Откуда есть пошла земля нарофоминская

Много времени и сил потрачено на отыскание значения и смысла топонима Верея. Можно бы было остановиться на избранном Екатериной Второй значении: "столбы для ворот". Но ведь это не единственный населенный пункт с таким названием. В средней полосе России, в том числе в Московской области имеется сразу несколько населенных пунктов с названием Верея. Академик Л.Берг писал: "Будучи результатом многовековых наблюдений постоянного местного населения и продуктом творчества такого гениального коллектива", каким является народ, народные термины заслуживают самого внимательного отношения.

В "Словаре народных географических терминов" отмечается, что слово верея имеет то же самое значение, что и веретья.

В Среднем Поволжье слово верея означает "возвышенное сухое место на пойме, непоемная гряда, вал на пойме, песчаная гряда на низких заболоченных местах". В Тамбовской области это – "небольшой клин, полоса луга, поля, леса". В Смоленской области означает "опасный провал в болоте".

Некоторые исследователи отличают верею от веретьи по следующим признакам. Вереи идут в несколько рядов параллельно друг другу, местами имеют поперечные прорывы, во время весеннего разлива затопляются. Поспелов считал, что наш город располагается на веретье, незатапливаемой в половодье и разрезанной одиннадцатью глубокими оврагами. И эта гипотеза на мой взгляд предпочтительней, чем основанная на "столбах для ворот".

Третий город нашего района – Апрелевка. Самый молодой из всех ранее названных, имеющий не менее красивые, но самые загаженные окрестности. Название Апрелевка перешло с ранее существовавшего гидронима. Речка Апрелевка имеет свой исток в центральной части современного одноименного города, впадает в реку Десну. Устье находится на одной из восточных окраин имения Демидовых в селе Петровском. Откуда могло родиться это название?

Апрель, Апрелий, Апрелия – это имена, которые давали в семьях состоятельных дворян средневековой Руси. В переводе с латинского априкус означает "освещенный солнцем".

Вполне возможно, что свое название речка Апрелевка получила за свой сезонный характер. У Даля к этому слову приведена характерная народная примета: в апреле это река, а в июне – ручей. На этой реке в конце XIX века у помещика Кохманского купил небольшой участок земли известный русский писатель Николай Николаевич Златовратский. Спустя много лет, уже в середине прошлого века, дочь писателя Софья Николаевна опубликовала свои воспоминания об этой поре. Вот как она описывала здешние особенности:

"... Наш участок перерезала небольшая речка Апрелевка, вернее, ручей с небольшими бочажками. Весною Апрелевка выходила из берегов, бочажки разливались по оврагу, и скромный ручей обращался в реку, а в засушливое лето совсем пересыхал, оставались только бочажки. Но зато овраг, щедро напоенный влагой, покрывался сочной зеленью с островками голубых незабудок, розовых бархатистых метелочек неизвестных мне цветов, испускающих нежный аромат, гвоздикой, цыганским пухом и золотыми лютиками, которые целыми зарослями покрывали берега ручья".

Однако подобное восторженное восприятие апрелевских окрестностей не совсем разделяется людьми, живущими в верховьях небольшой речушки. Болотистые почвы в этих местах напоминают им другую особенность календарного месяца. "В апреле земля преет" – черпают они у Даля другую народную примету. И переварив ее на основе местного опыта, произносят название с упором на третий слог – Апреловка.

Рядом с апрелевским домом Златовратских располагается (или располагалась – ?) деревня Мамыри. Такое вот интересное названьице! Софья Златовратская не смогла его ни забыть, ни обойти в своих воспоминаниях:

"Интересно происхождение названия этой деревни. По рассказам местного старожила, нашего соседа, известного в то время в Москве городского судьи Бенедикта Георгиевича Кругликова, остряка и прекрасного рассказчика, деревня эта принадлежала какой-то богатой помещице, которая, выходя замуж, подарила эту деревеньку мужу, написав в дарственной "а мон мари". Растроганный муж решил в память этого события назвать деревню "Амонмари", а крестьяне очень скоро переименовали ее в "Мамыри".

Эту историю о происхождении названия деревни Момыри повторил вслед за Златовратской Ю.Бахрушин, предложив, правда, свое написание – через "о". Современное обозначение – Мамыри.

С.Златовратская ошиблась еще в одном: Бенедикт (или Венедикт) Кругликов не был мировым судьей в Москве, но о Кругликовых рассказ впереди.

Ясно, что рассказанная история красива, но неубедительна. На географической карте XVII века эта деревня обозначена под названием Мамырёво, а в XVIII – Мамырка. Истории, рассказанные Златовратской, Бахрушиным и, якобы, Кругликовым, воспринимаются как занимательное чтение. Своего рода народная этимология. Хотя она и далека от научного объяснения происхождения топонима, право на жизнь имеет. Оставим в стороне аспекты взаимоотношений в русской помещичьей среде.

Перед нами топоним сугубо отечественного корня и происхождения. Попытаемся выяснить значение форманта -ри. Основу мамы- пока трогать не будем. Посмотрим на значение суффикса -ри в обычных словах: кудри, дебри, ноздри... В топонимах: Поныри, Грабари, Сандыри... Примем во внимание, что в соседнем районе Московской области также есть деревня с названием Мамыри...

Представляется весьма вероятным происхождение этого названия от профессиональной деятельности его жителей, точнее, жительниц. Во все времена у всех народов и сословий существовала проблема «внебрачных детей». Если бедным девушкам приходилось расплачиваться за свой и чужой грех жизнью, то богатые блудницы, родив такого ребенка, стремились подыскать ему мамушку-кормилицу в какой-нибудь глухой деревне, подальше от людских глаз. Дальше – больше: и деток, и мамок. Так возникло название деревни, скрытой непроходимыми лесами и болотами.

Господствующие в славянской топонимике суффиксы -ов, -ев, -ин, -ск обычно образуют топонимы, не представляющие трудноразрешимых загадок. С помощью этих суффиксов образованы названия большинства населенных пунктов нашего района.

Вернемся, однако, к уже перечисленным мною названиям населенных пунктов, вернее, к некоторым из них: Афанасьево, Волково, Симбухово, Ковригино, Селятино, Софьино... Они образованы от личных имен или прозвищ, и если этимологические поиски приведут нас к исходному значению слова, например Афанасий (по-гречески – бессмертный), то деревня к этому значению никакого отношения, конечно, не будет иметь. Если жители вознамерятся воздвигнуть монумент основателю своего поселения, то им стоит обратить внимание на документы из эпохи крепостного права, частной собственности на землю.

Время многое меняет в топонимике. За прошедшие века название деревни могло меняться много раз. Просто по прихоти владельца. В 1913 году основатель московского театрального музея А.А.Бахрушин приобрел загородное имение вместе с селом Афинеевым. Естественно, раз купил, значит, местечко понравилось, а вот название по какой-то причине невзлюбил. У богатых, как говорят на Руси, свои причуды. Старое название Бахрушин взял и отменил: велел называть село и усадьбу – Верино. В честь своей горячо любимой супруги. Не случись мировой войны и последовавшей за ней революции, не значился бы в нашем муниципальном реестре топоним Афинеево. Кстати, для жителей Апрелевки и окружающих деревень он давно уже приобрел значение некронима.

Другой вариант. Составители карты окрестностей Москвы в 1850 году не смогли окончательно выяснить названия многих деревень. Видимо, один источник говорил одно, второй – другое.

Населенный пункт на этой карте обозначен следующим образом: Настасьино. А ниже в скобках: Варварино. Случай не единственный. Вот, например, находящееся неподалеку село Мартемьяново в более раннее время, а именно в XVII веке, называлось Троекурово - по имени владельцев, бояр Троекуровых. С тех пор прошло уже много лет, может быть, Александр Сергеевич Пушкин что-то и позаимствовал из нашей истории для своих литературных шедевров, а так ведь все забылось в быту-то. Оказывается, нет.

По соседству с Мартемьяновым был когда-то конный заводик, именовавшийся Горюшками. После революции в сохранившихся строениях Советская власть периодически организовывала различные лечебно-просветительские учреждения. Последней была Мартемьяновская 7-летняя общеобразовательная школа.

В середине 90-х годов территорию Горюшек вместе с примыкающим парком, садом и сельскохозяйственным полем продали под застройку для московских нуворишей. Выросла современная деревня из коттеджей, огороженная по всему периметру металлической оградой. Есть калитка, въездные ворота, а на них неожиданная надпись "д. Троекурово". Притяжательный суффикс -ов работает уже только на память о тех, кто владел этими окрестностями триста лет назад.

Интересна этимология топонимов с суффиксом -ск: Архангельское, Никольское, Петровское. Возьмем последний - Петровское. Казалось бы, чего проще – по названию храма и село именуют. Самый известный из исторических (или мифических) персонажей с этим именем – апостол Петр, которому воздвигнут самый величественный в мире храм в Ватикане. И во многих-многих других городах и весях. Однако храм в нашем Петровском построен в честь митрополита Петра. Чем заслужил он эти великие почести и в какое время он жил?

О Петре известна только одна точная дата – это годовщина его смерти - 1326 год. Родом Петр из галичских бояр, во Владимире был избран митрополитом русской православной церкви. В то время Москва еще не играла централизующей роли, и то, что суждено было совершить митрополиту Петру, стало его исторической миссией. Он начал перевод митрополичьей кафедры из Владимира в Москву, что фактически означало признание Москвы центром русского государства. Правда, переезд резиденции митрополита завершил другой глава русской церкви – Феогност. Но важнее было начало. И церковь канонизировала митрополита Петра.

Другая группа районной топонимии складывается из названий типа Горки, Лужки, Купелицы, Луневка, Жодочи, Санники, Каменка, Волченки, Колодези, Спас-Косицы, Свиноръе. Как с ними быть?

Что означает, например, топоним Жодочи? Ведь он встречается в таких вариантах: Жадыч – в публикации известной любительницы краеведческих загадок Е.Македонской; Жегоди – в книге "Быль и легенды земли Верейской"; Жадочи – на географической карте конца прошлого века; Жедочи – на дорожном указателе второго кольца "бетонки"; Жодочи – в мемуарах Ю.Бахрушина и в официальной терминологии современной муниципальной канцелярии. Какому из них стоит отдать предпочтение?

Скорее всего, первоначально на месте нынешних Жодочей возникла не деревня, не село, а просто имение, уединенный уголок для встреч с друзьями или с близким человеком. Основой для названия послужил глагол ждать, именно к нему нас отсылает и словарь В.Даля.

Никонов однажды заметил: "Корнеискательство", не замечающее формантов, не различает венец, венок и веник, смешивает баран, баранина и баранка. В топонимах Тихвин, Чернигов любителя интересовал только Тих-, Черн-, а гораздо важнее форманты -ин, -ов, без анализа которых не найти ключа к этим названиям".

В нашем случае топоним Горки означает деревню не на горе, а у подножья, в низине среди горок и гор. Дубки, Лужки не означают, что одна деревня скрыта под могучими кронами коренастых дубов, а другая заняла просторы на бескрайних заливных лугах.

Возьмем еще один топоним из перечисленных выше – Свинорье. Кстати, есть и гидроним. Можно было бы сделать простой вывод: деревня или село названо по протекающей рядом речке. Да с прибавкой, позволяющей что-то домыслить, – Большое Свинорье. Что касается деревни, не стану кивать на того, кто сыграл с ней эту злую шутку, но речка, протекающая возле упомянутой деревни, в очень недалеком прошлом, всего-то полтора столетия тому назад, называлась Звинорье. А это, как говорят у них в Одессе – две большие разницы.

Каменка и Каменское получили свое название от протекающей или протекавшей рядом речки с каменистым дном. От слова камень. Такие названия рек и сел на Руси великой встречались и встречаются сплошь и рядом.

Наиболее интересным представляется исследование этимологии топонима Спас-Косицы. Первая половина названия понятна, произошла она от просторечной формы "спаситель", а вот что за информация содержится во второй части топонима, почему сложилось такое название в этой части бывшего Верейского уезда? В России в начале прошлого века действовало более сорока монастырей, у которых название начиналось с приставки спас-. Существует несколько городов с началом Спас-: в соседней Калужской области – Спас-Деменск, в Рязанской области – Спас-Клепики, в той же Рязанщине просто – Спасск и другие. Но вот – Спас-Косицы?

В XVIII веке земли села Вышгорода, в том числе нынешние Спас-Косицы, принадлежали Шуваловым. Появление Преображенского храма в Спас-Косицах связано именно с этими людьми. Об их роли в истории России разговор еще впереди.

Вот как резюмировал эпоху Елизаветы Петровны писатель Валентин Пикуль: «Пример царствования Анны Кровавой не прошел для Елизаветы напрасно, и за все двадцать лет престолосидения она не подписала ни одного смертного приговора. Другое дело, что в судах тянулась прежняя волокита, люди умирали под кнутом и без приговора смертного, но одобрения Елизаветы на казнь с "апробацией" мы не обнаружили ни на одном документе».

Отклонимся от топонимики и проведем параллель между эпохами – Елизаветинской и нынешней, ельцинской. Ни одного смертного приговора не выносится, зато в тюрьмах под следствием годами сидят сотни тысяч людей и умирают от туберкулеза или СПИДа. Но это напрямую мало к делу относится, а вот эпизод из первого периода Великой Отечественной войны заставляет обратиться к названию.

Зимой 1941 года, когда западная часть Подмосковья оказалась под пятой фашистских оккупантов, гитлеровцы использовали церковь Преображения в качестве тюрьмы для местных жителей, которые неминуемо должны были погибнуть. Но остались живы. После разгрома немцев под Москвой на церкви в селе Спас-Косицы установлена памятная доска с текстом следующего содержания: "Здесь 17 января 1942 года автоматчиками сержанта Бичука 6-й дивизии народного ополчения Дзержинского района города Москвы были спасены от гибели 700 советских граждан". Что это – мистика или закономерное вмешательство того, в чью честь воздвигнут храм – Спасителя православных? Тогда и здание церкви содержать надо достойно, это ведь в людских силах.

Соседний Вышгород в своем названии вроде бы не содержит особых тайн. Никонов считает, что это обыкновенное название многих населенных пунктов на землях старого славянского заселения близ Киева, близ Рязани, в Польше несколько Вышегруд, в Чехии и у южных славян в форме Вышеград. Буквально – "высокий город". Названия означали замок, укрепление на возвышенном месте. Возможно значение "место власти" – замок феодала.

По территории района протекает немало рек, речек и речушек. Каждая из них имеет свое название, иногда довольно загадочное, а подчас совершенно простое. На первый взгляд.

Названия водных объектов в топонимике имеют свой термин – гидронимы. Они тоже заслуживают нашего внимания. Реки Нара, Пахра, Десна, Протва, Исма, Истъя, Таруса и многие другие водные объекты меньшего масштаба. Желательно бы знать происхождение их названий. Нара для нас и для специалистов-языковедов остается "подвешенным" гидронимом. Но должное ему мы уже отдали. Следующим идет Пахра. Не будет лишним до проникновения в его этимологию остановиться на географии Пахры.

Река является правым притоком Москвы-реки. Длина – 129 километров, площадь водосбора – 2720 кв. км. Исток – близ станции Рассудово, устье – у поселка Мячково Раменского района. Принимает 230 притоков, в том числе слева реку Десну с притоком Незнайкой... Сведения эти содержатся в географическом словаре "Все Подмосковье", изданном в 1967 году.

