Помоги проекту - поделись книгой:
Моего любимого пловца зовут Леандр. А помнишь ли ты другого пловца, которого сочинил писатель Чивер и потом воплотил на экране актер Берт Ланкастер? Этот пловец придумал экстравагантную затею: достичь своего дома не по хайвею, а переплывая один за другим частные бассейны богатых друзей, живущих в округе. Мастерским пером летнее развлечение превращается в миф о заплыве через океан иллюзий, отделяющий души людей друг от друга.
Джона Чивера ты мог бы объявить своим предтечей в проповеди бегства из моногамного ГУЛАГа и в разработке методов побега. В его дневнике есть такие строчки: «Я — как заключенный, пытающийся бежать из тюрьмы неверным путем. Возможно, дверь открыта, а я все рою туннель чайной ложкой. И возможно, это только углубляет яму под моими ногами». Один из героев его романа «Хроники семейства Уопшотов» тоже ведет подробный дневник, в котором перемешаны мечты о завоевании престижа, восхваления красот мироздания, наставления сыновьям («никогда не делайте в доме женскую работу», «никогда не занимайтесь любовью, не сняв штанов»). И какое имя автор дал этому герою? Он назвал его «Леандр».
Твой канал «Следопыт» 24 часа в сутки заполняет эфир историями уникальных злодейств и преступлений. А почему бы вам хоть раз — для разнообразия — не поведать зрителям о проявлении уникальной доброты? Халиб принес мне вырезку из газеты, и описанная в статье драма произвела на меня сильнейшее впечатление.
Вообрази себе судьбу девушки, которой досталось редкое увечье, выпадающее в среднем одной из пяти тысяч новорожденных: она появилась на свет без матки. Обнаружилось это, лишь когда ей исполнилось четырнадцать лет, а менструации все не начинались. Окончив школу, она встретилась с молодым человеком, который так полюбил ее, что женился на ней, несмотря на увечье. Но детей иметь им очень хотелось. Мать девушки стала расспрашивать врачей: «А не могу ли я подарить свою матку дочери путем хирургической пересадки?»
«Такие операции еще не делались, — сказали врачи. — Но существует возможность не подарить, а, так сказать, сдать в аренду».
Оказывается, уже разработана технология, позволяющая взять яйцеклетку одной женщины, оплодотворить ее в пробирке спермой мужа и поместить в матку другой, согласившейся вынашивать ребенка, чтобы потом отдать его биологическим родителям. Обычно такие отношения оформляются контрактом, оговаривающим условия, сроки, плату, конфиденциальность. Но на деле нередко женщина-донор, родив ребенка, объявляет, что она не в силах расстаться с ним. Как правило, в таких случаях суд удовлетворяет ее желание.
Понятно, что такой конфликт не мог возникнуть между дочерью и любящей ее матерью. Однако нашлись светила психиатрии и социологии, выдвигавшие серьезные возражения против задуманной процедуры. «Мы не сомневаемся в альтруизме мотивов всех участников, — говорили они. — Но существуют этические, социальные, религиозные традиции, которые опасно разрушать даже ради благих намерений. „Кто моя мать и кто моя бабушка? — спросит подросший ребенок. — Кто из них двоих может распоряжаться моими поступками, а кто — только давать советы?“»
Тем не менее мать и дочь настояли на своем. Они выбрали медицинский центр университета Миннесоты. Оплодотворенная яйцеклетка дочери прижилась в матке ее матери с первой же попытки. И через девять месяцев на свет появился мальчик, за любовь которого мать и бабушка будут сражаться на равных правах. Если канал «Следопыт» решит, что он созрел для пропаганды доброты и что такой сюжет заслуживает экранизации, я буду счастлива прислать тебе все накопленные мною материалы на тему «аренда материнства».
«Разрешенность убивает волнение», — написал ты. Помнишь, эту тему смешно обыграл Вуди Аллен в фильме «Все, что вы хотели узнать про секс, но стеснялись спросить»? В одной из новелл там герой способен насладиться возлюбленной только в рискованной ситуации. Например, забравшись в ее спальню по отвесной стене. Или укрывшись с ней под столом, накрытым скатертью, во время торжественного приема. Или в зале музея, прячась от посетителей за постамент статуи. Но в реальной жизни Вуди Аллен, исчерпав все другие способы возбуждения, соблазнил приемную дочь своей сожительницы Мии Фэрроу, когда девочке едва исполнилось шестнадцать лет.
