Боевой и невербальный гипноз: искусство коммуникации высокого уровня

На что способна тетя? Какие у нее способности? Она красивая, хитрая, изворотливая, «себе на уме».

Что для нее ценно? Каковы ее убеждения? Она убеждена в том, что красота правит миром и что для достижения целей все средства хороши. Ценны для нее деньги, известность, путешествия.

Она кто? Как кто? Любовница, содержанка, женщина, решившая подороже себя продать. Кто еще в системе такие же, как она? У каждого найдется хотя бы несколько имен для примера...

Совсем не обязательно проговаривать все это про себя, чтобы достигнуть результата. Моделирование происходит на

бессознательном уровне. Роберт Дилтс утверждает, что, прежде чем моделировать кого-то, имеет смысл присмотреться, чем и как закончилась его жизнь. Какие были или есть у этого человека ценности, убеждения, сходятся ли они с вашими? В противном случае неизбежно произойдет подмена собственных ценностей на чужие. А это чревато проживанием чужой жизни, и тут уже не так важно, успешная она или не очень.

Особенно опасны сцепки, сделанные родителями в раннем возрасте. Детская психика очень восприимчива к родительским наставлениям, для ребенка родитель ― авторитетное лицо. Часто подобные установки вовсе вытесняются из сознания, и человек только успевает отметить, что его судьба очень напоминает бабушкину, или твердо уверен, что он «вылитый отец, и характер у него такой же». Фактически ребенку запрещается быть собой и вменяется в обязанность копировать кого-то.

Причина

Обнаружив как-то раз, что сцепкой можно хорошо «уделать» человека, ничего при этом не говоря напрямую, люди с наклонностями «серого кардинала» решают проделывать это регулярно. Вроде ничего такого не сказал (всегда можно сделать невинное лицо), а эффект ого― го какой. Часто такая стратегия маскируется под «я хочу как лучше», «совет от чистого сердца» ― это не так важно, намного важнее помнить о результате. Насколько эффективен тот, с кем вас пытаются сцепить? Если он болеет раком, прямо скажем, не стоит соглашаться, даже невзирая на многомиллионное наследство, что оставила ему покойная бабушка.

На самом деле сцепки постоянно встречаются в повседневной жизни.

«Вы летали на одномоторных самолетах? Ух ты! Здорово! У нас, правда, знакомые разбились на точно таком же». Здорово-то здорово, только это ― прямая попытка заблокировать достижение: сцепить ваш удачный, восхитительный полет с полетом каких-то суицидников, конечно, для того, чтобы вы так больше не делали. А то очень обидно: «Как так? Мне нельзя, а им можно!» И все под прикрытием: я же хочу как лучше! Я желаю вам... безопасности!

«О! Интересное платье. У нас на работе в похожем уборщица ходит». Здесь сцепка на уровне окружения ― «платье», а меняется идентичность ― «уборщица».

«Ты с такой прической похож на террориста». Террорист добивается своих целей путем убийства мирных жителей, детей. Террористов ненавидят, разыскивают, ловят и сажают в тюрьму. И даже если это преподносится как шутка, есть поговорка: «В каждой шутке есть доля шутки», ― а бессознательному свойственен буквализм.

Нередко бывает так, что человек сам себе делает сцепки, ошибочно считая это милым, безобидным, обаятельным и веселым. Здесь следует отметить, что никогда и ничего не берется из ниоткуда. Всегда и негативные убеждения, и сцепки являются продуктом более ранних внушений, сделанных родителями или другими имеющими влияние на ребенка лицами.

«Ой! Вот всегда, когда касается какого-то важного дела, я начинаю метаться, как курица без головы». Соответственно, в любой стрессовой ситуации такой человек будет впадать в психоэмоциональное состояние, сильно напоминающее бездумный побег уже убитой птицы.

«Мы с Олей совершенно одинаковые, точно сиамские близнецы». Так бывает, когда ребенка постоянно с кем-то сравнивают, тогда быть «вылитым» кем-то ему видится чем-то хорошим и полезным, ведь собой быть запрещено.

Защита

Как реагировать на подобные высказывания? Простейший способ ― вернуть сцепку обратно: «Знаешь, обычно террористы всюду мерещатся геям. Те к ним неровно дышат»; «Те, кто постоянно сравнивает знакомых с уборщицами, сами заканчивают дворниками. Карма портится»; «Те, кто любит рассказывать о несчастных случаях, часто сами переходят в статус внезапно погибших».

Идея сцепки в том, чтоб связать одно лицо с чем-то или кем-то другим, при этом важно понимать, что сама по себе сцепка не плоха и не хороша. Ее можно и нужно использовать, чтоб заблокировать человеку то, что реально приносит ему вред: «У меня знакомый постоянно курил, как ты, по пачке в день. Недавно умер от рака. Жутко так умирал, знаешь, под конец даже обезболивающие не помогали». Или если молодая женщина обеспокоена задержкой речевого развития своего малыша, можно поддержать ее: «Не спешите делать выводы, Эйнштейн заговорил в 4 года». В любом случае лучше понимать, что то, что говорим мы и что говорят нам, необходимо фильтровать, а лишнее ― смело отбрасывать.

Помните основное правило боевого гипноза? Все, что мы делаем с другими, мы делаем с собой. Меняя кому-то идентичность, имеет смысл приглядеться к своей. И необходимо помнить, что искажать себя и позволять это делать другим ― вовсе не весело и не забавно. Это ― болезненная стратегия, которую нужно выравнивать и приводить в соответствие с собой настоящим. С собой совершенным. Таким, каким вы могли бы быть, если бы ваша жизнь всегда складывалась наилучшим образом, ― и, собственно, таким, каким вы и нужны этому миру.

Глава 26

«Чтоб ты сдох, ослеп, оглох!»: негативные внутренние диалоги

Красная вода ― чужая беда... Да гнилое семя, да лихое племя, Выйди в полный рост в его теле нарост! Лопни, алый гной, в полночь песню завой! Волчье солнце, могила и крест, Кладбище, трупы окрест. Слов моих не отвратить, от слов моих не оградить. Кол в твою могилу людям придется вбить!

― Он меня ударил! Разве это нормально?

― А как вы сами думаете?

― Думаю, что нет!

― Почему вы так считаете?

― Как? ― девушка с нежным лицом на секунду замешкалась и покраснела. ― Странный вопрос! Спросите кого угодно... Все знают: женщин бить НЕЛЬЗЯ!

― А если женщина целится в тебя из пистолета? Или приставила нож к горлу? Пытается тебя убить? ― психолог улыбнулся и поудобнее устроился в кресле. ― Может ведь такое случиться.

― Ну, если так, то, наверное, да. ― Елена сказала это как-то неуверенно.

― Так вы на него бросались с ножом?

― Нет.

― Правильно, зачем же с ножом! Лучше с топором ― по Достоевскому.

Девушка засмеялась, представив себе, как она кидается на мужа, держа в одной руке топор, а в другой томик Достоевского ― в качестве инструкции.

― Вот вы шутки шутите, Алексей, а у меня все тело в синяках! Мы вместе только год, а он меня уже побил! ― девушка опомнилась и снова сделала серьезное лицо.

― Да, это ужасно. Кстати, а переломы есть?

― Нет. Еще чего не хватало!

― Ну... И такое бывает. Как-то тут недавно приходили ко мне одни... супруги. Он ей нос сломал, ну и вообще, знаете, черепномозговая травма ― вещь неприятная, ― психолог помолчал, разглядывая шокированную девушку. ― А где синяки? На лице и руках нет, на ногах вроде тоже нет.

Под его пристальным взглядом Елена поежилась и попыталась натянуть юбочку на колени.

― Он бил меня по ягодицам!

― Выходит, попу нашлепал.

― Попу нашлепал? Боже мой, как это омерзительно звучит! Это же унизительно! Он растоптал мое достоинство!

― Не, не. Не думаю. Наверное, вы что-то ему ляпнули, он разозлился ― и вот... Я понимаю, что, возможно, кажусь вам циничным, но четырнадцать лет практики дают о себе знать. Вы его спровоцировали, а он вас отшлепал. Пять лет назад я работал в интернате с маленькой девочкой. Ее мама спровоцировала мужа, и он ее ударил кулаком по лицу. Она упала затылком на батарею и раскроила себе голову. Девочка ждала, когда папа выйдет из тюрьмы. Все равно любила его. Тосковала по маме. В ее маленькую головку не могло уложиться случившееся. Дочка в интернате, мама на кладбище, отец сел на девять лет. У вас пока ведь не так. Поэтому давайте не будем преувеличивать и все назовем своими именами.

― Вы не правы, Алексей! Я ему не сказала ни слова! ― Елена, перепуганная словами психолога, выглядела уже не так уверенно.

― Здесь не так важно, прав я или нет. Гораздо важнее, что в вашей молодой семье начинает набирать обороты скандализм, и дальше будет только хуже. Если, конечно, мы с вами это не остановим.

― Но я правда ничего ему не говорила!

― Понимаю. Но вы, наверное, что-то делали? Может быть, презрительно на него смотрели? Или говорили про себя что-нибудь. эдакое?

― А откуда вы знаете? ― Елена удивленно изогнула бровь.

― Опыт. За годы работы всякое пришлось повидать. Одна дама, Наталья, ходила за мужем по пятам и постоянно повторяла про себя: «Чтоб ты сдох». Муж спотыкался, ронял себе на ноги батареи, пианино, падал на ровном месте, злился. Правда, так и не сдох, а развелся с ней и нашел себе другую жену. Тогда Наталья и пришла ко мне в кабинет в надежде вернуть мужа. ― Алексей встал, снял пиджак, закатал рукава белой рубашки и, выразительно глядя на девушку, произнес: ― Ну что, Елена, надо сотрудничать со следствием! Сознавайтесь уж во всем, вам скидка выйдет.

Девушка рассмеялась и со смущенным видом стала рассказывать.

― Вообще началось все с бабушки. Это она меня научила. Думаю, и мама так делала, ― Елена шмыгнула носом и почему-то перешла на шепот. ― Бабушка считала, что в папе сидят злые духи, и она изгоняла их силой мысли.

― И как, удачно? ― Алексей что-то помечал в блокноте.

― Не очень. Он злился, когда она ходила за ним с вытаращенными глазами и молчала, орал на нее. Даже один раз дал пинка под зад.

― А подскажите мне на всякий случай, как она понимала, что злые духи им овладели?

― Ну, когда у него был прилив сил, он что-то планировал, короче, вел себя, как мужчина, ― в ее голосе явственно звучало смущение.

― Елена, вы понимаете, что у вашей бабули были явные проблемы с головой? Кстати, что сейчас с ней? Она жива? По-прежнему демонов изгоняет?

― Да, в смысле, нет... Она жива, но демонов уже ни из кого не изгоняет.

― Что так? Невидимая сила закончилась?

Реплика психолога посмешила Елену, но уже сквозь навернувшиеся слезы.

― Она уже пять лет как парализованная лежит. Это случилось после инсульта.

― Простите. А что, бабушка учила вас внушать на расстоянии, силой мысли?

― Только одно слово. «Остановись, остановись, остановись», ― Елена побледнела.

― И вы теперь это мужу внушаете, когда он себя ведет как сильный мужчина?

― Да.

― А вы не думали, что бабушка ваша допрыгалась с изгнанием демонов. «Остановись, остановись, остановись» все время твердила. И в конечном счете остановилась. Сама.

Описание модели

Итак, «разговор про себя». Мощная разрушительная модель поведения. Причем и для того, кто ее использует, и для того, против кого это используют. Напоминает детскую шутку: хочешь сделать мне плохо? Набери в рот дерьма и плюнь мне в лицо...

Для того чтобы воздействовать на другого человека, агрессор приводит себя в негативное состояние крайне высокой интенсивности. Он начинает представлять негативные образы, проговаривать про себя ужасные фразы, напрягаться ― и прямо-таки приклеивается к своей жертве. (Хотя кто тут жертва ― вопрос весьма спорный.) Агрессор копирует позы своего партнера по общению, его жесты ― и да, продолжает накручивать себя. Человек, на которого это направлено, начинает испытывать неприятные чувства ― спотыкаться, злиться. Перестают получаться какие-то вещи, что-то падает из рук, бьется посуда, возникает подавленное состояние.

