Хмаринка. Волшебное путешествие

— Потеряем? Ты посмотри какие глубокие следы оставляет их конь. Мы их найдем даже на ощупь.

Неприятные и довольно грязные существа сопели и спорили. Существ было трое, они были маленькими по сравнению с человеком, но огромными для хмаринки. Назывались они карликуны. Когда-то очень давно они жили среди людей. Но будучи меньше их, они всегда завидовали людям, всегда считали, что их в чем-то обделяют и унижают. Больше всего карликуны любили ворчать и обижаться. Напрасно люди (а в те времена они еще все были добрыми) пытались объяснить им, что маленький или большой рост не делает никого лучше или хуже. Что важно, какой человек внутри, а не снаружи. Карликуны всё продолжали ворчать, обижаться и недовольно сопеть. Однажды они все собрались и ушли подальше от людей. Неизвестно как они оказались на болотах — этого уже не помнит никто. Но все знали, что отныне единственным существом не из их племени, которого они могли выслушать, была болотная колдунья. Как мы все понимаем, колдуний лучше не слушать, даже если ты и не ворчливый карликун. Карликуны же этого не знали и от такого общения становились все хуже и хуже. И наконец, стали такими, какими их увидела хмаринка — грязными, оборванными, злыми и, замышляющими что-то нехорошее.

И на этот раз это нехорошее касалось хмаринки и ее друзей. Поэтому она замерла за ближайшим пожухшим кустом, прислушиваясь к разговору.

— Рано, рано. Мы посмотрим, куда они идут. Колдунья сказала, что ловить их надо на обратном пути.

— Выяснить куда идут, — пропищал третий карликун, который до этого молчал.

— Да, выяснить.

— Почему мы вообще должны слушать колдунью? — спросил второй, который явно хотел побыстрей напасть на путников.

— Потому что она нас наградит.

— О да, награда, — снова вставил третий.

— Она даже не сказала нам, куда они пойдут. Налево — по безопасной дороге, или направо, где наверняка утонут.

— Утонут, — снова захихикал третий, потирая свои испачканные ладошки.

— Да замолчи ты. Что нам толку от того будет? Нам нужно что-то у них забрать.

— Брать, брать — всё забрать. Надо что-то выяснять. Будет ведьма очень рада, Ожидает нас награда.

— Ты глянь, разошелся как. Тише ты. Не хочется, чтоб этот фермер нас заметил. Нас хоть и трое, но задача будет все равно не из легких. Но ничего, если что, помощь близко.

Хмаринка решила, что услышала всего достаточно. Она тихонько вернулась к Эрвину и рассказала об опасности, которая им угрожала.

Поначалу Эрвин не сильно расстроился. Уж с тремя карликунами он точно бы справился. Но когда он понял, что те ожидают подмогу, его настроение испортилось. Он был храбрым юношей, но понимал, что слишком важно их с хмаринкой задание, чтобы так рисковать.

Долго совещались друзья, думали, как увести со следа карликунов. Внезапно Горей подошел к Эрвину и уткнулся ему в плечо. Юноша всегда знал, что его конь необычайно умен. Сейчас же он готов был поклясться, что Горей понимал каждое их слово.

И Эрвин тоже понял, чего хочет его старый друг. Решение было сложным, но другого выхода не было. Горей должен был пойти по безопасной дороге налево. Сейчас, ночью. Он должен был идти так, чтоб его след не успевал остыть, но карликуны его не видели. Хмаринке же и Эрвину предстояло за это время дойти до Лунной поляны через самую опасную часть Бурых болот. Страшно было идти туда ночью, но другого выхода не было.

Друзья условились, что конь будет ждать их под отвесной скалой, где совсем недавно ночевали путники. Расставание было тяжелым. Не известно, что станет с Гореем, который так часто спасал их жизнь. Не известно было, что станет и с ними. Попросив у Единорога помощи, чтобы все задуманное получилось, хмаринка и Эрвин, крикнув: «Скорее, в путь!» — спрятались за большой валун, а Горей тем временем специально наступая на сухие ветки, чтобы создать дополнительный шум, двинулся в противоположную от них сторону.

Очень скоро друзья увидели, как карликуны прячась, хоть и создавая при этом много шума, двинулись за Гореем. Когда незадачливые преследователи скрылись с глаз, Эрвин достал свой посох, и, ощупывая каждый шаг перед собой, путники ступили в самую страшную часть болот. Зыбучая пустошь лежала перед ними.

Обоим было грустно. Оба молчали. Ни разу за все эти дни троица друзей не расставалась надолго. Они чувствовали, что сильны именно вместе.

Эрвин хотел развеселить хмаринку, успокоить своей храбростью. Он даже попробовал тихонько напевать какую-то веселую песню, но даже она звучала тоскливо в этом страшном месте, поэтому вскоре он умолк. Хмаринка тоже пыталась поддержать друга:

«Он сказал, что будет с нами, значит, все будет хорошо, главное в это верить», — часто повторяла она толи себе, толи Эрвину.

Зыбучая пустошь казалась бесконечной. Каждый шаг таил в себе опасность. Поэтому путники продвигались очень медленно, уже где-то далеко взошло солнце, но сквозь густой туман болота все равно почти ничего не было видно.

На самом деле пустошь вовсе не была такой уж большой. Просто тропка, по которой можно было пройти безопасно, была очень узкой и все время петляла. И если бы не стоял такой густой туман, то Эрвин мог бы решить, что он ходит по кругу — так извивалась тропка: то серпантином, то змейкой, то почти пересекала саму себя.

Уже близился вечер, а друзья все еще бродили по болотам. Их силы таяли. И вмести с силами уходила вера, что они когда-нибудь выберутся отсюда. Огромные пузыри болотного воздуха все время надувались и лопались, добавляя тревожности. Иногда казалось, что кто-то пыхтит или дышит, что вокруг них что-то происходит. Но это были всего лишь огромные пузыри.

Им оставалось еще раз сделать один круг по болоту, а затем тропа должна была свернуть и вывести их в Лунный лес, но уставшие путники не знали об этом. И когда они снова остановились, вглядываясь в зыбкий серый туман, который весь день скрывал от них этот лес, он немного рассеялся. И Эрвин, пораженный, что цель их путешествия так близко от них, резко повернулся и сделал неосторожный шаг:

«Да мы же почти пришли!» — успел радостно сказать он, когда почувствовал, что его нога увязла в тягучей жиже. Моментально сообразив, что произошло, и, зная, как быстро затягивает такая трясина, Эрвин схватил Снежку и, указав на виднеющиеся деревья, крикнул:

— Скорее лети к ним. Ты должна добраться до Лунной поляны. Я знаю, ты сможешь! Да поможет тебе сила добра и Белый Единорог!

— Я не могу оставить тебя тут, — заплакала Снежка. Я спасу тебя…я… — она замолчала, всхлипывая, потому что не знала, как ей спасти Эрвина.

— Если я не буду двигаться, трясина меня не засосет. Я просто буду ждать тебя. Все будет в порядке. Но ты должна спешить. Верь!

И хмаринка полетела. Слезы катились по ее лицу. Белый единорог сказал, что она может лишиться всего. И она этого не испугалась. Но всё оказалось гораздо страшней — она лишилась всех! Всех своих друзей. Она не знала, увидит ли их еще когда-нибудь, и это было необычайно тяжело. Сейчас хмаринка совсем не думала, что впереди трудный путь, все ее мысли были заняты ее друзьями. И еще она пыталась верить. Она надеялась, что все каким-то чудесным образом снова станет хорошо. «Пожалуйста», — то и дело шептала она.

Только добравшись до дерева, Снежка оглянулась. Туман еще не успел совсем скрыть от нее Эрвина, и она увидела, что он все еще стоит на болоте. По крайне мере пока.

Но что же. Значит нужно поспешить.

Перелетая с ветки на ветку, выбиваясь из сил, Снежка неслась к горе, которая виднелась вдали. Именно, когда она точно определилась с тем, в каком направлении ей лучше двигаться дальше, бушующий рокот грома раздался у нее над головой. И так же внезапно начался ливень.

Мало кто из нас любит сильный дождь. Но если большому человеку он может быть просто неприятным, то для такого маленького существа, как хмаринка, он просто опасен. Снежка не могла лететь дальше, ее крылышки намокли. Ливень застал ее на большом пне старого дерева. Поверхность его была такой гладкой, что ей не было за что ухватиться, капли, падающие с неба, казались настоящим потоком, который грозил снести ее в огромные ручьи, с необычайной быстротой стремящиеся назад к болоту.

Тогда хмаринка выхватила свой «меч» и воткнула в пень, а сама ухватилась за иглу двумя руками. Когда новый порыв ветра с дождем ударил в нее, ей удалось удержаться на месте.

«Может мой меч и не настоящий, но он тоже уже спас мне жизнь», — подумала хмаринка. Игла стала мокрой, а руки были скользкими, поэтому в перерывах между потоками воды снежка обмотала иглу своим плащом, и именно это помогло ей уцелеть.

Сколько времени продолжался ливень хмаринка не знала. Ей показалось, что он был бесконечным. Но внезапно так же резко, как и началось, все успокоилось. Когда потоки воды уменьшились, и можно было без опасений встать, хмаринка сложила свой меч и попробовала взлететь. И сразу же поняла, что ничего не получится. Крылышки были слишком мокрыми. Сама же хмаринка была слишком уставшей. Ей так хотелось отдохнуть и поспать. Но она представила себе Горея, которого преследовали карликуны, представила Эрвина, оставшегося на болоте, и, собрав все силы, начала карабкаться вверх. На высокую скалу, за которой должна была находиться Лунная долина.

Путь уставшей хмаринки был сложным и тяжелым, но она не останавливалась. Если бы появилось солнце и ее крылышки просохли, было бы значительно легче преодолеть этот путь. Но солнце никогда не появляется над Бурыми болотами. Да и в Лунной долине, как можно догадаться, светит тоже не солнце. Каждый раз, когда усталость становилась слишком сильной, Снежка думала о своих друзьях — Горее и Эрвине, каждый раз, когда ей становилось себя жалко, на вспоминала Бениту и Изэльду, каждый раз, когда она начинала терять веру, перед ее глазами появлялся Белый Единорог. И Снежка снова устремлялась вперед, решительно и уверенно.

Ближе к вершине, скала стала совершенно отвесной, и карабкаться вверх не имело смысла. К счастью, ее крылышки к тому времени немного просохли, и с их помощью хмаринка преодолела и это препятствие.

Когда она, наконец, оказалась на поляне, на небе уже ярко светила луна. Впрочем, наверное, здесь она светила всегда. Это был не тот серебряный свет, который окружал Единорога. Сияние было светлым, но слишком холодным, и хмаринка поежилась.

На поляне было тихо. Как часто бывает после грозы или бури. Тишина вокруг не была такой зловещей, как на болоте, но она не была и так наполнена волшебством, как при встрече с Единорогом. Она была холодной и настороженной. Поэтому продвигаться вперед Снежка стала тоже очень осторожно.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что спрятаться тут практически негде — вокруг не было ни одного дерева, или большого камня — хмаринка начала искать нужные цветы. Почему-то она думала, найдет их сразу. Но цветов на поляне оказалось неожиданно много, и какие из них были нужными, хмаринка не знала.

Снежка очень расстроилась. Она сердилась на себя за то, что не спросила описание цветов у Белого Единорога, и понимала, что из-за этой оплошности все их жертвы могут оказаться напрасными. Хотелось плакать. Но, пересилив себя, хмаринка двинулась вперед, в надежде, что каким-то чудом обязательно догадается, что это за цветы, когда их увидит.

Множество прекрасных растений было перед ней. Разных цветов, видов и форм. С пышными, величественными головками, с нежными или сладкими ароматами. Снежку привлек один из цветков, очень красивый, который, казалось, манил к себе своим невообразимым нежным запахом. Она уже наклонялась к нему, когда боковым зрением увидела какое-то движение. Хмаринка резко обернулась, и даже не успев разобраться с тем, что это за темное пятно, ринулась в атаку. Повалив на землю существо, с такой скоростью мчавшееся к ней, она, наконец, рассмотрела своего противника.

Нечто примерно ее роста, одетое в своеобразный плащ из листьев, отчаянно выворачивалось и пыталось вырваться. Лица своего врага Снежка не видела, но присмотревшись, заметила, что у него такие же, как у нее светлые волосы. Когда же хмаринка развернула это брыкающееся и что-то мычащее существо к себе лицом, она закричала.

От радости! Перед ней был хмарик.

— Да отпусти же меня, наконец, — серьезным взрослым тоном сказал Пушистик.

— Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! — не унималась Снежка.

— Я заметил, — улыбнулся хмарик, потирая, ушибленную при падении ногу.

— Ты же напугал меня. Налетел неожиданно со спины, — виновато оправдывалась хмаринка.

— Вообще-то, ты поблагодарить меня должна за то, что я так «налетел». Когда я увидел, что ты хочешь понюхать сонный цветок, я кричал тебе, но чары цветка, наверное, уже на тебя подействовали, и ты меня не слышала.

— Ты кричал? — хмаринка была удивлена. В такой тишине, она обязательно должна была его услышать, но… — Я и правда ничего не слышала.

— Это из-за цветка. Он завлекает к себе, а если его понюхаешь, то потом спишь несколько дней. Сколько точно я не знаю — я ведь был все время тут совершенно один. А одному тяжело определить, сколько ты спишь. Так что тебе очень повезло, что я вовремя тебя заметил.

«Вот. Снова „повезло“», — подумала хмаринка. И тихо про себя сказала: «Спасибо». А потом уже это же слово сказала и хмарику.

— Благодарю тебя, мой друг. У меня очень мало времени, мне нужно помочь тем, кто ждет от меня помощи, и долгий сон был бы точно не к чему. Хотя… я даже не знаю, смогу ли кому-то помочь. Никогда не думала, что здесь будет столько цветов. — Хмаринка грустно развела руками. — Как среди всех я найду нужные?

— Думаю, будет лучше, если ты расскажешь мне все по порядку, — попросил хмарик.

И хмаринка, хоть и очень кратко, рассказала другу обо всем, что случилось с ней после того, как его унесло ветром, в сторону от их родного облака.

Пораженный ее рассказом, Пушистик сказал в ответ, что его путешествие не было таким увлекательным. Его занесло сюда. Он попытался спуститься вниз, но скала была слишком отвесной. Так что все это время он провел в одиночестве. Ему было грустно и тоскливо, он очень ругал себя за то, что так неосмотрительно отправился в такую погоду к краю облака, он часто вспоминал о хмаринке, и уже не надеялся, что когда-то снова увидит ее.

Единственное, что скрашивало его пребывание тут — это были цветы. Он придумывал им названия, изучал их свойства. И, возможно он и ошибается, но он надеется, что тоже сможет быть полезным для Белого Единорога.

— Идем скорее за мной, я тебе кое- что покажу.

Он повел Снежку на другую сторону поляны. Там, вдали от пышных и красивых цветов, достойных стать украшением королевских садов, росли небольшие белые цветочки. Всего 5 лепестков и тоненький стебель. Они были очень простыми по сравнению со всей той красотой, которую видела хмаринка до этого. Но хмарик смотрел на них с настоящей нежностью.

— Вот, это мои любимые. Я назвал их «цветы жизни». Не думаю, что они могут кого-то оживить, но… кое-что они определенно могут.

Он взял хмаринку за руку (ее руки, после того, как ей без крыльев пришлось карабкаться по скале, были все в царапинах и ушибах). Затем он нагнул один цветочек. Очень аккуратно он провел им по всем ранам, лёгкая почти незаметная пыльца коснулась каждой царапины, и внезапно Снежка увидела, что все ушибы исчезли. Это действительно были цветы, способные заживить любую рану.

— Но как?

— Я не знаю. Это просто чудо, — улыбнулся хмарик. Однажды я поранил ногу, она долго не заживала. А потом я случайно заснул тут, среди этих цветов. И проснулся совсем здоровым.

Впрочем, времени на долгие разговоры у друзей не было. Достав кожаные мешочки, специально приготовленные хмаринкой для этого, друзья струшивали в них пыльцу волшебных цветов. Когда они покончили с этим, было решено, что участок спуска, который невозможно преодолеть без крыльев, они пролетят, держась друг за друга. Понятно, что маленькие крылышки могли не выдержать такой тяжести, но другого выхода не было. А затем уже они будут спускаться самостоятельно, чтобы на болоте снова воспользоваться крыльями.

Уже подойдя к краю обрыва, хмарик о чем-то вспомнил и, попросив хмаринку подождать, снова побежал на поляну. Оттуда он вернулся с еще одним мешочком. Затем, крепко обхватив друг друга, друзья устремились вниз. От страха хмаринка даже закрыла глаза, ожидая скорого падения, но откуда-то взявшийся порыв ветра подхватил их и понес не вниз, а в сторону. Вначале Снежка пыталась сопротивляться ветру, но заметив, что он дует в нужном им направлении, успокоилась. Ветер был не ураганным, а мягким, но сильным, и определенно нес их прямо в сторону горы, где Снежка впервые увидела Единорога.

Пролетая над Зыбучей пустошью, хмаринка старалась разглядеть там Эрвина, но даже ее острое зрение не помогло ей в этом. Эрвина не было. Сердце хмаринки сжалось, она даже захотела спуститься вниз, но ветер снова подхватил их, унося прочь. Хмаринка сморгнула слезы и решила верить в лучшее.

Путь, который был таким долгим и тяжелым по земле, по воздуху оказался на удивление быстрым и легким. И очень скоро друзья приблизились к тому месту, где должны были встретиться Эрвин, Горей и Снежка, если бы их путешествие закончилось хорошо. Здесь внезапно ветер утих, и хмарик с хмаринкой мягко опустились на землю.

— Ничего себе полет. А я столько времени просидел на верху, потому что думал, что с отвесной скалы нельзя спуститься.

— Ты абсолютно правильно думал. Это было бы опасно. Просто нам помог…

— Вам, как и нам, помог Белый Единорог, — сказал Эрвин, который в этот момент вышел на поляну, держа по уздцы Горея. — Ты абсолютно права, Снежка.

Со слезами радости на глазах хмаринка бросилась к другу. Эрвин тоже был необычайно рад встрече, Горей довольно ржал, постукивая копытом.

На минуту хмарику показалось, что ему Снежка обрадовалась не так сильно, как своим новым друзьям. Но тут он услышал вопрос Эрвина:

— Неужели ты нашла своего друга? — А когда Снежка кивнула, продолжил, обращаясь уже к Пушистику. — Ты себе даже не представляешь, сколько она тебя искала, часто даже рискуя при этом жизнью.

После этого Пушистику стало стыдно за свои мысли. И он понял, что если у кого-то появляются новые друзья — это совсем не значит, что ты стал для этого друга менее важным.

— Я так рада, что все вы тут! Но как ты спасся, Эрвин?

— Не иначе, как чудом. Или, если быть точным, думаю, что меня спас Белый Единорог. Помнишь большие пузыри воздуха на болоте, они нас еще все время пугали, когда лопались? Когда ты улетела, я почувствовал, что постепенно трясина меня затягивает. Мне не так обидно было бы умереть, но я понимал, скольким людям я не помог, и тебя не смог доставить к Лунной поляне. И когда все стало уже совсем плохо, у меня под ногами образовался такой вот пузырь. Я даже опомниться не успел, как он лопнул, а меня выкинуло на кочку. Я попробовал вернуться на то же место, чтобы найти тебя, но внезапно начался ливень и я сбился с пути. Я продолжал поиски, но вместо болота очутился у реки. Порывом ветра меня снесло в реку, а когда я, наконец, выплыл на берег, рядом со мной стоял Горей. И судя по всему, лучше меня знал куда идти, именно он и привел меня сюда.

Внезапно Эрвин замолчал глядя куда-то за спину друзей, затем опустился на одно колено и почтительно склонил голову. Все трое друзей сразу же обернулись, но только Снежка уже знала что, или верней кого они увидят. Величественный и прекрасный на поляну ступил Белый Единорог. Снова она озарилась почти невидимым, но всеми ощущаемым светом, а сердца всех наполнились трепетом и восхищением.

— Рад, что вы все благополучно добрались, — улыбнулся Белый Единорог. — Надеюсь, ваш сложный путь был не напрасным?

Снежка немного придя в себя, достала мешочек с пыльцой и подошла к Единорогу, аккуратно насыпав пыльцу на его ногу. Рана затянулась, но тут Снежка поняла, что приближаясь к ним в этот раз, Единорог не хромал. Она уже хотела спросить его об этом, когда он, прочитав ее мысли, ответил сам:

— Ты абсолютно права, дитя мое. Я чувствую себя значительно лучше. Но ты не права, если думаешь, что мне не была нужна ваша помощь. Мэрлок смог так близко подобраться ко мне, потому что я терял свои волшебные силы. Когда люди перестают делать добрые дела, моих сил становиться слишком мало, чтобы помогать им. Но вы, все четверо, снова сделали так, что добра в мире стало больше чем зла. Наибольшее добро — это когда кто-то забывает о своих интересах, ради других, и готов пожертвовать даже своей жизнью, для их спасения. Только такое самопожертвование могло спасти этот мир сейчас, только оно поможет вам одолеть Мэрлока.

— Но разве ты не пойдешь с нами? Ведь людям нужен ты! Без тебя они не смогут вновь стать добрыми, не смогут победить силы зла.

— Ох, Снежка. Разве тебе нужен был я на болоте, или под проливным дождем, который мог смыть тебя, разве нужен был я тебе в эти минуты, чтобы продолжать следовать дорогой добра?

— Но ведь ты был там со мной все это время! Ты был всегда! — горячо возразила хмаринка.

— И со всеми остальными я тоже всегда. Просто не все в это верят, и потому не замечают. Вы, с вашими чистыми сердцами, сможете противостоять любому злу. Вы сами поможете людям. А я всегда буду находиться рядом, если вам понадобится помощь. Вы готовы снова отправиться в путь?

— Да, конечно, — сказала хмаринка не так радостно, как хотелось бы. Что не говори, а ей все-таки было куда легче, если бы она смогла видеть присутствующего рядом Белого Единорога, а не только надеяться на это и верить.

— Но какой подвиг если ты веришь в то, что и так очевидно? Это сможет всякий, — услышала она ответ на свои мысли.

— Вы справитесь. Мэрлок черпает свои силы только из страха людей, да с волшебного клинка Луны и Солнца. Когда люди перестанут его бояться, он станет слабеть. Вы думаете, почему его подземелья всегда полны узников? Их держат в вечном страхе, они не видят солнца и не надеются обрести свободу. Именно их отчаянье дает ему сил. Вы спасете этих людей, и тогда сможете сразиться с теми, кто верен Мэрлоку. Только после этого мир и счастье снова поселится в этих землях. Знайте, в этой битве важен каждый из вас! А теперь в путь друзья, и помните:

Пока добро в ваших сердцах стучится, Плохого в этом мире не случится! Пока на помощь вы к друзьям спешите, Любое зло легко вы победите! Пока любовь и вера ваше сердце греет, Сила добра любое колдовство развеет!

И Белый Единорог покинул поляну, больше ничего не сказав, хотя друзья могли поклясться, что каждый еще услышал: «Я буду с вами».

Не смотря на то, что все очень хотели быстрей вернуться в родное Подгорье и свергнуть Мэрлока, в эту ночь друзья заночевали тут у костра. Эрвин сказал, что им нужно многое обсудить, и решить, как лучше действовать. Много планов обговаривалось у костра той ночью. Так много, что заснули они почти под утро. Но к тому времени они уже решили, кто и как будет действовать.

В самые короткие сроки, почти не отдыхая, путники преодолели большую часть пути. А, уже подходя к своим землям, друзья разделились на группы и отправились в разных направлениях.

Им предстояла битва, славная битва, великая битва, память о которой остается в веках. Но прежде чем должна была начаться битва между добром и злом на поле боя, люди должны были одержать победу над силами зла в своих душах. И Эрвин отправился в родные земли, чтобы вернуть людям веру, и поднять их на бой с врагом, который до этого казался им всем непобедимым.

Снежка же с хмариком отправилась в город, чтобы разузнать, что изменилось там, поддержать Бениту и узнать у Изэльды, есть ли какая-то возможность спасти узников, томящихся в подземелье.

Находясь еще на довольно далеком расстоянии от города, наши путники поняли, что за время их отсутствия здесь много что изменилось. Мэрлок, почувствовав свою силу, готовился выступить в поход. Земель Подгорья стало казаться ему мало, его тщеславие требовало, чтобы все существа, которые еще пытались сохранять свою свободу, как например цветочные эльфы, полностью подчинились его могуществу и власти.

В городе была усилена охрана, а в землях вокруг все время на глаза попадались дикие иглозубы, грязные карликуны и зловещие войска Мэрлока.

Наших маленьких друзей, благодаря их росту, никто не заметил, и они благополучно добрались до дома Изэльды. Старая женщина была необычайно рада увидеть хмаринку. Но это была единственная радость. С тревогой начала она рассказывать им последние новости.