Бывшие «сёстры». Зачем разжигают ненависть к России в бывших республиках СССР?

Этого дома нет на карте, о нем не знают службы спасения. Однако почти все квартиры – а их 220 – уже заселены. Последние два года фирма-застройщик не может сдать дом в эксплуатацию. Причина – многочисленные недоделки.

Зампредседателя домкома столичной новостройки Лариса Корсунская утверждает: чтобы перечислить все строительные изъяны, не хватит пальцев на руках. За два года строители не удосужились изолировать электропроводку, наладить системы пожарной безопасности и привести лифты в рабочее состояние. Лампы не горят, мусоропровод запаян. При таких огрехах строительства и отделки Госстройнадзор просто не может принять дом в эксплуатацию. Однако жильцов в несданную новостройку все же вселили и даже прописали. Вот и запутались чиновники – по одним документам дом стоит, а в других его нет и в помине.

В течение двух лет дом никак не могут сдать эксплуатационные организации, и когда возникает какая-то проблема, то эксплуатационная организация отсылает к инвесторам, которые якобы должны что-то с этим делать. В свою очередь, инвесторы отправляют людей обратно в эксплуатационную организацию. Разрешить проблему новоселов должен сам застройщик. Неполадки устранить, дом сдать. Но у фирмы на это денег нет. 220 квартир оставлены на попечение бригады строителей, однако они справиться с такой ответственностью не в состоянии.

Устранять все поломки в этом доме, как и в любом другом, конечно, должны профессионалы. Однако жильцам пока приходится рассчитывать только на себя. Остается только удивляться – кто так строит?

На стенах в подъезде – надписи, увековечившие имена строителей.

Незанятые квартиры должны, по идее, быть опечатанными, потому что департамент их еще никому не предоставил. На самом деле тут проживают эти гастарбайтеры-строители. Тут груды мусора, грязь, тараканы. Нанимать трудовых мигрантов строительным фирмам просто выгодно. Десять гастарбайтеров обойдутся куда дешевле, чем один профессионал с дипломом.

По числу трудовых мигрантов – а их более 12 миллионов человек – Россия занимает второе место после США. Но на волне кризиса из России были выдворены 8 миллионов иностранцев. Таким образом, ФСБ и другие ведомства отстояли приоритетное право российских граждан на трудоустройство. Однако далеко не все лишенные работы граждане братских стран вернулись на родину. Там кризис еще острее, утверждают эксперты. Оставаясь в России, трудовые мигранты вынуждены либо работать незаконно и за копейки, либо выходить на «большую дорогу».

На самом деле мигранты получают где-то 30 % от суммы, которую получают сегодня российские граждане. По закону работодатель должен заплатить госпошлину и обить порог не одного госучреждения. В этой ситуации и сами гастарбайтеры, и их наниматели предпочитают решать проблемы без лишних хлопот, обходя закон при помощи взяток, и оставшиеся 70 % зарплаты нелегальных работников идут на взятки чиновникам.

Возможно, гастарбайтеры и не хотят быть нелегальными, просто бывает, что они приходят к работодателю, им говорят: «Давайте работайте. Давайте документы, мы временную регистрацию и разрешение на работу сделаем». Проходит время, и ничего нет. Хорошо, если потихоньку деньги платят. И после этого говорят: все, вы свободны. А где разрешение на работу, а регистрация? А не сделали. Это изначально делается, чтобы просто выкинуть людей, и все.

Обычная российская история с нерусским акцентом – трудовые мигранты пытаются вернуть свои деньги. Один из таких несчастных после приезда из Таджикистана почти полгода проработал на стройке в центре Москвы. Когда заказ был выполнен, работодатель сослался на строительный брак и деньги платить отказался. В здании до сих пор ведется ремонт. Но основное строительство уже завершено. Часть помещений даже сдается в аренду.

Но строитель уверен – свою работу он выполнил качественно. За несколько лет гастарбайтер научился всему, что требуется от строителя. Но он вряд ли получит заслуженное вознаграждение. Никаких официальных документов у него нет, а значит, нет и доказательства проделанной работы.

На городских и частных стройках трудится больше половины всех гастарбайтеров. Сколько из них при поступлении на работу умеют класть кирпич, не знает никто. Навыки профессии эти рабочие получают уже на практике, когда строят наши дома. А умение красить и штукатурить отрабатывают на квартирах россиян. Ведь для того, чтобы обучать и зарегистрировать, работодателю надо иметь приличную сумму, он должен эти деньги перечислять на обучение в бюджет России или платить налоги. А зачем это ему надо? Он этого делать, конечно же, не будет.

Чем может обернуться работа непрофессиональных строителей, специалисты знают наверняка. Самое страшное – деформация и даже обрушение здания. Однако многие дефекты сразу незаметны и проявляются уже после того, как в новый дом въедут жильцы. Устранять недоделки новоселам приходится своими силами и за свой счет.

Условно качество строительства можно разделить на две составные части: первая часть – вопрос безопасности здания, сооружения, а вторая часть – потребительская. В новой системе технического регулирования, которая введена в РФ после принятия закона о техническом регулировании, вопросы, связанные с безопасностью объекта капитального строительства, регулирует государство, а что касается потребительских свойств – это вопросы застройщика и местных органов власти.

Вина за несоответствие новостроек строительным нормам и правилам ложится на государственные службы. А вот внутренняя отделка – целиком на совести строителей. И только после устранения всех недоделок и изъянов Госстройнадзор может вынести окончательный вердикт: дом безопасен и пригоден для жилья.

Существуют вопросы пожарной безопасности здания, т.е. наличие всех систем, чтобы все эти системы работали, чтобы была возможность эвакуации людей в случае возникновения пожара, и много других аспектов. И все же контроль со стороны государственных служб не мешает строителям нарушать нормативы еще на стадии проекта. Какое количество недочетов и нарушений может скрываться за внешней красотой постройки, не знают даже специалисты.

В погоне за прибылью строительные фирмы экономят не только на рабочей силе, но и на стройматериалах. Сотрудники правоохранительных органов регулярно задерживают партии поддельных строительных смесей. «Левый» цемент и шпаклевку гастарбайтеры изготавливают сами, по собственной технологии.

Даже на первый взгляд можно определить: эти смеси не просто брак, они крайне опасны для здоровья. Качество смеси оставляет желать лучшего не только в том плане, что через некоторое время начинаются трещины и стены осыпаются. Вопрос стоит о безопасности этих смесей, потому что вы этим же будете дышать у себя в квартире, соответственно, что туда намешали и чем вы будете дышать, никому не известно. Сколько с использованием таких смесей построено домов и отремонтировано квартир, не выяснят даже сотрудники полиции. Мошенники не ведут никаких записей, деньги получают прямо в руки, а товар на стройплощадки отвозят сами.

Кто знает, может, и дом на Мичуринском проспекте строился из таких материалов? Независимый эксперт Александр Горянов дал весьма критическую оценку качеству новостройки. Он отметил, что дом крепкий и работать может. Однако все инженерные сооружения в плохом состоянии и на верхних этажах жить крайне некомфортно.

Людмила Иванова, жительница одной из квартир, с самого заселения вынуждена бороться с грибком и плесенью. Год назад шкаф и все ее вещи зацвели пышным цветом. На ее жалобу застройщик откликнулся сразу. Признал брак в строительстве и прислал рабочих – исправлять недоделки. 26 декабря был ремонт закончен застройщиком, а с 10 января все началось по новой, снова начала выступать плесень и появилась сырость. Заключение эксперта неутешительно – строители нарушили технологии еще на уровне проекта. Исправить их ошибки в уже построенном доме практически невозможно.

Как плохо работают строители, художник Никас Сафронов знает по собственному печальному опыту. Он уже сбился со счета, сколько денег ему пришлось вложить в жилой дом в центре Москвы. Человек, который подрядился реконструировать этот дом, разорился на своем предприятии и начал заниматься стройкой, потому что понял, что на этом можно неплохо заработать, нашел гастарбайтеров и принялся за работу. Конечно, «строители» не сделали облицовку, не сделали сетку, стена стала сыпаться и падать. В государственном бюджете денег на качественный ремонт дома не нашлось. Фрагменты облицовки продолжали сыпаться на головы прохожих. Пока дом окончательно не превратился в руины, Никас решил действовать сам.

Чувствуя ответственность, Никас нашел средства и за свои деньги реставрировал весь фасад.

Более двух миллионов долларов – в такую сумму обошелся Сафронову ремонт многоквартирного дома. Однако соседи художника никакой заинтересованности в капитальном ремонте не проявили.

Нужно было найти возможность с кем-то поговорить, кому-то сделать приятное, кому-то написать. В общем, сделать какие-то вещи, чтобы обратили внимание именно на этот дом.

Никас Сафронов

На фасаде висят многочисленные таблички с именами знаменитых жильцов. И еще одна – «Дом образцового содержания». В том, что она оказалась на этой стене, художник видит и свою заслугу. Правда, теперь Никас переживает за ремонт в своей квартире. Вот уже 9 лет он безуспешно пытается найти рабочих, которые бы не обманули и сделали все на должном уровне.

А в одном из домов в Ульяновской области ремонт был сделан совсем недавно. Во что, однако, верится с трудом. Из его подвалов чуть ли не через день выкачивают воду. Жильцы, задыхающиеся от зловония, обратились в суд, который постановил: ремонт надо сделать. Однако судебные приставы обнаружили в подвале прежнюю картину.

Руководителям управляющей компании по телефону поясняют, что работы в данном доме производятся согласно всем решениям суда и канализация меняется. Уже на данном этапе понятно, что замененные трубы приведут к еще большей аварии и последствиям в связи с тем, что никаким стандартам по ГОСТу они вообще не отвечают. Видимо, людям придется вновь и вновь обращаться в суд.

Более 60 % жилых домов в России нуждаются в капитальном ремонте – таковы выводы специалистов. Однако качество услуг оставляет желать лучшего. Почти треть организаций, которые предлагают себя на рынке капремонта, ни разу этим не занимались. А бюджетных денег на ХОРОШИХ специалистов не всегда хватает. Жительница одного из российских городов говорит, что денег совсем нет на ремонт, а местные власти только отписываются. И единственное, что людям остается, – это написать в Москву, Путину, чтобы он помог им, потому что больше людям обратиться некуда.

На то, что денег нет, жалуется и представитель строительной фирмы Акрам. Именно по этой причине злополучный дом на проспекте Мичурина до сих пор не сдан. Все рабочие уехали домой, осталось только начальство, которое все решает. Самая большая проблема, как всегда, в деньгах. Когда деньги будут, тогда и будут сдавать.

Табличка в доме на Мичуринском гласит: обо всех проблемах сообщать в московскую мэрию. Заместитель председателя домового комитета Лариса Корсуновская почти каждый день отправляет туда жалобы от жильцов. Она говорит, что жильцы обращались и в Никулинскую межрайонную прокуратуру, и в Мосгорстройнадзор, и в Городскую комиссию при правительстве Москвы по рассмотрению обращений граждан при строительстве города Москвы, и в Аппарат правительства Российской Федерации, и в Управление Департамента жилищной политики и жилищного фонда города Москвы, и даже в Администрацию Президента Российской Федерации по работе с обращениями граждан.

С каждым днем количество обращений в инстанции только растет. Однако вопрос до сих пор не решен.

Специалисты только разводят руками и предлагают жильцам обращаться в прокуратуру или Госстройнадзор. Конечно, проблему легче предупредить еще на стадии строительства, но зачастую Госстройнадзор находит нарушения, когда новостройку уже нужно сдавать под ключ.

Однако вернемся к теме гастарбайтеров и приехавших в Россию на заработки иностранцев – в их жизни все не всегда гладко. Иногда все доходит до страшных последствий, например до убийств. Преступления на национальной почве – особая графа в списке погибших гастарбайтеров. Счет погибающих на заработках в России гастарбайтеров идет на тысячи. Однако нетерпимости к иностранцам боятся приезжие не только из ближнего зарубежья.

Шрам под сердцем темнокожего танцовщика Диллона зрители шоу замечают не сразу. Такая память о Москве останется у него на всю жизнь. На выходе из ночного клуба он отстал от коллег минуты на две, но этого хватило подросткам, чтобы всадить ему в грудь нож. Если бы его друзья тогда опоздали на некоторое время, неизвестно, чем бы все кончилось вообще. Какая группировка националистов напала на Диллона, осталось неизвестным, виновных так и не нашли. Сам Диллон к подобным опасностям относится философски. Говорит, такое могло случиться и в родной Нигерии.

В профессии танцовщика темная кожа Диллона только на руку. В Африке он один из многих, для России – настоящая экзотика. Он приехал в Москву учиться, а на стипендию прожить не смог. Танцы давались Диллону лучше, чем юриспруденция. Стриптиз принес выпускнику Университета Дружбы народов стабильный доход и признание в светской тусовке. Сегодня он эротический идол ночной жизни столицы, который уже привык к удивленным взглядам на улице. Недавно Диллон, выходец из Нигерии, получил российское гражданство. Теперь он считает себя настоящим русским, точнее, афрорусским. Диллон шутит: «Как вы меня будете называть, если у меня российский паспорт? Меня ведь до сих пор называют афроамериканцем, уже пора сказать, что не афроамериканец, а афрорусский».

После той трагической ночи, когда Диллона пытались убить, теперь русские друзья не оставляют его одного. Чтобы обидеть этого темнокожего, хулиганам придется сразиться с восемью белыми парнями, и мышцы у них отнюдь не бутафорские. Как отмечает один из участников шоу, мышцы, которые танцоры показывают на сцене, это не просто надутые на стероидах мячики, а это большой труд тягания железа. Если что-то случится с одним из танцоров, то остальные ребята не струсят, не убегут в гримерку прятать свои костюмы от грязи, чтобы их не испачкали при какой-либо драке, а все кинутся драться, не жалея своего костюма, своего лица.

А вот писатель Эдуард Багиров предпочитает бороться с ксенофобией более мирным способом. С экстремистами он ведет информационную борьбу в Интернете. Выходец из Туркмении, наполовину азербайджанец, автор книги «Гастарбайтер» на себе испытал нелегкую участь чужака. Он делится, что когда-то ухитрился снять комнату за 10 рублей в сутки, даже не комнату, а матрас в углу комнаты у одной бабушки в Домодедовском районе. И начал свой нелегкий путь с матраса.

На матрасе в углу жил и главный герой романа «Гастарбайтер». История персонажа Евгения Алиева – во многом биография самого автора книги: «В руках у меня был пластиковый пакет, в котором находилось мыло, зубная щетка, кое-какая одежка, нарезной батон и две банки кильки в томате – все мое имущество, с которым я прибыл покорять столицу…» С матраса книжный герой, как и его прототип, переехал сначала в комнату, а затем и в арендованную квартиру в центре Москвы. Тогда еще не писатель, а мелкий предприниматель Эдуард Багиров работы не боялся. Провинциальная хватка помогла подняться по социальной лестнице от грузчика до бизнесмена.

Эдуард Багиров говорит, что недалеко от Цветного бульвара была его самая первая контора, открытая им в 20-летнем возрасте. Которая, правда, в итоге накрылась во время кризиса 1998 года. Успешный бизнес и полное разорение, наезды бандитов и конфликты с милицией – это Багиров пережил на себе, но из столицы он так и не уехал. Он говорит, что ему в Москве очень хорошо. Это его город, здесь каждая вибрация от каждого кирпича заряжает его какой-то энергией.

Собственным жильем в Москве Багиров не обзавелся до сих пор. Самое необходимое для него – компьютер. Не оконченная в первом томе история гастарбайтера получила продолжение в романе «Любовники». На подходе третья книга. И прежние призывы в Интернете – к толерантности.

А вот история гостя из другой страны. Каждый день гости модного столичного ресторана наблюдают это шоу за стеклом: шеф-повар из Китая виртуозно готовит экзотические рыбные блюда. Джану Джину, можно сказать, повезло. Его пригласил на работу Аркадий Новиков, один из самых успешных московских рестораторов, и теперь Джан знакомит москвичей с кухней Восточного Китая.

Эдуард Багиров

Джан Джин, шеф-повар, отмечает, что московские гурманы очень хорошо разбираются в качестве блюд. Они много путешествуют, поэтому единственное, чем им можно угодить, – это оригинальным вкусом.

Дом в Москве для Джана Джина нашли сразу, квартиру подыскала приглашающая сторона. Жилье ему обустроили, проезд обеспечили. И человек доволен, ни в чем не нуждается. Все, что ему нужно, – это ходить на работу и получать свою зарплату. Теперь все, что оставалось повару, – найти общий язык с помощниками, и Джан уже вовсю говорит по-русски. В каких условиях в России живут тысячи иностранцев, Джан Джин может только догадываться. Его Москва встретила как самого дорогого гостя.

Он говорит, что его впечатление от Москвы можно описать одним словом – «биг». В Москве все неимоверно больше, чем в Китае: широкие дороги, гигантские здания. Когда впервые это видишь, все это так сильно бросается в глаза. Но самое большое впечатление на него произвело московское метро.

А вот украинка Зоя Матлашевская разбирается в кулинарии и сервировке не хуже восточного кулинара. В столице она устроилась без посторонней помощи, и сегодня Матлашевская одна из самых востребованных домработниц столичного бомонда, также она профессионально проводит курсы для начинающих коллег.

Приехав из Украины в Россию, Зоя Матлашевская была готова ко всему. Она знала – библиотекарь с высшим образованием и без гражданства вряд ли будет кому-то нужен. Нарасхват шел домашний персонал, и, чтобы получить первую работу, ей хватило одной фразы. «Я растворюсь в ваших проблемах» – вот эта фраза стала ключевой. Она открыла девушке путь, вакансию. И сама работодательница, которая рассказывала, что все детство провела на помойке с ключом на шее, говорила, что ее в Зое подкупило именно это.

Первой зарплаты в 250 долларов хватило даже на театр. Теперь жалованье элитной домработницы в десятки раз выше. Для этого Матлашевской пришлось освоить сотни домашних тонкостей. Ученицы Зои Матлашевской – приезжие из ближнего зарубежья. Главное преимущество – у домработниц не требуют прописки. В России в таком качестве они могут заработать гораздо больше, чем на родине.

Сервировка стола, уборка дома и организация гардероба – всему этому Зоя Матлашевская учит на своем опыте. Почти все начинающие домработницы не умеют завязывать галстуки и плохо гладят рубашки. Домработница в элитном доме обязана знать многое: например, на сколько сантиметров тарелка должна отстоять от края стола, а еще должна быть готова к любым просьбам. Погладить газету, например. Да, и такое встречается. То есть краска типографская пачкает руки, и человек, чтобы не есть, допустим, читая газету, с грязными руками, просит зафиксировать краску утюгом.

А вот россиянка Мария Султанова просто хотела нанять няню для дочери Оли, и у кандидатки на должность Насибы Эркузиевой из Киргизии она даже не попросила рекомендации. Теперь женщина сожалеет, что почему-то не позвонила предыдущим работодателям Насибы, хотя нужно было обязательно это сделать. Но Насиба произвела на Марию хорошее впечатление, и поэтому она подумала, что все будет в порядке.

Когда девочка начала плохо спать и часто плакать, Мария решила установить камеру скрытого наблюдения и с ужасом выяснила: няня Насиба вовсе не так хороша, как казалась при знакомстве. Золотые украшения хозяйки и ее косметика занимали няню гораздо больше, чем воспитание малыша. Если маленькая Оля мешала смотреть телевизор, няня пинала ребенка и била пультом, а потом шлепала девочку мокрыми ползунками. Мария Султанова говорит, что, конечно, не думала о том, что это произойдет именно с ней, но когда увидела все собственными глазами, то, конечно, у нее был шок.

Возмущенная Мария показала видеозапись няне. Плохое настроение и проблемы в семье – так объяснила сиделка жестокое обращение с ребенком.

А, к примеру, итальянец Пьетро Мацца с недобросовестными работниками долго не церемонится. «Фатторию дель Соль», с итальянского «Солнечную ферму» он доверяет надежным людям. Пьетро – единственный в России идейный фермер-гастарбайтер. Пьетро говорит, что в Европе вряд ли смог бы организовать в одном месте такое хозяйство, в котором было бы все, что ему хотелось. А здесь, в России, – пожалуйста.

Синьор Мацца приехал в Россию знакомиться с родителями жены и остался. На личные сбережения отставной полицейский купил 16 гектаров российских просторов. А еще – развалившийся пищекомбинат. Теперь здесь на российской территории располагается маленькая Италия. Сегодня туристы могут попробовать за русским столом настоящий итальянский сыр. Накормить россиян средиземноморским деликатесом – вот в чем фермер видит свою главную задачу.

600 литров молока, не меньше, уходит на приготовление одной головки фирменного итальянского сыра пармезан. Выдерживается этот вкуснейший деликатес два года. Если сделать сырный круг поменьше и выдержать покороче, получится другой сыр – пармезанино. Но выдержка – это уже последний этап. Вот от чего действительно зависит вкус сыра, так это от того, чем кормят коров. Пьетро не дает им кислого силоса, они едят только сено, зерно и сухой комбикорм. Поэтому молоко они дают идеальное для приготовления итальянского сыра.

Сено для коров и коз здесь тоже выращивают сами. Вот такой полный производственный цикл. Итальянский агротуризм на российской земле оказался делом прибыльным, хотя многие в это не верили. Отношение россиян к приезжим Пьетро Мацца испытал на себе. Сначала местные жители воспринимали его как чужака, который приехал воровать. Говорили, что он и полгода не продержится, но скоро будет уже 10 лет, как итальянец живет здесь, в России, и никуда отсюда уезжать не собирается.

Глава 7

Прибалты ищут поддержки в Европе

Летом 1988 года в Таллинне проходил традиционный песенный фестиваль, в котором принимали участие около 100 тысяч человек. Во время фестиваля впервые открыто и публично был озвучен призыв к независимости Эстонии. Митинги и демонстрации в поддержку тех или иных требований, связанных с процессом получения независимости, сопровождались пением народных песен и танцами в народных костюмах. В этом смысле демонстрации отличались своей миролюбивостью, что являлось очень важным элементом призыва к действиям. Необходимо было, с одной стороны, показать свою силу, а с другой – продемонстрировать стремление сохранить мир и спокойствие. Эстонцы в этом более чем преуспели.

В это же время в Литве представители Народного фронта делали более смелые заявления: о выходе из СССР. КГБ пристально следил за развитием событий в Прибалтике, а после спецслужбы приходили к выводу, что удержать прибалтов в составе Союза будет крайне тяжело и для этого нужны нестандартные шаги.

Николаю Леонову, генерал-лейтенанту КГБ в отставке, в 1988 году по поручению руководства пришлось совершить поездку по трем балтийским республикам. После наблюдения за жизнью и настроениями прибалтов было решено предложить странам применение к ним так называемой финляндизации прибалтийских республик – предоставления им особого статуса в рамках СССР. По аналогии с тем положением, в котором находилась Финляндия при царской России, имевшая свою Конституцию, парламент и собственную систему налогообложения, то есть совершенно иные уровни экономических и политических свобод, нежели в России. Однако в Центре с представителями КГБ тогда не согласились, решив, что преждевременные действия излишни и лишь породят волнения и панику.

23 августа 1989 года в Прибалтике проходит беспрецедентная акция под названием «Балтийский путь». Жители Литвы, Латвии и Эстонии выстроились в живую цепь длиной почти в 600 километров через Таллинн, Ригу и Вильнюс. Акция была приурочена к 50-летию подписания пакта Молотова – Риббентропа, по секретным приложениям которого к СССР отошли Западная Украина и Белоруссия, а также страны Балтии. Демонстранты отчаянно хотели привлечь внимание мирового сообщества к этим известным событиям. Тогда же русских жителей Прибалтики впервые вслух назвали «оккупантами».

Запад не признал факт вхождения Эстонской, Латвийской и Литовской республик в состав Советского Союза, продолжив считать эти территории независимыми государствами. В некоторых западных странах начали функционировать посольства республик и выдавались их паспорта. Разумеется, это не было практически действенным решением, однако оно давало очень сильную моральную поддержку всем, кто выступал за восстановление независимости этих стран.

Моральной стороной дело не ограничилось. Через десятки фондов Запад материально поддерживал прибалтийскую оппозицию. Тогда стало ясно: мосты сожжены. Впереди – выход из Союза.

11 января 1990 года в столицу Литовской ССР Вильнюс прибыл Михаил Горбачев. Поводом для поездки стало решение коммунистов Литвы выйти из Компартии Советского Союза, что могло стать началом распада КПСС, которая так или иначе оставалась основой управленческого аппарата в стране.

В тот же день в Вильнюсе проходит 250-тысячный митинг с требованиями о выходе из СССР. Горбачев принимает решение «выйти в народ» и произнести публичную речь. Генсек пытался спорить со всеми и с каждым, однако его собеседники стояли на своем. Там же, в Вильнюсе, с трибуны он рассуждал о том, что, добиваясь независимости, граждане Литвы избирают тупиковый путь. «Никуда вы не денетесь, никуда не уйдете. Вы цивилизованный народ», – заявлял Горбачев, при этом понимая, что прибалтийские республики уже не удержать.

Михаил Горбачев в Вильнюсе. Литва, январь 1990 года

Действительно, в то время в Эстонии, Латвии и Литве трудно было найти среди местного населения хоть какую-то серьезную силу, которая выступила бы против независимости или за членство в Советском Союзе. Подобное поведение противоречило мировосприятию данных наций. Они хотели независимости, они ее получили в 1918 году, они пожили независимыми, и усилий, которые приложил Советский Союз к тому, чтобы они об этом забыли, оказалось недостаточно – не забыли.

11 марта 1990 года Литва провозгласила независимость – своеобразный подарок Горбачеву ко дню рождения и к избранию его Президентом СССР.

Спустя всего три дня в ответ на несговорчивость и брошенный Вильнюсом вызов прекращены поставки нефти в республику: объявлена блокада Литвы. С экономической точки зрения блокада просуществовала недолго, учитывая, что в Литве было огромное количество предприятий союзного подчинения, которые тут же выбили себе квоты в Москве. По факту блокада не сыграла никакой роли, но с точки зрения пропаганды это была огромная ошибка Горбачева. Такое решение показало его истинное отношение к народам балтийских стран – словно к непокорным чужакам, потому как своих голодом не морят.

К началу 91-го года Прибалтика уже и не оглядывалась на Москву, в отместку Центру принимала новые законы и пыталась вести собственную внешнюю политику, согласно которой все русские считались оккупантами.

Прибалтийские столицы раздирают митинги. На плакатах манифестантов среди прочего оскорбления в адрес военных и советского руководства. Стало небезопасно говорить по-русски – могут избить. В Москве понимают, что вернуть Прибалтику в объятия Союза почти невозможно, однако почему-то решают, что и бездействовать нельзя.

Когда в Москве приняли решение о том, что необходимо силовым методом вернуть балтийские страны в правовое поле Советского Союза, в первую очередь был выбран Вильнюс, исключительно из соображений знаковости. Литовцы были самыми ярыми противниками Союза, и начать решено было именно с них.

Вечером 12 января 1991 года в телефонном разговоре с лидером литовских коммунистов на платформе КПСС М. М. Бурокявичусом Горбачев неожиданно объявляет о своем решении ввести президентское правление в Литве и разрешает использовать военную силу для восстановления порядка в Вильнюсе. В то время Василий Савин командовал внутренними войсками Северо-Запада страны и Прибалтики и постоянно находился в столице Литвы. Он признается: «До сих пор волнительно заявление Бурокявичуса, когда он после разговора с Михаилом Сергеевичем сказал, что дано «добро» взять телецентр и телебашню и завтра будет объявлен указ о введении президентского правления в Литве. Это слышали все присутствующие, но на второй день Президент Советского Союза практически отказался от этих слов».

В ночь на 13 января 1991 года начинается штурм вильнюсского телецентра. На подходе к зданиям скопилось огромное количество людей, которые уже несколько дней жили здесь в палатках. Происходящее не расценивалось как полномасштабный ввод войск: нужно было лишь захватить мосты, поставить везде блокпосты и провести проверку документов. Точечные объекты были захвачены с огромными «имиджевыми» потерями для тех, кто принимал в этом участие. Дальнейшего давления литовцы, очевидно, не выдержали бы, и на этом действия по захвату закончились.

Тогда погибли 11 защитников телецентра и один офицер КГБ, десятки человек получили серьезные ранения. Кровь, пролитая в Литве, всколыхнула соседние Латвию и Эстонию: в Риге и Таллинне стали строить баррикады.

Во время этих событий в Эстонию совершенно неожиданно приехал Президент РСФСР Борис Ельцин. В Таллинне он подписал договор о признании республиками друг друга, и данный документ окончательно предопределил выход прибалтийских республик из Советского Союза.

21 августа 1991 года Верховный Совет Латвии провозгласил независимость. Через две недели СССР эту независимость признал.

На латвийских улицах ликовала толпа, и казалось, все были равны на этом празднике жизни, ведь слово «свобода» одинаково сладко звучит и на латышском языке, и на русском. Тогда, в 91-м, будущее Латвии казалось счастливым, а победа – общей. Но как только большинство населения проголосовало за независимость республики, выяснилось, что обновленной Латвии многие из ее жителей не нужны. Те, кто произносил слово «свобода» по-русски, стали врагами и оккупантами, а оккупанты должны были отправиться домой.

Лидер Национального фронта Латвии Айварс Гарда заявляет: «Оккупанты – это те, кто прибыл в Латвию за время оккупации, и их потомки. Для нас они чужие, мы относимся к ним крайне отрицательно. Решение мы видим только в том, чтобы они уехали к себе домой, в Россию, Украину, откуда бы ни приехали. Все моральные и правовые возможности, которые есть у жителей республики, позволяют нам даже применять силу, но мы этого не хотим. Русские гнали татаро-монголов, фашистов и наполеоновцев, их за это никто не осуждает. Также и у нас есть право, каждый народ может и должен жить без оккупантов».

Нина Викторовна Ножкина живет в Риге с 1945 года. Женщина прошла всю войну, 51 год отработала на рижском заводе. Когда в стране началась перестройка, Ножкина была активной сторонницей независимости Латвии, а сейчас считает себя обманутой и униженной. Она утверждает, что все русские в Латвии голосовали за то, чтобы республика была самостоятельной и демократической страной. В ответ на это россиян в одночасье лишили латвийского гражданства: они стали оккупантами и «неграми».

«Неграми» называют здесь тех, у кого в анкете указано «негражданин» страны – сокращенно «не гр.». На латвийское гражданство Нина Викторовна не имеет права, а боевые награды, полученные во время войны, – обстоятельство даже скорее отягчающее. Ветеранами войны в Латвии признаны только бойцы дивизии Ваффен СС. Теперь Нина Викторовна уехать не может, потому что некуда, а гражданство получить ей уже не по силам. Для этого необходимо знать латвийский язык, доказать свою лояльность государству и, помимо прочего, выложить немалые деньги. Однако как ветерану, которого, по сути, за такового и не считают, доказать, что он не оккупант, а наделенный правами житель страны?

Нина Викторовна боится думать о том, что ее ждет завтра. Возможно, если она заплатит за визит к врачу, то в следующем месяце у нее не будет денег для оплаты ее однокомнатной квартиры и женщину попросту выселят. Бесплатная медицина и денежная помощь ветеранам в Латвии, конечно, существуют, но только для тех, кто воевал против Советского Союза на стороне фашистской Германии. Другие ветераны в Латвии официально не признаются.

Непросто в сегодняшней Латвии не только пожилым негражданам, но и молодым. Дети и вовсе стесняются своих родителей и просят не говорить с ними на русском языке, а лучше вообще ничего не говорить в присутствии других людей, потому как первое поколение иммигрантов по-латышски либо не говорит вообще, либо делает это из рук вон плохо. Ребята, обучающиеся в латышских школах, реализовывающих образовательные программы преимущественно на латышском языке, часто испытывают определенное психологическое давление со стороны своих латышских сверстников.

С 2004 года в Латвии запрещено преподавать обязательные предметы в русских школах на русском языке, а количество таких школ неумолимо сокращается. Только осенью 2009 года рижская Дума закрыла в городе еще 11 русских учебных заведений.

Тем временем 3 марта 2004 года, генсек НАТО Яап де Хооп Схеффер направил семи новым странам – Латвии, Литве, Эстонии, Болгарии, Румынии, Словакии и Словении – официальные приглашения войти в Североатлантический альянс. Вступление этих государств в НАТО оказалось самым значительным за всю полувековую историю расширением данной организации.

В 1990 году, когда США, Германия и Советский Союз обсуждали вопрос объединения Германии, НАТО торжественно обещало: ни шагу на восток. Это было условием согласия Москвы на воссоединение двух Германий. О том, что обещание НАТО надо закрепить на бумаге, попросту забыли, за что Россия позже будет жестоко наказана.

В 2004 году натовские летчики в Прибалтике уже обживают казармы, построенные еще советским стройбатом. Руководители НАТО заявляют, что расширение на восток – лишь реорганизация блока, ведь Россия давно вычеркнута из списка врагов.

Советник Генерального секретаря НАТО Крис Доннелли заявляет, что потенциальным врагом для стран НАТО Россия перестала быть еще после событий 1991 года. Уже в начале девяностых Россию больше не считали агрессором и противником. С тех пор Российская Федерация рассматривалась исключительно в качестве партнера, и сегодня для НАТО угроза третьей мировой войны из-за российских действий просто невероятна и даже не рассматривается.

Однако на деле оказалось, что Россия до сих пор вызывает страх и трепет у всех прибалтийских стран. Республики болезненно реагируют на любые и осознанные, и непреднамеренные действия со стороны Российской Федерации. Если пролетел российский самолет, то это однозначно бомбардировщик, который должен стереть с лица земли Ригу или Вильнюс. Если проплыл военный катер, то это точно подготовка к вторжению со стороны моря.