Помоги проекту - поделись книгой:
— Лиза. — Она шмыгнула красным носом.
— А чего ревёшь, Лиза?
— Да потому что, блин, выхода нет, — ответил за всех Мирон. — Мы уже часа два тут сидим. Сначала Лиза попалась, потом я. Мы тут — за старичков.
— А Илья?
— Минут за пять до тебя. Может, тут все и сдохнем. Или впустят какого-нибудь маньяка и…
Он неловко пошарил в кармане школьных штанов и вытащил нехилых размеров «лопатофон». Положил на колено, пробежался длинными пальцами по экрану.
На огромном дисплее высветилось сообщение об отсутствии сигнала с обеих сим-карт.
— Видал?
Вадим достал свой телефон, гораздо более скромных размеров (ибо не фиг) и убедился, что сети действительно не наблюдается.
Он, недолго думая, выключил мобильник.
— Эт нафига? — спросил Илья.
Мирон улыбнулся — понял. Он хмыкнул и тоже отключил питание.
— Неизвестно, сколько ещё тут зависать будем, — пояснил он Илье. — Батарея-то разряжается. — И спросил у Вадима: — Твой сколько держит?
— Дня два, наверное, — задумался тот. — Но я не проверял. Каждый день перед сном заряжаю.
— Мы тут что, два дня будем? — пискнула Лиза.
— Может, и три, — пожал плечами Вадим.
— Я не могу — три. — Лиза всхлипнула, опустила глаза. — Я уже час терплю.
— Что ты терпишь? — удивился Мирон.
— Дурак, — пояснила Лиза.
— В туалет она хочет, — сказал Вадим, давно уже «прочитавший» зажатую позу Лизы, но только сейчас объяснивший её себе. — Чё тут непонятного?
— Вот, блин, — сказал Мирон. — Ну ты бы сказала, мы б отвернулись.
Рот его расплылся в беззлобной ухмылке.
— Мы и сейчас можем отвернуться, — предложил Вадим нарочито спокойно и обыденно. — Вон туда иди, где куча.
Илья заржал.
— Ну у тебя и задержка! — подколол Вадим, позабыв, что ноги-то у Ильи скованны, но не руки. — Пингуешь, бро!
Илья выпятил челюсть, насупил брови, сразу догнав всё, чего ему не хватало до гоблина, замахнулся… Кулаки у него были огромные, шишковатые!..
Вадим упал на бок и откатился в сторону.
И тут же дверной проём возник в стене справа, совсем не там, где появился Вадим. А в проёме…
Пожалуй, это были наполовину живые твари, наполовину роботы или что-то вроде.
Зеленоватая кожа. Двое. Лысые головы. Два круглых красных глаза, горящих, как лампочки. Широченный беззубый рот: распахнутый и темнеющий провалом в никуда.
Если бы не этот страшный рот, и бояться бы было нечего. Толстоногие были монстры, неповоротливые, вроде разбухших шрэков. И ростом не вышли — метра полтора. Разве что металлические клешни, торчащие прямо из обрубков рук, поблёскивали вполне реальной угрозой.
— Й-и-и! — выдохнула Лиза.
Наверное, она пыталась завизжать, но из горла вырвался только этот беспомощный писк.
— Ну я ору, — почти спокойно заметил Мирон, явно игравший во что-то и пострашнее. — И что это, блин, за «гуманоеды»? Вы с какой планеты к нам, небратья по разуму?
Вадим покачал головой: иллюзия? Но как воняет!
Дверь за спинами монстров сразу же затянуло маревом, и через секунду проём слился с бетонной стеной — не различить.
Вадим поднялся с пола, озираясь и размышляя — чего же от них хотят проклятые психологи? И насколько реальны монстры? Может быть — голограмма? А запах? В вентиляцию закачали?
В подвале всё сильнее пахло машинным маслом и ещё чем-то душным, противным… Пот гоблина?
Илья подобрался, заёрзал, пытаясь опереться как следует руками. Он планировал отбиваться.
Вадиму отбиваться было особенно нечем, разве что… гайками покидать в уродов? Гаек хватает, но толку-то от них?
Он пошарил в карманах, прикидывая, что ему может пригодиться. Зажигалка? Да ну. Складешок? Так он сувенирный, им курицу не зарежешь.
Надо бежать. Но — куда?
Монстры медленно двинулись на ребят. Вадим, сразу отметивший их относительную неуклюжесть, поставил себе «пять», когда клешни уродов неловко столкнулись и звякнули.
Всё это было похоже на дешёвый кукольный спектакль, но вот «куклы» были уж очень несимпатичные. И надо было срочно принять какое-то решение. Срочно! Но какое?
Что может показать такой тест? Умеет ли Вадим сопротивляться? Вон, Илья — явно умеет, потому и в кандалах…
А Мирон? Руки скованны? А зачем? Следующее испытание будет связано с игрой на пианино? Или где ещё нужны длинные тонкие пальцы, как у Мирона? Скрипка?!
Вадим оглянулся, соображая, куда отступить. Дёрнулся бежать, замер: а вдруг это тест на смелость?
Ну, клешни… Но ведь не огромные же, а так… От силы — руку-ногу перекусить.
Он оценил неуклюжее «наползание» монстров, подобравшегося Илью, явно готового поддать этим лысым обеими скованными ногами…
Ну вот пусть Илья смелость и проявляет, а он сначала посмотрит, что выйдет.
«Что же это за куча хлама у задней стены? Вдруг там есть, чем обороняться? Палку бы какую-то найти, а на неё уже привязать ножик — будет копьё».
Вадим попятился к куче. Мирон запоздало вскочил, неловко ухватил Лизу пальцами за короткий рукав беленькой школьной блузки и потянул к той же куче.
Вадим поморщился: тактика разоблачена, вряд ли она теперь сыграет. Нужно бы запасной вариант, но где ж его взять?
Вот напридумывают же таких идиотских тестов!
Может, просто затихариться в углу? Монстры — явно не настоящие, и участвовать во всём этом… Бред!
Вадим решительно развернулся и побежал к противоположной стене.
Илья вскрикнул за спиной.
Вадим обернулся и увидел, как в воздух взлетает окровавленная рука в обрывке чёрного рукава футболки.
К запахам добавился странный, приторный… Это кровь?
Мир поплыл перед глазами Вадима. Ноги окаменели. Он рванулся бежать, но не смог оторвать от бетона ступни. Только смотрел, словно стал куклой со сломавшимися глазами, пока механические руки монстров рвали на части Илью.
Нечеловеческий крик выдернул его из ступора.
Кричали сзади. Илья уже не мог кричать: его бритая голова летела к потолку.
А потом наступила тьма. Холодная, влажная.
И свет.
И снова подвал. И пылающее красное табло на глухой стене без дверей: «Попытка вторая. 02:15. Обратный отсчёт».
Глава 4
Невысокий человек в синем костюме замер над пультом управления.
Пульт был похож на подкову. Над ним висели экраны, позволявшие человеку вести разговор сразу с тремя собеседниками: лысым — справа, элегантным и молодящимся — слева. С центрального же экрана на него смотрела змея.
По крайней мере, тёмная голова, торчащая из пышного жабо, была очень похожа на змеиную, а есть ли у неё шея и руки, небольшой экран разглядеть не давал.
— Я, как Теплейший господин Аш Оорот, недоволен темпами вашей работы, старший советник Мнге, — сказала змея.
Человек в синем низко склонил голову, уткнувшись глазами в пульт.
— Вы наш единственный резидент на Территории Холода. — Голос змеи звучал отстранённо и равнодушно, однако жабо колыхалось, обозначая раздувающееся горло. — Здесь мы очень рискуем. Но и потенциал Земли Холода всегда был высок… Вы понимаете это, старший советник Мнге?
Человек в синем молчал, не поднимая глаз. Непонятно было, полон ли он уважения или сдерживает гнев.
Собеседник на экране справа неуверенно кашлянул:
— Вы не должны забывать, Мнге, — проблеял он. — Двадцать четыре тысячи лет назад именно здесь образовалось родовое гнездо сапиенсов, сохранившее обе прогрессивные мутации. Впоследствии они дали широкое генетическое разнообразие, которое мы уже считали утерянным.
