Хроники 1340–1350

Как только англичане прибыли под Бержерак, они начали штурм. Их лучники стали так часто и дружно стрелять, что никто не осмеливался выглянуть из-за укреплений, а следом за ними в наступление двинулись латники. Там был штурм, большой и удивительно мощный, ибо англичане, совсем недавно приехавшие в этот край, были еще полны сил и старались хорошо себя выказать, дабы снискать милость своего предводителя. В то же время французские гасконцы, находившиеся в предместье, оборонялись стойко и доблестно. И длился этот штурм, с постоянными схватками на копьях, перестрелками и приступами, до самых поздних сумерек. Наконец, благодаря своей упорной настойчивости, англичане захватили предместье. Все добрые латники, которые там оборонялись, были вынуждены отступить и уйти в пределы самого города. И знайте, что это отступление сопровождалось жестокой и лютой схваткой, и множество дворян подвергалось великой опасности. В частности, там был убит один знатный гасконский барон из Перигора, коего звали монсеньор Юг де Мирпуа[461]. Он не смог сдаться в плен, ибо мессир Готье де Мони приказал не щадить его. Причину этого я вам объясню, когда мы подойдем к рассказу о завоевании Ла-Реоля.

На подходе к городу Бержерак была очень большая, яростная погоня, и многие люди были убиты и ранены. Тем не менее почти все гасконские дворяне отступили и укрылись в городе. Затворив ворота, они заперли их на засовы. Тогда англичане расположились в предместье и, завладев большой добычей, провели ночь весьма весело.

Когда настало утро, они вооружились и построились, чтобы штурмовать Бержерак, и был в тот день очень упорный и продолжительный приступ. Англичане заполнили часть рвов в самых слабых местах обороны, чтобы иметь возможность подходить к стенам и, орудуя кирками, выламывать из них камни. Вечером они оставили рвы в этом положении, чтобы следующим утром вернуться назад.

Горожане Бержерака ясно видели, что им грозит беда: предместье взято, а город — в большой опасности. Тогда они толпой пришли к графу де Л’Илю и сказали, что, на их взгляд, долго продержаться они не смогут, а потому намерены сдаться, выговорив безопасность для себя, своих жен, детей и имущества.

Граф их выслушал, но ответил не сразу. Отведя дворян в сторону, он спросил, как лучше поступить. Там состоялся обмен многими речами и мнениями. Некоторые хотели удерживать город до последнего, не считаясь с волей горожан, и говорили, что они достаточно сильны, чтобы выстоять и отбить все приступы. А другие, боясь опасности, говорили, что это невозможно. Наконец, обсудив и взвесив все «за» и «против», рыцари решили уйти и предоставить жителям Бержерака самим договариваться с противником, ибо они опасались измены с их стороны. Затем французские сеньоры велели седлать коней, собирать и грузить снаряжение. Примерно в полночь они покинули Бержерак и ехали до тех пор, пока не прибыли довольно ранним утром в укрепленный город Ла-Реоль.

Им открыли ворота, и они въехали. Все воины расположились на постой в городе, а граф де Л’Иль — в замке. Он вовсе не собирался на этом успокоиться. Созвав баронов на совещание, он велел, чтобы каждый поразмыслил и высказал свое мнение, как лучше бороться с английским вторжением. В итоге согласовали и решили, что все графы и бароны возьмут определенное количество латников, разъедутся по крепостям и будут вести гарнизонную войну. Так они сильней досадят англичанам и лучше защитят свою страну, ибо у них не хватает сил для сражения в чистом поле.

Было решено, что граф де Л’Иль останется в Ла-Реоле с некоторым количеством латников, граф де Комменж отправится назад в свою землю, чтобы обеспечить припасами свои крепости и создать рубеж на пути англичан; мессир Бертран де Пре[462] направится в замок Пеллагрю[463]; граф Перигорский уедет к себе в Перигор, чтобы стеречь границу; сенешаль Тулузы[464] поедет в Монтобан[465]; виконт Кармэнский — в Оберош[466]; мессир Филипп де Дион[467] — в Монтагре[468]; вигье Тулузский[469] — в замок Ланго; сир де Монбрандон[470] — в замок Модюран[471]; мессир Анри де Клиссон[472] — в Ламужи[473]; монсеньор Жерар де Пре[474] — в Лалиен[475]; монсеньор Анри, виконт де Бокантен[476] — в Себилак[477]; монсеньор Робер де Мальмор[478] — в замок Бомон[479]; монсеньор Жан де Ле-Порт[480] — в замок Лак[481]; монсеньор Рено де Дион[482] — в башню Прюдэр[483]; монсеньор Карл де Пуатье — в Пенн-ан-Аженэ[484].

Так разослал граф де Л’Иль всех дворян по разным крепостям и велел хорошо обеспечить их запасами продовольствия и военного снаряжения.

Однако вернемся к рассказу о графе Дерби, который находился под Бержераком. Когда настало утро, он и другие английские сеньоры стали готовиться к большому штурму. Однако горожане, которые вовсе не хотели испытывать судьбу, предложили графу заключить какое-нибудь соглашение. Они договорились, что город будет сдан в обмен на безопасность их жизней и имущества, и впредь они должны будут вести себя как добрые англичане. С этим условием ворота были открыты, и названный граф вошел в город со всем своим отрядом[485].

Англичане отдыхали в Бержераке три дня, а на четвертый выступили в путь.

Глава 99

О том, как граф Дерби захватил многие города и замки в землях Гаскони

Когда граф Дерби принял клятву верности и оммаж у именитых горожан и простых людей, то оставил им надежного капитана, монсеньора Джона де Ла-Зуша[486]. Перед тем как выступить, граф потребовал у сеньоров совета: какую дорогу избрать — на Тулузен, вдоль реки Жиронды, или на Перигор и Лиль-ан-Гасконь[487]. Тогда они рассудили, что лучше избрать второй из названных путей, а по завершении похода вернуться назад другим путем, вдоль реки. Затем они построились и выступили в сторону Ланго[488] — мощного замка, капитаном которого был вигье Тулузский, весьма опытный воин. Когда англичане прибыли под Ланго, то стали очень сильно его штурмовать. Приступ длился довольно долго, ибо гарнизон держался и оборонялся, как мог. Наконец, замок был захвачен. Кастеляна столь тяжело ранили, когда брали в плен, что он умер три дня спустя; а большинство солдат в городе перебили, ибо они пытались защищаться.

Когда граф Дерби захватил этот замок, то отдал его под охрану одного своего оруженосца, которого звали Эдмунд де Лион[489]. Оруженосец остался там с 20 лучниками, а войско двинулось дальше по направлению к Лаку.

Завидев приближающихся англичан, жители Лака крайне испугались. Уже вскоре они сказали своему капитану, что вовсе не хотят обороняться, ибо сил у них еще меньше, чем у защитников Ланго, и во избежание всех опасностей они сдадутся. Несогласный с этим решением, капитан Лака покинул город и предоставил горожанам управляться самим. Затем он прибыл в Ла-Реоль, к графу де Л’Илю, и поведал ему эти новости.

Между тем граф Дерби со всем своим войском подступил к Лаку. Выйдя ему навстречу, горожане сдались и клятвенно пообещали, что с этого дня и в дальнейшем будут добрыми англичанами. Граф принял у них клятву верности и назначил им доброго капитана, монсеньора Роберта Мултона.

Англичане двинулись дальше, прибыли под Модюран и взяли его штурмом, а затем и замок Ламужи. Те рыцари, которые там находились, были захвачены в плен и отосланы в Бордо. После этого англичане поехали к Пинаку[490] и тоже захватили его, а потом овладели городом и замком Лалиен, в коем они задержались на три дня, чтобы отдохнуть и пополнить запасы продовольствия.

На четвертый день они выступили оттуда, прибыли под Форсак[491] и довольно легко его захватили, а вслед за ним и башню Прюдэр, перебив примерно 30 гасконцев, которые ее охраняли. После этого англичане поехали дальше, в сторону доброго большого города, который назывался Бомон-ан-Лиллуа и относился к владениям графа де Л’Иля. Они пробыли под ним три дня и совершили много приступов, ибо в гарнизоне было довольно много латников и артиллерии. Наконец англичане повели штурм столь хорошо и упорно, что горожане испугались, как бы им совсем не пропасть, и сдались в обмен на сохранность своих жизней и имущества. Наемным воинам было позволено уйти, куда пожелают. В соответствии с уговором, они покинули город и прибыли в Ла-Реоль, к графу де Л’Илю. Тот весьма расстроился, когда узнал, что англичане завоевали добрый город Бомон, но исправить ничего не мог, по крайней мере на сей раз.

Взяв город Бомон-ан-Лиллуа, граф Дерби заставил горожан поклясться, что с этого дня и в дальнейшем они будут добрыми англичанами, и назначил там комендантом одного рыцаря, дабы он следил за горожанами и обеспечивал их полную благонадежность. Этим рыцарем был монсеньор Эдмунд дю Форт.

Затем англичане проследовали далее, подступили к Монтагре и взяли его штурмом. Они разорили весь город и подвергли его уничтожению вместе со всеми окрестными строениями. После этого они прибыли под Лиль — главный город графа де Л’Иля[492]. Там, в гарнизоне, от имени графа находились два рыцаря, которые были друг другу двоюродными братьями, — монсеньор Филипп и монсеньор Рено де Дион. Они очень хорошо выполнили свой долг, охраняя и защищая город, и продержались целых семь дней. Ни один из этих дней не обходился без штурмов, которые продолжались до самых сумерек; и если бы там не было названных рыцарей, местные обитатели пожелали бы сдаться намного скорее, чем это случилось на самом деле.

Наконец монсеньор Филипп и монсеньор Рено де Дион поняли, что англичане осадили город очень крепко и ни в коем случае не уйдут, пока его не захватят. Если Лиль падет, то будет сожжен и разграблен, поэтому лучше на время уступить город англичанам, чем позволить его уничтожить.

