Ученик Проклятого

Если бы Зиргрина услышал любой из теней, то, наверное, убил бы его снова. Даже высокоранговые убийцы не обладали настолько гибкими телами, каким обладал Наиль, однако у Зиргрина были совершенно иные стандарты. Он хотел, чтобы его ученик достиг уровня королевской тени, элиты из элит Гильдии. Так как он сам был королевской тенью когда-то, одушевленный меч никогда не забудет адских тренировок, через которые ему пришлось пройти, чтобы получить этот титул. Бывшему убийце было теперь интересно, сможет ли он достигнуть того же самого со своим учеником, не издеваясь над ним и не подвергая такому давлению. Конечно, Наиль прошел через боль и страдания, но его никто не ломал психически, из-за чего мальчишка оставался гораздо более жизнерадостным. Конечно, близость с холодным и безжалостным Зиргрином не могла не сказаться на характере юноши, но если их сравнивать, то они, скорее, две противоположности.

Хотя мальчишке пока не приходилось собственноручно по собственной воле убивать разумных. Все его жертвы на данный момент ограничивались зверьми, так что еще неизвестно, как он изменится, когда придется приобщаться к ремеслу по-настоящему. И что с ним будет, когда дело дойдет до обучения пыткам? А ведь одушевленный меч совсем не собирался оставлять каких-либо пробелов. Он морально готовил своего ученика к тому, что предстоит, но не знал, справится ли мальчик, когда дойдет непосредственно до дела. Впрочем, если учесть, как спокойно Наиль собирал вывалившиеся внутренности охотника, то должен справиться.

Что удивляло, Иса тоже спокойно отнеслась к ужасающей ране Сивана. Разумеется, одушевленный меч передал брату с сестрой знания об анатомии людей и нелюдей в максимальном объеме, доступном без наглядного материала. Но он совсем не ожидал, что для юной целительницы этого хватит, чтобы на практике отлично справиться с реальными ранами реального живого человека.

Наиль спрыгнул с верхушки дерева, немедленно объединившись с клинком, после чего заставил воздух под ногами сжаться, замедляя его падение до тех пор, пока он мягко не коснулся ногами опавшей листвы.

— Почему каждый раз, когда мы объединяем силы, у меня первое время такое сильное жжение в глазах?

«Ты до сих пор не заметил? Иди посмотрись в озеро!»

Зиргрин внутренне смеялся над происходящим. Он как-то мельком уловил отражение мальчишки, так что давно знал о происходящем. Возможность частичного объединения появилась у Наиля не так давно. Это случилось после того, как однажды одушевленный меч неожиданно понял, что не испытывает раздражения от прикосновения руки юноши к своей рукояти. После этого осознания их совместимость увеличилась, что открыло Наилю некоторые новые возможности. Например, объединившись с клинком, он мог свободно управлять воздухом, делая из него буквально все, что захочется. Само собой, это все было ограничено радиусом пары шагов вокруг Наиля, но и такое достижение невероятно радовало мальчишку. У него оказалась настолько бурная фантазия, что наблюдавший за происходящим Зиргрин тоже нашел, чему поучиться у ученика, еще не познавшего границ возможного.

Наиль очень ловко добрался до озерца, на другом берегу которого находилась их скромная хижина. Склонившись над темной весенней водой, он неожиданно увидел, что его глаза сейчас не были человеческими. Они приобрели удивительно ясный голубой цвет, а зрачки вытянулись в узкие вертикальные полоски, словно у лесного хищника. Испугавшись, юноша разорвал связь с мечом, после чего его глаза стали снова обычными.

— Что это?

«Ничего особенного. Пока ты находился в лесу, эти изменения не имели значения, но когда будешь среди людей, то тебе нужно осторожно использовать нашу связь».

— Когда ты собирался мне сказать об этом?

«Я думал, ты заметил», — беззаботно отозвался клинок.

— Черт, если бы ты не был мечом, я тебя удавил бы!

