Станционный строитель

Да что б вас!..

Вызываю модуль кальмаромедуз, ни на что особенно не надеясь — я ведь не знаю имени того кальмара, с которым говорил последний раз.

Однако на голографическом экране возникает именно он: узнаю его по расцветке. Теперь, визуально уменьшенный, он выглядит довольно нелепо, не величественно и не пугающе.

— Ну как, капитан? — спрашивает мой собеседник почти издевательским тоном. — Никак не можете разгадать мой ребус? Ай-яй-яй, стыд и позор, он ведь элементарно решается!

— Да нет, почему, — возражаю я. — Разгадал. Но ведь только детям и подросткам из вашей расы нужен солнечный свет?

— Нужен? Да. Нравится? — кальмаромедуз на экране делает сложный жест щупальцами. — Нравится солнечный свет всем! Поверьте, мой народ далек от идей экспансии, которые легли в основу Межзвездного содружества… Взрослые тораи сотрудничают ради общего выживания, это так, но заставить себя трудно. Вряд ли бы кто-то из нас согласился бы прилететь на станцию, если бы мы не знали, что модуль будет прозрачен. Перспектива снова увидеть свет, похожий на тот, что встретил нас при рождении — это дорогого стоит, знаете ли!

Еле сдерживаю чертыхание.

Место под солнцем, в самом деле! Конфликт яйца выеденного не стоит, а столько драмы развели. Правильно про тораи написано в перечне разумных рас, я бы и порезче выразился.

— Ждите, — говорю я, — скоро проблема будет решена.

И отключаюсь.

Затем обращаюсь к искину-секретарю:

— Демьян, сколько будет стоить повернуть станцию таким образом, чтобы солнечные лучи свободно падали на модуль тораи?

— Вопросы стоимости различных работ находятся в компетенции вашего зама Нирса Раала, — невыразительно отвечает искин.

Вздыхаю. Чертова реалистичность. Ведь все равно одной системой управляетесь, мог бы и ответить для скорости. Пока связываюсь с Нирсом, пройдет драгоценное время, за время которого у меня увеличится долг перед банком, а моя репутация просядет еще сильнее!

Тем не менее переключаюсь на аватара — к счастью, пока я болтал с кальмаром, он уже дотелепал до рубки.

— Нирс! — рявкаю я на зама (к счастью, он тоже в рубке). — Сколько будет стоить повернуть станцию таким образом, чтобы модуль тораи оказался под солнечными лучами?

Нирс удивленно смотрит на меня.

— Нисколько, капитан, — говорит он. — Точнее, это можно сделать в рамках плановых затрат на коррекцию орбиты. А их оплачивает Межзведное содружество.

— Тогда, — говорю, — проведи такую коррекцию!

Нирс оборачивается к одному из населяющих рубку вахтенных неписей и отдает соответствующий приказ. После чего прямо на моих глазах вид из рубки — стены ведь прозрачные, как в диспетчерской башенке — начинает меняться. Планета смещается в сторону, центральная звезда начинает бить в глаза.

— Установить поляризационные фильтры, — командует Нирс.

Потом оборачивается ко мне.

— Довольны, капитан?

Доволен ли я?

Передо мной на пульте выскакивает сообщение:

«Ардено Нолькарро (тораи): Поздравляю, капитан, вы не безнадежны! Конфликт с нашими мицелиезависимыми друзьями считаю исчерпанным!»

Затем вижу еще одно сообщение, на сей раз системное:

«Вы разрешили конфликт начального уровня между двумя разумными расами! Бонус: +200 к репутации. Бонус: +5 к дипломатичности, +2 к харизме, +1 к предприимчивости. Доступно новое умение: «Многосторонние переговоры». Бонус: Банк Межзвездного содружества увеличивает максимальный размер займа для вас до 500 000 кредитов».

А потом еще одно сообщение, в другой рамке:

«Поздравляем! Вы заявили о себе как о полноценном агенте по дипломатической работе с инопланетными расами! Теперь ваша репутация будет изменяться непрерывно, в зависимости от каждого принятого вами решения. Следите за счетчиком репутации, чтобы не оказаться в минусе. Вам будут приходить сообщения только о крупных репутационных бонусах и штрафах».

Бонус радует, а вот как относиться к новостям о репутации, я даже не знаю. С одной стороны, вроде и удобнее, а с другой — так недолго упустить серьезные проблемы!

Во всяком случае, хорошо, что конфликт исчерпан. Если еще и талесианки теперь заселятся…

А вот, кстати, и сообщение от них:

«Поскольку вы разобрались с конфликтом на вверенном вам объекте, мы готовы принять ваше приглашение. Однако настаиваем на снижении стоимости аренды на пять процентов».

Чтоб им! Это, конечно, все равно окупит постройку модуля, но долг я теперь буду выплачивать дольше… Тем более, что налички за успешные разборки с жалобой кальмаров мне не дали, только кредит увеличили. А я так надеялся.

— Поздравляю, капитан! — вдруг говорит Бриа, улыбаясь мне. — С боевым крещением!

Что ни говори, а даже от искина это слышать приятно.

Деньги — 504 004 кредита

Характеристики капитана:

Репутация — 560

Харизма — 6

Дипломатичность — 7

Предприимчивость — 5

Глава 9 (без правок)

Иду по коридору станции, осматриваю его хозяйским глазом. Вроде все в порядке. Тоннель выглядит непредсказуемо, меняется каждый день. Когда начинал, все здесь было серым и утилитарным. Теперь признаки чуждых культур и образов жизней мало-помалу просачиваются изо всех модулей.

Ну, серебристую паутину мицелия на стенах в расчет не берем — это не заслуга ацетиков в целом, это мой главный инженер подсуетился. У него такой метод узнавать, что творится на станции и где. При этом всякая примитивная подслушка его не интересует — я спрашивал, да и в спецификациях игры копался. Мицелий в принципе не умеет «подслушивать» и «подглядывать»: ни глаз, ни ушей у него нет. Правда, он воспринимает вибрации, но недостаточно чувствителен, чтобы разбирать сказанные слова, если только говорящий буквально не прижимается губами к стене. Или так принято считать. А вот сбои в работе разных механизмов мицелий, выращенный Томирлом, засекает на ура. Лучше датчиков.

Кроме мицелия под потолком тянутся зеленые лианы, вроде ползучего винограда. Они как раз цветут, распыляя в воздухе золотистую пыльцу и иногда роняя вниз бледно-сиреневые лепестки. Думаете, это от растительных талесианок? Ничуть не бывало! Те, как ни странно, особенной любви к зелени не имеют… или, по крайней мере, не демонстрируют. Это юмикра постарались.

Юмикра — маленькая и не очень значительная раса, судя по тому, что об их технических достижениях в правилах написано масса интересного. А маленькая еще и буквально. Внешне они похожи на мышей, размером примерно с белку. Лианы используют для того, чтобы без помех перемещаться по станции: на полу им некомфортно, могут задавить. Пришлось разрешить, хотя мой главный врач и санитарный отдел в полном составе постоянно ругаются на эти цветочки: потенциальный сильный аллерген. А лепестки сводят с ума роботов-уборщиков.

Вот и сейчас один такой электронный паучок ползает по полу, пытается подобрать надоедливый мусор. А лепестки легкие, их относит в сторону даже ветерок и вибрация от шагов моего аватара. Попробуй излови!

Паучок долго надрывается, потом замирает на месте и начинает мигать: вызывает робот-пылесос. И это, прошу заметить, не такой робот-пылесос, какой трудится у нас в квартирах. Это здоровая дура, которая ползет по коридору, перегораживая половину, и засасывает в себя реально все, что оказалось на полу или слишком близко от пола. Неудивительно, что юмикра предпочитают перемещаться по своим лианам!

Подношу ко рту браслет-коммуникатор.

— Бриа!

Экран с изображением моей помощницы-талесианки появляется над браслетом по одному запросу. Не надо ни номер называть, ни особый канал включать. Очень удобно.

— Да, капитан? — спрашивает она своим ангельским голосом.

— Направь еще одну ноту протеста главе самоуправления юмикра. Они обещали пресечь цветение.

— Будет сделано.

Бесполезное дело, эти ноты. Как я понял, поговорив с Бриа и Демьяном, а также почитав еще правила игры, подобные меры становятся действенными, когда зарабатываешь высокую репутацию. Моя пока невысока. Играю в «Узел» уже несколько дней, но выше тысячи поднимался всего пару раз — и тут же терял очки. Сейчас репутация колеблется у отметки 930, и я уже голову сломал, как ее повысить. Цифра в десять тысяч, установленная условиями моего контракта, выглядит даже не недостижимой мечтой, а откровенной издевкой.

Нет, конечно, есть такой инструмент, как сбор космического мусора, который заодно позволяет доставать ресурсы… Но уж больно долго приходится его собирать, чтобы значимо поднять репутацию! А на станции за это время не один кризис может наклюнуться.

Ну что же, зато с долгами я наконец расплатился, это не может не радовать. Вот, буквально только что новый модуль заказал. Да и на станции сейчас все хорошо.

В режиме аватара есть такая функция, как «Вызвать на разговор» — можно остановить любого прохожего и спросить, что он думает о жизни здесь. Иногда так можно получить информацию о назревающих проблемах. Иногда — выслушать ругань или погладить свое ЧСВ, как повезет.

Вот и в этот раз: вежливо останавливаю неспешно шествующего Превосходного в тоге. Судя по узору на ней, он не принадлежит к элитным генетическим линиям — высшей касте. Да и хвоста у него нет. Так что автоматического ушата помоев можно не опасаться.

— Уважаемый, — говорю, — рад приветствовать вас на станции «Узел». Всем ли вы довольны?

Превосходный кланяется мне и в полном соответствии с этикетом своей расы отвечает:

— Недостойный не может пожаловаться на существенные недостатки! Вот разве что в моей каюте по ночам не слишком хорошо работает охлаждение воздуха.

Странно! Зачем ему охлаждение по ночам? У Превосходных в модуле и так холодно, дальше некуда. Филиал Антарктиды, можно сказать.

— Неужели температура в модуле повысилась? — уточняю я.

— О нет, — говорит Превосходный, — этот недостойный проживает на коммерческой палубе хаба, помещение 303-18.

Обещаю Превосходному принять меры и прощаюсь с ним. Затем велю Демьяну оставить заявку техническому отделу.

Мною овладевает благодушие: все-таки я крепкий управленец, никаких серьезных проблем нет, если Превосходный жалуется капитану станции на такой пустяк!

Прохожу мимо светящейся руны «Укрепление стали», нарисованной на стене — вот это как раз привет от талесианок. Насколько я понял, реальной магической силой по условиям игры эти дамы не обладают (магии в этой вселенной нет), но отличаются исключительной суеверностью. Руны, обереги, соблюдение кучи примет — это про них! Бриа на их фоне — глоток свежего воздуха. Максимум иногда делает жест от сглаза. И то я сначала принимал его просто за вежливый поклон. Думал, что когда я начинаю вслух строить планы по развитию станции, она мне кланяется от большого уважения.

Следующим — шлюз. Облачаю аватар в скафандр. К счастью, хоть скафандр выглядит реалистично и похож скорее на современные российские «Орлы», чем на придумки Голливуда, надевается он быстро и незаметно. (Этому есть внутриигровое объяснение: инопланетяне, оказывается, скопировали одну из моделей земных скафандров, потому что не знали, как должно быть устроено жизнеобеспечение для землян, однако доработали ее за счет более совершенных технологий.) Выхожу в шлюз.

— Не забудьте про меры безопасности, — надоедливо напоминает Демьян.

Да уж, не забуду. Вчера — или уже позавчера? — я при таком выходе не пристегнулся, и меня унесло в открытый космос. И я погиб. Нескольких жизней тут нет — что неудивительно, стратегия же. Пришлось выходить из игры и запускать сохранение. Несмертельно, конечно, но неприятно. И так строительство затягивается.

— Пришел ответ на вашу заявку по починке кондиционера в каюте 303-18, — сообщает Демьян. — Проблема касается всей половины коридора, устранение потребует замены труб системы кондиционирования стоимостью сто десять тысяч кредитов. Одобряете?

Вздыхаю. Ну надо же, решил исправить мелочь!

— Что делать, одобряю.

— Вы можете предпринять самые разные действия помимо одобрения, — поправляет меня Демьян. — Одобрение подтверждаю.

Нет, в этот искин точно тихой сапой протащили сарказм и издевку даже при минимальных настройках человечности.

Выхожу на корпус станции. Как хороший мальчик, не только пристегнутый тросом за пояс, но и включив магнитный ботинки на максимальное притяжение. А мне-то что, я все равно не чувствую усталости от того, что аватару сложнее поднимать ноги. Да, полоска выносливости, которая появляется при выходе в космос (или при другой сложной деятельности, вроде помощи в лазарете… есть здесь и такое), убывает быстрее, но мне сейчас много времени и не надо.

Все-таки космос здесь нарисован красиво до невероятия. Особенно он красив вот в этом режиме, когда ты смотришь «из глаз» аватара в виртуальном шлеме. Выглядит почти как будто реальная космическая прогулка. Прямо передо мной — полосатый бок газового гиганта, которому мы обязаны магнитной ловушкой. Сейчас станция, которая движется вокруг него по вытянутой орбите, находится к «хозяину» ближе всего. Напротив нас пролетает над разноцветными полосами составляющих его газов один из крупных спутников — отсюда он выглядит маленьким ярко-алым диском. Сбоку сияет центральная звезда, заставляя носить поляризационный щиток на шлеме.

И все это на черном бархате космоса, который оттеняет планеты, словно их нарочно уложили в коробочку ювелира. Поскольку здешнее солнце бьет мне прямо в глаза, ни одной звезды не видно.

Перебираю ногами по корпусу хаба. Поле зрения перегораживает какая-то техническая загогулина на корпусе. (Точно знаю, что это НЕ маневровый двигатель, те защищены специальными барьерами, и к ним близко подходить нельзя — не из-за излучения, а из-за выхлопа рабочего тела, которым запросто может снести с корпуса). Огибаю ее, и вижу мою Большую Стройку во всей красе.

Как я и говорил, с долгами я расплатился… Несколько игровых недель назад (и уже дня два реального времени). А затем сразу же влез в новые, чтобы построить вот эту вот прелесть.

К кольцу хаба стыкуется сложная структура, чем-то напоминающая корабли Превосходных. Не в том смысле, что она похожа на Звезду Смерти — нет, уж если сравнивать со звездными войнами, то скорее она напоминает имперские крейсеры. Те самые, вдоль которых камера скользит чуть ли не минуту.

Эта дура тоже очень велика. Знакомьтесь, моя новая энергоустановка, очень приятно.

Дело в том, что когда я начал вникать, почему у меня такой гигантский отток денег, то обнаружилось удивительное: оказывается, станция потребляла достаточно мало солнечной энергии (хотя солнечные батареи на ней имелись), а закупала аккумуляторы — что само по себе заставило меня схватиться за голову, когда я представил затраты на транспортировку и прочие накладные расходы! — у Межзвездного содружества. Точнее, у одной из рас Межзвездного содружества, по тендеру. Конкретно для моей станции тендер в последний раз выиграла некая раса под названием (кроме шуток) 3,14. Если верить справочной информацией, эти поклонники числа «пи» славятся на всю Галактику своим умением обжулять, обдурять и исключительно умело торговаться.

Как гласил комментарий Абдуркана Рахмана к их разделу в справочнике, «если после встречи с представителем этого народа вы не обнаружили пропажи в своих карманах, берегитесь: должно быть, у вас вырезали внутренний орган, а вы этого еще не заметили».

В общем, пиздюки — они пиздюки и есть. Хотя выглядят довольно симпатично: более-менее гуманоиды, но с перьями вместо волос. Особенно женский пол привлекателен… Чуть ли не единственная раса, не считая талесианок, у которых нормальные гуманоидные женщины! (Превосходные выглядят тоже весьма гуманоидно, но их женщин никто никогда не видел. Ходят слухи, что либо их женщины абсолютно бесправны — а может быть, даже неразумны — либо они каким-то образом заводят общее потомство с особями другого вида).

Однако какими бы симпатичными вторичными половыми признаками ни были наделены дамы из расы межзвездных мошенников, переплачивать им за электроэнергию втридорога мне не хотелось. Изучив доступные мне опции (точнее, заставив их изучить Демьяна), я остановился на покупке новой энергоустановки класса «Звездный свет-345/МОД». Она была одной из самых дешевых, доступных мне, и поэтому такой громоздкой. Да еще и установка влетела в немалую копеечку — и продолжает влетать, потому что монтировать ее приходится несколько игровых месяцев. Снова не манипуляторами роботов, а руками живых рабочих.

Однако, подсчитав свои ресурсы, я понял, что оплачивать монтаж, скорее всего, смогу себе позволить — но никак не могу позволить себе выложить в десять раз больше бабла разом за энергетическую станцию производства тех же талесианок или, допустим, преи (раса, с которой мне пока сталкиваться не приходилось, но которая должна была заселиться в новый модуль, только сейчас вводимый в строй).

Одно из неудобств этого стратегического решения состояло в том, что раз в игровую неделю (то есть, с моей скоростью игры, примерно раз в сутки), мне приходилось тратить время на ВКД*. Впрочем, надоесть этот маленький ритуал мне пока не успел, наоборот, позволяет немного разгрузить голову от игры и полюбоваться видами, которые, стараниями разрабов, каждый раз менялись.

Ко мне подходит прораб — в отличие от моего аватара, он перемещается по корпусу не семенящими шажками, а широкими непринужденными прыжками, и трос страховки за ним вздымается волнами, как лента гимнастки на олимпийском выступлении. Прораб принадлежит к ящерицеобразной расе соноранцев, и колени у него загнуты назад, как у земных птиц. Очень удобно для прыжков.

Соноранец несет в передних лапах планшет, на котором я должен расписаться, что принял очередной участок работ.

Ритуал отнюдь для проформы: посчитав его таковой, я нагорел в первый раз, когда нечаянно одобрил явно недоработанный участок. Поэтому сейчас придирчиво сличаю то, что написано у соноранца в планшете, с моими спецификациями, провожу визуальный осмотр и даже запрашиваю отчет роботов-фабрикаторов. Впрочем, все это занимает минуты две от силы — еще одно отступление от реализма.

И тут происходит нечто новенькое.

Прораб анимирован как простенький непись — за рамки сценария он никогда не выходит. А тут внезапно, получив мою подпись, он чуть задерживается. У него стоит какой-то крутой поляризационный фильтр, за которым можно видеть лицо и глаза (мой шлем тупо зеркалит, я проверял). И видно, как он скашивает глаза на новенький модуль, который как раз сейчас паучки-фабрикаторы собирают из очередной порции космического мусора.

— Для преи готовите? — спрашивает он.

Этот модуль я заказал как раз перед переключением в режим аватара. Если бы я оставался в режиме демиурга, его бы уже закончили — там модули вводятся в строй почти мгновенно. Но в режиме аватара время идет несколько медленнее.

— Да, для них, — отвечаю я после короткой заминки.