Помоги проекту - поделись книгой:
— Ты это видел? — протянув ему планшет, Люциус снова вывел на экран картинку с игрушкой.
— Мило. Но не более — нам-то какой с неё прок?
— А такой… — вызвав более подробную информацию, Сэм ткнул пальцем в адрес изготовителя: — Вот!
— Ну? Созвездие Черепахи. Обычные, среднеразвитые миры. — Наморщил лоб, припоминая детали: — Немного фермеров, немного шахтёров. Курорт местного значения… Нравы патриархальные. В общем — типичный середнячок. Что там может быть интересного, сэр?
— Ага, Жвалг — именно — ничего интересного и вдруг они начинают вот такие игрушки клепать. С какого перепоя? Это же другая технология.
— Эээ… Купили? Завод?
— Тогда уж заводы… Не. Сам подумай — это же новинка, только-только в продажу выкинули — причём сразу массово. А значит — заводы, логистика, дизайнеры, художники — про тех, кто тут всю начинку придумал я и вовсе молчу — это же надо микросхем, плат всяких наделать — и не просто наделать — скомпоновать — что б компактно было.
— Думаете, сэр? — он чуть склонил голову раздумывая над услышанным: — Там всё это?
— Надеюсь, — кивнул Сэм: — Но, даже если там ничего нет — какие-то хвосты мы найдём. В чистое поле — с коробками, забитыми игрушками, я не верю.
Палуба под их ногами мягко качнулась, показывая, что корабль ушёл в прыжок и Люциус довольно потёр ладони: — Движемся к Черепахе, Док. Так что…
Раздавшийся стук в дверь, заставил его замолчать.
— Заходите, что случилось? — Напрягся врач, увидев, как в отсек начали заносить тела, упакованные в одинаковые чёрные пакеты: — Кто это? При захвате?
— Да не наши это, — зашедший последним Самсонов, стащил шлем и вытер ладонью вспотевшее лицо: — Это те, с «Очищающего». Люциус приказал вам тушки доставить. Вы тут, сэр? — Увидев своего командира, Михаил поспешно нахлобучил шлем и неловко откозырял: — Выполняю ваше приказание, сэр — по доставке тел особо упороты… простите — упорных.
— Вижу. Спасибо, — коротко кивнув ему, Сэм повернулся к врачу: — Лететь нам с неделю Док — я к тому, что времени у тебя достаточно будет. Ищи. Очень прошу — найди, как гадость эту электронную у них из мозгов вытащить. Амброзий — мне разговорчивым нужен, а эти железки… Впрочем — чего говорить, ты и сам всё понимаешь.
— Понимаю, — присев на корточки Док расстегнул один из мешков, высвобождая голову неудачливого защитника корвета. Это был мужчина средних лет ничем ни примечательной наружности — человек как человек, в толпе глянешь и тут же забудешь, не желая загромождать память лишними деталями. От обычного прохожего он отличался только одним — на его голове, пережив все перипетии произошедшего, красовалась небольшая, расшитая белым бисером по черному фону, шапочка, смотревшаяся абсолютно инородной в сочетании с перемазанным копотью и засохшей кровью комбезом.
— Он что? На мессу собирался что ли? — Наклонившись, Сэм попробовал стащить с головы покойника пилеолус, часто украшавший собой тонзуры слуг Божьих. Но — то ли эта ермолка была приклеена, то ли она держалась на голове каким-то другим образом — пальцы только скользили по материи, не позволяя обнажить череп погибшего в бою брата.
Снять её удалось только, применив скальпель — его тонкое лезвие рассекло скрытые под материей путы и пилеолус откинулся назад, обнажая целый ворох тонких проводов, шедших от небольшой изогнутой пластинки, пришитой к изнанке шапочки, прямо в череп, на коже которого ещё краснели следы швов от проведённой совсем недавно операции.
— Ого… — Избегая прикасаться руками, Жвалг потыкал тыльной стороной лезвия скальпеля по местам вхождения проводков в плоть и покачал головой: — Нет, я, конечно допускал, что они себе что-то имплантировали… Но вот на таком уровне. — резко выпрямившись он отошёл от трупа, и, подкатив стоявший от стены столик взялся за ноги убитого: — Мих, помоги.
— Всё господа, — уложив вывалившуюся при толчке руку на грудь трупа, Жвалг недвусмысленно указал на дверь: — Прошу не мешать.
— А…? — начал было Сэм, но врач был непреклонен: — Вы сами просили разобраться, сэр. Вот как будет что-либо — сообщу вам. А пока… — надев прозрачный фартук, закрывший его от горла почти до ботинок, Док вскинул наперевес нечто, более всего напоминавшее небольшую циркулярную пилу: — Рекомендую удалиться, господа. Сейчас здесь будет грязно… До невозможности грязно.
