Происшествие на острове Мэн (сборник)

Следующий астероид состоял из скальных пород без малейших признаков ценных ископаемых. Третий был сплавом легких немагнитных металлов.

— Это посложнее, чем искать ископаемое на Земле, — сказал Людвиг. Нужно больше доверяться локатору, различать оттенки на экране…

Людвиг вдруг смолк, потом сказал взволнованно:

— Вижу на экране космическое тело. Судя по спектру отраженного сигнала, это ферромагнитное тело.

— Ого! — заметил Федор, — ты ведь едва приблизился к поясу астероидов…

— Металлический астероид — это большая удача, — перебил его Людвиг. — Такое может не повториться. Нужно принимать решение.

— Причаливай к нему и закрепляйся с помощью магнитов. Постарайся сесть так, чтобы легче было стартовать.

— Ждите вестей, — сказал Людвиг. — Конец приема.

На экране локатора «Варнемюнде» вырастало огромное космическое тело. Дальномер показывал, что корабль и астероид шли на сближение: 10 000 метров, 7000 метров, 3000 метров… Когда до поверхности металлического тела оставалось меньше километра, приборы отметили слабое притяжение. Людвиг активизировал систему причаливания, развернул «Варнемюнде» дюзами к поверхности и дал самую слабую тягу.

Ракета зависла в пространстве. Расстояние между ней и астероидом медленно сокращалось. Так ныряльщик, стремительно врезаясь в толщу воды, замедляет движение у самого дна и на доли секунды становится почти неподвижным.

Наконец, долгожданный контакт! «Варнемюнде» прочно стоит на блестящей, отполированной космическими бурями поверхности.

— «Варнемюнде» к «Тунгуске»! Сел на металлический астероид…

— Важно определить, из каких металлов состоит астероид. При выходе на поверхность воспользуйся портативным анализатором, — посоветовал Федор.

— Пожелайте мне удачи, — коротко отозвался Людвиг.

— Удачи всем нам, — сказала Хельга.

— Включи бортовую телекамеру, — напутствовал его Федор, — будем за тобой наблюдать.

Он переключил телевизионный канал.

«Варнемюнде» стояла на стороне астероида, обращенной к Солнцу. Поверхность отливала матовым оксидированным блеском. Людвиг маячил возле опор корабля в оранжевом скафандре, хорошо заметном на общем черном фоне. Вот он сделал шаг, другой. Нагнулся, что-то рассматривая. Снова выпрямился, повернулся всем корпусом, как человек, который не может шевельнуть шеей. Взор его был устремлен на близкий горизонт небесного тела.

В руках Людвига появился анализатор. На солнце сверкнуло лезвие бура. Космонавт нагнулся, поставил острие бура перпендикулярно к поверхности. Бур начал вращаться, постепенно врезаясь в металл астероида. Томительно проходили секунды. Наконец Людвиг выключил бур, приблизил к металлическим опилкам хоботок анализатора.

Тут он повернулся лицом к телекамере, — и Хельга с Федором заметили, что он широко улыбается. Лицо — красное от напряжения, все в капельках пота.

— Осталось недолго ждать, — сказал Людвиг.

Изображение на экране вдруг качнулось и исчезло.

Федор рванулся к пульту управления. Экран покрывала темно-серая пелена.

Сквозь шорохи и разряды долетел слабый голос Людвига:

— …Все… в порядке. Астероид вращается… Поверхность, где я нахожусь, рядом с «Варнемюнде», оказалась вдруг в тени. Телевизионная передача прекратилась. Наберитесь терпения…

— Людвиг! — крикнула Хельга. — Осторожнее там, в темноте!

— Я привязан страховочным линем, стою на месте, — отозвался Людвиг. — Поверхность вполне надежная.

— За какое время астероид обращается вокруг оси? — спросил Федор. Хотя бы предположительно?