Горе-колдун, правда, и сам страдает ― он тоже бьется, падает, нервничает, истощается. Но обычно искренне считает, что делает что― то хорошее. Почти всегда женщины и мужчины, которые используют эту модель, стремятся заблокировать у другого человека какое-то состояние, которое считают неправильным или пагубным.

Самые разные примеры такого поведения можно встретить в семьях, в организациях и даже в армии. Люди применяют эту деструктивную стратегию довольно часто. Конечно, далеко не все что-то придумывают про «невидимые силы» или «зеленые лучи, которыми можно проникать в мозг» ― психически нездоровых людей не так много. Часто такая модель является слепо заученной, как некий установочный механизм, действующий без пояснений и раздумий: делаю и делаю. Муж пришел с работы, планы строит, говорит громко. Жена испугалась и давай его «успокаивать» таким способом. Не понимая, что своим поведением может спровоцировать его на агрессию, а своим негативным состоянием запустить у себя же самой опасные телесные процессы.

Как это работает? Для того чтобы это понять, надо изучить два явления: зеркальные нейроны и коллапс состояний. Никакой чертовщины, магии, невидимых сил мысли и НЛО тут нет ― чистая биология. Или почти.

Итак, зеркальные нейроны. Давайте вспомним это замечательное открытие. Вы, кстати, можете поискать об этом информацию в интернете и кое-что найти. В русскоязычном интернете, к сожалению, не так много сведений, а вот на английском языке их более чем достаточно. Поэтому мы вам расскажем об этом подробнее. Итальянские ученые Джакомо Риццолатти, Лучано Фадига, Витторио Галлезе и Леонардо Фогасси случайно открыли зеркальные нейроны, исследуя... макак.

Зеркальные нейроны в коре головного мозга возбуждаются, когда человек наблюдает за действиями другого человека. Они отвечают за обучение, имитацию чужих сложных действий и эмпатию. Спонтанное понимание одним индивидуумом другого без знания языка, угадывание мыслей, синхронные действия команды ― все это результат деятельности зеркальных нейронов. Метафорически говоря, это то, что может соединять нас в общую сеть, как компьютеры в офисе. При помощи этого явления два человека могут объединиться, так сказать, в одну систему и получить одно состояние на двоих. И вот этим и пользуются товарищи, применяющие деструктивную модель «разговор про себя». Они через зеркальные нейроны передают нам свое негативное состояние. И вот здесь разворачивается второе явление ― «коллапс состояний». Когда встречаются два психоэмоциональных состояния, более интенсивное разрушает менее интенсивное, то есть, попросту говоря, подавляет его. Поэтому «горе-гипнотизеры» стремятся накрутить, взвинтить, раздраконить себя, прийти в состояние большей интенсивности, чем объект атаки, чтобы произошел коллапс и их более интенсивное негативное состояние перебило чужое менее интенсивное (но позитивное) ― и человек «сдулся», испугался, остановился. Так это работает: никакой магии ― только нейробиология.

Причина

Как уже, наверное, всем стало понятно, основная причина пагубной страсти к этой модели ― глубоко зашитые сценарии поведения, передающиеся по наследству. Людям свойственно имитировать друг друга, про зеркальные нейроны мы уже говорили. Большинство моделей-имитаций люди набирают в детстве, не понимая, что «покупают кота в мешке». Дети вырастают и воспроизводят поведение родителей, сами того не осознавая. Да, кстати сказать, бабушке вовсе не обязательно было говорить маленькой Леночке, что и как делать: она вполне могла «изобрести» нечто подобное и сама, просто находясь рядом с бабулей и наблюдая за ее сомнительной деятельностью.

Первопричиной, как обычно, является «родовой импринт» ― случай, который произошел несколько поколений назад. Была какая-то травматическая ситуация, в которой один из предков сам «неправильно» обобщил опыт и породил негативную модель, или же ее занесли извне (нашелся, скажем, идиот, который присоветовал такое поведение). И оно, словно инфекция, попало в родовую систему. И дальше стало передаваться от родителей к детям как способ поведения для контекста, в котором когда-то произошел сбой. Кто-то это делает неосознанно, а кто-то передает «подарочек» своим детям и внукам как тайную невидимую силу, ну или что-то в этом роде. Поэтому винить тут никого не надо. Но и давать себя «избивать» тоже не стоит.

Кстати сказать, один из основных двигателей, на которых едет модель «разговоров про себя», ― это самый обыкновенный страх. Страх каких-то проявлений у партнера по отношениям, страх открытых взаимодействий... И это понятно: во внутреннем диалоге обычно крутятся такие вещи, которые вслух особо не произнесешь: дадут по шее, как минимум фигурально. И, естественно, при таком раскладе смысл не только в том, чтобы прекратить болтать про себя глупости, но и в том, чтобы перестать бояться того, что в норме страха вызывать не должно. А отношения строить на каких-то других основах.

Защита

Оградить себя от такого поведения можно несколькими способами.

Во-первых, можно напрямую сказать об этом и предупредить о последствиях.

Во-вторых, сцепить негативную модель с забавной (прикольной) метафорой. Когда человек начинает себя вести так, словно в душе желает вам мучительной смерти (ну или хотя бы падения пианино на ногу) и вам становится рядом с ним... неловко, некомфортно и все валится из рук, вы говорите ему, что он похож на суслика. И каждый раз, когда он это делает, вы в шутку называете его. маленьким пушистым зверьком. В голове у него постепенно возникает связка: когда он так себя ведет, он суслик. Обычно это вызывает злость, обиду и нежелание быть сусликом. Пытаясь отделаться от такого малоприятного образа, он запросто может убить у себя и эту стратегию. Здесь, как вы понимаете, вовсю работает сцепка.

И, в-третьих, самый надежный способ защиты, надо сказать, ― это иметь невероятной интенсивности позитивное состояние, чтобы коллапсировать ― в любой необходимый момент ― более слабое негативное состояние агрессора. Многие лидеры это делают. Своим сильным, заряженным поведением они перебивают множество негатива. Такие врачи могут вылечить больного только своим внутренним магнетизмом. Вы сами понимаете, что сначала у (будущего) больного проявляется некое состояние психики, а потом уже подтягивается болезнь. В направлении исцеления это тоже работает. Народные целители, святые, шаманы, священники, имеющие мощнейшие по интенсивности состояния психики, коллапсируют тяжелые психические проблемы, депрессии, панические атаки, психологические составляющие болезней. Сильное, яркое и интенсивное позитивное состояние ― ваш верный друг, защитник и помощник. Помните об этом, друзья!

Глава 27

«И пойдут гулять клочки по закоулочкам»: расщепление, или Можно ли сделать здорового человека шизофреником?

Я тебя люблю, скорей уходи. Боли боюсь, поэтому мне навреди. Ненавижу тебя, Поэтому буду с тобой, Я не нравлюсь себе, Поэтому буду собой. Умри, потому что ты должен жить. Уйди, мне нравится с тобой дружить. Всех и себя расщепляю я, Эти части внутри ― моя семья, С шизофренией веселее жить, Могу пару личностей тебе одолжить...

― Зачем ты это делаешь? ― Лена смотрела на него с непонимающим выражением лица.

Тихая музыка, приглушенный шум ресторана, все-все сделалось для Кости далеким и серым.

― Зачем ты это делаешь? ― она снова подняла на него глаза и кивнула на маленькую черную коробочку с кольцом. Было непонятно, что она имеет в виду.

Тихо подошел официант. Принес меню и с каким-то соболезнующим видом кивнул Косте.

Слева компания веселых молодых людей что-то радостно обсуждала. Чуть впереди парень с девушкой целовались и смотрели друг на друга сияющими глазами. Их руки сплелись, и он что-то страстно шептал ей в ухо, а она хихикала. С другой стороны щебетала компания молодых девчонок. Они пили шампанское, что-то праздновали, весело шутили и поглядывали по сторонам, наслаждаясь чужим вниманием. Дальше у стойки о чем-то шептались, посмеиваясь, две молоденькие официантки. Атмосфера уюта, веселья, простоты и молодого задора наполняла ресторан.

И только за столиком Константина и Елены все было сложно.

― Зачем. Ты. Это. Делаешь? ― повторила она в третий раз еще более настойчиво и еще более странно.