Дом восходящего солнца

Мгновение, и вот оба валяются посреди какой-то дороги. Бывший прапорщик, оказавшийся сверху, со всей дури саданул кулаком в челюсть Подрывника, и не будь у того шлема, все бы на этом и закончилось, голова приложилась об асфальт, но шлем спас ублюдка, все же враг оказался опытный, ему хватило одного мгновения, чтобы сориентироваться и садануть Ампера по окровавленному бедру. Погорелов взвыл, в глазах салют. Он нанес еще удар, но тот вышел слабым и смазанным. А через мгновение он понял, что летит, а затем катится по асфальту. Но тут в глазах прояснилось и, вскочив, он замер в двух метрах от поднимающегося Подрывника. Весь подбородок был в крови, на скуле ссадина. Вот только Ампер чувствовал себя, как боксерская груша, над которой хорошо поработал супер тяжеловес. Адская боль в груди, бедро пылает огнем, в ушах шумит море, похоже, это уже последствия знакомства затылка и местного асфальта.

— Сука ты, мурская, сколько тебе внешники заплатили?

Подрывник сплюнул кровавый сгусток и, посмотрев в глаза Ампера, нагло усмехнулся.

— Я не работаю ни на муров, ни на внешников. А вот Дети Стикса дали белую жемчужину за то, что я приведу их к этому архиву, когда он перезагрузится. Но для этого нужно было устранить остальные компасы — Андрея, Тагана и твоего двойника. Вот с полковником никаких вопросов не возникло. Мы с парнями подкараулили их у черноты, всего четверо явилось. Был у них сопровождающий — кваз, со способностями ходока, ноон мог провести с собой только людей, и то немного. Никакой техники. Это было легко. Так что, скажи спасибо, может, на этот раз он действительно мертв.

— Да плевать мне на этого пидора, — огрызнулся Погорелов, — сдох, и ладно, мне тебя нужно завалить.

— А вот это будет совсем не просто, — оскалился Подрывник. — Ты для меня, как пыль на этой дороге. Уж на что Андрей был крут, и он не устоял. А ведь у него была неуязвимость.

— И как ты его вальнул? — стараясь выиграть время и перевести дух, спросил Ампер, хорошо, луна поднялась и освещала дорогу, а то еще и во тьме драться бы пришлось.

— Ты будешь смеяться, его сожрал пустыш.

— Что? — Погорелов не поверил своим ушам.

Подрывник мерзко рассмеялся.

— Да, неуязвимость защищала его почти от всего, кроме яда и нападения низшего зараженного. Представляешь, он сам мне разболтал, когда сидели вечером в Отважном за бутылкой водки. Вот я и подсуетился, траванул его споровым осадком, он на людей плохо действует, а еще блокирует наши дары. Правда, пришлось травить по чуть-чуть, иначе бы он засек подвох. Пока он возился внизу, прикидывая, как снять информацию, там ведь технологии нолдов, все ни как у людей, я ему добавлял в живчик. В итоге он свалился без памяти, осталось только его вынести наружу и отдать пустышу. Зубы вонзились в шею, один рывок, финиш. С порванным горлом даже такие, как он, не выживают. Ну что, Ампер, передохнул? В принципе, ты остался последним. Шомпол и Таган мертвы, сам видел, как их завалили, остальные заперты в этом кармане. Прорваться будет крайне сложно, а я к этому времени уйду так далеко, что твоя цепная внешница, которой ты шкуру спас, меня не достанет. Все, монолог главного злодея закончен. Хотя, какой я злодей? Я просто блюду свои интересы и интересы моих хозяев. Да, я всегда работал на Детей Стикса, и мой дар, самый первый, это способность говорить любую ложь ментату, и он проглотит ее, как самую искреннюю правду.

И тут Ампер почувствовал присутствие чего-то большого, кто-то внимательно наблюдал из тощей лесополосы за двумя кричащими на весь Стикс человеками. Ампер уловил желание твари убивать, но она чего-то опасалась, что-то смущало ее, не давая набросится на двух слабых людишек, растерзать их и сожрать.

— Я слышал, ты очень быстрый, и даже видел, у меня тоже есть похожий дар, сравним?

— Условия? — тянул время Ампер, а сам аккуратно взял тварь в кустах под ненавязчивый контроль, просто удерживая на месте и не давая уйти. Ее время настанет, когда у врага не будет возможности защищаться.

— Да все просто, — развеселился Подрывник, — у тебя есть пистолет, у меня есть пистолет, стреляем на счет три. Кстати, а вот за то, что ты меня автомата лишил, я тебе сначала прострелю колени.

— Ну, попробуй? — ответил с максимум сарказма бывший прапорщик. — Расходимся или в упор будем садить?

