Кащей

  Над алтарем, раскрытый в форме вывернутой наизнанку звезды, сочился тьмой разверзнутый портал во Тьму. Портал был невелик, но активен. И что-то по этому порталу уже неслось в комнату.

  Шпенглер понял, что не успеет защитить баронессу еще до того, как схватился за Амулет Стерга. В следующее мгновение, что-то вырвалось из портала и слилось с девушкой.

  Баронесса вздрогнула, затем томно потянулась, и обернулась к Шпенглеру. Тот как раз успел закончить читать литанию активации амулета Стерга, ставя защиту хотя бы на себя. Печать Древних, безусловно, хранила его от враждебной магии... но не от искушений.

  Взгляд у баронессы, или точнее того, что ей овладело, кардинально отличался от прежнего. Во взгляде новой "баронессы" не было ни грамма сомнения или страха. Были там лишь похоть и любопытство.

- Ммммм... Сосуд пришел сам. А я-то думала, что мне придется ее звать еще пару недель. Как приятно ошибится...

- Именем того, кто выше нас, именем того, кто попрал Смерть и жив вечно, повелеваю - назови себя! - Герхард вытянул руку, сложив пальцы в знак "Фус", сконцентрировавшись на "баронессе" и вложив в свои слова максимум воли.

- Я Сичитатис. Та, что дарит страсть и забирает плату. Я меретриса, одна из сестер утешающих плоть. Скажи мне, маг, неужели я тебя не волную? Неужели...

- Tuum os est obstruatur! - Герхард сложил пальцы в сложную щепоть, разведя средний и большой в стороны. Данная пальцовка стоила ему в свое время  немалого количества вывихов и овладение ею заняло неприлично много времени... Но для демонов авраамической Тьмы сей жест был страшен, ибо давал над ними вполне весомую власть. Вот и сейчас, повинуясь команде, подкрепленной Знаком - демонесса против своей воли, изумленно заткнулась.

- In Nomine Domini! In Spiritum sanctum nomine! Exire corpore suo, Diabolus! Fuge de unde profecti estis!  Non perturbare filii Dei! In Nomine Cristo! Dicens audite vocem meam, et Fuge ad inferos! Amen!

  У священников и заклинателей экзорцизм выглядит и проводится несколько по разному. Служитель Господень - обязан сохранять спокойствие. Ровный тон, ровный дух. Священник является лишь проводником силы Господней.

   Заклинатели, такие как Герхард  - вкладывали в слова ритуала свою силу. Небеса лишь наделяли их правами вершить это дело. Именно поэтому, в эти строки, Герхард вложил всю душу, всю свою уверенность и внутренний огонь.

  В первые секунды демонесса вздрогнула и отшатнулась как от сильнейшей пощечины. Не имея возможности убежать, пришпиленная к месту Дланью Гавриила, той самой сложной "пальцовкой", которую удерживал фон Шпенглер, демонесса была вынуждена слушать Литанию Экзорцизма до конца. Впрочем - Литания ее явно не впечатлила. Нет, ей, безусловно, было крайне неуютно от упоминаний Имен, она билась в судорогах и кричала от боли... Но свою новую оболочку покидать она не торопилась.

  Следовало выиграть время и понять что происходит. Шпенглер сосредоточился на наполнившем его с первыми словами экзорцизма свете, пропустил его через себя, после чего скомандовал:

  - Nunc - sum vinculorum te. Et erit in loco isto, ut i liberabit vos. Tua enim vox est nunc liberum est.- по лицу ручьями тек пот, внутренние резервы требовали перезарядки. Тем не менее, он довел связывающую команду до конца и разрешил демонессе говорить. С последними словами, под ногами демонессы вспыхнула, разворачиваясь, вязь удерживающей магии

- Предыдущий был явно слабее тебя. Я признаю твою силу. И я ощущаю твою Печать. Ты - Интитулатум, верно? Ну - я вся твоя и я готова служить тебе. Возьми меня в этом теле! Неужели ты не желаешь его?! - баронесса, точнее ее тело, захваченное злым духом, в такт словам демона - стало принимать все более соблазнительные позы - я вижу, что мне не одолеть тебя. Пусть! Я буду верно, служить тебе! Ты же знаешь нашу природу - найти сильного мага...

- И совратить его. Знаю. Но меня не интересует твоя служба. Почему, вернее как ты выдержала мое заклятие изгнания?

- Это... Это было больно. Но - ты не сможешь меня изгнать. Смотри - демонесса повернулась спиной и бесстыдно, одним изящным движением избавилась от "платья-футляра" в которое все это время была заключена баронесса.

   Надо признать, баронессе было сложно отказать в красоте: локоны светло-русых волос, обрамляли точеное личико, сидящее на тонкой, изящной и длинной шейке. На самом лице сразу бросались в глаза пухлые губки и огромные глаза. При этом, баронесса почти не использовала косметики.

   Фигура у нее тоже была что надо. Небольшая, аккуратная грудь, которую все это время лишь подчеркивало идеально подобранное платье, узкая талия, не слишком широкие, но изящно очерченные бедра, плавно переходящие в длинные, с красивым силуэтом, ноги. Сейчас, когда платье упало к ее ногам, а сама она оказалась спиной к Герхарду - фон Шпенглер увидел и ее упругие ягодицы, и сильную, гибкую спину.... И вытатуированные на этой спине буквы енохианского алфавита, складывающиеся в древние как сама земля слова. И - многолучевую звезду, нижний луч которой как раз спускался к ягодицам. Все символы слабо тлели тусклым, багровым огнем.

- Предназначенный Сосуд. Да. Я мог бы и догадаться, в общем-то. Сама баронесса, конечно - не в курсе?

- Ну конечно нет, глупенький! Зачем сосуду о чем-то знать? Зачем твоему костюму, напримур, знать, что он твой костюм?

- Понимаю. И кто это сделал? Ты сама мне расскажешь или... - Герхард неопределенно покачал правой рукой в воздухе. Суккуб, его жест поняла верно.

- Нет нужды. Я же говорю, что готова вручить тебе всю себя - ты же знаешь как мы падки на сильных, властных, могучих...

- Хватит. Переходи к содержательной части.

- Хорошо, как пожелает мой будущий господин... Я была призвана прежним хозяином, что бы удовлетворить все его пожелания. Видишь ли - он был не слишком счастлив в браке... Ну, он, конечно, выбрал себе замечательную жену - красавицу, из высшего общества, с идеальным воспитанием, девушку.... Вот только в постели она... Ну, мягко говоря, не впечатляла. Барон давно интересовался Тайными Искусствами - с момента когда он купил это шато и нашел лабораторию и гримуар. Постепенно - он нашел выход. Как ему казалось - разумный.

- Призвать тебя и вселить в тело жены?

- Ну, он долго колебался. Но, молодой, здоровый организм взял свое, а шепот гримуара сделал положенное ему дело. Тебе же, наверняка знаком шепот старых книг, зовущий прикоснуться к тайне?

- Знаком. Напомню, что существует несколько десятков безболезненных способов этот шепот заглушить.

- В этом разница между вами. Ты - маг. Он - лишь подмастерье. Именно поэтому я буду служить тебе верой и правдой. Я даже отдаваться тебе буду не беря своей обычной платы - ты лишь разрешишь мне кормится на стороне...

- Достаточно. Еще раз съедешь с основной темы - и тебе станет очень больно. Вышвырнуть тебя обратно в ад, я, прямо сейчас, конечно не могу. Пока. Но сделать так, что ты сама об этой невозможности пожалеешь - я вполне в состоянии.

- Суровый господин - мечта любой меретриссы! Но - я возвращаюсь к своему повествованию. Он действительно призвал меня. Сперва, он сделал для меня филактерий, в виде кулона, который и вручил своей супруге. Как только она его одела - я получила право овладеть ей. Ненадолго, но и того времени что у меня было мне хватило... Ты даже не представляешь себе как велико мое искусс... Да, да, я понимаю, ближе к делу. - девушка насторожено посмотрела на сжавшуюся в Знак руку Шпенглера и торопливо продолжила: - конечно, ему было мало и захотелось еще. И еще. И чаще... Сначала я не питалась им. Дала втянутся. Потом начала - но он, с радостью отдавал мне всего себя. Беда была лишь в том, что мне приходилось покидать тело, как только истощалась энергия филактерия. Тогда я предложила ему вселить меня в ее тело навсегда. Конечно, он не понимал, что я целиком забираю ее. Ему казалось, что мое присутствие лишь меняет ее характер - ну а я делала все, что бы он так и продолжал думать. Это не сложно, когда вся ее память открыта перед тобою как книга. В любом случае - он согласился. И мы провели ритуал. Я пришла в ее теле на этот алтарь, как на брачное ложе. Я лежала и с наслаждением ощущала боль, от наносимых на ее тело татуировок, понимая, что с каждой буквой - это тело становится все больше моим... Теперь я уже не зависела от заряда филактерии. Я могла приходить и уходить когда угодно.

- А что же ты не осталась в ее теле насовсем?

- Не хотела, что бы барон меня заподозрил. Я планировала допить его в одну из наших ближайших оргий. Тем более, что мне удалось развратить его... Да и эту цыпочку тоже. - Демонесса изящно прокрутилась на носочках, продемонстрировав захваченное тело, со всех сторон: - Ты не представляешь какое количество мужчин за эти полгода она успела познать. И что она творила... Ну, хорошо, что творило ее тело. О, поверь, если ей когда-то откроется вся память - она или свихнется и покончит с собой или станет законченнойшлюхой. Какой, впрочем, она уже и является, во всяком случае, телесно... В общем, в какой-то момент я, видимо, где-то перегнула палку. Он что-то заподозрил и перестал меня призывать. А придя  самостоятельно, на зов своего Сосуда - я обнаружила, что лаборатория, запечатана Знаком Соломоновым. Между прочим - если бы ты знал, как она сама скучала по мне - ты даже думать бы не стал о том, что бы изгнать меня. Я уже часть ее души. Так же как и она - часть меня. Она так привыкла к нашим ночным похождениям, что, даже не зная о них - стремилась к ним.

- Прислугу, надо полагать, на ночь отпускали?

- Все еще проще - из шато есть подземный ход за пределы сада. Там барон держал автомобиль наготове. Ну а в доме прислуга никогда и не спала. Для них есть отдельный домик для прислуги. А до пригородов Страсбурга тут меньше получаса езды.

- Забавно. Ну что же - получается что где-то, твой бывший хозяин оставил-таки Ключ?

- Я этого не говорила! - вот теперь демонесса выглядела откровенно встревоженной.

- Дщерь Лилит - тебе и не нужно было говорить это прямо. Просто сам факт того, что ты боялась разоблачения - означает, что он имел власть изгнать тебя из тела и лишить власти над Сосудом. При этом - он был гораздо слабее меня. А значит, не мог сделать это на грубой силе, а только лишь оставив Ключ, позволяющий обратить заклятие вселения.

- Чего ты хочешь? - демонесса рухнула на колени. Теперь вид у нее был не столько напористо-сексуальный, сколько жалобный и жалостливый. Сексуальности и сексапильности, впрочем, это не убавило, просто свело все в несколько иную тональность - скажи мне, о Великий и я, твоя жалкая рабыня, исполню любое твое желание. Все, что в моих скромных силах. Поверь - я могу быть верной спутницей и даже если я не волную тебя как любовный интерес - позволь мне служить тебе твоим фамильяром. Зачем тебе уничтожать меня? Зачем повергать в ад? Ты же знаешь правила - дух, изгнанный заклинателем или священником - не может покинуть Чертог Страданий еще 99 лет!

- Неприятно, понимаю. Но - ничем помочь не могу.

- Ты же понимаешь, что я не уйду просто так? Я убью ее! Я отравлю ее душу! Я захвачу ее с собой!

   - "Истину вам говорю - не на вас вина, за совершенное бесом, но на Враге Человеческом. Вы же блюдите себя для Господа и да простятся вам прегрешения ваши" - процитировал апокриф от Петра Герхард.

- О, поверь, на ней будет вина. На ней будет достаточно вины! Уж я-то постараюсь!

- Да и убить свой Сосуд ты не можешь. Тебе это прямо возбраняется.. Так что...

- Но, я могу снять барьеры с памяти. Представь себе - она вспомнит каждое касание к себе. Каждого мужчину, с которым я развлекалась в ее теле. Каждую потерянную минуту. И она будет помнить все это - как свою собственную жизнь. Меня в ней не будет. Это будут ее ощущения, ее чувства, ее, разрывающие на части желания. Ее похоть... Как ты думаешь, она это переживет?

- Не знаю. Но шанс у нее будет. Впрочем - я открыт для компромиссов. Предлагай.

- Я уже предложила. Сделай меня своей служанкой, своей рабой - ты же знаешь, мы крайне полезны. Официально, для Мира Слепых - баронесса станет твоей любовницей - ведь ты же наверняка одинок, как и любой сильный демонолог. Я утешу все твои желания, и не возьму ничего взамен. Мне будет достаточно просто находится в твоем окружении - рядом с тобой, с твоей силой и твоим могуществом. Ты же знаешь правила.

- Я не нуждаюсь в фамильяре. К тому же - я обещал этой женщине свободу и свою защиту. А слово свое - я привык держать. Так что... Вернемся к главному. Полагаю, спрашивать у тебя про ключ - смысла не имеет?