Уэйн Гретцки. 99. Автобиография

Я познакомился с Голди, когда отправился в «Эдмонтон». Из-за травм он в том году играл не слишком много. И существует явление, характерное для всех хоккеистов: мы стареем. В той команде имелась группа возрастных игроков: Эйс Бейли, Пол Шмир, Дейв Драйден, Билл Флетт. Все они были для меня великими. Поскольку Голди из-за травм играл нечасто, я больше общался с ним не на льду, а за его пределами. Голди был отличным парнем. Он называл меня Малыш. Подобное много значит для новичка.

Тренер «Норт Старз» был вспыльчивым человеком. Никогда нельзя было предугадать, что сделает Рен Блэр. Люди в Миннесоте не слишком хорошо знали, что такое профессиональный хоккей, и Блэр считал, что болельщиков нужно тренировать столь же интенсивно, как и игроков. Если команда плохо играла в большинстве, он стоял на скамейке или у борта, поворачивался к зрителям, махал руками и кричал на болельщиков, выражая таким образом игрокам свое неудовольствие.

Блэр прославился тем, что заключил контракт с Бобби Орром. В сезоне 1959/60 г. Рен руководил «Кингстон Фронтенакс» из Восточной профессиональной хоккейной лиги (ВПХЛ). Эта команда была связана с «Брюинз». Гарольд «Болди» Коттон, который подыскивал талантливых игроков для «Брюинз» (он ранее выступал в НХЛ, а карьеру начинал в 1926 г. в «Питтсбург Пайрэтс» на левом фланге), увидел, как Бобби играет в своей детской команде в Парри-Саунд. «Бостон» в то время строил свою систему фарм-клубов и занимался подбором молодых талантов. Коттон пришел к Линну Патрику и сказал: «Вы должны увидеть этого паренька». В Гананок прибыли несколько человек (и Блэр среди них), чтобы посмотреть на то, как Бобби Орр, которому недавно исполнилось тринадцать лет, господствовал на льду в течение целого часа. Скотти Боумен, который подбирал игроков для «Канадиенс», тоже был там. Он считал, что Бобби настолько мал, что трудно будет понять, насколько хорошим игроком он может стать. Но и Скотти видел, что шайбой весь вечер владел Бобби.

Скотти отправил отчет Кэну Рирдону, бывшему защитнику «Монреаля», который занимался подбором игроков, руководил клубами низших лиг и стал вице-президентом «Канадиенс». Он сказал Кэну: «Знаешь, Бобби действительно умеет двигаться и через год будет готов играть с юниорами». Но Бобби еще даже не учился в девятом классе, поэтому Рирдон ответил: «Мы не берем школьников». (Справедливости ради следует отметить, что восьмиклассника, играющего в юниорской хоккейной команде, и представить было невозможно. Но Бобби это сделал.)

Блэру поручили заниматься Бобби. Во времена, когда драфты еще не проводились, команды НХЛ стажировали молодых игроков в любительских клубах. Это означало, что команды получали права на юных хоккеистов с того момента, как им исполнялось четырнадцать. В этом возрасте игроку предлагали подписать так называемую карту «C». Большинство детей стремились подписать такие карты, поскольку это гарантировало, что хотя бы одна из шести команд присмотрится к этим юным хоккеистам. Но родители Бобби не спешили что-либо подписывать, они хотели, чтобы у него было как можно больше вариантов. Поэтому Блэру предстояла нелегкая работа.

Он договорился, что «Брюинз» будет спонсировать команду Бобби в Парри-Саунде (сумма составляла 1000 долларов в год). В конце концов Блэру удалось выстроить доверительные отношения с родителями Бобби, и в 1962 г. они подписали карту «C». Бобби был в восторге. В свою очередь, это принесло пользу и семье Орров: дом оштукатурили, папа получил машину, а Бобби – 1000 долларов. Он будет играть за «Ошава Дженералз», команду, которую Блэр выстроил почти самостоятельно. Он также был генеральным менеджером чемпиона мира «Уитби Данлопс». Поэтому он знал, что делает, когда помогал формировать состав «Норт Старз».

В 1963 г. НХЛ начала постепенно отказываться от спонсорства команд и провела свой первый любительский драфт среди шестнадцатилетних. К 1969 г. драфт стал всеобщим, и больше не было юных игроков, которые могли в нем не участвовать. К тому времени, когда мне исполнилось столько лет, сколько тогда было Бобби, карты «C» исчезли. Но чтобы участвовать в драфте и выступать потом в профессиональной команде, вам должно было быть двадцать лет. В шестнадцать я был юниором в «Су-Сент-Мари» и не мог играть с профессионалами.

Я хорошо ладил с моим тренером Маззом Макферсоном. Он был отличным парнем. Когда Мазз ушел, его заменил Пол Терио. Пол уделял большое внимание позиционному хоккею, что является хорошим способом развития игроков. Когда Пол работал тренером в «Ошаве», а Марти Максорли играл в «Бельвиль Буллз» в 1981/82 г., Марти принял участие в матче всех звезд, а Пол был его тренером. Он хорошо относился к Марти и многому его научил. Марти просто обожал его.

Не желаю себя нахваливать, но все же скажу, что мне не нужно было начинать с основ. Я изучал хоккей всю жизнь. Когда мне было семь лет и я смотрел с папой «Хоккейную ночь в Канаде», он давал мне ручку и бумагу. Он велел мне отмечать перемещения шайбы линиями на бумаге, не смотря при этом вниз. Это развивало мое периферическое зрение, которое, в свою очередь, помогло мне разработать более творческий подход в игре. Я знал, где находятся ребята, поэтому направлялся туда, где будет шайба. Вот почему стиль тренера Пола Терио плохо мне подходил. Я начал думать о переходе в профессионалы, но юниоры не могли участвовать в драфтах НХЛ.

Мой агент Гас Бадали рассказал мне о ВХА и сообщил о предложении на сумму в 80 000 долларов от Джона Бассетта, владельца «Бирмингем Буллз». Джон строил команду, состоящую из таких замечательных молодых парней, как Рик Ваайв, Мишель Гуле, Крейг Хартсбург и Роб Рамаж: все они – будущие капитаны команд НХЛ, игроки сборной Канады и члены Зала славы. Пол Хендерсон был их ветераном. Мне бы хотелось поиграть с этими ребятами, но Гас счел, что предложение слишком незначительное. И затем он получил предложение от Хартфорда, чтобы я играл в команде с Горди Хоу за 200 000 долларов. Это стало бы исполнением мечты, но предложение отозвали. Владельцы ВХА надеялись, что их команды окажутся в НХЛ, а так как я был слишком юным, они думали, что я не смогу там играть. Наверное, ничто не случается просто так.

Бассетт рекомендовал меня своему другу Нельсону Скалбании, богатому застройщику из Ванкувера, который начинал инвестировать в спортивные команды. Нельсон владел двумя командами ВХА. В 1976 г. он купил «Эдмонтон Ойлерз», но затем продал их в следующем году Питеру Поклингтону. Потом он купил «Индианаполис Рейсерз», исходя из того, что ВХА войдет в НХЛ. Он хотел повысить ценность лиги и решил, что для этого лучше всего приобретать хороших юных игроков. И НХЛ тогда либо возьмет к себе команды ВХА, либо же будет платить им деньги за юных хоккеистов.

Нельсон обратился к моим родителям в июне 1978 г., и вместе с Гасом мы вылетели в Ванкувер на частном самолете Нельсона. Мне было семнадцать, для НХЛ я не подходил по возрасту, но очень хотел играть в профессиональный хоккей. Как только мы прибыли, Нельсон попросил меня пробежаться с ним. Наверное, он так проверял мою выносливость.

