Механический Зверь. Часть 6, Тот, кто сражается с чудовищами

Дьявол, раскрыв крылья, взревел в небеса, в ускоренном темпе поглощая в изобилии разлитую вокруг после взрыва энергию.

Короли и их ближайшие приближенные, не церемонясь откинув прочь составные части круглого стола, приблизились к крылатому чудовищу, еще вчера убивавшего их магов, а теперь бывшего единственным гарантом их жизни. Судьба иногда подкидывает интересные повороты.

Однако, как почти сразу выяснилось, враги были не только там, снаружи. В толпе раздались возгласы боли, кто-то упал, заскрежетали клинки.

-Айна! – Взревел Лаз, не отрывая взгляда от все продолжающих сыпаться сверху атак.

-Да что же это… — пробормотала девушка и в пространстве вспыхнула магия Эмпатии. Восемьдесят, вернее уже меньше, людей застыли на месте, словно восковые куклы.

-Разберись с ними! — Рявкнул Дьявол, сейчас не думая о вежливости и любовных нежностях. – Всех предателей убить без жалости! Вернуть в сознание только тех, в кого уверена на сто процентов.

-Да!

Айна, кивнув, закрыла глаза и уже через пару секунд те, кто замер с кинжалами в руках, кто пытался атаковать соседей магией, все, кто проявил агрессию, упали на пол замертво. Таких оказалось много, семнадцать человек, включая троих монархов и второго спутника короля Башдрака, которого предатель и пытался убить, к счастью, неудачно. Кресс вовремя почувствовал неладное и вместо сердца Катрана нож убийцы воткнулся молодому человеку в руку.

Так повезло, однако, далеко не всем. Мускулистая королева Сотении была мертва, пронзенный тонкой спицей прямо в глаз, как и бородатый князь и еще двое монархов. Кроме них погибло еще восемь человек, либо цели убийц, либо те, кто попытался их защитить. Восемьдесят выживших, не считая Лаза и Айну, еще до того, как покинули ратушу, сократились до пятидесяти одного.

Спустя еще десяток секунд около десятка человек: те, кого попытались убить, но провалились, а также те, кто попытался их защитить и выжил, плюс император Лотоса и каган танильцев пришли в себя, тут же хватаясь за голову и выворачивая желудки прямо под ноги. Принудительное отключение всех мыслительных процессов бесследно не проходило.

-Да что происходит?! – Правитель озерников, оглядел почти тридцать лежащих без дыхания тел.

-Все плохо, — ответила Айна. — Среди нас предатели, не факт, что я выявила всех. Так что в сознании лишь те, кого они пытались убить. Остальных придется нести нам, разберемся с ними в другом месте.

-Я не собираюсь никого нести! — Воскликнул король Нерии, за что поплатился уже не просто званием идиота. Айна в три шага оказалась около него и отвесила мужчине мощную оплеуху.

-Пока мы не окажемся в безопасности, ты не король! -- Командным тоном, которым овладела в совершенстве, рявкнула она. – Ты будешь делать все, что тебе скажут, иначе тебя просто оставят умирать, понятно?!

-Д…да! – Наконец осознав, что сейчас не время для капризов, выкрикнул король, даже зачем-то подтянувшись.

-Лаз, мы готовы! – через полминуты, когда все, кто остался без сознания были тем или иным способом подготовлены к транспортировке, Айна обернулась к Дьяволу.

-Маги? – Спросил тот.

-Мы готовы сделать все необходимое. – Вайм Нагт, второй сопровождающий императора и негласный лидер выживших чародеев, приблизился к крылатому существу.

-Слушать и запоминать, – отрывисто бросил Лаз. – Против нас несколько десятков, остальные сражаются по всему городу. Среди них семеро Мастеров. Никаких вопросов, слушайте. Сейчас вам надо знать только то, что Мастер – это маг, чьи способности вышли за пределы здравого смысла. Я Мастер, как и они, и займусь ими сам. Ваша задача продержаться против остальных, пока мы не окажемся в безопасности.

-Нас только пятеро! – крикнул кто-то, за что тут же получил от Вайма мощную пощечину.

-Нам все понятно, Лазарис. Рассчитываем на тебя.

-Все на выход из ратуши! – Прокричал Дьявол.

***

Брайм полыхал, поглощенный кровавой резней. В город за последние недели, вместе с монархами Люпса, прибыло почти десять тысяч человек, от личных советников до поваров и прачек. И сейчас примерно десятая часть, чуть меньше тысячи человек, словно взбесившись, начали нападать и убивать всех вокруг. И, казалось бы, один против десяти, никаких проблем скрутить бунтаря, просто навалившись на него толпой. Однако проблема была в том, что каждый из них, даже самый захудалый поваренок, неожиданно продемонстрировал немалые таланты в магии. Конечно, большинство из них владели волшебством на уровне, над которым посмеялся любой первокурсник средней магической академии, но для обычного человека даже это было невероятной опасностью.

Также немало среди предателей было и таких, что были настоящими магами. И, опять же, совершенно неожиданно они в бою демонстрировали уровень способностей, куда превышавший тот, который от них ожидали.

А в небе над ратушей, сейчас резко потерявшей в высоте, вместе с двумя десятками, пусть сильных, но вполне обычных чародеев, парили семеро магов, на голову превосходящих всех остальных. Как Лаз правильно определил, они были Мастерами. Но также у каждого из них был и другой титул, тому же Лазу показавшийся бы очень и очень знакомым. Сыны и Дочери Монарха.

***

-Хозяин, он и на этот раз не умер!

-Я вижу, Змей, не надо говорить столь очевидные вещи!

-Простите, Хозяин…

-Кто вообще мог подумать, что тот, в кого мы вкладывали столько сил, обернется против нас?

-Да никто не мог, в этом и проблема! Все дело в этой девке светлых, будь она проклята!

-Монарх, твои последователи точно справятся?

-Я не могу ручаться, Хозяин, они стали Мастерами совсем недавно, еще не привыкли к своей силе.

-Да твою-то мать… ну почему именно в нашем случае все пошло вкривь и вкось? Ведь если судить по Его памяти, планы нам подобных почти всегда удавались!

-Неизвестно, что происходило на самом деле, Идол. Вполне возможно, что они сталкивались с такими же трудностями. Важен только результат. Может быть этот парень победил в битве, но война будет за нами!

-Да!

***

Лазу стоило большого труда просто удерживать себя в сознании. Первая, самая мощная и явно долго готовившаяся атака была не просто разрушительной, она, используя какие-то, ему неизвестные принципы магии, не только уничтожала материальные объекты, но и превращала в ничто заключенную в них энергию, превращая стройные конструкции человеческих душ в некое подобие энергетической пыли. Его самого это тоже коснулось и если бы после ассимиляции с энергией Зверя душа Лаза не стала куда более аморфной и текучей, то как бы не была прочна защита формы Голема, он бы вряд ли выжил.

То, что в рядах противника есть Мастера, причем не один, а целых семеро, Лаз понял почти сразу. Слишком знакомыми были отзвуки некоторых заклинаний, а прощупав энергетический фон нападавших, это стало уже несомненной истиной. Семь Мастеров… это не могло быть простым результатом чьих-то удачных магических экспериментов, во всем происходящем легко просматривалась чья-то воля, направляющая этих предателей из тени. И Лаз был почти уверен, что знает, кому эта воля принадлежит.

После разговора с Сыном Монарха, тем, которого он излечил от деградации души, Лаз хотел попытаться отыскать ту таинственную организацию, про которую рассказывал спасенный. Но похищение Эмины и резня в особняке того аристократишки отбили у него всяческое желание копаться в человеческих интригах. А потом ему и вовсе было не до этого.

Повторно шанс разобраться с этим вопросом появился уже спустя годы, когда Лаз, став официальным советником Айны в армии, получил куда больше свободы действий и за полтора года побывал, наверное, во всех уголках Люпса. И поиски следов этой секты, культа, братства – называть можно как угодно, и правда были одним из пунктов его исследований. К примеру, одним из тех, кого он, зная о тайной организации, решил к ним причислить, был Ридам, студент Дома Магии, ухаживавший за ныне покойной Жарди Шинил и уличенный Лазом в использовании магии трансформации вопреки правилам академии и законам Кристории. Найти следы этого человека спустя столько лет оказалось непросто, но все-таки выполнимо, и, проследив связь Ридама с профессором академии, прикрывавшим парня, Лаз вышел на следующее звено в этой цепочке…

На такие хвосты он натыкался еще не один раз, однако, стоило ему по ним пойти, как уже через пару шагов он натыкался на тупик. Вычищенные до стерильности штаб-квартиры, убитые, отравленные трудно выявляемым ядом осведомители и бесследно исчезнувшие свидетели… сомневаться в словах Сына Монарха уже не было смысла, некая скрытая сила, действующая из тени в лучших традициях теории заговора, на Люпсе определенно существовала. Вот только разбираться в этом более тщательно Лазу тогда не показалось нужным. Во-первых, слишком муторно, а у него тогда были и другие дела и обязанности, а во-вторых, он счел, что если он не будет их трогать, то и они не станут мешаться. Как оказалось, зря.

Совершенно неожиданно на саммит глав Люпса, проходивший, пусть не без острых углов, но вроде вполне успешно и двигавшийся к благоприятному для всех финалу, напали, судя по получаемым им со всего города данным, тысячи человек. Вернее даже не напали, никто снаружи не появлялся, это были не чужаки-тиреи. Нападали и безжалостно убивали свои же, те, кто еще минуту назад казался другом и товарищем, наверняка даже среди них были жены, мужья родители и дети тех, на кого они набрасывались с остервенелостью бешенных зверей.

Впрочем, это были проблемы тех, на кого набрасывались. У него были свои. Мастера, подчинившие свои души и ставшие непревзойденными в свой области умений. Лаз ощущал, что они были новичками, что получили свою силу совсем недавно. В заклинаниях, что они в него посылали, несмотря на невероятную силу и зачастую совершенно непонятые ему законы, чувствовалась та же неумелость и корявость, с какой ребенок, только-только взявший в руки карандаш, выводит в прописях линии и закорючки. Один на один он бы справился с ними с легкостью, все-таки статус Мастера не означал всемогущество. Вот только их было семеро, к тому же он был истощен и уже начал испытывать последствия перенапряжения души. Пламя формы Дьявола все медленнее и медленнее поглощало окружающую энергию, горело все тусклее. Еще немного и он уже начнет существовать себе во вред.

Дополнительно усугубляло ситуацию то, что сейчас он не мог сражаться свободно и был вынужден только обороняться, что ни на сантиметр не приближало его к разрешению этой ситуации. Ему нужно было защитить тех монархов, что еще не умерли от предательского удара в спину или не были “выключены” Айной за предательство. Без них на Люпсе начнется полноценный, с большой буквы Хаос и, если такие же масштабы проблемы существовали всюду, континент захлебнется в крови.

К счастью, когда Лаз уже начал подумывать о том, чтобы схватить Айну и просто улететь куда подальше, краем глаза, а точнее на периферии магического восприятия, ведь обычных органов чувств у Дьявола на самом деле не было, он уловил движение, слишком быстрое для любого нормального живого существа. В следующую секунду один из Мастеров, паривших в небе над их группой, словно стая воронов над умирающим, лишился жизни. Острый, невероятно острый, способный прорезать даже сверхпрочную шкуру Ужаса клинок Мастера Меча отделил его голову от тела так четко и гладко, что мертвец вряд ли даже понял, что с ним произошло. Фауст, на дух не переносящий политику и на время саммита решивший отправиться в леса Сайркина поохотиться, все-таки почувствовал неладное и примчался обратно.

-Тебя снова надо спасать! – Крикнул он, появляясь рядом с ошарашенными королями как чертик из табакерки. Он был весь в пыли, летать Мастер Меча не мог, так как никакой магией не обладал, так что, после головокружительного прыжка за головой противника, он просто рухнул на дома внизу. Благо, для него это было не страшнее обычного подзатыльника.

-Как видишь! – Облегченно вздохнул Лаз, начиная менять форму. Активная защита от вражеской магии с появлением Фауста уже не была нужна, и он мог попытаться сэкономить хотя бы те крупицы энергии, что у него еще остались, используя форму Голема, которая была броней сама в себе. – Разберись с ними и постарайся не умереть. Они тоже Мастера, так что достать тебя смогут.

-Понял. – Пестрый мечник кивнул и вытянул из-за пояса второй клинок.

-Я помогу! – Айна выскочила из-под прикрытия Голема и встала рядом с Фаустом.

-Будь осторожна.

Аморфная земляная масса покрыла собой двадцать оставшихся в живых королей и три десятка их подданных, заключая их в мягкие и одновременно невероятно прочные объятья. Затем, словно настоящая амеба, перебирая ложноножками, устремилась вниз по улице.

Мастера и их подчиненные, стараниями Лаза и пятерых магов потерявшие троих из двадцати одного человека, хотели было броситься в погоню, но тут вдруг один из предателей развернулся и атаковал своего соседа пятиметровым копьем, сотканным из чистого пламени, превратив последнего в прах.

-Только через наши трупы! – Выкрикнула Айна, поднимаясь в воздух. Она понимала и принимала план Лаза, по которому должна была как можно дольше сохранять силы, дожидаясь нужного момента, но это не означало, что этот план ей нравился. И теперь Мастер Эмпатии собиралась выместить на враге все свое недовольство.

Мастера противника, переглянувшись, начали накапливать энергию для новых атак. Первая в истории Люпса настоящая битва Мастеров началась.

Глава 9

Двое против двадцати трех. Даже если не считать обычных магов и учитывать только Мастеров, чего делать, конечно же, не стоило, все равно выходило двое против шести. В обычной ситуации несоответствие разительное, почти непреодолимое.

Толща камня поднялась и укрыла Айну, нежно и заботливо, словно свою любимую сестру или дочь. Три последних года девушка тоже не сидела, сложа руки и, как и Лаз, совершенствовала свою магию. Самым продвинутым видом ее магии, это было понятно с самого начала, оставался контроль эмоций и разумов других людей, да к тому же самым привычным для Айны, практиковавшей эту магию с самого раннего детства. Однако это не означало, что больше ни на что девушка не была способна.

Магия Эмпатии, на самом деле, позволяла в той или иной мере творить вообще все что угодно, имея диапазон возможностей даже шире, чем у магии Метаморфоз. Айна также, как и Лаз, могла преломлять свет, искривлять гравитацию, создавать электромагнитные поля и так далее. При этом ее способности основывались на совсем иных принципах. Айна не разбиралась в том, что именно должно было происходить, ей это не было не нужно. Все, что требовалось — это обратиться к миру с необходимой просьбой и луч света сворачивал с прямой траектории, а камни начинали падать вверх. Естественно, слово “просьба” не стоило воспринимать буквально. Это был некий тонкий резонанс между ее энергией и энергией окружающего пространства, и даже такое объяснение было довольно далеко от правды.

Но столь обширные возможности ни в коем случае не означали, что Айна, став Мастером, обрела всемогущество, это так не работало. Проблема была в трате ресурсов. То, на что Лаз тратил одну условную единицу, у нее могло получиться лишь с использованием десяти, тридцати, а то и ста таких же условных единиц энергии. Чем сложнее был процесс, чем к более неясным и тонким материям реальности она обращалась, тем больше энергии требовалось. После множества тренировок и опытов она смогла даже немного увеличить потенциал своей стихийной магии, а вот столь банальный для Мастера Метаморфоз полет на инвертированном векторе тяжести пожирал ее силы, словно могучая предельная магия.

Впрочем, это ее никогда особенно не волновало. Магию Лаза она практиковала исключительно из интереса, тем более что зачастую очень смутно представляла себе истинные процессы, скрытые за тем или иным явлением. Молодой человек одно время пытался разъяснить ей тонкости теории относительности, суть и происхождение гравитации, корпускулярно-волновой дуализм, основы квантовой теории и атомарного строения вещества и еще многое множество тайн, раскрытых земной физикой, но Айна поняла из этих объяснений довольно мало. То ли Лаз был не самым талантливым учителем, то ли ее склад ума под технические знания не был заточен.

В любом случае, для корректного использования своей магии Эмпатии ей ни одно из этих знаний и не было нужно. И в следующие несколько секунд ее противники убедились в этом на собственных шкурах.

Начать Айна решила с обычных магов, пусть сильных, но не имевших власти над своей душой и потому практически не застрахованных от ее воздействия. В скоординированных и сработавшихся группах уже начавших окружать их чародеев мгновенно воцарился хаос.

Девушка уже давно поняла, что прямой приказ одному человеку убить другого против его воли – магия крайне энергозатратная, а главное не слишком надежная. Как и классический гипноз, магия Эмпатии с куда большим трудом могла заставить человека сделать то, что он бы не сделал в обычном состоянии. Куда удобнее, выгоднее и стабильнее было не приказывать, а подталкивать людей к тому, к чему они вполне могли прийти сами, но от чего их удерживали некие внутренние барьеры. Сила воли, честь, чувство товарищества, скромность — все эти существующие в человеческом сознании “стопоры” не представляло никакого труда выбить и направить человека туда, куда требовалось.

А так как вообще простейшей вещью в магии Эмпатии, прямо следуя из ее названия, было считывание и понимание эмоций других людей, Айна всегда могла с предельной четкостью понять, на какие рычаги стоит надавить для каждого конкретного индивида. И в отношении этих конкретных людей все оказалось даже проще, чем она могла подумать. Каждого из них, абсолютно каждого, объединял один и тот же порок. Проявлений у него было немало: жажда власти, чувство собственного превосходства, презрение к окружающим – так или иначе, все это в конечном итоге сводилось к единому и универсальному греху гордыни.

Буквально на пустом месте те, кто только что отлично сотрудничали и поддерживали друг друга, вдруг начали бессмысленные споры, перепалки и склоки и не прошло и десятка секунд, как воздух прорезало первое заклинание, направленное не во врага, а в союзников.

Все это время, очень долгое по меркам хороших магов, а Мастера были лучшими из лучших, от атак, которые земляная защита вряд ли смогла бы удержать, Айну защищал Фауст. Мастер Меча, пусть и получил свой новый статус сравнительно недавно, даже года не прошло, но уже успел полностью с ней срастись и сейчас демонстрировал настоящие чудеса, если вспомнить, что он не обладал даже крупицей магии. Может быть столь быстрое привыкание к Мастерству и было связано с тем, что, технически, для Фауста почти ничего не изменилось. А может быть причина была в опыте прожитых лет, большем, чем у всех его Мастеров-противников вместе взятых.

Безрассудно прыгать в воздух, чтобы атаковать врага он уже не рисковал. Во-первых, потому что нужно было защищать Айну, во-вторых, потому что, как правильно сказал Лаз, заклинания Мастеров на Фауста все-таки действовали, пусть и очень слабо. Можно было сказать, что защита от любой магии и была его личной, уникальной магией. Однако то, как уворачивался от пытающихся схватить его невидимых рук, то, с какой легкостью, почти танцуя, огибал появляющиеся из земли чернильно-черные пасти, то, как он рассекал своими клинками потоки пламени и столбы света, грозящие ударить защитный кокон Айны, заслуживало титула магии ничуть не меньше.

Шли секунды, между Фаустом и четверыми Мастерами продолжалось безмолвное противостояние без победителей и проигравших. Из двоих оставшихся один, вернее одна, просто висела в воздухе с закрытыми глазами, как будто спала, а второй с бесстрастным взором наблюдал за происходящим, не собираясь помогать ни другим Мастерам, ни обычным магам, уже практически готовых вгрызться друг другу в глотки. Из всех Мастеров он был единственным уже зрелым человеком, на вид ему можно было дать лет пятьдесят пять – шестьдесят. Сколько ему было на самом деле, сказать было невозможно. И он же был единственным, кто вызывал у Айны настоящий страх.

Вдруг женщина-Мастер, до этого бездействовавшая, открыла глаза и над городскими крышами разнесся ее усиленный во много раз магией голос.

-СТОП!

И все замерло.

Нет, обломки зданий продолжали падать, уже выпущенные заклинания достигали цели, а непонятно откуда появившийся в таком хаосе ветерок, никак не отреагировав на слова женщины, продолжил разметывать еще оставшиеся редкие следы снега. Замерли люди. Маги, только что сражавшиеся с остервенением бешеных собак, застыли прямо посреди замахов и криков, Айна в своем каменном убежище вдруг поняла, что не может пошевелить и пальцем, и даже Фауст остановился на полушаге, по инерции покатившись по тому, что осталось от брусчатки. Он вскочил на ноги спустя всего секунду, встряхивая головой и с настороженностью глядя на женщину-Мастера, но уже то, что ее магия подействовала на него так хорошо, заставляло напрячься. А Айна вдруг с неверием поняла, что это была за магия.

Магия Эмпатии, ее магия. Каким-то невероятным образом магесса смогла использовать заклинание, абсолютно точно копирующее способности другого Мастера.

-Вам не победить, – голос до того бездействовавшего мужчины разнесся над городом. — Сдайтесь и умрете быстро.

-Я уже убил одного вашего, — фыркнул Фауст, встряхивая руками. – От подручных осталась только половина. Почему же нам не победить?

-Потому что я ЗНАЮ, – он сделал особый акцент на этом слове, – что вам не победить, Фауст. — Пестрый мечник даже бровью не повел. — Как знаю и то, что вы не сдадитесь.

-Тогда зачем эти обсуждения?

-Формальность, – Мастер неопределенно взмахнул ладонью в воздухе. – Правило хорошего тона, если угодно.

-Если нам не победить, то почему же ты дал уйти Лазу? — Спросила Айна, появившись из своего кокона. Как истинному Мастеру Эмпатии для нее освободиться от своего же заклинания было довольно просто.

-Я и не давал. Я знаю, где он и “спасенные” им короли. — Убив вас, мы отправимся за ними и также убьем. Это также точно, как и то, что сейчас день.

-Мне кажется, или мы знакомы? — Неожиданно, совершенно невпопад спросил Фауст, указывая на мужчину острием клинка.

-Тебе не кажется, -- с какой-то покровительственной улыбкой кивнул тот. – Просто при нашей прошлой встрече я выглядел лет на двести.

-Руди?!

-Я бы попросил, Рудгерт, – недовольно поморщился мужчина.

-Да ладно тебе, Руди! Мы ведь столько лет знакомы. – Широко улыбаясь, сказал Фауст. И почти сразу его лицо нахмурилось, а в голосе зазвенела сталь. – Никогда бы не подумал, что ты будешь одним из этих ублюдков.

-Ничего личного, Фауст. – Развел тот руками. – Если тебе предлагают жизнь и силу, какой не было никогда прежде, ты уже не спрашиваешь, что нужно в замен. Ты ведь теперь тоже Мастер, должен понимать, насколько это невероятный соблазн.

-Предательство человечества это не оправдывает. – Отрезал пестрый мечник. – И с чего ты вообще взял, что сможешь меня победить?

-Я никого не предавал, – покачал головой Рудгерт, – я просто встал на сторону тех людей, кто победит. Это не предательство, это прагматизм. А проиграешь ты потому, что выбрал для своей души слишком бесполезное направление развития.

-А ты, конечно же, все тщательно просчитал. – Не спрашивая, а как бы озвучивая очевидное, вздохнул Фауст.

-Естественно. Я получил не только силу, но и знание, это в тысячу раз важнее. Вы двое не сможете сделать ничего такого, что будет вне моих предсказаний.

Фауст, поначалу нахмурившийся, вдруг заулыбался, словно ребенок.

-Почему же ты не предсказал это?

Из-за спины Рудгерта выглядывало нечто, внешне отдаленно напоминающее человека, только ростом метра три и целиком состоящее словно из переплетения древесных стволов и лиан. Голова существа была лишена лица, не было ни глаз, ни носа, ни рта, однако его скрипучий голос, похожий на скрежет срубаемого дуба, звучал ничуть не тише, чем слова самого Рудгерта. Это был Леший, форма дерева Лаза, созданная на основе сохранившихся знаний Чибака Сиджи. И когтистая трехпалая рука Лешего сейчас торчала у Рудгерта прямо из живота. Изначально Лаз хотел пробить магу сердце, но, все-таки среагировавший на его появление Мастер успел извернуться и удар получился не смертельным.

-Как?! – Выкашлял маг вместе с хорошей порцией крови.

Отвечать Лаз не собирался. Оказавшись рядом с Айной и Фаустом, уже в своей человеческой форме, он положил свои руки им на плечи и через мгновение на том месте, где они стояли, не осталось ничего.

***

-Зачем?! – Взвыл Фауст, едва снова смог двигаться и думать после пространственного перехода. – Это ведь был такой прекрасный шанс расправиться с ними!