Конечно, велика.
Да, конечно. Мне кажется, что наша роль в воспитании огромна, и главный пример, который мы можем дать своим ученикам, — показать, как любить свою профессию и как владеть ею мастерски. Только от нас зависит, будет ли ученику интересен и важен английский язык, математика или любой другой предмет, от нас зависит, поймет ли он, что литература может открыть для него новые горизонты. Кто же тогда воспитатели, если не мы?
Когда я позволяю себе бросать камни в нас и, соответственно, в себя самого? Когда вместо того, чтобы пользоваться удивительными творческими инструментами нашей профессии, мы используем какую-то дрянь, извините за выражение. Когда мы демонстрируем, что не способны вести диалог с классом, потому что для того, чтобы его вести, нам необходимо всех заткнуть. Когда кичимся тем, что мы учителя и поэтому нас нужно приветствовать торжественным вставанием, прямо как в политбюро советского времени, понимаете? А сами на деле не можем построить личностный процесс взаимодействия. Мы забываем, что человек учится в тот момент, когда ему комфортно, когда он личность и когда он может поговорить с училкой (извините меня за это слово, я в первую очередь себя так называю) на человеческом личностном уровне. Если это будет на личностном уровне, то она, конечно, ученика формирует. У нас и у наших слушателей наверняка в жизни бывали учителя, которые стали для них важнейшими людьми в жизни. Важнейшими, потому что они демонстрировали определенный уровень нравственности, определенный способ мышления и т. д. Должны ли мы поймать ученика и силой заставить его вести себя так, как нам хочется? Нет. В этом и есть пример. Так что если мы используем слово «воспитатель» с этой точки зрения, то, конечно, да, мы воспитываем. Дети проводят с нами, как вы понимаете, больше времени, чем с родителями. И если в школе принято унижать слабого, орать друг на друга, подсиживать, объединяться большинством против меньшинства — то этому их научили мы, понимаете? Эта сила у нас в руках. Мы можем научить и прямо противоположному. Как понять, хорошо педагоги работали или плохо? Посмотреть на мир через десять лет. И если через десять лет нам с вами в обществе приятно жить, тогда мы большие молодцы и заработали похвалу друг от друга. Я ответил, Марина?
Какую?
А нет никакой тонкой грани. Это другая сторона медали.
Я уверен, что это не так. Учитель — это такая профессия. Действительно, часть наших инструментов — это личностный процесс. Приведу простой пример: учитель не должен позволять себе делать ученику замечания на тему его внешности. Может быть, лично в сторонке, но публично — никогда, потому что в противном случае мы можем перейти эту грань, и он начнет делать такие замечания нам. Учитель не должен говорить ученику: «Закрой свой рот просто потому, что я учитель». Но может сказать: «Смотри, старик, это мой урок, на моем уроке мои правила, да?» Это как в театре — что бы ни происходило, не приветствуются вставание в середине действия или крики из зала. Человека попросят покинуть зал. Так и в нашем случае. Так что здесь грань понятна. Мне кажется, вы свое личное поле знаете. Если мы не вторгаемся в их личную жизнь, мы получаем право сказать: «Дружище, это красная черта, прости, я не готова». Пойдет?
По правилам классной комнаты и не надо, а по вашим — вы имеете право. Заявите это как свой спектакль: «Это мой сценарий, ребята, здесь — красная черта».
Школу вместе выбирать или нет?
У нас на линии Дарья из Новосибирска. Здравствуйте!
Если бы я сидел в шляпе, я бы ее снял перед вами. Мне кажется, так здорово, что вы об этом спрашиваете. Мой ответ: конечно, с ним надо советоваться. Конечно, школу надо выбирать вместе с ребенком! Форму обучения, если вы колеблетесь, тоже, но и саму школу. Знаете, очень часто спрашивают: «А как он выберет школу?» А вот так: вместе с вами выберет. Подумайте, какое это серьезное дело. Давайте я об этом поговорю, а потом и про форму обучения, если захотите.
Школу выбирать, друзья, дело сложное и простое одновременно. Для начала нам с вами нужно сформулировать, что мы вообще ищем, чего хотим. После этого в большинстве случаев оказывается, что школ, из которых вы выбираете (если вы по-честному сформулировали), не так уж и много. А дальше нужно в эти школы идти. В некоторые школы вас не пустят, тогда нужно договариваться, нужно смотреть, как выходят из школы дети, нужно разговаривать со старшеклассниками, задавать им вопросы (они много чего вам расскажут), нужно общаться с мамами, которые выходят с детьми из начальной школы, и им задавать волнующие вас вопросы. И потом, конечно, обсуждать это с ребенком. Когда останется две-три школы, тогда уже нужно с ним идти и смотреть и объяснять ему, на что мы смотрим и как выбираем.
Что касается выбора формы обучения: если вы уже можете сформулировать и для себя, и для него, в чем плюсы, а в чем минусы каждого из этих направлений, тогда все прекрасно, разговаривайте с ним, он вам точно подскажет, как минимум даст пищу для размышлений.
Он не до конца понимает, это правда. Он не пробовал этого. Ну а что выбрал-то?
Слушайте, а скажите мне, почему вы выбираете семейное образование? Давайте мы про вас поговорим.
А мы же с вами понимаем, что формы домашнего обучения бывают разные? Что домашнее обучение — это необязательно вставать в одиннадцать часов и ложиться в час ночи?
Это необязательно что-то делать время от времени. Правда же, мы понимаем, что таких людей, как вы, немало? Что эти люди могут собраться вместе и что учебная группа тоже является домашним обучением? И в группе может быть не один человек, а пять? И учителями необязательно должны быть родители? Мы все это понимаем?
Золотые слова. Вообще я должен вам сказать, Дарья, что по чудесному российскому закону об образовании (я сейчас не иронизирую и в очередной раз говорю, что в России чудесный закон об образовании) вы выбираете, понимаете? Так что смело выбирайте. Станьте уже заказчиком и выбирайте.
У нас на линии Мария из Санкт-Петербурга. Здравствуйте.
Я боюсь, нас с вами обвинят в том, что мы знакомы и сговорились. Я подговорил вас позвонить в эфир. Скажите, что это не так, я вас умоляю!
Представляю, что сейчас будет, когда я это произнесу, но на большинство людей общеобразовательная школа повлияла скорее отрицательно. Подождите, не готовьте тухлые помидоры. Я совсем не буду кидать камни в ваше детство! Но это огромный кусок жизни. Представьте человека, которому восемнадцать лет. Знаете, сколько школа заняла времени в его жизни? Большую часть его детства! Полжизни прошло в школе, правда? Если он задаст себе вопросы: «А зачем это было? А могло ли быть иначе?» Большей частью в ответ он, к сожалению, услышит: «Ты что, дурак такие вопросы задавать?», или «Как ты смеешь?», или «Закрой свой рот!» Мы ничего ему предложить не можем, вот в чем штука! Поэтому я очень благодарен Марии, что она в очередной раз предлагает окунуться в эту тему!
Относительно домашнего обучения попробую ответить конкретнее. Вы спрашиваете: «Может быть, лучше домашнее обучение?» Я отвечу осторожно: «Может быть». Кому это решать? Конечно, вашей дочери! Естественно, с вашей поддержкой, потому что в этом и заключается родительская роль! Ваша дочь абсолютно точно понимает и знает, что для нее хорошо, а что плохо! Как лично я отношусь к домашнему обучению? Если человеку плохо в школе, то любой имеет право на счастье и комфорт! Вы абсолютно правы. Если мы говорим про пресловутую социализацию, то дома у нее будет хороший учитель, будет время сходить в Эрмитаж, на кружок, в секцию, будет время почитать и т. д. Что в этом может быть плохого? В общем, проверяйте и советуйтесь с ребенком!
Между тем Фарида из Казани ждет нашего разговора. Фарида, здравствуйте!
Я думаю, что ничего плохого в домашнем обучении нет, более того, зачастую домашнее обучение лучше, чем обучение в школе. Не говорю, что лучше всегда, но говорю, что бывают такие ситуации. Если он сидит дома с утра до вечера, то вы озабочены не зря, есть в этом что-то не то. Потому что друзья нужны и в новом городе из дома надо куда-то выходить, знакомиться и т. д. Надо бы этим озаботиться, вместе с его мамой подумать, какие в этом городе есть кружки, музеи, секции, тусовки, извините меня за это слово. Вы абсолютно правы — он должен выходить из дома, но социализация совершенно не обязательно проходит только в школе. Знаете, как в музее социализируются? А в каком-нибудь театре? В детском кружке или где-нибудь еще? Надо подумать, что вы можете дать ему кроме учебы, и у него обязательно появятся друзья. Лучшие друзья многих моих знакомых совсем не из школы.
Год подождать или сейчас отдать?
У нас Леонид из Москвы. Здравствуйте!
Во-первых, по закону дети, которым исполняется семь лет до первого января, могут идти в школу в предыдущий год. В вашем случае ей не исполняется семь лет до первого января. Вас, вероятнее всего, не возьмут. Это я про закон вам рассказываю. Во-вторых, если ей комфортно, если она не говорит: «Пустите меня в школу, у меня туда идут все подружки, там меня ждет чудесное будущее!», то я бы не торопился.
Онлайн-школа
С нами Ольга из Санкт-Петербурга. Здравствуйте!
Смотря в чем ваша цель. Почему вы вдруг решили рассматривать такой вопрос?
А скажите мне, пожалуйста, в онлайн-системе она успевает? Вы попробовали? Ей комфортно?
Слушайте, Оль, я думаю, что не надо решать этот вопрос так сразу. На носу зимние каникулы. Посвятите два дня этих каникул (но так, между делом) такой проверке: возьмите какой-нибудь материал — и пусть она попробует его пройти, пусть поймет, как он усваивается в ее темпе. А потом уже принимайте решение. Зачем заранее все решать? Попробуйте, это, правда, важно.
Она в каком классе учится — в девятом или в восьмом?
В девятом — это похуже, чем в восьмом. А чего это она в четырнадцать лет в девятом классе? Как-то рановато вы ее в школу отправили.
Ладно, бог с ним — правильно, неправильно. Этот месяц ничего не решает. Неаттестация. Аттестацию ей в любом случае надо получать либо в школе, либо виртуально, какая разница. У вас есть возможность попробовать и так, и так.
Не знаю. Это точно не я определяю. Хорошо бы сходить к неврологу. Мой ответ таков: не торопитесь, не будьте столь категоричны. Просто попробуйте.
Она может совершить ужасную ошибку!