Дом восходящего солнца

— Это, как сказать, — усмехнулся Ампер, — тебе придется впередсмотрящего играть. Так, определились с транспортом и водителями, порядок движения прежний, только теперь, наверное, придется Ходоку в «Тигре» ехать, либо на броне БТРа, но я бы предпочел его вперед выставить, как таран. Нам ведь придется через город пробиваться, а я зуб даю, там пробки будут куда внушительней, чем на объездной.

— Мы не пойдем через город, — прокачал головой Ходок. — Слушайте, дайте пожрать, а то кишка кишке бьет по башке. Эти пидоры, похоже, меня не очень-то кормили.

— Сейчас организуем, — раздался голос от группы женщин, и тут же откуда-то появился сухпай и газовая горелка.

— Народ, а у нас теперь как со стражей? — вдруг вспомнил о важном Ампер.

— Суржик и Шрам на стреме, — ответил Зил.

— Ну и хорошо, — обрадовался Ампер. — Ходок, рассказывай, что ты придумал.

— Ну, ты же мою способность знаешь? — крутя в руках сигарету, поинтересовался рейдер.

— Которую?

— Ту, которая позволяет мне по черноте бегать, как угорелому.

— Хочешь сначала маршрут, не торопясь, разведать? — прикуривая, поинтересовался Таган.

— Верно, — кивнул Ходок. — Пробегусь, посмотрю, где пройти можно без гребанных мостов, мне их в прошлый раз за глаза хватило. Если мост забитым окажется, что делать будем? Уже так быстро не проскочим. Лучше мы сутки потеряем, чем встрянем. Так что, утром доедем до места, а дальше я пойду бродить. Посмотрю, может, соседний кластер проходим, а может, есть другая объездная без реки.

Шомпол, Мушкет и Таган задумались. Зил тоже молчал, хотя Ампер чувствовал, что ему не очень нравится идея, не доверял он Ходоку. И это понятно — кто он такой, какую роль сыграл в нападении на лагерь? Вдруг он был с Подрывником и только прикинулся, а теперь нашел способ соскочить.

— Предложение Ходока принимается, — произнес Шомпол, остальные согласно кивнули.

— Ну, тогда я пожрать и спать, мне завтра придется много и долго бегать, там где вы через три часа подохните.

— Вот не надо про три часа, — оскорбился Ампер, — я парня на тележке из двух великов через черноту тащил, четыре с половиной километра прошел.

— Я утрирую, — сдал назад Ходок. — Но вы поняли, вам на черноте без меня херово.

Женщины принесли разогретые консервы, причем не только на Ходока, но и на остальных, мужики не стали себя уговаривать и взялись за еду.

— Рин, а что за пушка у тебя, что до сих стволы сосен тлеют? — вспомнил интересующий вопрос Ампер.

— А нет больше пушки, — развела руками девушка. — Я, похоже, дожгла батарею или заряды, теперь это мертвый кусок железа, который нужно умным людям показывать. Я всех, кто Стикс повидал, спросила, никто подобное не видел и даже не слышал. Но пока самая вероятная теория, что технология крутых нолдов. Так что, заныкала я эту железяку, может, найду кого знающего, кто подскажет, как оживить.

— Кстати, о трофеях, — вспомнил Ампер, — я ведь тело этого ублюдка привез, нормально обыскивать мне было некогда. Сразу скажу, на жемчуг, что я с трупа снял, рот не разувайте, я едва не сдох, убивая этого пидора, так что, трофеи по праву наши с Риной, за исключением того, что мы сняли по дороге, это верну в общую копилку. Если не ошибаюсь, это три красных и пять черных.

— Претензий не имеем, — тут же озвучил Мушкет, — но ты прав, нам нужно обыскать тело и вещи этого ушлепка. Надо понять, где он был и что там забрал, а ведь что-то точно забрал.

Народ очень заинтересовался трупом, поэтому жевали быстро и, перетащив носилки с Мушкетом к задней двери «Егеря», взялись за обыск. И ведь нашли. В разорванной куртке во внутреннем хитром кармане лежал прямоугольник из белого материала, похожего на камень, размеры — десять на семь, толщина — два сантиметра. Стоило Тагану взять его в руки, как на поверхности проявился десяток незнакомых символов, очень похожих на кодовую таблицу. Естественно, кода никто не знал, и рисковать подбирать не стали. Девайс пошел по рукам.

— Это что? — озадаченно вертя в руках трофей, поинтересовался Шомпол. — Впервые такое вижу.

— Это бесценная вещь, — ответил Мушкет, — информационный носитель нолдов, органический кристалл с искусственным интеллектом. Не спрашивайте, сколько это стоит, если мерить в белом жемчуге, не один десяток. Там может быть, что угодно, только нам до этой информации не добраться.

Ампер улыбнулся. Когда кристалл попал к нему в руки, он несколько секунд смотрел на него, затем пару раз подкинул на ладони и подмигнул Рине, которая с интересом таращилась на высокотехнологичный девайс, после чего подбросил его вверх метра на три, активируя дар ускорения. Раз — и «Таран» в его руке, два — и пистолет трижды негромко хлопает, и всех вокруг осыпает осколками бесценного информационного носителя.

— Ты что наделал? — выкрикнул Таган.

— Ампер, какого хера? — это уже Шомпол, на ладони которого лежал осколок размером с половину пальца.

— Жизнь я вам всем спас, — ответил Погорелов, убирая пистолет обратно в кобуру.

Он с полминуты молчал, глядя на ошарашенные взгляды командиров, которые переживали самую невероятную потерю в своей жизни. И только Рина понимающе улыбалась.

— Ты чего творишь? Это же сколько мы сейчас потеряли? — возмутился Зил. Неизбалованный жемчугом рейдер видел в этом девайсе свое будущее могущество.

Ампер оглядел всех, но нашел только два понимающих взгляда, Рины и Мушкета.

— Ну, догоняйте. Эта коробка бесценна сама по себе, а ее содержимое даже в белом жемчуге не измерить. Тут убивают тех, кто знает, как попасть к этому кластеру, а вы предлагаете протащить ее в большой Стикс? Вы что, умственно отсталые? Государства разваливались по меньшему поводу. Там убивают за черную жемчужину. Сколько проживет хранитель этого девайса, когда тот, кто охотится за информацией, узнает, что он у него? Это сокровище — смертный приговор для любого.

Шок и понимание, вот что увидел Ампер на лицах собравшихся. Богатство — вещь хорошая, только вот его на тот свет не захватишь, любой, кто прикоснется к этой коробке, станет объектом охоты. А они не настолько сильны, чтобы отбиться от оравы желающих.

— Все он правильно сделал, — уверенно заявила Рина. А теперь давайте спать, время к двум ночи приближается, нам завтра выдвигаться к черноте.

И, развернувшись, девушка направилась к «Тигру», где ее ждал спальник.

— Спокойной ночи, — пожелал всем Погорелов и, оставив командиров приходить в себя, направился следом за блондинкой.

— Как ты посмел меня напугать? — услышал он ее возмущенный голос, стоило ему забраться в спальник.

— Ну, прости, милая, — найдя ее руку, виновато произнес Ампер. — Не мой косяк. Не могу обещать, что этого больше не повториться. Это гребанный Стикс, и пока мы не найдем относительно безопасное место, я всегда буду рисковать, а ты переживать, и наоборот.

— Знаю, — в голосе девушки звучали виноватые нотки.

Она слегка сжала его пальцы, после чего, прикрыв глаза, почти мгновенно отрубилась. День выдался тяжелый, вечер не лучше, оставалась надежды, что хоть ночь пройдет тихо.

К полудню без каких-либо проблем добрались до разоренной деревни, в которой сначала зараженные порезвились, потом и сектанты.

— А вы результативные парни, — заметил Зил, разглядывая сожжение машины и костяки, о которых уже позаботились твари, обглодав погибших чистильщиков, так сказать, круговорот возмездия в Стиксе.

— А то, — усмехнулся Шомпол. — Хотя разгром колонны внешников и муров был куда эпичнее. Ладно, нечего тут стоять и дышать это вонищей, давайте поближе к черноте. Там и лесок есть, за которым можно укрыться, и воздух чище.

Машины сползли с холма. Оставили на всякий случай наблюдателя — Шрам засел с правой стороны чуть в стороне от деревни возле водонапорной башни. Наверх решил не лезть, там самая очевидная позиция для наблюдателя, если кто полезет, прежде всего, будут смотреть именно туда, так что, стронг просто укрылся в разросшейся крапиве.

Ходок махнул всем рукой на прощание, ушел в черноту и, быстро разогнавшись, используя свой дар, растворился в мертвом кластере.

Потянулись томительные часы ожидания. От нечего делать стали разбирать, трофеи, которые бездумно закидывали в грузовик. Все равно никто сегодня уже точно никуда не поедет, так почему бы не использовать время с пользой? Оружие в одну сторону, амуницию в другую, боеприпасы в третью, жратву в четвертую.

Больше всего долгое отсутствие нервировало новичков, обеспокоенный Зил раза три начинал разговор на тему — «а не кинет ли их единственный человек, который может ходить по черноте». В принципе, его можно понять, вот только достал, и на последнем заходе Ампер открытым текстом послал его на хер. Рейдер понял, что перегнул с навязчивостью и, извинившись, отвалил к своим, страдать неопределенностью в кругу коллектива.

Ходок вернулся в сумерках, когда солнце уже опустилось за горизонт, и все вздохнули с облечением, особенно подземники, которые к вечеру совсем извелись.

— Думал, не хватит силенок, — рухнув на зеленую траву, тихо произнес он. — Стикс умеет ставить на место. Если бы не крохотный стаб, всего в полсотни метров, я бы не вышел.

— Нашел маршрут? — протягивая чашку с крепким чаем, спросил Шомпол.

— Нашел, — благодарно кивнув, сделав глоток и блаженно зажмурившись, ответил рейдер. — Пришлось побегать. Хорошо, что решились на разведку, иначе все бы там встали. Через город не пройти, мост там красивый, широкий и, сука, длинный, на нем с полсотни машин, без шансов, все бы в реке оказались, просто не успели бы проскочить.

— Но путь есть, — надавил Таган.

— Да, к счастью, есть, — отозвался Ходок. — Пожрать дадут? А то я голодный, дар меня выжал досуха, последние пол километра едва ковылял.

— Конечно, дадут, — последовал немедленный ответ, и тут же перед мужчинами появился походный столик, на который две женщины водрузили с десяток открытых и горячих банок с консервами, из которых торчали вилки. К этому добавились какие-то соусы и даже тостовый хлеб, а еще бутылка коньяка и рюмки.

— Вот это тема, — обрадовался Ходок, вскрывая коньяк и разливая его по стопкам. — Ну, давайте, за маршрут.

— Да, пожалуй, только в Стиксе элитный коньяк могут закусывать тушенкой, — опрокинув рюмку и взявшись за вилку, с иронией произнес Таган.

— Фи, — усмехнулся Ампер, — взяли мы как-то машину, по наводке агента должны были быть документы генерала бритиша а там вискарь, и не абы какой, а коллекционный. Примерно около пяти тысяч долларов за бутылку. Ну, чтобы не возвращаться с пустыми руками, прихватили три бутылки. Одну в подарок генералу — командиру бригады, остальные две посидеть вечерком. Так вот, мы его тогда закусывали консервированным змеиным мясом. Надо сказать, весьма оригинально. Давились, но жрали, а потом полночи с очка не слазили.

Все засмеялись.

— Мы отвлеклись, — улыбнувшись и разливая по второй, произнес Таган. — Ходок!?

— В общем, путь есть. Андрей вел нас по кратчайшему расстоянию, этот длиннее на семь километров, придется сдвинуться влево, чтобы пройти спокойно. Там огромный степной кластер, дороги нет, вообще ни хрена нет, просто трава. Но есть нюанс, иногда встречаются провалы и промоины, если попадем в такую, машину придется бросить. Но зато никаких мостов и не нужно ничего таранить, там четыре дерева всего.

— Пожалуй, оптимально, — обдумав предложенный маршрут, подвел итог Шомпол, — все рано других вариантов нет. Ампер, как думаешь?

— Нормально, — согласился Погорелов. — Главный труд на этот раз будет не водилам, а впередсмотрящим.