Затем два рыцаря спокойно и мудро провели переговоры с графом Дерби и сказали, что сдадут ему город, если местным жителям сохранят жизнь и имущество, а сами рыцари смогут уехать, куда захотят, вместе со своими людьми. Граф, который желал постоянно двигаться вперед и завоевывать всё новые города и замки, дал свое согласие при условии, что горожане Лиля обязуются отныне и впредь быть добрыми и верными англичанами. Для большей надежности ему выдали в заложники шесть именитых горожан, которые были отосланы в Бордо; а названные рыцари уехали в Ла-Реоль. Граф Дерби вошел в Лиль как сеньор, вместе со всеми англичанами. Они задержались там на шесть дней, отдыхая и набираясь новых сил.

После того как гасконский город Лиль был сдан, граф Дерби со всем своим войском поехал дальше и прибыл под Себилак. Местные жители взошли на стены и сторожевые башенки, чтобы защищать свой город. Но когда они увидели приближающиеся знамена и флажки английских сеньоров, то крайне испугались и решили, что нужно сдаться, пока не поздно. И приняли они графа Дерби как сеньора, и принесли ему клятву верности и оммаж. Уезжая, названный граф оставил там сеньора Феррерса за управляющего и капитана.

Затем англичане приехали под Бониваль[493], где находился виконт де Брюникель с доброй сотней гасконцев. Они окружили город и начали его упорно штурмовать, а гарнизон стал обороняться, и провели там англичане три дня, прежде чем смогли завладеть Бонивалем. На четвертый день он был сдан с тем условием, что виконт и все воины гарнизона уйдут, не понеся никакого ущерба, и увезут всё свое имущество. Затем горожане присягнули графу Дерби на верность и поклялись, что с этого дня и в дальнейшем будут добрыми и верными англичанами. Граф назначил там капитаном монсеньора Жана де Мортела[494], чрезвычайно храброго человека.

Так ехал граф Дерби, подчиняя и захватывая города и замки. При этом он не встречал никаких сеньоров или иных людей, которые могли преградить ему путь.

Глава 100

О том, как гарнизон города Перигё совершил вылазку и захватил в плен графа Оксфорда

После того, как замок Бониваль сдался, граф поехал к доброму городу Перигё, выжигая и разоряя всю сельскую местность. Однако в этом городе находился сам граф Перигорский, а также его дядя, мессир Роже, и его зять, сир де Дюрас. И было в гарнизоне добрых 120 латников — рыцарей и оруженосцев — и большое количество других людей.

Когда граф Дерби и его воины пришли под Перигё, то рассмотрели и обсудили, как его можно взять. Они видели, что город очень сильно укреплен, и прослышали также, что в нём хороший гарнизон латников. Поэтому на совете было решено не штурмовать его вовсе[495]. Довольно скоро уйдя оттуда, англичане направились к замку Пеллагрю, капитаном коего был мессир Бертран де Пре. Тем же вечером они заночевали на берегу одной маленькой речки, находившейся в двух лье от Перигё.

Однако случилось так, что граф Перигорский, его брат мессир Робер[496], их дядя, мессир Роже[497], и сир де Дюрас[498] проведали, в каком месте англичане расположились на ночлег. Поэтому вечером примерно 200 латников вооружились, сели на лошадей и выехали из Перигё. Около полуночи они достигли вражеского лагеря и ворвались в него. Убив и ранив многих, они устроили большой погром, прежде чем всё войско поднялось по тревоге.

Гасконцы продвинулись столь далеко вперед, что нагрянули в расположение графа Оксфорда и застали его в тот момент, когда он вооружался. Они напали на него и силой принудили сдаться вместе с тремя или четырьмя рыцарями из его свиты (я точно не знаю). Затем гасконцы осмотрительно отступили в сторону дороги, которая вела к Перигё. Англичане же устремились в погоню. Перед барьерами города разгорелась очень большая, ожесточенная схватка, и много людей там было повержено наземь. Тем не менее гасконцы вошли в город, не понеся большого ущерба и удержав при себе пленников. Тогда вернулись восвояси те англичане, которые участвовали в погоне и преследовании: граф Пемброк, мессир Готье де Мони и сир Стаффорд. Они были крайне расстроены из-за того, что потеряли графа Оксфорда, но исправить пока ничего не могли.

Глава 101

О том, как граф Дерби захватил города Оберош и Либурн, а затем вернулся в Бордо

На следующий день, поутру, англичане снялись с лагеря и пришли под замок Пеллагрю. Окружив его со всех сторон, они начали мощный штурм, а защитники встретили их как добрые воины, ибо капитаном у них был один славный рыцарь, которого звали монсеньор Бертран де Пре.

Проведя под Пеллагрю три дня, англичане совершили множество приступов, но ни в чем не преуспели[499]. Когда сеньоры увидели, что их люди стараются напрасно и не могут взять крепость штурмом, то решили на совете оставить ее и направиться к доброму городу Оберошу, который был более велик, обширен и не так сильно укреплен. Выступив из-под Пеллагрю, они прибыли под Оберош, полностью окружили его и принялись штурмовать, яростно и упорно. Осажденные бились отважно, но англичане так старались, тесня их приступами, что в итоге город был сдан с уговором, что солдаты гарнизона уйдут, не претерпев никакого ущерба, и при этом увезут и унесут свое добро[500]. Горожане принесли графу Дерби оммаж и клятвенно обещали, что отныне и впредь будут добрыми англичанами. Названный граф принял их клятву и, уезжая, оставил в гарнизоне трех добрых рыцарей: монсеньора Франка де Халя, монсеньора Алэна Суинфорда и монсеньора Жана де Лефдаля[501].

Затем англичане прибыли под Либурн[502] — добрый и большой город — и осадили его со всех сторон. Жители Либурна увидели, что англичане ведут осаду с великим упорством, и все окрестные земли покоряются им одна за другой. Поэтому на совете они решили тоже изъявить покорность, чтобы избежать непоправимого урона. И сдались они таким же образом, как и другие, поклявшись хранить верность графу Дерби и быть добрыми англичанами отныне и впредь.

Граф Дерби вошел в Либурн и задержался там на три дня, чтобы отдохнуть и восполнить силы. Сеньоры решили на совете, что на сей раз завершат свой поход и не станут ничего больше завоевывать. Вместо этого, они уделят внимание уже покоренным городам и замкам: восстановят и достроят укрепления, дабы лучше их оборонять в том случае, если военная мощь французов возрастет. Поэтому граф Дерби постановил, что граф Пемброк со своим отрядом отправится в Бержерак и будет находиться там до новых распоряжений; мессир Ричард Стаффорд, мессир Стивен Торнби и мессир Александр Ансель со своими отрядами останутся в Либурне, а сам граф Дерби, мессир Готье де Мони и остальные воины уедут в Бордо. В точном соответствии с этим распоряжением, все отряды разъехались и направились туда, куда было велено.

Когда граф Дерби вернулся назад в Бордо, ему устроили радостную встречу, ибо жителям города справедливо казалось, что он совершил очень удачный поход, коль скоро захватил у французов более сорока городов и замков. Горожане Бордо выказали графу великое уважение, воздали все мыслимые почести и предоставили ему столько продовольствия и снаряжения, сколько он сам пожелал. Дабы снискать у них еще больше любви, граф Дерби принимал всё это с признательностью и развлекался в их обществе[503].

Глава 102

О том, как граф де Л'Иль и другие гасконские сеньоры осадили Оберош

Однако расскажем вам о гасконских сеньорах, собравшихся в Ла-Реоле. Из-за потери стольких городов и замков они были весьма опечалены, и особенно горевал граф де Л’Иль, ибо англичане разорили и опустошили почти всю его землю. Поэтому он решил отомстить при первой же возможности.

Граф проведал, что сеньоры Англии отступили назад, разделились и не держатся больше вместе. Тогда сказал он, что желает выступить в поход и наведаться под Оберош, дабы взять его штурмом или осадой. Проведя сбор гасконских баронов и рыцарей, державших французскую сторону, граф выступил из Ла-Реоля. В его войске было добрых две тысячи латников и семь тысяч пехотинцев с копьями и павезами. Они оставили в гарнизоне Ла-Реоля монсеньора Аго де Бо[504], рыцаря из Прованса, а сами построились в большой походный порядок и двигались до тех пор, пока не прибыли под Оберош и не расположились вокруг него[505].

И скажу вам, что это было большое, превосходное войско. В нем находились все сеньоры, перечисленные ниже: прежде всего, граф де Л’Иль, затем граф Перигорский, мессир Роже де Перигор, граф Комменжский, мессир Карл де Пуатье, граф Валентинуа, виконт Кармэнский, виконт Вильмюрский, виконт Таларский[506], виконт Брюникельский, виконт Мюрандонский[507], виконт Лотрекский[508], сенешаль Тулузы, сенешаль Керсена[509], сенешаль Руэрга[510], сир де Ла-Барт, сир де Дюрас и многие другие бароны и рыцари. Все эти сеньоры держались в своих станах бодро, величаво и приказывали часто штурмовать город Оберош. Однако находившиеся в гарнизоне рыцари — мессир Франк де Халь, мессир Алэн Суинфорд и мессир Жан де Лефдаль — вместе со своими соратниками оборонялись так отважно и умело, что в течение долгого времени не несли никаких потерь.

Вышеназванные гасконские сеньоры велели воздвигнуть перед Оберошем четыре больших орудия, чтобы постоянно бросать и метать в крепость камни и ядра. Вместе с тем они приказывали своим пехотинцам очень упорно штурмовать город, так что его обитатели были чрезвычайно напуганы; и если бы не английские рыцари, находившиеся в гарнизоне, горожане сдались бы, вне всякого сомнения.

Глава 103

О том, как граф Дерби разгромил гасконских сеньоров в битве при Обероше, а затем с добычей и славой вернулся в Бордо

Однако к графу Дерби, находившемуся в Бордо, пришли вести о том, что защитники Обероша оказались крепко сжаты в кольце осады и очень нуждаются в помощи. Если он их не выручит, то может потерять добрый город Оберош и рыцарей, которых туда отрядил.

Граф Дерби вовсе не пожелал оставить это дело без внимания и, собрав людей, направился в Либурн. По прибытии он нашел там барона Стаффорда, монсеньора Ричарда Хебдона и многих других. Сеньоры переговорили о разных делах, и особенно о текущих событиях, которые сильно их затрагивали. Они рассмотрели, каким образом могут поддержать своих друзей, подвергавшихся в Обероше великой опасности, и, не найдя никакого иного выхода, решили поехать в ту сторону и сразиться с французами. Тогда граф Дерби написал графу Пемброку в Бержерак, приказывая, чтобы в такой-то день и такой-то час он был под Оберошем вместе со всеми своими воинами; ибо он, граф Дерби, даст битву французам, которые осадили названный город.

Посланцы срочно выехали в Бержерак, а граф Дерби, мессир Готье де Мони, мессир Ричард Стаффорд и другие воины, будучи уже в полном сборе, выступили из Либурна примерно в таком количестве: 300 латников и 700 лучников. Этим и следующим днем они ехали скрытно, а затем провели в поле еще три дня, постоянно отклоняясь от своего пути в разные стороны, так как ждали и высматривали графа Пемброка с его отрядом — но напрасно. На пятый день они въехали в лес, находившийся на расстоянии одного лье от французского лагеря, и задержались там до самых нон, ничем не выдавая своего присутствия и всё еще поджидая вышеназванного графа, который, к их великому удивлению, так и не прибыл.

Когда граф Дерби увидел, что граф Пемброк не выполнил его приказ и предписание, а до врагов осталось ехать всего одно лье, то потребовал совета: как ему действовать дальше? Там было произнесено много речей. Некоторые говорили, что людей у них вовсе недостаточно, чтобы сражаться с девятью или десятью тысячами человек, которые есть у французов. А другие возражали, говоря, что возвращение без битвы послужит им великим укором, и они потеряют город Оберош вместе со всеми, кто в нём находится. Учитывая всё это, лучше им с честью испытать судьбу и решительно напасть на французов, нежели отступить назад. Тогда рассмотрели они, как это можно удачней сделать. И решили на совете, что поедут вокруг леса, один край которого довольно близко примыкал к французскому лагерю, а затем ворвутся туда — все разом и внезапно. Англичане твердо полагали, что эту атаку лучше всего совершить в сумерках. Затем они подтянули коням подпруги, покрепче пристегнули латы и поехали вокруг леса, соблюдая тишину.

В тот час гасконские сеньоры находились в своих станах и не предвидели такого поворота событий. И вот внезапно появляются англичане, общей численностью примерно в 1200 человек — 400 латников и 800 лучников, все конные и готовые действовать[511]. Пришпоривая коней и выкрикивая «Святой Георгий! Гиень!», они стремительно, все разом налетели на французский лагерь и начали с великой силой убивать, ранить и валить людей наземь целыми грудами. Когда гасконцы увидели, что англичане, примчавшись неизвестно откуда, застали их врасплох и наседают им на плечи, то были весьма испуганы и ошеломлены. И бежали те, кто не имел времени вооружиться, но успел вырваться.

Некоторые сеньоры в великой спешке кое-как вооружились и велели выставить свои знамена в поле, дабы собрать под ними людей. Они начали сражаться с англичанами, отвлекая их на себя, чтобы другие могли вооружиться полностью. Разыгралось великое побоище и очень лютая, упорная битва. Множество гасконцев было сражено, убито и повержено наземь. Тем не менее граф де Л’Иль, граф Перигорский, граф Комменжский и другие сеньоры сели на коней и храбро устремились на англичан. Там совершались прекрасные подвиги; многие были взяты в плен, и многие — красиво спасены. Англичане при этом держались молодцами, а иначе им было нельзя. Ведь они представляли собой лишь горстку людей по сравнению с французами, и потому тем более старались выполнить свою задачу.

Они потрудились столь славно и отважно, что поле боя, в конце концов, осталось за ними. Кроме того, мессир Франк де Халь, мессир Алэн Суинфорд и Жан де Лефдаль вышли из Обероша с сотней латников и вступили в битву. Это подкрепление подоспело к англичанам весьма своевременно.

Там были взяты в плен граф де Л’Иль[512], граф Комменжский[513] и граф Перигорский[514]; и погибли мессир Роже, брат графа Перигорского, сир де Дюрас, виконт Мюрандонский, виконт Брюникельский и виконт Таларский. Кроме того, в плен попали виконт Вильмюрский[515], виконт Кармэнский[516], сенешаль Руэрга, сенешаль Керсена, граф Валентинуа[517]; и были убиты мессир Эмар де Пуатье[518] со своими братьями и виконт Лотрекский[519]. Среди пленных также были сенешаль Тулузы[520], сир де Ла-Барт и два брата де Дион — мессир Филипп и мессир Рено.

Лишь очень немногие гасконцы смогли избегнуть смерти иль плена. Англичанам же выпала большая удача, ибо они захватили в плен более пятисот рыцарей и оруженосцев, не считая графов, виконтов и великих баронов. Ведь под Оберошем собрался весь цвет Гаскони. Англичане были в таком затруднении из-за пленных, что не знали, как с ними поступить. Ибо все без исключения латники захватили по два или три пленника, и даже у лучников их было по одному или по два.

Эта битва под Оберошем состоялась в год милости Нашего Господа 1344, в канун дня Святого Лаврентия, в месяце августе[521].

Для гасконцев этот разгром был очень тяжелым, сокрушительным и обернулся великим ущербом. Ведь они пришли туда с большим и пышным снаряжением, а теперь все утратили — шатры, палатки, припасы, доспехи и другие ценные вещи, коими англичане весьма обогатились.

Тем же вечером, после битвы, англичане вошли в Оберош, очень ликуя по поводу одержанной ими превосходной победы. Они устроили ужин и вволю попотчевали пленников их же собственным продовольствием.

На следующий день, весьма ранним утром, с двумя сотнями копий и пятью сотнями лучников прибыл граф Пемброк, который еще ничего не знал о случившемся. Он был очень сильно огорчен из-за того, что не участвовал в деле, и сказал графу Дерби, что тот должен был его дождаться. Граф извинился и сказал, что не мог этого сделать. В конце концов они помирились и остались друзьями.

Затем на совете было принято решение, что англичане отвезут своих пленников в Бордо. Распорядившись о выступлении, сеньоры оставили в Обероше только монсеньора Алэна Суинфорда, дабы он охранял город. Затем все построились и двинулись в путь. Когда они вернулись в Бордо, их встретили с большим ликованием, и вполне заслуженно. Ведь они привезли с собой весь цвет Гаскони, благодаря чему город Бордо очень хорошо покрыл все издержки, понесенные в том году[522].

Новость об этом стала известна в Англии и во Франции. Английский король, разумеется, был очень обрадован, ибо его кузен, граф Дерби, с самого начала весьма хорошо выказал себя в Гаскони. Король Филипп Французский, напротив, крайне огорчился, услышав рассказ о том, какой разгром постиг его людей, и о том, какие города и прекрасные замки граф Дерби захватил в Гаскони. Поэтому сказал он, что пошлет туда сильное войско, которое сможет отвоевать утраченные земли и захватит еще и другие впридачу.

Когда летняя пора миновала, граф Дерби и другие английские сеньоры совершенно вольготно расположились в Бордо. Уделив внимание своим пленникам, они назначили за каждого выкуп в соответствии с его рангом и денежным достатком. Граф Перигора был отпущен в обмен на графа Оксфорда, а другие вышли из положения, как могли: одни освободились, внеся выкуп сразу, некоторые договорились об отсрочке выплаты, а иные, чьи дела были совсем плохи, остались в плену, как это принято в таких случаях.

Теперь ненадолго оставим рассказ о графе Дерби и его соратниках, чтобы повести речь о короле Англии. Мы еще вернемся к повествованию о названном графе и войнах, шедших в Гаскони, ибо забывать о них вовсе не следует.

Глава 104

Фруассар отрицает достоверность рассказа Жана Ле-Беля об изнасиловании графини Солсбери королем Эдуардом Английским

Прежде вы уже слышали подробный рассказ о том, как король Англии влюбился в графиню Солсбери. Однако монсеньор Жан Ле-Бель в своих хрониках говорит об этой любви более откровенно и менее пристойно, чем это должен делать я. Ведь, если угодно Богу, мне никогда не пришло бы на ум обвинять короля Англии или графиню Солсбери в каком-нибудь низком поступке. Поэтому теперь, в продолжение этой истории, я хочу открыть истинное положение дел, чтобы все добрые люди были спокойны на сей счет и знали, почему я вновь заговорил и вспомнил об этой любви.

Правда то, что мессир Жан Ле-Бель утверждает в своих хрониках, будто король Англии довольно подло обошелся с этой дамой и, как он говорит, исполнил свои желания относительно нее с помощью силы[523]. Однако я говорю, и Бог мне свидетель, что я очень много путешествовал по Англии, живя главным образом при дворе короля, а также при дворах великих сеньоров этой страны. Но никогда я не слышал разговоров о таком гнусном деянии, а ведь я расспрашивал многих, кто знал бы непременно, если бы хоть что-нибудь случилось на самом деле. Впрочем, я даже представить не могу, и это невероятно, чтобы столь высокородный, отважный человек, коим был и остается король Англии[524], так опустился и позволил себе оскорбить и обесчестить знатную даму и знатного рыцаря, очень верно ему служившего всю свою жизнь. Поэтому отныне и навсегда я об этой любви умолкаю. Вернемся к графу Дерби и английским сеньорам, которые находились в Бордо.

Глава 105

О том, как граф Дерби выступил в поход на Ла-Реолъ и попутно завоевал Сен-Базей, Ла-Рош-Мийон и Монсегюр

Английские сеньоры провели в Гаскони всю зиму, временами наведываясь друг к другу и присматривая за своими крепостями. При этом они довольно спокойно владели страной, которая недавно была завоевана и возвращена под их власть.

В следующем, 1345 году, когда подошел месяц май и настала прекрасная пора для того, чтобы жить в полевом лагере и вести войну, граф Дерби призвал к себе баронов Гаскони, которые держали его сторону, а также графа Пемброка, графа Оксфорда, барона Стаффорда, монсеньора Ричарда Хебдона, монсеньора Франка де Халя и всех других, кто вместе с ним прибыл из Англии. Когда все собрались, граф Дерби сказал, чтобы они снарядились, подготовились и созвали своих воинов, ибо он желает выступить в поход на Ла-Реоль и Эгийон, в сторону Тулузена. Ведь они посланы сюда не на отдых, а именно для таких дел. Все с ним согласились.

Разъехавшись по своим гарнизонам, они подготовились и снарядились очень тщательно, без всякого нерадения, а затем собрались к назначенному дню в двух местах — Бордо и Бержераке. Примерно на Пятидесятницу[525] граф Дерби выступил из Бордо с превосходным отрядом латников и лучников и направился в Бержерак. По прибытии он нашел там графа Пемброка, который тоже собрал хороший, красивый отряд. Поджидая всех остальных, они провели в городе Бержераке еще четыре дня. Затем они выступили оттуда, устроили полевой смотр и насчитали в своем войске 1000 латников и 2000 лучников. Соблюдая превосходный строй и порядок, англичане поехали к доброму городу, который называется Сент-Базей[526]. Подступив к нему, они осадили его со всех сторон и начали большие приготовления к штурму на виду у осажденных.

Когда жители Сент-Базея увидели большое количество английских латников в полном вооружении, а также лучников, которые построились перед их стенами и рвами, то весьма испугались. Теперь у них не было никакого желания и намерения обороняться. Поэтому они вступили в переговоры с графом Дерби и сказали, что сдадутся, если он пообещает управлять ими по тем же законам и кутюмам, которые действуют в добром городе Бержераке. Граф обещал им это. Затем он принял клятву верности и оммаж у именитых горожан и вступил в Сент-Базей. Он отдохнул там три дня, а на четвертый день поехал дальше, но оставил от своего имени доброго английского капитана и лучников, дабы они, в случае необходимости, обороняли и защищали город.

Выступив из Сент-Базея, граф Дерби поехал в сторону Эгийона. Однако на своем пути он увидел один замок под названием Ла-Рош-Мийон[527]. Несмотря на то, что в гарнизоне было довольно много солдат и артиллерии, граф отдал приказ о штурме. Тогда английские латники и лучники выдвинулись вперед и начали штурмовать замок, упорно и мощно. В свою очередь, воины гарнизона стали рьяно обороняться, бросая камни, бревна и большие куски железа. Действуя таким образом, они ранили многих из тех, кто лез наверх, что вызвало немалый гнев графа Дерби.

В этом положении замок продержался два дня, а на третий день лучники так доняли оборонявшихся своей стрельбой, что те ясно поняли — им больше не выстоять. Поэтому они предложили сдать замок в обмен на сохранность своих жизней и имущества. Граф принял их условия и, таким образом, овладел замком. Он велел уйти всем иноземным наемникам, которые его обороняли, и разместил в гарнизоне новых людей. Затем он снова выступил в путь со всем своим войском и двинулся вдоль реки Ло. Англичане ехали, пока не прибыли под добрый город Монсегюр[528], который велик и обширен. Кроме того, там стоит очень мощный замок, со всех сторон омываемый рекой Ло.

Придя под Монсегюр, граф Дерби велел, чтобы все его люди раскинули лагерь. Они взяли город в осадное кольцо и обустроили жилища для себя, а также стойла для своих лошадей.

Капитаном города Монсегюра был один добрый рыцарь, коего туда поставил и назначил граф де Л’Иль. Он очень хорошо и усердно порадел о защите города, и местные жители весьма на него полагались. А звали его монсеньор Юг де Батфоль[529].

Граф Дерби провел под Монсегюром 15 дней. И знайте, что за всё это время ни дня не проходило без штурма. По приказу графа были воздвигнуты большие осадные машины, которые денно и нощно обстреливали город, и это очень сильно угнетало защитников. Граф часто им заявлял, что если они сдадутся по-хорошему, то получат помилование, но если будут захвачены силой — он всех предаст мечу, а город полностью сожжет.

Жители Монсегюра боялись потерять свое имущество и не видели никакой помощи на подходе, ибо все великие бароны Гаскони сидели в плену или же были так рассеяны по разным местам, что не могли быстро собраться. Поэтому горожане переговорили со своим капитаном, мессиром Югом де Батфолем, и сказали, что хотят сдаться, дабы избежать всех опасностей. Выслушав их, рыцарь весьма разгневался и сказал, чтобы они оставили всякие страхи, ибо город может продержаться целых полгода, не понеся никакого урона.

Без дальнейших разговоров жители Монсегюра ушли от капитана. Однако уверенности у них не прибавилось, и сидеть в осаде они больше не желали. Напротив, они тайком дали знать графу Дерби, что готовы сдаться.

В одну из ночей горожане схватили своего капитана и посадили в узилище. Затем они позвали графа Дерби, и тот послал к ним монсеньора Готье де Мони с большим отрядом латников. Таким образом, граф завладел и городом и замком. Горожане выдали ему монсеньора Юга де Батфоля, однако он милостиво позволил рыцарю уйти вместе с его людьми, не причинив им никакого ущерба.

Покорив Монсегюр, граф Дерби принял клятву и залог верности у именитых горожан. Пять дней он отдыхал и набирался новых сил, а затем выступил в путь, но, уезжая, оставил в городе одного рыцаря из Гаскони, доброго англичанина, которого звали мессир Дрю дю Сан-Лион[530].

И поехал граф дальше со всем своим войском, разоряя и опустошая страну. Его маршалы и передовые разъезды встречали на своем пути большие селения и городки без коммунальных прав[531], где захватывали множество всякого добра, ибо страна была изобильной, густонаселенной и никогда прежде не подвергалась разорению.

Глава 106

О том, как кастелян мощного замка Эгийона без всякого сопротивления сдал его графу Дерби, а также о том, как названный граф взял штурмом замок Сагра и осадил город Ла-Реоль

Англичане ехали до тех пор, пока не оказались довольно близко от Эгийона[532]. Этот замок — один из самых мощных на свете, а удачное местоположение делает его почти неприступным. Ведь он стоит между двумя большими реками, которые текут с двух сторон от него — одна справа, другая слева — и сливаются вместе возле самого его подножия. Одна из этих рек называется Ло, а другая — Гаронна. На этой же реке Гаронне, но только выше по течению, в семи лье от Эгийона, стоит город Тулуза.

Кастелян Эгийона был наслышан о том, что многие города и замки уже сдались графу Дерби. Поэтому, едва завидев английское войско, он тоже сдался без долгих разговоров[533]. От этого граф и все его соратники испытали куда больше радости, чем если бы захватили для короля Англии 100 тысяч ливров.

Граф велел снабдить замок всеми припасами столь основательно, чтобы он мог служить ему оплотом и убежищем, если потребуется. И казалось графу, что он еще никогда не видел столь красивого, мощного и удачно расположенного замка, как этот. Он назначил там кастеляном одного мудрого, отважного рыцаря, коему весьма доверял. Звали его монсеньор Джон Гомбри[534].

Затем граф взял штурмом еще один очень мощный замок, именуемый Сагра[535], и прямо оттуда прибыл под крепкий город Ла-Реоль[536], управляющим и капитаном которого был мессир Аго де Бо, рыцарь из Прованса.

Глава 107

О том, как жители города Ла-Реоля сдали его англичанам, а местный комендант, мессир Аго де Бо, затворился с гарнизоном в замке

Итак, граф Дерби прибыл под Ла-Реоль и осадил его настолько сильно и плотно, что в город стало невозможно доставить никакого продовольствия.

Однако в гарнизоне было собрано достаточно людей и припасов, чтобы продержаться долгое время. Поэтому граф Дерби приказывал ежедневно донимать его приступами и стычками.

Рыцарь Аго де Бо и его соратники рьяно обороняли город. Очень часто выходя к барьерам, они завязывали с противником перестрелки, стычки и схватки на копьях. Там было совершено множество прекрасных подвигов, и многие были ранены как среди оборонявшихся, так и среди нападавших, ибо такие значительные военные предприятия не обходятся без больших потерь с обеих сторон. Если бы я пожелал описать вам все события, случившиеся под Ла-Реолем, мой рассказ слишком бы затянулся, поскольку граф и его войско просидели там девять недель, и за всё это время не было ни дня без какой-нибудь ратной переделки.

На девятой неделе состоялся приступ — чрезвычайно упорный, мощный и превосходно подготовленный. Англичане велели построить из больших бревен две осадные башни в три этажа. Обе башни стояли на четырех колесах. Для защиты от стрел и огня их бока, обращенные к городу, были полностью покрыты вареной кожей. И помещалось на каждом этаже по сто лучников. С помощью людской силы эти две башни подвели довольно близко к стенам. Ведь, чтобы проложить для них путь, англичане еще задолго до этого засыпали большие участки рвов. Затем находившиеся наверху лучники открыли ожесточенную стрельбу по защитникам города и многих ранили и сразили, так что остальные уже не смели приблизиться к стенам.

Тем временем три сотни воинов находились между этими двумя башнями и разрушали стены, используя большие ломы, кирки и другие орудия. Они быстро выбили и выломали много камней, ибо лучники, которые стояли на верхних этажах, возвышавшихся над стенами, стреляли столь сильно, что никто не осмеливался к ним приблизиться. Штурмуя город Ла-Реоль таким способом, англичане непременно его захватили бы. Но тут именитые горожане, совершенно испуганные, подошли к одним из ворот и попросили, чтобы с ними переговорил монсеньор Готье де Мони или какой-нибудь видный сеньор.

Весть об этом дошла до графа Дерби. Поэтому он посла л туда сеньора де Мони и барона Стаффорда, дабы узнать, что горожане хотят сказать и предложить. Рыцарям было сказано, что горожане Ла-Реоля решили сдаться в обмен на сохранность своих жизней и имущества.

«Видит Бог, сеньоры, — ответили рыцари, — мы не знаем, согласится ли граф Дерби принять вашу сдачу на таких условиях. Упорно обороняясь, вы слишком сильно его разгневали. Сейчас мы пойдем переговорить с ним, а потом сообщим вам о его решении».

Рыцари вернулись к графу, ожидавшему их неподалеку. Сидя верхом на коне, в полном доспехе, он наблюдал, как его лучники ведут стрельбу из осадных башен. Сеньоры пересказали предложение горожан, и граф выслушал их со вниманием. Вначале он хотел настаивать, чтобы горожане безоговорочно сдались на его волю, но потом сказал:

«Милые господа, вы так же, как и я, давали присягу королю, нашему государю, и мы с вами — соратники в этом походе. Возвращайтесь к горожанам и сделайте всё, что сочтете необходимым. Я подчинюсь вашему решению».