Дискретное очарование машины Тьюринга

Дэн неожиданно проснулся и сощурившись, посмотрел на стоящие у кровати часы. Сейчас было начало четвертого. Он продолжал лежать без движения; меньше, чем через час Дженис нужно было вставать на работу, чтобы к пяти часам, когда начиналась ее смена, быть уже в больнице. Разбуди он ее сейчас, и уснуть бы ей уже не удалось.

Работать в дополнительные смены она могла лишь до тех пор, пока ее коллега не выйдет из декретного отпуска; в конце месяца она должна была вернуться к своей обычной нагрузке. Если к тому моменту он не найдет работу, их сбережений хватит максимум на один месячный платеж по ипотеке. И хотя его бывшие работодатели умели проворачивать свои фокусы с менее крупными суммами, они бы ни за что не предложили Дэну возможность выкупить дом за половину стоимости.

В чем он ошибся? Он никогда бы не смог стать врачом или инженером, однако сантехник, к которому Дэн обращался в последний раз, взял за полчаса работы больше, чем Дэну когда-либо удавалось заработать за целый день. Но он даже не представлял, где теперь взять денег на переподготовку, даже если подходящее заведение было готово принять тридцатипятилетнего выпускника бизнес-факультета, у которого в школьном аттестате стояла тройка по слесарному делу.

Когда Дженис встала, Дэн притворился спящим и дождался, пока она не выйдет из дома. Затем он выбрался из постели, включил свой ноутбук и зашел на сайт JobSeekers. При наличии предложений он бы получил оповещение по электронной почте, но несмотря на это Дэн в сотый раз перечитал свое резюме, пытаясь решить, можно ли его хоть как-то приукрасить, чтобы сделать привлекательнее в глазах работодателей. Раньше упоминание подходящего менеджерского жаргона в описании его обязанностей творило чудеса, но диалект этих галимых коммерсантов мутировал так быстро, что за ним было тяжело угнаться.

Пока он с мрачным видом разглядывал – уже ставшую неуклюжей – прозу, его внимание привлекла реклама на полях. «ВЫ СТАЛИ ЖЕРТВОЙ КОПИРОВАНИЯ НАВЫКОВ?» – вопрошала она. – «ПРИСОЕДИНИВШИСЬ К НАШЕМУ МЕЖДУНАРОДНОМУ ГРУППОВОМУ ИСКУ, ВЫ ПОЛУЧИТЕ ШАНС СТАТЬ ОДНИМ ИЗ ПРЕТЕНДЕНТОВ НА ШЕСТИЗНАЧНУЮ КОМПЕНСАЦИЮ!»

Антивирусная программа не нашла в ссылке ничего подозрительного, и кликнув по ней, Дэн открыл страницу на сайте американской юридической фирмы, «Бейкер энд Сондерс». – «ВАС УВОЛИЛИ, НЕСМОТРЯ НА УСПЕШНЫЙ ПОСЛУЖНОЙ СПИСОК? – прочитал он. – ВАШ РАБОТОДАТЕЛЬ МОГ ИСПОЛЬЗОВАТЬ НЕ ВПОЛНЕ ЗАКОННОЕ ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ДЛЯ КОПИРОВАНИЯ ВАШИХ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ НАВЫКОВ, ЧТОБЫ СЭКОНОМИТЬ НА ОПЛАТЕ ТРУДА, ЗАМЕНИВ ВАС КОМПЬЮТЕРОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ТЕ ЖЕ САМЫЕ ЗАДАЧИ!»

Если последние четыре года за его работой подглядывал специальный софт, то насколько сложно было с его помощью запечатлеть основную суть его взаимодействия с клиентами? Научиться оценивать их настроение и подбирать ответную реакцию так, чтобы заглушить их сомнения? Управляться с этими десятиминутными беседами, пожалуй, было проще, чем по нескольку часов поддерживать у восьмилетки интерес к школьным урокам.

