Наркомания: Тонкости, хитрости и секреты

Эти процедуры являются хирургическими. Они должны проводиться в стерильных, специально оборудованных помещениях и под наблюдением специалиста.

Наиболее серьезный побочный эффект — это различные инфекционные осложнения. Плазмоферез, гемосорбция и ликворосорбция, хирургические вмешательства, при проведении которых страдает кожный покров, а при проведении ликворосорбции — и оболочки спинного мозга. В результате этого возможно проникновение инфекции в кровяное русло и в ликвор.

В основном не рекомендуется проводить эти процедуры ослабленным людям, больным инфекционными заболеваниями и раком (особенно раком крови).

Эти методы действительно помогают быстро «очистить» кровь от вредных токсинов. Но нужна ли эта быстрота?

Врачи считают, что быстрое выведение наркотиков из организма ведет к развитию тяжелой абстиненции («ломки»). Даже без этих процедур все равно наркотик постепенно будет выводиться естественным путем и все равно наступит «ломка», самое позднее — через сутки. Так стоит ли торопить события?

Многие специалисты считают, что проводить такие процедуры следует только в нескольких случаях:

• если при использовании больших доз традиционных средств от «ломки» больной «загружается», то есть становится слабым, сонливым и вялым;

• при передозировке наркотиков, особенно из группы снотворных средств. Такая передозировка ведет к угнетению дыхания и смерти. В этих случаях требуется как можно быстрее «очистить» кровь от наркотиков. Но следует помнить, что резкая отмена наркотиков из группы барбитуратов может привести к развитию угрожающих жизни состояний.

Психотерапевтические методы

В основном психотерапевтические методы при лечении наркомании применяются после купирования острых явлений «ломки».

Известно, что больные наркоманиями и токсикоманиями часто повышенно внушаемы. И с первого же дня и на всем протяжении лечения в лечебных учреждениях они нуждаются в психотерапевтическом воздействии. Используют рациональную психотерапию в форме индивидуальных и коллективных бесед, лекций, проводят индивидуальный или групповой гипноз, психоанализ.

Любой метод лечения наркомании должен поддерживаться психотерапией. Ведь твердая установка на избавление от наркотиков вырабатывается не в лечебном учреждении (здесь лишь начинает вырабатываться негативное отношение к наркотикам), а в процессе многомесячного воздержания.

Вот здесь-то и нужны всевозможные психотерапевтические методы, помогающие больному воздерживаться. Но не всем врачам доступны методы психотерапии. И квалифицированную помощь вам могут оказать только специально сертифицированные врачи-специалисты. Нельзя не упомянуть и различные физиотерапевтические методы (электросон, водные процедуры, лечебная физкультура). Они остаются весьма популярными в лечении наркомании. Но следует помнить, что такое лечение лишь облегчит состояние пациента, но никак не изменит его отношение к наркотикам.

Если у наркомана шанс вернуться в жизнь?

С каждым месяцем человека, который находится «на игле», все труднее вернуть к нормальной жизни. В какой-то момент наркотик подменяет жизнь, а потом и совсем забирает ее. Но «списывать» наркоманов, равнодушно наблюдая за тем, как люди погибают, еще не перешагнув порог зрелости, отказывать им в помощи общества — нельзя. Так считает Алексей Александрович Магалиф — главный врач Клиники психологической адаптации. С ним мы беседуем сегодня о проблеме лечения страшного недуга — наркомании.

Как сейчас в большинстве случаев принято лечить больных наркоманией?

Наркомания, точно так же, как и алкоголизм, воспринимается скорее как проблема поведения. Раз так, значит, нужно воспитывать, запугивать, запрещать. Именно с этого обычно начинают родители, вдруг обнаружившие, что ребенок принимает наркотики. Осознав, что подобным образом сына или дочь не остановить, даже если запереть дома, родители обращаются в разнообразные клиники. Лечение в стационаре длится 2–3 недели. За это время врачи избавляют пациента от физиологической зависимости, на жаргоне — ломки, и проводят минимальный восстановительный курс. Большего они дать не могут уже хотя бы потому, что нет возможности дольше держать больных в стационаре. Нередко человек выходит на улицу и «срывается» в первые же дни и недели. Дело в том, что только капельницами наркоманию вылечить нельзя. Снятие «ломки» — это самое начало. Гораздо труднее избавить человека от психологической зависимости. У государственной медицины на это сегодня нет ни сил, ни средств. Поэтому завершить процесс берутся частные клиники.

Сегодня существует великое множество фирм, которые в своих рекламных объявлениях обещают за один сеанс избавить и от алкоголизма, и от наркомании. Как вы думаете, это реально?

Методы, которыми там пользуются, часто основаны как раз на запугивании. Заключаются они, например, в инъекции некого препарата и предупреждении: еще раз попробуешь наркотик — умрешь. Гарантируют выздоровление, то есть в дальнейшем полное воздержание от наркотика. Как специалист, я знаю, что подобные методы действительно могут дать результат. Но я сравнил бы такое лечение с лотереей, в которой есть один шанс из тысячи. Результат, как правило, оказывается краткосрочным.

Как же должно строиться лечение от наркомании?

Наркотик в какой-то момент вызывает не только физиологическую зависимость, но и полностью заполняет собой жизнь. Мы говорим, что при принятии наркотика, сильнейшего нервного раздражителя, перевозбуждаются определенные нервные клетки, и человек уже не получает удовольствия ни от чего другого: ни от общения с людьми и природой, ни от искусства, ни от секса. И когда у наркомана отнимают наркотик — вместо души у него пустота. Оказывается, что от человека, по сути, осталась лишь бездушная телесная оболочка, которая, к тому же, без наркотика жить уже просто не может. Поэтому задача второго, самого главного этапа лечения, так называемой реабилитации — вернуть пациенту интерес к жизни, помочь заполнить образовавшийся душевный вакуум. На это могут потребоваться не только месяцы, но и годы. Для этого нужно будет приложить усилия не только врачам — специалистам в области психологии и психиатрии, не только самому больному, но и его семье.

Дело в том, что корни проблемы нужно искать в том числе и в семье. Часто получается так, что у родителей попросту нет времени на своего ребенка. Психологический контакт, не установившийся еще в самом детстве, не появляется и тогда, когда дети становятся старше. Родители превращаются в чужих людей для собственных детей, воспринимаются ими только через призму каких-то материальных отношений. Мы сами формируем в них склонность к получению незаслуженных удовольствий: игровая приставка взамен совместно прочитанной книги, дорогие вещи вместо душевного разговора и т. д. Авторитетом становятся не родители, а лидер подростковой компании, в которую подросток бежит в поисках понимания и психологического комфорта. И если лидер начинает употреблять наркотики, остальные втягиваются очень быстро. Кстати, подражание и повышенное любопытство к новым ощущениям в подростковой среде — достаточно нормальное явление. Идет поиск и усвоение модели поведения. Но подросток, выросший в семье, в которой он действительно был ее полноправным членом, человеком с внутренним стержнем, с чувством собственного достоинства, не станет пробовать наркотик только из подражания.

Боязнь выделиться, боязнь быть личностью очень часто заставляет наших детей поступать так, как поступают в среде их обитания. Более того, мы иногда сами показываем им, как нужно врать, допускаем двойственность подхода к ситуации. Говорим, что нужно делать зарядку, а сами не делаем, обещаем сына или дочь сводить в выходные в театр или кино, но не держим слова, используем алкогольное опьянение для общения друг с другом. Это видят дети, а потом мы удивляемся, что ребенок на протяжении долгого времени скрывает употребление алкоголя или наркотиков. И даже здесь ведем себя неправильно — пытаемся «откупиться», дать денег на лечение, чтобы проблему решил кто-то другой и как можно скорее.

Участие семьи в процессе реабилитации принципиально важно. И на первой встрече с пациентом, на которую он приходит с кем-то из родителей (чаще всего это бывает мать) я пытаюсь объяснить, что в лечении будет необходимо участие и стремление всей семьи. В обязательном порядке в нашей клинике мы проводим отдельные встречи с родителями, объясняем, что происходит с их ребенком, даем рекомендации. Они должны знать, на что нужно обратить внимание, как вести себя с детьми, которые проходят курс реабилитации. В то же время я объясняю пациенту, что чувствуют его родители, что их беспокоит. Восстановить взаимопонимание и доверие внутри семьи необходимо для успешного лечения, и это — одна из составляющих курса реабилитации.

Мы обязательно наблюдаем за душевным состоянием пациента, боремся с депрессиями, проводим различные виды терапии.

Это современные методы психотерапии, специальной лекарственной терапии, лазеротерапия, гипокситерапия, электропунктура, авторские методы блокирования наркотических ассоциаций, которые, кстати, разработаны и запатентованы врачами нашей клиники.

Как Вы советуете поступить родителям, обнаружившим, что ребенок принимает наркотики.

Нужно как можно скорее обратиться за советом к специалистам. Чем раньше вы это сделаете, тем лучше. При катастрофически быстром развитии болезни необходимо успеть выиграть время. Желательно, чтобы клиника, куда вы обратились за помощью, работала на одном месте уже несколько лет, имела лицензию, располагала дипломированными специалистами в области наркологии, психиатрии, психотерапии. Это может быть залогом того, что здесь именно лечат. К сожалению, быстро вылечиться от наркомании невозможно. Когда я встречаю своих пациентов, прошедших полный курс реабилитации, и вижу, что им удалось найти себя в новой для них жизни без наркотиков… Это и есть для меня высшая профессиональная радость. Значит, болезнь можно победить.

Признаки, по которым следует заподозрить потребление Вашим ребенком наркотиков Основные признаки

• следы от уколов и порезов (особенно на руках);

• наличие у ребенка (подростка) ложек и/или узких полых трубочек, шприцев и/или игл от них;

• наличие капсул, таблеток, порошков, пузырьков из-под лекарственных или химических препаратов;

• папиросы (особенно «Беломор») в пачках из-под сигарет;

• расширенные или суженые зрачки;

• нарушение речи, походки и координации движений при отсутствии запаха алкоголя.

Дополнительные признаки

• лживость, изворотливость;

• проведение времени в компаниях асоциального типа;

• вымогательство и/или кража денег у окружающих;

• нарушение сна;

• телефонные разговоры (особенно «зашифрованные») с незнакомыми лицами;

• частые беспричинные смены настроения;

• внешняя неопрятность;

• снижение успеваемости в учебном заведении;

• пропажа из дома ценных вещей;

• сужение круга интересов;

• частый беспричинный кашель.

Если у Вас возникли подозрения, то обязательно обращайтесь с ребенком к специалисту-наркологу. Не дайте себя убедить в том, что Ваши опасения беспочвенны!

Алкоголизм как наркотическая зависимость

Что дает человеку алкоголь?

Снимает напряжение, улучшает настроение, повышает работоспособность, делает человека увереннее и раскованнее, облегчает контакты с окружающими. И человеку кажется: если после приема алкоголя становится лучше, значит, он не вредит здоровью. Тем более что спиртное пьют практически все, а заболевают алкоголизмом только те, кто «пить не умеет». Но как только человек начинает регулярно менять свое психическое состояние алкоголем, стараясь при каждом удобном случае выпить и легко получить приятное состояние, подменяя этим естественные радости жизни, он незаметно для себя входит в мир алкогольной зависимости.

Постепенно замечает, что для получения психологического комфорта требуется все большая доза; что организм, насыщаясь суперкалорийным продуктом, теряет аппетит; что без алкоголя на душе становится все как-то скучно, однообразно, начинает многое раздражать; что, настраиваясь выпить немного и желая лишь растянуть приятное состояние, вдруг начал напиваться. В опьянении все чаще стала появляться агрессия, неправильное поведение, дурашливость, а наутро многие события выпадают из памяти. Когда близкие говорят, что вел себя неприлично, не верит, считает, что придираются.

Со временем становится трудно прожить несколько часов без алкогольного допинга. На этой стадии алкоголь практически не дает человеку приятного состояния, выпить хочется только с одной целью — хоть на время снять психологический и физический дискомфорт.

Что же произошло? Организм настолько привык к постоянному присутствию алкоголя в высоких дозах, что не хочет с ним расставаться. Алкоголь, воздействуя на мозг, а точнее — на его центр удовольствия, вызывает мощное раздражение, которое трудно быстро и с такой же силой получить в обычной жизни. Человек и не замечает, как постепенно перестает быть человеком мыслящим, творческим, т. к. все его помыслы вертятся вокруг алкогольного наркотика. Незаметно для себя он превратился в фабрику по переработке этилового спирта, испытывая к нему голод, как к самому вкусному блюду. Объяснить это окружающим практически невозможно, тебя перестают понимать, осуждают, наказывают. Поэтому приходится скрывать употребление спиртного, прятаться и под любым предлогом идти в компанию пьющих, где никто тебя не осудит, а наоборот, посочувствует.

Когда проблемы со здоровьем, в семье и на работе начинают носить угрожающий характер, человек мучительно принимает решение «бросить». Лечиться не хочется, кажется, что никакой серьезной болезни нет, во всем виноваты житейские трудности и, может быть, слабый характер. Хочется увидеть врача только один раз, чтобы он быстро что-нибудь сделал и даже пусть будет больно, но только один раз, чтобы забыть весь этот алкогольный кошмар.

После такой помощи может вскоре появиться желание выпить, но нельзя, опасно для жизни, надо еще потерпеть. И вот наступает долгожданный срок окончания «лечебного страха». Считая себя абсолютно здоровым и не думая о последствиях, а больше уповая на судьбу, человек возвращается к своему старому приятелю — алкоголю и вдруг неожиданно обнаруживает, что алкогольный кошмар вернулся. Уговаривая себя: «ну что ж я: не мужик, сам не справлюсь» и делая несколько самостоятельных и безуспешных попыток начать новую жизнь, вновь приходит к врачу «сдаваться». Снова короткая процедура, но страх к антиалкогольному методу пропал, вскоре срыв и опять беда.

Что же делать? Освобождение от алкогольной зависимости не может быть мгновенным, организм человека годами привыкал жить по другим, противоестественным законам. Но сегодня есть реальные средства, а не только страх, с помощью которых восстанавливают здоровье человека. Индивидуальными лекарственными комплексами можно быстро снять тягу к спиртному, наладить работу всех органов и систем организма, создать необходимый психологический комфорт, специальным набором психотерапевтических приемов сформировать безразличие к алкоголю.

Самое главное, что сложнейший механизм алкогольной зависимости хорошо изучен в нашей Клинике. Поэтому мы помогаем человеку без мучений вырваться из объятий алкогольной болезни. Поддерживая и контролируя состояние человека, даем ему возможность почувствовать радость здоровой жизни и даже вернуть человеку возможность получать эстетическое удовольствие от спиртных напитков.

C чего начинается подростковый алкоголизм?

Никто не отменял давнего запрета на продажу алкогольных напитков подросткам. Но никто и не соблюдает его, особенно сегодня. И если раньше заветную бутылку приходилось с боем добывать в винном магазине, то нынче всех желающих, независимо от возраста, повсеместно и круглосуточно ждут сотни ларьков с неиссякающим спиртным изобилием. Вдобавок — активная реклама выпивки.

Так стоит ли удивляться, что распитие подростками самого разного алкоголя давно стало печальной нормой.

Как уберечь подростка от перспективы стать пациентом наркологических центров?

Подростковая наркология существует во всем мире. У нас проблема в значительной степени вырастает из культуры употребления алкоголя в российском обществе, но ничего подобного тому, что мы наблюдаем в XX столетии, раньше в России не было.

На сегодня так сложилось, что вся жизнь — от момента рождения до смерти человека — пронизана алкогольными ритуалами. Родился — «обмыли», умер — тоже «обмыли». Все существенные вехи жизни ребенка — окончание школы, уход в армию и возвращение оттуда, свадьба — все отмечается выпивками. Эти традиции настолько пропитали общество, что в сознании людей (сужу и по своим пациентам) непьющий человек — явная аномалия. Нормальный — обязательно выпивает. Говорят так: «Я хочу выпить, как всякий нормальный человек». Хотя пока никто не скажет, например: «Хочу «уколоться» (принять дозу наркотика), как любой нормальный человек».

И все попытки резко сломать такие традиции не только обречены на провал, но всегда оборачивались качественным ухудшением ситуации. Причем не только в нашей стране. Общеизвестно, что американская мафия обязана своим появлением прежде всего «сухому закону». Традиции бессмысленно искоренять. Их надо корректировать.

Бесполезность запретов на алкоголь очевидна. Ведь, в сущности, речь идет об образе жизни, неких стереотипах поведения. Их нельзя запретить, но можно постепенно изменить. Только вот знать бы, с чего начать!

А с чего начинается само знакомство с алкоголем? С семейных застолий, которые практически немыслимы у нас без обилия спиртных напитков. Рано или поздно ребенка угощают каким-либо спиртным. И очень многое зависит даже от того, как понимают в семье само это слово — «спиртное». Огромное количество людей, например, не считает пиво спиртным напитком. Многие мои пациенты, заявляя, что намерены бросить пить, не представляют, что это должно относиться и к пиву. А ведь существует даже такое понятие — пивной алкоголизм, и на пиве вполне можно заработать «белую горячку». Все зависит от дозы — одна бутылка пива в среднем равна примерно 50 граммам водки. Значит, десять бутылок пива — это примерно то же самое, что бутылка водки.

В некоторых семьях детям безмятежно дают пиво. Или вино, начиная с плодово-ягодных, домашних, сладких, вроде бы «безобидных». И постепенно приучают ребенка к мысли, что алкоголь — это вкусно. А ведь если сразу дать ему попробовать водку, скорее всего, он просто не сможет ее проглотить. И запомнит, что это горько, противно. Подобная отрицательная реакция быстро не забудется. И у него не скоро появится соблазн потянуться к водочной бутылке. Обычно же ребенка постепенно приучают к алкогольному ритуалу — сначала он чокается стаканом с водой, потом появляется вино и более крепкие напитки. Взрослея, ребенок уже иначе не воспринимает застолье, кроме как в сопровождении алкоголя. Просто не понимает, как это можно пить чай и разговаривать.

Видимо, имеет значение не только то, что именно пьют, но и как это делается?

Одна из очень опасных традиций русского застолья — употребление преимущественно крепких спиртных напитков, да еще натощак. Как обычно все это происходит? Съезжаются голодные гости, какое-то время ходят вокруг вкусно пахнущих тарелок с закусками. Плотоядно косятся на запотевшие бутылки. Наконец усаживаются за стол, накладывают в тарелки еду, разливают по рюмкам спиртное. Заметьте, как правило, это весьма вместительные емкости — не менее 40–50, а то и 70 граммов. Традиционно наливают полные рюмки. При этом никто не ест — ждут первого тоста. Есть во время произнесения первого тоста тоже считается неприличным. Но вот наконец заветный момент настал — тост сказан. Все сразу выпивают. Залпом. До дна. И только тогда начинают есть. Причем очень часто сначала выпивают по большому фужеру шампанского и почти тут же переходят на водку. В народе это зовется «северное сияние». Удар по мозгу колоссальный. Потому что любой газированный напиток в несколько раз ускоряет процесс всасывания алкоголя в кровь. (Да еще с учетом того, что все это пьется на голодный желудок.) Затем тосты следуют один за другим почти без пауз. Вскоре вместо тостов звучат уже просто обрывки фраз. В лучшем случае нечто вроде «будем здоровы».

Ребенок видит, что все застолье строится вокруг бутылки. Создается ощущение, что вообще все собрались здесь не ради общения, а только ради выпивки. Это — ключевой момент, самое важное. Ребенок обязательно почувствует это и запомнит. Опьянение у всех наступает очень быстро. Через полчаса концентрация алкоголя в мозгу так высока, что разговоры начинаются сбивчивые, маловразумительные. Многие тут же прекращают есть.

Должен ли ребенок быть за столом в разгар этого пира или его лучше отправить в соседнюю комнату?

При такой пьяной гулянке, конечно, лучше, чтобы его за столом не было. Но в большинстве случаев «веселье» идет в присутствии детей.

А затем у них наступает подростковый возраст. Подростки всегда подражают старшим, в их поведении обязательно сквозит то, что они видели дома. А дома они видели, что выпивается все, что поставлено на стол. Что пить надо лихо — большими порциями. Увы, подростки именно так и пьют: большими дозами, выпивая все, что удалось добыть, никогда ничего не оставляя «на потом». И при минимуме еды.

Отсутствие печального опыта лишает их страха перед алкоголем. Зато добавляется бравада друг перед другом.

Подростки очень быстро привыкают к хмельному, хотя самая первая реакция бывает обычно негативной. Сначала наступает легкое опьянение, которое быстро сменяется тяжелым. Очень часто они теряют память — наступает интоксикация, отравление организма. Потом рвота и тяжкое, муторное состояние на следующий день. Ужасно то, что подростка часто приучают к страшной вещи: ему не объясняют, что это состояние — элементарное отравление, а предлагают опохмелиться. Но ведь «опохмелка» в какой-то мере оправдана только в случае истинного похмельного синдрома, когда больной организм действительно этого требует. Таким образом, насаждается неправильное, гибельное отношение к тому, как выйти из состояния алкогольного отравления. Прежде всего тут нужно потреблять как можно больше жидкости: соки, рассолы, особенно капустный, молоко, наваристый бульон из костной баранины (хаш).

Некоторые подростки хвастают, что у них не бывает рвоты при опьянении. А ведь это очень плохо! Когда исчезает рвотный рефлекс — это первый признак привыкания. Значит, первая природная защита сломана. Рвота — не что иное, как заложенный в нас природой рефлекс отторжения, предупреждение об отравлении. Она кричит о том, что ты достиг допустимого предела, дальше — опасность! Подавив рвоту, ты уволил сторожа, который стоял на страже твоего организма. И можешь теперь беспрепятственно ввести в себя неограниченное количество алкоголя, который тебя наверняка отравит.

Ясно, что подросткам (да и взрослым) лучше всего вовсе не пить. Но все же, насколько увеличивается опасность в зависимости от частоты употребления спиртного?

Молодой организм очень быстро привыкает к большим дозам. А потому самое страшное — если подросток начинает пить часто. (Пусть даже самые слабые напитки.) Он привыкает к тому, что выпить раз-два в неделю — это нормально. Такое отношение к алкоголю крайне опасно. Очень важно помнить: если подросток выпивает три-четыре раза в месяц — это уже злоупотребление, и очень серьезное. Наркологи считают это систематическим употреблением спиртных напитков. Ведь практическая подростковая наркология давно дала четкую градацию: экспериментальное (просто пробует раз или два), эпизодическое (употребляет раз-два в месяц) и систематическое употребление спиртных напитков.

Можно ли говорить о том, какие дозы относительно безвредны?

Алкоголь очень грубо вмешивается в процесс становления неоформленного подросткового организма. Обязательно в какой-то мере деформирует личность. А потому любое употребление спиртного в этом возрасте — злоупотребление.

Не существует понятия безвредного пития для подростка. Систематическое употребление алкоголя очень быстро ведет к привыканию.

Появляется так называемая психическая зависимость. Когда подросток начинает интересоваться не просто выпивкой в компании, а пытается с помощью алкоголя решать какую-то свою проблему. Не просто собрались и выпили, а надо, например, успокоиться после ссоры с родителями или познакомиться с девушкой, или отлупить обидчика. Если для решения таких конкретных проблем подросток прибегает к помощи спиртного, это очень опасно.