Вспоминая детство, когда мне было шесть, семь, восемь, девять, десять и одиннадцать лет, я могу сказать, что играл не только в хоккей. Я с нетерпением ждал лета, потому что любил лакросс и легкую атлетику. Я был большим поклонником легкой атлетики. Даже в десять лет я бегал на большие расстояния (восемьсот метров, полторы тысячи метров) по пересеченной местности. Я тренировался каждый день, и мне это нравилось.

Каждое воскресенье мы ездили на ферму моей бабушки, и первым делом я там надевал кроссовки и принимался бегать по проселочным дорогам. Я пробегал одну милю за другой. Я делал это не для того, чтобы стать хоккеистом, но это увеличивало выносливость и максимальное потребление кислорода. Тому же самому способствовала игра в лакросс в помещении. Мы играли четыре партии в субботу, а на следующий день – три. Каждую партию я играл почти полностью (она состояла из четырех периодов по пятнадцать минут). Иными словами, на каждые выходные приходилось примерно семь часов игры в лакросс.

Годы спустя я играл в «Ойлерз». У Яри Курри всегда был самый высокий показатель максимального потребления кислорода (по этому показателю он был вторым после Пола Коффи), а Мессье всегда находился в невероятно прекрасной форме. Это являлось результатом упорных тренировок и некоторых особенностей их организма. Меня же отличало время восстановления пульса. Им требовалось в два раза больше времени. Я мог, например, полностью восстановиться за десять секунд и снова пойти на лед, а Яри и Полу могло понадобиться двадцать секунд. Это было моей сильной стороной.

В 1984 г., когда я набрал восемь очков в матче против «Миннесоты», после второго периода в раздевалку вошел Глен Саттер и сказал: «Когда захочешь пойти на лед, просто иди. В любой момент». Это был единственный такой случай за всю мою карьеру. Глен всегда давал мне много игрового времени, но только один раз тренер сказал: «Просто иди». В третьем периоде я отыграл четырехминутную смену.

Современные спортсмены находятся в невероятной физической форме. Видя, как защитники играют по тридцать минут, я не могу не восхититься. Помню, как Пол Коффи и Кевин Лоу играли двадцать семь минут. Это по девять минут за период. Чтобы выдержать это, необходимо быть в безупречной форме. Дункан Кит в каждом матче играет двадцать пять – тридцать минут. Это просто изумительно.

Я был центральным нападающим и играл по двадцать одной минуте за матч. И это опять-таки много. По семь минут за период. Семь минут хоккея. Если я играл семь минут, Марк Мессье тоже играл семь, а третий и четвертый игроки могли поделить между собой шесть минут. Но сегодня я вижу центральных нападающих, которые могут играть по восемь с половиной минут за период. Это может показаться небольшой разницей, но каждая дополнительная минута на льду уменьшает на одну минуту время на восстановление. Но они к этому привыкли. Эти парни в прекрасной форме.

Если вспоминать 1978 г., то все эти пробежки и лакросс вывели мою выносливость на высокий уровень. Поэтому, когда мы с Нельсоном отправились на шестимильную пробежку и я после нее был в бодром состоянии, вероятно, это произвело на него впечатление.

В том месяце мы подписали контракт о персональных услугах, который я написал от руки, когда Нельсон диктовал его мне в своем личном самолете. Контракт был на четыре года. Его сумма составляла 550 000 долларов плюс премия в размере 250 000 долларов за его подписание. Если бы произошло слияние НХЛ и ВХА и НХЛ отказалась бы от слишком юных игроков, я мог оставить себе все уже полученные деньги. Хорошая сделка, я был в восторге от подобного предложения.

А вот о чем многие не знают. Хотя я подписал этот контракт с Нельсоном и играл потом в составе «Ойлерз» в ВХА, когда произошло слияние лиг, я чуть было не попал на драфт. Это связано с тем, что сначала владельцы НХЛ не могли прийти к соглашению по поводу приема в лигу команд ВХА.

Они обратились к Лу Нану, давнишнему генеральному менеджеру «Миннесоты Норт Старз», и попросили его поучаствовать во встрече на яхте владельца «Чикаго Блэк Хокс» Билла Уирца во Флориде с целью достижения договоренности. Нан был настоящей легендой. Американец канадского происхождения, он долго пробыл в «Норт Старз». Если бы не он, команда переехала бы в Даллас намного раньше.

Лу предложил следующее: каждая команда ВХА могла оставить себе двух игроков и двух вратарей, а остальные игроки должны были быть распределены по всей лиге. А юных игроков, таких, как я, которые подписали контракт с ВХА, но еще не могли участвовать в драфте НХЛ, выставят на драфт, когда они достигнут соответствующего возраста. Это означало, что «Эдмонтон» не сможет оставить меня у себя.

Затем выступил Фрэнк Гриффитс, владелец «Ванкувер Кэнакс», и сказал, что, если мне не разрешат остаться в «Эдмонтоне», он не поддержит договоренность. Иногда владельцев команд НХЛ незаслуженно критикуют, но думаю, что подобный шаг свидетельствует о том, каким великодушным и заботливым человеком был Гриффитс.

В самом начале «Миннесота» не являлась командой с прекрасной обороной. Но к 1978/79 г. Лу Нан, став генеральным менеджером вместо Блэра, нанял тренером Глена Сонмора, который когда-то был жестким и сильным игроком. Нан считал, что Глен лучший тренер «Норт Старз» за всю их историю. Сонмор вкладывал в хоккей сердце и душу.

В 1978 г. Лу выбрал на драфте Бобби Смита, Стива Пейна, Курта Джайлса и Стива Кристоффа. Это был костяк команды. А затем, когда «Кливленд Бэронз» распались и пришли в «Норт Старз» в том же году, в команде появилось еще несколько ключевых игроков, в том числе вратарь Жиль Мелош.

«Миннесота» уже была сильна в центре поля, а в 1979 г. она выбрала на драфте Нила Бротена, который вместе с Кристоффом участвовал в 1980 г. в матче, получившем название «Чудо на льду», когда сборная США победила сборную СССР. Нил играл в НХЛ семнадцать лет, провел там 1235 матчей и набрал более тысячи очков, в том числе в матчах плей-офф.

В 1979 г. «Старз» выбрали Крейга Хартсбурга на драфте первым (всего они выбрали шестерых). Хартсбург был просто невероятным. Я играл с ним в «Су» в 1977/78 г. (Он будет играть в «Миннесоте» в течение следующих десяти лет. И если бы Крейга не преследовали травмы коленей, паха, спины и бедра, он мог бы стать еще одним Бобби Орром.) Хотя «Старз» не взяли Дино Сиссарелли на драфте, они были достаточно умны, чтобы подписать с ним контракт как со свободным агентом, когда Дино никто не выбрал на драфте в 1979 г.

В 1980 г. Сонмор вошел в историю, когда «Норт Старз» противостояли команде «Флайерз», которую тренировал Пэт Куинн. Когда Куинн был молодым игроком, ему пришлось выбирать между получением стипендии и игрой в низшей хоккейной лиге. Он обратился за советом к школьному учителю физкультуры в своем родном городе Гамильтоне. Этим учителем был Глен Сонмор. Он посоветовал Куинну получить стипендию.

Куинн потом неплохо играл в качестве агрессивного силового защитника (а также был капитаном добавленной команды «Атланта Флеймз»), а затем быстро стал одним из лучших тренеров в лиге, выиграв в 1980 г. приз Джека Адамса как тренер года. Заслужил подобную честь он тем, что его команда «Флайерз» смогла не проиграть тридцать пять матчей подряд (это была самая большая беспроигрышная серия в истории спорта в Северной Америке). Эта серия закончилась в Миннесоте в присутствии такого большого количества зрителей, которое раньше «Норт Старз» на свои игры собрать не могли. «Норт Старз» разгромили «Флайерз» со счетом 7–1 и продолжили свою собственную беспроигрышную серию из двенадцати домашних игр. В очередной раз эти команды встретились в полуфинале. На этот раз «Флайерз» Куинна взяла реванш и выиграла серию со счетом 4–1.