— Ну, тогда выставляем часовых, и спать, — подвел итог Таган. — Зил, давай свой курятник и Стрема в дозор, дежурить парами, должен же от них, кроме разогрева консервов, быть толк. Все, кто завтра за рулем, спать, особенно это тебя касается, Ходок.

— А допить? — указывая на коньяк, возмутился рейдер.

— Обязательно, — улыбнулся Таган, — очень хороший коньяк. Цените, из личных запасов редкостной мрази — полковника Берга, большого любителя выпить и потом пытать людей.

— Но коньяк от этого хуже не становится, — разливая остатки по стопкам, заявил Ходок, и все засмеялись.

На этот раз чернота была пустой — голая антрацитовая степь, трава, поднимающаяся пылью в воздух, после того, как по ней прошлись колеса. Теперь это облако было гораздо гуще, чем там, на дороге. Дважды приходилось сдавать назад, чтобы объехать овраги, трижды вытаскивали «Тигра», который нырял в промоину, когда мертвая земля проваливалась после тяжелого БТРа. Но прошли. Полуживой Ходок, потерявший сознание, стоило выбраться на зелень. Облегчение и радость, люди смеялись и поздравляли друг друга.

— Держи, Ходок, — счастливый Ампер протянул, только что оклемавшемуся приятелю красную жемчужину. — Ты заслужил. Только сейчас не глотай, посоветуйся со знахарем, когда можно, а то ты часто жрать стал, не конфетки. Только вряд ли Тиара поможет, у нее с жемчугом опыта маловато. Лучше подожди до Нового или Отважного.

Ходок вяло кивнул и спрятал одну из самых ценных вещей в Стиксе в специальный карман в ремне.

— Ты мог и не тратиться, — хлебая живчик, словно минералку при тяжком похмелье, произнес он.

— Друг, да плевать мне на жемчуг, вообще не бедствую, и здесь есть, и в сейфе Гуляйполя имеется, так что, не последнее от себя отрываю. А ты сделал большое дело и заслужил нашу благодарность. Считай, от всех.

Народ, собравшийся вокруг Ходока, одобрительно загудел.

— А теперь отдыхай, — подключился Шомпол. — Давай в «Егеря», и спать, если пожрать хочешь, там все есть. А мы пока до аэродрома доберемся, на ночлег встанем, сегодня уже поздно жать через Старгород.

Не возвращаться той же дорогой — один из основных законов Стикса, и он был нарушен, за что последовала немедленная расплата.

Машины медленно втягивались на бетонку, все устали. Шрам, который ехал на броне БТРа, заняв место погибшего Амбала, просканировал ангары, вот только лицо его было озадаченным.

— Не уверен, — произнес он, — но что-то беспокоит, понять не могу.

— Колонне стоп, — тут же приказал Шомпол и взялся за бинокль. — Ничего не вижу, — сказал он спустя пять минут, — но проверить не помешает. «Тигр» вперед, остальные ждем. Шрам, пересядь к Амперу.

— Есть, — отчеканил стронг и, спрыгнув с брони, побежал к бронеавтомобилю. Десять секунд, и он уже забрался в десантный отсек.

— Шрам, за пулемет, — скомандовал Погорелов. — Рина, полное внимание. Если что, уходим, задачи — выиграть бой — не стоит.

— Идите по левой стороне, — предупредил Мушкет, который снова занял место стрелка за КПВТ в восьмидесятке. — Если что, я отсюда вас прикрою.

Шомпол несколько минут обдумывал, потом все же решился.

— Лом, выстави ПТУР, мы взяли три при разгроме муров. Умеешь обращаться?

Здоровяк покачал головой.

— Ладно, я примерно такие видел, сам за стрелка сработаю, — изменил свое решение Шомпол. — Давай, мул, тащи его сюда.

Лом радостно гаркнул «есть» и побежал к «Егерю», куда на всякий случай запихнули один. Бежать и тащить — ему было понятно, а вот стрельба из навороченного агрегата его пугала до усрачки. Зачем раскладывать дорогущий противотанковый комплекс, Шомпол не знал, но неопределенность Шрама его сильно напрягла.

«Тигр» медленно поехал в сторону ангаров, до которых осталось всего метров триста. Ампер почувствовал опасность, когда до ближайших открытых ворот было шагов пятнадцать, еще секунда, и можно будет заглянуть внутрь, мурашки пробежали по спине.

— Тут кто-то очень сильно меня ненавидит, — произнесла Рина, воспользовавшаяся своим даром. — Ненависть такая сильная, что я чуть сознание не потеряла, хорошо, дар с регулировкой.

— Валим, — начиная разворот, выкрикнул Ампер, и именно в этот момент из дальнего ангара вылетела элита, хорошо знакомая элита.

Горилла прибавила в размерах с момента первой встречи, видимо, места, по которым она шла по следу Погорелова, были хлебными. Башка слегка увеличилась, и уже меньше была похожа на стиральную машинку с круглым ртом, она стала более выпуклой и теперь напоминала маленький автомобиль с открытым полукруглым капотом с огромными зубами, у костяной брони появился черный матовый блеск. Выросла и скорость, стремительный хищник Стикса летел, как скоростной поезд на пустом перегоне. Вот только тяжеленный броневик разгонялся до сотни за двадцать пять секунд. А тварь, разогнавшаяся до полусотни километров чуть ли не с места, нагонит их уже через три. Ампер попытался поймать мысли твари, и хоть на пару секунд ее замедлить, но его дар скользнул по сознанию, словно капля дождя по стеклу. Единственное, что он уловил, это нескончаемое желание убивать, а еще страх перед тем, кто ее подчинил в прошлый раз, и желание растерзать этого человека было просто запредельным.

Заработал крупняк на БТРе, Мушкет долил от души, не экономя. Над головой грохотал «КОРД», вот только твари с броней, которой не справились двадцатимиллиметровые снаряды, это было, как из плевалки горохом.

Удар, и тяжеленный бронеавтомобиль, как игрушечный, заваливается на правый борт. Предупреждающий крик Рины, мат Шрама, летающего по салону, в последний момент он успел укрыться внутри, скрежет металла по бетонке, и довольное «УРРРР» от элиты.

Близкий разрыв противотанковой ракеты протащил броневик еще с метр. Ампер, оглушенный, вытянув из кобуры револьвер, поднапрягся и открыл водительскую дверь.

Элита удалялась, несясь в сторону остального отряда. Правда, результат от попадания ПТУРа все же был, теперь она была не такой резвой, противотанковая ракета вырвала приличный кусок мяса из бедра, и тварь бежала, припадая на левую ногу.

— Рина, гранатомет, — заорал Погорелов, опуская руку вниз. Он очень надеялся, что его услышат.

И ведь получилось. На этот раз блондинка не пострадала, и в руку Погорелова ткнулся контейнер с кумулятивной ракетой, четыре таких закинули в «Тигра» после разгрома муров и внешников. Как работают и насколько эффективны небольшие одноразовые «свечи», Ампер не знал, но и выхода другого не было.

Разложить прицел, вскинуть на плечо, поймать спину гориллы, которая отбежала уже на сотню метров, и нажать на спуск. Все это заняло не больше трех секунд. К этому моменту заткнулся КПВТ, со стороны колонны долбил только один ручной пулемет. Было далековато, почти двести метров, но Ампер разглядел Лома с точно такой же трубой на плече, похоже, они выстрелили одновременно, поскольку он отбросил пустой контейнер в сторону и взялся за новый. Ампер угадал, две кумулятивные гранаты угодили в тварь почти одновременно, мощный взрыв, затем еще один, и с этим ни броня твари, ни дар отводить пули и снаряды, уже не справились. Разорванная многотонная туша завалилась на бетонку. Но даже после подобного, она была жива, верхняя половина еще пыталась ползти в сторону врагов. И снова заработал КПВТ. На этот раз эффект был, крупнокалиберные бронебойно-зажигательны пули прошили костяную броню на здоровенной морде твари и разворотили череп. Лапы жемчужника подломились, и она рухнула на бетонку.

Ампер прыжком выбрался наружу и уселся на борту, свесив ноги вниз.

— Все живы? — устало поинтересовался он.

— Я в норме, — выбираясь через заднюю дверь, отозвалась Рина.

Следом выбрался и стронг.