Собственный выбор

— Вероятно, вам просто не хватает опыта. И знаний. — Известные Олегу приемы целительной магии процентов на девяносто пять требовали понимания работы человеческого организма и информации о том, как затратив минимум усилий добиться желаемого результата. Конечно, волшебство могло в прямом смысле слова изменять реальность, подстраивая её под волю мага…Но что толку от отсутствия боли в животе, когда не устранена её причина в виде воспалившегося аппендикса? Разумеется, можно воздействовать на брюшину, не применяя хирургических методов и не понимая причин поразившего тело недуга. Это даже сработает, если в чары окажется вложено достаточно силы. Однако дорасти до подобных высот сложно, все же магистры на дороге обычно не валяются. И собрать круг колдунов, которые групповым воздействием прикажут телу пациента исцелиться, тоже получится не всегда. — Но думаю, это можно попытаться исправить. Шлисша, ваш народ хорошо переносит морозы?

— Не очень, холод делает нас вялыми и принуждает засыпать, чтобы противиться этому инстинкту в глубоких пещерах или близко к заснеженным вершинам гор надо есть мясо, очень много мяса. Может быть, одну десятую часть своего веса в день. — Ответ девушки весьма расстроил капитана «Тигрицы», поскольку это означало слабую пригодность людоящеров к обитанию в России. Возможно, поэтому они там и не водились, ведь уж чего-чего, а бесхозных болот на территории самой большой страны мира нашлось бы предостаточно. Конечно, теплая одежда могла отчасти решить проблему…Но вряд ли там, где по мнению Шлисшы было действительно холодно, мороз составлял тридцать-сорок градусов Цельсия, которые для сибирской зимы являлись вполне обычной погодой. — Ты хочешь вернуться в свою родную страну после того, как продашь добычу? Я правильно поняла намек?

— Да, дела обстоят именно так. Полагаю, теперь у меня есть все, что нужно, дабы возвращение прошло успешно. — Кивнул чародей, раздумывая о том, не попытаться ли ему нанять еще нескольких волшебников из расы людящеров. Пусть они плохо переносили холод, не имели полноценного магического образования и уж точно не знали русского языка, однако это компенсировалось крайне низкой вероятностью предательства с их стороны при нахождении на территории чужой страны и весьма скромными запросами по сравнению с чародеями-людьми. — Кстати, если мы отдадим оружие пиратов твоим соплеменникам, найдутся ли из их числа желающие поработать на меня? В России очень холодно, но уж магов то мы как-нибудь прокормим и обогреем. А вот с простыми бойцами, увы, придется попрощаться. К тому же, возможно, получится научить некоторых из ваших колдунов человеческой магии. Во всяком случае, попытаться то нам никто не запретит.

— Если ты готов отдать нам весь порох пиратской эскадры и пушки с крупного корабля, то думаю я смогу уговорить чародеев соседних племен на такой риск. — Подумав, решила Шлисша. — Люди не продают нам тяжелых орудий и почти не продают боеприпасов…А без них сложно хорошо защитить наши селения.

— Без проблем, — пожал плечами Олег, которому дополнительные чародеи в качестве усиления команды были нужны сильнее, чем пара десятков тысяч золотых монет. Пусть даже потенциально можно было распорядиться этой толикой добычи и с лучшей эффективностью, но кто знает, когда подвернется удобная возможность. И будет ли она вообще. — Но мне кажется, носовые орудия эсминцев пригодились бы вам больше, чем десятки старых пушек с борта самого крупного пирата. Тем более при размещении их на суше вопрос больших габаритов орудий становится уже несущественным.

— Они слишком сложные, а у нас нет ни одного техномага, хоть мы и отдавали парочку молодых одаренных юношей в ученики для мастерских. Мой народ не сможем правильно о них заботиться, а потому орудия быстро испортятся. — Покачала головой специалистка по людям и незаметному проникновению в их общество. — Меньшие пушки проще, есть опыт как с ними обращаться. И их у нас не постараются отнять те люди, которые узнают о подобной артиллерии.

— Хорошо, тебе виднее. — Не стал спорить Олег. — Но от кого вам нужно защищаться? Ты же говоришь, сокровищ ваш народ не собирает, и вампиры вас не трогают…

— Почему не трогают? Трогают. Когда не могут поймать кого-то более вкусного или просто нужные свежие тела, чтобы делать из них низшую нежить. — В ответе говорящей с водой был смысл. О том, что зомби, некрокадавры и прочее немертвое пушечное мясо из людоящеров получится не хуже, чем из представителей человечества, Олег действительно как-то не подумал. Опять же для изготовления личей вряд ли кто-то подойдет больше, чем колдуны маленького племени дикарей. Они достаточно мощны, чтобы послужить для этой цели, и в то же время вряд ли смогут отбиться от кровососов или нанести им неприемлемый ущерб. — Кроме того бывают и среди живых те, кому мы нужны мертвыми или рабами. Чаще всего нападают работорговцы, которые продают невольников на плантации сахарного тростника. Или в шахты, где мой народ умирает быстро, но одинаково быстро с людьми. А еще иногда появляются сумасшедшие фанатики из церкви вашего человеческого бога, поклявшиеся во имя взятых на себя обетов уничтожать нелюдей и язычников, но опасающиеся нападать на английских эльфов, арабских джинов или проживающих в США гномов.

— И часто случаются визиты подобных маньяков, благословленных на подвиги? — Посочувствовал Олег чужому горю.

— Когда как, — пожала плечами девушка. — Иногда за пять лет никого, а иногда за год сразу двое-трое святых рыцарей наши селения уничтожают. Хорошо хоть они редко ходят с большей свитой и предпочитают зачарованные мечи или молоты огнестрельному оружию, а потому большей части жителей удается ускользнуть, поскольку люди на болоте угнаться за нами не могут.

Глава 20. О том, как герой сталкивается с бессилием магии, вступает в жаркие споры и получает серьезный удар

Две струи огня, сорвавшиеся с ладоней чародея, хлестнули по нападающим…И те сделали вид, будто им на довольно мощную боевую магию плевать, пролетев через пламя целыми и невредимыми. Хотя человека в обычной незачарованной броне оно бы мгновенно превратило в самоходный кричащий от боли факел. И самый резвый из агрессоров направился не куда-нибудь, а прямо к капитану «Тигрицы».

— Да сдохните вы уже! — Отчаявшись добиться желаемого при помощи пламени, Олег сконцентрировал перед собой барьер из некроэнергии, которую он скорее создал силовой своего дара, чем стянул из окружающей среды. И это помогло. Громадное насекомое, раз за разом кидавшееся на чародея в попытке вонзить в человека свое внушающее ужас хвостовое жало, чей кончик едва заметно мерцал алым светом, встретило на своем пути стену мерцающей гнилостно-зеленым светом губительной энергии. Оно явно распознало угрозу при помощи своих инстинктов и попыталось затормозить, отчаянно колотя по воздуху прозрачными длинными крыльями, но не смогло справиться с набранной инерцией, прошло через преграду, потеряло ориентацию в пространстве и шлепнулось на ботинок капитана «Тигрицы». Однако, его многочисленные конечности все еще шевелились, хотя волшебник был абсолютно уверен — повстречайся с его магией какое-нибудь обычное существо, пусть и более крупных размеров, ну например гусь, и сейчас бы от того осталась только основательно прогнившая тушка! — Черт, да откуда вы все взялись и когда уже кончитесь?!

Раздавив сапогом здоровенную то ли пчелу, то ли осу, размером примерно в половину мужского кулака, Олег переключил свое внимание на остальной рой. Был он по меркам насекомых может и не особо внушителен, от силы несколько тысяч тварей, а не неисчислимая армада, однако дел натворил немало. Вопящие от нестерпимой боли ужаленные люди носились туда-сюда, отмахивались от басовито жужжащих агрессоров чем придется или, в редких случаях, лежали на земле, покрытые ползающими по ним убийцами. Но, по крайней мере, среди погибших членов экипажа «Тигрицы» не имелось. Паника и суматоха вспыхнула в воздушной гавани как раз тогда, когда летучий корабль только-только заходил на посадку. И высадиться с него на землю попросту никто не успел, а сейчас большая часть команды попряталась внутри судна. А насекомые обладали слишком большими габаритами, чтобы просочиться внутрь через первую попавшуюся щель и вряд ли могли быстро прогрызть заглушки на пушечных портах или люках. Хотя и подобного развития событий, конечно, не следовало исключать абсолютно.

— Вот чего нам стоило прибыть в этот чертов Сиэтл, скажем к обеду, а не с утра пораньше?! Когда бы тут местные сам со своими вредителями расправились?! — Задался вопросом Стефан, с виртуозной ловкостью вычерчивая в воздухе сложные узоры при помощи непонятно откуда взявшейся кочерги. Попавшие под взмахи этого оружия желто-черные насекомые лопались как спелые ягоды, забрызгивая все вокруг желтовым ихором. — Чего мы тут вообще забыли?! Неужели сами не могли в одиночку до России долететь?!

— Могли! — Олег лишь чудом разминулся с жалом очередной черно-желтой бестии, коварно зашедшей с фланга. Правый глаз, мимо которого пронеслось оружие существа, чьи предки явно были подвергнуты изрядным магическим мутациям, обдало довольно ощутимым теплом. Мало того, что по длине, ширине и остроте природное оружие насекомых могло соперничать с некоторыми перочинными ножами, оно еще и могло раскаляться, словно паяльник. И имелись у чародея такие смутные подозрения, будто бы будь на его голове не древний зачарованный металл, а обычная шапка, пусть даже прочная и толстая, и этот злобно жужжащий полосатый агрессор сумел бы шутя пробить ту своим природным оружием. — А могли и не долететь, если нарвемся на пиратов, толпу агрессивных воздушных элементалей или обычный шторм, который утащит нас в центр океана, откуда выбраться на своих запас топлива не получится! И лично я лишний раз рисковать не желаю!

Из Мексики в Россию торговые конвои не плавали и не летали. Во всяком случае, регулярные и такие, чтобы к ним мог присоединиться любой желающий. С северным Китаем, являющимся вроде как союзной территорией, некоторое сообщение периодически осуществлялось, однако интуиция Олега недобро заворчала, когда он обсуждал условия совместного путешествия с несколькими купцами. И потому чародей решил не рисковать, а просто пересечь границу, и за несколько дней долететь до уже знакомого ему крупнейшего порта на западном побережье США, куда их со Стефаном соотечественники наведывались регулярно. Даже во время войны, вернее особенно во время войны, ибо именно в подобных местах самая промышленно развитая страна мира избавлялась от излишков скопившегося на складах вооружения, которое другие государства расхватывали, как горячие пирожки, взамен поставляя целые караваны торговых судов, забитых деликатесами, дорогими тканями, редкими минералами, останками магических животных или иными ценными ресурсами. А если так получится, что русских купцов в Сиэтле по какой-то причине не окажется — Олег не гордый, он и с американцами к родным берегам нормально доберется. В конце-концов, делец который спокойно сидит на одном месте и просто ждет, пока к нему в гости придут деловые партнеры, обязательно проиграет в конкурентной гонке бизнесмену, вертящемуся подобно юле в попытках исключить из производственной цепочки разного рода перекупщиков и тем минимизировать свои расходы. И уж в том, как надо делать деньги, в данной стране разбирались прекрасно.

— Королева! Королева! — По палубе туда-сюда прыгала Лили, бесстрашно собирая голыми руками убитых насекомых. И хрупкая эльфийка была единственной, от кого эти жужжащие агрессоры в панике разлетались кто куда. А если не могли подняться в воздух по причине полученных травм, то по крайней мере старались уползти. Виной всему был, вероятно, весьма ощутимый шлейф ядреной химической вони, окутывающей сейчас девушку. Даже Олегу от близкого знакомства с данным «дезодорантом» стало немного по себе, поскольку в носу начало нестерпимо свербеть, а каково пришлось обладателям более тонкого обоняния он и представить боялся. — Кто-нибудь видит хоть одну королеву?! Они крупнее обычных пчел роя раза в десять! Поймайте мне их живыми!

— Ты знаешь, что это за твари?! — На глаза Олегу попался один из недавно приятных в команду людоящеров, что сейчас резво отплясывал на палубе какой-то экзотический танец, рассылая во все стороны облачка дыма и пара. Расшитая костяными пластинами кожаная куртка на его плечах вся трещала и жужала, поскольку в ней застряло по меньшей мере три десятка насекомых, которых словно притягивало к одежде. А дальше в дело вступала вода, вившаяся вокруг одаренного многочисленными струями и топившая злобно жужжащих агрессоров. Вот только умирали они не сразу, демонстрируя воистину феноменальную волю к жизни. — Какое-то биооружие вампиров?!

— Кочующие огненные пчелы! Их один идиот вывел лет триста назад в одном из южных штатов! — Защита Лили, очевидно, стала выдыхаться, поскольку она достала из кармана какой-то флакончик с распылителем и маленькой грушей для создания давления, а после покрывала себя новым слоем до крайности вонючего химиката. — Он хотел получить породу, дающую эксклюзивный мед, природные целебные свойства которого будут усилены магией. И у него даже получилось, вот только итоговый результат не сидит на месте, то и дело перелетая в новые края! Местоположение их временных ульев, впрочем, легко найти по трупам…Зажаленным и слегка поджаренным!

На глаза Олега попалось существо, по всей видимости, являвшееся одной из королев, заполучить которых так желала эльфийка. Насекомое размером с крупную кошку зависло высоко в воздухе, будучи окруженным небольшой стайкой телохранителей, тоже бывших несколько крупнее обычных пчел, пусть и не столь серьезно. Причем к этой группе то и дело с земли метались рядовые особи, словно армейские вестовые за приказами к главнокомандующему…Или они просто таскали своей прародительнице образцы добычи, что имелась в столь негостеприимном месте? Правды Олег не знал, поскольку его дар оракула в данный момент активироваться не соизволил. К сожалению, попытка взять королеву мутантов живьем провалилась. Вытащивший револьвер чародей попытался отстрелить ей одно из крыльев, чтобы тварь оказалась вынуждена спуститься на землю, где её было бы легко подобрать, однако за секунду до выстрела одна из начальниц роя чуть сдвинулась навстречу очередному своему подчиненному, что снизу рвался к ней. И в результате тяжелая свинцовая пуля попала не туда, куда надо, разорвав на части голову с большими фасетчатыми глазами, сверкавшими в лучах солнца подобно драгоценным камням.

Суматоха в воздушной гавани продолжалась еще примерно пятнадцать минут, после чего уцелевшие остатки роя под предводительством выживших королев рассеялись на отдельные небольшие стайки по несколько сотен особей и рванули кто куда. Вслед пчелам неслись грязные проклятия людей, большая часть которых обзавелась свежими ранами и ожогами. Впрочем, если бы насекомые попытались обосноваться не в крупном городе, а где-нибудь в сельской местности, могло бы получиться еще хуже. Не ведающие страха и сомнений желто-черные крылатые мутанты запросто бы уничтожили все живое в небольшой деревеньке, и узнать об этом люди смогли бы лишь тогда, когда какой-нибудь везунчик увидел трупы раньше чем тех, кто устроил тотальный геноцид на территории площадью в пару квадратных километров.

— Да, думаю таможенные чиновники к нам теперь не скоро подойдут для сбора пошлины за стоянку. — Хмыкнул Стефан, прочно прикипев взглядом к пятой точки Лили, что нагнулась над щелью между досками палубы и теперь пыталась выковырять оттуда забившуюся в это укрытие подраненную пчелу, по возможности стараясь еще больше не повредить насекомое. Ни одной королевы эльфийке так и не поймали, а потому она вынуждена перенесла свое внимание на лучший из оставшихся вариантов. — Ну, если они вообще не забудут про нас после такого бодрого начала утра.

— Не забудут, о деньгах такие люди никогда не забывают…Хотя и руки до нашего золота дойдут у них не сразу, поскольку сейчас местные начальнички больше заняты поисками крайнего в том, что прилетевший сюда ночью рой не был обнаружен до восхода солнца. А их подчиненные отчаянно пытаются всеми силами отвести от себя подальше роль козла отпущения. — Хмыкнул Олег, без всякого ясновиденья воочию представив себе хаос, в который превратилось начало рабочего дня для служащих воздушной гавани. — Впрочем, это даже плюс. Чем меньше на нас будут обращать внимания, тем лучше. Находясь на территории США держать у себя в кладовке башку представителя одного из тех кланов, которые вообще-то правит США, может оказаться опасно для здоровья. Пусть даже он местным банкирам и сильно-сильно дальний кузен из другой страны и конкурирующей семейной ветви, да и вообще был убит во время занятия пиратством. Ну и головы помощников и советников Френсиса нам тоже аукнуться могут, если у кого-нибудь из ныне покойных магов было американское гражданство.

У себя на борту Олег по закону мог держать практически все, что угодно, ну может только исключая армию нежити или какие-нибудь легендарные артефакты, способные жахнуть стратегическими заклинаниями. Однако, головы представителя семейства Морганов и его помощников были крайне опасным грузом, если информация о них дойдет до клана пиратов и банкиров, вполне себе умудряющегося обитать сразу в двух разных сверхдержавах. Пока они о гибели своего представителя если и подозревали, то не знали подробностей, поскольку информация в этом мире расходилась крайне медленно. Да и в Сиэтле их людей могло на данный момент попросту не оказаться. Однако, по возможности риск следовало свести к минимуму.

— И все-таки я думаю, что тех пиратов следовало перебить, пусть даже и прямо на причале Акапулько, вместо того чтобы сдавать в тюрьму. — Покачал головой Стефан, переводя взгляд с распрямившейся эльфийки, сжимавшей в руках банку с едва шевелящимся внутри насекомым на суету, кипевшую в воздушной гавани. — Наведут они на нас мстителей, вот пить дать наведут…

— Я обещал им жизнь, а шила в мешке все равно было не утаить. Даже если наш собственный экипаж будет молчать как рыбы, то что делать с китайцами? — Не согласился со своим другом Олег, переходя от одного пострадавшего матроса к другому и накладывая на них чары обезболивания. По крайней мере, ему не приходилось останавливать кровь, а также заботиться о возможности отравления или заражения инфекций. Раскаленные жала не нуждались в яде, а также прижигали оставленные насекомыми раны. — Тоже перебить? Про моральную сторону вопроса молчу, но ничего, что их даже несмотря на потери осталось больше, чем нас? Причем на борту присутствовал жрец, который мог ударить с силой магистра…Пусть даже для этого ему вроде бы требовалась куча времени и божественная поддержка.

— А пушки и порох зачем было отдавать ящеролюдям практически даром? — Сибирский татарин пусть и решил изменить тему спора, но жара в своей речи не снизил. — Вот на кой нам еще два десятка их колдунов, если среди этих нелюдей лишь один едва-едва тянет на третий ранг, а половина оставшихся дикарей так хреново говорит на человеческом языке, что их даже ты не понимаешь?

— Где еще взять одаренных, согласных работать пусть и не за еду, но довольных минимальной ставкой? Вернее, трофеями, которые нам намного выгоднее отдавать им, чем сплавлять за бесценок перекупщикам. Клинки, нагрудники, каски и прочее обычное железо ведь чуть ли не по цене металлолома торговцы принимают. — Отмахнулся от претензий капитан «Тигрицы», который не понимал возмущения своего компаньона. — Где нам в России вообще взять хоть каких-нибудь одаренных, если на то пошло? Наемники сейчас либо сколотили собственные вольные отряды, либо ушли на службу к боярам. Государственные училища? Даже не смешно, чтобы иметь возможность часть рекрутов отправить не на фронт, а куда-то еще, надо быть по меньшей мере магистром! Твой род и без того уже понес огромные потери, а простые солдаты это хорошо, но маловато будет. Любой летучий корабль не особо велик, на него много народу не впихнешь, поэтому приходится брать качеством. И только обладатель магических способностей словив случайный осколок или парочку пуль может как ни в чем не бывало продолжить битву, поскольку его личные барьеры защитили. А еще дезертирства или предательства от них опасаться особо не приходится, поскольку им в России без нашей помощи придется несладко. И людоящеры это отлично понимают, а заодно не страдают излишками доверия к первым встречным, сулящим им златые горы.

— Но ты же сам говорил, зимой они будут ни рыба, ни мясо, даже если их кормить от пуза и далеко от печки не отпускать! — Продолжал упорствовать Стефан. — Толку то с них? Они ведь и боевой магией почти не владеют, большая часть их волшебства — это лечение болячек да заготовка жратвы, в лучшем случае, какие-нибудь охотничьи чары, лишь ограниченно пригодные для использования на поле боя.

— Значит, посадим их в гарнизон того населенного пункта, где наши семьи живут и забрав оттуда остальных защитников будем спать спокойно. Ведь если вдруг чего — врагам придется схватиться не только с крестьянским ополчением, но и с парой десятков каких-никаких, но колдунов. А такой толпой они почти кого угодно запинают, ну может за исключением элитных армейских подразделений и по-настоящему эпических чудовищ. — Пожал плечами Олег, оглядываясь в поисках того, кому еще из экипажа могло бы потребоваться исцеление. — Касательно же боевого потенциала людоящеров я бы особо не переживал. Ты не забыл, что мы забрали у пиратов десятки низкосортных защитных амулетов, накопителей и преобразователей, помогающих оформить сырую силу в боевое заклинание? Людящеры пусть и дикари, но они могут носить, потихоньку заряжать и в час нужды использовать эти артефакты, которые скопились у нас в качестве трофеев, что и продавать за бесценок не хочется, и места в трюмах почти не занимают. Пополнение надо только немного потренировать, жаль времени на это у нас пока еще не было.

— И все-таки я с тобой не согласен! — Упер руки в бока Стефан. — Впрочем, время нас рассудит. Тебе платить этим ящерецам жалование за полгода, которые они будут в зимней спячке валяться, а не мне.

— Это да…Лили! Бери автоматронов и десяток людоящеров, вы закупаетесь топливом, продуктами и прочими припасами! Всем остальным сход на берег пока запрещен! — Принялся раздавать приказы Олег, мысленно намечая себе список дел первой и второй очередности. Следовало зайти в администрацию и осведомиться, когда и кто отбывает в Россию из этого центра международной торговли. А также где именно искать потенциальных попутчиков. Заодно было бы неплохо навести справки, ушел ли обратно на родину вместе с торговым конвоем его предыдущий летучий корабль. И очень-очень желательно было при этом ну вот абсолютно ничем не выделяться из числа прочих путешественников, располагающих собственным воздушным крейсером или вернее его убедительным подобием. Эльфийке он доверял, поскольку у неё в одиночку не было никаких особых перспектив, кроме как пополнить чей-нибудь гарем или вообще оказаться прикованной к кровати в элитном борделе, да в убийстве Моргана она пусть на вторых ролях, но участвовала. А людоящеры были не особо компанейскими ребятами среди людей и стали бы сидеть в питейных заведениях и трепать языками. — Шен, доведи информацию до всех и проследи! Шен?! Тьфу ты блин, куда он подевался? Неужели какая-то залетная пчела под доспехи заползла и куда не надо ужалила? Стефан, если не трудно, посиди на палубе, если вдруг чего — поможешь нашему боцману. Якоб, тогда ты пойдешь…Так, а Якоб то где?!

Куда-то запропастившийся боцман не спешил отзываться, но по крайней мере корабельного аэроманта Олег довольно быстро отыскал, поскольку стоило ему покинуть верхнюю палубу, как нос тут же уловил запах грозовой свежести. Низкорослый казак оказался в кают-компании, где он сидя за покрытым длинной скатертью столом у раскрытого иллюминатора с крайне сосредоточенным видом цедил потихонечку из бокала виски, бутылка с которым, по всей видимости, оказалась извлечена из офицерского бара. И она уже была пуста примерно на треть, причем часть напитка оказалась пролита на красные шаровары, украсив их темным пятном.

— Ну а что? Имею право! — Ответил он на укоризненный взгляд Олега. Лицо Якоба, кстати, по цвету сейчас удивительно гармонировало со штанами, поскольку налилось багрянцем…Хотя количества выпитого вроде бы не хватало, чтобы казака так развезло. Алкоголь — это яд, а к отраве одаренные куда устойчивее людей. Тем более, если они аж третьего ранга и часть напитка почему-то мимо рта пролили. Чародей даже заподозрил, что под длинной скатертью, достающей до самого пола, может скрываться еще парочка бутылок. Только пустых. И предаваться пороку пьянства обладатель казацкого чуба начал намного раньше, чем «Тигрица» совершила посадку. Интуиция подсказывала чародею, что аэромант еще бы и ноги на стол забросить оказался бы не против, да вот беда, с его ростом проделывать такие трюки было проблематично. И удобства бы ему такая поза не добавила, и выглядел бы маг воздуха в подобной позе весьма забавно. — Раз мы на уже на земле, то я теперь отдыхаю. Тем более, проку от меня все равно не будет, поскольку ускоряя судно сегодня ночью, выложился почти до донышка.

— Так вот почему ты не устроил вокруг нашего корабля какой-нибудь маленький вихрь, чтобы всем пчелам крылья переломало, — покивал головой Олег, хотя проснувшийся дар оракула почему-то решил подсказать волшебнику, что собеседник лжет. И еще он почему-то не помил, чтобы летучий корабль двигался быстрее обычного, а ведь встал в четыре часа ночи и до самого рассвета на верхней палубе тренировался огнем швыряться, пока никто не мешает и не отвлекает…Вдобавок чародей вдруг почувствовал угрозу. Причем куда более заметную, чем совсем недавно, когда он при помощи магии смерти отбивался от роя волшебных огненных пчел. И источник её, похоже, находился прямо перед глазами капитана «Тигрицы», который стал медленно подходить к низкорослому казаку. Или, возможно, тому кто под него замаскировался. — Хотя да, последние дни ты работал буквально на износ и действительно сильно устал…

— Ни шагу дальше, — выпущенный из пальцев бокал с виски шлепнулся вниз, оставив на красных шароварах новое темное пятно, а на Олега теперь глядела доселе незаметно сжатая в ладони крупная брошь, напоминающая утыканную шипами божью коровку, сделанную исключительно из рубинов и алмазов. И данный предмет капитану «Тигрицы» был прекрасно знаком. Боевой артефакт из «сокровищницы», признанный условно безопасным, поскольку пока он не навредил ни одному из тех, кто им пользовался. В случае активации данное украшение создавало нечто вроде волны пространственных искажений, бившей не особо далеко, но оказывающей ужасающий эффект даже на обладателей защитных амулетов. Но перезаряжалось оно несколько суток. А вторая рука Якоба вытряхнула из рукава короткую волшебную палочку, запускающую в цель нечто вроде облака невидимой кислоты, которая тоже сейчас должна была находиться среди других особо ценных волшебных предметов. Причем действие едкой субстанции оставляло после себя повреждения ауры, делающие регенерацию почти невозможной. — Я не хочу драки, но если до неё дойдет, ты меня не остановишь. И только попробуй чего-нибудь крикнуть.

— Попробую, — медленно ответил Олег, мысленно кляня себя на чем свет стоит. Для защиты сокровищницы он сделал много, но видимо недостаточно, раз этот предатель не только решился её грабануть, но и сумел это сделать. И у него почти получилось улизнуть с добычей, пользуясь суматохой! Приди капитан в кают-компанию на пару минут позже — воришки бы уже и след простыл, а вылавливать его на улицах Сиэтла задачей являлось почти невыполнимой. — Если ты немедленно не опустишь оружие. И тогда тебя скрутят, а после повесят. Или придумают чего-нибудь поинтереснее.

— Но ты этого уже не увидишь, — хмыкнул казак, ногой выдвигая из под доходящей до самого пола скатерти большой и явно тяжелый мешок, который медленно взмыл в воздух и поплыл к иллюминатору. Похоже, он успел спрятать улики в последний момент, уже заслышав шум шагов, а потом пытался создать иллюзию того, что здесь абсолютно ничего примечательного не происходит. Вот только не успел отдышаться и слегка облился виски. — Твои амулеты, шлем и кираса хороши, но настолько хороши, чтобы выдержать два удара подобной силы.

— Пожалуй, — подумав, согласился чародей, наблюдая за тем, как уже второй мешок с награбленным протискивается через распахнутый иллюминатор. Судя по характерному звону, внутри было золото. Организм волшебника тем временем при помощи незаметных со стороны манипуляций готовился к схватке. Отключилось чувство боли, увеличивалась скорость проведения нервных импульсов, мускулы готовы были выдать такое усилие, которое их разорвет…Но всего этого могло оказаться маловато, чтобы выжить, и Олег данный факт прекрасно понимал. Убить Якоба моментально шансов почти нет, даже если использовать скрытые в теле артефакты — в сокровищнице и защищающие владельца предметы лежали. Под вражеский удар же попадать очень нежелательно, слишком велики шансы отправиться на тот свет. Добраться до предателя не успеет, слишком тот далеко. Выскочить из кают-компании тоже. Однако, оба магических оружия бьют по прямой и можно попытаться уйти с траектории заклятий. Под ногами прочная палуба, потолок тоже не подкачал, а вот боковую стену, возможно, удастся проломить одним ударом при помощи чар. Для надежности было бы неплохо прикрыть жизненно важные части тела с наиболее опасного направления зачарованными топорами, ведь древнее оружие очень прочное, какую-то часть вражеского волшебства оно на себя возьмет. Вот только успеет ли он достать его телекинезом и поместить в нужное место? — Но я и сам по себе довольно живуч, регенерирую уж как-нибудь полученные травмы за месяц или два.

— Ты не рискнешь, у тебя кишка тонка, — усмехнулся Якоб, нервно облизывая губы в попытке жаркими словами убедить скорее собеседника, чем себя. Несмотря на показную браваду, он сильно нервничал, доказательством чего являлась катящаяся по виску струйка пота. — Знаю я твою породу, твою и твоего жирного дружка. Сынки боярские, жизни не нюхавшие. Сила только что из ушей не плещет, а умения с ней обращаться с комариный хрен, да и башка вся разными глупыми басенками о «чести» засрана…

Олег почувствовал, еще чуть-чуть и Якоб в него таки из обоих артефактов выстрелит, просто чтобы выиграть немного времени и устранить самого опасного преследователя, а потому на всей доступной ему скорости развернулся влево, идя на сближение со стеной и в то же время атакуя её тремя из четырех встроенных артефактов. Гравитационная аномалия держалась в месте создания несколько секунд, а потому в данной ситуации её использование не представлялось возможным, ведь она перекроет путь к бегству. Солнечное копье врезалось в преграду, мгновенно испарив декоративную обшивку стальной несущей конструкции и проплавив там неплохую дыру, ударивший мгновением конус холода сделал металл хрупким, а неведомое лезвие пробило в нем брешь, куда мгновение спустя ударило дернутое левитационными пластинами в нужную сторону человеческое тело, пробившее собою остатки переборки. И все-таки Олег не успел, пусть чуть-чуть, но не успел!

— Дьявол! — Выругался капитан корабля, ощущая, что ног у него больше нет. Правой примерно по колено, левой может чуть-чуть больше. Нижнюю часть тела, слегка отставшую от верхней, зацепило ударившим через кают-компанию пространственным искажением. А вот кислоты Олег все-таки избежал полностью и целиком, чему был весьма счастлив. Чисто физическую травму он исправит намного быстрее, чем ожоги от жуткой колдовской субстанции, способной даже ауру обжечь. — Держите вора-а-а-а!!!

Тратить время на то, чтобы преследовать своего теперь уже бывшего капитана или пытаться пристрелить его через стену Якоб не стал. Дар оракула подсказал Олегу, что вместо этого низкорослый казак протискивается через иллюминатор вслед за последним мешком добычи на маленький раскладной летучий плотик, который должен был помочь ему улететь ему с награбленным подальше буквально за считанные секунды. Однако, уйти у предателя не получилось. На верхней палубе прогуливалась значительная часть команды, поскольку люди хотели отдохнуть от низких, тесных и душных трюмов. И почти у каждого третьего матроса с собой было огнестрельное оружие, ну а находящиеся там маги разумеется знали дальнобойные заклинания. Встревоженные грохотом и криком Олега люди отреагировали в соответствии со своими рефлексами, начав искать возможного неприятеля. Кто-то даже машинально взялся за протиавобордажную картечницу, поскольку как раз рядом с ней стоял. А после жизнь аэроманта, не успевшего отлететь достаточно далеко, оборвалась под градом пуль и атакующего волшебства, отразить которое не смогли никакие защитные артефакты.

К огромному сожалению Олега, плохие новости этого дня не ограничивались его пострадавшими нижними конечностями, штрафом от американских властей за стрельбу в общественном месте и некоторым количеством золотых монет, вывалившихся из распоротых выстрелами мешков и затерявшихся на земле. Внутри взломанной сокровищницы помимо требующих серьезного ремонта автоматронов, которых вывели из строя чем-то вроде техномагической электромагнитной мины, действующей абсолютно бесшумно, но имеющей радиус поражения едва ли пять-шесть метров, обнаружилось и тело боцмана. Шен то ли заметил подозрительные действия корабельного аэроманта, то ли просто случайно оказался не в то время не в том месте…Китаец явно не сдался без боя, возможно именно этим и объяснялось несколько измотанное состояние предателя и то, что тот не смог за время удачно подвернувшейся суматохи в воздушной гавани по-тихому сбежать вместе с награбленным, однако за свою храбрость герой поплатился перерезанным горлом. Одаренный еще мог бы выжить, тем более в его крайне дорогих доспехах имелся целительный амулет, однако реанимационные процедуры успеха не принесли. И если нового мага воздуха Олег бы нанял на судно без особых проблем, то вот потеря человека, которому можно было всецело доверять, стала для чародея серьезным ударом.

Глава 21. О том, как герой делает двойной ужас, делает ошибку и ловит момент

— Хм, — Олег повел шеей, разминая затекшие плечи, отступил от верстака и немного помахал руками, разгоняя кровь по телу. Заодно он притопнул ногой, радуясь тому, что нижние конечности наконец-то у него регенерировали…Пусть не полностью, но их обычное состояние, а именно отсутствие части правой ступни, для чародея стало в общем-то привычным. Закончив свою небольшую зарядку волшебник скептически оглядел свое творение, состоящее из стального основания, лишь чуть менее тонких бортов и носика, а также мягкой перфорированной кожи в качестве внутренней оболочки. Цветными пятнами на нем выделялись руны снижения веса, сделанные из впечатанной в еще горячий металл самоцветной крошки и способные потихоньку собирать силу для своей работы из ауры носителя самодельного артефакта. — Как-то все-таки не то…Слишком утилитарно, на люди в таком не выйти. Матросы еще ладно, но господа офицеры засмеют… Надо покрасить!

Перебрав ассортимент имеющихся в его распоряжении цветов, чародей решил остановиться на банке с черной краской. Её было достаточно много, чтобы не волноваться из-за возможных потерь в ходе эксперимента, да плюс великолепная стойкость данной марки при нанесении на стальные покрытие была волшебнику прекрасно знакома по его работе в мастерских. Правда, состав являлся немного токсичным…Следовательно нужен был еще прозрачный лак, который бы мог нивелировать данный недостаток. Оглядев свою работу еще раз и задумавшись о том, что чего-то ей по-прежнему не хватает, волшебник вспомнил о своей настоящей родине и её музыкальных жанрах. В частности, тяжелом металле. А потому на соседнем столе в небольшом тигле было расплавлено двести грамм серебра, из которых были отлиты небольшие декоративные шипы. Хотя как декоративные? Пусть прочности украшениям немного не хватало, но острота позволяла рассечь ими кожу или нечто ненамного более прочное. И это было бы больно. В особенности тем, кто не совсем жив или имеет излишне тесную связь с нижними планами. Скрепить вместе два материала без привинчивания отверстий в толстой стали было бы весьма.

— Ты чем тут занимаешься втихарях? — Поинтересовался Стефан, заглянув в корабельную мастерскую, уже не первый час оккупированную капитаном судна. А когда Олег продемонстрировал ему свое творение, которое он уже практически довел до ума, то на лице сибирского татарина отразилось ничем не прикрытое изумление. — Как говорит наш товарищ Полный Дык, которого как я надеюсь мы скоро увидим: «Опачки!». И что это за ужас?

— Сие — дар тем могущественным силам, пред которыми мы трепещем, которыми восторгаемся и которые вечно жаждут нашего поклонения и внимания а, в некоторых случаях, крови и душ. — Олег решил, что шутка слегка затянулась, и соизволил таки дать другу более развернутое и вменяемое объяснение. — Сегодня утром меня настигло пророческое озарение, в котором я понял, что мы с тобой совершили страшную ошибку. Забыли женам купить в Америке подарки! Вот, исправляюсь, пока время есть и от тренировок лучше воздержаться, поскольку надо иметь силы на случай вражеского нападения.

— Мы же помимо денег ювелирных украшений целый ворох домой тащим, — озадачился Стефан, почесав в затылке. — Там им на любой вкус и цвет подарок найдется…

— Это все не то. Оно во-первых ношенное, не пиратами так предыдущими владельцами, а во-вторых, подарки должны быть чем-то необычным…А не тем, чего мы притаскиваем домой мешками. — Возразил Олег своему другу, откладывая свое творение подальше, чтобы не мешалось. Надо ведь к нему еще и пару изготовить. — Странно, что мне приходится тебе такие вещи объяснять, вроде в отношениях с прекрасным полом ты всегда разбирался лучше.

— Это есть, — не стал спорить самодовольно усмехнувшийся Стефан, уперев руки в бока. — И как эксперт по женщинам я тебе официально заявляю. Даже самое просто незачарованное и слегка потертое золотое колечко будет воспринято более благоприятно, чем тот обувной кошмар, который ты соорудил.

— Почему это? — Удивился капитан «Тигрицы», оглядываясь на блестящий черной краской и полированными серебряными шипами женский сапожок на высокой платформе, заставивший бы рыдать от зависти горючими слезами фанаток тяжелого металла из его родного мира. Немного тяжеловатый из-за использования стальной основы несмотря на руны снижения веса, однако зато в нем можно было бестрепетно ходить по усыпанному острыми предметами полю боя или вышибить одним пинком все зубы какому-нибудь шальному вурдалаку. — Сидеть на ноге моя обувь будет удобно! Размер жены я помню, анатомию человеческой стопы знаю…

— Да причем тут это?! Они ж страшные, как порождения нижнего мира! — Патетически всплеснул пухлыми руками толстяк, взирая на изделие Олега с таким видом, будто он смотрел не на абсолютно новенький сапог, а как минимум на дохлую рыбу, которую волной прибило к берегу. — Ты бы своей жене еще метлу для полетов подарил!

— А тоже ничего идея, — потер подбородок Олег, вспоминая свою любовницу, у которой как раз был очень подходящий для полетов на метле рыжий цвет волос. И с самостоятельным преодолением силы тяжести у Доброславы вряд ли бы когда-нибудь чего-нибудь получилось, ну не расположены оборотни ни к телекинезу, ни к магии воздуха. Стандартный левитационный пояс же, пусть и в мастерском исполнении, все же являлся не таким знаком внимания, как подарок сделанный своими руками. Конечно, кащенитка-изгнанница могла уже оказаться на другом конце Земли, ибо о своем намерении уйти она Олега предупреждала…Но судя по полученной в Сиэтле информации, когда «Котяра» ушел из США обратно в Россию вместе с остальным торговым конвоем, девушка на его борту присутствовала. И за это, ну вернее за помощь временно лишившемуся командира вольному отряду, стоило сказать ей больше спасибо. И подкрепить его чем-нибудь более материальным. Только для полного комплекта требовалось где-то добыть для неё не мешающие трансформациям тела широкополую островерхую шляпку и ультракороткое черное платьице, сделанное из почти прозрачной ткани. Дальше входной двери в таком, конечно, улетать очень не рекомендуется, но дальше Олегу и не надо было, он все-таки не эксгибиционист…Хотя девушка и прилюдно выгулять обновку не постесняется, у неё стыдливость если когда-то и была, то давно уже благополучно сдохла. — Если подумать, то нужные для левитации руны я знаю тоже неплохо. Да и с материалом для основы проблем не будет, уж чего-чего, а волшебной древесины в Сибири буквально завались.

— Ургх! Ты безнадежен, — Стефан прикрыл лицо ладонью, а после развернулся в дверях мастерской, чтобы с позором сбежать из мастерской. — Вот будь уверен, если бы ты не встретился с Анжелой, у которой видно после обучения магии астрала взгляд на жизнь тоже, скажем так, весьма альтернативный, то никогда бы не женился!

Чародей потратил несколько часов на то, чтобы сделать второй зачарованный стальной сапожок, являющийся точной копией первого, а после отправился на верхнюю палубу, подышать свежим воздухом. «Тигрица» вместе с еще семью летучими кораблями двигалась прямо над морем в сторону Евразии, и до того момента, когда покажется берег оставалось уже совсем недолго. Высоко в небе не стоило бояться океанских чудовищ, а потому путь в Россию для сборной солянки русских и американских купцов пролегал едва ли не кратчайшему маршруту. Пришлось, конечно, заложить некоторый крюк к северу, чтобы по очень большой дуге обогнуть ставший территорией военных действия японский архипелаг, однако скорость у торгового каравана все равно получилось весьма приличная. И никаких неприятностей ему на пути пока еще не встретилось, если не считать небольшой бури, что однако же не смогла расшвырять в стороны воздушный транспорт и заставить его надолго потерять друг друга из виду.

— Интересно, а чем у них забиты трюмы? Какой товар настолько ценен, чтобы его перевозили по воздуху, да еще и с риском нарваться на каперов одной из воюющих стран, которые далеко не всегда нападают исключительно на корабли противника. — Подумал Олег, разглядывая попутчиков, а после чуть усмехнулся, поймав себя на образе мыслей, который больше подошел бы профессиональному пирату. Однако, размышлений своих не бросил, поскольку заняться ему было толком все равно нечем, к тому же игру в угадайку можно было счесть некой своеобразной тренировкой пророческого дара. И даже если она толком и не работала, то по крайней мере расхода магических сил не требовала! — Ну вон те два летящих впереди всех пузатых галеона, у которых английское название гномьими рунами дублируется, везут боеприпасы к какой-то редкой техномагической артиллерии, которые наши мастера не могут делать самостоятельно в достаточных количествах. Но это я знаю, поскольку с их хозяином говорил. Шхуна, у которой на парусе нарисована птица гамаюн принадлежит новгородскому купцу, что себе заказал какой-то элитный чудо-юдо-паро-маго-мобиль, занимающий собою почти весь трюм. Видел, как его грузили. То ли на взятку, то ли чтобы перед коллегами пофорсить…А вот остальные…

Неспешные размышления чародея прервало отчаянное мельтешение сигнальных флагов на головных судах торгового каравана, которое лишь спустя несколько секунд стали дублировать остальные. И даже не зная о том, что означает оно «Тревога» можно было догадаться о необходимости как можно скорее проверить заряжено ли оружие и туго ли затянуты ремни на броне. На высоте в несколько километров и над открытым морем ни одно происшествие не могло являться полностью безопасным. А случайная встреча запросто могла привести к конфликту…И если тот из-за кого поднялся переполох не торопился сейчас как можно скорее исчезнуть за горизонтом, то вероятность его следовало признать близкой к ста процентам. Для случайных пиратов атаковать сразу восемь летучих кораблей, пусть и несущих флаги разных стран, а следовательно не отличающихся особой слаженностью действий, стало бы самоубийством. И если враги имеют достаточно сил, чтобы рассчитывать на победу, то скорее всего их путь пересекся с торговым караваном отнюдь не случайно.

Пять минут спустя, после того как суматоха на борту «Тигрицы» уже улеглась, поскольку все члены экипажа уже вооружились и разбежались по боевым постам, чтобы до отбоя тревоги никуда от них не отлучаться, Олег понял ошибочность своих первоначальных предположений. Уши чародея уловили отдаленный рокот довольно интенсивной пушечной пальбы, источник которого, тем не менее, на глаза упорно не попадался и находился от торгового каравана весьма далеко. Вот только перестреливалось там явно не две-три мелкоразмерных канонерки, судя по частоте орудийных выстрелов, канонаду создавало по меньше мере несколько сотен пушек. Командования двух идущих первым летательных аппаратов резко сменило курс, развернув свои корабли на северо-запад. И остальные корабли зеркально повторили их маневр, обойдясь, в общем-то, даже без согласований. Потеря времени из-за данного маневра дружно была принята меньшей проблемой, чем вероятность попасть в чужую потасовку, где можно огрести как минимум от одной из сражающихся сторон, а то и от обоих разом. А у дельцов трюмы были дорогостоящим товаром забиты…У Олега, впрочем, тоже. Перед отбытием из Сиэтла он решил потратить некоторое количество денег на то, чтобы заполнить пустующие части судна вещами, которые ему в ставшей родной Сибири найти сложновато будет. Только купил он не орудийные системы и не боеприпасы к ним, а запас прошедших селекцию у профессиональных гербологов-друидов семян, несколько тракторов для вспахивания полей, парочку способных быстро рыть землю экваторов, да разобранную на части лесопилку. В общем, почти все необходимое, чтобы можно было с выгодой для себя поспособствовать превращению крупной деревни в небольшой городок с подобающим тому уровнем экономической эффективности. Увы, то ли кто-то из сражающихся заметил торговый караван и решил использовать его в своих целях, то ли просто так совпало, однако звуки артиллерийской пальбы быстро стали нарастать. А всего лишь через полчаса после объявления тревоги при помощи телескопа получилось и увидеть источник этого грохота.

— Наши, — констатировал очевидное Стефан, стоя в рубке и разглядывая созданную проектором иллюзию почти двух десятков летучих кораблей. Часть из них имела многочисленные дыры в бортах и дымилась, часть травила пар из пробитых там и сям баллонов с горячим паром, часть пока отделалась легким испугом вроде отдельных повреждений корпуса и местами поврежденного такелажа. Но невредимых, кажется, не было. — И они знатно огребают от самураев.

В облаках, даже выше чем забрались суда торгового каравана, там где стало уже по-настоящему холодно и людям без специального снаряжения было почти нечем дышать, кипела воздушная битва. Хотя, скорее, избиение, поскольку уж слишком неравны оказались силы сражающихся. Десяток японских кораблей преимущественно легкого и среднего класса преследовал семь летательных аппаратов с российскими флагами. Три стальных крейсера да покрытый от носа до хвоста массивными металлическими плитами и лишенный оболочки с горячим паром броненосец и шесть деревянных то ли эсминцев то ли вооруженных яхт с одной стороны против парящего линкора и группы поддержки в виде двух массивных, но слабо вооруженных десантных барж и квартета разнокалиберной мелочи, явно набранной с бору по сосенке. Не сказать, чтобы соотечественники Олега сильно уступали своим противникам по тоннажу, однако они в битве явно пострадали сильнее оппонентов и теперь спасались бегством, пусть даже пытаясь держать строй, а также периодически огрызаясь огнем орудий или боевыми заклинаниями. А вот их преследователи имели куда более целый внешний вид, да к тому же пытались сосредоточить свои усилия на том, чтобы получить лучшие условия для стрельбы, а не на помогающих уклоняться от вражеских залпов маневрах.

— Мда, ситуация… — Олег с силой потер руками виски. Было бы очень даже неплохо прийти на помощь русским летучим кораблям, однако чародей пока не мог придумать, как именно это сделать. А тем временем ситуация для их со Стефаном соотечественников становилась все хуже и хуже. Обе десантные баржи сотрясались от попаданий, поскольку на них раз за разом обрушивались вражеские снаряды. Парящий линкор своими залпами еще как-то отпугивал крейсеры, однако вот на броненосца его уже просто не хватало, и тот расстреливал цели практически как в тире, попросту игнорируя периодически стучащие по стальному корпусу ядра. Мелкие русские суда даже символической помощи старшим товарищам оказать не могли, поскольку крутились как белки в колесе, стараясь и не попасть под залп кого-нибудь из исполинов, и не допустить до себя явно пытающиеся сблизиться для абордажа то ли эсминцы, то ли яхты. Пока получалось, однако вряд ли подобное везение могло продлиться долго. — Если бы мы могли натравить на японцев наш конвой, то от самураев бы остались рожки да ножки…Но ведь не пойдут купчины на такой риск, а одни мы там много пользы не принесем.

— Ну, честно говоря, сейчас нам лучше бы не особо геройствовать. Время для ратных подвигов, так сказать, не подходящее. — Смутившись и уперев глаза в пол тихонько пробормотал сибирский татарин. — Трюмы полны, а их содержимым я вот лично ну очень не хотел бы рисковать, от него судьба всех моих родственников зависеть может. И корабль все-таки лишь переделанный грузовоз, а не настоящий крейсер, да к тому же аэромант у нас слабенький и неопытный, только-только третий ранг получил. К тому же еще не факт, что в той эскадре нас за своих примут, могут ведь сгоряча и парой-тройкой залпов угостить. И…Куда ты так пристально смотришь?

— Скажи, тебе вот этот корабль, который сейчас сразу два японца в клещи зажимают, ничего не напоминает? Формой корпуса, количеством и расположением пушек, идущими вдоль борта баллонами с паром, вон той заплаткой на носу, которая по цвету чуть-чуть отличается… — Для того, чтобы говорить с уверенностью, требовалось подлететь поближе или хотя бы заставить систему из телескопа и проектора выдать масштабную иллюзию заинтересовавшего Олега судна, однако чародей уже знал, что не ошибся. Ну не мог он свое собственное судно с любым другим перепутать! Он ведь им не просто командовал, он его своими руками построил! — Набрать высоту, превышающую ту, на которой идет сражение! Владеющим магией воздуха удерживать внутри корпуса нормальное состояние атмосферы. Умеющим закачивать энергию в снаряды проследовать к артиллерийским турелям! Курс к месту боя! Русских флагов в дополнение к имеющимся лишних штук пять разверните! Плевать, что не по регламенту, главное чтобы нас с самураями случайно не спутали! И просигнальте при помощи флагов: «Иду на помощь союзнику».

— Проклятье! — Буквально простонал Стефан, явно сожалеющий сейчас о том, что у него на голове нет волос, и потому их оттуда нельзя выдрать! — Ну вот какого черта «Котяра» тут сейчас делает?!

— Спросим у Святослова, когда его увидим. А он на борту, я больше чем уверен. — Быстрый осмотр иллюзии показал, что старый корабль Олега может и обзавелся парочкой новых шрамов, однако же в общем и целом находится во вполне исправном состоянии. Недаром строили его из магического дерева, пусть даже то и не имело каких-либо особых свойств, кроме своей выдающейся прочности. — Смотри, паруса полны ветром и гнут мачты, хотя вообще-то воздух движется совсем не в ту сторону. И периодически с кормы в японцев какие-то синие искорки летят…Вот зуб даю — его любимые шаровые молнии!

К огромному сожалению Олега, ни один из других летучих кораблей торгового каравана его инициативу поддержать не пожелал. А положение русской эскадры тем временем становилось все отчаяннее и отчаяннее. Линкор проигрывал трем японским крейсерам, а пожары на расстреливаемых броненосцем баржах разрастались все сильнее…Только вот капитану «Тигрицы» было непонятно почему покрытая толстенными стальными плитами махина упорно ограничивается дистанционными атаками и не пытается сократить дистанцию, дабы реализовать свое преимущество в прочности и массе путем тарана. Да и вообще самураи старались держаться подальше от крупных судов противника, хотя обычно поступали с точностью до наоборот и лезли в ближний бой, всеми правдами и неправдами пытаясь довести дело до абордажа. И отнюдь не всегда эти островные аристократы себя переоценивали, все-таки против одаренных, с детства учившихся владеть клинком, обычные матросы выстоять все-таки не могли и если атакующий порыв не удавалось сбить ружейным залпом или картечью, от них быстро оставались лишь распластанные катанами тела. Да и чародеям, ну можем за исключением имеющих похожую специализацию витязей и богатырей, справиться с подобным противником в рукопашной оказывалось совсем не просто.

— Заходим в тыл японцам! Держимся подальше от крупных кораблей, наша цель — помочь с уничтожением мелочи! — Шансов на то, что враг прозевает появление нового участника боя почти не было, однако ничего не мешало все-таки попытаться провернуть внезапную атаку. Вдруг повезет? К тому же если «Котяра» вдруг не утратил своих скоростных качеств, то от броненосца и даже крейсеров судно должно иметь возможность оторваться даже в том случае, если бой окажется безнадежно проигран. На пару секунд Олег подумал о том, чтобы выйти на верхнюю палубу, чтобы использовать свою огненную магию, однако быстро отказался от этой идеи. Не столь уж и много пользы могли принести примитивные огненные мячики, а командование судна он толком поручить никому не мог. Рулевой опытный малый, но он все же скорее исполнитель. Стоящий рядом сибирский татарин в прошлом кораблем почти не командовал. Тихонько стоящий в уголке американский аэромант третьего ранга так вообще только-только из училища и сейчас трясется как заячий хвост. — Стефан, если мы окажется близко к своим, перелети к Святославу! Поможешь ему скоординировать наши действия с учетом возможностей «Тигрицы».

Вблизи стало видно, что более мелкие летательные аппараты самураев являлись практически одинаковыми, что прямо указывало на их серийное производство. Длиной около полусотни метров, из некрашеного дерева, с двумя высокими мачтами, большим количеством парусов и какими-то излишне овальными очертаниями носа и кормы, они имели по две оружейных палубы. На нижней с каждого борта имелось пять орудий, на верхней всего четыре. Но зато те были очень-очень крупнокалиберные, а следовательно представляли из себя серьезную угрозу. Вдобавок выступ в передней части, который сначала был принят Олегом за расположенный между носом и бушпритом таран, представлял из себя ничто иное, как ствол воистину монструозной артиллерии, вполне сравнимой по диаметру ствола с монструозными орудиями морских кораблей. Главному калибру проданных недавно в Акапулько пиратских эсминцев эта штука все-таки уступала, но не очень сильно. Правда целиться из неё, вероятно, являлось сущим мучением, поскольку требовалось наводить на цель все судно сразу. Однако в случае попадания проблемы были бы у любого врага, включая и того кто окопался в прочной наземной крепости с толстыми каменными стенами.

— Свой тыл самураи по какой-то причине оставили беззащитным, — пробормотал Стефан, изучая иллюзии вражеских кораблей и в то же время не отвлекаясь от производства зачарованных пуль. Способные взрываться за счет вложенной магии боеприпасы он начал изготавливать еще после того, как торговый караван тревогу поднял, и к настоящему моменту их уже насчитывалось несколько десятков. — Тройка противоабордажных орудий там натыкана, но это же просто курам на смех.

— Возможно, им просто не хватает пушек? — Предположил Олег, еще раз пробегаясь взглядом по судам противника. — Ну сам посмотри, корпуса у этой мелочи некрашеные, паруса серые и как бы не из мешковины…. Явный военный эрзац, который из всякого мусора построили на скорую руку и тут же бросили в бой.

— Вариант, — не стал спорить сибирский татарин. — Но не стоит забывать и о том, что это может оказаться и какая-нибудь тактическая хитрость. Вот подкрадется враг сзади, а там из открывшегося паза такая же пушка выглянет, как та которая спереди торчит.

Десантным баржам наконец-то удалось отыграть пару очков, и на избиваемом из множества пушек броненосце появилась дыра, появившаяся из-за сорванного в центральной части стального листа габаритами примерно четыре на четыре метра, за которой виднелся участок палубы. Увы, попасть в эту прореху у российских канониров получалось если только случайно, а вот крупные транспортные суда медленно но верно превращались в летающую груду угля и древесного мусора. Одно из них, примерно на треть объятое пламенем и дымом, уже начало снижать высоту, поскольку команда видимо отчаялась потушить пожар своими силами, и теперь желала призвать на помощь воды океана. Ну и относительно мягко в них погрузиться, чтобы иметь некоторые шансы на спасение, а не со всего размаха плюхнуться. Противостояние парящего линкора и крейсеров шло примерно на равных, может с незначительным перевесом японцев, которые в совокупности имели куда больший залп и запас прочности, чем их единственный противник. У легких сил противостояние разворачивалось в чем-то более, а в чем-то менее успешно. Один из кораблей русской эскадры протаранил эсминец, почти развалив его на две части, и теперь члены экипажа этих судов активно резались друг с другом. Второй кораблик из некрашеного дерева дрейфовал туда, куда его гнал ветер, лившись управления. Многочисленные дыры в его бортах намекали — поломка не случайна и быстро устранена не будет. К сожалению, досталось и соотечественникам Олега. Пузатое судно, скорее всего являющееся мобилизованным мелким торговцем, почти лишилось оторванной внутреннем взрывом кормы и теперь непонятно как эти обломки вообще держались в воздухе. «Котяре» тоже пришлось не сладко. Олег с замиранием сердца следил, как пушечные ядра то застревали в корпусе из особо прочной разновидности магической березы, то проламывали его, чтобы углубиться внутрь. Рвали такелаж и дырявили идущие вдоль корпуса длинные баллоны с паром. Сметали с верхней палубы маленькие с такого расстояния человеческие фигурки. Против одного эсминца корабль бы выстоял гарантированно, но ведь их на него целых два наседало!

— Артиллерийским турелям стрелять по достижению дистанции уверенного поражения цели. Километров с двух, может даже меньше. Надо, чтобы вы обязательно уложили снаряды в прореху, которая расположена в середине корпуса броненосца. — Чародею потребовалось огромное усилие воли, чтобы не кинуться на выручку своему кораблю, однако арифметика войны была такова, что сейчас требовалось не упустить удачный момент, когда самый тяжелый корабль противника не имеет защитных барьеров, повернут к «Тигрице» уязвимым местом, находится сильно ниже, занят добиванием десантных барж, а заряженные в пушки снаряды до предела накачены волшебством и взорвутся куда сильнее обычного. И если вывести или хотя бы основательно подранить сейчас этого покрытого толстенной стальной скорлупой мастодонта, то будет больше шансов на то, что крупные корабли врага не вмешаются в разборки всякой мелочи, а продолжат свою перестрелку с держащимся из последних сил парящим линкором. — Прошу, не подведите. Ну и тройная месячная премия тем, кто мимо этой дыры не промажет.

Приближение «Тигрицы» определенно не осталось незамеченным, поскольку в неё с ясного неба периодически стали бить молнии, впрочем не особо сильные, поскольку магический барьер их вполне уверенно держал. Вдобавок один из японских крейсеров, находящийся в довольно удачной позиции для стрельбы, выдал в её сторону бортовой залп из нескольких десятков вращающихся в воздухе книппелей. И отвлекшийся от расстрела почти беззащитной добычи броненосец принялся разворачиваться в сторону новой угрозы. Вот только этот мастадонт не отличался особой маневренностью, а связанные цепями небольшие ядра по большей части увязли в магическом щите судна. Пара-тройка прорвавшихся же ударила о металлический борт и ровным счетом никакого вреда не принесла. Ну, может кроме содранной кое-где краски. А вот турелям повезло больше, и никаких барьеров вокруг их цели давно уже не было. Первый выстрел ударил практически в самый край отверстия, лишь впустую растратив свою мощь на то, чтобы слегка исковеркать толстый броневой лист, зато все три оставшихся один за другим проникли внутрь вражеского судна с разницей лишь в несколько секунд.

— Полный вперед! Активировать ускорители! — Орудия броненосцев традиционно были предназначены для стрельбы в переднюю полусферу, а следовательно стоило покинуть простреливаемый ими участок как можно скорее. Может и получится миновать опасное место, пока на вражеском корабле царит хаос из-за целых трех внутренних взрывов. К огромному сожалению Олега, турелям не удалось вывести из строя вражеское судно, однако и легким испугом оно точно не отделалось. — Перенести огонь на малые суда против…Черт, что это?!