К 1981 г. они совершили еще одну серьезную попытку завоевать Кубок. За всю свою историю «Миннесота» никогда не побеждала «Бостон» на арене «Гарден». Но 26 февраля 1981 г. Глен Сонмор отозвал Лу Нана в сторону и сказал: «Лу, думаю, мы должны сейчас сделать все возможное и показать им, из чего мы сделаны». Нан согласился, и Сонмор сообщил игрокам: «Мы будем бороться с каждым из них всякий раз, как они на нас посмотрят».

К концу матча у «Миннесоты» сидело на скамейке пять парней, а у «Бостона» шесть. Они установили рекорд НХЛ по количеству штрафных минут. Казалось, это стало прелюдией к серии плей-офф. «Миннесота» победила «Бостон», а затем обыграла «Буффало». «Норт Старз» затем встречались с «Калгари Флеймз» (очень хорошей командой) и выиграли у них, что вывело их в финал против действующего чемпиона «Нью-Йорк Айлендерс». «Норт Старз» проиграли первые два матча на Лонг-Айленде, но начали хорошо играть в третьей игре. Батч Горинг сделал хет-трик (два гола были забиты сразу после того, как «Миннесота» играла в большинстве) и переломил ход встречи. «Айлендерз» одержали победу со счетом 7–5 и выиграли серию за пять игр. Но в том году никто не мог победить «Айлендерз». Она проиграла всего три матча в четырех сериях.

Когда Норм Грин приобрел «Норт Старз» у Джорджа и Нормана Ганда в начале 1990-х гг., он уже прославился переводом команд в другие города. В 1979 г. он купил «Атланту Флеймз» и перевел эту команду в Калгари (он оставался ее совладельцем, когда она в 1989 г. завоевала Кубок). Но его решение перевезти «Норт Старз» в 1993 г. в Даллас стало шоком (на тот момент не прошло и двух лет после их неожиданного выхода в финал, где они, к своему несчастью, натолкнулись на Марио Лемье).

Разумеется, у Грина имелись на то свои причины. «Мет Центр», арена «Норт Старз», старел, и там было холодно. Но игрокам этот каток нравился, потому что его лед был лучшим в лиге. Грин утверждал, что теряет деньги, а местное правительство почти ничего не делало для поддержания арены в жизнеспособном состоянии. Грин хотел перевезти команду в Лос-Анджелес, но в НХЛ уже строили планы о партнерстве с компанией Disney в Анахайме. Следующим вариантом Грина был Даллас.

На последний матч «Норт Старз» болельщики пришли с плакатами, на которых были написаны обвинения в адрес Норма Грина. Болельщики ясно выразили свое отношение к нему. Некоторые отрывали сиденья, чтобы взять их в качестве сувениров или куда-нибудь бросить. Сегодня на месте «Мет Центра» находится офис компании ИКЕА, но наследие «Норт Старз» в городе сохранилось. Член Зала славы Жан-Поль Паризе был в составе «Норт Старз» в их первый сезон. Там родился его сын Зак, добившийся больших успехов в лиге – теперь он играет за «Миннесоту Уайлд», вошедшую в состав лиги в 2000/01 году в рамках трехлетней программы расширения. В ходе этой программы к лиге в 1998/1999 г. присоединился Нэшвилл, в 1999/2000 г. – Атланта (ныне Виннипег), а в 2000/01 г. – Колумбус и Миннесота. Ирония заключается в том, что хотя Комиссия по спортивным сооружениям штата Миннесота не стала тратить 15 млн долларов, чтобы сохранить команду, на создание новой команды НХЛ потребовалось 285 млн долларов.

Но болельщики Миннесоты не забыли свою первую команду, а «Старз», в свою очередь, не забыли о своих корнях. В 1991 г. они разработали эмблему, посвященную их двадцать пятой годовщине. На ней был изображен Билл Голдсуорти (в первоначальном зеленом свитере команды), стоящий во время вбрасывания напротив Майка Модано в черном свитере «Даллас Старз».

21. «Окленд Силз»

У Дона Черри много замечательных историй о Бобби Орре. Но есть одна, которую он называет величайшей. Во время одного из матчей в Окленде Бобби удерживал шайбу более минуты, пока его команда играла в меньшинстве. Он ездил за воротами своей команды так, как мог делать только он. У игроков «Голден Силз» не было ни единой возможности отобрать шайбу.

Но затем Бобби увидел открытое пространство, устремился вперед по правому флангу, а затем направился к вратарю Гэри Смиту (с которым я потом буду играть). Бобби попытался забросить шайбу в верхний угол с неудобной руки, но Смит отразил бросок. Ему не удалось удержать шайбу, и она отскочила вверх. К этому моменту Бобби уже объезжал ворота, но увидел отскок, переправил находящуюся в воздухе шайбу под перекладину. По словам Черри, это был единственный раз в истории хоккея, когда обе команды устроили стоячую овацию.

Существует причина, по которой больше подобных оваций не происходит. Хоккеистов учат никогда не сдаваться. Вы можете проигрывать по ходу матча, но все может измениться. Я не обвиняю игроков «Силз». Я уверен, что гол Бобби Орра произвел бы такое же впечатление и на меня. Но если вы останавливаетесь, чтобы выразить восхищение действиями соперника, это не очень хороший знак. Вероятно, вам не удастся выиграть много матчей.

К сожалению, «Силз» (или «Голден Силз», как их называли на тот момент, когда Бобби забил тот гол) не выиграла много матчей. У нее, казалось, были проблемы с самого начала, и хотя в ее составе имелись неплохие игроки, сильной хоккейной команды в области залива Сан-Франциско так и не появилось.

Расширение 1967 г. было связано с телевидением. И в рамках сделки лиги с CBS в Калифорнии должны были появиться две команды. Первым вариантом был, что неудивительно, Лос-Анджелес. Следующим очевидным выбором стал Сан-Франциско. Эта команда досталась Барри Ван Гербигу, крестнику знаменитого эстрадного певца и кинозвезды Бинга Кросби. Годом ранее Барри договорился с Кросби, его братом Микки и пятьюдесятью другими инвесторами о приобретении команды ЗХЛ «Сан-Франциско Силз». Предполагалось, что она будет играть на совершенно новом катке, который должен был быть построен, когда НХЛ не приняла «Кау Пэлас» в качестве хоккейной арены (хотя «Сан-Хосе Шаркс» будут играть там десятилетия спустя). Но каток так и не построили, и было решено, что домашняя арена «Силз» будет на другом берегу залива, в Окленде. Она называлась «Аламеда Каунти Колизеум». Команда переехала, еще даже не начав играть.

У «Силз» также были проблемы с продажей билетов, бывали случаи, когда у самих игроков оставалось по тридцать билетов, которые они никак не могли раздать. Бинг Кросби и его знаменитые друзья попытались помочь. Чарльз Шульц, автор серии комиксов «Пинатс», сделал для них пару обложек для программ. Шульц даже дал Снупи хоккейный свитер с номером «9» в своем комиксе в честь своего друга и любимого игрока «Силз» Билла Хика. (Шульц и Хик позже откроют школу хоккея в Санта-Розе, Калифорния.)

Тем не менее Барри Ван Гербиг и инвесторы теряли деньги. Они хотели продать команду в Ванкувер, но лига им не разрешала. Джерри Зельцер, владелец первоначальной лиги роллер-дерби, сделал отличное предложение, но владельцы НХЛ плохо относились к роллер-дерби, не говоря уже о длинных волосах и роскошной одежде Джерри. Затем Чарльз О. Финли, владелец команды «Окленд Атлетикс», выступающей в высшей лиге бейсбола, встретился в 1970 г. с Брюсом Норрисом и Биллом Уирцем и убедил их продать «Силз» ему.

Но в организации имелось некоторое число уважаемых людей, имеющих прямое отношение к хоккею, в частности тренер Берт Олмстед. Берт играл в первом звене с Элмером Лаком и Морисом Ришаром в «Монреале» и был известен как грубиян. Когда он играл с Жаном Беливо и Бернаром «Бум-Бум» Жеффрионом, он сказал Беливо держаться подальше от углов – он сам добудет там шайбу и отправит ее туда, где он в последний раз его видел. Олмстед всегда, казалось, находил клюшку Беливо, а когда ему это не удавалось, он ругал Беливо на скамейке за то, что он переместился на другую позицию. Олмстед играл в финале Кубка Стэнли одиннадцать из своих четырнадцати сезонов в лиге. Олмстед был суров со своими игроками. Эдди Дорохой, маленький жесткий центральный нападающий, однажды сказал: «Если бы Берт Олмстед был Санта-Клаусом, не было бы никакого Рождества».

На должность генерального менеджера наняли Билла Торри. Он поможет «Силз» попасть в плей-офф в их втором сезоне (1968/69 г.) и снова в сезоне 1969/70 г… Но он лично не встречался с новым владельцем «Силз» Чарли Финли.

У Финли имелись всевозможные идеи, которые не подходили для хоккея. Одной из них были белые коньки. После тренировочного сбора тренер вошел в раздевалку и объявил команде: «У нас большой сюрприз для вас, ребята». Для каждого игрока были приготовлены белые коньки. В «Силз» было немало игроков старой школы, таких, как Харри Хауэлл, Эрл Ингарфилд, Билл Хик и Джерри Эман. Хауэлл покачал головой и сказал: «Я не буду играть в белых коньках! Это коньки для фигурного катания».

Билл Торри предупреждал Финли. Он сказал:

– Чарли, хоккеисты не играют в белых коньках.

Финли ответил:

– В моей команде могут и поиграть.

Когда команда позже участвовала в показательном матче в Садбери, Онтарио, Финли появился без предварительного уведомления. В середине первого периода Торри, который находился в ложе для прессы, получил записку. В ней говорилось, что мистер Финли ожидает его внизу.

Торри спустился и сказал:

– Чарли, я не знал, что ты придешь.

Финли произнес:

– Где белые коньки, которые я вам прислал? Никто в них не играет.

– Никто.

Финли сказал:

– Так, я приехал сюда из Чикаго вовсе не для этого, поэтому лучше тебе сходить к ним и сказать, что кому-то нужно сыграть в белых коньках.

После первого периода Торри нашел тренера Фредди Гловера и сказал:

– Иди и скажи ребятам, что босс здесь и что кому-нибудь из них лучше бы выйти в белых коньках.

Гловер ответил:

– Сами идите и скажите им.

Торри направился к ребятам:

– Господа, приехал человек, который подписывает ваши чеки, и он хочет, чтобы один из вас сыграл в белых коньках.

В раздевалке воцарилась мертвая тишина. Добровольно никто не соглашался. Торри прошелся по раздевалке и сказал:

– Наверное, вы меня не расслышали. Я сказал, что человек, который подписывает ваши чеки, хочет, чтобы кто-то из вас сыграл в белых коньках.

Он вышел из раздевалки и принялся ждать в коридоре. Через несколько минут левый нападающий Гэри Джарретт вышел в белых коньках. После игры Торри нашел Финли и сказал:

– Ну, Чарли, как тебе эти белые коньки?

Финли ответил:

– Мне они не понравились. Они плохо смотрелись на белом льду.

И поэтому он поручил компании CCM сделать для ребят коньки, в которых бы присутствовали официальные цвета «Силз»: ярко-зеленый с желтым отливом, белый и золотистый. И соответственно, другие команды последовали этому примеру. В «Торонто» сделали синие коньки, а в «Детройт Ред Уингз» появились красные коньки с белым носком. Проблема заключалась в том, что, когда шайба или клюшки попадали по конькам, они оставляли на них черные отметины, поэтому это стало настоящим кошмаром для всех тренеров. Примерно через год цветные коньки исчезли.

В другой раз Финли решил, что ему нужен живой тюлень для талисмана. Он поручил Биллу Торри найти его, сказав:

– Думаю, болельщикам это понравится.

Торри ответил:

– Если ты этого действительно хочешь, посмотрим, что мы можем сделать.

Команде Торри было трудно найти тюленя. Но за пару недель до начала тренировочного сбора вошел пиарщик и сказал:

– Я нашел тюленя в морском парке. Его дрессировщик прибудет с ним к нам за 500 долларов.

Торри ответил:

– При условии, что он живой и хлопает ластами. Что угодно, чтобы порадовать Чарли.

В вечер открытия сезона перед выходом певца, исполняющего гимн, на каток из калитки, предназначенной для выезда ледовозаливочной машины, вышел человек с тюленем на поводке. Оказавшись в центре катка, тюлень несколько минут издавал громкие звуки и хлопал ластами, а затем внезапно решил лечь на приятный прохладный лед. После этого он уже не двигался. Пиарщик и работники катка утащили тюленя со льда.

Финли подошел к раздевалке и заметил:

– Это было похоже на мертвого тюленя.

Торри сказал:

– Чарли, у нас не было возможности его проверить.

– Ну, и сколько мы должны дрессировщику?

Торри ответил:

– Кажется, 500 долларов.

– Дайте ему 250 и велите убираться отсюда.

Торри также был вынужден тратить много времени на разработку формы команды и различных брошюр. Что еще хуже, несмотря на положение в контракте Торри, говорящее о том, что ни один игрок не может быть отдан в другую команду без его согласия, Финли вмешивался в управление клубом. В 1970 г. он захотел, чтобы Торри совершил с «Рейнджерз» сделку, касающуюся продажи игроков.

Торри сказал:

– Чарли, я перестану быть хорошим генеральным менеджером, если соглашусь на такое. Это повредит нашей команде.

Финли велел Торри заключить сделку и дал ему сорок восемь часов. Торри проигнорировал это распоряжение, и Финли уволил Торри. Торри подал в суд и выиграл дело. Он покинул «Силз» и принял предложение от другой добавленной команды, «Нью-Йорк Айлендерз». Сегодня Торри является специальным советником генерального менеджера и заместителем управляющего клубом «Флорида Пантерз».

Чарли Финли также был известен тем, что платил своим игрокам меньше, чем они заслуживали. В сезоне 1970/71 г. Эрни Хик в свой первый год в составе «Силз» забросил двадцать две шайбы и сделал двадцать пять результативных передач. На счету центрального нападающего Денниса Хекстолла (до того, как его продали в «Миннесоту») была двадцать одна шайба и тридцать одна голевая передача. Летом того года Финли начал переговоры с Хиком. Как новичок Хик заработал за первый год 10 000 долларов. Финли предложил ему повышение в размере 1000 долларов. Хик позвонил Деннису Хекстоллу и узнал, что он зарабатывает на тысячу больше. Поэтому, когда Финли позвонил и спросил:

– Эрни, как дела? Ты подумал о моем предложении? – Хик ответил:

– Да, Чарли. Да, я подумал о вашем предложении. Я отказываюсь.

– Почему?

Хик ответил:

– Ну, Хекстолл был в нашей команде в прошлом году. Я забросил больше шайб, чем он, и он получает 55 000 долларов, а вы хотите дать мне 11 000 долларов?

Финли сказал: