Старый альбом

Его четвертая жена Алла вспоминала позже в одном из интервью: «Он всю жизнь хорошо зарабатывал. Благодаря кино и эстраде получал большие по сравнению с общей массой населения деньги. В молодые годы был абсолютным пижоном. Одевался всегда очень хорошо — с парижским шиком. Галстуки не носил, только „бабочки“ или шарфики. Если заказывал номер в гостинице, то не ниже трехкомнатного „люкса“. Не отказывая себе ни в чем: ухаживал за женщинами, пил водку, курил. вспоминала позже, что упорядоченная, будничная, серая жизнь наводила на него смертельную скуку. Он искал выход своей буйной энергии и всегда что-то выдумывал. При этом он был приличным эгоистом. Терпеть не мог дискомфорт, все, что мешало ему в быту или творчестве. Его раздражали возражения… По сути, он был большим ребенком, то есть человеком со своими слабостями и достоинствами».

В музыке Никита Богословский как талантливый композитор имел собственное профессиональное мнение и, не боясь показаться «ретроградом». Он не любил пошлость. Все, от чего веяло «серьезностью», «масштабностью», выводило его из себя, вызывало раздражение. «Протокольный этикет» он немедленно разбавлял тут же придуманной острой шуткой, иронией. Терпеть не мог пафос и лицемерие. Например, во время исполнения гимна России, когда весь зал вставал, он вдруг наклонялся и, чертыхаясь, лазил под стульями — что-то искал. Или начинал завязывать красивым бантиком шнурки на туфлях. После «хрущевской оттепели» часто бывал во Франции. В общей сложности прожил там больше года. С Мишелем Леграном играл в четыре руки. Франсис Лемарк и Филипп Жерар были его соавторами по песням. С Жаном Габеном он шатался по парижским кафе. С Жаном Маре чинно прогуливался по садам и паркам столицы Франции.

И все-таки прежде всего Никита Богословский — был композитором, талантливым, добросовестным, трудолюбивым. Работать любил дома. Близкие люди рассказывали, что он был патологически пунктуален. Ровно в 10.00 вставал. В 10.15 садился завтракать, потом до обеда внимательно читал газеты, звонил по телефону и отвечал на звонки, принимал визитеров. В 15.00, не спрашивая, готов ли обед, садился за стол. Обедал ровно 10 минут. Дальше — традиционное «спасибо» и уходил работать. В 15.40 пил кофе без молока и снова работал — до ужина, который был всегда в 21.00. И друзей Никита просил приходить к этому времени, чтобы не сбиваться с привычного ритма. Если же кто-то являлся не вовремя, он мог просто не пустить в дом.

Всего Никита Богословский написал более трехсот песен, музыку к ста девятнадцати фильмам, восьмидесяти спектаклям. Создал восемь симфоний, два квартета, балет, оперу. К тому же он состоялся и как литератор. Написал 9 книг воспоминаний — публицистических очерков и статей, сатирической прозы, юмористических новелл-зарисовок, сборников юмористических произведений. Только в 70 лет — в 1983 году — ему присвоили звание Народный артист СССР. А в 1993 году, за десять лет до смерти, его именем названа открытая Малая планета…

По воспоминаниям его жены Аллы, в конце жизни Богословский чувствовал, что уходит. К смерти своей готовился серьезно и основательно. Купил жене новую машину и арендовал дачу. Отдал ей свой перстень с бриллиантом. Проверил все счета, сделал необходимые звонки, навел идеальный порядок в своих бумагах, дочитал книгу. И в ночь на 4-е число 4—го месяца 4-го года 21-го века — без боли и слез, без страха и сожаления, попросив врачей не беспокоить жену до утра, словно сам остановил свое сердце…

НЕЛЛИ БОГУСЛАВСКАЯ: «правильная» певица белорусской эстрады

Измаил Капланов и Нелли Богуславская (1935—2018)

Эту певицу многие признанные профессионалы и по сей день считают одной из лучших на белорусской эстраде прошлых лет. Её имя — Нелли Богуславская. Чаще оно звучало вместе с именем Измаила Капланова. Потому что больше чем полвека они вместе выступали на сцене, вместе делили радости и невзгоды совместной супружеской жизни. Вместе начинали профессиональную музыкальную карьеру в белорусском ансамбле «Орбита-67».

Нелли Захаровна Богуславская родилась 21 июня 1935 года. Самым ярким и трагичным воспоминаем детства, как позже вспоминала певица, было начало войны. Ей было шесть, и во время эвакуации она потерялась. Неизвестный человек по маминой доверенности разыскал тогда девочку с розовым бантиком и привез будущую певицу с Азова на Урал к родственникам.

Певицей Нелли стала почти случайно. На текстильной фабрике, где она работала, был объявлен смотр художественной самодеятельности. Нелли спела, после чего жюри пришло к единому решению — отправлять девушку учиться вокалу. Будущая певица училась академическому пению, но выступать в итоге стала на эстраде.

В Минскую филармонию, в коллектив Ирины Полянской, приехала из Чернигова в 1962 году. Там была солисткой молодежной концертной бригады. Через четыре года Богуславская начинает выступать со своим аккомпанирующим составом и становится дипломантом Всесоюзного конкурса артистов эстрады в Москве.

Потом был ансамбль «Орбита-67», которым руководил Измаил Капланов. Вскоре они поженились. В эстрадном ансамбле начинали играть и петь Владимир Мулявин и многие будущие «Лявоны», которые потом стали «Песнярами». «Орбита-67» долгое время аккомпанировал Виктору Вуячичу. Нелли Богуславская была неизменной солисткой ансамбля — почти 20 лет. Это были годы напряженной концертной работы — репетиции, записи на радио и телевидении и, конечно, концерты по всему Советскому Союзу.

В 1986 году напряженный ритм артистической концертной деятельности для Нелли Богуславской неожиданно прервался. Во время гастролей у артистки случился инсульт. Кое-кто из работавших с ней музыкантов вспоминал по этому поводу, что в тот год 26 апреля, в день аварии на Чернобыльской атомной станции они выступали с концертами в Мозыре…

Так или иначе, но Богуславская ушла со сцены — на долгих 9 лет. Сложно сказать, как переживала она эти годы — непростые как для неё, оставшейся вдруг без любимой работы, так и для всей страны. Годы Перестройки и исторического перелома. Конечно, в семье Богуславской и Капланова бывало по-разному. Но — выжили, сохранили теплое отношение друг к другу, вырастили дочь Анну. Измаил Капланов в те годы стал пробовать себя в композиции — начал писать песни. А Нелли Богуславская нашла в себе силы снов выйти на сцену — уже в 1995-ом, на фестивале «Золотой шлягер»…

Значительную часть своих песен Измаил Капланов писал специально для жены — для Нелли Богуславской. Со второй половины 1990-х они стали снова выступать вместе дуэтом. Она пела, он пел и аккомпанировал. Конечно, это был уже не тот успех, что у ансамбля «Орбита-67». Изменилось время, изменилась публика, изменилась музыка, изменились и сами исполнители. Неизменным остался профессионализм, отношение к репертуару, некая подчеркнутая, если можно так выразиться, культурная аристократичность на сцене, которая и привлекала поклонников настоящего искусства на нечастые концерты дуэта Богуславской и Капланова. Их последний большой совместный концерт под названием «Тряхнем стариной» состоялся в 2010 году в малом зале Дворца Республики в Минске. А весной следующего года Капланова не стало, и Нелли навсегда покинула сцену. Сама она ушла из жизни 28 января 2018 года.

«БРЕМЕНСКИЕ МУЗЫКАНТЫ»: веселые провокации мультипликационных хиппи

Кадр из м/ф «Бременские музыканты» (1969)

Мультфильм «Бременские музыканты» появился в 1969 году. На популярной музыкальной сказке выросло не одно поколение детей. При этом мультик не получил ни одной награды. Сказка побила все рекорды по количеству проданных пластинок, и одновременно на нее обрушилась официальная критика, обвиняя создателей в «тлетворном влиянии Запада». Создателями были люди известные — актер Василий Ливанов (впоследствии всенародно любимый «киношный» Шерлок Холмс), поэт-песенник Юрий Энтин, композитор Геннадий Гладков, режиссер Инесса Ковалевская (снявшая позже мультфильмы «Как львенок и черепаха пели песню», «Катерок» и «Чучело-Мяучело»).

Из воспоминаний Юрия Энтина: «Когда я пришел к Василию Ливанову, у меня просто нечаянно был написан один стишок: „Как известно, мы народ горячий“. Я ему прочитал это сначала как шутку, а еще сказал, что прочитал сказку „Бременские музыканты“, но ничего из нее не понял. Бред какой-то: молодые хозяева выгнали на улицу четырех пенсионеров, не зная куда. Те решили пойти в Бремен, чтобы стать музыкантами. По дороге встретили логово разбойников, сделали там пирамиду… Разогнали при помощи этой пирамиды разбойников и стали жить на их награбленное золото».

У Василия Ливанова опыта тогда было больше. К тому моменту у него вышло несколько сборников сказок, которые хвалил сам С. Маршак. Ливанов ввел в мультипликационную сказку образы Трубадура и Короля. Композитор Геннадий Гладков, в свою очередь, заметил, что в сказке нужна любовь — так решилась судьба Принцессы. В результате было создано абсолютно новое произведение: новые герои стали главными, вокруг них закрутился сюжет. От оригинала осталось только название. Сценарий написали быстро. Его тут же понесли в «Союзмультфильм». Там приняли и через несколько дней мультфильм запустили в производство.

Фонограмму мультфильма «Бременские музыканты» записывали на студии «Мелодия», где Юрий Энтин работал редактором. За Трубадура должен был петь Олег Анофриев, за Принцессу — солистка квартета «Аккорд» Зоя Харабадзе, за музыкантов — остальные участники «Аккорда», за Атаманшу — Зиновий Гердт.

Фирма грамзаписи «Мелодия» была монополистом на всю аудиопродукцию, поэтому была постоянно занята. Для записи фонограммы мультфильма студию кое-как удалось «арендовать» на ночь.

Из воспоминаний Ю. Энтина: «И вот приходим на запись, а артистов наших нет. К назначенному часу появился только Олег Анофриев, который рядом с «Мелодией» жил. Пришел сказать, что записываться не может, потому что у него высокая температура. Тут же позвонил Гердт: он не рассчитал где-то на вечеринке и изрядно выпил, мол, перенесите запись. Потом позвонили с такой же просьбой ребята из «Аккорда».

Но перенести запись в студии «Мелодия» было просто невозможно! Следующий раз очереди можно было дожидаться месяцами. Поэтому решили обходиться своими силами — на ходу. Среди ночи стали обзванивать друзей. Пришел поэт и журналист Анатолий Горохов (он известен текстами песен «Королева красоты» и «Наша служба и опасна и трудна»), пришла певица Эльмира Жерздева, которая училась вместе с Гладковым.

В итоге Жерздева стала Принцессой, Горохов пел за всех музыкантов (это ему принадлежит знаменитое ослиное «Е! Е-е!»), а Олег Анофриев, забыв про температуру, спел за всех остальных персонажей, в том числе и за Атаманшу. Даже композитор Геннадий Гладков подпевал. Его сольная партия — в песне охранников «Ох, рано встает охрана».

Так и записали всю фонограмму к мультфильму за одну ночь сборным составом. Закончили в пять утра!

Следующим этапом в создании мультфильма были рисованные образы героев. Художник Макс Жеребчевский показал режиссеру несколько набросков.

Из воспоминаний Инессы Ковалевской: «Трубадур у Макса получался в колпаке, как скоморох, что мне абсолютно не нравилось. Как-то я листала один зарубежный журнал и увидела там блондина с прической под „Битлз“ в узких джинсах. Показала фотографию художнику. Тут же возник наш будущий Трубадур».

Соответственно образу Трубадура появился и образ Принцессы.

Лица разбойников в мультфильме узнаются сразу. Их срисовали с популярнейшей в то время киношной троицы: Вицин — Никулин — Моргунов.

Прототипом Атаманши стала балерина из Театра оперетты Тамара Вишнева, жена Вячеслава Котеночкина (режиссера мультфильмов «Ну, погоди!»). Она и в самом деле иногда устраивала зажигательное танцевальное шоу на бочке.

Прежде чем увидеть свет, пластинка пролежала на студии девять месяцев. Для выхода в свет нужна была подпись директора, а он категорически отказывался запускать продукт в производство. Тогда Энтин просто воспользовался служебным положением: дождался, пока директор уйдет в отпуск, и как-то уговорил его зама.

Мультфильм появился уже после выхода пластинки.

А потом на художественном совете «Бременских музыкантов» разбирали «по косточкам». Композитор Ростислав Бойко посчитал мюзикл «марихуаной для детей». Театральный режиссер Наталья Сац с возмущением говорила о том, что песен Тихона Хренникова было продано всего 3 миллиона, а «Бременских музыкантов» 28 миллионов пластинок, что свидетельствует о «приближении развала страны». В Министерство культуры приходили гневные письма: «Как можно для детей петь про разбойников и про покойников?!»

Не лучшим образом отразилось такое самодеятельное творчество, естественно, и на судьбе авторов. Олег Анофриев как-то на одном из концертов в Кремле спел песню бременских музыкантов, в которой есть слова «нам дворцов заманчивые своды не заменят никогда свободы». При этом он обвел руками Дворец, включая правительственную ложу. Сидящим там членам правительства это не понравилось. С Анофриевым провели соответствующую беседу. (Кстати, позже по той же причине посоветовали воздержаться от необдуманных поступков и Льву Лещенко, который собирался включить эту же песню в свой репертуар.) После этого случая Олега Анофриева как-то перестали замечать серьезные режиссеры.

А Инессу Ковалевскую из-за «Бременских музыкантов» не приняли в Союз кинематографистов — как было сказано в заключении, «за непрофессиональный видеоряд» и «тлетворное влияние Запада».

Однако «Бременские музыканты» приобрели ошеломительную популярность. Песни стали настоящими хитами. И на «Союзмультфильм» стали приходить письма о том, что требуется продолжение.

Инесса Ковалевская снимать вторую серию отказалась. В качестве режиссера выступил сам Василий Ливанов. Собравшись в 1974 году тем же составом — Энтин, Гладков, Ливанов — написали продолжение. Писали весело, вроде шутя, как сочиняли капустник. А на запись партии Трубадура пригласили восходившего тогда к зениту славы Муслима Магомаева.

Пластинка «По следам Бременских музыкантов» тоже имела огромную популярность. И снова — волна критики. В Трубадуре усматривали пародию на Элвиса Пресли. В его друзьях музыкантах виделись «Билз» и вообще западные рок-идолы. А в образе капризной принцессе кому-то показался намек даже на Галину Брежневу, дочь тогдашнего генсека. Но авторы уже спокойно воспринимали эту способность критиков читать между строк…

Была еще и третья часть легендарной сказки — мультфильм «Новые бременские музыканты». Его сделали в 2000 году. Это история о том, как у Принцессы и Трубадура родился и подрос сын. Король обеднел. Атаманша превратилась в крутую Банкиршу. Партию Трубадура пел Филипп Киркоров, партию глупого Короля — Михаил Боярский, а Атаманшей была Надежда Бабкина. Но прошел мультфильм как-то незаметно — без особого внимания. Может быть потому, что, как говорил Конфуций, нельзя в одну реку войти дважды?

В 1970-е же и сам мультфильм и песни из него были одновременно провокацией и своеобразным глотком свежего воздуха романтики. По большому счету это была дань ценностям движения хиппи. Герои беспечны и легкомысленны, не обременяют себя заботами о завтрашнем дне. Их повседневные занятия — музыка, путешествия, любовь. Они распевают гимны свободы и иногда позволяют себе веселые хулиганства! А принцесса — наглядный пример «девочки из хорошей семьи». Ей — забота и внимание, а она, «такая-сякая», сбежала из дома и не беспокоится ни об отце родном, ни о его королевстве. Хотя, может быть, этим и полюбилась она тогда зрителям. Так же, как неунывающий Трубадур и вся его бесшабашная свита — Кот, Пес, Осел и Петух.

ЮРИЙ ВИЗБОР: бард, журналист, поэт, прозаик, драматург, актер

Юрий Визбор (1934—1984)

Он родился 20 июня в 1934-го, умер 17 сентября 1984-го. Прожил всего 50 лет. Не так много по человеческим меркам. Но сколько вместили эти полвека его такой разносторонней активной творческой жизни! И, пожалуй, главное, что осталось — это песни, мудрые и веселые, добрые и спокойные, глубокие и светлые.

Фрагмент из его автобиографии, написанной в 1981 году: «Я родился по недосмотру 20 июня 1934 года, в Москве, в родильном доме им. Крупской, что на Миуссах. Моя двадцатилетняя к тому времени матушка Мария Шевченко, привезённая в Москву из Краснодара молодым, вспыльчивым и ревнивым командиром, бывшим моряком, устремившимся в семнадцатом году из благообразной Литвы в Россию Юзефом Визборасом (в России непонятное для пролетариата „ас“ было отброшено, и отец мой стал просто Визбором)»…

«В четырнадцать лет под влиянием «большой принципиальной любви» в пионерском лагере, где я работал помощником вожатого, я написал первое стихотворение, которое начиналось следующим четверостишием:

«Сегодня я тоскую по любимой,

Я вспоминаю счастье прежних дней.

Они как тучки пронеслися мимо,

Но снова страсть горит в груди моей».

Тетрадка с тайными виршами была обнаружена матушкой при генеральной уборке. Состоялось расследование насчет «прежних дней». На следующий день на своем столе я обнаружил «случайно» забытую матушкой брошюру «Что нужно знать о сифилисе». Все-таки матушка была, прежде всего, врачом».

В раннем возрасте Визбор хотел стать либо футболистом, либо лётчиком. С девятого класса он ходил в 4-й московский аэроклуб, где отучился два года и летал на самолетах По-2 и Як-18. Так что романтика привлекала его с детства.

В 1951 году после окончания 659-ой московской средней школы Юрий Визбор пробует поступить сначала в Московский институт международных отношений, потом в МГУ, потом в Авиационный институт. Но у него не принимают документы. Дело в том, что в 1937, когда Юре было три года, его отец был репрессирован, а тогда в престижные вузы принимали людей только с «чистой» биографией. В 1958-ом Визбор-старший был посмертно реабилитирован. Но Юрий Иосифович к тому времени уже закончил Московский государственный педагогический институт, поработал по распределению учителем в Архангельской области, отслужил армию и работал журналистом.

В то время в Педагогическом училось много известных в будущем людей — поэт Юрий Ряшенцев, бард и литератор Юлий Ким, режиссер Пётр Фоменко, поэтесса Ада Якушева. В 1958 году Визбор сочетался с Якушевой законным браком. Вначале 1950-х Московский пединститут был одним из центров нарождавшегося жанра самодеятельной, или авторской песни, а Визбор сразу стал ярчайшим представителем этого жанра. Там он начал писать и петь свои песни. И продолжалось это на протяжении всех последующих трех десятков лет.

С конца 1950-х Юрий Визбор становится профессиональным журналистом, причем преимущественно радиожурналистом. В 1962-ом он бы инициатором создания радиостанции «Юность», которая родилась фактически из звуковой газеты «Говорит Комсомолия». С 1964 года совместно с группой единомышленников Визбор начал издавать журнал «Кругозор», в котором создал уникальный жанр «песни-репортажа». Во второй половине 1960-х начал сниматься в кино. Пожалуй, самая знаменитая его роль — Борман в телесериале «Семнадцать мгновений весны».

С 1970 года Визбор работал сценаристом и редактором кинообъединения «Экран» Центрального телевидения. Сам он о своей жизни писал так: «Я рыбачил, стоял с перфоратором смену, менял штуцера на нефтедобыче, подучивался навигаторскому делу, водил самолет, участвовал во взрывных работах, снимал на зимовках показания приборов, был киноактером, фотографии выставлял в Доме журналистов, прыгал с парашютом, стоял на границе в наряде, служил радистом и заработал I класс, ремонтировал моторы, водил яхту, выступал с концертами, чинил радиоаппаратуру, тренировал горнолыжников, был учителем в школе, работал на лесоповале, водил в горах и на севере альпинистские и туристские группы, строил дома, занимался подводным плаваньем. Вот, пожалуй, и всё».

И еще — писал песни. С середины 1950-х песни Юрия Визбора расходились по всей стране на магнитофонных записях, сделанных где-то на бардовских фестивалях или у таежного костра, на горных привалах или на квартирных концертах для друзей. Их слушали, разучивали, пели, иногда даже не зная имени автора.

Всего Визбор написал около 300 песен и около 50 песен написали другие композиторы на его стихи. На пластинках его песни вышли в основном уже после смерти автора. Так же как и книги стихов и прозы. По его сценариям сняли 5 фильмов. Как актер Визбор снялся в 13 картинах.

Он умер 17 сентября 1984 года от рака печени — причем, очень быстро, буквально за три месяца.

Сегодня благодаря усилиям его родных и близких творчество Юрия Визбора представлено достаточно широко. Так что, у каждого есть возможность еще раз вспомнить этот проникновенный голос, который с легкой иронией и непременно светлой грустью и мудростью словно рассказывает под ненавязчивый гитарный аккомпанемент о том, что так близко и понятно во все времена.

ОНЕГИН ГАДЖИКАСИМОВ: популярный поэт-песенник, ставший священником

Онегин Гаджикасимов (1937—2002)

В истории и культуре Азербайджана фамилию Гаджикасимовых можно встретить достаточно часто. Из этого многочисленного аристократического семейства вышло немало известных политиков, юристов, врачей, литераторов. В этом семействе у Махтабан-ханум в 1937 году родился мальчик. Сама Махтабан очень любила русскую литературу, а поскольку в 1937 году широко отмечалось 100-летие со дня смерти Александра Сергеевича Пушкина, мать решила назвать сына именем Онегин.

Итак, Онегин Юсиф-оглы Гаджикасимов, ставший в 1960-х годах, наверное, самым востребованным поэтом-песенником, родился 4 июня 1937 года в Баку. С детства он говорил по-русски безупречно — образно, изысканно, поэтично. Онегин учился в Москве в Литературном институте имени Горького. Вместе с ним в то же время учились Николай Рубцов и Игорь Шкляревский. Сокурсники вспоминали сдержанность, отзывчивость, доброту Онегина. Всю жизнь он был остроумнейшим весельчаком, душой любой компании. А обостренное чувство справедливости, унаследованное от отца, и привитое матерью стремление к красоте и гармонии, не позволяли ему смириться с несовершенством в жизни, заставляя искать высший смысл бытия… Именно это стремление к гармонии он пытался выразить словами, которые потом становились популярными песнями.

После окончания Литинститута Онегин работал редактором в Радиокомитете. Редактировал программы, писал сценарии, готовил к эфиру музыкальные передачи. Был заведующим отделом программ по заявкам.

Постоянно сталкиваясь с музыкой, стал профессиональным музыковедом. Хорошо знал русский фольклор. Помогал многим музыкантам в записи песен и продвижении на радио. Тогда не было столько студий, и все рвались в профессиональную студию Гостелерадио. В процессе работы познакомился со многими известными композиторами, певцами.

Первый успех к нему пришел к нему в 1964 году, когда на стихи Онегина Гаджикасимова была написана песня «Колыбельная». Она стала настолько популярна, что радиостанция «Юность» использовала ее мелодию как заставку программы «Для тех, кто не спит». А первым исполнителем, который обратил внимание на поэта-текстовика Онегина Гаджикасимова, был Полад Бюль-бюль-оглы. Его песня «Позвони» стала настоящим шлягером, хотя слова этого тогда еще не знали.

В 1960-80-х годах Онегин Гаджикасимов был одним из самых популярных и востребованных поэтов-песенников в СССР. На его стихи писали песни известнейшие композиторы тех лет — Давид Тухманов, Сергей Дьячков, Арно Бабаджанян, Полад Бюль-Бюль-оглы. Самые популярные певцы с удовольствием включали эти песни в свой репертуар — Валерий Ободзинский, Муслим Магомаев, Вадим Мулерман, Лариса Мондрус.

1960-е — время «оттепели». В Советский Союз тогда хлынул поток «другой» музыки. Красивые необычные мелодии завораживали. Но певцам хотелось петь по-русски, так чтобы было понятно. Возникла потребность в умелых текстовиках, которые могли бы донести содержание — иногда по подстрочному переводу, иногда создавая новый текст на уникальную мелодию. Так несметное количество зарубежных шлягеров стали достоянием российской культуры благодаря изумительным переводам Гаджикасимова.

Современник музыканты рассказывали, что Гаджикасимов отличался большой целеустремленностью. Бывает так, если с первого раза не получается текст песни, то все, ее бросают и начинают работать над новой. А Гаджикасмимов мог сделать много вариантов, до тех пор, пока не получится.

А ещен Гаджикасимов — человек был со связями и здорово отличался от других поэтов-песенников. У него был нюх на шлягер. Он хорошо умел работать с текстом, отталкиваясь именно от мелодии.

Популярность приносила доход. По тем временам Онегин Гаджикасомов был богатым человеком, хотя никогда не писал песни о партии и о том, как прекрасно всем живется под ее мудрым руководством. У него были песни лирические, очень человеческие. Рассказывали, что только ежемесячные партийные взносы Онегин Гаджикасимов выплачивал тогда в размере трех минимальных зарплат. Во всех ресторанах от Москвы и до самых окраин исполняли его песни. За каждое исполнение отчислялись копейки, которые потом вливались в бурный денежный поток. И в эфире его песни звучали часто, благо Онегин сам заведовал отделом концертов по заявкам Всесоюзного радио.

Еще Гаджикасимов писал сценарии, по которым ставились телесериалы. Он везде успевал. Из-за его жизнелюбия, желания и умения поесть и выпить со вкусом, друзья называли его иногда Портосом. Он ценил хорошую кухню и разбирался в сортах вин. К тому же он обожал женщин. Устоять перед его ухаживаниями было невозможно. Современники вспоминают, что он был «огромным, добрым, очень обаятельным, невероятно эрудированным и мягким в обращении». Щедрость его была неописуемой. Словом, настоящий кавказский мужчина, сохранивший в Москве замечательные традиции, свойственные выходцам из этого прекрасного уголка на земле. Уходя от очередной жены, Гаджикасимов оставлял ей квартиру и дачу, а сам жил у знакомых, и никогда не терял при этом оптимизма, ни для кого не был в тягость, все его любили.

На одной из пластинок, изданных в Советском Союзе, значилось: «Английская народная песня, русский текст О. Гаджикасимова». Меломаны знали, что это песня «Girl» из репертуара группы «The Beatles». Остановить шквал новой музыки в 1960-е не могли уже ни границы, ни запреты. Начиналась «эпоха вокально-инструментальных ансамблей». Ребята сбирались в компании и пели под гитары свои песни, неизменно подражая ливерпульской четверке. Тогда, в конце 1960-х Онегин Гаджикасимов стал плотно сотрудничать с ВИА «Веселые ребята».

Он был уже знаменит. Благодаря своим связям он помог пробить через строгий консервативный художественный совет первую пластинку ВИА «Веселые ребята». На ней была и песня «Алешкина любовь», которая не умолкает до сих пор — в новом, конечно, исполнении. Написал её игравший тогда в «Веселых ребятах» композитор Сергей Дьячков — по заказу Павла Слободкина. Уж очень хотелось им сделать свой вариант битловской «Герлз». По просьбе композитора Гаджикасимов несколько раз переписывал текст, а после того как работа была закончена, как вспоминает Сергей Дьячков, удовлетворенно сказал: «Ты не представляешь, что получилось! Это так грохнет!»

И на самом деле эта песня «грохнула», хотя тогдашний директор единственной в Союзе фирмы грамзаписи «Мелодия» Рыжиков как-то пропустил её в обход худсовета. Тираж пластинки перевалил за миллион. «Мелодия» только на ней сделала годовой финансовый план. А надо было еще выпускать пластинки с речами Ленина — готовились к 100-летию со дня рождения вождя. К искусству примешивалась политика. А кроме всего прочего была еще и элементарная зависть, которая так часто присутствует в творческих кругах.

И тогда в 1971 году в газете «Советская культура» появилась статья известного поэта-песенника Льва Ошанина. Он был признан, имел огромный вес, к его мнению прислушивались в ЦК. И вот со страницы газеты Ошанин критиковал других поэтов-песенников за «скороспелость произведений», низкопробность текстов. В статье упоминались многие имена, но больше всего досталось О. Гаджикасимову: «В песне „Эти глаза напротив“ рифма „напротив-супротив“ противоречит правилам русского языка, который поэт-азербайджанец просто коверкает в угоду дешевой популярности… А в „Восточной песне“ „в каждой строчке только точки после буквы Л…“ Что это за намеки с точками в преддверии 100-летия вождя мирового пролетариата?»

В газету «Советская культура» пошли письма в ответ на статью Л. Ошанина. Защищали Гаджикасимова и друзья-музыканты: зачем так жестко критиковать человека, который написал более 500 репертуарных песен?! И песни эти нравятся людям! Никто не опровергает достоинств песенной поэзии Льва Ошанина, но, по словам музыкантов, он не может писать «от музыки». А Гаджикасимов шел в тексте именно от мелодии, отчего его песни и стали настолько популярны!

Но все было зря: в истории Советского Союза начиналась уже другая эпоха, которую потом назовут «эпохой застоя». Новый министр культура Лапин по-своему отреагировал на новые тенденции. Тем более что начиналась борьба с космополитизмом. Одним из первых, кто попал в «черный список», был Онегин Гаджикасимов. Его уволили с работы на радио, песни перестали звучать. Если все-таки без них нельзя было обойтись на концертах, имя автора просто не упоминали и в гонорарных ведомостях тоже не обозначали. Типа, слова — народные. Как с песнями «The Beatles». Из страны тогда уезжали певцы, которым фактически стало «нечего» петь — ведь большую часть их репертуара составляли песни на стихи Онегина Гаджикасимова. Конечно, это не главная причина отъездов, но все-таки… Эмиль Горовец, Аида Ведищева, Лариса Мондрус… После отъезда из страны их записи — записи песен на стихи О. Гаджикасимова — просто размагничивали.

Как жилось Онегину Гаджикасимову в эпоху глубокого застоя после того, как он был изгнан отовсюду? Из комитета по радиовещанию уволили, песни его не звучат, заказы на сценарии попадаются редко. Даже в тех телефильмах, которые уже вышли на экраны, его имя аккуратно исчезало из титров. А была семья — жена, сын, падчерица. Информации о Гаджикасимове вообще немного, а об этом периоде и подавно.

Дальше только обрывочные сведения. В 1985 году принял православие. В 1988 ушел в монастырь, в Оптину пустынь. Когда в конце 1990-х кто-то из приехавших из-за границы музыкантов первого состава ансамбля «Веселые ребята» хотел отыскать его там, монахи сказали: «Ушел!» Почему? Куда? Разыскать его тогда так и не удалось.

А 30 августа 2002 году на кладбище села Лямцино Домодедовского района Московской области появилась могила иеросхимонаха Симона. Это имя получил Онегин в церкви. Те, кто встречался с ним в 1990-е, говорили, что с конца 1980-х и до конца жизни он тщательно скрывал свою фамилию —

настолько стал равнодушен к поэтическому и музыкальному творчеству Онегина Гаджикасимова. Сегодня можно только догадываться, какую переоценку ценностей пережил человек, который имел, кажется, все: славу, деньги, «богемное» вольготное житье…

Его жена Татьяна рассказывала, что когда он в 1988-ом уходил в монастырь, прощаясь, сказала ему: «Как мне жаль тебя». Он взглянул на неё и ответил: «Это мне вас жаль. Вы ничего не поняли и не понимаете».

АЛЕКСАНДР ГАЛИЧ: успешный драматург, вынужденный стать эмигрантом

Александр Галич (1918—1977)

Бард-сатирик «проснулся» в Александре Галиче внезапно — в начале 1960-х годов. На свет одна за другой появляются песни, которые благодаря магнитофонным записям мгновенно становятся популярными. Ему уже за сорок. Он признанный и востребованный литератор — автор множества пьес и киносценариев. И вдруг — странные пронзительные смешные и одновременно грустные истории, рассказанные рваным стихотворным ритмом под гитарный перебор.

