Sword Art Online. Том 14. Алисизация. Единство

Судя по всему, лёгкая победа Первосвященницы над ледяной стрелой успокоила Чуделкина, поскольку тот снова повернулся на голове лицом к противникам.

В следующий миг его глаза округлились, и в них одно за другим промелькнули несколько различных чувств.

Первым было изумление при виде яркой вспышки, окутавшей выброшенный вперёд клинок Кирито.

Вторым — облегчение, когда он понял, что обычный пронзающий удар ни за что не дотянется до него.

Третьим — страх перед клинком из алого света, который с неистовым рёвом протянулся к нему.

Юджио и сам поразился настолько, что у него перехватило дыхание. Кроваво-алый свет прошёл слева от Алисы, защищавшей их от огненного шута, в одно мгновение преодолел пятнадцать меров…

И с лёгкостью пронзил тощее, словно палка, туловище перевёрнутого Чуделкина.

Световой клинок вытянулся ещё на два мера и рассыпался на алые частицы. Его сменили брызги настоящей крови того же самого цвета, хлынувшей из дыры в груди Чуделкина — настолько огромной, что она почти разделила его тело пополам.

— О-хо-о-о-о-о-о… — послышался слабый, протяжный возглас, напоминающий свист выпускаемого воздуха.

Стоящее на голове тело накренилось и в следующую секунду шлёпнулось в алую лужу.

Продолжая истекать кровью, которая, казалось бы, давным-давно должна была закончиться, Чуделкин поднял трясущуюся правую руку, пытаясь дотянуться до лежащей на воздухе Администратор:

— A-а… Ваше… Величество…

Юджио не видел лица Верховного старейшины, когда тот произносил эти слова. Наконец рука Чуделкина упала на промокший ковёр, и больше он не двигался.

В тот же миг огненный шут, по-прежнему висевший в золотом вихре над головой Алисы, превратился в облако белого пара, а его широкая ухмылка бесследно растворилась в воздухе. Золотые клинки-лепестки Алисы постепенно затормозили и повисли в воздухе, будто в недоумении.

От внезапно наступившей тишины у Юджио зазвенело в ушах. Он ещё раз взглянул направо.

Кирито до сих пор стоял согнувшись с вытянутой вперёд правой рукой.

Последние отблески света на мече погасли, полы плаща ещё раз колыхнулись и бессильно повисли. Юджио, затаив дыхание, смотрел, как к напарнику возвращается его обычный вид.

Нехитрая чёрная рубашка и прежние штаны уже вернулись, но ещё долго Кирито стоял в той же позе. Наконец он медленно опустил правую руку, и остриё чёрного меча упёрлось в ковёр.

Юджио смотрел на склонившего голову напарника и не знал, что сказать.

Кирито пытался спасти даже Фанацио, заместителя командира рыцарей. Он не будет радоваться смерти противника, даже если это Верховный старейшина Чуделкин. Его волосы вновь укоротились, открывая взгляду выражение лица: в нём не было ни капли того хладнокровия, которое Юджио видел за миг до атаки.

Повисшую на несколько секунд тишину нарушил металлический звон, с которым стая клинков Алисы сложилась обратно в меч. Почуяв, как напряжена спина рыцаря единства, Юджио ещё раз посмотрел в глубь комнаты через её плечо.

Парящая Администратор протянула хрупкую руку к лежащему Верховному старейшине.

Юджио готов был поклясться, что Чуделкин мёртв. Неужели Первосвященница ещё может вылечить его каким-то заклинанием? Или в её власти дать бездыханному телу новую жизнь?..

Юджио шумно вдохнул, не веря своим глазам…

Но тут в комнате раздался бесстрастный голос Первосвященницы:

— Я всего лишь уберу его. Смотреть противно.

Вальяжный взмах левой рукой — и останки Чуделкина отбросило в сторону, словно тряпичную куклу. Тело стукнулось об одно из окон на восточной стороне и упало под него.

— Поверить не могу, что вы так… — глухо прошептала Алиса, глядя на это.

Ей перестроили всю личность, превратив в хладнокровного рыцаря единства, но сейчас даже она не смогла скрыть своих чувств. Юджио её понимал: он ни в коем случае не уважал Чуделкина как человека, но ведь Верховный старейшина погиб, сражаясь за свою хозяйку, и заслужил достойные похороны.

Тем не менее Администратор даже не взглянула в сторону отброшенных останков. Более того, на её лице вновь появилась загадочная улыбка, словно она уже успела полностью стереть память о Верховном старейшине.

— Что же… — сказала она. — Спектакль был скучноват, но всё-таки он принёс мне релевантную информацию.

Первосвященница разговаривала сама с собой, и в её речи то и дело проскакивали непонятные слова священного языка. Она проплыла по воздуху около пяти меров и остановилась в центре комнаты, не вставая с невидимого дивана.

Администратор смахнула со лба слегка растрепавшиеся серебристые волосы, прищурила глаза, в которых плясали все цвета радуги, и обратила свой невыносимо притягательный взгляд к соседу Юджио — упрямо глядящему в пол Кирито:

— Здравствуй, мальчик-аномалия! Я долгое время полагала, что не могу просматривать твои свойства, потому что ты незарегистрированная единица, дитя неузаконенного брака… Но я ошиблась, да? Ты пришёл к нам снаружи, не так ли? Ты… человек того мира?

Юджио слышал шёпот Первосвященницы, но не понимал смысла сказанного ею.

«Снаружи? Того мира?»

Чернявый парень по имени Кирито — приблудыш Вектора, появившийся в лесу Рулида два с половиной года назад.

Деревенские старики рассказывали Юджио о других приблудышах, но он давно перестал верить, что бог тьмы Вектор в самом деле добирается до людей, живущих по эту сторону Краевого хребта, и ради потехи стирает им память.

Когда с людьми происходит нечто невыносимо грустное и печальное, они сами стараются забыть об этом, а иногда даже расстаются с жизнью. Про это ему рассказал старина Гаритта, предшественник Юджио по Призванию рубщика. Давным-давно у Гаритты утонула жена, и он так горевал о ней, что практически стёр её из памяти.

«Может, это жалость богини жизни Стейсии, а может, её кара», — с печальной улыбкой добавил старик.

Поэтому Юджио в глубине души считал, что и с Кирито когда-то произошло нечто похожее. Судя по цвету глаз и волос, он наверняка родился в Восточной или Южной Империи, но с его родиной произошло нечто ужасное. Потеряв память, мальчик долгое время скитался по миру, пока не очутился возле Рулида.

Вот почему во время их путешествия и жизни в академии Юджио никогда не спрашивал Кирито о прошлом. Хотя, конечно, была и другая причина: он боялся, что если Кирито вспомнит о своей родине, то бросит его и отправится туда.

Но сейчас Первосвященница Администратор, для которой весь мир людей как на ладони, сказала, что Кирито родился «снаружи».

О чём это она? О том, что Кирито — уроженец Дарк Территори, тёмных земель по ту сторону Краевого хребта? Всё, что у Кирито осталось от прежней жизни, — это айнкрадский стиль фехтования с его приёмами-комбинациями. Неужели этот стиль придумали в стране тьмы?

Нет. Первосвященнице должно быть хорошо известно, как устроена Дарк Территори. Покорные ей рыцари единства свободно перелетают через Краевой хребет и сражаются с чёрными рыцарями. Будучи их госпожой, она должна хорошо знать, из каких стран и городов состоит Дарк Территори и какие люди там живут. Поэтому она не стала бы туманно говорить, что Кирито «из того мира».

Но раз Администратор всё-таки употребила эти слова, значит ли это, что Кирито прибыл сюда из мест, до которых не дотягивается даже её взгляд? Неужели его родина ещё дальше, чем королевство тьмы? Возможно, она в другом мире, отрезанном от этого?..

Голову Юджио заполнили такие абстрактные мысли, что он совершенно не представлял, как выразить их словами. Тем не менее интуиция подсказывала, что он приближается к важной тайне поистине мирового значения. Мучаясь от собственного незнания, Юджио перевёл взгляд на ночное небо, раскинувшееся за огромными окнами.

Между тучами проступало звёздное море.

Может быть, именно там, за небосводом, родина Кирито? Как выглядит мир, из которого он пришёл? Вспомнил ли его Кирито?..

Затянувшуюся на несколько секунд тишину нарушил напарник Юджио, медленно поднявший голову.

— Да, — произнёс он в ответ короткое, но важное слово.

Юджио посмотрел в лицо другу, чувствуя, как по телу забегали мурашки. Как он и предполагал, Кирито вспомнил о своей родине.

А может, он и не забывал?..

Кирито на миг скосил взгляд и посмотрел на Юджио. В чёрных глазах горело несколько чувств, но ярче всего отчаянная просьба: «Верь мне!»

Взгляд брюнета быстро вернулся к Администратор. Хотя Кирито и казался мрачнее обычного, он слегка ухмыльнулся и развёл руки в стороны:

— Но у меня такие же полномочия, как и у остальных жителей этого мира. Они намного ниже твоих, Администратор… вернее, Квинелла.

Как только он произнёс это загадочное имя, улыбка сошла с прекрасных губ Первосвященницы. Правда, ненадолго: уже через секунду перламутровые губы улыбнулись ещё шире, чем раньше.

— Кажется, коротышка из библиотеки успела наговорить тебе всякой чуши. Итак? С какой целью ты заявился в мой мир? Тем более без администраторских полномочий.

— Возможно, у меня нет полномочий, зато есть знания.

— О-о, и какие же? Учти, мне неинтересны скучные рассказы о прошлом.

— Тогда как насчёт рассказа о будущем?

Кирито стоял напротив хозяйки мира, опираясь руками на чёрный меч. На его лицо вернулось строгое выражение, чёрные глаза сверкнули.

— Квинелла, уже скоро ты уничтожишь свой мир.

Однако после столь невероятного заявления улыбка Администратор стала ещё ярче.

— Я? Это ты навредил моим очаровательным куклам, но говоришь, что мир уничтожу я?

— Да. Твоя ошибка уже в том, что ты создала орден рыцарей единства для защиты от вторжения из Дарк Территори.

— Хи-хи. Хи-хи-хи-хи.

Скорее всего, с тех пор как Первосвященница заполучила безграничную власть, ей ещё никто не смел указывать на ошибки. Она приложила пальцы к губам, а плечи задрожали так, словно она старалась изо всех сил не расхохотаться.

— Хи-хи-хи. Ты говоришь в точности как та коротышка. Должна признать, она ловко научилась склонять мужчин на свою сторону. Мне вас так жаль… И коротышку — за то, что отчаянно пытается прогнать меня, и тебя — за то, что так легко согласился с ней.

Сдавленные смешки Первосвященницы раздавались один за другим.

Кирито уже открыл рот, собираясь продолжить, но его опередил звонкий голос:

— Я должна сказать, госпожа Первосвященница.

Лязгнул рыцарский доспех — это Алиса после долгого молчания шагнула вперёд. Золотистые волосы ярко сверкнули в лунном свете, будто соперничая с серебристыми волосами Администратор.

— Командир Беркули и его заместитель Фанацио разделяют мнение о том, что действующих рыцарей единства недостаточно для борьбы с надвигающимся вторжением армии тьмы. И я… согласна с ними. Безусловно, мы готовы биться до последней капли крови, но как вы собираетесь защищать невинных людей, когда падёт последний рыцарь, госпожа Первосвященница? Вы ведь не можете рассчитывать на то, что уничтожите огромную армию тьмы в одиночку!

Прекрасный властный голос Алисы пронёсся по комнате, словно дуновение свежего ветра, всколыхнув волосы Администратор. Улыбка Первосвященницы чуть притухла, и она окинула девушку в золотистых доспехах слегка недоумевающим взглядом.

Слова Алисы шокировали и Юджио, но по другой причине.

Рыцарь единства Алиса Синтесис Сёрти — это не более чем фальшивая личность, поселившаяся в теле Алисы Цуберг, подруги детства Юджио. Всего лишь несколько дней назад, когда она ударила Юджио по лицу в главном корпусе академии мечников, она была безжалостной поборницей закона. В ней не должно было остаться ни эмоций прежней Алисы, ни доброты, ни беззаботности, ни тем более любви.

Однако только что она говорила такими словами, словно с ней ничего не сделали, словно это Алиса из Рулида повзрослела и сама решила стать рыцарем единства.

Не замечая Юджио, глядящего на неё затаив дыхание, девушка звонко ударила остриём «Душистой оливы» об пол и добавила:

— Госпожа Первосвященница, я уже сказала, что рыцарей единства погубили ваши упрямство и ложь. Вы упрямо забирали у простых людей всё оружие и силу, при этом обманывая даже нас, рыцарей единства. Вы отрывали нас от родителей, супругов, братьев и сестёр, запечатывали нашу память и заставляли поверить, что мы попали сюда из несуществующего мира богов… — Алиса на миг потупила взгляд, но тут же выпрямилась и продолжила ещё увереннее: — Если вы не могли иначе спасти этот мир и его жителей, то я не буду вас обвинять. Но почему вы не поверили даже в нашу преданность вам и Церкви Аксиом?! Зачем вы наложили на наши души эти омерзительные заклинания, которые заставляют повиноваться вам?!

Все чувства, что у неё накипели, Алиса вложила в свой вопрос. Юджио видел, как по её гладким щекам стекают прозрачные капли.

Слёзы.

Слёзы на лице потерявшего все эмоции рыцаря единства.

От изумления у Юджио перехватило дух. На его глазах Алиса, даже не подумав вытереть слёзы, ещё выше подняла подбородок и посмотрела прямо на свою госпожу.

Её речь разила не хуже клинка, но Администратор лишь вяло улыбнулась, словно слова её нисколько не задели:

— Подумать только, какие сложные мысли появились в голове у малышки Алисы! А ведь прошло всего пять — или сколько, шесть? — лет с тех пор, как я создала тебя.

Юджио не нашёл в её лёгком, воздушном голосе ни единой эмоции, ни крупицы тепла. В нём были только серебряные переливы, доведённые до совершенства за долгие годы.

— Ты считаешь, что я не доверяю тебе и другим интеграторным единицам? Как обидно такое слышать! Конечно же, я доверяла моим очаровательным куклам и трудолюбивым шестерёнкам, которые в них вращаются. Алиса, ты ведь постоянно полируешь свой драгоценный меч, чтобы он не заржавел, не так ли? То же самое делаю и я. Я подарила каждому из вас модуль набожности — это и есть доказательство моей любви. Я сделала всё, чтобы вы навечно остались безупречными куклами, свободными от тщетных мук и раздумий, которые мучают простолюдинов.

Продолжая безмятежно улыбаться, Администратор подняла левую руку и прокрутила в ладони трёхгранную призму улучшенного модуля набожности, который она достала из Юджио.

Первосвященница посмотрела на Алису сквозь дрожащий фиолетовый свет и тихо продолжила:

— Бедняжка Алиса. Твоему прекрасному лицу совсем не идут слёзы. Ты опечалена? Рассержена? А ведь если бы ты осталась моей куклой, эти чувства никогда бы не посетили тебя.

Стекающие с лица Алисы слёзы падали на золотистые доспехи, но, помимо мягкой капели, Юджио слышал скрежет, с которым «Душистая олива», прорезавшая ковёр, постепенно вонзалась в мрамор. Алиса настолько напрягла руки, что её меч побеждал почти неразрушимый пол Центрального собора.

— Госпожа Первосвященница… — выдавливала она из себя дрожащий голос. — Вы правда считаете, что дядюшка… командир Беркули за все триста лет службы рыцарем единства ни дня не мучился и не страдал? Вы говорите, что не знали о непроходящей боли в душе человека, который был предан вам, как никто другой?

Под мечом что-то громко хрустнуло, и в тот же миг Алиса прокричала:

— Командир Беркули верно служил Церкви Аксиом и защищал простых людей, но при этом всё время страдал! Вы не можете не знать, что он постоянно просил Палату старейшин усилить бесполезные рыцарские ордены Империй! Он… дядюшка знал даже про печати в наших правых глазах! Разве это не доказывает, что именно он страдал больше, чем кто-либо?!

Алиса вопрошала сквозь боль и слёзы, но Администратор в очередной раз выслушала её с хладнокровной улыбкой на бледном лице:

— Ты меня расстраиваешь. Почему ты думаешь, что моя любовь так ничтожна? Разумеется, я всё знала.

Юджио на миг показалось, что он увидел в улыбке Администратор не только приторную сладость, но и жестокое любопытство.

— Знай же, бедняжка Алиса, что Первый… что Беркули уже не в первый раз забивает себе голову этой дрянью. На самом деле лет сто назад он уже приходил сюда и говорил почти то же самое. Поэтому я его починила. — Администратор испустила ещё один смешок, похожий на щебетание пташки. — Я заглянула в воспоминания Беркули и убрала из его головы все скопившиеся мучения и терзания. И не только из его. То же самое происходит со всеми рыцарями старше ста лет, и всем им я помогла забыть о невзгодах. Не бойся, Алиса, я не злюсь на твои шалости. Я сотру все воспоминания, из-за которых ты сейчас плачешь. Ты снова станешь куклой, которой не придётся ни о чём думать.

Повисла тяжёлая холодная тишина. На губах Администратор подрагивала многозначительная улыбка.