Сладкий, пряный, огнестрельный

Конечно, это мог набрать и тот, кто похитил Костю, завладев его телефоном. И все же Саша чувствовала: это он. Его тон не подделаешь!

«Это не шутки, у меня проблемы!» — улетело к нему очередное сообщение.

«Вот и справляйся сама. Тема закрыта».

Она попробовала набрать его снова, надеясь, что он сообразит наконец, что это не попытка помириться. Однако телефон оказался отключен, Костя наглухо закрыл за собой дверь.

Теперь она должна была спасаться сама, и эта мысль пугала Сашу. Она к такому не готовилась, у нее в жизни не получится! Ну а что тогда? Сдаться на милость победителя?

Нет, она слишком хорошо помнила, что осталось от Элины! Она такого не хотела.

Саша попыталась покинуть магазин незаметно, надеясь слиться с толпой подростков. Но нет, стоило ей только обрадоваться, что получилось, как Анастасия и ее спутник снова мелькнули в стороне. Они напоминали Саше акул, кружащих вокруг добычи: такие же спокойные и непреклонные.

Она не знала, куда податься. В очередной раз пытаясь оторваться, Саша обнаружила, что находится в магазине косметики и бытовой химии. Здесь точно негде было спрятаться, даже примерочных нет! Хотя чем ей помогут примерочные? Анастасия просто дождется ее возле выхода, а может, и следом отправится! Кто их знает, как они убивают.

Она не могла убежать от них в буквальном смысле. Нужно было нечто такое, что отвлекло бы ее преследователей. Подсказать ей путь к спасению никто не мог, и приходилось думать самой.

Она все-таки нашла решение. Сначала оно показалось таким безумным, что Саша отмахнулась от него. Но других вариантов не было, и этот план снова и снова возвращался к ней. Это было неправильно, преступно даже. Да только. Что ей остается?

В памяти всплыли слова «Загнанная в угол крыса бросается на кошку». Она не помнила, где услышала их, да это было и неважно.

Она отошла в ту часть зала, где складировалась внушительными горами туалетная бумага, бумажные полотенца, салфетки. К этому моменту Саша уже нащупала в сумке зажигалку, которую когда-то забрала у Жени — он с ней мог бед натворить. Кто бы мог подумать, что беды станет творить она! Нужно было действовать либо быстро, либо никак. Если бы она стала медлить и сомневаться, ее бы просто вышвырнули из магазина, и Анастасия обязательно воспользовалась бы этим! Страх перед тем, что с ней могли сделать эти двое, придал Саше сил.

Она одним пинком развалила ряды туалетной бумаги, так, что рулоны валялись повсюду, подхватила с ближайшей полки бутылку с аэрозолем и поднесла ее к зажигалке…

Это было не так красиво, как показывают в фильмах. Пламя, которое подхватило газовое облако, было похоже не на ровный контролируемый поток, а на ураган. Оно больно обожгло Саше пальцы, и девушка вскрикнула, но бутылку из рук не выпустила. Она слишком хорошо представляла, что с ней будет, если она сейчас потерпит неудачу.

Бумага загорелась быстро, еще через мучительно долгую минуту взвыли пожарные извещатели. В той части зала, где находилась сейчас Саша, никого не было, но дым и пламя многие увидели издалека; зазвучали крики.

— Пожар!

— Все на выход!

— Горим!

Начало было успешным, и хоть у Саши нестерпимо болела рука, она не собиралась замедляться. Она покинула магазин вместе с толпой перепуганных клиентов. Если кто-то из охранников и заметил, что пожар устроила она, удержать ее все равно не удалось бы.

Она не сомневалась в том, что огонь быстро потушат — если он сам еще не погас! Там не настолько разрушительный эффект был, больше дыма, чем жара. Но Саше нужен был тот шум, что возникает при опасности, и хаотичное движение.

Она уже не присматривалась, рядом ее преследователи или нет. Все ее внимание было сосредоточено на том, чтобы не упасть, иначе ее могли просто затоптать! Она только видела перед собой спасительный выход и бежала к нему.

На улице Саша вздохнула спокойней, но шаг не замедлила. Ей нельзя было находиться здесь, и по многим причинам. Она на ходу достала телефон из кармана, набрала единственный номер, который сейчас был важен.

Витольд в отличие от Кости ответил сразу, хотя у него причин обижаться было гораздо больше.

— Чем могу быть полезен? — холодно поинтересовался он.

— Мне нужна помощь, — всхлипнула Саша. — Очень!

Его тон мгновенно изменился:

— Где ты, что случилось? Давай самое основное.

— У меня обожжена рука, я только что устроила пожар в магазине, меня хотели похитить, а возможно и убить!

— М-да. Я ожидал, что от сотрудничества с тем мужланом у тебя будут проблемы, но не такие же. Ты можешь сейчас приехать в мой салон?

— Да, я как раз в центре.

— Дуй сюда, я как раз все подготовлю.

Она не знала, что он собирается подготавливать, но все же послушалась. Обожженную руку Саша завернула в шарфик, чтобы не вызвать лишних вопросов, и нырнула в первое попавшееся такси.

Путь до салона Витольда отнял минут двадцать. Саша заплатила водителю и, не дожидаясь сдачи, побежала к дверям. Она знала, что выглядит жалко: мокрая от дождя, с размытой косметикой и перемотанной рукой.

Стилист не стал ни о чем расспрашивать. В его салоне Сашу уже ждала девушка с противоожоговой мазью и специальной повязкой.

— Медсестра по образованию, — представил ее Витольд. — У меня работают очень талантливые люди. Когда она с тобой закончит — быстро ко мне.

Саша знала, что не заслужила такое отношение — после того как некрасиво поговорила с Витольдом. Но отказываться не стала. Хоть кто-то же должен остаться человеком, когда все остальные подводят!

Когда предполагаемая медсестра закончила обрабатывать ее руку, боль почти утихла.

— Покажитесь врачу, — посоветовала она. — На всякий случай. Ничего слишком серьезного там нет, думаю, и шрама не останется. Вам повезло!

В своем везении Саша сильно сомневалась, но медсестру поблагодарила. Когда она пришла в кабинет Витольда, ее уже ждал горячий обед. Как ни странно, от этого она почувствовала себя еще хуже.

— Извини, — Саша отвела взгляд. — Я очень виновата перед тобой.

— В тебе есть глупость, но нет злости, — усмехнулся Витольд. — В нынешних реалиях это далеко не худший вариант.

— Мне правда очень жаль!

— Это я уже понял. В иных обстоятельствах я бы заставил тебя помучиться угрызениями совести подольше, но тут не стану. Я не садист. Выкладывай все, что случилось с момента нашего последнего разговора.

Она послушалась, потому что не видела смысла ничего таить. Саша вконец запуталась, и ей нужен был кто-то, кто вывел бы ее из этого лабиринта. Витольд вполне подходил на такую роль. Он не перебивал ее, иногда хмурился, но не критиковал. Лишь когда она закончила, он сказал:

— Твой дружок оказался именно таким, как я ожидал. У меня на них нюх! Махровый эгоист, иначе и не скажешь. Даже его ухаживания — акт самолюбования. Вроде как: смотрите, каким я могу быть! Но в целом женщина нужна ему как зеркало — чтобы постоянно отражать его великодушие и сексуальность. Скверный типус.

— Да плевать мне на него! Меня или убьют, или посадят, вот что меня действительно волнует!

— Уже не убьют. Могли, это было бы в их стиле — с подачи твоего Ромео ты засветилась. Но ты правильно сделала, что ушла от них. Теперь они к тебе не подкрадутся.

— Тогда посадят, — рассудила Саша. — Этого я тоже не хочу!

— Не хочешь — не надо! Ты серьезно думаешь, что я тебя не отмажу от такого пустячка? Мелкое хулиганство, и никто не пострадал — большая проблема!

— Меня засняла камера скорее всего. Меня там много кто видел!

— Все, включая камеру, видели какую-то девушку, — подмигнул ей Витольд. — Не тебя. Кто знает, что это ты? Никто. Если не будешь болтать, никто и не узнает. Я уже послал Леночку, одну из моих мастериц, за новыми вещами. Когда она принесет их, переоденешься, а с этими можешь попрощаться. Оставь себе только документы и деньги, если есть, сумку и шмотки сожжем без проблем. Волосы тебе перекрасим, но это даже к лучшему, все-таки шоколадный — не твой цвет!

Его слова обнадеживали, но расслабляться Саша не спешила.

— А вот с этим как быть? — Она указала на свою перебинтованную руку. — Это же улика?

— Ой, даже слова такие не говори, зая! Это ты просто схватилась за раскаленную плойку. Бывает! По глупости девушки еще и не такое делают — тебе ли не знать?

Витольд действительно собирался помочь ей. Саша понятия не имела почему. Она понимала, что это будет дорого и совсем не так просто, как он пытался обрисовать. Однако отказываться она не спешила. После того, что случилось сегодня, ей важно было знать, что хоть один человек готов остаться на ее стороне, несмотря ни на что.

* * *

Вероника не знала, чего ожидать — и ожидать ли чего-то вообще. Был еще шанс, что Гарбушев оставит ее в покое хотя бы из уважения к Северу. Он отпустил ее из своего дома, не продемонстрировал никакой агрессии, она обещала ему перезвонить. Все прошло цивилизованно!

Той ночью она боялась заснуть. Она сидела полностью одетая, с телефоном в руках, и ждала. Ее дверь была заперта на все замки, но вряд ли это могло помочь. Она даже не знала, к кому обратиться, потому что не могла толком описать угрозу!

Гарбушев все понял, это однозначно. Но нет гарантии, что отреагирует он нападением. Ее осведомленность могла лишь стать для него знаком, что пора менять тайники.

Она не спешила расслабляться. Весь следующий день она держалась подальше от своих друзей, она не могла допустить, чтобы Дамир и Алиса пострадали из-за этого. Она не сказала ничего Северу, когда он звонил. Вместо этого Вероника весь день провела в библиотеках и кофейнях — работала оттуда со своего ноутбука. Она собирала информацию о Гарбушеве, стараясь лучше понять его.

Она сама не заметила, как засиделась допоздна. Осенью ведь не поймешь — поздно уже или еще только семь. Ей казалось, что стемнело совсем недавно, а беглый взгляд на часы показал, что перевалило за десять.

Это не предвещало ничего хорошего. Веронике даже хотелось напроситься к кому-нибудь ночевать, но она сдержалась. За день она не заметила за собой никакой слежки, похоже, ее решили оставить в покое!

Всю обратную дорогу она внимательно смотрела по сторонам. Вероника специально кружила по городу дольше обычного, чтобы выявить возможный «эскорт». Ничего! Машины рядом с ней сменялись, все ехали по своим делам, игнорируя ее.

Сворачивая во двор, она была почти спокойна. Здесь ярко горели фонари, свет приветливо мерцал во многих окнах, а людей не было вообще. Она могла быстро попасть в свой дом. Может, провести очередную бессонную ночь, но все-таки в безопасности!

Она поставила машину на обычное место, забрала сумку с ноутбуком и еще раз огляделась по сторонам. Хоть в обозримом пространстве и не было движения, Веронику это не успокаивало. Снова обвинив себя в позднем возвращении домой, она направилась к подъезду.

Козырек над подъездом создавал тень, лампа прямо над дверями была сломана, поэтому Вероника долгое время не замечала притаившегося там человека. Да и он задачу ей не упрощал: прижимался к стене, не двигался. Лишь когда он шагнул ей навстречу, все стало очевидно.

Вероника невольно отпрянула, вскрикнула. От резкого движения ремень соскользнул с плеча, и сумка с ноутбуком упала на землю. В этот момент она была почти беззащитна, и если бы мужчина напал, она бы не смогла отбиться от него.

Однако нападать он не спешил. Напротив, он растерянно взмахнул руками и бросился помогать ей. А Вероника наконец узнала его.

— Миша? Ты что здесь делаешь?

— Извини, не хотел пугать тебя, — виновато улыбнулся он. — Да и права припираться сюда не имел. Но у меня дело — труба! Выхода не было, так что. Извини.

Она совсем позабыла о нем! Вероника переключилась на другое дело, перестала думать о том расследовании, которое поручил им Тронов. Сделать это ей было легко, она же за деньгами не гналась!

Михаил не звонил ей, и она была уверена, что он справляется сам. А он снова появился здесь.

— Я думал, мы решили работать командой, — заметил он. — Не то чтобы ты чем-то мне обязана! Просто. я так решил. Наивно, да?

— Не наивно. Я действительно не собиралась участвовать в этом отдельно от тебя. У меня просто появилось более важное дело, не связанное с проектом, и я отвлеклась.

— А. Я-то думал, ты на меня махнула рукой! Это было бы справедливо. Скажем прямо, детектив из меня неважный.

— Может, и так, — пожала плечами Вероника. — Но я действительно хотела помочь тебе выиграть.

— Тут или с тобой, или никак. Третьего мне вообще не дано. Я пытался что-то делать сам, следовать твоему примеру, но с этим у меня ноль! Тогда я решил уйти из проекта досрочно. Это тоже был плохой шаг. Я вообще загнан в угол, и мне очень нужна твоя помощь!

У Вероники совершенно не было на него времени. По сравнению с Гарбушевым риелторы со своими махинациями отходили на второй план. Вместе с тем ей было стыдно, что она бросила Михаила после того, как пообещала помочь. Ее не волновало, что он взрослый мужчина и полноценный участник проекта, который должен действовать самостоятельно. Веронику вообще не беспокоили обязанности других людей; она слово дала, вот что важно!

— Давно ты тут?

— Часа три уже, — отозвался Михаил. — Звонил в твою квартиру, понял, что тебя нету, и решил подождать.

— А на телефон почему не позвонил?

— Да мне вот так, лично, просить как-то проще. По телефону — совсем не то!

— Ты не знал, вернусь я ночевать или нет, — указала Вероника. — Мог всю ночь тут прождать!

— Мог. Но мне больше некуда идти. Говорю же, я в тупике!

Еще одна проблема на ее голову. Хотя в чем-то она виновата сама: нечего было обещать! Придется помогать этому дядьке. К тому же в его обществе должно быть не так страшно.

— Сделаем вот как: останешься на ночь у меня, — решила Вероника. — Спать будешь на диване, лишнего не подумай!

— Да я и не думал того. лишнего!

— Это правильно. У меня квартира большая, места хватит. А утром уже.

Договорить она не успела. Михаил подался вперед и довольно резко оттолкнул ее в сторону. Несмотря на невысокий рост, сила у него была внушительная: Вероника отлетела практически на метр и неловко приземлилась на пожухлую траву. Сильно она не ударилась, скорее была шокирована.

Однако причина такого странного поведения со стороны ее собеседника очень скоро стала ясна. Вероника при разговоре стояла лицом к подъезду, Михаил — к дорожке. Именно поэтому он первым заметил мужчину в темной куртке, приближавшегося к ней со спины. Поначалу Михаил не обращал на него внимания, решил, что это кто-то из жильцов, он ведь не знал тут никого! Однако нож в руке незнакомца отразил свет, выдал себя. Было очевидно, что жертвой должна была стать Вероника.

И стала бы, если бы Михаил не откинул ее в сторону. Теперь мужчины отчаянно боролись на дорожке. С головы незнакомца слетел капюшон, но Вероника все равно не узнала его, они точно никогда не встречались.

Это было и неважно. Она не обязана знать в лицо всех наемников, что работают на Гарбушева.

Казалось бы, ситуация предрешена заранее: Михаил не должен был одолеть профессионала. Но и дальнобойщик оказался не так прост. Чувствовалось, что на него не первый раз нападали с ножом, он знал, как обороняться.

Помогло ему еще и то, что незнакомец оступился на неровном асфальте. Михаил воспользовался моментом, когда противник потерял равновесие, чтобы выхватить нож. Он ударил незнакомца рукоятью в висок, быстро, решительно, и тот повалился на дорожку. Вероника уже успела встать и теперь снова стояла у подъезда с ключами наготове.

— Нам нужно срочно подняться в мою квартиру! — прошептала она.

— Зачем спешить? — Михаил все еще пытался отдышаться после драки, но чувствовалось, что он доволен собой. — Я же завалил его! Черт, а сильный лосяра. Кто это был?

— Понятия не имею, поэтому нам и нужно спрятаться!

Он думал, что одной дракой дело закончится — и она такой исход не отрицала. Но Вероника все равно не хотела рисковать.

Из них двоих она оказалась права, хотя и не желала этого. В тишине прозвучал выстрел, частично скрытый глушителем. Откуда стреляли — Вероника сказать не могла, рядом с ними по-прежнему никого не было.

Однако пуля не была случайной: Михаил вздрогнул всем телом и начал заваливаться вперед, на нее. Вероника не была к такому готова, но все равно каким-то чудом сумела его поддержать. Потому что знала: если она даст ему упасть, то уже не поднимет.