Хирургия Плоти

— Я не верила своим глазам, — продолжала Мэриэн. — Прихожу я как-то домой пораньше, а там Уилли с этой девицей с первого этажа — готовится отжарить её сзади.

Сзади, — подумала Джойс. — Скотт тоже делал подобное?

Кзанек назвал пять его последних подружек, еще четыре были под подозрением.

— Ваш муж ходит на сторону, мисс Липник, настоящий кобелина, — сказал он, довольный после расчета по схеме «двести долларов сутки». — Впрочем, для такого смазливого парня это неудивительно.

Неудивительно. Джойс была вне себя от гнева. Я дала ему машину, прекрасный дом, деньги, кредитки, не говоря уж о любви, а он отплачивает мне тем, что развлекается с какими-то потаскухами!

— Ну вот скажи мне — Ди повторила в спрятанный «жучок». — Что тут делать женщине?

Джойс она нравилась. Если бы не одно «но».

Она нажала на кнопку интеркома.

— Ди, я забыла сказать тебе. Оформи прекращение действия медицинской страховки Скотта. Прямо сейчас.

Повисла пауза.

— Прекращение, мисс Липник? Я думала, что Скотт в отпуске.

— Нет, Ди, он уволен. Что хорошего в посыльном, который постоянно опаздывает, чуть ли не каждый день? И я хочу, чтобы письменные показания по делу «Эйр Нэйшнл» были на моем столе через час. Я буду выглядеть очень глупо, если не смогу пойти в суд и устроить тем идиотам перекрестный допрос по предшествующим показаниям свидетеля. И не забывай, у нас всего лишь неделя, чтобы раздобыть предварительный наказ присяжных по аппеляции «Джи-Эй-Экс Авионикс».

— Да, мисс Липник.

Джойс разъединилась и переключилась на «жучок».

— Ты слышала эту хрень? — Ди прошептала Мэриэнн — она уволила Скотта!

— Он был такой милашка — сокрушенно произнесла Мэриэнн. — Какое лицо, какое тело, господи!

— Кому ты рассказываешь!

Шепот Ди стал на тон выше.

— У этого парня хватало сил на целую ночь. Это было невероятно.

— Ди! Ты хочешь сказать ты… Со Скоттом?

— И не раз — она захихикала. — Скажем так, мой отпуск по болезни длился целый год, и за это время в гостинице «Редженси Инн» изношенных кроватей поприбавилось.

— Ди!

Но даже эти новости Джойс не расстроили. Не сейчас. Никогда больше, решила она. Что надо было делать женщине, девчонки? Хотела бы я с вами поделиться, потому что я сделала это. А что касается Ди… Легкомысленная маленькая шлюха. У Джойс на руках был козырь — она могла бы уволить Ди хоть на следующей неделе.

— Дорогой?

Джойс поставила на пол сумку с судебными делами и отворила дверь в стальной раме, ведущую в спальню. Она решила, что такая дверь подходила как нельзя лучше. Тюрьмой для Скотта стала спальня. Поэзия правосудия в чистом виде.

Он ждал её в кровати.

— Милая, как же я по тебе соскучился.

Его сильные руки тянулись к ней. Она подумала: До чего же он милый. Как я могу на него злиться? Она решила не трогать Ди. Все закончилось. Он больше не будет ей изменять. Вместо этого она скинула туфли, забралась на роскошную кровать, и он обнял её.

— Я соскучилась еще сильнее — прошептала Джойс.

— Ага — его поцелуй поглощал её; он прогнал прочь все неприятности прошедшего дня. Заставил забыть её обо всём. За какие-то секунды она уже пылала желанием. Его язык блуждал по её рту. Его руки — сильные, уверенные, настойчивые — стягивали с неё джемпер, за ним последовала шелковая блуза «Эван-Пикон». Проворные пальцы высвободили грудь из лифчика и сжали соски. О Боже, любовь моя, — промелькнула неуловимая мысль. Его рот высасывал дыхание из её груди.

— Детка — прошептал он. — Пожалуйста.

Тогда её поцелуи начали спускаться вниз. Руки Скотта стянули с неё юбку, пока Джойс играла своим язычком с его сосками, затем все ниже, ниже.

— Дорогой… — Его пальцы уверенно вплелись в ее завитые черные волосы. — Ты меня любишь? — спросила она и взяла член в рот, прежде чем он успел ответить. Скотт изогнулся, постанывая. Она сосала медленно и сильно пока её пальцы сжимали его яйца — тяжелые, больше и тяжелее куриных. — Ты меня любишь? — снова. — Дорогой, ты любишь меня?

Снова и снова.

— Да — его дыхание участилось. Её язык блуждал вокруг головки, лаская самый кончик. Джойс избавилась от трусиков, и от этого Скотт заерзал только сильнее.

— Джойс, дорогая, я так тебя люблю.

— Правда, на самом деле?

— Да!

— Тогда покажи мне это.

Джойс подползла к нему, затем подставила киску прямо к его рту. Она обильно текла и закатывала глаза от удовольствия.

— Ты такая вкусная — прошептал он.

Многими часами спустя Джойс лежала удовлетворенная и восхитительно раскрасневшаяся. Она потягивала мелкими глотками «Перье-Жуле» и смотрела, как он спит. Такой прекрасный, такой любимый. Фотографии Кзанека вновь встали перед глазами. А как же Ди? Не думай об этом. Шлюшка. Джойс была готова раскричаться при мысли о том, что Скотт с другой. Эти сильные руки, мощный торс, плечи, и спина, и роскошный изогнутый член. С кем-то еще? — думала она. Нет, больше никогда. Кто мог обеспечивать его лучше Джойс? 400 тысяч в год, великолепный дом на берегу моря и все что он только пожелает. И любовь, размышляла она. Настоящая, зрелая, вдохновляющая любовь. Она никогда не была с мужчиной, похожим на него: таким страстным, таким ловким. Его способность чувствовать её — её настроение, её потребности, её желания, была почти духовной, и оргазмы, до которых он её доводил — дюжина жарких бренчащих подарочков каждую ночь, выжимали из нее удовольствие как теплую воду из губки. Часто он занимался с ней любовью до тех пор, что она потом не могла пошевелиться. И он все поймет, когда придет время. Когда он станет старше и поймет, что Джойс знала, как для него будет лучше. Именно это имело значение. Это правда, — думала она. Позже она проснулась, услышав шепот.

— Дорогая? — руки Скотта обняли её теплую плоть. — Дорогая? — Он рылся носом в её груди, поглаживал её спину и ягодицы. — Ещё разок — прошептал он.

Сердце Джойс еле билось от усталости.

— Не думаю, что меня хватит на еще один раз. Ты меня совсем вымотал!

— Хватит — настаивал он, — я же знаю.

Он перекатился и оказался сверху, завел её руки ей за голову и вошел.

— Мне нравится, когда ты кончаешь.

Нежный бурав из плоти уверенно вонзался в нее и выходил обратно. Джойс почувствовала себя наэлектризованной. Её грудь набухла, соски раздулись. О, ее хватит на еще один раз. Снова и снова. Её руки сжимали его мускулистый зад, когда он входил в неё, его член — всегда такой крепкий, такой большой, такой знакомый, бурил её, не ослабевая. Оргазмы как сладкие сны угасали в ней, а их нити уносили её далеко, охватывая ее мощными спазмами. Я в раю, — убедила она себя. — В раю каждую ночь.

Когда он кончил, Джойс лежала неподвижно, вся в поту и семени, которое текло по ее телу. Скотт приобнял её, успокаивая её разгоряченные груди, орошая шею поцелуями.

— Джойс, знаю я плохо поступал раньше — прошептал он.

Нет, — подумала она, — пожалуйста.

— Но я правда люблю тебя. Я бы ни на кого тебя не променял. Пожалуйста, поверь мне, дорогая…

Пожалуйста, не надо.

— Но я схожу с ума от того, что вынужден весь день ждать тебя здесь в одиночестве. Каждый час без тебя — это целая неделя.

Джойс начала терять присутствие духа.

— Дорогая, прошу тебя, выпусти меня.

Она погладила его по волосам, прикоснулась к лицу.

— Выпущу — пообещала она. — Выпущу.

Но это обещание, как и почти все обещания любовников, было ложью. Она знала, что никогда, ни за что на свете не сможет отпустить его.

Их утренний ритуал: завтрак в постели. Нагие, они вяло кормили друг друга, прижавшись телами друг к другу — яйца бенедикт, иранская икра на тостах, цикорий. Затем она принимает душ и одевается. Она всегда одевается медленно, зная, какое удовольствие это доставляет Скотту. Так она чувствует себя сексуальной, очаровательно похотливой.

— Ты так прекрасна — произносит он. Его ясные, по-детски голубые глаза сосредоточены на ней с кровати. — Мне скорее всего придется передернуть.

— Как тебе не стыдно! — говорит Джойс с хитрой усмешкой на лице. Конечно, он ласкает себя. Все мужики это делают. Думает ли он о ней в этот момент? Смотря ему в лицо, она напяливает лифчик, затем подразнивая натягивает колготки.