Летучий корабль содрогнулся от мощного удара, обрушившегося на него…Сверху? За первым пришел второй, а после третий, четвертый и пятый. За стеной нечто очень громко затрещало. С потолка рубки посыпалась пыль, по боковой стене разбежалась паутина мелких трещин. Из слуховых труб понеслись доклады о повреждениях, впрочем не очень многочисленные. Сильнее всего пострадали верхние ярусы корабля, в том числе и расположенная внутри кормовой надстройки рубка.

— Мы попали под магическую атаку, — первым сообразил Стефан, а после выскочил наружу, чтобы посмотреть на то, что случилось с судном. Впрочем, практически сразу он вернулся — Нам располосовали мешок с паром так, что легче новый купить, чем эти тряпочки соединить обратно. Заодно срубили верхушку мачты, срезали штук пять противоабордажных орудий по правому борту и сделали парочку новых проходов в трюм. Кажется, это были какие-то чары из магии воздуха, вроде очень больших воздушных лезвий. И это они еще ослабли, через защиту пройдя.

— Магистр, — озвучил очевидно Олег и тяжело вздохнул, чувствуя, как «Тигрица» снова трясется от ударов, пусть на этот раз и куда более слабых. Это в неё стрелял из бортовых орудий какой-то из эсминцев. — Аэромант, похоже. Мы влипли…Вот только почему-то есть у меня такое ощущение, что самураи — тоже.

— Смотрите! — Вдруг раздался крик оператора магической системы наблюдения, а после создаваемая проектором иллюзия вдруг отдельно показала крупным планом парящий линкор. И вздымающуюся над его палубой огненную фигуру, сжимающую в руке огромный даже для его размеров меч. Деревянный.

— Савва, — опознал Олег свое начальство, пусть даже то и находилось в не совсем привычной форме. Нет, что тот способен оборачиваться пламенным исполином волшебник знал прекрасно и неоднократно его таким видел…Но сейчас архимагистр выглядел так, словно вышел на боксерский ринг против кого-то равного себе, но противник вместо перчаток взял с собой бензопилу. Нет обоих ног и правой руки, сотканное из энергии тело сохранило лишь одну конечность, вместо остального какие-то короткие пеньки. Покрытые изображениями языческих богов щегольские латы изрублены в труху и кое-где фонтанируют выбивающейся из под них огненной кровью, напоминающей газовые факелы. Лицо пестрит зловещими пульсирующими черными пятнами, смахивающими не то на нарывы, не то на миниатюрные черные дыры. — Да сегодня у нас прямо таки вечер встреч! Теперь понятно, чего самураи дистанцию с линкором держат. Даже если у Саввы запала осталось только чтобы пару раз своим деревянным ковыряльником взмахнуть, этого хватит настругать любой корабль на мелкие ломтики.

Пламенный гигант метнул свой меч в броненосец, после чего ужался в размерах до едва заметной яркой точки на борту линкора. Но созданный из какого-то неведомого дерева клинок остался, причем только прибавил в размерах, на лету превращаясь в огромный комок покрытых цветами зеленых лоз. Этот волшебный снаряд шлепнулся на обишвку бронированного судна, а потом зашевелился и словно спрут пополз к дыре, откуда после нескольких внутренних взрывов активно валил черный дым. Проснувшийся дар оракула подсказал Олегу, что еще минуты две-три и команду данного судна можно будет списывать со счетов процентов на девяносто пять. Матросов удушит ядовитая пыльца, а сумевшие спастись от неё маги в одиночку много не навоюют. Вот только и от Саввы до конца боя помощи ждать больше не придется, он и так потратил практически последние резервы, которые до этого момента сберегал на случай бегства. Нет, уйти архимагистр и сейчас способен…Но только сам. Без своей свиты и учеников, а бежать, поджав хвост, ему ну вот просто очень не хотелось.

— Сосредоточиться на уничтожении эсминцев, — повторил свой прежний приказ Олег, впрочем, на сей раз использовав другие слова. «Котяре», за которым чародей наблюдал краем глаза, приходилось несладко. От одного врага он отбился, повредив тому рули управления и заставив вращаться по спирали, но второй из кораблей противника смог пристроиться к его борту, захлестнув русское судно абордажными канатами и мостками. Вот только в ту же секунду, когда вражеские матросы в зеленых одеждах и самураи в своих характерных доспехах из лакированного дерева рванулись вперед, оба идущих вдоль корпуса баллона с паром лопнули на всей своей протяженности. И это явно было не случайно, поскольку появившееся облако чрезмерно горячего и насыщенного водяными капельками облака двинулось точно на толпу японцев. Интуиция подсказывала оракулу-самоучке, что вопли обваренных там сейчас заглушают пушечную пальбу. Однако, помимо воздушной пехоты на борту вражеского судна присутствовали и самураи, причем было тех много. Слишком много. Вот в чем страна восходящего солнца никогда не испытывала недостатка, так это в людях, а потому военные трамбовались в трюмы летучих кораблей как кильки в банку. — Идем на сближение. Всем, кто не занят обслуживанием орудий, приготовиться к абордажу.

Глава 22. О том, как герой лупит по шарам, угрожает расправой и теряет своего друга

— Орудия правого и левого борта зарядить картечью. Очистите верхнюю палубу судна от сил противника, а после издырявьте корабль самураев как головку сыра. Турелям придерживаться стрельбы по ближайшим вражеским кораблям. Неожиданности нам не нужны, — передал Олег приказы по слуховым трубам на артиллерийские палубы. Чародей не знал, остался ли кто-нибудь внутри вражеского летательного аппарата или же все японцы в едином порыве рванули на борт «Котяры», однако подстраховаться было не лишним. Спрятанные в подвижных полусферах по бокам судна орудия начали стрелять в подобравшийся опасно близко к «Тигрице» эсминец, но вражеское судно после первого же попадания словно провалилось в воздушную яму, резко сместившись вниз чуть ли не полкилометра. В результате два снаряда прошли мимо него, а четвертый артиллеристы кормовой турели вообще предпочли отправить в сторону крейсеров, поскольку на всех доступных траекториях выстрела для них не имелось больше ни одного противника. Не могли же пушки стрелять прямо через собственный корабль. — Рулевой! Как высадишь всех бойцов, отлетаешь и кружишься где-нибудь рядом, чтобы и лететь до «Тигрицы» пришлось недалеко, и попасть в неё врагам оказалось не так то просто. Заодно артиллеристов координировать будешь. Если все пойдет как надо, я скоро вернусь. Стефан останется тут, но он будет на верхней палубе, так что все решения на тебе. Справишься — можешь считать себя новым боцманом.

— Все понял, кэп, — буркнул в усы ветеран американского летучего флота, которому Олег помог сбросить с плеч большую часть груза прожитых лет. Внезапно палуба почти ушла из под ног, уши заполнил жуткий треск, а «Тигрица» вполне ощутимо наклонилась на правый борт, прежде чем выпрямиться спустя пару секунд. По всей видимости, какой-то из эсминцев смог попасть в неё из своего монструозного главного калибра, а защитные барьеры под градом вражеского огня к настоящему моменту успешно разрядились. Из слуховой трубы донеслась брань артиллеристов и чьи-то крики. Если пропустить в сказанном все нецензурные выражения то получалось, что на четыре обычных пушки у летучего корабля сейчас стало меньше, поскольку огромное ядро сокрушило либо их, либо расчеты, либо все вместе. Хорошо хоть навылет оно судно не прошло…А заодно не оказалось разрывным или зажигательным снарядом. — Артефактную броньку погибшего китайца мне дадите?

— Дам, само собой, — покивал чародей, одно за другим накладывая на себя заклятия допинга и постепенно выводя организм на тот самый режим форсажа, когда даже обычный человек может перевернуть автомобиль, задушить голодную анаконду или игнорировать в течении нескольких секунд казалось бы смертельную рану. Наличие подобной амуниции здорово поднимало статус не обладающего магическим даром человека и его же способности к выживанию, а потому капитан «Тигрицы» жадничать был не намерен. Подобное стало бы просто нерационально! Ведь зачем экономить пару тысяч золотых монет на том, от кого зависит судьба…Ну, наверное целого миллиона. Может чуть меньше. Волшебник затруднялся точно оценить стоимость своего судна с учетом всех лежащих в трюмах трофеев или товаров. И в будущем, если не случится ничего экстраординарного, как первых так и вторых внутри летательного аппарата еще побывает очень очень много. — Если не налезет, новую купим!

Вращавшийся на одном месте эсминец сумел стабилизироваться и отважно попытался преградить «Тигрице» путь заходя в лобовую атаку, но к нему снизу из задней полусферы подобрался крохотный русский кораблик и произвел залп из всех своих пушек правого борта…Всех шести. Однако, этого хватило, чтобы японцы резко шарахнулись в сторону, освобождая дорогу и попали теперь уже под залп прошедшего мимо них эрзац-крейсера. И при стрельбе картечью практически в упор жертв и разрушений на борту должно было образоваться довольно большое количество. Покинув рубку, Олег выбрался на верхнюю палубу, оглядывая собравшихся там людей и нелюдей. Абордажная группа состояла из ста с лишним бойцов, среди которых к сожалению не было автоматронов. Волшебные андроиды либо помогали артиллеристам как можно быстрее перезаряжаться, либо караулили сокровищницу. Пусть Якоб и смог обезвредить сразу нескольких из них при помощи специальной техномагической мины, но других неподкупных, неусыпных и бесстрашных сторожей у капитана «Тигрицы» просто не имелось.

— Бойцы! Приготовиться! — Провозгласил чародей, при помощи посоха-накопителя начиная создавать огненный шар, которым рассчитывал угостить японцев. Заодно Олег покрутил головой туда-сюда, оглядывая небосвод. Броненносец развернулся к месту воздушной схватки своим неимоверно прочным хвостом и теперь неспешно удалялся куда-то вдаль. И дар оракула подсказывал своему обладателю, что пусть внешне тот остался целым, но внутри тяжелого судна сейчас осталось в живых лишь несколько десятков человек, чего абсолютно недостаточно для продолжения боя. Ранее стрелявший по «Тигрице» крейсер вернулся к разборкам с парящим линкором, который попытался перейти в контратаку. Похоже, командование самураев стремилось любой ценой разделаться с флагманом, где находился изрядно утративший боеспособность архимагистр. Обе десантные баржи прижались друг к другу и теперь люди перебирались на ту из них, которая пострадала меньше. Эсминцы и оставшиеся русские летучие корабли продолжали выяснение отношений, однако теперь японцы старались держаться подальше от внезапно пришедшего к противникам подкрепления, успев по достоинству оценить мощь его пушек. — В ближний бой лезть не торопитесь, сначала угостите самураев свинцом!

Два сцепившихся в абордажной схватке корабля стремительно приближались. Уже можно было без помощи наблюдательных приборов различить отдельных людей, которые сошлись там в жестокой схватке. И нелюдей тоже. Олег с облегчением отметил присутствие на палубе «Котяры» покрытого синеватым металлом чудовища, объединившего в своем облаке черты человека и волка. Доброслава курсировала вдоль борта судна словно коса самой смерти, при помощи когтей и зубастой пасти разрывая врагов на своем пути, практически каждое её движение обрывало чью-то жизнь. К сожалению, другие соотечественники чародея не могли похвастаться её эффективностью и постепенно отступали к корме, теснимые японцами. Однако, за каждый метр нападающие щедро платили своими жизнями. На палубе эсминца осталось не меньше сотни тел, павших жертвой атаки паром или выстрелов обороняющихся. С возвышения в тыльной части «Котяры», отгороженного мерцающей пленкой серебристого пламени летели картечные залпы противоабордажных орудий, зачарованные стрелы сибирских татар и выпускаемые Святославом шаровые молнии. С огромным неудовольствием Олег отметил, что среди нескольких магов, защищающих эту часть судна барьером, находится его жена. Ну или же Анжела пожертвовала свою любмую амуницию и техномагическую винтовку, очевидно уже разряженную к настоящему моменту, какой-то другой фигуристой блондинке.

Десятка три вражеских стрелков, до сего момента прячущихся у обращенного в сторону «Котяры» борта и несколько стоящих рядом с ними офицеров-магов прекратили атаковать команду старого корабля Олега, развернувшись к новой угрозе. Правда, пока японцы меняли позицию, их стало несколько меньше. Стефан, взобравшийся на какую-то бочку чтобы иметь лучший угол стрельбы, уже вовсю уничтожал противника из своей дальнобойной винтовки, отвлекаясь лишь на то, чтобы её перезарядить. Сибирский татарин выглядел азартным и довольным, а следовательно его цели сегодня избежать смерти не смогли. Обращенный в сторону «Тигрицы» борт вспыхнул выстрелами девяти тяжелых орудий. За пару секунд до этого почувствовавший угрозу своей жизни Олег метнул вперед свое заклятие, над которым он продолжал сохранять некоторый контроль и подорвал его в ту ничтожную долю мгновения, когда идущие встречными курсами металлические шары и переполненная энергией огненная сфера почти встретились примерно на середине расстояния между двумя летучими кораблями. Разумеется, повредить ядрам столь слабый встречный удар не мог, как и остановить их. А вот затормозить или сбить их с курса из-за взаимодействия двух направленных в разные стороны векторов — очень даже. Пять тяжелых чугунных сфер пролетели ниже или левее «Тигрицы», впрочем возможно часть этой заслуги лежала не на плечах чародея, а на отвратительной меткости японских артиллеристов. Три врезалось в корпус судна, но пусть они пробили броню углубившись внутрь и ломая все на своем пути, однако большая часть команды стояла в ожидании абордажа на верхней палубе, а оставшиеся члены экипажа рассредоточились по артиллерийским батареям и другим жизненно важным частям судна, следовательно, жертв не могло иметься много. И только один вражеский снаряд пронесся через ряды бойцов Олега, разорвав на своем пятерых бойцов и еще троих искалечив путем отрывания конечностей. Причем не имелось бы в команде столько одаренных, способных быстро остановить даже самое ужасное кровотечение, и погибли бы все восемь человек. Вернее, семь людей и один людоящер. Вот только последним из пострадавших оказался Стефан, в которого подпрыгнувший после удара о палубу металлический шар и финишировал.

— Бляяя… — Тоскливо протянул шлепнувший с бочки на спину сибирский татарин польского разлива, в глазах которого стремительно набухали слезы. Из разжавшихся пальцев вниз шлепнулась дорогущая американская техномагическая винтовка, вернее то, что от неё осталось. Полные энергией под завязку защитные амулеты Стефана почти смогли остановить изрядно растративший набранную инерцию металлический шар. Латы от удара лишь слегка погнуло в районе живота, а следовательно спрятанная под ними человеческая плоть заполучила максимум пару закрытых переломов. Все же обладатель улучшенного организма и сам по себе являлся тем еще крепким орешком. Но длина оружия намного превышала тот радиус, в котором работала магия, а потому его ствол разорвало на две трети, а оставшаяся часть пошла крупными трещинами. И именно поэтому уже успевший привыкнуть к новой смертельно эффективной игрушке потомственный охотник теперь находился в одном шаге от того, чтобы расплакаться как ребенок. — Помогите мне встать и подайте топор. Я щас их всех урою!!!

Артиллерийские турели с разницей в три-пять секунд отправили четыре снаряда в японский корабль, который по-прежнему летел относительно близко, пытаясь поймать держащийся у него на хвосте крохотный русский летательный аппарат. Стрелять в эрзац-крейсер тот прямо сейчас не мог, поскольку находился метров на триста ниже, однако в будущем мог стать проблемой….Каким-то чудом там смогли восстановить защитные барьеры, и первые два взрыва приняла на себя пленка магического щита. Впрочем, этим конкретным самураям и оставшейся пару попаданий хватило, чтобы прекратить маневры, камнем провалиться вниз и лишь потеряв несколько километров устремиться куда-то на запад с вполне достойной скоростью, несмотря на безусловно боеспособное состояние судна. Видимо, для разнообразия, командующие там обитатели страны восходящего солнца оказались не готовыми к смерти почитателями кодекса бусидо, а крайне нестойкими в коленках личностями.

Достигнув сцепленных в абордаже кораблей, «Тигрица» встала вдоль свободного борта эсминца, с громким скрежетом тиранувшись о борт. Заряженные картечью пушки немедленно выстрелили и, скорее всего, теперь внутри японского судна количество живых артиллеристов сильно уменьшилось. А если кто-то и остался, то его убьет вторым или третьим залпом. Каким-то краешком сознания Олег успел на себя подосадовать, что не догадался приказать рулевому совершить таранный удар днищем. Какой бы запредельной прочностью не обладали абордажные канаты и мостки, однако таких нагрузок они выдержать не имели шансов. А после отцепившийся летательный аппарат со всеми находящимися на борту самураями можно бы было дырявить в свое удовольствие до полного прекращения сопротивления. Увы, момент уже оказался упущен.

— Порублю-у-у-у! — Слова у Стефана не расходились сделом, и он первым ринулся на борт вражеского корабля, свирепо размахивая двуручной секирой. И столь же резво полетел обратно, поймав грудью несколько пуль и светящееся белым цветом водяное ядро, которое шибануло его ничуть не хуже настоящего, чугунного. Сибирский татарин успел разбить его зачарованным оружием, однако даже разделенный на две части магический снаряд обладал просто чудовищной силой и не утратил своих сверхъестественных свойств.

Расплескавшаяся по всему телу светящаяся жидкость оплела сибирского татарина, у которого больше волшебной защиты не имелось и стала сдавливать до хруста железа словно тиски…Однако, потом её разбавили содержимым своих фляжек сразу два людоящера, и образовавшаяся смесь частично испарилась, частично распалась обычной лужей. Доспехи толстяка на сей раз помяло куда сильнее, словно мокрую бумагу, а из самой большой трещины даже брызнула кровь. Запустивший эту атаку японец, на удивление лишенный самурайских лат и катаны, видимо являлся кем-то вроде монаха, поскольку был замотан с ног до головы в шелковые белые тряпки, а его аура помимо энергии воды оказалась также насыщена довольно большим количеством света. Помимо него на вражеской палубе присутствовали занявшие укрытия или вставшие за противоабордажные орудия стрелки, да выпрыгнувший из кормовой надстройки десяток самураев, рванувших навстречу нападающим. То ли командование, то ли оперативный резерв…Впрочем, численное превосходство все равно оставалось не на стороне жителей восходящего солнца. И огневое тоже. Один за другим островные аристократы падали, так и не успев пустить в ход свое оружие или создав максимум одно какое-нибудь заклинание первого-второго ранга, поскольку выстроившиеся напротив них вдоль палубы плебеи из разных стран не спешили вступать в честный поединок, а стреляли раз в четыре-пять секунд. После пары попаданий самурай оставался невредим, дюжина как правило оставлял его с дырами в доспехах и сильно уменьшившейся из-за появления ран боеспособностью, ну а поймав пару десятков кусочков свинца маг начальных ступеней превращался в труп.

— Стефан, ты как?! — Олег метнулся к другу, на бегу отправляя во вражеского офицера копье света, однако то каким-то образом оказалось отбито в сторону чем-то вроде щита из мерцающих всеми цветами радуги капель. Правда, контратаковать из-за своей защиты замотанный в белые тряпки японец видимо не мог, а снять её ему не давали стрелки с «Тигрицы», обрушившие на столь заметную мишень целый град свинца. К сожалению, приступить к излечению толстяка чародею принялась мешать парочка где-то спрятавшихся стрелков с вполне себе современными барабанными ружьями, довольно метко принявшихся посылать во вражеского капитана пулю за пулей. И целились они в голову. Пусть пока свинцу ни разу не удалось пробить шлем из древнего металла, однако периодически удары по столь важной части организма здорово мешали концентрации.

— Жить буду, — донеслось снизу, а после Стефан вполне целенаправленно пополз в сторону целителя. И даже сам поднял забрало шлема, облегчая тому доступ к своему организму. — Но бегать, наверное, не сию минуту.