Прочитав рекламу целиком, Дэн открыл второе окно браузера и попытался найти среди местных адвокатских контор те, что готовились к защите по аналогичным делам; если уж на это соглашаться, то лучше, пожалуй, присоединиться к групповому иску в австралийском суде. Но поиск ничего не дал, а американский иск, по-видимому, касался как самой компании Дипити[4] Системс, которая разрабатывала программы для копирования профессиональных навыков и базировалась в Сиэтле, так и различных организаций, использующих ее продукцию по всему миру.

У него не было доказательств, что Трифтокраси обманом заставила его обучить своего бесплатного преемника, но юристы подготовили исчерпывающий список вопросов, ответы на которые позволили бы им в конечном итоге решить, есть ли у него основания для участия в групповом иске. Дэн не мог сказать наверняка, рассчитывали ли они получить судебное постановление, предписывающее Дипити раскрыть список ее клиентов, но судя по рекламе увеличение числа потенциальных истцов на ранней стадии должно было укрепить их позиции при дальнейшем поиске информации для продвижения дела. Кроме того, присоединиться к иску он мог совершенно бесплатно; оплата требовалась лишь в том случае, если Дипити проиграет в суде.

Он взглянул на часы в верхней части экрана. Карли должна была проснуться через полчаса. Щелкнув по ссылке на опросник, он принялся расставлять крестики.

Доставив Карли в школу, Дэн уселся в гостиной и снова открыв ноутбук, занялся поиском всякой мелочевки. Оставшись без работы в прошлый раз, он мог заработать по пятьдесят-шестьдесят долларов в неделю – в основном собирая сборно-разборную мебель для тех, кому на это не хватало времени. Но сегодня TaskRabbit не предлагал ничего, даже после того, как Дэн выставил уровень заработка чуть выше минимума, необходимого, чтобы покрыть транспортные расходы. Стрижка газонов и мытье окон, насколько ему было известно, теперь перешли либо к национальным франшизам, которые старались повысить узнаваемость своего бренда за счет мощной рекламной кампании, но при этом требовали вступительного взноса в несколько десятков тысяч долларов, либо к отчаявшимся людям, которые были готовы получать всего несколько долларов в час и жили достаточно близко к месту работы, чтобы расходы на горючее не сводили их заработок к нулю.

Ему начинало казаться, что присоединившись к групповому иску, он совершил глупость; даже в самом оптимистичном сценарии было сложно представить, что это дело может принести какие-то результаты в ближайшие три-четыре года. И как бы он ни злился при мысли, что мог стать жертвой обмана и лишиться дивидендов, причитавшихся за его скромный набор навыков, сейчас было не время фантазировать о возмещении ущерба. Нужно было сосредоточиться на поиске нового решения, которое бы помогло ему сохранить свою независимость.

Сверлить взглядом ноутбук было пустым делом. Он взялся за уборку дома: подмел и вымыл кафельный пол, пропылесосил ковры – все в ожидании вдохновения. Он уже присматривался к уборке офисов, но эта работа по большей части уже была автоматизирована; если бы он заложил дом, чтобы купить с полдюжины навороченных пылесосов Roomba и поборолся за контракт по текущим ценам, то его заработка, возможно, как раз бы хватило, чтобы выплатить проценты по кредиту, пока сам бы он занялся более кропотливой работой, с которой не могли справиться роботы.

Параллельно со стиркой целой груды белья он вытер пыль, осевшую на шкафах для посуды и книжных полках, развесил постиранные вещи, после чего полчаса ползал на коленях, пропалывая сорняки. Он мог бы вскопать лужайку и целиком засадить задний двор овощами, но это едва бы помогло с выплатой ипотеки – если бы только он не взялся, среди прочего выращивать Cannabis sativa[5] или Papaver somniferum[6].

До встречи с Карли оставался еще час, и ему нужно было как-то убить время. Он снял и вручную постирал все шторы, вспомнив, как сердилась Дженис, когда она в прошлый раз опрометчиво засунул их в стиральную машину. Покончив со стиркой, он подумал было о том, чтобы помыть окна, но на это – если не халтурить – ушла бы как минимум пара часов. Да и на завтра нужно было хоть что-то оставить.

По дороге в школу он заметил на краю дороги человека, одетого в полноразмерный костюм собаки – белый, с черными пятнами, наподобие далматинца. На этой улице располагались только жилые дома, а у пса не было никакой таблички, рекламирующей местную компанию; подъехав ближе, Дэн увидел на земле ведро и резиновый скребок. Костюм был настолько склоченным и грязным, будто хозяин носил его пару недель – а может быть, прямо в нем и спал.

Дэн остановился. Пес придурковато кивнул и, подбежав к машине, стал протирать ветровое стекло грубыми поспешными движениями – при том, что в поле зрения не было других машин. Дэн опустил боковое стекло и запустил руку в бумажник. У него были только пятерка и двадцатка; достав двадцать долларов, он протянул их мойщику. Ретируясь, пес откланялся замысловатой пантомимой.

Припарковавшись на стоянке торгового ряда, расположившегося рядом со школой, он сидел, проклиная собственную глупость. Он только что выбросил на ветер пятую часть недельного бюджета на продукты – но чем больше разгоралась его обида, тем сильнее его мучало чувство стыда. У него по-прежнему была супруга с собственной работой, крыша над головой и чистая одежда, в которой можно было сходить на собеседование. Ему стоило быть чертовски благодарным.

4

– Вам помощь не нужна?

Повернувшись в сторону говорившего, Дэн выпрямился и едва не ударился головой о крышку капота. Рядом с машиной стоял Грэм; позади, в нескольких шагах, его дети играли со своими телефонами.

– Кажется, аккумулятор сел, – сказал Дэн. Платить за техническую помощь на дороге он перестал две недели тому назад; поездки были настолько короткими, что результат, как ему казалось, того не стоил.

– Не вопрос, – весело ответил Грэм. – Моя машина – это один большой аккумулятор. Сейчас я ее пригоню.

Семейство удалилось и через некоторое время вернулось в безукоризненно чистой бирюзовой Тесле, которая выглядела так, будто ее пригнали прямо с выставочного зала. Карли просто стояла и изумленно смотрела на машину.

Грэм вышел из машины, держа в руках комплект проводов.

– А вы уверены, что они… совместимы? – С тем, что его машина не заводится, Дэн еще мог смириться, но если дети Грэма сгорят из-за взорвавшейся Теслы, он этого себе никогда не простит.

– Я установил переходник. – Грэм поиграл концами кабелей на манер барабанных палочек. – Обещаю, ваши свечи зажигания даже не догадаются, что по другую сторону нет никакого свинца с кислотой.

– Спасибо.

Как только Дэн повернул ключ зажигания, двигатель ожил. Дэн оставил его работать и вышел из машины, пока Грэм отсоединял кабели.

– Я как раз хотел попросить Карли завести ее, пока сам буду толкать, – пошутил Дэн, закрывая капот.

Грэм глубокомысленно кивнул.

– Это, может быть, даже вполне законно, при условии, что она не будет снимать машину с нейтралки.

Дэн бросил взгляд на Теслу.

– Похоже, у вас дела идут в гору.

– Полагаю, что да, – неохотно согласился Грэм.

– Значит, вы нашли работу? – То, что он не следовал обычному рабочему графику, не исключало прибыльной работы в качестве консультанта.

– Я фрилансер, – ответил Грэм.

– Я изучал криминалистическую бухгалтерию, пятнадцать лет тому назад. Как думаете, я смогу влиться в работу, если пройду курсы повышения квалификации? – Дэн почувствовал укол стыда оттого, что спросил у едва знакомого человека, который ему не особенно-то и нравился, совета, как стать его конкурентом. Но ведь планете наверняка потребуется больше одного человека, владеющего одними и теми же навыками.

– Я не занимаюсь бухгалтерией, – ответил Грэм. Он огляделся по сторонам в попытке выяснить, кто мог бы услышать их разговор. Но дети были погружены в свои гаджеты. – Я пишу эротические книги на заказ.

Дэн положил руку на капот, желая, чтобы жар двигателя помог ему сохранить невозмутимое выражение лица.

– Вы пишете порно. И это окупается?

– У меня есть спонсор.

– Вы имеете в виду Patreon[7]? Люди подписываются…?

– Нет, клиент всего один, – поправил его Грэм. – По условиям сделки я каждый месяц пишу новую книгу, соответствующую определенным требованиям. Гонорар – пять тысяч. Поскольку моя жена продолжает работать, этого более, чем достаточно.

Чтобы сохранять вертикальное положение, Дэн оперся на машину.

– Да вы шутите, – сказал он. – Вы по электронной почте пересылаете какому-то человеку вордовский документ, и получаете пять тысяч долларов?

– Нет, нет, нет! – Грэм был изумлен очевидной оторванностью Дэна от жизни. – Книгу нужно напечатать, переплести и оформить как подарочное издание. Один экземпляр, с сургучной печатью. К тому же есть и другие статьи расхода – например, торт-мороженое.

Дэн открыл было рот, но так и не смог как следует сформулировать вопрос.

– С помощью 3D-принтера я делаю из мороженого копию одной из сцен в книге – она становится украшением для торта, – объяснил Грэм.

– И что потом? Вы лично вручаете его заказчику? Вы с ним встречались?

– Нет, заказ забирает курьер. Я даже не знаю адрес доставки. – Грэм пожал плечами, будто самым странным во всей договоренности было именно это обстоятельство. – Но я уважаю желание человека сохранять неприкосновенность своей частной жизни.

Дэн не смог удержаться от вопроса.

– О чем была последняя книга? Или все конфиденциально?

– Вовсе нет. Я имею право выпускать их в виде бесплатных электронных книг, через месяц после выхода печатного издания. Последняя называлась «Гражданские розги«[8]. Двое отважных сингапурских подростков организуют протест против телесных наказаний, который в конечном счете разрастается до всемирного движения, свергающего репрессивные политические режимы по всей планете.

– И как это…? – Дэн прервался на полуслове и поднял руки в знак того, что берет свой вопрос назад.

Грэм закончил сматывать провода.

– А как дела у вас с Дженис?

– В порядке, – ответил Дэн. – Как только я подумал, что мы вот-вот лишимся дома, ей достались лишние рабочие часы в больнице. Так что да, мы в полном порядке.

5

– Ты не мог бы оставить телефон в машине? – попросила Дженис, когда они въехали на подъездную дорогу, ведущую к дому ее брата.

– Зачем?

– У Кэллама есть пунктик насчет того…, что они чересчур назойливы, когда люди просто хотят провести друг с другом время.

Дэн отчасти понимал его позицию, но в его намерения не входило ведение прямых репортажей в твиттере прямо с ужина.

– А если няня позвонит?

– Я взяла свой, поставила на вибрацию.

– Как ты почувствуешь вибрацию, если он лежит у тебя в сумке? – Впервые за долгое время она оделась, как подобает для вечернего визита, и Дэн был почти уверен, что карманов у нее нет.

– Я зафиксировала его под рукой, – ответила Дженис.

Дэн фыркнул от смеха.

– Ты мне просто голову морочишь. Я беру свой.

Дженис подняла руку и дала ему пощупать. Каким-то образом она прикрепила его к своему бюстгальтеру.

Дэн был впечатлен; его совсем не было видно.

– Если нам когда-нибудь придется взять на себя роль информаторов, ты будешь носить прослушку.

Лидия поприветствовала их у двери. Когда она поцеловала Дэна в щеку, ее неподвижная улыбка показалась натянутой и неискренней, будто она пыталась сказать, что в доме орудует банда головорезов, и ее муж сейчас сидит под дулом пистолета. Дэн чуть не спросил ее, в чем дело, но она обратилась к Дженис, ввернула в разговор какую-то шутку, и Дэн решил, что это был всего лишь обман зрения.

Когда они сели в гостиной, Дэн заметил, что в ней не было ни телевизора, ни старого музыкального центра. Зато стоял проигрыватель, на котором звучала какая-то пластинка, и хотя Дэн не смог узнать исполнителя, он был почти уверен, что эта музыка написана как минимум в эпоху компакт-дисков.

