Кащей

- Не имеет! Я не отвечу. Можешь начинать меня пытать!

- Я не люблю этого делать. Даже в отношении демонов. Без крайне острой необходимости, во всяком случае. Пока - я ее не наблюдаю. С другой стороны, если ты разблокируешь Сюзан память своих проделок.... Ну, в таком случае все будет очень печально... Поверь - я сумею заставить тебя пожалеть об этом решении.

Герхард прошелся по кабинету. Даже для необратимых заклятий - можно создать Ключ, который позволит сделать откат. Вопрос в цене за этот откат и в том, как именно создать Ключ в каждом конкретном случае.

Девушку, барон сделал Сосудом, нанеся Сумеречную Татуировку. Видеть письмена мог только тот, кто, в принципе, имел касательство к Искусству. Ради проверки, Герхард обошел плененную демонессу и посмотрел на ее безупречную спину сняв свои очки. Спина была покрыта ровным, средиземноморским загаром и только. Видимо татуировка была спрятана существенно глубже, чем позволял рассмотреть собственный Взгляд Герхарда. С другой стороны - в этой части Искусства он никогда не был силен, почему и был вынужден пользоваться "костылем" в виде очков. В любом случае, узор выглядел стандартным для такого рода магии. Если ключ и был включен в его геометрию - эту версию стоило оставить на потом, что бы не закапываться слишком сильно и не терять море времени, пока есть более быстрые варинаты. Интуицией Шпенглер ощущал, что ключ, скорее всего, был привязан к тексту заклинания, вселившего демонессу в подготовленный Сосуд. Герхард задумчиво двинулся по периметру комнату, вглядываясь в детали и активно 'шевеля мозгами'...

...Еще минутой спустя Герхард развернулся на каблуках и направился к своей пленнице. Баронесса-демонесса затравленно посмотрела на приближающегося мага.

- Ну что же, кажется загадку я разгадал. Ты позволишь посмотреть этот замечательный кулон на твоей шее?

- Не смей! - суккуб вцепилась в изящную безделушку обеими руками, стараясь оградить ее от Герхарда - я раскрою ее память!

- А я ее закрою. Прекрати сопротивляться. Ты же осознаешь, что я уже все понял.

- Сделка! Я прошу о Сделке! - взмолилась одержимая.

  Герхард тяжело вздохнул. Отношения с потусторонним всегда были окружены невероятным количеством правил, шаблонов и традиций, причем их нарушение было сопряжено с действительно большими проблемами и последствиями. Одним из таких правил было "Право Сделки", когда она из сторон конфликта могла попытаться предложить свое решение данного конфликта. По праву сделки - он, хотя и был уже хозяином положения, был обязан выслушать ее и либо принять условия, либо аргументированно отказать.

- Излагай - раздраженно бросил Герхард, пододвигая поближе архаичный табурет и пристраиваясь на него верхом.

- Не изгоняй меня. Пожалуйста. Позволь остаться в этом мире. Я обязуюсь являться на твой Зов и скажу свое истинное имя. Лишь позволь остаться и не сковывай меня. Взамен - я покину ее добровольно, стерев, а не заблокировав все ее лишние воспоминания.

- И тут же овладеешь другим телом?

- Ты же понимаешь, что нет. Тело, которое не подготовлено мне не доступно. Я смогу кратковременно входить в женщин не защищенных истиной верой или обрядом. Но я принесу тебе клятву не причинять им вреда. Я лишь хочу насладиться воздухом этого мира. Небом. Звездами. Ни один из вас, демонологов, не представляет и миллиардной доли того ужаса, который ждет нас в Чертогах Страдания.

- Сейчас слезу пущу от умиления и сочувствия. Клятва верности, ритуал сковывания филактерией и сама филактерия будет храниться у меня. Сьюзен ты покидаешь добровольно и стирая все лишнее из памяти. Устраивает?

Демонесса думала не больше минуты. Собственно, расклад сил был ясен изначально.

- Идет, но... Можно один вопрос?

- Попробуй, но не обещаю что отвечу - маг сложил руки на груди и насколько позволяло отсутствие спинки у табурета, откинулся назад.

- Скажи, почему на тебя не подействовали мои чары? У тебя какие-то проблемы... с этим?

- У меня невеста погибла два года назад - маг помрачнел - с тех пор мне стало существенно легче противостоять женским чарам. Я просто подсознательно представляю, что может приключиться с той, кого я подпущу к себе достаточно близко.

- Ну... - демонесса сделала несколько легкомысленное лицо - в таком случае роман с суккубом это то, что тебе доктор прописал! Я - точно попрочнее дочерей Евы.

Герхард не удержался и ухмыльнулся. После чего замер, осененный поразившей его догадкой.

- Минуточку - как давно ты вырвалась?

- У дам не спрашивают возраст - злобно огрызнулась демонесса.

- Это же твое первое воплощение, я прав? Не удивлюсь, если ты и пала-то совсем недавно. Ты из бывших хранителей? Досталась какой-то прости... господи, не удержала, не удержалась и... Что-то в тебе предельно странное для суккуба...

Демонесса показала язык, состроила предельно угрюмую морду и отвернулась к стенке, насколько позволял сковывающий узор. Герхард постарался не засмеяться.

- Ладно. У нас еще будет время обсудить твою тяжкую судьбу. А сейчас - давай сюда филактерий. Добровольно. Как мы и договорились.

Демонесса вздрогнула и затравленно посмотрела  в неумолимые глаза мага. Амулет Стерга исправно защищал Герхарда от демонического ментального воздействия, так что последняя попытка молодой (а в этом маг уже не сомневался) демонетки не выгорела.

   Тяжело вздохнув, она медленно, словно в трансе сняла с себя висящий на плетенной золотой цепочке кулон, в форме достаточно увесистого увитого свитком золотого сердечка. Выглядел филактерий, откровенно говоря, довольно вульгарно. Тот факт, что утонченная баронесса приняла его - многое говорила о ее любви к мужу. Герхард поморщился. "Чаще всего так оно и бывает" - подумал маг - "наиболее верные и любящие девушки достаются тем, кто менее всего достоин их любви".

   Зажав филактерию в кулаке, маг снова посмотрел в глаза демонессы.

- Ну что, одевайся, "детка". Давай не будем смущать хозяйку этого тела.

Демонетка безропотно надела на себя платье.

- Имя.

- Тебе придется приблизится что бы получить его. Ты же не боишься?

- Ну, попытаться на меня напасть будучи мною же связанной - это глупая идея даже для начинающей... и не надо так рычать, демонессы. Так что - думаю, что мне ничего не грозит.

 Шпенглер наклонил голову к губам демонессы. Та помедлила секунду, а затем поцеловала его. Герхард ощутил, как из глубины сознания, отфильтрованное внутренними фильтрами, всплыло имя. Разумеется, как всегда, совершенно непроизносимое человеческими губами. Впрочем, существовал и "разговорный" эквивалент.

- Ну что, поехали, пожалуй? Свою часть договора - я сдержу, и да будут мне в том свидетелями извечные силы.

- Свою часть договора я сдержу, и да будут мне свидетелем в том извечные силы. - эхом повторила губами баронессы суккуб. - начинай ритуал маг. Не тяни.

- Nunc ego dicam nomini tuo. Arkandenza es! Per potestatem nomine tuo - mando tibi Egredimini de corpus!

Девушка вздрогнула и выгнулась дугой, глаза закатились. Затем, на какую-то долю секунды, ее силуэт раздвоился, и вот уже перед Герхардом предстала сама демонесса.

  Как он и предполагал - та оказалась совсем молодой Падшей. Печать ада пока еще не слишком отразилась на ее облике. Кудри успели приобрести огненно-рыжий окрас и из них пробились маленькие, витые рожки, крылья изменились, став покрытыми чешуей конечностями летучей мыши, глаза приобрели фиолетовый, плавно переходящий в красный оттенок. В невысокой но стройной фигурке - презирядно добавилось телесности и сексуальности, в отличии, от почти бесполых ангелов, да и хитон сменился на кожаный и минималистический комбидрес с мини-юбкой... Но в остальном, особенно в лице -  еще вполне угадывались ангельские черты. Демонетка неуверенно попыталась взмахнуть крыльями. Разумеется, что отпускать ее в свободный полет он не собирался, так что ничего из этой попытки у нее не вышло.

  - Arkandenza! Vade ad locum paratum vobis! - Герхард выставил вперед руку, сжимающую филактерий.

   Как только он назвал истинное имя демона - оно в виде енохианского алфавита отпечаталось на свитке овивающем филактерий. Похоже, что истинное имя барон и не знал. Филактерий лепил к когнонему предложенному самой демонессой. Судя по всему, барон и правда, крепко вляпался. Ну, в настоящий момент, это, безусловно, было проблемами его души и его ангела-хранителя. Герхард сделал в уме пометку, что после завершения ритуала - ему следует подумать о том, стоит ли разбивать иллюзии о муже у баронессы.

  Образ суккубы - подернулся рябью , вспыхнул, и превратившись в яркую точку - "всосался" в кулон. Маг аккуратно опустил троянский "подарок" в карман, после чего наклонился к баронессе. В поле зрения очков - выгорали, исчезая без следа, строки Сумеречной Татуировки. Выполнив перепривязку демонессы к филактерии Герхард разорвал связывающие ее с баронессой путы.

   Маг присел на одно колено и приподнял голову девушки. Приходить в себя баронесса явно не собиралась. Снова выругавшись себе под нос, на сей раз - на русском, Герхард поднес руку к лицу девушки, зачерпнул собственной праны и с силой втер ее.

   Лицо Сюзанны посвежело, девушка глубоко вдохнула и села. В глаза постепенно вернулось осмысленное выражение.

- Ох! Что со мною.... Почему мне так... Странно?

- Ну, похоже мне удалось поставить точку в вашем приключении. И да - я уже знаю какой предмет я у вас заберу в качестве оплаты моих трудов. - взял быка за рога Герхард.

- Постойте. Все кончилось? Но что это было?

- Это было проклятье - фон Шпенглер на секунду замолчал, взвешивая слова - ваш муж обнаружил эту потайную комнату год назад. Тогда же он нашел и эту книгу... Гримуар,содержащий ужасные тайны. Видимо тогда он и получил это самое проклятие. Судя по всему - оно частично коснулось и вас. Отсюда и провалы в памяти и вымотанность и все остальные последствия. Вашему мужу досталось гораздо сильнее. Он заплатил за свое любопытство и свою ошибку жизнью.