— Давай, — согласился ублюдок, — чтобы хотя бы метров семь было. Будет забавно наблюдать тебя на коленях, завывающего от боли, ты мне столько крови попортил. Знаешь, я даже сделаю фотографию, и если все будет хорошо, постараюсь, чтобы Рина получила ее. Зная эту стерву, я думаю, она кинется мстить. Может, удастся собрать полную коллекцию карточек. А еще, за то, что ты подставил моих парней, я убью щенка, которого ты подобрал. Я заставлю его страдать. Кстати, ну-ка, скидывай жилет, — вспомнил про защиту Ампера Подрывник. — Я без броника, ты без броника, давай все по-честному. Все же хоть ты и новичок в Улье, а уже имеешь репутацию.

Ампер скинул куртку, пробитую пулями, затем расстегнул специальные зажимы и стянул кинетический жилет. Хорошая штука оказалась, был бы в родном, штурмовом, уже бы остывал. А ведь весит всего четыре с половиной кило. Скинув защиту на асфальт, он посмотрел на своего врага.

— Начнем?

— Начнем, — согласился бывший охранник Андрея. — Все пошло не по плану с этой чертовой засады. Ну да ладно, история не имеет сослагательного наклонения. Мне еще Ходока в чувство приводить, четвертые сутки мужик в отрубе.

— Для серьезного человека ты слишком много болтаешь, — отходя назад, произнес Ампер. — Может, тебе имя сменить на Злодей?

— На счет три, — проигнорировал выпад бывшего прапорщика Подрывник. — Сейчас будет больно.

— Это точно, — согласился Погорелов.

Дистанция между тварью и ее жертвой сократилась до семи метров, для матерого зараженного — один прыжок, один удар. Он уже чувствовал, что контакт слабеет, и самое время использовать свой козырь.

— Раз, — начал считать Подрывник.

«Убей его», — мысленно скомандовал Ампер твари.

— Два, — произнес в этот момент Подрывник.

Его рука, словно у ковбоя, зависла над кобурой, но именно в этот момент тварь пошла в атаку. Это оказался всего лишь кусач, почти рубер, но еще не ставший им. Он был быстр, но Подрывник еще быстрее. Почувствовав опасность за спиной, он не стал считать до трех, и, выхватив пистолет, всадил пулю в Ампера, устраняя самого опасного противника, и только затем начал разворачиваться, чтобы встретить зараженного, но не успел. Тварь смела его, пропахав когтями грудь урода, предавшего всех. Кусач, не обращая никакого внимания на четыре пули, что успел всадить в него противник, навалился сверху, стараясь дотянуться до шеи.

Ампер не стоял на месте, как бы не был быстр его враг, но дожидаться пули, Погорелов не стал. Когда Подрывник жал на спуск, бывший прапорщик успел сдвинуться на полметра влево. Ублюдок стрелял в движении, абсолютно уверенный, что попал, и его глаз не успел зафиксировать, что там, куда ушла пуля, уже никого нет.

Но сдаваться враг не умел. Неизвестно, что у него было за умение, но Кусач, так и не добравшийся до шеи врага, просто отлетел метра на три, при этом его грудная клетка была смята, похоже на очередной удар телекинезом. Раны Подрывника были ужасны, он хрипел, лежа на спине, грудь залита кровью, из дыр на куртке торчали обломки ребер.

— Твоя взяла, — прохрипел он, пытаясь навести пистолет на Погорелова.

Ампер вскинул «Тарана» и просто, без всяких речей, дважды выстрелил в голову умирающему врагу. Еще две пули он всадил в подергивающегося кусача.

— Ты слишком много трепался, — постояв над телом, произнес бывший прапорщик. — Меньше слов, больше дела. Тебя, придурок, сгубила театральщина.

Он быстро обыскал карманы и достал коробку с жемчугом, которую Андрей всегда держал при себе.

— Неплохо. Интересно, откуда столько? Пять красных, семь черных. Хотя, может, снял с трупа моего двойника. Ну да неважно, теперь все наше с Ринкой.

Он поднял с земли жилет, осмотрел, пробития не было. Глотнув живчика, Ампер облачился в броню, а затем в куртку, осмотрел бедро, пуля лишь скользнула, пропахав борозду, даже кровить уже перестало. Теперь бы определить, куда двигать. Но прежде, чем идти, вскрыл споровый мешок кусача.

— Мог бы и побольше, — тихо произнес Ампер, убирая в карман три горошины и девять споранов.

Выбрав направление, он потопал к единственному объекту, который был в его видимости. Подарок ждал его буквально в сотне метров дальше по дороге, родной «Егерь» стоял, прикрытый старой автобусной остановкой, зато теперь у Погорелова был не только транспорт, но и знание — до лагеря всего три километра. Заглянув внутрь, он увидел сонного Ходока. Тот ошалело хлопал глазами.

— Здорово, Ампер, а где все?

Погорелов забрался в салон и протянул приятелю флягу с живцом.

— Рад тебя видеть, друг. Насчет, где все, это долгая история.

Глава восемнадцатая. Большой Улей

— Ты как тут оказался? — делая три могучих глотка и чуть ли не уполовинивая запас живчика, поинтересовался рейдер.

— Не поверишь, прилетел, — пожал плечами Ампер.

Забрав протянутую обратно Ходоком флягу, тоже приложился, после чего зажег светильник и принялся уже детально изучать бедро. Царапина, конечно, неприятная, и очередные штаны изгвазданы кровью так, что только выкидывать. Стянув их и достав бинт, Погорелов быстро перевязал рану. Затем огляделся и наткнулся на три рюкзака. Прикинув габариты их хозяев, полез искать тот, что принадлежал Кресту. Ныне покойный рейдер не подкачал, и в его вещах нашлась и новая куртка, и слегка потертые тактические штаны песочного цвета.

— Ампер, ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Ходок, я и сам половины не знаю, кроме того, что сегодня ночью Подрывник со своими людьми решил нас всех грохнуть. Перед этим он убил Андрея. Рина завалила Креста и Бычару, а я в сотне метров отсюда грохнул Подрывника. Мощен был ублюдок. Прикинь, когда понял, что с расстрелом не выгорело, смыться телепортом решил, километра на два с половиной скакнул, да еще со мной на шее. Вот тут ему не свезло, слишком долго трепался. — Ампер заправил штаны в берцы, затянул шнурки и полез в кабину к рации.

— Блин, последнее время у меня голова, как в тумане, — перебираясь на соседнее место, пожаловался Ходок. — Похоже, под каким-то психотропным умением держали.

— А может, в живец что добавляли, — предположил Погорелов. — Андрея так травили, а потом пустышу скормили. — Переключив рацию на запасной канал, Погорелов взялся за тангету. — Мушкет Амперу. Мушкет Амперу.

— Таган на связи, — послышался голос бывшего командира медведей, хуже всего, что он не верил Амперу, что, в принципе, и понятно, тот ушел в кусты, а потом сразу стрельба, бывший прапорщик тоже бы отнесся с подозрением к подобному кадру. — Ты где?

— В паре километрах от вас, со мной Ходок, Подрывник ликвидирован.

— Как ты там оказался?

— Эта тварь, сматываясь, прихватила меня телепортом. Скоро буду у вас, тело этой редиски тоже притащу.

— Ждем, — отозвался Таган. — Конец связи.

— Чего смеешься? — глядя на старающегося не заржать спутника, поинтересовался Ампер, заводя «Егеря».

— Он тебе не верит, — выдавил из себя Ходок, — опять.

И, не сдержавшись, заржал. Через секунду к нему присоединился Погорелов.

— Ну, его можно понять, — активируя ночное видение на шлеме, который снял с покойного Подрывника, это оказалось хорошо знакомое бывшему прапорщику изделие черных имперцев, что говорило в пользу правдивости версии о гибели исследовательской группы, которую вел его двойник.

У трупов на дороге Ампер остановился.

— Пошли, поможешь.

Ходок кивнул и полез следом за Погореловым. Похоже, живчик оказал на него положительное воздействие, приведя в норму за десять минут. Вдвоем они упаковали труп ренегата в пластиковые мешки, коих набрали с запасом специально под такие случаи, и закинули через заднюю дверь в десантный отсек. Через пятнадцать минут «Егерь», сопровождаемый стволами автоматом и крупнокалиберным пулеметом, заполз на поляну, где был разбит лагерь.

— Мне не рады? — выпрыгивая наружу, поинтересовался Ампер.

— Пока не ответишь на мои вопросы, нет, — серьезно произнес Шомпол, вполне себе живой и бодрый.

Рядом с ним стоял не менее мрачный Таган. Возле «Тигра», опершись на руку, с забинтованными ногами устроился Мушкет, который был ментатом, хоть и слабеньким. Рина обнаружилась на капоте бронеавтомобиля, похоже, она единственная из всех верила, что Ампер ни в чем не замешан. Но лезть вперед командиров не спешила. Просто радостно улыбалась и махнула рукой. Остальные стояли чуть в стороне и с настороженностью наблюдали за происходящим.

— Много народу погибло? — спросил в свою очередь Ампер.

— Трое, — нехотя произнес Шомпол, — обе девочки, которых мы освободили, и Татьяна. Еще трое ранены, одна серьезно, сейчас ее Тиара выхаживает.

Имя погибшей ничего Погорелову не сказало, может, видел в лицо, но все равно не общался.

— Давай к Мушкету, и не дергайся, ты быстрый, но и я не промах, — в руках стронга появился пистолет и уставился в голову Погорелова, а затем, как появился, так же и исчез.

— Сходил, б…, поссать, — пробормотал бывший прапорщик и отправился к сидящему на носилках снайперу.

— Ты как? — поинтересовался он, садясь рядом и откидываясь спиной на колесо бронеавтомобиля.

— Да в норме. Тиара сказала, к обеду буду, как огурчик.

— Зеленый и в пупырышках?

— Почти, — усмехнулся Мушкет. — Давай лапу, быстрее начнем, быстрее закончим.

Погорелов хмыкнул, но вложил свою ладонь в ладонь друга.

— Спрашивайте, мне скрывать нечего.

— Что произошло, когда ты пошел отлить?

— Не успел ширинку расстегнуть, как мне в спину уперся ствол автомата, — начал свой рассказ Ампер… Под конец он даже немного осип. — Нашел «Егеря», там сидел Ходок, который вообще не одуплял, что происходит. Вышел на связь с вами. Вернулся сюда, а мне не верят.

— Хватит, — отрезала Рина, — даже ежу понятно, что Ампер не предатель. Если бы он не рискнул и не подал сигнал, скорее всего, все бы легли. Эти два дол…ба, Крест и Бычара, выбрали целью самую большую группу. Начни они отстрел с самых опасных, меня и Шрама, а затем Шомпола и Тагана, все, финиш, играйте отходную.

— Это верно, — согласился Мушкет. — Все, что Ампер сказал, от первого и до последнего слова, правда. Так что, опустите оружие, думаю, эту проблему мы закрыли. Ходок, ты там как?

— Да в норме, — отозвался рейдер, косясь на цветник, который прикрывали Суржик и Лом. — Вы где столько незабудок нашли?

— Не поверишь, — хохотнул Шрам, — в подземелье. Росли без тепла и света. Только не обижай их, барышни они хорошие и правильные. Мы обещали им, что вывезем в большой мир. Утром нас было гораздо больше, сейчас сам видишь, едва два десятка набралось.

— Таган прошел к приятелю. — Рад видеть, друг, — крепко обняв Ходока и хлопнув по спине, — видишь, как мало нас осталось?

— Да, — согласился рейдер. — А Амбал где?

— Нет больше нашего кваза, — отозвалась Рина, — утром погиб. Сегодня вообще много хороших людей погибло, — в голосе блондинки проскочили печальные нотки. — Но еще больше ублюдков зажмурилось, Стикс стал чуточку чище.

— Правда, после гибели стольких хороших людей, он стал темнее.

Все обернулись и посмотрели на Лома, никто не ожидал от туповатого здоровяка подобного откровения.

— Хорошо сказал, — заметил Суржик, — можешь же не тупить, когда хочешь.

Лом, набычившись, посмотрел на приятеля, потом махнул рукой, мол, лепи, что хочешь, я не обижаюсь.

— Итак, какой план? — спросил Ампер. — Кстати, надо подобрать автомат, что обронил в лесу этот ушлепок Подрывник.

— Автомат подобрали, когда Рина кинулась тебя искать, — ответил Шомпол. — А план простой — мы решили все наши проблемы. Андрей мертв, задание Вещего знахаря выполнено, пора домой, в большой мир. Нас осталось мало. Нужно прикинуть по технике — два грузовика, «Тигр», БТР, «Егерь». До хрена транспорта на такую толпу. Тяжеловозов бросать нельзя, там столько добра, что хватит на оснащение нового отряда. Остаются три единицы, и все три броня. Их бросать не просто жалко, но и преступно. Вот только, если Агент поведет бронеавтомобиль, Шрам управится с «Егерем», вопрос один — кто поведет БТР? Я не умею.

— Я поведу, — неожиданно выдал Суржик, — год в армейке такие водил, хотя и поновее, но и с этим справлюсь. Зил поведет один из грузовиков. А вот кто поведет второй?

— Я, — раздался из палатки с ранеными голос Агента. — «Тигра» пусть поведет Рина или Ампер. Если честно, я за последнего, Ринка водит, как баба.

Все заржали.

— Слышь, великий водила, — включив режим стервы, огрызнулась блондинка, — естественно я вожу, как баба, я же баба, но вот как пьяных домой развозить — ну Риночка, ну солнышко, ты отлично водишь, ну пожалуйста… — блондинка явно передразнивала кого-то из прошлой жизни.

Все снова засмеялись.

— Рин, не обижайся, — подал голос бывший рекламщик, — но на черноте реально придется показать класс, не потянешь ты.

— Да ладно, — отмахнулась девушка, — фиг с вами, мне же забот меньше.