— Думаю, что-то около часа… Ведь я сел и успел выйти из корабля и даже взять пробы. Вот только результата… придется подождать.

— Береги себя, — сказала Хельга.

— Попробую все же вернуться на «Варнемюнде», — словно бы рассуждая сам с собой, произнес Людвиг. — Корабль в двух шагах.

Проходили секунды, казавшиеся очень долгими.

Хельга и Федор вглядывались в темный экран.

Наконец, бодрое:

— «Варнемюнде» к «Тунгуске»! Готов анализ… Астероид состоит… из химически чистого железа!

— Из железа? — недоуменно спросил Федор, словно обманутый в своих лучших надеждах. Но тут же перешел на деловой тон: — Можешь назвать массу астероида? Хотя бы предположительно?

— Нужны еще кое-какие данные… для ЭВМ. Но предположительно повторяю: предположительно его здесь столько, сколько добывают на всей Земле в течение нескольких лет.

— Что же нам предпринять? — растерянно проговорила Хельга. — Это не золото и не платина, а мы смогли бы увезти с собой лишь небольшую его часть. Никакого практического значения…

Пальцы Федора уже бегали по клавишам ЭВМ.

— В год на Земле добывается… За пять лет общая добыча составляет… Вес астероида — предположительно… Мы смогли бы взять с собой… Да, Хельга права, практическое значение такого количества железа — даже химически чистого — невелико.

— Федор, ты категорически не прав, — вмешался Людвиг. — Во-первых, наша задача — доставить на Землю в первую очередь химически чистые элементы. Во-вторых, мы имеем возможность перебросить все это железо на Землю в один прием!

— Каким это образом?

— А вот каким! Двигатель запасной на «Варнемюнде» имеется?

— Да.

— А что нам мешает прикрепить его к астероиду?

— Как ты его прикрепишь? — удивилась Хельга.

— Приварю! — голос Людвига зазвучал вызывающе. — У меня большой опыт сварки в космосе. Практика во время монтажа станции «Салют-главная»…

— Верно, — чуть растерянно произнес Федор. — Просто и гениально! А как с топливом?

— Уж ты-то первый должен был догадаться…

— «Заправочная станция» на Палладе…

— Связывайся с «Салютом-главным», — подхватила Хельга. — Если они одобрят, мы обеспечим Землю первоклассным железом!

— Теперь есть смысл «Тунгуске» подгребать ко мне, — подвел итог Людвиг.

О находке космонавтов «Тунгуски» и «Варнемюнде» писали газеты всего мира, рассказывали дикторы радио и телевидения на многих языках планеты:

КОСМОНАВТЫ ТРАНСПОРТИРУЮТ НА ЗЕМЛЮ

ГИГАНТСКИЙ АСТЕРОИД ИЗ ЧИСТОГО ЖЕЛЕЗА!

ХЕЛЬГА, ФЕДОР И ЛЮДВИГ ДЕЛАЮТ ЗЕМЛЕ

КОСМИЧЕСКИЙ ПОДАРОК!

РЕСУРСЫ ЗЕМЛИ ПОПОЛНЯЮТСЯ ВПЕРВЫЕ С

МОМЕНТА СОТВОРЕНИЯ МИРА!

…Все произошло обыденно и просто. Потребовались выдержка, тяжелая физическая работа на поверхности астероида. Оба корабля стояли рядом, нацелив в космос острые носы. Космонавты работали до седьмого пота, выгружая вручную двигатель, перемещая его в удобное для сварки место. Даже при малом притяжении это требовало физических усилий. Наконец подтянули провода. Людвиг привычно взял в руки электрод сварочного аппарата. Во все стороны полетели горячие металлические брызги, застывавшие н лету…

Федор пожалел, что с ними не было «Гефеста».

Для перетаскивания плутония он бы очень пригодился. Но на каждом корабле был теперь скафандр с высокой степенью радиационной защиты. Федор и Людвиг сгрузили с кораблей большую часть топлива. Его достаточно было для выведения астероида в околоземное пространство.

Предстояло запустить приваренный к астероиду двигатель и придать ему поступательное движение по направлению к Земле. Астероид должен был достигнуть орбиты Луны, а затем на время превратиться в спутник Земли. Для этой операции уже готовились мощные космические корабли. Чистое железо должно было по частям постепенно переправляться на Землю для использования различными странами.

«Железный астероид — собственность всего человечества и может быть использован заинтересованными государствами безвозмездно», — говорилось в обращении Организации Объединенных Наций.

…«Варнемюнде» и «Тунгуска» летели в сторону, противоположную Земле. Во время посадки на Палладу «Гефест» заправил оба корабля плутонием из естественного ядерного реактора.

Корабли стояли на Палладе на сверкавших нержавеющей сталью опорах, а вокруг них лежали большие и малые валуны, по цвету напоминавшие жженый сахар…

В зарослях Бандипура

Слон повернул огромную голову, шевельнул ушами и прислушался. Назойливый металлический стук донесся до него со стороны просеки, которую он считал границей своих владений. Уши слона задвигались, словно крылья, а хобот начал угрожающе подниматься. Стая серо-белых длиннохвостых обезьян, беззаботно отдыхавших на ветвях соседних деревьев, вмиг взобралась на самые верхушки стволов, на безопасную высоту.

…На обратном пути к охотничьему домику Варьям Нанд заблудился видимо, ошибся, считая повороты. Но возвращаться не хотелось — его «додж» уверенно подминал под себя накатанную проселочную дорогу, по краям которой торчали остатки пожухлой от беспощадного зноя травы.

Варьям не впервые посещал заповедник Бандипур — огромный оазис дикой природы на юге Индии. Он любил наезжать сюда в те немногие дни отдыха, которые выдавались у него после завершения работ над очередной серией программ в вычислительном центре Бангалора. Сейчас он был уверен, что движется в нужном направлении и что вон за той просекой, где старый баньян закрепился в земле своими многочисленными стволами, «додж» выедет, наконец, на широкую дорогу. А та, в свою очередь, приведет его к единственному шоссе, прорезающему заповедник, у края которого приютился охотничий домик. Местный егерь — его Варьям знал не первый год — уже, наверное, накрыл в холле стол для вечернего чая. Он всегда подает к чаю молоко, так что Варьяму невольно вспоминаются его студенческие годы, проведенные в одном из колледжей Уэльса.

Глядя на набегавшую на него дорогу, Варьям боковым зрением увидел, как какая-то огромная масса задвигалась вдруг справа от него, в непролазной чаще. Раздался такой оглушительный треск ломаемых сучьев, что не стало слышно гула мотора. Варьям едва успел повернуть голову: прямо на него, а точнее, наперерез машине, несся разъяренный дикий слон.

Еще мгновение — и он перегородит узкую лесную дорогу, и тогда Варьям погиб, потому что слон не даст ему развернуться, а просто подомнет под себя вместе с машиной.

Но что-то — на считанные мгновенья — задержало лесного великана. Возможно, ему перегородил дорогу толстый древесный ствол или вокруг его ноги обвилась крепкая лиана, но только он приостановился, силясь преодолеть неожиданное препятствие. Этого-то мгновения и достало Варьяму. Он нажал на педаль «газа», придавив ее к полу, так что мотор взревел — и машина рванулась вперед. На бешеной скорости Варьям проходил поворот за поворотом, едва справляясь с угрожающе кренившейся машиной.

Он не терял самообладания, но по спине его пробегал холодок, когда он слышал трубные звуки, издаваемые разъяренным слоном. Сзади трещали ломаемые сучья и слышался тяжеловесный, страшный топот.

«Додж» выскочил на небольшую поляну, и Варьям не сразу отыскал взглядом продолжение дороги.

Он инстинктивно затормозил, и густая, красноватого оттенка пыль, неотступно следовавшая за машиной, окутала его. Все же он снова увидел просеку, переключил передачу и начал поворачивать руль. Он опередил слона на какой-нибудь десяток секунд — и это спасло ему жизнь. Он успел еще оглядеться. Левее просеки в чащу вела едва заметная тропа в обрамлении низко свисавших ветвей. Варьям дал газ и направил машину к тропинке. Как только кусты сомкнулись за ним, Варьям остановил «додж» и выключил двигатель. В то же мгновение на полянку вылетел слон. Он лучше Варьяма знал свои владения и, не останавливаясь, кинулся дальше, по просеке, на преследование невидимого врага.

Варьям в изнеможении откинулся на спинку сиденья и несколько минут провел в неподвижности, силясь умерить биение сердца. Затем он выпрямился, перенес тяжесть тела на ноги. Они затекли от напряжения, и Варьям решил выйти из машины.

Едва заметная стежка, указавшая ему путь к спасению, вела к крутому, поросшему лесом склону. «Может, это звериная тропа?» — подумал Варьям, но звери обычно прокладывают тропы к водопоям, а не на вершины холмов… Варьям пошел по стежке, и с каждым шагом его желание попасть на вершину становилось все отчетливее. Тропинка удачно обвела его вокруг остролистых кустов с длинными шипами. На вершине росли могучие деревья, стоявшие поодаль друг от друга. Варьям решил, что выберет место, чтобы присесть и отдохнуть, перед тем как отправиться обратно. Варьям искал глазами пенек или поваленное дерево, как вдруг заметил среди стволов светящийся розовый конус. Основание его покоилось на земле, а вершина терялась среди ветвей…

В делийский аэропорт имени Индиры Ганди Джеймс Кольридж прибыл ночным рейсом из Лондона. В Индии он был впервые и с интересом разглядывал смуглые лица в зале для транзитных пассажиров. После выполнения формальностей — им занимались офицеры с большими металлическими звездами на погонах, одетые в форму цвета хаки, — Кольриджу предложили перейти в отдельный бокс, где пассажиры ждали рейса на Бангалор.

Джеймс плохо спал в самолете: допоздна показывали детективный фильм «Розовая пантера», да и ночь становится намного короче, когда путешествуешь с запада на восток. Возможно, оттого он ощущал какое-то смутное беспокойство. Депеша Варьяма Нанда… Поспешные приготовления к отъезду… Одежда, могущая пригодиться в тропиках… Пластиковый мешочек с набором ходовых лекарств… Да, самое главное! Он захватил персональный компьютер с набором дискет. Ведь как там сказано в телеграмме? Текст запомнился с первого прочтения:

«Ключ к решению проблем искусственного интеллекта, возможно, скрывается в зарослях Бандипура тчк твое участие жизненно важно тчк номер зарезервирован в гостинице Лалита Махал в Майсоре тчк жду ближайшим рейсом — искренне Варьям».

На летном поле, перед посадкой в аэробус, огромный, как средневековый фрегат, всех пассажиров попросили опознать свой багаж. Кольридж без труда обнаружил алюминиевый кофр, который предпочитал всем другим видам поклажи: он был необыкновенно прочным и четко выделялся среди разномастных чемоданов.

Перед взлетом стюардесса в зеленом сари, прекрасная, как богиня Лакшми, предложила Кольриджу карамельки в ярких обертках. Потом, когда они уже летели на высоте десяти километров, спросила, какую пищу он предпочитает: обычную или вегетарианскую. Кольридж не был приверженцем вегетарианского стола, и поэтому Лакшми принесла ему кусок зажаренной над решеткой курицы, обернутый в фольгу. Розоватое, прихваченное огнем мясо, местами даже пригорелое, жгло пальцы, а язык сводило от специй. Эта простая, но вкусная еда была данью чему-то древнему, могучему, заставлявшему верить в незыблемость мира.

