Смерть за поворотом

– Вы что-то подозреваете, миледи?

– Считай это здоровым любопытством любознательного ума, – ответила хозяйка. – Или дотошностью старой назойливой кошелки.

– Так-то лучше, миледи, – заметила я.

Она подняла руку и притворилась, что сейчас схватит меня за ухо, а я исчезла прежде, чем нас обвинили в нарушении правил приличия.

* * *

Я бесшумно выскользнула из библиотеки и спустилась вниз, где, использовав старый как мир трюк и напустив на себя страшно занятой вид, смогла беспрепятственно миновать столовую для слуг и выйти через боковую дверь. В огороде Пэйшенс собирала овощи для миссис Раддл, и я, проходя мимо, весело с ней поздоровалась, но то, что я «шла строго по делу», и здесь выручило меня, и служанка меня не остановила.

Спустя несколько минут я появилась во дворе, где увидела Моргана и его помощников, которые закатывали помятое зеленое авто в каретный сарай. Колман отпустил ребят, и они неспешно проследовали мимо меня, стараясь двигаться настолько медленно, насколько это – по их мнению – могло сойти им с рук.

– Кажется, оно не так уж сильно разбито, – заметила я, стараясь привлечь внимание механика к своей персоне.

Тот резко обернулся на звук моего голоса, но, узнав меня, расслабился.

– Да, почти совсем не разбито, – согласился Морган, – и вмятины вполне можно выправить. Честно говоря, на нем, наверное, можно было вернуться в гараж.

– Вам нужна помощь? – поинтересовалась я.

– Я от помощи никогда не отказываюсь, – отозвался шофер, отстегивая крепления капота. – Даже если вы просто побудете рядом – уже хорошо. Обычно люди не любят посещать мастерские. Я ничего не имею против одиночества, но возможность поболтать всегда приветствую. Вы можете подержать это минутку?

Я протянула руку через капот и взялась за ту его часть, которую Колман только что открыл, пока искал поддерживающую распорку.

– Теперь можете отпустить, – сказал он.

Половина капота так и осталась открытой.

– А вы хоть представляете себе, что вы ищете? – спросила я, обходя авто спереди и заглядывая в таинственные механизмы.

– Вы имеете в виду что-то, что могло вызвать аварию?

– Ну да. – Я продолжила свой обход автомобиля.

– Это могло быть все, что угодно, – ответил Морган. – Мог забиться шланг подачи топлива, могли отказать тормоза…

– А такое часто случается?

– Чаще, чем хотелось бы. Машины – великолепные механизмы, но они слишком сложны. Сотни движущихся частей, и все должны работать в гармонии друг с другом, а если хоть одна, пусть самая крохотная, сфальшивит, все пойдет прахом.

– Мне надо больше узнать о том, как работают эти механизмы, если мы действительно хотим наслаждаться нашим «Ровером», – заметила я.

– В принципе, в этом не так уж трудно разобраться, – сказал механик, выглядывая из-под капота. – Взять, например, тормоза. Вы нажимаете вот на эту педаль. – Он показал на педаль тормоза.

– Это я знаю, – сказала я. – А потом мотор вроде как останавливается. Скорее всего, по волшебству.

– Не по волшебству, а по законам механики, – рассмеялся водитель. – Вы нажимаете на педаль, педаль нажимает на рычаг, он тянет за эти тросы, а те, в свою очередь, тянут за рычаги, а потом они уже сжимают вот эти два металлических башмака, которые прижимаются к внутренним стенкам барабана… – Внезапно он замолчал.

– В чем дело? – спросила я, стараясь проследить за его взглядом.

– Видите вот этот трос? – Колман показал на конец троса в том месте, где он торчал из оплетки рядом с тормозным барабаном на правой стороне машины. – Он должен быть соединен вот с этим рычагом. – Морган протянул руку и постучал по креплению с резьбой для конца троса, из которого торчал только коротенький кончик. – Докинс входил в поворот только с одним работающим тормозом – неудивительно, что он не смог остановиться. На небольшой скорости это было бы незаметно, но если он гнал машину, то его торможение было совсем не таким, какого он мог ожидать. А еще оно было неравномерным. Так что неудивительно, что бедняга разбился.

– Трос перетерся? – предположила я.

– Нет, – ответил юноша. – Видите, как выглядят концы? Кто-то его перерезал.

* * *

Я оставалась с Морганом до тех пор, пока он не закончил осмотр механизмов. Других повреждений он не обнаружил, и мы вернулись в дом через огород, в котором на этот раз никого не было. Вымыв руки в бочке возле входной двери, водитель жестом пригласил меня с собой, и мы направились наверх, в библиотеку.

Механик постучал в дверь и шагнул за порог. Он быстро прошел к тому месту, где сидел лорд Ридлторп, а я заняла место возле окна, у которого с книгой в руках устроилась леди Хардкасл.

Когда я подошла, она опустила книгу, и я увидела, что она перечитывает «Женщину в белом»[31].

– Привет, Фло, – сказала моя хозяйка. – Какие новости из гаража?

– Не очень хорошие, миледи, – ответила я, усаживаясь рядом. – Очень похоже на умышленное повреждение.

– Боже! И насколько ты в этом уверена?

– Морган тщательно обследовал авто, и там все в идеальном порядке, за исключением одного из тормозных тросов, который был перерезан.

– Ничего себе! Ты сказала «одного из…»?

– Да, миледи. На одной стороне. Второй был оставлен нетронутым.

– М-м-м, полагаю, что сейчас он докладывает об этом Пройдохе?

– Именно так, миледи.

– Думаю, что эти новости не облегчат состояния его светлости. Он все время винит себя, и возможность свалить вину на кого-то другого ему вряд ли поможет.

Пока хозяйка говорила, лорд Ридлторп и мистер Уотерфорд встали со своих мест и вышли вслед за Морганом, по-видимому, чтобы лично убедиться в том, что он рассказал. Гарри заметил все эти перемещения и, извинившись, покинул поле разговорной баталии, на котором терпел поражение. Он подошел к своей сестре и ко мне.

– Какие новости? – поинтересовался он.

– Кто-то испортил тормоза, – ответила леди Хардкасл.

– Боже мой! – охнул ее брат. – Значит, беднягу Докинса кто-то убил? Но почему?

– Действительно, почему? И сделано это было очень остроумно.

Фэншоу вопросительно взглянул на меня.

– Кто бы это ни был, он испортил тормоз на одной стороне авто, – пояснила я. – Как объяснил мне Морган, если ехать с нормальной скоростью, это было бы незаметно. Например, когда машину перегоняли к гоночной трассе. Но когда за руль садился водитель, подобный Эллису Докинсу, и раскручивал мотор на полную, пытаясь выяснить, как тот будет себя вести, наличие только половины тормозов могло привести к катастрофе.

– Что и случилось, – задумчиво сказал Гарри. – Что, черт побери, и случилось.

– А Морган не знает, когда трос могли перерезать? – спросила миледи.

– В любое время, начиная с полудня вчерашнего дня и заканчивая сегодняшним утром, когда он лично перегнал машины на старт. Все они стояли в каретном сарае, но он был не заперт, а до часа ночи в доме было полно гостей.

– То есть это мог быть кто угодно, – заключила хозяйка.

– Кто угодно из тех, кто разбирается в автомобилях и знает, как перерезать трос, – поправил ее Фэншоу.

– Согласна, – кивнула леди Хардкасл. – Это немного сузит поле поисков.

– Это только так кажется, миледи, – вмешалась я. – Но если хорошенько присмотреться к движущимся частям машины, достаточно легко понять, как их можно испортить.

– А вот я, например, ни за что не смогу этого сделать, – заметил Гарри.

– Ты даже не можешь понять, как набрать чернила в ручку, милый, – сказала его сестра. – Правда, ты у нас страдаешь совершенно особенным техническим кретинизмом. И всегда им страдал. – Она любя похлопала брата по руке. – Но помимо тебя сколько угодно людей могли додуматься, как испортить тормоза на автомобиле. В моем понимании, они не слишком отличаются от велосипедных, и это может сделать любой. Разве я однажды не сделала это с твоим велосипедом, Гарри?

– Сделала, – улыбнулся мужчина. – Я тогда влетел в пруд.

– Я это хорошо помню, – кивнула леди Хардкасл. – Так что подозревать надо всех, кто был на приеме, и всех, кто находится в доме.

– Кроме мистера Фезерстонхоу, – добавила я.

– Правильно. – Моя госпожа вновь похлопала брата по руке. – Всех, кроме Гарри.

– Никогда не думал, что буду так радоваться, что я кретин, – заметил тот.

– У вас есть другие сильные стороны, сэр, – добавила я.

– Конечно, милый, – закончила Хардкасл.

Фэншоу выжидающе смотрел на нас.

– Подожди минутку, – сказала миледи. – Уверена, что мы придумаем что-то еще.

Гарри прочистил горло.

– Пойду-ка я к настоящим дамам, – сказал он и вернулся на свое место.

Моя хозяйка тоже поднялась со своего.

– Пошли, служанка, – сказала она. – Нам надо серьезно поговорить, и мне не хотелось бы, чтобы нас подслушали.

Вслед за ней я вышла из библиотеки и поднялась в ее комнату.

* * *

– …глазами и ушами, Фло, – сказала леди Хардкасл, когда я закрыла за нами дверь спальни. – Ты должна стать моими глазами и ушами.

– Конечно, миледи, – согласилась я. – Вы же знаете, я всегда готова.

– Знаю, знаю. Но проблема, видишь ли, в том… – Она сделала паузу. – Проблема в том, что я хотела бы обратиться к тебе с небольшой просьбой. Я знаю, что мы здесь на каникулах, и при любых других обстоятельствах я ни за что бы…

– Вы хотите, чтобы я подружилась со слугами и, может быть, внесла свой небольшой вклад в их работу?

– Это если коротко. Ты ведь не слишком против? Это будет настоящим благом, если во время приема пищи, например, в столовой будет в наличии еще одна пара ушей. А кроме того, в таких домах, как этот, в лакейской всегда можно услышать пикантные сплетни.

– Я совсем не против, миледи. Честно сказать, я уже достаточно отдохнула – какое-нибудь занятие будет весьма кстати.

– А ты думаешь, что сможешь проделать это, не вызвав подозрений?

– Я уверена, что люди станут что-то подозревать, миледи. Слава о вашей способности раскрывать преступления бежит впереди вас, а меня почему-то считают вашей правой рукой. Уверена, что кто-то – или из членов семьи, или из слуг, или из гостей – будет ожидать, что вы заинтересуетесь подобным случаем, но… Дело в том, что здесь мы вновь возвращаемся к причинам, по которым вы завербовали меня в ваш мир теней – на слуг, как правило, не обращают внимания. Сначала будет какое-то любопытство и подозрительность, я в этом не сомневаюсь, но очень скоро я вновь стану просто еще одним предметом мебели.

– Этого никогда не произойдет, дорогая, но ты обладаешь несомненной способностью становиться своей. Так как мы будем действовать? Хочешь, чтобы я осторожно переговорила с Пройдохой?

– Думаю, это ни к чему, миледи. Полагаю, будет вполне достаточно сказать мистеру Спинни часть правды – что я здорово устала от безделья и хочу чем-то заняться. Персонал всегда подозрительно относится к новичкам, но я еще не встречала бригады, которая отказалась бы от пары лишних рук.

– Бригады? – хихикнула миледи. – Это что, теперь такое собирательное слово для слуг?

– Может быть, и нет, – уступила я. – Но существует же brigade de cuisine[32]. Возможно, это означает «личный состав» или нечто совсем приземленное.

– А может быть, это синоним их услужливости или раболепства? – предложила хозяйка.

– В один прекрасный день это станет синонимом «революции», – мрачно заметила я.

– Не сомневаюсь, – согласилась Хардкасл. – Ну а пока ты согласна с идеей проникнуть в их ряды и сделать так, чтобы тебя назначили прислуживать за «главным столом»?

– Не волнуйтесь, миледи. Когда надо, я становлюсь экспертом по проникновениям.

– Вот именно. Тогда убирайся с глаз моих. И начинай проникать.

– Уже, миледи, – сказала я, поворачиваясь к двери. – Вам ничего не надо?

– Я бы не отказалась от чашки чая, если есть. И может быть, кусочек торта?

– Попробую добыть.

* * *

Внизу работа полностью застопорилась, и все слуги собрались вокруг несчастного Моргана, забрасывая его вопросами. Он увидел, как я вошла в комнату, и молящими глазами попросил меня о помощи. Одна из служанок проследила за его взглядом и обернулась ко мне, толкнув свою подружку локтем в бок. И меня тут же окружили галдящие слуги, которые требовали не только подробностей аварии, но и информации о том, что по этому поводу думают его светлость и его гости, что они говорят и что делают.

В большинстве случаев меня не так легко испугать, но сейчас, окруженная таким количеством задающих вопросы людей, с которыми я вовсе не хотела ссориться, чтобы иметь возможность завоевать их доверие в будущем… Я была несколько подавлена. Почти все они были выше меня, и когда вокруг меня их столпилась целая дюжина, я почувствовала себя так, словно оказалась на дне колодца.

Я искренне старалась ответить на все их вопросы и уже почти взяла ситуацию под свой контроль, когда услышала, должна признаться, с большим облегчением, громкий и четкий голос мистера Спинни, который твердо сказал:

– Достаточно, леди и джентльмены, благодарю вас. Возвращайтесь к своим обязанностям, а с мисс Армстронг мы сможем вновь пообщаться попозже.

Собравшиеся вокруг меня слуги завздыхали и заворчали, а я пожала плечами и улыбнулась им, как бы говоря: «Ну что тут поделаешь? Любящий покомандовать старина Спинни поломал нам все удовольствие». Однако все они, несмотря на свое очевидное нежелание, быстро и послушно разошлись по местам.

Когда комната очистилась – даже Морган воспользовался этой возможностью и смылся, – дворецкий направился к выходу и кивком пригласил меня следовать за ним. Он провел меня коротким коридором, по которому я до этого не ходила, и открыл дверь в свои собственные покои. Его гостиная-кабинет была уютно обставлена. Два мягких кресла стояли по обеим сторонам от небольшого камина, а в углу красовался скромный книжный шкаф. Вдоль одной из стен стоял прочный дубовый стол, на котором располагалась механическая подставка для бутылок.