«Да-да, однозначно удавил бы», — насмехался Зиргрин, который при жизни был признанным лучшим из убийц. В глазах многоопытной королевской тени, бывшего личного телохранителя короля и палача, пролившего океаны крови, этот неоперившийся птенец выглядел действительно забавным. — «Между прочим, ты помнишь вообще, сколько шума было из-за меня? Тебе определенно нельзя меня показывать, ты еще недостаточно силен, чтобы защититься от чужой жадности».

— Точно! — воскликнул Наиль, подпрыгнув на ветку, за четыре года уже отполированную ладонями юноши до блеска, после чего начал подтягиваться то на одной руке, то на другой. — А если шкурами ножны обмотать?

«Лучше использовать колчан со стрелами. Подберешь потом для себя лук из моих запасов и несколько стрел, чтобы заполнить оставшийся объем колчана».

— Ты же явно длиннее стрелы.

«Не один ты иллюзии умеешь создавать», — заметил одушевленный меч. — «На то, чтобы визуально сравняться с пучком стрел моих собственных сил вполне хватит. А там уже на месте придумаем что-то другое».

— Как думаешь, сколько пространственный артефакт стоит? — поинтересовался продолжавший без устали подтягиваться юноша.

«Твоя идея была бы хороша, не будь в моей рукояти пространственного кармана. Есть такой закон, называется „Закон о наложении пространства“. Согласно ему, меньший пространственный карман можно вложить в больший, а вот больший в меньший — нет. Это несложно понять. Возьми две деревянные бочки, одну маленькую, а одну большую. Если маленькую в большую можно поставить, то большую в маленькую…»

— Я понял! Что ты со мной, как с ребенком? — обиделся Наиль. — А если найти больший пространственный карман?

«Это будет разве что пространственный домен. Мой пространственный карман слишком велик, так что забудь об этом варианте».

— Как же я жалею, что дал ту клятву не спрашивать тебя о твоем прошлом, — уныло проворчал юноша, закончив с подтягиваниями и взявшись за отработку махов мечом.

«Если тебе настолько интересно, то заслужи мое полное признание. Тогда я все о себе расскажу», — ответил Зиргрин, внутренне потешаясь над наивным ребенком. Само собой, бывший убийца никогда не признает никого своим полным и безоговорочным хозяином. Хватит с него рабства прошлой жизни, добровольно повторить такой опыт согласился бы лишь форменный мазохист.

Охотник Сиван оправлялся около месяца. Все это время Иса ухаживала за ним, словно за малым ребенком. Наиль стал замечать, что «больной» злоупотребляет вниманием его сестры. Казалось, охотник положил глаз на красивую девушку, что совершенно не устраивало ее брата. Однажды Наиль даже дождался того момента, когда сестра ушла варить новые зелья, чтобы серьезно поговорить с охотником. Приставив один нож к горлу мужика, а другой к его промежности, юноша популярно объяснил, что сделает с бородачом, если он посмеет даже пальцем коснуться его сестренки. Забыв о всякой романтике, обливаясь липким холодным потом, тот быстро все осознал, после чего его отношение к Исе стало совершенно другим. Девушке казалось, что Сиван ее боится, словно адского пламени.

Достаточно оправившись, чтобы сносно ходить, охотник объявил, что готов возвращаться в родную деревню. Иса с Наилем давно уже подготовили все необходимое. По совету Сивана они собрали некоторые звериные шкуры и растения, которые должны были неплохо продаться в ближайшем городе Затоне, обеспечив брата с сестрой небольшим стартовым капиталом, чтобы элементарно купить себе нормальную одежду и предметы обихода. Наконец, наступил тот самый день. Под руководством бородатого охотника дети взяли курс на родную деревню своего проводника.

Это была совсем не та деревня, в которой когда-то встретились Наиль с одушевленным клинком. Родное поселение Сивана оказалось совсем близко к Затону и располагалось на берегу той же реки, благодаря которой был воздвигнут портовый город.

— Битва за Затон была самой кровавой. Хальминцы ни в какую не хотели оставлять его, — рассказывал охотник. — И можно понять, ведь этот город, считай, самый важный. Через него по реке сплавляют лес, перевозят разные товары, доставляют продовольствие для гарнизонов. Генерал Дарнак, когда все же сумел отбить Затон у врага, повелел крепости поставить по обе стороны реки и дозоры организовал. Теперь ни одна паскуда мимо не прошмыгнет. Лес — и тот регулярно прочесывают. Оттого и зверье ушло с тех мест. Вот и приходится охотникам за три дня пути от деревни уходить, чтобы хоть зайца какого встретить. Так вот и я в беду попал. Говорил мне брат не ходить одному, но я же всех умнее, да? Не послушал совета, так вот едва не помер. Того кабана-то не я ранил. Подранком был, я его по следу крови выслеживал. Кто ж знал, что эта зверюга такой крепкой окажется?

Наиль мягко шагал с охотничьим луком и колчаном стрел за спиной и самодельным рюкзаком со шкурами и травами. Зиргрин велел ученику тащить большую часть их скарба на себе, чтобы никто случайно не узнал о наличии у мальчика пространственного артефакта. Ради такого сокровища даже их спутник Сиван мог бы начать строить коварные планы. Радует уже то, что охотник не сообразил, что за клинок он видел в руках своего спасителя.

Внутри колчана со стрелами скрывались ножны с одушевленным клинком, но никто, даже самые сильные маги, не смогли бы различить эту маленькую иллюзию, так как для ее развеивания требовалось быть хотя бы на одном уровне с тем, кто эту иллюзию установил. А, учитывая истинную личность Зиргрина, кто вообще смог бы с ним сравниться на этом континенте? Конечно, был еще риск напороться на антимага, но таковых бывший убийца сможет заметить задолго до того, как антимаг заметит Наиля.

Светловолосый юноша совершенно не слушал болтовню Сивана. Его волновали другие вещи, так что он мысленно переговаривался с замаскированным мечом.

«Где именно искать этих магов? Я еще в детстве слышал, что они берут огромные деньги за возможность у них обучаться. А учитель нужен не только мне, но и сестренке. Даже этот Сиван сказал, что наставника-целителя найти почти невозможно, они невероятно редкие».

«Деньги появятся, как только ты выполнишь несколько первых заказов. Что касается Исы, то с помощью все тех же денег найти ей учителя не должно быть проблемой. А если уж на самом деле никто не найдется, тогда еще что-то придумаю. Я пообещал ей помощь, так что, если все будет совсем плохо, воспользуюсь некоторыми старыми связями, хоть и очень не хочу этого делать. Ну да это уже на совсем крайний случай. Давай решать проблемы по мере их поступления. Сейчас тебе нужно найти подход к заказам на убийство. Подумай лучше, как ты будешь маскировать свою внешность. Иначе, если тебя кто-то случайно запомнит, твое лицо окажется на всех стенах городских ратуш. Каждый убийца живет двойной жизнью, так что, попав в город, хорошенько прикинь, каким образом будешь себя скрывать».

Глава 8

Пока дети в сопровождении охотника шли через лес в сторону родной деревни Сивана, Зиргрин укрылся в своем внутреннем мирке. Только здесь он мог принять свой облик из прошлой жизни и вспомнить, что такое быть смертным. Увы, все это — лишь иллюзия. Но сейчас бывшего убийцу беспокоило вовсе не это. Заложив руки за спину и меряя шагами свой не такой уж большой мирок, он размышлял, как бы ему избавиться от Исы. Разумеется, Зиргрин не планировал убивать сестру своего хозяина, но ее постоянное присутствие рядом будет элементарно мешать дальнейшим тренировкам Наиля, особенно когда дело дойдет до взаимодействия с разумными. Юной целительнице очень не нравилось, что ее брат обучался убивать. Нетрудно догадаться, сколько проблем она вызовет, когда ее брат начнет приносить «кровавые» деньги.

Ису сложно было винить. Уважение к любой жизни присуще каждому целителю, они просто не могут иначе. Мужчины-лекари при своей профессии еще способны выработать некоторое критическое мышление, а вот женщинам, в силу природной эмоциональности, с этим приходится гораздо сложнее. И в данном случае сестра Наиля была типичным целителем. Ее брату приходилось всю добычу свежевать как можно дальше от их жилища, иначе один вид такой «жестокости» доводил девушку до слез. Вывод напрашивался сам собой. Иса была незаменима в производстве зелий для своего брата, но превращалась в помеху дальнейшего совершенствования юноши. Нужно было каким-то образом ее поселить отдельно от Наиля, но так, чтобы он мог в любой момент найти ее. Непростая задачка. После того, что с ними случилось четыре года назад, мальчишка очень болезненно относился к безопасности своей сестры, боясь лишиться последней родной души в этом мире. Сложный вопрос, но его нужно было решить.

Зиргрин уже определил по рассказам Сивана, что Затон, как город-порт, пропускающий через себя немалый поток людей, станет идеальной «песочницей» для его ученика. Благодаря речному судоходству Затон по уровню преступности не должен уступать мелкому морскому портовому городу. Такое место идеально подходило для того, чтобы отработать полученные во время обучения навыки и окончательно оформить заготовку убийцы в полноценного профессионала. Исходя из слов Сивана, его деревня находится довольно близко к городу, всего в дне пути. Было бы идеально оставить Ису там, но как это устроить?

«Что тебя беспокоит?» — поинтересовался в конце концов Наиль, чувствующий по связи отголоски эмоций своего оружия.

«Твоя сестра», — честно ответил Зиргрин. — «Тебе нельзя держать ее при себе. В Затоне ты начнешь убивать, и убивать очень часто. Если вдруг случится какая-то осечка и тебя раскроют — это навлечет на Ису беду. Я уже не говорю о том, что девочку могут взять в заложники, чтобы воздействовать на тебя».

Наиль, который уверенно шагал за Сиваном по лесу, неожиданно запнулся, после чего встал, как вкопанный.

«Что ты предлагаешь?» — мысленно спросил юноша. Он понимал, что слова клинка — не пустой звук.

«Пока ничего. Честно говоря, я считаю, что девочку надо оставить в деревне Сивана, но никак не придумаю, как ее защитить в твое отсутствие».

«Жаль, что она на самом деле не лесная ведьма, тогда у нее был бы хранитель», — вздохнул Наиль, после чего окликнул сестру и Сивана, предложив им устроить небольшой привал.

«Расскажи мне о лесных ведьмах подробнее. Что у них за хранители?» — попросил одушевленный меч, заинтересованный близким ему словом.

«Ты что, не знаешь? Об этом же каждому ребенку сказки рассказывают! Например, про Дигана и лесную ведьму, ну где в конце хранитель ведьмы съедает Дигана за обман…»

«Наиль, я с северного материка родом, там нет никаких ведьм, а здесь я детские сказки как-то не слушал никогда».

«А…» — протянул мальчик, немного удивленно покосившись на снятый со спины и приставленный к дереву колчан стрел, внутри которого маскировался клинок. Это было впервые, когда одушевленный меч обмолвился о своем прошлом. Наиль не мог спрашивать его об этом, так что должен был ждать, когда тот сам что-нибудь о себе скажет. Обнадеженный оговоркой Зиргрина, юноша принялся объяснять своему оружию все, что знал о лесных ведьмах.

Восточный континент был действительно огромен. Ранее им правил крылатый народ фаиров, подчинивший себе все разумные расы. Об этом Зиргрин и сам знал, но не перебивал рассказ Наиля. Оказывается, в прошлом не все покорно склонялись перед крылатым народом. Существовали расы, которые уходили в леса, замыкаясь в своем социуме, сокрытом от всех остальных. Но самыми известными были и остаются лесные ведьмы. О их истинной природе спорят до сих пор. Одни говорят, что это целители, не нашедшие признания среди людей и заключившие договор с магическими тварями. Другие полагают, что это магические звери, научившиеся принимать человеческий облик и умеющие контролировать других, более низких зверей. Так или иначе, у всех слухов было нечто общее. Лесная ведьма — это красивая женщина, способная разбить сердце любого мужчины. Но едва влюбленный ляжет с ней в одну кровать — ведьма превращается в ужасного уродливого монстра. И этот монстр настолько силен, что несчастный ловелас не способен никак от него вырваться. Ведьма насильно заставляет мужчину заняться с ней любовью, после чего убивает его и съедает. Зачем ей все это? По слухам, только так лесная ведьма может родить дитя. И плоть отца требуется, чтобы ребенок благополучно появился на свет. Вот почему лесных ведьм, несмотря на их красоту, все мужчины боятся, словно адского пламени. Изначально и Сиван, посчитав Ису лесной ведьмой, даже подумать не решался о том, чтобы приударить за красавицей. Почти все время, пока он беспомощно лежал в постели, оправляясь от раны, охотник тихо молился всем богам, чтобы «ведьма» не воспользовалась его беззащитным положением. И лишь позднее, убедившись, что Иса — обычная девушка, он успокоился и начал позволять себе лишнего. До серьезного разговора с ним Наиля…

Лесные ведьмы — известные целительницы. Они прекрасно знают лес, его жителей и растения, которые могли лечить. Их с большим уважением принимают в любом поселении, хоть и стараются селить на окраине. Да и сами они, если и решаются поселиться среди людей, выбирают места поближе к лесу. Что касается хранителей, то у этих дам всегда имеется сопровождающий их магический зверь. Считается, что магического зверя невозможно подчинить. Они все безумны в своей ярости и чрезвычайно свободолюбивы. Их можно захватить, можно убить, но не приручить. Однако лесные ведьмы каким-то образом умудряются все же заставить этих существ следовать за ними и во всем слушаться их приказов. Присутствие такого зверя рядом с очаровательной девушкой — самый верный признак истинной личности красавицы. Говорят, что это всегда представитель магических волков или кошек. О других видах хранителей ведьм никаких слухов не ходило.

«Получается, что если бы у Исы имелся послушный магический зверь, то все считали бы ее лесной ведьмой, так что никто бы не посмел ее не то, что обидеть — слова неуважительного сказать?»

«Ну да, только зачем это обсуждать? Все равно нет у нас этого зверя. А если бы был, то Иса действительно была бы лесной ведьмой».

«Я могу попытаться помочь…» — задумчиво ответил Зиргрин.

«Помочь с чем?»

«С магическим зверем… Наиль, насколько ты мне доверяешь? Позволишь ли ты мне погасить твое сознание и полностью захватить тело на какое-то время?»

«Зачем? Что ты хочешь сделать?»

«Да сам пока не знаю. Просто попробую кое-что. Если получится — у твоей сестры появится хранитель, хотя в монстра она, конечно, не превратится. Думаю, что настоящие лесные ведьмы — все же принявшие человеческий облик магические звери, подчиняющие себе представителей своего же вида. Но обычные люди никогда не смогут понять разницы, так что, приставив к Исе магического зверя, можно всех обмануть. По крайней мере, временно. Вот только ты после моих действий можешь опять оказаться в тяжелом состоянии…»

«Делай», — спокойно приказал Наиль, немедленно приняв решение.

Он доверял мечу, вероятно, даже слишком доверял. Увы, это было неизбежно, учитывая их взаимоотношения. Меч уже сотни раз брал его тело под контроль, обучая мастерству убийцы. Потеря сознания на это время? Не страшно. Боль? За последние годы юноша столько всего вытерпел, что уже не боялся даже очень сильной боли. Ему было интересно, что собирается делать клинок, но об этом он спросит позднее. Самое главное — обезопасить сестру. Зиргрин правильно подобрал слова, сказав, что именно Наиль будет угрозой для своей горячо любимой сестренки, а не наоборот. Такой довод был принят очень быстро и легко. И если у бывшего убийцы все получится, то он сможет безболезненно разлучить брата с сестрой, полностью сконцентрировав внимание Наиля на тренировках. Конечно, в первое время Наиль будет постоянно возвращаться к сестре, чтобы убедиться в ее безопасности, но постепенно успокоится…

Наиль объяснил сестре, что происходит, после чего поставил Сивана перед фактом того, что их привал затянется, так что необходимо разбить лагерь в этом месте. Хоть сейчас было еще светло, ученик убийцы не представлял, сколько времени ему потребуется на то, что задумал меч, как и то, сколько ему придется оправляться от последствий.

Разобравшись с основными делами, юноша сел под развесистый дуб в медитативную позу, положив колчан с клинком внутри на колени, закрыл глаза и полностью расслабился, позволяя одушевленному мечу делать с ним все, что тому вздумается.

Зиргрин, заполучив контроль над Наилем, сразу же ментальным импульсом погасил его сознание. Это было не обязательно, но бывший убийца не хотел, чтобы мальчик осознавал происходящее. Ведь одушевленный меч собирался воспользоваться силой, которая оставалась его самой бережно хранимой тайной. Никто не должен узнать об этом.

Используя тело мальчика в качестве проводника, душа Зиргрина начала распространять вокруг себя невидимые духовные импульсы. Это была не сила воздушной стихии, которую уже немного научился одалживать у него Наиль.

Когда-то Зиргрин был вынужден отказаться от своей смертной сущности, переродившись в элементаля. И причина, по которой он это сделал, заключалась в печати Хранителя Восточного континента, помещенной в его душу еще в раннем детстве одним умирающим стихиалем. Многое с тех пор случилось, Зиргрин очень долго понятия не имел, что с ним сделал тот старик. Но в какой-то момент это вскрылось. Не сразу, но убийца смирился с этой ролью. И даже, когда бог Хаоса поставил его перед выбором: вернуться в круг перерождений, как смертный, или стать стихиалем, приняв роль Хранителя, он выбрал второе. Одной из причин было желание однажды снова встретить свою семью. Арханы — долгоживущая раса, так что никто из его близких не должен был за это время постареть. Вторая причина же… Ступив однажды на землю Восточного континента, Зиргрин проникся присущим Хранителю желанием ее защищать. Он искренне хотел возродить гибнущий материк, так как чувствовал его боль и страдания. Восточный континент напоминал маленького ребенка с зачатками сознания, тянувшегося к единственному, кто мог ему помочь… Зиргрин не смог и не захотел его игнорировать.

Временно став душой клинка, бывший убийца обнаружил, что его силы оказались практически полностью запечатаны. Он ощущал континент, чувствовал, как через его душу проходят океаны энергии, питавшие материк, но не мог никак воспользоваться этой связью. Чтобы влиять на свои владения, он должен был возродиться в смертном теле. Именно такое проклятие наложено на него божеством. Однако кое-что все еще можно было сделать, воспользовавшись телом Наиля.

Странная сила незримыми волнами расходилась от спокойно сидевшего мальчика. Она сливалась с переплетениями энергопотоков, распространяясь по ним все дальше и дальше вглубь леса. Чтобы излишне не травмировать своего ученика, Зиргрин объединился с потоками воздушной стихийной направленности, с которыми у Наиля имелась природная близость. Мир радостно принял сознание своего Хранителя, передавая ему множество разнообразных чувств и эмоций. За мгновение одушевленный меч ощутил сразу весь континент, словно совокупность бесконечных разумов, каждое из которых имело собственные чувства и желания. Едва не утонув в этом круговороте, он попытался настроиться на определенный тип сознания, который должен был находиться на относительно небольшой удаленности от Наиля, после чего стал методично проверять каждое живое существо в глубинах леса, хоть немного подходящее под нужные параметры.

Увы, магические звери старались не селиться близко к человеческому жилью и выходили из глубин лесов очень редко. Даже самые слабые и неразумные твари начали встречаться лишь за полторы сотни километров. Зиргрин не обратил на эту мелочь никакого внимания, продолжая прочесывать каждую более-менее сильную душу, полыхавшую в его энергетическом зрении яркими красками.

Первые подходящие экземпляры были из магических волков. Удивительно, но у них оказался достаточно развитый интеллект. Если бы эти звери могли принять человеческую форму, то стали бы новой разумной расой континента. Увы, в них было слишком много хаотической энергии, которая то и дело захлестывала сформировавшийся разум, подчиняя зверей кровожадным инстинктам. Зиргрин, попытавшись установить контакт с членами стаи, натолкнулся на такой животный ужас, что не было и речи о том, чтобы приманить одного из волков к лагерю своего ученика. Немного расстроившись, он продолжил поиски. Варианты отпадали один за другим. Бывший убийца изначально сконцентрировался на волках, так как песьи известны своей преданностью хозяевам, но вскоре отказался от них. По какой-то причине все волки, ощутив контакт с Хранителем, впадали в такой ужас, что двое даже покончили с собой, бросившись с обрыва.

Волнуясь о том, что и кошачьи отреагируют подобным образом, Зиргрин постарался найти кошку с наиболее высоким интеллектом. Магические коты не жили в стаях, как волки. Они были одиночками, так что поиск и проверка каждого претендента занимали значительно больше времени и усилий. Наконец, почти потеряв надежду, что эта авантюра закончится успехом, Зиргрин все же смог установить контакт с магической двухвостой кошкой. Кошка имела очень высокую предрасположенность к стихии воздуха и, ощутив близость могучего сознания Хранителя, не испугалась, а легла на землю, закрыв глаза.

«Что прикажет господин? Лиара хочет служить Хранителю».

Мысли кошки полностью отличались от мыслей разумных людей, но благодаря своему статусу бывший убийца все же мог понять импульсы сознания магического зверя. Лиара думала образами, чувствами и запаховыми ассоциациями. Стараясь подражать ее способу общения, Зиргрин полностью сконцентрировался на этом странном методе общения.

«Мне нужна твоя помощь».

«Я готова! Кого нужно убить?» — рыкнула лесная жительница, махнув сразу двумя хвостами.

«Все гораздо сложнее. Мне нужно, чтобы ты охраняла одну смертную. Скажем, сто лет».

«Господин, я не хочу становиться зверушкой этих слабых и ничтожных существ!»

«Если даже мне пришлось, то чем ты лучше?» — недовольно рыкнул Зиргрин, ментально огрев зверя своими эмоциями.

«Как такое может быть?» — вскочила на лапы Лиара, глухо зарычав в ответ. Она испытала чувства, которыми поделился одушевленный клинок, так что смогла понять, в каком он сейчас положении. — «Кто посмел запечатать Хранителя?!»

«Я пошел на это добровольно, мне пришлось это сделать. Впрочем, надеюсь, что не пройдет и сотни лет, как смогу вернуться в мир и восстановить все свои силы».

«Сто лет?»

«Да. Лиара, я обещаю, что, когда вернусь в этот мир в полной силе, приму тебя в свиту. Даже могу помочь тебе с потерей контроля. Ты ведь знаешь, что при твоем интеллекте ты тогда сможешь принять человеческую форму? Будешь первой из новой расы».

«И ты позволишь мне? Прошлый Хранитель не допускал, чтобы магические звери становились в один ряд с людьми или эльфами».

«Многие погибли. Некоторые народы были полностью уничтожены во время катастрофы континента. Территории теперь много, а жителей мало. Новые расы пойдут только на пользу. Помоги мне. Я сейчас запечатан в мече, так что вынужден жить довольно странной жизнью. И если бы не нужда, то не стал бы просить тебя о подобном».

Лиара некоторое время раздумывала. Ее мысли перемещались очень странно, перескакивая с логических цепочек на различные примитивные ассоциации. Для кошки это предложение было очень заманчивым. Не каждый день Хранитель континента, божество, которому поклоняются люди и другие расы, оказывается в настолько затруднительном положении, что просит о помощи. Оказать ему услугу сейчас — равноценно множеству преимуществ в будущем. А если он примет ее в свиту, то для нее и ее сородичей будет обеспечено процветающее будущее. Никто не посмеет уничтожить новорожденный народ, если он напрямую служит Хранителю.

«Сто лет службы смертной девчонке этого стоит. Я, Лиара, согласна. Я хочу стать первой из новой расы! И ты примешь меня в свою свиту».

«Договорились. Но никому не сообщай о моей истинной личности. Не нужно знать использующему меня сейчас мальчишке о том, кого именно он таскает в ножнах».

«Я не могу говорить с людьми, у меня нет такого дара».

«Когда прибудешь, посмотрю, что с этим можно сделать. В моем положении эта беседа и без того для меня — очень тяжелое испытание. Я укажу тебе направление. Как быстро ты можешь бежать?».

«Я — самый быстрый зверь в этом лесу, господин», — фыркнула Лиара.

Едва кошка ощутила направление, как бросилась на огромной скорости в ту сторону. Лиара оказалась не просто быстра, а молниеносна. Когда она бежала на предельной для себя скорости, то даже превышала скорость звука. Зиргрин никогда раньше не сталкивался с таким типом магических тварей, так что оказался чрезвычайно удивлен. Двухвостая кошка имела склонность к стихии воздуха, так как именно эту стихию изначально искал бывший убийца, но то, как Лиара пользовалась своими способностями…

Достаточно разогнавшись, она мчалась по небу без всяких крыльев. Ее лапы мягко и мощно отталкивались от воздуха, неся поджарое тело над кронами деревьев. Иногда кошка спрыгивала на землю, где умудрялась перемещаться с той же безумной скоростью. Ее реакция и быстрота принятия решений оказались просто потрясающими.

Вскоре сидевший несколько часов неподвижно Наиль открыл глаза, после чего глухо застонал.

— Братик, ты как? — подскочила к нему испуганная Иса. Все это время она была рядом, с ужасом наблюдая, как из глаз, ушей, носа и рта ее брата начала сочиться кровь.

Юноша открыл глаза, в белках которых полопались капилляры, окрасив их в кровавый цвет, сплюнул на землю заполнившую рот кровь, после чего спокойно достал флягу с водой и тщательно умылся.

— Думал, хуже будет, — улыбнулся парень обеспокоенной сестре. — Кажется, на этот раз больше пострадал Меч, а не я. Он сказал, что скоро сюда прибежит двухвостая кошка. Ее зовут Лиара…

Зиргрин, едва разорвав контакт с Наилем, сразу же скрыл сознание в своем иллюзорном мирке, где рухнул на землю, скорчившись от боли.

— Проклятье! — прошипел он, ощущая сильнейшие повреждения своей души. Давненько ему не приходилось такое ипытывать.

Его душа была запечатана в мече, так что Зиргрин должен был жить как меч. Попытка воспользоваться силами Хранителя привела к тому, что душа, повреждая себя, частично покинула печать. Если сравнивать, то можно представить себе человека, к телу которого намертво приклеили предмет, а он, чтобы освободиться, начал отдирать предмет от тела, оставляя на нем собственную кожу. В случае с душой это было в сотни раз мучительнее, так что бывший убийца сейчас по-настоящему страдал.

Наиль заметил неладное, ведь отголоски страданий клинка накрывали и его тоже, но юноша так и не смог добиться от своего оружия хоть какого-то ответа. Для Зиргрина уже было подвигом то, что он успел передать мальчику информацию о кошке до того, как погряз в пучине адской боли.

Охотник все это время хмуро шевелил угли в разожжённом костре, наблюдая за братом и сестрой. Чем больше времени он с ними проводил, тем больше странностей замечал. Сиван был уверен, что Иса — не лесная ведьма. В конце концов, откуда у ведьмы взяться брату? Но все же, что за ерунда с этими двумя? Откуда обычная девчонка столько знает о травах и готовке разных зелий? Кто ее обучал этому в лесу? Быть может, настоящая лесная ведьма ее учила? Одни демоны разберут.