— Я хочу, чтобы ты приберег это для меня. Каждую каплю.

— Ну… — oн, улыбаясь, взглянул на неё. — Я постараюсь.

Она зашнуровала свою юбку в цветочек, затем застегнула на пуговицы топ с разрезом от «Жакар».

— Дай мне что-нибудь, — сказал он.

— Что?

— Твои трусики.

Джойс покраснела.

— Скотт, я не могу идти на работу без…

— Можешь. Пусть они останутся у меня, тогда я смогу думать, как ты сидишь в офисе без трусиков. Я буду думать весь день о твоей чудесной киске и о том, что мне чертовски хочется ее вылизать.

Боже мой! Джойс еще сильнее залилась краской. Когда он говорил такие непристойности, у неё не было сил сопротивляться. Она сняла свои трусики и бросила их Скотту, который поймал их в воздухе и быстро прижал к груди.

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Не сильнее, чем я тебя — заверила она, и подтвердила свои слова тем, что, уходя закрыла за собой массивную дверь на замок. В любом случае это ради его же блага. Жестоко, да. Крайне жестоко, конечно. Но, предоставь его самому себе, и Скотт изменил бы ей с первой попавшейся бабой. Ну что это за жизнь? — спросила Джойс себя. — Кем он станет? Кроме внешности у Скотта не было ничего. Образование почти никакое, водить умеет и того меньше. Без помощи Джойс, он так бы и оставался всю жизнь ничтожеством. Когда-нибудь он поблагодарит меня.

Джойс направила «порш» на подземную парковку конторы, затем зацокала каблуками прямиком к лифту. Конечно же, если удерживать человека в собственной спальне, можно нарваться на неприятности с законом. Но зачем волноваться? В комнате установлены окна фирмы «Лексэн» в стальные рамы, все двери закрыты, И дом, стоящий на берегу моря, располагался так далеко от всего, что он мог кричать до посинения и никто бы его не услышал.

— Доброе утро, мисс Липник, — Ди и Мэриэнн в унисон поприветствовали её, когда она вошла в офис.

— Доброе утро, девочки, — Джойс подавила позыв нахмуриться перед Ди, чья грудь явно намеревалась разорвать блузку. Если у нее когда-нибудь будет ребенок, — решила Джойс, — он умрет от передозировки молока. — Не забудь о документах Дилэни, Ди, они нужны мне сегодня же.

— Да, мисс Липник.

— И тот наказ по делу «Ди-Эй-Экс».

— Хорошо, мисс Липник.

Белобрысая сучка. Думает, что может увести любого мужика благодаря только лишь своим огромным сиськам. В своем кабинете Джойс изучала в зеркале собственную грудь. Сейчас она выглядела отлично — импланты за 5500$ не давали ей обвиснуть. Что касается ужасного целлюлита, то старый добрый доктор Липосакция сделает все как надо. Скотт настолько красив, что Джойс считает себя просто обязанной поддерживать свою привлекательность. Сейчас тебе 51, Джойс, и моложе ты не станешь. Скоро наступит время для очередной подтяжки или химической чистки. Слава тебе Господи, что существуют пластические хирурги. Но девушки прервали её рассуждения. Она нажала на кнопку интеркома.

— Мэриэнн, зайди пожалуйста ко мне в кабинет.

— Да, мисс Липник. — отозвалась секретарша чуть погодя.

— Проходи, и закрой дверь. — Джойс встала, слегка опьяненная. — Это может прозвучать глупо, Мэриэнн, но мне нужно твое мнение по поводу кое-чего. Только честно.

— Конечно.

— Я… — вопрос повис в воздухе. — Как ты думаешь…

— В чем дело, мисс Липник?

— Я хочу спросить, я хорошенькая, как ты считаешь?

Молоденькая секретарша занервничала.

— Ну, еще бы, мисс Липник. Вы очень привлекательная женщина. По правде говоря, на днях я слышала, как кое-кто из партнеров обсуждал, почему такая красивая женщина до сих пор не замужем.

Джойс расслабилась.

— Ну, спасибо, Мэриэнн. Очень приятно, что ты рассказала мне об этом. Не говори никому пожалуйста о нашем разговоре.

— Конечно же, мисс Липник.

Мэриэнн вышла. Джойс села обратно и подумала: ну вот, видишь? Нет поводов так переживать. Тем не менее, она включила «жучок».

— Ди! Ты ни за что не угадаешь, о чем меня расспрашивала эта сука!

У Джойс отвисла челюсть. Так это она сука?!

— Она спрашивала у меня, хорошенькая ли она.

Ди весело расхохоталась.