Примерно в том же месте, где Пахра впадает в Москву-реку, слева в нее вливается река Пехра, или Пехорка. Об этом тоже упоминается в названном мною словаре. Пахра, протекая по землям Наро-Фоминского, Подольского, Люберецкого и Раменского районов, впадает в Москву-реку в том же колене, где слева впадает Пехра, протекающая по землям Балашихинского и Люберецкого районов. Образуемый ими прямой угол Москва-река рассекает как бы на два клина. Гидроним Пахра несет в себе эту информацию.

Река Пахра и река Пехра. Чтобы понять этимологию этих гидронимов, топонимика предлагает рассматривать их в парности. Замена гласного звука о на е В.И.Далем фиксируется как явление, сохраняющее смысловое значение слова. Валентин Пикуль в романе "Слово и дело" мастерски использует эту особенность языка. Описанию одного из драматических событий предшествует следующая эпически спокойная картина: "Рассвет наплывал со стороны Москвы, сиренево сочился на берегах Пахры-реки... В соседней вотчине князей Голицыных (за рекою в Пехро-Яковлевском) уже усердно названивали к заутрене". Речь идет о событиях на реке Пахре, но автор, зная логику языка, использует обе формы.

Формант -ра в гидрониме означает река. Основа слова пах- от его первичного значения переносится на гидроним, разумеется, опосредованно. Даль отметил ряд производных от этой основы, в том числе – пахотина, т.е. земля, в которую соседняя входит клином, языком. Конфигурация земель, ограниченная руслами трех названных рек, также напоминает два клина. И в данном случае гидроним Пахра своим происхождением связан с местоположением рек Пахра и Пехра на рубежах славянских племен кривичей и вятичей. Именно на территории Москвы по границе одноименной реки проходил рубеж расселения этих двух народностей. Справедливо заметил русский историк Забелин, что "топографический язык богат на характеристику древних речных путей относительно удобств или затруднений в проезде по известным местностям".

Десна – еще одна река нашего района. С таким названием в Наро-Фоминском районе – это единственная водная артерия. В Московской области название Десна носят две реки, а в Европе - великое множество, наиболее крупная из них – приток Днепра. Возможно, поэтому В.Никонов приводит в своем топонимическом словаре с десяток гипотез, в разное время высказанных учеными-языковедами и им, Никоновым, отвергнутых по причине научной неубедительности. Среди них, например, предложенная знаменитым М.Фасмером: из славянского деснъ-, значит, "правый".

Никонов возражает: "Вблизи нет парных гидронимов шуй-, "левый", а большинство рек с названием Десна как раз левые притоки". Но указанную этимологию пытались спасти домыслами: 1) будто славяне называли стороны реки не по течению, а против него; 2) будто на слово "левый" наложили табу и, не смея произносить его, называли левое правым. Совершенно нейтрально Никонов комментирует гипотезу польского этнографа К.Мошинского: перевод с индоевропейского со значением "светлая, чистая".

В географии XX века дается широкий свод сведений о двух наших реках – Пахре и Десне, но дается он без экскурса в далекое прошлое. Лишь сообщается, что Десна образуется от слияния рек Пахорки и Бутырки у деревни Корнево, является левым притоком Пахры и впадает в неё у деревни Беляево Подольского района.

В источниках XIX века река обозначена двойным названием – М.Пахра (Десна). В источниках XVIII века и более ранних, употреблен топоним Малая Пахра. Выстраивается закономерная и вполне понятная цепочка: Пахорка – Малая Пахра – Пахра. В истоках – это полноводный ручей, заслуживающий снисходительной грамматической формы – Пахорка, затем река в ее среднем течении по своему водному балансу еще ни нашим - ни вашим, подросток, одним словом – Малая Пахра. После села (ныне деревни) Беляева – это уже полноводная, пригодная для прохода судов (типа крейсера "Аврора") река Пахра. Мало сомнений в том, что не только крейсер "Аврора", но и купеческие струг или ладья из XII века вряд ли прошли бы по руслу нынешней Пахры в ее верхнем течении, скажем, от истока до села Беляево. На географической карте Московской провинции, составленной и изданной в 1774 году, каждой водной артерии воздано "по заслугам". Реки, например, обозначены двумя непрерывными линиями. Малая Пахра именно таким способом нанесена на карту. А вот то, что в наши дни называют Пахрой (в пределах нашего района, вплоть до Беляева), было отнесено к категории "речек и ручьев". И даже не удостоено собственного имени. Хотя местное население дает названия даже ручьям.

Наконец, Протва. Не исключено славянское происхождение – краткая форма прилагательных. Академик А.Соболевский указал на древнюю форму этого гидронима – переты, восстанавливаемую из сохраненного летописью косвенного падежа Поротве. Фасмер приводит созвучные индоевропейские основы с самыми различными значениями: "мост", "брод", "гавань", "дверь" и многие другие. Никонов возражает: мол, это не облегчает решения.

У истоков

Наро-Фоминский район образован в 1929 году. В стране в тот период проводилась реформа административно-территориального деления. Существовавшие до этого губернии, уезды и волости переименовывались в области и районы. Разумеется, дело не ограничивалось сменой вывесок. Изменялись во многих случаях границы, что-то упразднялось, что-то возникало вновь. Работа была подчинена задаче совершенствования партийного, государственного и хозяйственного строительства на переломном этапе жизни страны. В ходе этих преобразований на карте Московской области появился Наро-Фоминский район. Его территория составляла 1114 квадратных километров, население – 55,4 тысячи человек, преимущественно – сельское. Экономико-статистический справочник того периода сообщал, что в районе были созданы 35 низовых сельских Совета, которые объединяли 154 населенных пункта.

Еще в дореволюционные годы, как отмечала краевед Г.С.Чупырина, "рабочий поселок наро-фоминской фабрики был центром экономической и общественной жизни Ташировской, Рудневской и Петровской волостей". Это и предопределило его судьбу: Наро-Фоминск стал центром района, образованного из ряда волостей Верейского, Боровского и Звенигородского уездов. Собрали с бору по сосенке, и получилось административное образование "от Москвы до самых до окраин", от Внукова до Крюкова.

На протяжении десятилетий XX века Московская область неоднократно кроила и перекраивала свои межрайонные границы, упраздняла старые районы и создавала новые. На примере Наро-Фоминского района эти изменения особенно заметны. В 1957 году был ликвидирован Калининский район, и часть его, а именно, деревни и села Первомайского куста, пополнила территорию Наро-Фоминского района.

В 1959 году утратил свою самостоятельность Верейский район. Небольшая часть его населенных пунктов отошла к Рузскому и Можайскому районам, а основная – к Наро-Фоминскому. Территория района превысила тысячу девятьсот квадратных километров. Есть, конечно, в Московской области и более крупные районы, например, соседний Можайский, на севере области – Дмитровский. Но таких немного. Наро-Фоминский район превосходит по площади вместе взятые Красногорский, Химкинский, Ленинский, Балашихинский и Мытищинский районы. Хотя по численности населения – 169 тысяч человек – почти в два раза уступает тому же Балашихинскому.

В границах района находятся два города – Апрелевка и Верея, тринадцать сельских округов – Атепцевский, Афанасьевский, Веселевский, Каменский, Крюковский, Марушкинский, Назарьевский, Ново-Федоровский, Первомайский, Петровский, Симбуховский, Ташировский, Шустиковский. Всего на территории района расположены 310 населенных пунктов. В это число не входят дачные новообразования, пока еще не отнесенные к какому-либо из общеизвестных типов административных поселений.

В природном отношении Наро-Фоминский район разделяют на три физико-географические зоны – Можайскую, Наро-Исменскую и Деснинскую. Можайская, как следует из названия – это район западнее и севернее Вереи, он покрыт суглинками с мощностью пласта до двух метров; рельеф холмистый, волнистый, реже – слабоволнистый или плоский; почвы дерново-подзолистые; леса – еловые и мелколиственные; эрозия, заболачиваемость почв – эти экзогенные процессы характерны для Можайской зоны.

Наро-Исменская зона представляет из себя район западнее и восточнее Наро-Фоминска с холмисто-волнистым рельефом местности, с отложениями в виде покровных суглинков мощностью до трех метров; реже встречаются водно-ледниковые суглинки и пески; почвы дерново-подзолистые, реже – болотные; леса – еловые и мелколиственные. Экзоген также характерен заболачиваемостью почв и эрозией. Суглинки Деснинского физико-географического района мало отличаются от почв двух названных зон. В Деснинской зоне леса значительно лучше. Среди мелколиственных пород и березы чаще встретишь дубовые, сосновые и еловые рощи. В целом лесами занято больше 50 процентов территории района. По данным за 1992 год рекреакционная нагрузка на почвы колеблется от 33 до 41 процента. Между тем как в Можайской зоне в тот год вносилось лишь до восьми с половиной тонн органики на гектар, в Деснинской - до 15,4. Содержание гумуса в 20-сантиметровом слое почвы составляет в среднем 2,3 процента.

Техногенное загрязнение атмосферы по суммарным выбросам пыли и газов в 1992 году равнялось: 25-50 тонн в сутки по Наро-Фоминску, 50-100 тонн по Апрелевке.

Учитывая, что расположенные в этих двух городах предприятия практически остались без настоящего дела, а автотранспортные потоки возросли в несколько раз, спустя десяток лет воздух в дачном Наро-Фоминском районе чище не стал.

Количество сточных вод по Наро-Фоминску в пределах 12-25 тысяч кубометров сутки, по Апрелевке – 6-12 тысяч. Параметры включают в себя не только временные, но и сезонные смещения, изменения. Но эта нагрузка мизерная по сравнению с другими районами области.

Наро-Фоминский район не лишен полезных ископаемых. Широко распространены красные глины; вблизи села Каменского есть фосфориты высокого качества, есть залежи булыжного камня, небольшие запасы торфа. По данным географического словаря Московской области в нашем районе в бассейнах рек Нары, Пахры и Протвы имеются крупные залежи известняка, доломитов, мергелей, известковых туфов, много месторождений гравия и песков.

О климате можно сказать то же, что и о климате всего Подмосковья. Единственное отличие касается самого города Наро-Фоминска: до недавнего времени его считали своеобразным полюсом холода в Московской области.

О реках, протекающих по территории района, уже упоминалось. За исключением состояния и чистоты их вод. Единственной относительно чистой рекой в районе пока остается Протва. На ее берегах расположены самые древние населенные пункты – Верея, Вышгород и многие другие. Среднее течение Протвы проходит по землям Калужской области, а впадает она в Оку неподалеку от города Серпухова.

Конечно, в древности реки района использовались в качестве путей сообщения, чаще всего именно на живописных берегах прозрачных голубых артерий селились человеческие сообщества. Время не всегда всесильно и во многих случаях оно пощадило следы пребывания на землях района людей из неолита. На протяжении XX века многие археологи и другие ученые занимались раскопками и изучением этих следов в Подмосковье, в том числе в Наро-Фоминском районе. В 90-х годах Институт археологии Российской академии наук и комитет по культуре и туризму Московской области провели своеобразную инвентаризацию объектов археологического наследия, обобщили материалы по Подмосковью и издали любопытный энциклопедический справочник под названием "Археологическая карта России". Свыше сорока различных по полноте исследований объектов археологии нашего района включены в справочные научные издания, посвященные Московской области.

Все типы археологических памятников имеют свои названия: стоянки, поселения, селища, городища, могильники – курганные и грунтовые, оборонительные сооружения, исторический культурный слой... Наконец, археологические находки, сделанные отдельно, вне связи с конкретным культурным слоем, именуются коротко и просто – местонахождением. Для более уверенной ориентировки в последующем материале скажу, что, например термин "селище" обозначает неукрепленное поселение раннего железного века и средневековья, а термин "городище" принят для укрепленных. Разумеется, для городов, ныне существующих, эти термины не применяются.

Сначала о местонахождении. В перечень включены находки, сделанные в Литвинове. В 1958 году на территории парка в бывшем имении князей Щербатовых на левом берегу Нары был найден каменный сверленый топор-молот. Были обнаружены и другие предметы, сопутствующие обряду погребения. Археологи отнесли эту находку к эпохе бронзы. Второе тысячелетие до нашей эры, так называемая фатьяновская культура. Основное занятие людей того периода – скотоводство и отчасти земледелие.

Особо крупные курганные группы могильников значатся в районе села Афинеево. Обнаружены они были еще в XIX веке М.А.Саблиным. Одна группа – неподалеку от берега реки Десны, другая – в километре к северу от села; в одной группе шесть насыпей, в другой – пятнадцать.

Грунтовой могильник, относящийся к XIV-XV векам, был выявлен в Зосимовой пустыни. Размеры его довольно значительны – 100 на 90 метров. На поверхности он отмечен едва заметными валунами и сильно разрушается высокими грунтовыми водами. Были выявлены три могильные ямы с остатками гробовищ, в одном случае – с сохранившейся долбленой колодой с крышкой. Судя по размерам колоды, в ней было совершено погребение ребенка. Кости не сохранились и вещи не были обнаружены.

К древнерусским могильникам домонгольского периода относится и курганное захоронение в четверти километра от южной окраины деревни Игнатово на берегу ручья Жодочи.

Фатьяновскую культуру представляют предметы, найденные при раскопках курганного могильника в Мельникове, неподалеку от Каменской больницы, грунтового могильника у Мерчалова. К домонгольскому периоду относят четыре курганных могильника близ деревни Рыжково.

Но археологические памятники нашего района, конечно же, не исчерпываются ценностями так называемого загробного мира. Хотя и они дают пытливому уму уйму исторической пищи. Интереснее все же проследить развитие, а главное, происхождение нынешних знаменитых в районе местностей. Скажем, Вышгорода, Дуброва, Вереи... Говорить о них придется и сейчас, и позже, когда дойдем до современности.

Городище Дуброво относится к раннему железному веку, точнее, к третьей четверти первого тысячелетия. Располагалось оно на левом берегу Протвы, как и нынешнее село, в трехстах метрах к юго-западу от церкви. Считается, что участок площадки городища размерами 60x25 метров и часть вала высотой до полутора метров и протяженностью до 60-ти вполне сохранились.

Однако Протва разрушает городище. Культурный слой здесь определяется в пределах сорока сантиметров. Найденная керамика называется лепной, в том числе, с сетчатыми отпечатками, и относится к дьяковской культуре.

Кроме городища, в Дуброве имелось и селище. Оно датируется XIV-XVII веками. Находится в шестистах метрах к северо-западу от церкви и на правом берегу Протвы. Культурный слой доходит до полуметра. Найдена гончарная керамика. Селище распахивается. Дуброво изучали и описали М.Л.Саблин, С.К.Богоявленский, Р.Л.Розенфельд, А.А.Юшко.

Двое последних из названных археологов работали также над раскопками и исследованиями археологических материалов по Вышгороду. Стоянку, именуемую Вышгород, относят предположительно к эпохе неолита. Расположена она к северо-востоку от окраины села на расстоянии километра и в ста метрах от русла Протвы. Предполагают, что стоянка размещалась на моренном холме. На пашне археологами были найдены кремневые скребки и большое количество отщепов.

Городище Вышгород на Протве относят к XVI-XVII векам. Располагалось между двумя оврагами к западу от северо-западной окраины нынешнего села, в 80-ти метрах от русла Протвы. Сохранились остатки двух валов и рва. Внутренний вал высотой от 70-ти сантиметров до трех метров и шириной основания до десяти метров сохранился участками. Внешний вал высотой до двух метров зафиксирован на южном склоне мыса почти у подошвы на протяжении около 70-ти метров. Древний въезд находился с западной стороны. Площадка городища нарушена при строительстве церкви в XVII веке и усадьбы – в XVIII. Современники тоже не пощадили городище – возвели деревянный дом, разбили огород, установили опоры линии электропередачи. Последний хозяин Вышгорода немец Шлиппе в дореволюционные годы сам занимался археологическими исследованиями городища, но результаты его поисков остались скрытыми от научной общественности. Городище отождествляют с остатками средневекового Вышгорода. Об этом периоде Вышгорода, а также о его новой истории рассказ впереди.

В знаменитой книге "Быль и легенды земли верейской" отведено лишь несколько страниц прошлому Вереи, о котором более или менее полно может рассказать только археология. Причем, своим, присущим только этой науке, языком. Исследованиями Верейского городища занимались многие ученые, в том числе, конечно, и Голубева. Но не следует сбрасывать со счетов работы С.К.Богоявленского, Р.Л.Розенфельда, А.А.Юшко. В обобщенном виде их труды дают следующую картину происхождения нашего самого древнего археологического памятника.

Верейское городище относят к раннему железному веку, т.е. к третьей четверти первого тысячелетия нашей эры. Поздний предел существования городища весьма расплывчат, он датируется XIV-XVII веками. Центром городища считается мыс правого высокого берега Протвы при впадении в нее ручья, текущего по оврагу. Площадка овальная в плане, размерами 275x110 метров, высота над рекой 30 метров, кольцевой вал сохранился с западной и частично с южной сторон. С запада перед валом был ров, ныне превратившийся в заболоченную низину. Древний въезд находился с северной стороны. В северо-восточной части городища под позднесредневековыми напластованиями залегает культурный слой толщиной до сорока сантиметров, содержащий лепную керамику (иногда с орнаментацией разными штампами) середины и второй половины первого тысячелетия нашей эры, относящуюся к позднему этапу дьяковской культуры. В этом слое выявлены остатки наземного жилища с шалашеобразной крышей. Вообще, верейское городище интерпретируется как кремль города, возникшего на месте заброшенного укрепленного поселения дьяковской культуры.

Среди выявленных и взятых на учет селищ, относящихся к эпохе раннего железного века, следует назвать Залучное, Ивково, Петровское, Мерчалово, Ковригино, Покровку, Романово и, предположительно, Спас-Косицы. Остальные, в том числе и Каменское, относятся к средневековью и представляют интерес уже для изучения и характеристики именно этого исторического периода.

Эпоха средневековья в исторической науке занимает примерно 12-13 столетий и лежит, как это следует из самого термина, между древним миром и новой историей человечества. Счет принято вести от пятого века нашей эры до середины семнадцатого века. Опять-таки, это чистая условность. И связывают средневековье преимущественно с зарождением, расцветом и упадком феодализма. Как свидетельствует археологическая наука, территория района привлекала первопоселенцев еще в раннем средневековье. Первое летописное упоминание об одном из древних населенных пунктов нашего района – Верее, встречается в трудах русского историка Татищева и датируется 1159 годом. Затем сведения об этом городе приводятся в документах XIV века.

Первое упоминание о Наро-Фоминске находим в "Духовной грамоте" Ивана Даниловича Калиты. Он известен и под именем Ивана I. С 1325 года Иван Данилович носит титул Московского князя. С 1328 года – Великого князя Владимирского одновременно. Калита означает денежный мешок, кошель, иначе говоря, скопидом... Да не будь князь таким, может, и не было бы на белом свете ни Нарьского, ни Фоминского.

Упоминание содержится во второй "Духовной грамоте" Калиты, написанной отнюдь не в преддверии переселения в мир иной. Грамота написана сравнительно молодым, только что вступившим в свое историческое правление московской землей князем.

1328 год. Мрачная эпоха нашей истории. Татары покорили русские земли, и каждая поездка к ордынским ханам могла быть последней. А у Ивана Даниловича большая семья: и мальчики, и девочки, старшему всего 12. Тем не менее, приходится ехать. Вот текст "Духовной грамоты" – одной из двух сохранившихся и дошедших до наших дней.

"Во имя отца и сына и святого духа.

Я, грешный, ничтожный раб божий Иван, пишу духовную грамоту, идя в Орду, никем не принуждаем, в здравом своем уме, в полном здоровье.

На случай, если бог что решит о моей жизни, даю завещание сыновьям моим и княгине моей. Завещаю сыновьям своим отчизну свою Москву, а раздел учинил им такой.

Даю я сыну старшему Семену: Можайск со всеми волостями, Коломну со всеми коломенскими волостями, Городенку, Мезыню, Песочную и Середокоротну, Похряне, Устьмерску, Брошевую, Гвоздну, Ивани деревни, Маковец, Левичин, Скулънев, Канев, Гжель, Горетовку, Горки, село Астафьевское, село на Северске в Похрянском, село Константиновское, село Орининское, село Островское, село Копотенское, село Микульское, село Малаховское, село Напрудьское у города. А при своей жизни дал я сыну своему Семену: 4 цепи золотых, три пояса золотых, две чаши золотых с жемчугами, блюдце золотое с жемчугом, с драгоценными камнями, два ковша золотых больших; и из посуды серебряной дал ему три блюда серебряных.

Даю сыну моему Ивану: Звенигород, Кремичну, Рузу, Фоминское, Суходол, Великую слободу, Замошную слободу, Угож, Ростовцы, Окатьеву слободу, Скирминовское, Тростну, Негучу; а села: Рюховское, Каменецкое, Рузское, Белжинское, Максимовское, Андреевское, Вяземское, Домонтовское, Семчинское и в Замошной слободе...

Я дал сыну моему Андрею: Лопасню, Северскую, Нарунижское, Серпухов, Нивну, Темну, Голичихи, Шитов, Перемышль, Ростовец, Тухачев; а села: Талежское, Серпуховское, Колбасинское, Нарское, Перемышльское, Битяговское, Трифуновское, Ясиновсок, Коломанское, Нагатинское..."

Очень странным выглядит передача двух сел в разные руки: Фоминское – в руки второго сына Ивана, Нарское – самому младшему Андрею. Казалось бы, вотчина компактная всегда удобней для управления и хозяйствования. Что же заставляет Калиту поступать иначе?

Выдающийся русский историк прошлого века Дмитрий Иванович Иловайский давал такую оценку "духовным грамотам" Ивана Калиты. С одной стороны, мы видим как бы все ту же удивительную систему, все то же дробление земли между сыновьями. Но, всматриваясь ближе, замечаем уже значительную разницу с прежнею системой. Во-первых, великий князь приказывает старшему сыну, чтобы он был печальником, покровителем своих младших братьев, жены князя и дочерей. Во-вторых, сам раздел земли устроен так, что младшим братьям трудно выйти из повиновения старшему. Их уделы не представляют собой сколько-нибудь обособленных, округленных владений. Их волости окружены владениями старшего брата, отчасти перемешаны с ними. Наконец, уделы младших братьев незначительны в сравнении с территорией старшего брата.

"Грамоты Ивана Калиты бросают свет и на государственные понятия, и на домашнее хозяйство Московского князя, которого уже ближайшее потомство стало называть "собирателем земли русской", – писал Иловайский.

Сам принцип раздела Калитой своего наследства показывает, что ни Фоминское, ни Нарское не играло в то время той экономической и стратегической роли, какую ему пытаются приписать некоторые наши краеведы. После смерти Ивана Калиты стали видны плоды его прозорливых решений. Ставший во главе княжества старший сын Семен, он же Симеон Иванович, он же Симеон Гордый, сумел обеспечить многие годы мирного жития в Северной Руси. Как отмечал Иловайский, в годы княжения Симеона Гордого "мы почти не встречаем в летописи известий ни о татарских разорениях в Северной Руси, ни о баскаках, или великих ханских послах, которых посещения иногда равнялись целому набегу".

Жизнь в селе Фоминском в годы княжения Симеона (современные энциклопедии ставят его в обычный ряд с русским – Семен) Гордого мало чем отличалась от спокойной жизни в других местностях Северной Руси. Из этих спокойных для древнего села лет дошла до нас удивительная история с женитьбой князя Федора Фоминского. Зародилась она вот при каких обстоятельствах.

В те годы шло своеобразное "соревнование" между литовским князем Гедимином и московским князем Иваном Калитой, а впоследствии их сыновьями Ольгердом и Симеоном, за подчинение себе Смоленского княжества. Калита в своей роли собирателя русских земель всегда предпочитал оружию мирные средства для достижения поставленной цели. И в ходе борьбы за Смоленск, очевидно, совершенно случайно выходец из смоленского княжеского рода Федор стал именоваться Фоминским. Что же произошло?

Ольгерд и Симеон состояли в двойном родстве, Ольгерд был женат на свояченице Симеона, а Симеон...

Симеон был женат трижды. Первый брак был заключен с одной из дочерей князя Гедимина, сестрой Ольгерда. Аугуста Гедиминовна, в крещении Анастасия, скончалась очень рано, в 1345 году, четырьмя годами позже свекора, Ивана Калиты. Когда умерла Гедиминовна, Симеон, не прожив вдовцом и года, женился во второй раз. Избранницей стала Евпраксия, дочь одного из мелких смоленских князей Федора Святославича. Симеон одарил тестя щедро, отдал князюшке в управление Волок Ламский. Не прошло и года, как Симеон свою Евпраксию отослал к родному отцу, посоветовав снова найти ей жениха. Да не просто посоветовал, приказал найти ей мужа.

Федор Святославич игнорировать великокняжескую волю был не в силах. Что, однако, послужило причиной развода? Летопись рассказывает об этом так: "Великую княгиню на свадьбе испортили: ляжет с великим князем, и она ему кажется мертвой". И не умеющую соответствующим образом вести себя в великокняжеской постели Евпраксию выдали замуж за совсем простого князя Федора Фоминского. А Симеон женился в третий раз, на тверской княжне Марье. В летописях, к сожалению, ничего не рассказано о том, как сложилась супружеская жизнь Федора Фоминского с "испорченной" Евпраксией. Вероятно, щекотливую тему летописцы оставили современным краеведам.