Босс и парадокс

С этими словами она залепила мне звонкую пощечину. Потом ударила по плечу и в живот. Сзади прилетела подножка, которая заставила меня в мгновение ока оказаться на коленях. Пожалуй, настолько далеко моя мать еще никогда не заходила. Вот тут мне стало совсем паршиво. Слезы с новой силой хлынули из глаз.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась я и жалобно взглянула на мать. — Я сделаю все, что пожелаешь.

— Конечно сделаешь, — загоготала та и снова врезала мне по щеке. — Только мы немного поиграем с тобой. А то, кажись, ты забыла, Лиличка, чья ты дочь и все такое.

— Я не забыла…

Пинок по ногам, и я стиснула зубы. Успею сорвать голос. А мне еще в магазин идти за выпивкой. Не знаю только, откуда деньги возьму. Кажется, придется брать в долг. Если позволят. До воровства я не опущусь ни при каких обстоятельствах.

— Забыла-а! — пьяно провыла какая-то женщина, которая устроилась у стола, но почему-то на полу. — Эй, дура, чего застыла?! Покажи ей, кто тут хозяин!

Одновременно с этим мою многострадальную шевелюру дернули со всей дури назад. Потом за волосы же меня потрясли из стороны в сторону. Тут уже я не смогла сдержаться и закричала. Правда тут же замолкла, получив от матери кулаком под челюсть. Искры полетели из глаз, а во рту появился металлический привкус крови.

— Это тебе за позавчера, — мстительно проговорила женщина. — А это за вчера…

Тут она попыталась поставить мне фингал под глаз. Не вышло, потому что я в последний момент успела прикрыться руками. Тихо зашипела, ощутив всю силу ее удала.

— Стерва! — прокричали из кухни.

— Слышь, ты че борзая такая?! — возмутился Толик и снова со всей дури дернул меня за волосы.

Чтобы он не выдрал мне целый клок, пришлось податься за ним. И тем самым подставиться перед матерью, которая совсем обезумела от ярости.

— Мелкая шваль! — охнула она и кинулась пинать меня куда придется.

Мне прилетело в бок, по пояснице, в бедро и по руке. Не знаю, что было бы со мной, пробудь я в собственной квартире еще хотя бы десять минут, если бы входная дверь с грохотом не распахнулась, и на пороге бы не появился мой начальник, Сергей Городцов.

— Какого черта тут происходит?! — рявкнул он, ошалело осматривая представшую перед ним картину. — Лилия…

Пока собравшиеся не сообразили, что к чему, он распихал всех отделяющих нас друг от друга сомнительных субъектов. Одной левой отправил Толика в нокаут и приложил мою мать об стенку, потому как она мешала достижению его цели.

Собственно, так я оказалась поднята на ноги и буквально вытолкана в подъезд. Само собой, не обошлось без потерь.

— Ты, сукин сын! — орал кто-то нам с боссом вдогонку.

Кажется, это был еще один постоянный гость нашей с матерью квартиры. Мужчина незаметно выполз из моей комнаты и поспешил на выручку остальным. Он-то и приложил Сергея Андреевича по голове бутылкой из-под водки. Теперь Городцов еле держался, чтобы не осесть прямо на лестнице, в легкой доступности у озверевших пьянчуг.

— Быстрее, — приговаривал мужчина, утягивая меня за собой. — Нам с вами нужно в больницу.

Я ему не возражала и ни о чем не спрашивала. Только старалась не показывать, что мне тяжело идти и что все тело болит от любого движения. Ему из-за меня сильно досталось. А ведь ему еще за руль садиться. И как он вообще тут оказался? Неужели забеспокоился, когда я не пришла на работу. С чего бы?

Александр

Когда увидел автомобиль матери на парковке возле своего дома, заподозрил неладное. С чего бы ей приезжать сюда в такое время? Тем более, что у нее дел невпроворот. Да и отец вроде бы позвал сегодня ее на ужин. Если только это снова не Милана, которая зацепила отца своей молодостью и накачанным четвертым размером. В таком случае, «до встречи, любовь моя» могло предназначаться не моей матери.

Поднимался на свой этаж и чувствовал, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Возможно, это было из-за того, что я почти перешел на бег. Ну не верил я в то, что мать вдруг проявит милосердие и не устроит скандал на пустом месте. Она вообще навряд ли поверит в то, что девчонка ей скажет.

— Мама! — громко воскликнул, открывая входную дверь и заходя в прихожую. — Лиля! Я дома!

Дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной, и я остался в полной тишине. Но ненадолго. Потому что через несколько томительных мгновений ко мне вышла мать.

— Здравствуй, Саша, — обманчиво доброжелательно, проговорила она. — Как прошел твой день?

— Думаю, ты уже знаешь об этом, — поморщился я. — А где Лиля?

— Кто? — решила закосить под дурочку мать. Но встретившись с моим предостерегающим взглядом все же снизошла до нормального ответа: — Она там, где и должна быть.

На улице. Или дома, что означает то же самое, что и улица. Бл*!

— Кто дал тебе право выгонять ее из моего дома?! — последние слова я нарочито подчеркнул. — Ты хоть знаешь, кто она? Какая она? И…

— Она оборванка, которая хотела разжиться за твой счет, — жестко перебила меня мать. — Но я ясно дала ей понять, что в этом доме ей ловить нечего.

Я тут же представил себе, что чувствовала Лиля, когда ей пришлось выслушивать обвинения моей матери. Отдаленно. Потому что сам никогда не был на месте этой девушки. Однако, мне все равно сделалось горько. Настолько, что я зарычал на собственную мать:

— Она — моя будущая девушка и невеста! Лилия Василькова, которая недавно устроилась к нам работать и которая нуждается в поддержке! У нее неблагополучная семья и ей действительно требуются деньги, чтобы жить отдельно. Я все это знаю! И все равно хочу, чтобы мы были вместе… Потому что люблю ее!

Я выдал всю эту тираду на одном дыхании. Сам от себя такого не ожидал. Просто я уже не мог нормально соображать. Вот, где сейчас это чудо в перьях? Уже добралась до дома или нет? Сумею ли я перехватить ее, если немедленно поеду к ней на район?

— Она отвратительно готовит, — непонятно к чему заметила мать. — Столько продуктов перевела. И мне пришлось все выкинуть. Вместе со сковородкой, которую она мне сожгла.

Какой же это бред. Почему она это делает? Хочет женить меня на очередной богатой претендентке? Не выйдет.

— На квартиру я заработал сам, так что сковородка явно не твоя, — зло процедил я. — И гостей моих ты не имеешь права выкидывать за дверь. Тем более Лилю.

— Она ужасна! — возмутилась мать. — Твоя Василькова щеголяла в твоих вещах в твое отсутствие!

— Я сам их дал ей сегодня утром, — процедил.

Тут мой взгляд упал на настенные часы. Черт! Сколько времени я потерял на пустую болтовню?

— Я за ней, — коротко бросил матери, направляясь на выход. — А ты делай, что хочешь.

Под возмущенные крики матери я быстро слинял из собственного дома. Не попрощался, не обнял, не поцеловал. Уверен, она все поймет и хорошенько задумается над тем, что сделала. А если нет, то придется мне поменять замок на входной двери.

***

Лилия

Была бы я более решительной и здоровой, наверняка бы настояла на том, чтобы вызвать скорую и на пару бы отправиться в больницу. И полицию заодно на уши подняла. Но нет, мой мозг отключился в самый неподходящий момент и включился только когда мы проехали на красный во второй раз подряд, а затем не уступили дорогу автобусу, который отчаливал со своей остановки. Вот тут у меня, наконец, закралось смутное сомнение в том, что что-то не так.

Я медленно повернула голову и внимательно всмотрелась в лицо мужчины. По виску текла тонкая струйка крови. Взгляд напряжен и полностью сконцентрирован на дороге. Он-то и не дал мне раскрыть рот и попытаться вразумить начальника. Мало ли, потеряет контроль над собой, и мы попадем в аварию. Хотя, мы и так от подобного исхода не застрахованы.

К концу нашей поездки я чуть не поседела. И еще пару раз на короткий срок лишалась чувств. Хотя, казалось бы, больница находилась не так далеко от моего дома. Однако, я все же умудрилась до смерти перепугаться и впасть в шоковое состояние. Отошла только когда мы остановились на парковке, и Городцов скомандовал мне осторожно отстегиваться и вылезать из машины.

— Лиля! — позвал он меня еще раз, когда я не откликнулась на первый призыв пошевелиться и направиться в сторону регистратуры. — С вами все в порядке?

Мужчина уже открыл свою дверь, но тут же переключил свое внимание на меня. Я поспешно закивала, не желая утруждать его излишними заботами обо мне. Только потянулась к замку от ремня безопасности, как тело прострелила сильная боль. Не удержавшись, вскрикнула и зажмурилась.

— Черт! — выругался Городцов и сам принялся отстегивать меня. — Когда поправитесь, вы обязательно мне все расскажете, Василькова.

— Да, — тихо простонала, стараясь не совершать резких движений.

Кое-как мне удалось выйти из салона автомобиля. При этом я искренне надеялась, что я не испачкала нигде обивку сидения. Ну, мало ли кровь где просочилась. Или следы от грязной обуви избивавших меня алкашей впечатались в одежду. Если так, то идти на работу мне было не в чем.

Честно признаться, я даже не подумала о том, где моя сумка и все мои документы, телефон, кошелек… Мне просто нужно было сбежать подальше от обезумевшей матери. И мне было плевать на все. Как хорошо, что рядом был человек, который соображал куда лучше меня.

— Спасибо, — поблагодарила Сергея Андреевича, когда тот протянул мне мою сумку, которую, оказывается, успел закинуть на заднее сидение.

Да я даже не заметила, роняла ли ее у себя в прихожей или продолжала держать, вцепившись, как в самую ценную в жизни вещь.

Когда нас таких красивых завидели охранники, то тут же подскочили и принялись выспрашивать, зачем мы пришли и откуда. Босс отвечал коротко и по существу, так что менее, чем через полчаса нас определили в отделение травматологии.

*** 

Александр

Когда я приехал к Эльфу домой, то застал там занятную картину: полиция пытается понять, зачем ее вызвала кучка пьяниц во главе с упитой, сердобольной мамашей, у которой прямо из-под носа увели дочь. В неизвестном направлении, само собой.

Мне это дело не понравилось, так что я решил затаиться в подъезде и послушать версию этой странной женщины. Кстати, по ее описанию, выходило, что Лиля несколько дней не появлялась дома. А когда появилась, то ее сразу и украли. Мол, чудом из плена какого-то богатого хулигана сбежала, но он все равно настиг ее на самом пороге. Да так быстро все произошло, что мама и ее компания глазом моргнуть не успели.

История, достойная телеэкрана, я вам скажу. Особенно, когда полицейские спросили у несчастной, откуда на полу взялись пятна крови. Собственно, тут последовала вторая, не менее красочная глава повествования о том, как тот ненормальный избил девчонку, пока она находилась у него в плену. А потом еще наподдал, когда добрался до нее снова.

Вот тут мне стало не до смеха, потому что я узнал в главном действующем лице Городцова. Ну, и себя заодно. Ведь это у меня Лилька была до того, как вернулась домой. Моя собственная мать никогда бы не опустилась до рукоприкладства. Она скорее отходит словом или подставит на деле. Но чтобы вот так, до пятен крови на полу… Да и босс Эльфа уж слишком прикипел к своей сотруднице, чтобы распускать руки. Скорее уж я поверю в то, что он на свой страх и риск полез защищать ее от этих ненормальных.

— Оп-па… — вывел меня из задумчивости незнакомый мужской голос. — А это у нас еще кто?

— Александр Морозов, близкий друг потерпевшей и свидетель тому, что эта женщина врет, — на автомате представился стражу порядка.

— Да хахель енто Лилькин, — припечатала из-за двери горе-мать. — У нее их много было.

— Так, может, и на этот раз она с очередным «хахелем» ушла? — радостно зацепился за новую версию событий полицейский, что сейчас находился внутри квартиры.

— Так как же ушла? — обиженно взвыл какой-то мужик. — Он меня вон, как отдубасил. Я, знаете ли, не привык глядеть на насилие и ничего не делать. Я за свою кровиночку…

— Да не твоя это кровиночка! — рявкнул кто-то из глубины квартиры.

Я стоял и обалдевал. И как Василькова все это время здесь жила? Нет, если бы не мать, я бы ни за что ее от себя не отпустил. Вон, что из этого вышло.

И где мне их с Городцовым теперь искать?

Глава 8

Лилия

Меня оставили под наблюдением до следующего дня, а вот начальника отпустили. К счастью, с его головой было все в порядке. Только наложили несколько швов и наказали прийти на снятие через неделю. Со мной было не все так радужно. Врачи сказали, что у меня слишком большая гематома в области живота и куча повреждений на ногах, руках и лице. Спина чудом осталась нетронутой, и я могла нормально лежать на больничной койке. Так что обследование длиной в сутки — это малое, чем я могла пожертвовать ради собственного здоровья.

А еще, нам порекомендовали обратиться в полицию, что мы и сделали. На следующий день, когда Сергей Андреевич немного отошел от перенесенного стресса и снова ринулся на мою защиту. И положа руку на сердце, мне было приятно его внимание. Потому что еще никто ни разу в жизни обо мне так не заботился. Я даже поймала себя на мысли, что если бы он предложил перевести наши отношения на новый уровень, то я бы могла об этом задуматься. Совсем немного. Только, что теперь делать с Сашкой? Он тоже раскрылся для меня с совершенно неожиданной стороны. Однако, мне уже дали понять, что таким, как я не место подле богатеньких красавчиков вроде Городцова и Морозова. Поэтому мне не стоит раскатывать губу и мечтать о принце на белом коне.

Еще одна неожиданность, связанная с этим утром — это новость о том, что моя родительница опередила Сергея Андреевича и первой позвала полицию к нам домой. С той лишь разницей, что по легенде матери меня похитил и избил какой-то богатей. Который предположительно со мной встречался, но которого я бросила. Тем самым обрекла себя на долгие преследования со стороны бывшего любовника. Душераздирающая картина, если учесть, что все было в точности до наоборот.

Начальник где-то пропадал, только временами отписывался, сообщая о том, как идет ход расследования. Он не собирался спускать вчерашний инцидент с рук тем пьяницам. Тем более, что на нашу сторону встал еще один человек, которому оказалась не безразлична моя судьба. И узнала я об этом отнюдь не от Городцова. И даже не от полицейского, который навестил меня с самого утра с целью удостовериться в том, что я это я и пропадать никуда не собиралась.

Вообще, я даже немного пожалела о том, что мое самочувствие позволяло мне думать, рассуждать и общаться с людьми на темы, о которых я бы предпочла подольше не вспоминать. Правда… Я была почти сломлена. Мне не хотелось ничего, кроме собственного угла, где меня никто не будет трогать. Но такового у меня пока не было. А ознакомиться с заманчивым предложением Сергея Андреевича я еще не успела. Но как назло в голову лезли мысли о том, что мне еще какое-то время придется пожить с «родней».

И как раз в тот момент, когда я только-только начала забываться, в дверь постучали. Могу сказать одно: если бы это был медперсонал, стражи порядка или Городцов, то мне бы не понадобилось давать свое разрешение на посещение моей незаурядной личности. Им всем было бы не важно, в каком я виде, что делаю и хочу ли вообще кого-то видеть.

— Войдите, — устало проговорила я.

Открывать глаза не хотелось, но я все же сделала это. И тут же наткнулась на взволнованное лицо Саши Морозова. Оно было непривычно бледным и очень серьезным.

— Привет, — поздоровался друг (или нет… Я пока не определилась, как его называть), как-то исподлобья на меня косясь. — Ты как?

— Более или менее, — неопределенно ответила. — Ты как меня нашел?

Мне показалось, или за время нашей разлуки он стал другим? Немного осунулся, повзрослел и растерял всю ту непосредственность, которая так манила меня накануне.

— Из полиции позвонили, — отмахнулся Морозов. — Я когда ночью с твоего района уезжал, дал им телефончик. Они обещали позвонить, как только тебя найдут.

— Что?! — Кажется, у меня сейчас глаза на лоб полезут от удивления. — Ты был вчера у меня дома?

— Ну, да, — пожал плечами парень. — Хотел вернуть тебя домой, но опоздал. Кое-кто оказался быстрее меня. И слава богу. Никогда бы не подумал, что странности Городцова могут спасти меня от хронического запоя.

Он подошел вплотную к моей кровати, и я почувствовала, как начинаю стремительно краснеть. Такого не случалось в присутствии босса. Наверное, это из-за того, что нас с ним ничего такого и не связывало. Да и мыслей у меня в отношении Сергея было гораздо меньше. А тут за сутки прямо нафантазировала себе горы счастья.

— Странности, говоришь? — заметила как можно отстраненнее. — Ну, а тебя к моему дому что привело?

Правда, вот, почему он не допускает возможность того, что я могу просто понравиться своему начальнику. Тем более, что он так в открытую мне помогает.

— Крыша поехала, вот и я за ней устремился, — в привычной ему манере усмехнулся Сашка. — Можно я присяду на краешек?

Собственно, он и присел. Не дожидаясь моего дозволения. Я вспыхнула еще больше. Его наглющие глаза как будто читали меня изнутри.

— Слушай, Морозов, а ты не думаешь, что это уже слишком? — Праведно возмутилась я.

— А что такого? — поинтересовались у меня. — Знаешь, как тяжело вести себя прилично в твоем присутствии, Эльф?

Я-то знала. Но предпочитала лишний раз не вспоминать об этом. Во избежание новых казусов.

— Так что с твоей крышей? — Я попыталась вернуть тему разговора в прежнее русло, но снова попала в просак.

Ну, не спрашивать же у него напрямую, чего это он заявился ко мне в палату и так развязно себя со мной теперь ведет? И, да, наш разговор изначально был обречен на провал. Ибо поговорить о чем-то путном с Сашкой в принципе не представляется возможным. Вероятно, он только на своей территории чувствует себя свободно и потому не прячется за тонной подколок, заколок и шпилек? В мой адрес.

— Поехала, — пожал плечами парень. — Особенно вчера, когда пришел домой и не нашел тебя на месте. В общем, часов с двенадцати я вообще без нее хожу. И, знаешь, тяжко это.

— И чем я могу тебе помочь? — смутно представляя себе, о чем болтает этот балбес, уточнила я. — У меня у самой черепная коробка вскрылась вчера вечером. Так что не уверена, что могу быть хоть в чем-то полезной.