Лысый замер, а элегантный и молодящийся дополнил робко:
— Вы должны помнить и о единственном очаге культуры, пылавшем здесь пятьдесят тысяч лет назад, — подсказал он. — «Земля Холода — сохраняет» — так написано в Великой Книге «Аш От Йаарэт»…
С центрального экрана донеслось раздражённое шипение, и молодящийся замолчал.
— Ваша миссия, старший советник Мнге, самая важная. — Змея раскрыла пасть, показав совсем не змеиные зубы: треугольные, острые и крепкие. — Мы сочли вас способным проявить рвение и найти здесь Единственного. Но мы не можем дать вам больше сотрудников. Заокеанские молодые страны полны мутантов, старая Европа — прибежище разных, где у Ищущих тоже есть свои шансы, а Ближний Восток — давняя беда и надежда, там мы тоже не можем оголить фронт. Но Единственный — один, а Вторжение уже началось! Оно идёт!
— Мы работаем, Теплейший, — произнёс человек в синем костюме. Голос его не дрожал, но спина всё больше сгибалась, а пальцы были судорожно сжаты.
— Мы уточнили сводку, — негромко донеслось справа. — Прошу коллег и Теплейшего учесть новые данные. Сфера жизни планеты поражена на 3,22 %. Если мы войдём в коридор 4,23-4,24 % — вымирание доразумной подстилки усилится необратимо. Давление на экзофлору — 2,56 %, давление на экзофауну — 3,47 %. Риск потерять разумных вырос до 13,63 %. Вторжение идёт!
Лысый поклонился. Взгляд его был устремлён исключительно на змею.
Молодой, что виднелся на экране слева, быстро открыл рот:
— Господин Мнге обязан понимать, что работа с… э-э… людьми сейчас — архиважная задача, — зачастил он. — И нет задач более неотложных, чем… Э-э…
Он запнулся и замолчал. Похоже, ораторствовать молодой только учился.
— Мы усиленно ищем способных. — Человек в синем костюме поднял глаза на змею, игнорируя боковых собеседников. — Делаем всё, что возможно. Мои сотрудники проводят отбор, обучение и тренировки. Но люди — глупы…
Змея зашипела, и человек в синем умолк.
— Вы ищете слишком медленно и шаблонно, Мнге, — холодно прошелестел её голос. — Ваши методы не годятся. Вы находитесь на территории, наименее заражённой личинками и вторженцами, и мне непонятна ваша смертельная осторожность. Вы понимаете, что после 4 % поражения экзосфера уже не сможет восстановиться? Мы потеряем ментальную подстилку Земли. Даже если мы спасём людей, их эволюция, так же, как и наша, будет зависеть исключительно от личных генераторов и сархов. Но зачем нам люди, если они перестанут создавать экзосреду планеты?
— Мы ищем, — тихо повторил человек в синем. — Мы пробуем разные методы и тесты. Не моя вина в том, что сорок тысячелетий назад программы по работе с людьми на Севере были практически свёрнуты. Я знаю, тогда это решение казалось верным. Но сейчас я один не могу реанимировать работу, которая не велась столько лет!
Человек в синем костюме распрямился и посмотрел в глаза змее. Горло её раздражённо вздулось, но человек не отводил взгляд.
— Вы должны торопиться, Мнге. — Змея дёрнула головой.
— Мы торопимся. — Человек в синем нахмурился. — Мы удвоили усилия, но от этого наша работа с каждым днём всё опаснее. Нас могут раскрыть. Мы не должны рисковать так сильно!
— Напротив, вы должны научиться рисковать, Мнге!
Змея сердито зашипела, и с боковых экранов тоже донеслись вдруг звуки, похожие на шипение.
Человек в синем отшатнулся, натолкнулся на кресло, стоящее за его спиной, замер. Дальше отступать ему было некуда.
Глаза змеи горели холодной злой яростью:
— Вы забыли, что значит для нас Вторжение? — Воротник вокруг её шеи колыхался: горло раздувалось от гнева, и жабо мешало ему. — Или вы поддались непродуктивным эмоциям, Мнге? Вы — трус?
Человек в синем костюме быстро заморгал, не в силах контролировать страх и смятение. Он не знал, что ответить.
Поделиться книгой: