не традиционные защитные навыки, а высокая скорость и умение обращаться с мячом.

Для молодых английских защитников той поры это обычная история. Будущий капитан «Тоттенхэма» Ледли Кинг, дебютировавший в 1999-м, во многом напоминал Фердинанда. «Мне никогда не нравилось быть защитником, – вспоминал свою юность Кинг. – Меня раздражало, что я прикован к своей половине поля. Мне казалось, что я способен на большее, что я смогу принести больше пользы в центре. Я никогда не изучал защитников и не следил за ними, зато обожал техничных атакующих игроков». Кинг выступал за юношеский клуб «Сенраб» из восточного Лондона вместе с Джоном Терри, который, конечно же, тоже начинал свой путь отнюдь не в обороне. «Тогда он был довольно невысоким и играл в полузащите, но потом вдруг вытянулся и начал здорово бороться в воздухе, – рассказывал Кинг. – Он уже тогда был лидером и здорово вел игру из центра». Хотя Терри и не обладал тонкостью Кинга или Фердинанда, его прекрасную культуру паса часто недооценивают. Кроме того, Терри не обладал их подвижностью и предпочитал более глубокую линию обороны.

Фердинанд был особенно быстр и пробегал стометровку за 12 секунд, а потому стал воплощением нового поколения защитников. Его часто называли исключением из правил и замечали, что он склонен терять концентрацию, а для центрального защитника это огромный минус. Он стал первым английским защитником, чьим слабым местом была сама защита, хотя позже таких случаев будет куда больше. Взять хотя бы Джона Стоунза, считающего Фердинанда примером для подражания. Несмотря на распространенное мнение, что Фердинанд был пасующим защитником, он был скорее защитником, протаскивающим мяч вперед. «Когда в центре поля появляется лишний игрок, защитники соперника будто задаются вопросом: а этот-то здесь откуда? Они разобрали всех остальных, а тебя опекать некому», – говорил он. Тем не менее Фердинанд выделялся не умением отдать точную разрезающую передачу, а своей уверенностью под прессингом.

Фердинанд всегда отзывался о своих корнях с гордостью, но для мальчишки из неблагополучного района Пекхэм он имел необычные интересы. Свою грациозную манеру игры он приписывал четырем урокам балета в неделю, которые помогли ему развить «гибкость, плавность движений, координацию и равновесие». Он увлекался и театром – в 13 лет он сыграл в школьной постановке мюзикла «Багси Мэлоун», исполнив роль Физзи, уборщика в баре времен сухого закона. Так что свипером он бывал не только на поле [19].

Во второй половине девяностых Англия мечтала об умном, изобретательном и хорошо пасующем центральном защитнике, способном играть по схеме 3–5–2. Тогда эта система считалась естественной альтернативой 4–4–2 – один из игроков мог подняться в центр и обеспечить там преимущество. Уверенное выступление свипера немецкой сборной Маттиаса Заммера на Евро‑1996 принесло ему звание лучшего игрока турнира и продемонстрировало всю ценность подобных футболистов. На том этапе карьеры Фердинанд рассматривался исключительно в контексте 3–5–2 – звучали сомнения в том, достаточно ли он крепок и надежен в обороне, чтобы играть в стандартной 4–4–2.

Главный тренер сборной Англии Гленн Ходдл неоднократно пробовал использовать на позиции свипера хавбека Джейми Реднаппа, который подобного опыта в «Ливерпуле» не имел. Как мы знаем, нечто похожее Ходдл пытался внедрить и в «Челси» при помощи Руда Гуллита. Он много раз говорил о своем намерении играть с настоящим свипером вроде Заммера, готовым поддерживать атаку, так что появление Рио взволновало многих. «Он легко может пройти с мячом 50 метров, но я не уверен, что он охотно вернется обратно», – сказал тогда Ходдл. Оборонительные навыки Рио были вторичны – всех привлекала его атакующая сторона.

Примерно в то же время предшественник Ходдла Терри Венейблс назвал Фердинанда и Кэмпбелла стопроцентными защитниками нового поколения: «В лице Рио и Сола мы получили английских защитников нового типа. Они прекрасный пример того, что мы начинаем правильно готовить игроков обороны. Мы слишком долго не могли воспитать юных защитников, способных играть в пас. И Рио, и Сол когда-то играли в нападении, и для них это большое подспорье». Сменивший Ходдла Киган почему-то был не в восторге от Фердинанда и оставил его вне заявки на Евро‑2000. Самому Рио он заявил, что у него было бы больше шансов заиграть в сборной, будь он французом, бразильцем или голландцем. Нетипичность и даже неанглийскость Фердинанда стали лейтмотивом всей его карьеры, что крайне любопытно, ведь на клубном уровне он играл исключительно под руководством британских тренеров.

Спустя пару месяцев Фердинанд перешел в «Лидс» за невероятные 18 млн фунтов, став самым дорогим защитником в мире и самым дорогим игроком Британии – при том, что обычно такая честь оказывается полузащитникам или нападающим. На презентации новичка казалось, что даже сам тренер «Лидса» Дэвид О’Лири шокирован уплаченной суммой, ожидая, что трансфер обойдется в 12–15 млн фунтов. Еще он зачем-то признался, что даже его собственной жене цифра показалась сумасшедшей – необычный способ представить рекордное приобретение. Для «Лидса» это был смелый шаг, особенно с учетом того, что руководство ЕС в тот момент всерьез подумывало признать всю систему футбольных трансферов противоречащей торговым законам. Существовала возможность, что действовавший порядок будет полностью пересмотрен, а игроки смогут свободно переходить из одного клуба в другой абсолютно бесплатно. Это мгновенно сделало бы их стоимость как трансферного актива нулевой. Однако «Лидс» был готов пойти на такой огромный риск, что, в общем, иллюстрировало политику клуба в этот период.

«Лидс» считался одним из главных претендентов на титул АПЛ: предыдущий сезон команда завершила третьей, а в первом же сезоне с Фердинандом добралась до полуфинала Лиги чемпионов. Такими успехами клуб был во многом обязан прекрасной академии, модернизированной усилиями Говарда Уилкинсона в начале девяностых и выпустившей Харри Кьюэлла, Иана Харта, Алана Смита и Пола Робинсона. Частота, с которой О’Лири называл игроков «своими детками», вызывала у многих легкое раздражение, хотя если кто-то и заслуживал это прозвище, то это как раз «Лидс». В сезоне 1999/00 средний возраст стартового состава команды составлял 24 года и 162 дня – для эпохи Премьер-лиги это рекордный показатель.

В начале 1960-х Дон Реви изменил традиционные желто-синие цвета формы «Лидса» на белые, в подражание мадридскому «Реалу», а через сорок лет клуб начал имитировать и трансферную политику «галактикос», с поправкой на масштаб. Восхождение «Лидса» во многом объяснялось огромными переплатами за не столь необходимых игроков, результатом чего стал полный финансовый крах. В какой-то момент в распоряжении О’Лири оказались такие форварды, как Марк Видука, Робби Фаулер, Робби Кин, Майкл Бриджес, Алан Смит и Харри Кьюэлл. Но если «Реал» коллекционировал игроков атаки и игнорировал дыры в обороне, то взлет и падение «Лидса» тесно связаны с покупкой и продажей центральных защитников.

Нельзя сказать, что «Лидс» остро нуждался в Фердинанде, но клуб решил подстраховаться на случай потери своего ведущего центрального защитника Джонатана Вудгейта, еще одного переученного полузащитника. Вудгейт и его одноклубник Ли Бойер находились под следствием из-за жестокого избиения студента, произошедшего поздним вечером в центре Лидса. Оба обвинялись в преднамеренном нанесении тяжкого вреда здоровью и нарушении общественного порядка и рисковали тюремным заключением. По решению суда Бойер был полностью оправдан по всем статьям, а Вудгейта наказали за нарушение порядка. В деле был замешан и Майкл Даберри, еще один защитник клуба, но суд признал его невиновным в воспрепятствовании следствию. Если Бойер играл в этот период лучше, чем когда бы то ни было, то Вудгейт был сам не свой, и в «Лидсе» решили искать еще одного центрального защитника.

Фердинанда представили на «Элланд Роуд» перед матчем с «Арсеналом», к которому его не успели зарегистрировать. С трибуны он наблюдал за роскошным выступлением Вудгейта и капитана Лукаса Радебе, которые помогли хозяевам одержать минимальную победу. Дебют новичка пришелся на выездной матч против «Лестера». Как и большинство экспертов, О’Лири был уверен, что Фердинанду необходимо играть в тройке, и впервые в сезоне использовал схему 3–5–2 вместо привычной 4–4–2. Фердинанд расположился между Вудгейтом и Радебе. Перестановка привела к невообразимому провалу: уже в первые полчаса игры «Лидс» пропустил три гола, забитых после навесов. Чтобы вернуться к 4–4–2, менеджер заменил Вудгейта уже в перерыве, но потом Радебе получил красную. Итог – поражение со счетом 3:1. Фердинанд не имел права сыграть в следующем матче против «Лацио» в рамках Лиги чемпионов, и О’Лири вернулся к связке Вудгейта и Радебе. Те вновь выглядели потрясающе и сохранили ворота на замке. Зачем этой команде еще и Фердинанд?

Конечно, О’Лири едва ли мог держать на лавке самого дорогого футболиста страны, и Фердинанд начал постоянно играть в основе, а компанию ему составляли Радебе, Вудгейт или Доминик Маттео. О’Лири, который и сам в свое время был выдающимся центральным защитником, а потом работал помощником лучшего оборонительного тренера Джорджа Грэма, оказал неоценимое влияние на позиционную игру Фердинанда. Кроме того, ирландец настойчиво заставлял подопечного отрабатывать верховую борьбу, а усиление своей концентрации Фердинанд приписывает помощи спортивного психолога Кита Пауэра, который научил его визуализировать свои функции перед игрой. Так Фердинанд стал совершенным защитником, и после того, как на ЧМ‑2002 Свен-Йоран Эрикссон строго скомандовал ему ни в коем случае не идти в дриблинг, от атакующего прошлого Рио не осталось и следа. Фантастическая игра Фердинанда на мундиале настолько вдохновила «Манчестер Юнайтед», что клуб решил выложить за него 30 млн фунтов и установить новый национальный рекорд. Так Рио вновь вернул себе звание самого дорогого защитника мира, которое незадолго до этого перехватил перешедший в «Ювентус» Лилиан Тюрам.

Продажа Фердинанда, пусть и принесшая клубу прибыль, стала для «Лидса» началом конца. Унаследовавший у Рио капитанскую повязку Маттео говорил: «Его уход стал поворотным моментом, но не потому, что у нас не было качественной замены, а потому, что остальные топовые игроки получили четкий сигнал: «Лидс» прошел свой пик». Теперь он стал клубом-донором. Когда переговоры зашли так далеко, что продажи Фердинанда было уже не избежать, О’Лири сильно повздорил с президентом «Лидса» Питером Ридсдейлом и тут же был уволен. Новым рулевым стал Терри Венейблс.

Ридсдейл утверждал, что Фердинанд не станет серьезной потерей и что он был лишь временной заменой более сильному Вудгейту, который стал главной надеждой клуба. Однако уже через полгода финансовое положение вынудило клуб продать и его: Вудгейт отправился в «Ньюкасл». Он был последним игроком, с которым «Лидс» хотел расстаться, – Ридсдейл даже обращался к «Ливерпулю» с предложением приобрести Харри Кьюэлла, лидера своей атаки. Но «Ливерпуль» не имел возможности купить Кьюэлла раньше лета, так что уйти пришлось Вудгейту.

Венейблс, получивший при назначении гарантию, что Вудгейт останется, пригрозил уйти. Ридсдейл убедил его остаться, но этим лишь оттянул неминуемый уход менеджера на пару месяцев. На посвященной продаже Вудгейта пресс-конференции Венейблс сидел рядом с Ридсдейлом и прямо-таки кипел от злости. Именно тогда президент клуба произнес свое знаменитое: «Стоило ли нам столько тратить? Возможно, и нет – но мы жили мечтой». Подобное выступление после продажи самого ценного игрока «Лидса», центрального защитника, звучало как эпитафия. «Лидс» смог задержаться в АПЛ еще на сезон, но больше туда не возвращался. Эта история не только о падении «Лидса»: между строк явно читается, что центральные защитники начали представлять собой огромную ценность.

Прогресс в «Манчестер Юнайтед» сделал Фердинанда одним из лучших футболистов Европы. Никто уже не заикался о том, что он может демонстрировать достойную игру только при схеме 3–5–2, хотя лучше всего Фердинанд действительно выглядел в связке с классическим старомодным стоппером. В сборной он составлял такую пару с Кэмпбеллом и Джоном Терри, а их дуэт с Неманьей Видичем в «Юнайтед» стал одним из самых выдающихся в истории Премьер-лиги. Особенно часто эксперты и зрители отмечали спокойствие, с которым Фердинанд отбирал мяч, никогда не делая подкаты и почти не заставляя рефери принимать радикальные меры. Его дисциплинарные показатели являлись примером для подражания: как-то раз у него накопилась серия из 28 матчей без фолов, что уж говорить о желтых карточках. Когда Джимми Флойда Хассельбайнка попросили назвать сильнейших защитников Премьер-лиги, он упомянул Мартина Киоуна и Фердинанда, но если после каждой встречи с Киоуном приходилось считать синяки, то Фердинанд действует практически незаметно.

Тем не менее, когда в завершающие годы игровой карьеры Фердинанд резко потерял скорость, для такого умного игрока он справлялся с этим на удивление плохо. В сентябре 2009-го именно его обрез в захватывающем манкунианском дерби, завершившемся победой «Юнайтед» со счетом 4:3, позволил «горожанам» вернуться в игру. Небрежная передача в центре поля позволила Крейгу Беллами легко убежать от Фердинанда и забить. По правде говоря, едва ли в АПЛ нашелся бы центральный защитник, способный тягаться в скорости с Беллами, но видеть в таком положении Фердинанда было непривычно. «С первого дня в нашем клубе Рио играл невероятно стабильно и неизменно на высшем уровне, – отмечал сэр Алекс Фергюсон в 2011 году. – По работе с мячом он по-прежнему один из лучших футболистов страны, он до сих пор прекрасен в отборе и игре головой и в целом является важной фигурой на поле. Изменилось только то, что Рио лишился своей уникальной скорости, и ему нужно к этому приспособиться. Ему скоро 33, а на четвертом десятке игрокам приходится перестраивать свою игру. В карьере каждого футболиста наступает водораздел, когда он внезапно осознает, что уже не может делать то же, что и раньше, а значит, пришло время менять манеру игры. Я испытал это на себе, когда утратил былую резвость, через это проходили другие игроки нашего клуба, теперь черед меняться Рио».

В финале Лиги чемпионов, в котором «Юнайтед» уступили «Барселоне» со счетом 3:1, Фергюсона раздражало постоянство, с которым Фердинанд и Видич садились глубоко к своим воротам, вместо того чтобы подниматься выше и стараться закрыть Лионеля Месси. Разумеется, очевидного способа нейтрализации команды Пепа Гвардиолы попросту не существовало, но Фергюсон был уверен: нехватка скорости оборонительной линии является серьезной проблемой. Через пару месяцев Фердинанд добавил беспокойства своим слабым выступлением на выезде в Ньюкасле, закончившемся разгромом «Юнайтед» со счетом 3:0. В попытках замаскировать свою медлительность, не дававшую ему угнаться за быстрыми форвардами, Рио все чаще прижимался к своей штрафной и нарушал линию офсайда. Вскоре Фердинанда перестанут приглашать в сборную, за которую он проведет только один матч. Возможно, это было не вполне справедливо, но его как будто намеренно игнорировали после того, как брат Рио, Антон, обвинил Джона Терри в оскорблениях на расовой почве. Тогда Футбольная ассоциация наложила на Терри штраф, а суд полностью оправдал защитника «Челси». В сезоне 2012/13 Рио смог вернуться в форму, пусть это отчасти и было связано с тем, что теперь он чаще играл в связке не с Видичем, а с более молодыми и проворными Джонни Эвансом и Крисом Смоллингом.

К тому моменту атакующие таланты Фердинанда перестали быть чем-то особенным. «Мне десять лет приходилось слушать о том, как элегантно раздает передачи Рио Фердинанд, как он разгоняет атаки, – жаловался Джейми Каррагер. – В 17 лет он, возможно, и выдавал пасы через полполя, но с тех пор я их почему-то не видел». Эти слова лишь подчеркивают, какие перемены претерпел стиль игры центральных защитников в эпоху Фердинанда, самого влиятельного защитника в английском футболе своего времени. Входящие в число самых дорогих защитников мира Джон Стоунз и Давид Луиз имеют непривычные для футболистов прошлого добродетели и, как считается, довольно слабы в защите. Фердинанд изменил всеобщее представление о высококлассном центральном защитнике: теперь это универсал, которого научили защищаться.

После ухода из МЮ в 2014-м Фердинанд подумывал о завершении карьеры, однако согласился провести прощальный сезон за «Куинз Парк Рейнджерс», в котором тренировался в десятилетнем возрасте. Клуб возглавлял Харри Реднапп, первый наставник Фердинанда в «Вест Хэме», а за тренировки отвечал Гленн Ходдл, при котором Рио дебютировал в сборной Англии. Словно желая помочь Фердинанду замкнуть круг своей карьеры, КПР начал кампанию со схемой 3–5–2 и Фердинандом на позиции свипера. Весной КПР покинул Премьер-лигу практически без его участия – все свое внимание Рио посвящал своей супруге Ребекке, которая скончалась незадолго до конца сезона. Через месяц Фердинанд тихо повесил бутсы на гвоздь. В связи с личной утратой какие-либо церемонии или празднества были бы неуместны, и карьера Рио так и не удостоилась заслуженных оваций.

Но не стоит забывать, что именно Фердинанд сформировал образ современного защитника: теперь эту роль выполняли не только неприметные работяги, способные только стелиться в подкатах и играть головой. Появлялись быстрые, умные, превосходно обращающиеся с мячом и представляющие огромную ценность футболисты. Ни один другой английский игрок не повлиял на Премьер-лигу так же сильно, как Фердинанд.

Глава 12

Амплуа Макелеле

«Я ничего не изобретал – просто я более совершенный футболист».

Клод Макелеле

Семь сезонов АПЛ на рубеже тысячелетий прошли под знаменем двух клубов: «Арсенала» и МЮ. Их соперничество стало самым продолжительным и стабильным в истории АПЛ: чемпионат превратился в гонку двух команд, а очные противостояния представляли собой идеальную смесь неприкрытой враждебности с привкусом неохотного уважения.

Все изменилось в 2003 году, когда Роман Абрамович стал владельцем «Челси». Его состояние и оптовые закупки едва ли не в одночасье сделали второстепенный клуб претендентом на титул. С тех пор дуэт «Арсенала» и «Юнайтед» ни разу не финишировал во главе таблицы, и этот примечательный переход эстафетной палочки от «красных» к «синим» совпал с появлением в лиге нового доминирующего опорника.

Живым воплощением борьбы «Арсенала» и МЮ являлись битвы Патрика Виейра и Роя Кина, двух мощных и жестких капитанов. Ни до, ни после в Премьер-лиге не бывало настолько ярких личных противостояний – их сражения мгновенно становились классикой и часто играли значительную роль в исходе чемпионской гонки. Оба противника ими наслаждались. «Они сделали меня более сильным игроком», – говорил о соперничестве Кин, а Виейра называл ирландца своим любимым врагом. Однако затем «Челси» приобрел у «Реала» Клода Макелеле, представлявшего иной тип опорного полузащитника. Вскоре новичок перехватил звание самого ценного игрока своего амплуа и напрямую поспособствовал смене правящего режима в АПЛ.

Самое известное столкновение Виейра и Кина случилось в феврале 2005-го, но вообще не на поле, а в подтрибунке «Хайбери» перед матчем. МЮ тогда победил со счетом 4:2, но едва ли не главное зрелище увидели только телезрители. Виейра повздорил с Гари Невиллом, который пожаловался Кину. Услышав, что Виейра задирает Невилла, а не его самого, капитан «Юнайтед» вскипел и рванул по тоннелю «Хайбери» к обидчику. Их перепалка выглядела откровенно нелепо. Кин заявил Виейра, что тот совсем не такой славный парень, как все считают, и доставал его расспросами, почему он так гордится своей исторической родиной Сенегалом, а играет за Францию. Виейра в ответ припомнил Кину демарш на ЧМ‑2002. «Взрослые мужики вели себя как девчонки», – подытожил много лет спустя Кин.

Но пик соперничества был пройден еще раньше. Журналисты постоянно сводили противостояние «Арсенала» и «Манчестер Юнайтед» к дуэли Виейра и Кина. Доходило до смешного: некоторые эксперты даже были уверены, что именно агрессия Кина в адрес Виейра в тоннеле стала решающим фактором победы «Юнайтед». Это весьма своеобразная версия – в конце концов Виейра открыл счет в матче, а «Арсенал» в первом тайме был гораздо сильнее и ушел на перерыв, ведя 2:1. Если акция устрашения действительно возымела успех, то он пришел только через час. Правда же куда тривиальнее: «Юнайтед» просто переиграли «Арсенал» технически и тактически.

Лучшие годы Виейра и Кина остались позади: это была их последняя встреча в рамках Премьер-лиги. «Арсенал» уже летом продал Виейра, а несколькими месяцами позже МЮ отпустил Кина. Причины их заката были схожими: оба формально считались полузащитниками оборонительного плана, но в свои лучшие годы являлись чем-то средним между опорниками и бокс-ту-боксами. Оба предпочитали играть с более дисциплинированными партнерами, которые давали им свободно подключаться к атакам. Виейра показывал свой лучший футбол в паре с Эммануэлем Пети в 1997–2000 гг. и Жилберту Силвой в 2002–2005 гг. В двухлетнем промежутке он играл качественнее в связке с узкофункциональным Жилем Гриманди, нежели с более атакующими Эду или Рэем Парлором. Та же история и у Кина. Своим любимым партнером по центру поля он называл Пола Инса, а когда тот ушел, большинство ярких сольных выступлений Кина (например, победный полуфинал ЛЧ‑1999 против «Ювентуса») пришлись на матчи, в которых сэр Алекс Фергюсон предпочитал креативному Полу Скоулзу более оборонительного Ники Батта.