Творчество Александра Галича развивалось тогда как бы в двух руслах: с одной стороны — лирический мажор и патетика в драматургии (пьесы о коммунистах, сценарии о чекистах), с другой — гневная печаль в песнях. Эта раздвоенность многих раздражала. Когда Галич впервые исполнил несколько сатирических песен на слете самодеятельной песни в Петушках, многие участники слета обвинили его в неискренности и двуличии. А он, не глядя на злопыхательства, продолжал петь — как бы для себя…

И, конечно, для других. Ведь бардовская песня и родилась как некая отдушина, попытка переосмысления происходящего. Совсем недавно тогда умер Сталин, и стала всплывать правда о темным сторонах истории Советского государства. Опрокинут «железный занавес» и во всем чувствуется радость и надежда на светлое безоблачное будущее. Тогдашний руководитель страны Никита Хрущев обещает, что уже через двадцать лет, в 1980-х годах все будут жить в коммунистическом раю. Позже это время емко назвали «оттепелью» — по названию одного из произведений Ильи Эренбурга.

Однако за оттепелью опять наступили холода. И люди творческие чувствовали это острее всего. Искренние надежды на свежий воздух свободы растаяли в круговой поруке официального молчания. В открытую никто ничего не запрещал — просто настоятельно советовали прислушаться к безликому мнению большинства, которое формировалось где-то там, наверху. На виду люди перевыполняли производственные планы на рабочих местах, слушали радостные песни по радио, смотрели оптимистичные фильмы в кино и по только что появившимся телевизорам. А дома на кухнях говорили совсем о другом — о том, что жить стало пусть и не страшно, но душно. И это закрытое кухонное общение породило свою культуру — бардовскую песню — искреннюю, пронзительную, сатирическую и печальную.

Александр Аркадьевич Гинзбург был сыном своего поколения. Псевдоним Галич появился у него позже — сразу после войны, когда он начал активно работать на литературном поприще. Псевдоним сложился из первых букв фамилии и имени и последних букв отчества. Саша Гинзбург родился 19 октября 1918 года на Украине, в городе Екатеринославле (сейчас это Днепропетровск). Его отец был экономистом, мать работала в консерватории. Она была натура артистическая — увлекалась театром, училась музыке. От матери увлечения передались и детям — Александру и Валерию. Валерий, брат Александра Галича, стал впоследствии известным кинооператором. Он снимал такие популярные фильмы, как «Солдат Иван Бровкин», «Когда деревья были большими», «Живет такой парень».

Сразу же после рождения первенца семья Гинзбургов переехала в Севастополь, в котором прожила без малого пять лет. В 1923 году они перебрались в Москву. Благодаря матери Александр уже в раннем возрасте начал увлекаться творчеством — с пяти лет учился играть на рояле, писал стихи. В восемь лет стал заниматься в литературном кружке, которым руководил поэт Эдуард Багрицкий. В школе Саша учился на «отлично» и был всеобщим любимцем. Кроме прекрасной игры на рояле, он хорошо танцевал, пел революционные песни, декламировал стихи. В 14 лет свет увидела его первая поэтическая публикация.

Окончив девятый класс десятилетки, Александр подает документы в Литературный институт и, к удивлению многих, поступает. Однако неуемному юноше этого мало, и он в те же дни подает документы еще в одно учебное заведение — Оперно-драматическую студию К. С. Станиславского, на драматическое отделение. И вновь, к удивлению родных и друзей, он принят. Чуть позже, когда совмещать учебу в обоих вузах станет невмоготу, Александр отдаст предпочтение театру и уйдет из Литинститута.

Однако и в Оперно-драматической студии он проучится всего три года и покинет ее, так и не получив диплома. Причем поводом к уходу из студии послужит обида. Один из преподавателей студии, народный артист Л. Леонидов, однажды дал ему для ознакомления его личное дело. И там, среди прочего, Александр прочел слова, написанные рукой Леонидова: «Этого надо принять! Актера из него не выйдет, но что-то выйдет обязательно!» Юного студийца эта фраза задела, и он ушел в только что открывшуюся студию под руководством Алексея Арбузова. Было это осенью 1939 года.

А в феврале следующего года студия дебютировала спектаклем «Город на заре», где играл и Александр Гинзбург. Спектакль показали всего несколько раз — началась война. Большинство студийцев ушли на фронт, а Гинзбурга комиссовали — врачи обнаружили у него врожденную болезнь сердца. Устроившись в геологическую партию, он отправляется на юг, в Грозный. Там недолго работает в только что созданном Театре народной героики и революционной сатиры, а потом уезжает в город Чирчик под Ташкентом, где режиссер Валентин Плучек собирал арбузовских студийцев.