Пропавшая девушка

– Лиззи? А ты-то как здесь?

13

Стоя в дверях, я поежился от нежданного холода. Бледный месяц плыл в вечернем небе сквозь занавеси облаков. Свет фонаря над крыльцом выхватывал из темноты крупные снежные хлопья, сыпавшие на землю. Уже с добрый фут навалило.

На Лиззи были все та же свободная шапочка, в которой я ее видел в школе, короткая курточка, расстегнутая на груди и открывавшая темный свитер, джинсы. Я заметил на снегу ее следы, тянущиеся цепочкой через двор. Причем она была не в сапожках, а в кроссовках.

– Майкл, ты, конечно, будешь смеяться, но я опять потерялась. – На ее лице играла виноватая улыбка. Виноватая или лукавая? Глаза ее смотрели на меня, словно умоляя о чем-то. Вот только о чем?

Я шагнул на крыльцо.

– Лиззи… – Порыв ветра хлестнул меня по лицу мокрым снегом. – Откуда ты узнала, где я живу?

Она лишь пожала плечами в ответ, а странная улыбка с чертовщинкой так и застыла на ее лице.

– Это Пеппер? Почему она не заходит? – крикнула из столовой мама.

Я отошел назад и распахнул дверь.

– Входи. Небось замерзла.

Лиззи потопталась на половичке с надписью «Милости просим!», отряхивая снег с подошв, и проследовала за мной в дом.

– Бр-р-р-р! – Она встряхнулась всем телом, как делают собаки, когда намокнут. – Мне б хоть сапоги раздобыть завалящие. А то кроссовки хоть выжимай.

Плечи ее курточки облепил снег, на спине расплывалось мокрое пятно. Куртка была явно не из непромокаемых. Лиззи сняла шапочку и распустила свои густые черные локоны по плечам.

– Т-ты опять заблудилась? – промямлил я.

Она кивнула.

– Не туда свернула. Я…

В гостиной появилась мама. Обнаружив, что наша гостья – не Пеппер, она вытаращилась во все глаза.

– Ой. Здравствуйте.

– Мам, это Лиззи, – сказал я.

Мама кивнула:

– Очень приятно.

– Она новенькая в Шейдисайде и постоянно теряется, – добавил я.

Лиззи поежилась.

– Извините. Я замерзла. Аж зубы стучат.

– Давайте-ка снимем мокрое, – засуетилась мама. Она подошла и помогла Лиззи избавиться от куртки. – Проходите в столовую, обогрейтесь.

Лиззи смутилась.

– Вы уверены? Мне бы не хотелось прерывать ваш ужин. Я просто сбилась с пути и…

– Заходи-заходи, – перебила мама. Курточку она вручила мне. – Иди повесь в гардероб. Там быстрее высохнет.

Возвратившись с этого ответственного задания, я обнаружил, что Лиззи успела познакомиться с моим папой и теперь занимает место за столом подле моего. Она встретила меня сияющей улыбкой:

– Мама у тебя замечательная. Я сказала ей, что сегодня еще не ела, и она…

Появилась мама с тарелкой в руках.

– У меня еще много лингуини осталось. Да ты не стесняйся, Лиззи, бери фасоль. – Взяв большую миску с макаронами, она наполнила тарелку Лиззи.

– Твоя семья недавно переехала? – поинтересовался папа, приканчивая бокал красненького.

Лиззи кивнула.

– На той неделе.

– А где ты жила раньше? – спросил папа.

– Вы, наверное, о таком месте и не слышали, – сказала Лиззи. – Это совсем крохотный городишко. Мэрилэндинг.

Папа покачал головой:

– Действительно, никогда не слыхал о таком.

Лиззи принялась наворачивать свой ужин. Она запихивала в рот огромные порции лингуини. Вскоре ее щеки и подбородок были перемазаны в соусе, но она не прервалась, чтобы вытереть их салфеткой, а знай себе жевала и всасывала макароны, шумно глотая, будто целый месяц не ела.

Мама с папой переглянулись и дружно сделали вид, что ничего не замечают.

Минди гавкнула и ткнулась носом Лиззи в колени. Она любит, когда гости уделяют ей внимание. Но Лиззи была слишком занята едой, чтобы приласкать песю.

– Где ты живешь? В наших краях? – спросила мама.

Лиззи кивнула, судорожно глотая.

– На Вересковой улице, – отозвалась она. – Я думала, это она и есть. Но из-за этого снегопада…

– Это Ткаческая, – объяснил папа. – Ткаческая переходит в Вересковую. Стоит пропустить один квартал…

– Мне жутко неудобно, – сказала Лиззи, сжав мою руку. – Майкл, должно быть, считает меня идиоткой. Всякий раз, как он меня видит, оказывается, что я потерялась. – Она снова набросилась на лингуини, запихивая их в рот и не прерываясь даже на то, чтобы отдышаться.

– Тебе нужно родителям позвонить? – спросил папа, наблюдая, как она ест. – Они, наверное, будут волноваться?

Лиззи отмахнулась свободной рукой:

– Ничего страшного.

Папа повернулся ко мне.

– Забыл тебе сказать: у меня пара завтрашних сделок накрылась. «Барсов» не осталось, но парочка «Ямах» для вас с друзьями найдется.

– Класс! – воскликнул я. – Спасибо, пап. Это замечательно. И снег будет что надо. Ребята от счастья с ума посходят.

Лиззи отложила вилку. На ее тарелке не осталось ничего, кроме лужицы соуса. Она сняла макаронину со щеки.

– Вы про снегоходы?

– У папы магазин снегоходов в Норт-Хиллс, – объяснил я. – Завтра мы с компанией хотим погонять вдоль Ривер-роуд.

– Ух ты. – Она наконец вытерла рот салфеткой. А потом снова сжала мою руку. – Никогда не каталась на снегоходе. Можно мне с вами?

Я замялся.

– Ну-у…

– Это значит «да»? – выпалила Лиззи.

– Пожалуй, – сказал я. – Хорошо.

– Спасибо! – воскликнула она и, наклонившись, чмокнула меня в щеку.

Тут я как раз поднял глаза и обнаружил, что в дверях столовой стоит Пеппер и глядит на нас глазами-блюдцами.

14

Лиззи тотчас отпрянула от меня.

Глаза Пеппер на мгновение превратились в щелочки. Капюшон ее длинной куртки все еще был на голове. Она устремила на меня сумрачный взор, после чего напустила на себя безразличный вид.

– Майкл? Я думала, мы собирались позаниматься…

Мама вскочила.

– Здравствуй, Пеппер, – сказала она. – Мы не слышали, как ты звонила в дверь.

– А я и не звонила, – ответила Пеппер, буравя меня взглядом. – Парадная дверь стояла нараспашку, вот я и…

– Нараспашку? – встрепенулся папа. – То-то я думаю, откуда сквозняк…

– Я дико извиняюсь, – покачала головой Лиззи. – Наверное, я не закрыла ее за собой. Я плохо соображала и… и… вчера просто не выспалась. – Она положила голову мне на плечо.

Это вызвало у Пеппер соответствующую реакцию. Ее глаза округлились на долю секунды и тут же снова превратились в мрачные щелочки.

– Снимай куртку, Пеппер, – велела мама. – Кстати, цвет очень приятный. Это фиолетовый?

– Кажется, потемнее, – отозвалась Пеппер. – Хорошо к волосам подходит? Не слишком вызывающе?

– Ничего подобного. Мне нравится. – Бросив взгляд на Лиззи, мама снова повернулась к Пеппер. – Ой, извини. Где мои манеры! Ты знакома с Лиззи?

Пеппер неотрывно глядела на меня.

– Нет. Нет, не знакома.

– Привет, – сказала Лиззи, помахав рукой. – Рада знакомству.

Я поднялся.

– Пеппер, в шкафу ужасный беспорядок. Давай я помогу тебе повесить куртку. – Взяв ее за локоток, я отвел ее к гардеробу в прихожей. – Знаю, это может показаться странным… – прошептал я.

Пеппер сняла капюшон и боднула меня в грудь.

– Ты же мне сказал, что не знаешь ее! – прошипела она. – Ты же сказал!

– Ну, да, да, но…

– Ты сказал, что не знаешь ее. А она тут расселась, как у себя дома, ужинает, да еще и с тобою лижется…

– Да она как снег на голову свалилась, – прошептал я, не отрывая глаз от дверей в столовую. – Я ее специально не приглашал.

– Майкл, с каких пор ты стал лгуном? Вот так просто появилась и села ужинать с твоей семьей?

– Дык да, – настаивал я. – Ничего я не лгу, Пеппер. Честно. Я…

Я умолк: в прихожую вышла Лиззи, держа курточку на сгибе руки. Должно быть, мама ей отдала.

– Я побегу, – сказала Лиззи. – Вы уж извините, что я так, нежданно-негаданно. – Она засмеялась. – Наступит день, когда ты встретишь меня и я не буду потеряшкой.

– В Шейдисайде вообще заблудиться проще простого, – сказала Пеппер. Она указала в окно гостиной. – Снег перестал, так что тебе будет лучше видно, куда идешь.

Лиззи натянула шапочку.

– Рада была с тобой познакомиться, Пеппер.

– Взаимно, – безо всякого энтузиазма отозвалась Пеппер.

Лиззи протиснулась мимо меня.

– До завтра.

– До завтра? – Пеппер подняла глаза на меня.

– Где встречаемся? – как ни в чем не бывало продолжала Лиззи.

– Почему бы тебе не встретиться с нами у папы в магазине? – предложил я. – Это на Ривер-роуд. Ты не заблудишься. – Я засмеялся. – Даже ты не заблудишься. Там не дальше квартала.