Помоги проекту - поделись книгой:
— Значит… Туземцы пожаловали, да? — парень покосился на охранника, но его бордовая фигура казалось обратилась в статую.
— Сэм! Что замолк?! Говори, разрешаю.
— Местная администрация, мой господин. Вы можете с ними обсудить торговые дела — как и желал ваш…
— Ты опять?! Ну… Ну…
Выскочившая с корабля стайка полуголых девиц не дала ему договорить — окружив щёголя плотным кольцом они принялись оттеснять его к трапу, щебеча что-то легкомысленное и поражая уже почти вплотную подошедших местных, откровенностью своих нарядов. С трудом вырвавшись из окружившего его соблазнительного круговорота, щёголь, подойдя к охраннику принялся что-то шептать ему в щель шлема, доверительно поглаживая и похлопывая по нагрудной пластине.
Пару раз молодой господин замолкал, с явной надежной всматриваясь в щель, но каждый раз его собеседник отрицательно качал головой, явно не соглашаясь с его аргументами.
Наконец, устав убеждать охранника, да и натиск девиц, продолжавших тянуть парня к трапу, не ослабевал, парень привлёк на свою сторону последний, и, надо заметить, весьма весомый довод — в его руках появилась, вытащенная из-за пазухи толстая пачка банкнот, в которой местная администрация сразу распознала Церковные боны, являвшиеся, на этой планете, основным платёжным способом.
Чуть ли не насильно впихнув в бордовую ладонь пачку, пижон отступил на шаг, и, ещё немного подумав, добавил к первой пачке ещё одну, разве что самую малость по тоньше.
Сопротивляться таким весомым аргументам, охранник не стал — качнув шлемом и зажав вторую подмышкой, он коротко поклонился, и, сделав шаг вперёд, закрыл собой удалявшегося в окружении всё так же весело щебетавших девиц щёголя.
Дождавшись, когда весело гомонящая толпа скроется в корабле, телохранитель, закинув на плечо свой обрез, стащил с головы шлем, и, бросив в него обе пачки бонов, вытер с лица пот.
— Добрый день, господа, — приведя себя в порядок, поздоровался он со всё ещё пребывавшими в ступоре от увиденного людьми: — Прошу прощения. Молодой господин Марков… Ну, молодой он, — Сэм извинительно развёл руками: — А господин Марков — старший послал торговое дело осваивать. Сами понимаете — без отцовского надзора, на природе, молодой господин… Ээээмммм… Скажем так — устал от перелёта. Да. Переутомился.
— А эти? — робко поинтересовался кто-то из толпы: — Ну эти?
— Девушки? Так это его штаб — маркетологи, аналитики, менеджеры и эти… Ну как их… А, во — мерчендайзеры.
— Кто-кто?!
— Помощники, короче. Ох, простите — я не представился, — охранник хотел было напялить шлем, но, вспомнив о банкнотах — качнувшийся броневой горшок на миг сверкнул золотой печатью бонов, ослепляя стоявших перед ним, просто коротко кивнул: — Сэм Люциус. Старший охраны Маркова-младшего. Временно — старший торговой миссии Марков и Марков. К вашим услугам, господа.
Шлем в его руках снова вздрогнул, заполняя своё нутро золотым сиянием, отчего некоторые из стоявших напротив непроизвольно сглотнули — видеть в паре шагов от себя такую кучу денег им раньше явно не приходилось.
— Мой напарник, — взмахом руки подозвав костяного охранника, временный начальник представил и его: — Прохор. Моя правая рука. Прошу любить и жаловать, как говорится.
Выждав положенную паузу, он продолжил: — Что ж… господа. Давайте перейдём к делу. Ценю ваше время и посему, буду вам крайне признателен за помощь. Не бескорыстную, разумеется, — последнюю фразу Сэм сопроводил покачиванием шлема: — Что мы у вас можем приобрести? Нам, что бы мой молодой господин мог произвести впечатление на своего батюшку, нам нужно что-то эдакое… — покрутив кистью руки в воздухе Сэм пояснил: — Необычное.
— У нас? — чуть выступивший вперёд господин, судя по тому, как остальные почтительно расступились, пропуская его вперёд остальные, это был кто-то из плеяды местных начальников: — У нас, милостивый господин, ничего такого, необычного, — начальник попробовал повторить жест Люциуса и у него это почти получилось: — Нет, сударь. Мы простая планета. Зерно, мясо, немного руды — ни редких минералов, ничего такого, экзотического у нас нет. К сожалению, — бросил он короткий взгляд на пачки в шлеме.
— Совсем-совсем? Может… Ну картины, статуи…
— Нет сударь…
— Хм… Посуда? Мебель из редкого дерева?
— Увы.
— Ткани, подушки из пуха? Лечебные травы и настойки?
— Я сожалею, — продолжая бросать косые взгляды на посверкивавшие в лучах полуденного солнца банкноты, вздохнул: — Нет у нас ничего. Всё самое обычное.
— Эээ… Сударь?
— Что? Ах да. Простите — ваше прибытие несколько ошеломило нас, и я не представился. — Подобравшись, начальник отвесил глубокий поклон: — Лазар Вим Грроссев. Скромный старший администратор данной планеты. К вашим услугам, почтенный Люциус.
Чтобы пожать его руку Сэму пришлось сделать шаг вперёд, отчего шлем, который он всё это время держал в левой руке, едва не ткнулся в бок Лазара.
— Прошу меня простить, — не отпуская руку администратора, Люциус он чуть сдвинулся в сторону, как бы приглашая своего собеседника отойти для приватного разговора. Тот оказался понятливым и оба мужчины, отойдя на пару шагов в сторону продолжили свою беседу, уже гораздо более тише.
— Поймите, Лазар, — достав из кармашка на поясе пачку сигарет, Сэм прикурил и, выпустив в сторону тотчас подхваченную ветерком струйку дыма, продолжил: — Не могу я так уйти. Уже, из-за этого. — он кивнул в сторону корабля, и администратор понимающе кивнул: — Молодого… Мы уже три планеты впустую прошли. Ему-то что? Папаша пожурит и простит. А мне? С меня же спросит — мол чего не уследил…
— Понимаю.
— Может у вас ну хоть что-то есть? Я не знаю… Ну… Массаж лечебный? Нет? Экзотические танцы? Тоже нет? Чёрт… Корешки для потенции… Резьба по дереву… Игрушки… Может рыба редкая? Или раковины?
— Постойте! — Просиявший Лазар хлопнул себя по лбу: — Есть!
— Что? Что есть? Дорогой вы мой? Продайте — я отблагодарю!
— Игрушки есть!
— Игрушки? Из чего? — Оживился Сэм: — Дерево, камень, или, — он заговорщицки прищурился: — Из рыбьих костей и ракушек? О! Это будет очень экзотично — в пустынных мирах! Ну же, дорогой мой, — от избытка чувств он даже хлопнул администратора по предплечью: — Не томите! Что за игрушки?!
— Совсем новые! Уверен — вам понравится. Представьте себе небольшую — с ладонь, и тонкую — с палец, коробочку.
— Так? — Повесив шлем за ремешок на руку, он, свободной, очертил небольшой прямоугольник на своей ладони, всю длину которой пересекал тонкий белый шрам.
— Да! По центру — экран, а по краям — четыре кнопки. На экране…
— Монах, конфеты ловит, — погрустневшим тоном, перебил его Люциус: — Увы, Лазар, это не экзотика — во всех магазинах лежит. Эххх…
— Погодите! — Видя, что золотое марево бонов может вот-вот исчезнуть, его воображение заработало в форсированном режиме: — А зачем нам монах?!
— А как — без него-то?
— Послушайте, Люциус, — почувствовав под ногами твёрдую почву, перешёл в наступление Лазар: — Двоюродный брат моего свояка, он художник, работает на производстве этих игрушек. Думаю, — он многозначительно постучал пальцем по краю шлема: — За небольшое вознаграждение, он нарисует для вас — вместо монаха и конфет, всё, что угодно.
— Хм… — Озадаченно потёр лоб его собеседник: — Так уж и любое?!
— Мы и корпус для вас отдельный сделаем, — продолжил наседать на него Лазар: — Из любого материала — на ваш выбор.
— Даже так?!
— Конечно, дорогой мой! Это же наше производство. — Победно улыбнулся он: — Как говорится — любой каприз за ваши деньги.
— Ваше производство? Вы что — сами это всё придумали?
— Раз на нашей земле — значит наше. Разве не так? — И, видя колебания собеседника, продолжил: — По-честному, не буду скрывать от вас, друг мой, её придумали монахи — их монастырь в полусотне километров отсюда. Но земля-то — наша! Значит и всё произведённое на ней тоже наше!
— И производство тоже они развернули?
— Они, но вы не думайте, — поспешил успокоить его Лазар, посчитав, что предназначенный к потрошению денежный мешок опасается за свой эксклюзивный вариант: — Они там редко появляются — производством заведуем мы. Перестроим под вас — никто и не заметит. Сделаем небольшую партию… Вы только дизайн и картинку согласуйте, — кивнул он на пачку банкнот: — А дальше мы сами — даже доставим куда скажете. А оплатите по получению. Сейчас, — администратор снова кивнул на продолжавший распространять золотое марево, шлем: — Только задаток — художнику и мне — я на производство передам, чтобы готовиться начали.
— Заманчиво… Эксклюзивный вариант, да малой партией…
— Да-да-да, именно так — эксклюзивно и мало. Давайте, — он требовательно пошевелил пальцами: — Поможем мы вам.
— А картинки? И корпус? — Вытащив было из шлема меньшую пачку, Сэм протянул ее Лазару, но тот, отрицательно качнув головой, взглядом указал на другую: — Я же рискую, — запихивая боны во внутренний карман, пояснил он: — Монахи да, в своём монастыре сидят, но, бывает, и проверки устраивают.
— И часто? — Провожая глазами пачку, поинтересовался Люциус.
— Как повезёт. Уже недели две как не приходили. Мы вот как сделаем — вы сейчас идите на корабль, а завтра… Нет, лучше послезавтра, я к вам художника приведу. С ним всё согласуете и начнём производство. — Он воровато огляделся: — Эти святоши, они… Ух! Лучше подождать немного, чтобы не лишиться всего.
— Полностью с вами согласен, — закивал Сэм: — А мы здесь, — он обвёл рукой вокруг себя: — Подозрений не вызовем? Может нам лучше отлететь куда ни будь.
— И то верно! Если кто спросит — скажу, что туристы были. Вы на восток летите. Сотни на четыре. Там озёр много — и отдохнёте заодно.
— Так и сделаем, — протянул руку прощаясь Люциус: — Через два дня я вернусь. До встречи, друг мой!
— Буду ждать! — Пожал его ладонь администратор, ощущая приятную тяжесть во внутреннем кармане и совсем не собираясь выполнять только что данное обещание.
— «Пусть возвращается», — думал он, возвращаясь в свой кабинет, расположившийся на самом верху диспетчерской башни и наблюдая отлёт небольшого кораблика: — «Пусть… А мы встречу уж подготовим».
Набрав небольшой номер на своём комме, он, дождавшись ответа с той стороны, произнёс: — Благочинный брат Асимус? Да, это вас, мой господин и брат по вере, недостойный Лазар тревожит… Да, вашими молитвами, брат мой. Спасибо. Спешу сообщить, что в обитель нашу прибыли еретики и грешники. Я, молитвой укрепив волю свою, отогнал их, но они обещали вернуться… Да, на корабле… Через два дня… Взвод братьев?! Спасибо вам, отче! Я буду… Эээ… Алло… Брат Асимус?!
Убедившись, что канал связи разорван, он, положив комм в стол, погладил приятную округлость своего пиджака и, откинувшись на спинку стула, прикрыл глаза, предаваясь сладким мыслям — одна из чертовок, окружавших того хлыща, сильно пришлась ему по вкусу…
— И в заключение, — подвёл итог своему рассказу о переговорах с главой местной администрации Сэм, — я должен извиниться перед молодым господином. Пролюбил я твои денежки… Ну, что поделать, — развёл он руками под дружный хохот собравшихся в кают-компании людей. — Развёл меня этот Лазар, развёл по полной — и деньги взял, и с три короба наобещал.
— Так может, через два дня, вернёмся? — Предложил слегка зардевшийся Мрак, уже переодевшийся в нормальную одежду и без парика: — А не приведёт художника — так мы его городок с землёй сравняем!
— Молодой господин очень решителен, — издевательски почтительным тоном, глядя в сторону от парня, произнёс Док: — Хорошая смена у Маркова-старшего растёт.
— Да ладно тебе, Док! Он же обокрал меня, нас, то есть! И такое спустить?
— Ну, положим, обокрал он лоха залётного, — покачал головой Шнек: — А деньги нашему дорогому лох… Эээ… Пардон, командиру — ты сам отдал.
— Ну так то ж понарошку!
— Боны-то настоящие были.
— Так тем более! Мои канониры эту деревню за пять… Ну семь минут разнесут! А, командир? — Мрак с надеждой посмотрел на Сэма, но тот отрицательно мотнул головой, отчего недавний щёголь горько вздохнул и уставился в стол, бормоча что-то себе под нос.
— Мы не будем равнять это поселение, — встав из-за стола, Люциус оперся о столешницу руками, как бы нависая над собравшимися: — Мрак? Ты с Жбаном — вы тут снаряды нашли?
— Нет, — буркнул парень, не поднимая глаз.
— Нам ещё обратно лететь — будем экономить. С этим всё, — Хлопнул он ладонью по столу: — Дальше. Этот Лазар, который Вим, и тем более Грроссев — тварь редкостная. Понятное дело — нас он кинул. Но — мы же вернёмся и потребуем либо работы, либо бабки взад.
— Не отдаст, — отпив чая, покачал головой Док: — Свою охрану вытащит на поле — он же видел, что у молодого господина, — хихикнул он, покосившись на возмущённо буркнувшего Мрака: — Всего два секьюрити. Корабль небольшой — ну кто там может быть? Пилот, ну ещё штурман возможно. — Принялся он загибать пальцы: — Два охранника, сам… Молчу, Мрак. Ну и девки. Штук пять. И…
— А девчонки наши молодцы, — подал голос Жбан: — А, Мрак? Как они на тебя… Эххх… Мне б так… Ммм… — зажмурившись, толстяк расплылся в мечтательной улыбке и покачал головой, явно завидуя тем мгновеньям абсолютного женского внимания, доставшиеся молодому парню.
— Кхм… Жбан — не мешай. Итак… Ммм… — Заново загнув пальцы, Док выставил перед собой сжатый кулак и ладонь с прижатым большим пальцем: — Девять. На борту кораблика — девять человек. Округлим до десяти. А бойцов — два. Хлыща в расчёт не берём…
— Почему это — не берём? — Встрепенулся бывший модник: — Я драться умею! Я ему… им! — погрозил он воображаемому противнику или противникам, кулаком.
— Ты — да, — мягко осадил его врач: — Но мы про твою роль, которую ты так отлично исполнил.
— Ага! Я аплодировал! Стоя! — хлопнул в ладоши Жбан: — Такой гламурный подонок вышел… Прям расстрелять захотелось. Пристрелить, то есть.
— Эээ… — не зная, как реагировать на его слова — вроде и похвалили, а вроде, как и совсем наоборот, артиллерист предпочёл промолчать, сделав вид, что озадачен выбором плюшки из стоящей перед ним вазы, наполненной свежей, и восхитительно пахнущей, выпечкой.
— Жбан? — В тоне Дока послышались раздражённые нотки: — Заткнись, а? Пожалуйста!
— О! Жвалг знает волшебное слово! — Хрюкнул штурман, но видя, что никто из собравшихся не спешит разделить его веселье, снова хрюкнул — уже гораздо грустнее и, пожав плечами — мол ну и чёрт с вами, приник к своей кружке.
— Спасибо… Итак… Девять человек. Бойцов — два. Ну, ещё пилот и штурман — за одного сойдут. Девчонки… За троих. Не спорьте, — выставил Жвалг ладонь вперёд, предупреждая возможные протесты: — Бабы… Когда они дерутся — мужикам лучше в стороне быть. Поверьте — я врач, я знаю. Как полоснут когтями, — не договорив он зябко передёрнул плечами, отгоняя посетившее его воспоминание: — Итого… Ммм… Шесть. Ну, край, семь. Значит достопочтенный… — Мрак, стоило ему услышать это слово, возмущённо засопел, впрочем, сумев удержаться от комментариев.
— И да, достопочтенный Лазар и прочая, прочая, выведет на поле человек двадцать, — спокойно и терпеливо продолжил Док: — Или — тридцать. Взвод, проще говоря. Нас скрутят, набьют морды… Или наоборот — сначала набьют, а потом уже скрутят. Убивать не будут — всё же молодой господин из известной семьи, — он покосился на парня, ожидая его реакции, но Мрак молча жевал плюшку, делая вид, что к нему это обращение более не имеет никакого отношения, отчего Жвалг, улыбнулся и слегка кивнул, отмечая его выдержку.
— Может с девками развлекутся, — меланхолично добавил Шнек, и вот тут парень не выдержал.
— Как это — развлекутся?! С моими девчатами?! Эта деревенщина?! Не позволю! Сожгу! Да…
— Лейтенант Мрак! — Сэм, всё это время, стоявший во главе стола, стукнул кулаком по столешнице: — Это теория! Ведите себя прилично! Никто наш экипаж обижать не посмеет!
— Развлекутся — что от них, убудет что ли? — Так же спокойно, продолжил адмирал: — А потом, выпотрошив из нас, то есть из них — торгашей, все деньги, пинками с планеты.
— Хм… — Устав стоять, Сэм сел на место: — А что — логично.
— И что ещё интересно. — Кивком показав, что принял его слова, продолжил Шнек: — Я покопался в местной сети, благо она работает и без утерянного…
— Упёртого тобой, — поправил его Сэм.
— И без утерянного буя. — Сделав вид, что не заметил его слов, продолжил адмирал: — Так вот. Тут нет полиции. Совсем нет. В разделе для туристов — вы представляете, они думают, что к ним кто-то поедет, — фыркнул он: — Сказано, что порядок в городе обеспечивают патрули Веры — монахи из соседнего монастыря. Судя по фото — крепкие парни, ходят по трое.
— И сколько их? — пробарабанил пальцами по столу, Сэм.
— Не сказано, — покачал головой Шнек: — Но опять же — судя по монастырю — мы над ним пролетали несколько раз — я его хорошо рассмотрел, там — в монастыре, не более двух, может трёх сотен человек.
— То есть, очень грубо, сотня охраны, сотня обслуги и сотня — ну, плюс-минус, умников, придумавших эту игрушку. Так?
— Ну да. Как-то так.
— Сотня, для моих парней, — приподнялся со своего места Самсонов: — Это ерунда. Раскидаем.
Поделиться книгой: