Железное кольцо

— Дэн, а на каком языке здесь говорят? — не выдержала я, когда мы вышли на улицу.

Парень посмотрел на меня сперва недоумённо, а потом как-то испуганно. Я поёжилась, лихорадочно пытаясь сообразить, что такого страшного содержалось в моем вполне невинном вопросе.

— Вот блин, — выдохнул, наконец, Дэн. — Об этом я не подумал…

— Так на каком? — не отставала я.

— На местном, конечно, — развёл руками парень. — На сонайском.

— Да… такого я не знаю. А можно как-то…

— Магически? — саркастически хмыкнув, поинтересовался Дэн.

— Ты что, тоже нашу литературку почитывал? — в свою очередь не удержалась я от сарказма.

— А что, нельзя? — взъерошился парень. — И потом, кто бы говорил!

— Да пожалуйста! — невольно начав закипать, огрызнулась я. — Так можно или нет?

— Знаешь… может, оно и можно. Теоретически, — протянул Дэн, задумчиво потирая лоб. — Но практически это здесь никому и никогда не требовалось, так что…

— Так что я поняла. Придётся учить.

— Видимо, придётся.

До арки мы дошли в молчании, уселись на одну из скамей неподалёку, и принялись ждать. Жизнь в городке уже кипела вовсю, ветер доносил вкусный запах свежевыпеченного хлеба, по улице прогрохотала накрытая рогожей повозка. Мимо нас прошли, о чем-то оживлённо болтая, три женщины с корзинами. А вот сам портал ещё не работал.

— Как же вы тогда туда-сюда путешествуете? — не удержавшись, спросила я, когда горожанки отошли достаточно далеко, чтобы нас не слышать. Не хотелось привлекать к себе лишнего внимания разговорами на незнакомом языке.

— Так это… — развёл руками Дэн. — Тех, кто может путешествовать, мало ведь очень. Проще выучить, чем заклинание составлять. И потом, чтобы его составить для кого-то, нужно самому говорить уметь. Так что учить всё равно приходится, как ни крутись, а потом оно уже зачем, когда выучишь? К тому же, делиться друг с другом секретами маги не очень-то любят.

Я досадливо прикусила губу — опять все свелось к магии, о которой я не имею ни малейшего представления. Но магия магией, а логика логикой, и в данный момент она мне подсказывала, что Дэн рассуждает в каком-то не том направлении.

— Но ведь здешний-то язык они все знают, разве нет?

— А его зачем кому-то учить? — искренне удивился парень.

— Ага, вот мне сейчас — совершенно незачем!

— Э… — растерянно промычал Дэн. — Ну…

— Что, наши сюда никогда не попадают?

— Вообще-то, нет. Сами по себе так точно.

— Ясно.

Отвернувшись, я принялась разглядывать тощего долговязого торговца, бегающего вокруг лотка и развешивающего пучки каких-то трав. Ради развлечения попробовала догадаться, зеленщик он или травник. Несколько накрытых влажным полотном корзин наводили на мысль, что товар предназначен для приготовления скорее еды, чем лекарств. Хотя откуда мне знать, как устроена местная медицина…

Дэн тряхнул меня за плечо, отвлекая от этих размышлений. Повернув голову, я увидела идущего к арке из переулка высокого мужчину, с головы до пят закутанного в тёмно-синий плащ. Тут особых сомнений в профессии не возникло, магов я примерно так себе всегда и представляла.

Прибывшего заметили, похоже, не только мы. Со всех сторон к арке потянулись мужчины и женщины с объёмистыми корзинами. Один невысокий, но очень плотный мужичок даже тачку перед собой толкал. Из-под грязно-серой рогожи свешивалась голова мёртвой курицы.

— На севере еда дороже, — пояснил Дэн. — Деньги у горняков водятся.

Я равнодушно повела плечом, совсем не удивившись. У нас на северах тоже и цены, и зарплаты соответствующие. Вроде бы. Раньше так точно были. Маг, тем временем, присел на корточки возле арки и принялся смешивать в глиняной миске какие-то жидкости и порошки. Смесь отчётливо шипела и искрила. Маг шипел не хуже, то и дело нервно отдёргивая от искр пальцы.

Наконец, над миской заплясало голубое пламя, к арке потянулись три струйки плотного серого дыма, свились в один чуть приплясывающий клубок. Через мгновение он закрутился воронкой, заполняя всю арку. Сунув магу монеты, Дэн сжал мое запястье и решительно двинулся в этот дым. В последний момент мне как-то вдруг отчётливо расхотелось нырять в серую пелену, но затормозить я уже не смогла.

Несколько секунд в тумане и невесомости — и я ощутила под ногами твёрдую землю. Сделала еще один шаг, и серая пелена оборвалась. Передо мной предстали горы. Удивительной красоты череда заснеженных вершин на фоне прозрачно-голубого утреннего неба. И кристально чистый воздух, от которого даже слегка закружилась голова.

— Ты как? — озабоченно поинтересовался Дэн.

Позади, чуть не сбив меня с ног, из-под арки, такой же, как и в городе, вывалилась дородная тётка с парой корзин. Я едва успела шагнуть в сторону, по пути оглядываясь. Ни разу в жизни не бывала в горах, даже видела их только на фотографиях, так хоть пейзажем полюбоваться. Раз уж больше в жизни радоваться особо нечему…

— Красиво? — догадался Дэн, за локоть оттаскивая меня ещё дальше.

— Красиво, — рассеянно отозвалась я. — Куда нам теперь?

Неопределённый взмах руки в сторону далёких гор поверг меня в уныние. Отдохнувшие за ночь ноги опять отчётливо заныли, протестуя против повторения вчерашних подвигов. Всё-таки тяжело современному городскому человеку в условиях отсутствия автомобилей или хоть общественного транспорта.

— Не пойдём мы пешком, не бойся, — хмыкнул Дэн, верно истолковав печальное выражение моего лица. — Сейчас торговцы из Лирга подтянутся, оптовики. Покупатели к ним тоже на телегах приезжают. Дождёмся, сторгуемся с кем-нибудь и поедем.

— И долго ждать?

— Час, может, полтора. Давай пока к водопаду сходим, тут недалеко.

Водопад меня покорил. При виде радуги, танцующей среди водных брызг, я испытала совершенно детский восторг. Дэн, расположившийся на стволе поваленного дерева, моих бурных эмоций не разделил. Может быть потому, что бывал здесь много раз. А может потому, что был слишком занят завтраком, благоразумно прихваченным с собой. Вдоволь напрыгавшись по валунам и порядком промокнув, я к нему присоединилась, и, к собственному удивлению, с большим аппетитом съела целых два бутерброда с сыром и копчёным мясом.

— Пойдём, — со вздохом сказал Дэн, наполнив фляжку водой прямо из речки.

Я почувствовала, как съеденные только что бутерброды запаниковали и запросились обратно. Красота красотой, но антисанитария — она везде опасна. А я ведь тоже пила из этой фляжки, даже не задумываясь о происхождении её содержимого. Только дизентерии мне для полного счастья и не хватает…

— Не переживай, — отмахнулся Дэн, будто мысли мои прочтя. — Здесь вода чистая, можно сказать, даже полезная. Потому что залежи серебра близко.

Я только рукой махнула, решив разбираться с проблемами по мере возникновения. Пока не подцепила, и не факт, что вообще подцеплю, хватает других поводов для переживаний. К тому же, что-то пить всё равно придётся, а киосков тут на каждом шагу нет и, боюсь, не появится ещё лет пятьсот.

К нашему возвращению площадь вокруг арки разительно изменилась, заполнившись людьми и телегами. Народ сновал между мешками и корзинами, бурно торговался, то тут, то там голоса возносились до криков, периодически кто-то бил по рукам и обнимался. Удачные сделки отмечались здесь же, у бочонков с пивом. Пахло свежей выпечкой и пряностями.

Дэн остановился на несколько мгновений, всматриваясь в толпу, потом покрепче сжал мою руку и решительно двинулся к одной из телег, зорко охраняемой мальчонкой лет двенадцати, восседающим на горе мешков. Приблизившись, я увидела и взрослого, дремавшего, не выпуская из рук вожжи.

При виде Дэна паренёк что-то радостно завопил, кубарем скатился с мешков и повис у моего спутника на шее. Их короткое, но шумное общение разбудило возницу. Широко зевнув, тот поднялся, прикрикнул на мальчишку и слегка поклонился.

Подобное почтение со стороны человека явно старшего, а хозяину телеги на вид было никак не меньше сорока, навело меня на мысль о том, что он знает, с кем имеет честь. Не успев решить, хорошо это или плохо, я оказалась подтащена к телеге за руку, подхвачена и усажена на мешки.

— Сейчас Лита вернётся, и поедем, — проинформировал Дэн.

— Твои знакомые? — попыталась прояснить я.

— Ага. Мои и моего друга, к которому мы едем. Не переживай, им можно доверять.

Пока мы разговаривали, мужчина косился на нас, неопределённо усмехаясь в седые рыжеватые усы. Словно отец, наблюдающий за вознёй детишек. И при всей моей неготовности кому-либо сейчас доверять, это меня слегка успокоило.

Лита, видимо жена хозяина телеги и мать непоседливого мальца, продолжающего заваливать Дэна вопросами, вернулась довольно скоро, с полной корзиной всяческой зелени. Забралась к нам на мешки и что-то скомандовала. Телега тронулась.

 

* * *

Кажется, это было худшее путешествие в моей жизни. Трясясь на мешках по ухабистой дороге, я спасалась только тем, что без конца заставляла Дэна переводить для меня на местный язык все приходившие на ум слова. Концентрация на запоминании новой информации помогала отвлечься от тошноты.

Уже перевалило за полдень, когда впереди показались, наконец, серые каменные стены. У меня даже дух захватило от невольного восторга и интереса. Передо мной вырастала средневековая крепость, будто сошедшая с картинки учебника! Правда, разум быстро пресёк неуместную радость. Реальное средневековье было довольно грязным и неромантичным. В этом мне уже довелось убедиться на практике.

— Вот и Иронай, врата Ирната, — тоном экскурсовода сообщил мне Дэн. — Тебе должно здесь понравиться.

Я неопределённо хмыкнула. Интересно, почему бы это? Потому что меня, обитательницу городских джунглей, заворожила красота горных вершин в лучах утреннего солнца? Так пейзажи это одно, а загаженные улицы и дома без элементарных бытовых удобств — совершенно другое.

Тем временем мы въехали в ворота, мимо пары скучающих стражников, и двинулись по мощёной улице. Неровная брусчатка подарила моей и без того пострадавшей за время пути пятой точке новую порцию непередаваемых ощущений. Желудок подобрался, как бегун на старте. Но отправить меня в забег до ближайшего укромного уголка не успел. Дэн соскочил с телеги раньше и протянул мне руку.

— Дальше пешком.

Возблагодарив небеса за своевременную милость и вежливо кивнув земным благодетелям, я соскользнула на землю и нетвёрдой походкой последовала за спутником. Пройдя по главной улице с полдесятка метров, мы свернули в узкий переулок, протопали еще метров десять и остановились перед солидной дубовой дверью. Дэн трижды стукнул в неё специальным молотком, и замер, скрестив руки на груди.

Только тут до меня дошло одно весьма интересное и существенное обстоятельство: вокруг ничем не воняло! Я начала подозревать, что именно это Дэн и имел в виду, говоря, что мне здесь понравится. И принялась оглядываться, чтобы понять причины такого внезапного поворота. Но тут дверь с натужным скрипом открылась, и на пороге возник высокий седой мужчина с зажжённой лампой в руке.

Произнесённую им довольно длинную фразу я почти поняла. Во всяком случае, уловила общий смысл. Нас совершенно определённо поприветствовали и пригласили войти. Хорошо, что грамматика местная была весьма похожа на русскую. Мелькнула даже мысль: а не поэтому ли Дэн в своё время оказался именно в Москве?

Через каких-то полчаса я блаженствовала в тёплой ванне, окончательно признавая, что Дэн был прав. Иронай начал мне нравиться. Здешний герцог, кстати, внук первооткрывателя путешествий между мирами и сам не последний маг, был большим поклонником технического прогресса. В городе он устроил водопровод и канализацию почти в привычном для меня виде. В богатых домах имелась даже горячая вода.

Отмокнув, отдохнув и расслабившись, я выбралась из воды, вытерлась жестковатым льняным полотенцем, растянулась на мягкой кровати и попыталась решить, спуститься ли в столовую или лучше поспать. Усталость настаивала на втором варианте, голод и любопытство склоняли к первому. На нём я в итоге и остановилась, рассудив, что кровать никуда не убежит, а вот обед остынет.

К моему торжественному прибытию спор за столом достиг апогея. Дэн, зажав в руке наполовину обглоданную куриную ножку, что-то яростно втолковывал хозяину. Тот в ответ неопределённо разводил руками, вслух не возражая, но всем своим видом демонстрируя несогласие.

— О чем шумим? — поинтересовалась я, усаживаясь за стол и оглядывая стоящие на нем блюда.

— Я пытаюсь втолковать этому мальчишке, что для моего брата не будет разумным открыто выступить против Каланы прямо сейчас, — с едва заметным раздражением в голосе ответил мне хозяин. — Кстати, я Гиллад, миледи.

Как-то даже и не удивившись более чем приличному знанию моего родного языка, я пожала плечами, накладывая себе тушёных овощей. Дэн, тем временем, густо покраснел, сообразив, что забыл представить нас друг другу.

— Очень приятно, а я Дарья. Не передадите курицу?

С благодарностью приняв солидный кусок запечённой грудки, я подумала ещё немного и прихватила заодно пару ломтиков сыра, с виду похожего на овечий. Попробовала, оценила вкус крайне положительно, и поинтересовалась:

— А ваш брат, он…

— Герцог Ирнатский, — догадливо уточнил Гиллад. — Двоюродный брат, если точнее.

— Выступать против короны почти всегда неразумно, — чуть криво улыбнулась я, принимаясь за овощи. — Но в данном случае, полагаю, есть и некоторые особые причины?

— Совет Лордов в растерянности, — отозвался хозяин, игнорируя недовольное сопение Дэна. — С одной стороны, всё очевидно: наследником является принц Таррин, регентшей должна стать вдовствующая королева. С другой — железное кольцо до сих пор не обнаружено. Кстати, Дэн утверждает, что оно у вас.

— Кстати, не отказалась бы узнать наконец, что это за кольцо такое, и почему у вас тут на нём буквально свет клином сошёлся, — уклончиво отозвалась я, решив пока не давать прямого ответа.

— Это артефакт рода, — повторил Гиллад уже известный мне факт. — Он подтверждает законность наследования. В первую очередь. Новый король должен надеть его во время коронации. Если он не сможет этого сделать, его не признают правителем.

— Что-то мне подсказывает, — насладившись ещё одним кусочком сыра, заметила я, — что это не единственное его применение.

— Верно, — кивнул Гиллад. — Но о прочих мне неизвестно.

— А кому известно?

— Совету магов, разумеется.

— Вы так говорите, будто для меня это должно быть очевидно, — проворчала я, кусочком хлеба собирая с тарелки вкуснейший соус.

— А разве его величество вам ничего не объяснил?

Изумление Гиллада выглядело совершенно искренним. Да уж, видимо мое появление внесло крупный раздрай в местную игру, и теперь решительно все не понимали, что делать дальше. А лично я, к тому же, не имела ни малейшего представления о правилах.

— Может, он и собирался, — пробормотала я, уткнувшись в тарелку, — но не успел.

— Обычно, если предыдущий владелец сам по каким-то причинам не может дать своему преемнику необходимые объяснения, — видимо, сжалившись надо мной, поведал Дэн, — это делает Совет магов.

— Круто, — кивнула я. — И как я смогу их получить?

— А никак, — оптимистично отозвался Гиллад. — Мы не знаем, кто из магов на чьей стороне, потому соваться к ним, пока Калана у власти, не стоит.

— Ладно, подведём итоги, — объявила я, откладывая приборы и скрещивая руки на груди. — Калане нужно убить меня и забрать кольцо, чтобы получить власть. Некоторое количество местной публики на её стороне. Кое-кто против, но даже вы, принимая нас у себя, считаете неразумным открытое выступление. Что же мне делать?

— Вариантов, собственно, два, — спокойно ответил Гиллад. — Либо вы избавляетесь от ребёнка Арладана и отдаёте кольцо Калане, либо собираете тех, кто недоволен перспективой видеть её на троне, и боретесь за свои права.

— За какие мои права? — на всякий случай уточнила я.

— Если кольцо у вас, если вы его надевали, вы принадлежите к роду. В вашем языке нет подходящего слова, но у нас вас назовут нивэн. Это чуть больше, чем жена. Само слово можно перевести как… судьба.

— Да ладно! — изумилась я. — Вот так просто: надел колечко и все? Судьба?

— Знаете, — протянул Гиллад, чуть скривившись, — это всё не так уж просто. Но вы этого пока, разумеется, не понимаете, потому, что не имеете представления о магии рода. Со временем поймёте, если, конечно, решите остаться и идти до конца. Сейчас объяснять нет ни времени, ни смысла, да я и не смогу. Но сами подумайте… не хочу обидеть, но просто любовницу, причём получше вас, Арладан мог бы найти и поближе. Тем не менее, он раз за разом тратил время и силы, чтобы быть именно с вами. А он вовсе не глупый мальчишка, потакающий своим капризам.

— Ладно, — сдалась я. — Принимаю как данность: я нивэн. Что это мне дает?

— Тебе — принадлежность к роду, — снова встрял в беседу Дэн. — А твоему ребёнку — законные права наследника трона.

Я не удержалась от вздоха. Экое, оказывается, счастье мне привалило, расхлёбывай теперь — не захлебнись. Больше, чем жена, но не жена, с откровенно птичьими, хотя и несомненными правами, с проклятым кольцом, на котором тут все зациклились, кучей могущественных врагов и сугубо гипотетической поддержкой. Да уж…

Только одно сейчас я знала совершенно точно: ничего не позволю сделать со своим ребёнком. Уж точно не принесу его в жертву властолюбивой стерве, убившей собственного мужа ради короны. И если придётся воевать, буду воевать.

— Итак, предположим, я выбираю борьбу, — медленно произнесла я, глядя на сложенные горкой на блюде яблоки. — Кто здесь может выступить на моей стороне?