Глава 2
Вторая система созвездия Черепахи встретила наш небольшой отряд — Весельчак шёл в сопровождении тройки рейдеров, тишиной и пустотой, что было, к сожалению, предсказуемо.
Тучные, с точки зрения космических перелётов, времена давно канули в лето, став предметом для воспоминаний участвовавших в них, и поводом для споров, в коих одна из сторон, обеляя нынешнее время, всячески очерняла прошлое, отрабатывая своё жалованье.
Кто бы мог подумать всего пять лет назад, что визит четырёх кораблей, один из которых был эсминцем, а остальные, по сути, сверхтяжёлыми истребителями, мог заставить целую систему замолкнуть в тревожном ожидании гадая кто к ним пожаловал — торговцы или бандиты, впрочем, по нынешним временам, обе эти роли мог играть и один корабль, меняя свои личины по мере необходимости.
Флота Святых Отцов здесь так же не наблюдалось — Церковники, в своём современном варианте так же не брезговали, как первым, так и вторым вариантом упомянутого выше обличия, чередуя искоренение ереси и спасение души, в зависимости от удобных обстоятельств.
Ну а здесь, как вы понимаете, брать не только было нечего, но и сама система, как радушно поведал нам навигационный буй, находилась под патронажем Епископа Орловского и Черепашского, некого благонравного Фоедория, в чью казну нам предписывалось, всё тем же буем, незамедлительно внести пожертвования, ибо путь наш проходил по намоленному и благословенному пространству.
— Разрешите, сэр? — Не выдержавший первым эту галиматью, Мрак, вскочив со своего кресла главного артиллериста, подошёл к Сэму, задумчиво стоявшему около правого иллюминатора рубки: — Один выстрел, сэр? Прошу! Ну сил нет терпеть!
— Ага, а снаряды нам кто? Святой дух приносит? — Ворчливо осведомился Шнек, крутанувшись в сторону Люциуса на своём адмиральском троне: — Сэм? Парень прав — достали все эти благоверные и благонравные. Тьфу! Я рейдер подгоню — факелом пыхнем и всё. Ну?
— Всё бы тебе пыхать, — усмехнулся стоявший у окна: — Не нравится — звук отруби и не парься. Чего ломать-то? Мне вот они, — он кивнул куда-то в пространство за бортом: — Не мешают.
— Ну тебе — понятно. Ты сам из этих был. А нам какого?
— И вообще, Шнек? Что за расточительный подход? К нашей собственности?
— Эээ… К чему?
— К потенциально нашей. Я понимаю, ты бы предложил его спереть — подогнать рейдер и в трюм. Мол — пригодится в хозяйстве, а ты? Точнее — вы оба? Один расстрелять хочет, ну да — унитаров у нас море, другой — сжечь за так…
— Ааа… Упереть? — Погрустневший было адмирал — выслушивать разносы, пусть даже в таком, шутливом виде, он не любил, встрепенулся и, победно покосившись на оставшегося без работы артиллериста, потянулся к микрофону: — Берём? Мои парни мигом ему ноги приделают.
— На обратном пути. Чего сейчас шум поднимать?
— Ну на обратном, так на обратном, — без особого энтузиазма согласился Шнек: — Но точно на обратном? Не забудешь? Ты разрешил, если что. При всех.
— Да, подтверждаю, — кивнул Сэм: — На обратном — грузи.
— А может, всё же сейчас? Чтобы тревогу не подняли? Ну — когда мы их того, ну… А?
— На обратном, — вновь отворачиваясь к иллюминатору, бросил он адмиралу: — А ты, Мрак, — отыскивая взглядом что-то несомненно для него важное по ту сторону бронестекла, проговорил Сэм: — Иди к Жбану. Лоции старые проверьте — может там склад какой со снарядами есть. Нам бы пригодилось.
— Склад? Здесь? Если только портянок, — буркнул себе под нос парень, направляясь в отдельную выгородку, отделявшую общее рабочее пространство рубки от штурманского закутка, где Жбан, изрядно располневший за последние года, полусидел-полулежал на изготовленном для него Дедом, ложе, сочетая приятное с полезным. В данный момент толстяк поглощал пончики, одновременно посыпая разложенную перед собой карту, тонким слоем сахарной пудры.
— Держи, — протянул он всё ещё брюзжащему артиллеристу тарелку со своим любимым лакомством: — Опять наш святой обидел? Ааа… Не отвечай, я слышал. Ты вот — сладенького возьми, для мозга полезно.
— А не рыба? Фосфор там и всё такое?
— И рыба тоже, — поняв, что брать угощение Мрак не собирается, Жбан, поставив тарелку на небольшой, стоявший подле столик, вытер руки полотенцем, лежавшим рядом с ним: — Про фосфор я знаю — всё прошу Снека нашего мне рыбу в сахаре, ну — как леденец, понимаешь? Вот…
— Не делает?
— Нет, — вздохнул толстяк: — Ругается только. Вот, кстати, может Сэма напрячь? Он же коком начинал. Как думаешь, сделает?
— Ну, если ты попросишь — тебе, может, и сделает. А для меня… Эххх… Ему и снаряда жалко.
— Ты не прав, — окидывая взором ряды полок, заполненных лоциями ещё Имперского выпуска — толстенными томами с золотым тиснением по корешкам, пробормотал штурман: — Сэм, он мужик серьёзный. А твои — когда мы корветы брали, твои тогда треть боезапаса сожгли…
— Так попадали же! Процент промахов — минимален был!
— Не горячись, — подняв руку, он указал на один из талмудов: — Вот этот, давай сюда. Сейчас посмотрим — может в этой дыре и вправду что-то ценное есть, а? И ждёт нас на поверхности опечатанный склад с орудиями и снарядами?
— Мечтать не вредно, — подавая ему книгу, криво улыбнулся Мрак: — Нет там ничего — дыра дырой.
— Вот и проверим… — Промурлыкал себе под нос Жбан, принимаясь листать страницы: — Вот и проверим…
Плавно снявшись со своих мест, звёзды потянулись к краю иллюминатора и Сэм, так и не нашедший среди них искомое, отвернулся от иллюминатора.
— Будем на орбите второй планеты, она тут единственная обитаемая, через пол часа, — доложил Шнек, краем глаза присматривавший за ним — всё ж начальник как ни крути.
— Ага. Принято. Я пока новости посмотрю, — кивнул ему Люциус, поднимаясь по ступенькам на подиум своего кресла.
— Эээ… Сэм… А как ты думаешь, ну там, на планете, сопротивление будет? — с явно фальшивым интересом в голосе окликнул его адмирал: — Может тебе к Самсонову зайти? Да! Точно — заодно и разомнёшься.
— Да какое там сопротивление, — махнул рукой в ответ Люциус, поворачивая к себе кресло: — Кому там сопротивляться? Полицаям что ли местным?
— Вот и проверь — не разжирели ли наши парни. И сам прогуляешься.
— Они же только вот корвет брали?! Ты чего, Шнек?! — потянулся он к планшету.
— И к Жбану зайти надо, — продолжал гнуть свою линию адмирал: — Ему Снек пончиков наделал — я один съел — вкуснотища! Ммм… — закатил он глаза: — Ты б сходил, а то Мрак там, а он пожрать любит — останешься без сладкого.
— Ты же знаешь — я сладкое… — Начал было Сэм, но так и не договорив, смолк, пристально глядя на своего бывшего старпома: — Шнек?
— А? Чего, Сэм?
— Шнек?! Колись — чего натворил?
— Я?! Ты о чём?! — изумлённо округлив глаза он покачал головой: — Чего ты, Сэм?
— Адмирал Шнек!
— Я, сэр! — Вытянулся он по стойке смирно и даже продержался в этом положении секунд пять, пока Сэм, вопросительно изогнув бровь барабанил пальцами по подлокотнику, ожидая его ответа. Поняв, что Шнек, уже перетёкший в положение «вольно» ничего говорить не собирается, он сам нарушил тишину: — Колись. Чего натворил?
— Да ничего, — посмотрел мимо него тот: — Я просто так… И, кстати, в новостях ничего интересного — одна реклама. Я уже смотрел.
— Так… — Не став включать планшет, Сэм сунул его назад — в держатели на подлокотнике: — Спёр?!
— Ну спёр! — Сложив руки на груди, он, с вызовом, посмотрел на продолжавшего барабанить пальцами по подлокотнику, Люциусу: — Ты же сам разрешил!
— На обратном пути!
— Ты бы забыл, я был бы занят, да мало ли что могло бы произойти! А так — лежит себе в трюме, никому не мешает. Вот на орбиту выйдем — к себе перекинем.
— Знаешь, Шнек, — перестав отбивать на подлокотнике ритм какой-то мелодии, Сэм, усталым жестом, потёр лицо: — В вас, дорогие мой, меня раздражают две вещи. Первое — когда меня дёргают по каждому поводу, чтобы согласовать со мной всякую мелочь, и второе — когда не согласовывают, а делают. Ты хоть понимаешь, что сейчас вся система вне сети? Какой вой поднимется?!
— Фигня. — пожал плечами в ответ адмирал: — Спутник мог сдохнуть, случайный камушек мог прилететь… Да мало ли что?!
— Угу. И пришлёт их провайдер ремонтников… А тут мы. Планету грабим. И что?
— И ничего. Не пришлёт. Ты что — сервисников не знаешь? Без заявки и не пошевелятся. А им, — он кивнул на постепенно разраставшуюся из звёздочки планету: — Надо корабль отправить — в соседнюю систему, чтобы заявка ушла. Так?
— Ну? — Уже понимая, куда клонит Шнек, кивнул Люциус.
— А пока мы здесь они сидеть смирно будут. Так что расслабься. Всё нормально будет.
— Нормально? С вами?!
— Именно с нами. Нормально. И, Сэм. Не делай глаза, как у зайчика, которому на яйца бегемот наступил. Всё под контролем.
— Знаю я твой контроль, — Покачал головой Люциус: — Ну, если что — с тебя первого спрошу. Но это — потом. Ты мне сейчас вот что скажи — на планете за кого себя выдавать будем? Купцы? Так товара на мен нет. Хочу — без драки.
— Товаров на чендж нет. Это факт, — кивнул, в ответ, Шнек: — Но у нас купонов церковных до чёрта — с корветов сняли. Здесь эти фантики наравне с нормальными кредитами ходят. Мрака пошлём — набьём ему карманы купонами, пусть из себя сынка богатого торговца строит.
— А сам — не хочешь?
— Не, я тут, на орбите останусь. Прикрою вас если что. А вот ты — иди. На рейдере. Там и место есть, и шустрый он — если что, свалите без проблем. Вон, с Прохором и идите. В броне под его охрану закосите.
— То есть мне работать, а ты тут отдыхать будешь?
— Не отдыхать, — Шнек многозначительно поднял вверх палец: — А бдить! Это ты там внизу с селянками пиво пить будешь, а мы — работать.
— Ладно уж… Подгоняй рейдер. Работничек…
Первым на плиты космопорта, между которыми пробивалась редкая и пожухлая трава, выскочил, скатившись по трапу охранник, облачённый в светлую, отдававшую костяной желтизной, броню и державший в руках стандартную штурмовую винтовку. Лихо перекатившись, он прижался спиной к передней левой опоре рейдера и, покрутив головой, дал сигнал своему напарнику, подняв вверх растопыренную ладонь.
Броня второго, в отличии от внимательно осматривавшего окрестности бойца, была выкрашена в темно бордовый цвет, наводивший на неприятные ассоциации с запёкшейся кровью. Неспешно спускаясь по трапу, он помахивал в воздухе коротким ружьём, зияющей зрачок ствола которого, обещали любому посягнувшему на их владельца массу неприятностей.
Отойдя от трапа и так же неспешно потянувшись, бордовый, приглашающим жестом махнул рукой столпившимся в отдалении представителям местной администрации и поднёс к узкой щели шлема коммуникатор.
Последним, со скучающим и откровенно брезгливым выражением на лице, по трапу спустился молодой мужчина, одетый по последней моде, растиражированной во всех профильных СМИ — стиль «Черный Блеск». Короткие сапожки с загнутыми вверх острыми носками, облегающие ноги брюки, куртка — всё было зеркально-сверкающего черного цвета. Завершала образ модника толстая золотая цепь с вычурным кулоном, сверкавшая на чёрной же водолазке и зачёсанные назад обильно напомаженные — до нестерпимого блеска, черные длинные волосы.
Подойдя к бордовому, костяной охранник оперативно переместился пижону за спину, прикрывая заднюю полусферу, молодой человек обвёл окружающий пейзаж скучающим взглядом и вздохнув, произнёс утомлённо-капризным тоном: — Сэээм… Ну что за дыра! Если бы не папенька…
— Представители местной администрации, мой господин, — показав обрезом на робко приближавшихся людей, отчего те тотчас замерли на месте, телохранитель продолжил: — Желают пообщаться.
— Скука… А там что — город? — Сняв перчатку, на холёных пальцах блеснули толстые золотые кольца, щёголь махнул ей в сторону коробок домов, над которыми возвышался шпиль ратуши с сиявшим на её вершине белым шаром: — Может скататься, а?
— Ваш батюшка, мой господин, — начал было охранник, но его подопечный, хлестнув перчаткой по наплечнику, заставил его замолчать: — Батюшка то, батюшка сё! Хватит!
— Да, мой господин, — качнул шлемом телохранитель.
Поделиться книгой: