Выбор судьбы

– Тебя трясло, пока ты спал, – как на духу выложила Нора. – И я слышала, как ты стонал.

Натаниэль напрягся, но не выглядел удивленным.

– Ты и сам знаешь, верно? – осознала колдунья. – Просто разыгрывал спектакль, чтобы я не переживала.

– Со мной такое уже было после смерти родителей, это пройдёт, – отмахнулся юноша.

– И сколько это длилось в первый раз?

– Около года… – как можно нейтральнее заверил Нейт.

– Богиня, так не пойдёт! – изумленно воскликнула Элеонора.

– Я был у врачей, ничего не помогает, – он пожал плечами. – Да и что тут сделаешь – огромная часть моей жизни исчезла. Мозг пытается воссоздать недостающее во сне…

– Но и он же будто отвергает это… – закончила за него брюнетка.

– Типа того.

– Это все потому, что идея исходит от тебя, а правда тебе известна, и это вызывает диссонанс.

– Я уверен, что все, о чем мы сейчас говорим, крайне ненаучно.

Нора усмехнулась, вставая с постели:

– Я могу попытаться сделать кое-что, но мне не нравится эта задумка.

– Тогда почему предлагаешь?

– Она поможет тебе спокойно спать, а это залог хорошего самочувствия.

Колдунья покачала головой, будто бы сказала нечто глупое, а ее собеседник лишь влюблено ухмыльнулся.

– Так что ты хочешь сделать?

– Я могу создать у тебя в голове образ Софи, – нехотя пояснила Блэкуолл.

– Ты хочешь внушить мне, будто бы она жива? – настороженно переспросил юноша.

– Нет, конечно нет, – она покачала подбородком. – Я не буду внушать тебе какой-то искаженный факт. Просто создам видение. Как галлюцинация, каждый раз, когда будешь закрывать глаза. Ты сможешь говорить с ней и…

– Сделай это, – решительно откликнулся Гринфайер младший.

– Нейт, ты должен понимать, что это несколько нездорово, – взволнованно продолжила девушка. – Это как навязчивая идея.

– Все равно, – спокойно ответил он. – Если это возможно, снова говорить с ней, видеть ее, будто бы все в порядке… Я хочу этого.

Элеонора тяжело вздохнула, выдержав небольшую паузу:

– Ладно, я сделаю это. Но помни, что это лишь плод твоего и, в данном случае, моего воображения. Она будет говорить то, что ты ожидаешь от неё услышать. Она нереальна.

– Хорошо, я понял. Что мне делать?

– Представить ее.

– Только и всего?

– В мельчайших деталях. Любые незначительные подробности важны. Думай обо всех совместных мгновениях.

– Хорошо…

– И не сопротивляйся мне, – предостерегающе промолвила Нора. – Ты знаешь, как это работает.

Юноша согласно кивнул и закрыл глаза. Брюнетка обхватила одну из его ладоней, а вторую руку поднесла к его виску, легонько потирая друг об друга подушечки пальцев, будто бы между ними что-то было. Она сосредоточенно вглядывалась сквозь его лицо в его голову, создавая внутри искусственные магические связи. Эта миссия проходила для нее легко и плавно – весь мозг Натаниэля целиком и полностью откликался на ее манипуляции, буквально желая быть одурманенным. Единственная проблема заключалась лишь в личном восприятии Элеоноры – вся эта затея казалась ей очень сомнительной и потенциально небезопасной, но на данный момент это было все, что она могла предложить.

Закончив внушать возлюбленному всю эту опрометчивую иллюзию, она нежно взглянула на него. Опустив взгляд на их сплетенные руки, Блэкуолл беззвучно вздохнула. Гринфайер младший выглядел умиротворенным и полным надежды, когда она легонько коснулась его щеки:

– Нейт, я закончила.

Юноша тут же открыл глаза:

– Это было быстро.

Брюнетка поджала губы.

– И как теперь понять, сработало ли оно?

– Оно точно сработало, – уверяла его колдунья. – Но твой мозг должен «перезагрузиться». Со следующим пробуждением ты уже будешь видеть Софи.

– Звучит вдохновляюще…

– Нейт, только помни, что она ненастоящая, и…

– Да-да, я все помню, – Натаниэль проследовал к стене и наклонился, чтобы поднять с пола поблескивающий предмет, – не нервничай.

– Что ты…

Не успела девушка договорить, как собеседник уже зашел ей за спину, протягивая через ее шею цепочку со знакомым камнем.

– Одна маленькая деталь, – прошептал Гринфайер младший, застегивая кулон.

Элеонора дотронулась до украшения, все еще чувствуя себя в нем неуютно, и тогда ее возлюбленный оказался перед ее лицом.

– Все будет хорошо, – он заботливо погладил ее подбородок, – не так ли?

– Конечно, – хотя ответ колдуньи и был утвердительным, юноша видел, что она говорит это через силу.

Печально улыбнувшись, он обхватил ладонь девушки, уводя ее в коридор.

С самого утра в коллегии происходил полный бардак – все жилые помещения были опечатаны, и в данный момент каждое из них переворачивали вверх дном сотрудники комитета, в поисках чего-либо компрометирующего. Нейту и Норе чудом удалось покинуть спальню девушки до этого жестокого вмешательства. Мэттью стоял у порога своей комнаты, возмущенно наблюдая за тем, как с его полок сносят все вещи:

– Черт возьми, можно поаккуратнее?!

Сотрудник уронил фоторамку, покоящуюся на тумбочке, и та, ударившись об пол, тут же разбилась. Блум закатил глаза.

– Как проходит? – Николас подкрался к другу и встал напротив двери.

– Это какой-то беспредел, – монотонно промолвил парень.

– Меры предосторожности, – поправил его Мейпл. – Ты же понимаешь, зачем это делается.

– Сдается мне, что вряд ли они найдут в одной из комнат записку от Тамики с надписью «спасибо за работу, двойной агент», – саркастично ответил маг с волчьим взором.

Ник бросил на друга негодующий взгляд.

– Нет, ну серьезно, ты не думаешь, что это бессмысленно? – Мэтт раздраженно покосился на свой шкаф, из которого сейчас выгребли всю одежду, скинув ее на пол. – Еще больше меня волнует, что мы продолжаем работать в том же режиме, возможно, выдавая секреты врагу.

– Констанция стала осторожнее, – успокаивал его чародей. – Теперь она предпочитает держать при себе намного больше информации. Но нельзя поднимать панику. И нельзя дать понять предателю, что мы знаем о нем.

– Вдруг он уже знает? – люпан нахмурился. – Вдруг он один из нас.

Николасу было нечего ответить на это, он устало запрокинул голову к потолку:

– Тони в последнее время кажется мне какой-то скрытной.

– Она же работает с Констанцией, – Блум пожал плечами. – Та небось доверяет ей больше, чем нам.

– Думаешь, дело в этом?

– В чем же еще.

– Наверно, ты прав, – он опустил лицо, – в последнее время я просто… – увидев лицо друга, Мейпл замолчал.

– Что такое?

– У тебя кровь, – парень выглядел удивленным.

Мэттью напрягся, доставая из кармана рубашки платок:

– Я был на патруле и, кажется, переборщил с созданием ловушек.

– Тогда у твоего организма несколько запоздалая реакция.

– Что правда, то правда…

– Ты точно в порядке? – все еще обеспокоенно интересовался Ник.

– Да-да, пойду отдохну в гостиной, – он повернулся к сотруднику, рыскавшему в его комнате, – ПОКА ЗДЕСЬ ВСЕ ПЕРЕВОРАЧИВАЮТ ВВЕРХ ДНОМ.

От взгляда Антуанетты не ускользнул тот факт, что Мэттью как-то подозрительно быстро скрылся с всеобщего собрания комитета, а потому она поспешила проследить за ним. И ее удивлению не было предела, когда она застала его за наведением марафета в общем умывальнике.

– Серьезно? – она вскинула брови. – У нас там вообще-то обсуждаются дела чрезвычайной важности.

– И мне чрезвычайно важно следить за собой, – как ни в чем не бывало, откликнулся Блум, поправляя волосы.

– Ты неисправим, – она рассмеялась, вновь оборачиваясь к двери, но вдруг услышала, как ее друг шмыгнул носом, а затем включил воду буквально на несколько секунд.

Леруа направилась к магу с волчьим взором, недоверчиво глядя на золотисто-коричневые локоны, которые он уложил в абсолютно несвойственной ему манере.

– Подожди-ка, – зашептала она, дотрагиваясь до прядей.

– Что ты делаешь? – недовольно воскликнул парень, отмахиваясь от навязчивой подруги.

Несмотря на его быструю реакцию, рыжая все же успела заметить несколько посветлевших волосков.

– Ты болен, – ее лицо выражало сильнейшую обеспокоенность.

– Не понимаю, о чем ты, – фыркнул Мэтт, зашагав в сторону выхода.

– Стой, – чародейка мигом развернула его к себе, схватив за предплечье, после чего обхватила рукой его подбородок, приподнимая его.

В ноздрях парня все еще виднелись остатки крови.

– О нет, – промолвила Тони, почти что рыдая. – Проклятие Тамики.

– Основоположники, будь тише, – возмутился маг, оглядываясь на дверь и скидывая с себя ладони собеседницы.

– Констанция сказала тебе молчать? – губы Леруа все еще дрожали. – Как давно у тебя проявились первые симптомы?

– Я и сам не рвался рассказывать всем подряд… Какая тебе разница? – парень выглядел недоуменным, но его вдруг осенило. – Стой. Откуда тебе известно про болезнь?

– Я… – мозг Антуанетты стал усиленно работать, придумывая правдоподобную ложь. – Я работаю с Констанцией над лекарством.

Собеседник будто проигнорировал все ее слова.

– Твои глаза окрасились страхом, когда ты увидела у меня кровь, – теперь и радужки самого Блума охватил фиолетовый пигмент, – но обычно ты всегда их контролируешь.

Не медля ни секунды, парень обхватил лицо своей спутницы, осматривая его на наличие «зацепок», после чего взъерошил ее волосы в поисках поменявших цвет прядок. Чародейке не нравилось подобное вмешательство в ее личное пространство, но она податливо откликалась на все действия друга, пока он не подтвердил свои догадки.

– Ты тоже больна, – обреченно выдал он, смотря на нее сверху вниз. – Ник знает?

– Конечно же нет, – всполошилась рыжая, – и ты ни в коем случае не скажешь ему!

– Ты собралась вешать ему лапшу на уши, пока мы оба не умрем? – саркастично усмехнулся Мэттью.

– Никто не умрет, – уверенно заявила Леруа. – Мы найдем лекарство. Способ. Что угодно. Ты будешь в порядке.