* * *

…Если бы Варьяма Нанда и Джеймса Кольриджа каждого в отдельности спросили, как получилось, что они сдружились в студенческие годы — молодые, но такие разные, они не сразу бы нашлись что ответить. Совместная учеба на Британских островах укрепила их взаимную симпатию. Попав в Уэльс, в Атлантик-колледж, оба начали специализироваться в области вычислительной математики. Случай вплотную подвел их к проблемам «искусственного интеллекта».

…Шел третий год пребывания Варьяма в Бридженде, когда в Атлантик-колледж прибыл новый компьютер из Западной Германии. Главная его особенность была в наличии базы данных и пакетов программ искусственного интеллекта. Однако все программы были «привязаны» к немецкому языку. Предстояло «обучить» компьютер английскому. Ректорат принял решение поручить студентам написать программы анализа фонем и начитывание словарного запаса. Выбор пал на Варьяма Нанда и Джеймса Кольриджа как свободно владевших тем и другим языками.

Адаптация базы данных к английскому языку и расширение ее за счет понятий, выраженных по-английски, поначалу представлялась более лингвистической, нежели кибернетической проблемой. На деле же им очень пригодились знания из области вычислительной математики, полученные в колледже. Пришлось немного почитать и теорию.

«Это было самое счастливое для нас время, — вспоминали потом друзья, — мы проводили у машины целые дни и даже оставались в лаборатории на ночь. Единственное неудобство, которое мы вообще замечали, было отсутствие пищи с полуночи до восьми утра, когда все буфеты были закрыты».

Их упорство было вознаграждено: на третий день совместной работы немецкий компьютер «заговорил» по-английски.

Возвращаясь вечером в общежитие после завершения работы, они вышли к заливу, в водах которого отражалась полная луна. Справа, скрытый высоким меловым берегом, вспыхивал огонь маяка. У причала стояли наготове лодки: спасательную службу здесь несли студенты Атлантик-колледжа.

— Теперь, если мы получим компьютер с речевым вводом команд, — сказал Джим, — я научу его не только оперировать фразами английского языка, но и воспринимать их на слух.

— А также говорить с оксфордским произношением, — с улыбкой добавил Варьям. — Кстати, ты уверен, что сможешь теперь разобраться в любом компьютере?

— Уверен.

— Ну, а в таком, принципы которого совершенно незнакомы? Условно говоря, в инопланетном?

— Пожалуй, — безразличным тоном ответил Джим. — Рано или поздно это произойдет. Человечеству еще предстоит столкнуться с «межгалактическим» разумом…

В аэропорту Бангалора Кольриджа встретила темноволосая, в солнцезащитных очках, секретарша Варьяма Нанда. Убедившись, что перед ней именно тот, кто ей нужен, она застыла перед ним, слегка наклонив голову вперед и сложив руки в традиционном приветствии «намасте». Стоявший рядом смуглый помощник держал в руках большой пахучий венок из цветов магнолии, куда были вплетены красноватые звездочки календулы.

— Я — Налине, секретарь господина Нанда, — представилась девушка. — Он поручил мне встретить вас и извиниться за то, что ему самому пришлось срочно выехать в Майсор.

Налине сделала знак помощнику (это был шофер по имени Ахмед), и тот подал ей белый ароматный венок. Привычным движением девушка набросила эту связку цветов на шею Кольриджа. Он от неожиданности вздрогнул, но тут же успокоился, почувствовав приятное, чуть влажное прикосновение цветов к коже. Второй раз за сегодняшнее утро, после завтрака в аэробусе, он ощутил прилив сил, очутившись на индийской земле.

Налине сказала, что Ахмед доставит Кольриджа в Майсор, где его ждет господин Нанд. Чем вызван внезапный отъезд Нанда? Она не знает. Ей только поручено было встретить гостя в аэропорту и на машине правительства штата Майсор — такова была договоренность с местными властями — отправить его в отель «Лалита Махал».