– Смотрю, вы обзавелись элегантным ретро, – пошутил он.

В ответ Лидия неуклюже развела руками, отмахнувшись от его ремарки и в то же время придав ей куда большую важность, чем в нее намеревался вложить сам Дэн.

– Дайте-ка я проверю, как дела на кухне, – сказала она.

Дэн повернулся к Дженис.

– Что с ней такой? – прошептал он. – Что-то случилось? – Он знал, что Кэллам потерял работу в аптечной сети, но с того момента прошло уже восемь или девять месяцев.

– Если они захотят тебе рассказать, то расскажут, – сказала Дженис.

– Резонно. – Лидия и Кэллам наверняка искали возможность хотя бы на один вечер забыть о своих печалях, а ему следовало подумать, прежде напоминать ей, пусть даже и неумышленно, о вынужденной продаже кое-каких вещей.

Кэллам, слегка навеселе, ненадолго прошмыгнул в гостиную, чтобы поздороваться, после чего извинился и вернулся на кухню, бормоча под нос, что не хочет, чтобы на плите выкипело какое-то блюдо. Дэну потребовалось несколько секунд, чтобы осознать всю странность этой реплики; он уже бывал у них на кухне: конфорки плиты – так же, как и у них с Дженис – были оборудованы датчиками, исключавшими какую бы то ни было возможность выкипания. Можно ли выручить с продажи подержанной электроплиты достаточно денег, чтобы купить более старую модель и получить в остатке сумму, которая бы оправдала подобную сделку?

Когда они сели в столовой и приступили к еде, затеяв непринужденную беседу, Дэн вежливо улыбался, но не мог отделаться от чувства обиды. Обе пары пытались свести концы с концами, но он ничего не скрывал от Кэллама и Лидии. Какой смысл заводить семью и друзей, если ты не можешь разделить с ними их заботы?

– Так что, ты уже начал варить мет? – спросил он у Кэллама.

Дженис насмешливо фыркнула.

– Ты выдаешь свой возраст.

– Что? – Дэн был готов поклясться, что всего несколько недель тому назад видел заголовок о настоящей эпидемии метамфетамина.

– Есть микроструйное устройство размером с почтовую марку, которое стоит всего сотню долларов и может синтезировать как минимум три миллиарда различных молекул. Чтобы научить его варить мет, нужно просто загрузить подходящий софт и влить кое-какие исходные компоненты, у которых так много законных способов применения, что их невозможно ни запретить, ни отследить.

Дэн моргнул и попытался хотя бы отчасти не ударить в грязь лицом.

– Что такое почтовая марка?

Время за ужином шло, и чем дальше, тем быстрее Кэллам наполнял и опустошал свой стакан с вином. Дэн сослался на то, что ему нужно вести машину, но по правде говоря, решил полностью отказаться от выпивки как таковой; она была роскошью, в которой он не нуждался, и ему самому было бы проще не делать исключений. Он следил за хозяином дома с виноватым восхищением, думая о том, может ли легкое опьянение поспособствовать раскрытию проблем, о которых его сестре нельзя было рассказывать посторонним.

– Из нас выйдут отличные домашние питомцы[9], – ни с того ни с сего сказал Кэллам, покачивая головой в такт музыке, которую слышал он один. Дэн глянул на Лидию, подумав, станет ли она упрашивать его не начинать петь, но ее выражение лица говорило, скорее, о том, что в подвале скрывается убийца-психопат, нежели о том, что ее муж собирается спьяну устроить караоке.

– Что вы от меня скрываете? – сказал Дэн. – У кого-то нашли рак?

Кэллам рассмеялся.

– Если бы! Я мог бы принимать лекарство, просто облизывая тыльную сторону почтовой марки.

– Что тогда?

Кэллам замешкался.

– Иди за мной, – решил он.

– Не надо, – сказала Лидия. Но она все-таки обращалась к Кэлламу, а не к Дэну, поэтому он не посчитал нужным прислушаться к ее словам.

Кэллам проводил Дэна в свой кабинет. Там было множество книг и бумаг, но ни одного ноутбука или планшета.