Кто был по-настоящему зациклен на сексе с риском, это, конечно, президент Клинтон. Почему ему нужно было устраивать все свидания с Моникой Левински в Белом доме? Неужели нельзя было снабдить ее адресом какого-нибудь укромного мотеля и потом незаметно появиться там под покровом ночи? Нет, он извещал ее телефонным звонком о времени, когда будет один в кабинете, она появлялась с пачкой деловых бумаг, и секретарша, знавшая об их романе, впускала ее к возлюбленному. Короткие свидания проходили под вечным страхом внезапного вторжения кого-то из сотрудников или даже членов семьи. Кажется, любовникам так никогда и не довелось провести вместе целую ночь, завершить, как бы ты сказал, побег из ГУЛАГа.
Зато уж стража на этот раз показала, что она способна проделывать с теми, кто попался на попытке бегства. Внезапно задержать молодую женщину прямо на улице, посадить ее перед дюжиной следователей и агентов с пистолетами, двенадцать часов допрашивать без адвоката и свидетелей, грозить долгим тюремным сроком! Я восхищаюсь Моникой, которая, умирая от страха, все же отказалась тогда сотрудничать с комитетом специального прокурора. Она сломалась только тогда, когда они пригрозили втянуть в судебную мясорубку ее мать и отца.
Бедная, что ей пришлось пережить, стоя перед Большим жюри и отвечая на эти ужасные вопросы! «Сколько раз и в какие дни имел место оральный секс с президентом?.. Какие части одежды при этом снимались?.. Кто расстегивал молнию на брюках и на юбке?.. Гладил ли он вас по груди?.. Была ли она при этом обнажена?.. Запустив руку под трусы, пытался ли он мастурбировать вас?.. Применялась ли при этом сигара?..» И вопреки имевшейся договоренности с адвокатами Моники все эти детали намеренно делались доступными журналистам, чтобы усилить давление в сторону импичмента президента.
Должна признать: несмотря на все сексуальные революции и попытки размножаться чуть ли не путем цветочного опыления, охрана на вышках все еще может проявлять нешуточную свирепость и «открывать огонь без предупреждения». Но веришь ли ты, что я выбрала свой путь не из страха? Что для меня это акт свободного волеизъявления, которым я порой — да простит меня Творец — могу даже тщеславиться?
Похоже, что вице-президент Ал Гор, напуганный импичментом, нависавшим над головой его босса, всячески пытался отмежеваться от него во время предвыборной кампании 2000 года. Много раз появлялся перед камерой с женой и детьми, в речах восхвалял семейные ценности. Но проиграв на выборах Бушу-младше-му, сменил пластинку. Попадалась ли тебе книга «Сердцем соединенные. Трансформация американской семьи»? Супруги Гор написали ее вместе и с одобрением представили там десятки возможных отклонений от традиционного брака: пара гомосексуалистов с двумя приемными сыновьями разного цвета; разведенная жена и ее новый муж вместе с ее прежним мужем растят ее ребенка-ин-валида; сложная комбинация, включающая двух мужчин, трех женщин и целый выводок детей; и так далее.
Супруги Гор многие годы выглядели образцом традиционной семьи, не задетой никакими «трансформациями». Их разрыв, случившийся в 2010 году, ошеломил сторонников и поклонников. Оказалось, что «связь сердец» не имеет достаточной прочности. Таблоиды сообщили, что бывший вице-президент многие годы переходил от одной тайной возлюбленной к другой. Назывались имена известной голливудской актрисы, модной массажистки, соратницы по защите природы, футбольной хористки и других. Ты вполне можешь добавить Ала Гора к списку политиков-демокра-тов, отличившихся успешными побегами из ГУЛАГа.
Я стараюсь не заглядывать вперед и не думать о том, какой путь выберет Славик. С одной стороны, твой вариант, вариант успешного беглеца, выглядит таким соблазнительным, что трудно надеяться на что-то другое. С другой стороны, среди наших знакомых уже в трех семьях подросшие сыновья внезапно выбрали путь строгого иудаизма, уехали в Израиль, женились там на предложенных им невестах, стали рожать детей одного за другим. В одной семье родители последовали примеру сына, тоже сделались ортодоксами, завели кошерный стол, начали изучать иврит. Если бы твой Миша-ня сделал обрезание, последовал бы ты его примеру?
Кто вызывает у меня тревогу, это не Славик, а Борис. Последние недели он часто впадает в рассеянность, отвечает на вопросы невпопад, уходит в соседнюю комнату, чтобы ответить на телефонный звонок. Ох, не пришла ли и мне пора дать объявление в журнале «Любовь без границ»? Как бы ты отнесся к тому, чтобы на такое объявление откликнулась Женечка? А что — я бы не возражала против такого поворота. Видимо, твоя пропаганда постепенно делает свое дело, размывает мои моральные устои. Так что плыви, мой Леандр, не бойся Левиафана в волнах, не слушай пения сирен на скалах. Помни, что никто не сможет любить тебя так безоглядно и бескорыстно, как твоя Геро-Люба в своем светящемся окошке.
Большой жилой дом для малоимущих в южной части Манхэттена. Перед ним останавливается знакомый нам «лексус». Артур Казанов и Барбара Хилл выходят из него, идут к дому, поднимаются по лестнице. Останавливаются перед дверью квартиры, вопросительно смотрят друг на друга. Артур наклоняется к ее лицу. Она прикрывает глаза, подставляет губы. Ах, если бы камера могла сохранить и передать сладость первого поцелуя! Оторвавшись от ее губ, Артур нажимает на звонок.
Дверь открывает лейтенант Запата.
ЗАПАТА: Как раз вовремя. Моя команда экспертов только что уехала, но завтра вернется снова. Поэтому не прикасайтесь ни к чему руками, только фотографируйте.
АРТУР: Как долго племянник Бишмана прожил в этой квартире?
ЗАПАТА: Около полугода. Сейчас для нас главное: выяснить, бывала здесь Тамара Бурилова или нет.
АРТУР: А что говорит сам племянник?
ЗАПАТА: Я допрашивал Дугласа в камере, но он уперся, как танк. Говорит, что имеет важную информацию, но откроет ее только в том случае, если ему будет гарантирован иммунитет от судебного преследования.
БАРБАРА: Он хочет, чтобы его выпустили из тюрьмы?
ЗАПАТА: Нет, за наркотики он готов сидеть до конца. Но явно боится, что его пристегнут к делу об исчезновении. Я передал прокурору его требование, но тот категорически отказался покупать кота в мешке. Ведь Дуглас перешел из разряда свидетелей в разряд подозреваемых, и это все меняет.
АРТУР
БАРБАРА: Если моя героиня бывала здесь, какой-нибудь след она должна была оставить. Гребень, зубную щетку, тампоны, губную помаду…
ЗАПАТА: Все, что можно использовать для анализа ДНК, мои эксперты забрали и унесли в лабораторию: чашки, стаканы, столовые ножи, вилки. И, конечно, содержание мусорных корзин.
АРТУР: Вот эта расписная матрешка с часами — явно сувенир из России.
ЗАПАТА: Да, но Тамара могла подарить ее Дугласу, еще когда они втроем жили в доме Бишмана. Также она могла бывать здесь еще до последней поездки в Россию. Боюсь, что заставить Дугласа говорить — единственный способ двинуть расследование вперед.
ИЮЛЬ
Ну вот, трехнедельная эпопея закончилась. Погоня настигла бежавших из тюрьмы убийц, жители штата Нью-Йорк могут испустить вздох облегчения. Но третий беглец, вернее, беглянка из ГУЛАГа, хоть и находится под стражей, может считать свой побег успешно состоявшимся. Эта тюремная надзирательница помогала беглецам, подчиняясь зову любви, значит, она оставила колючую проволоку позади.
То, что она в конце концов не решилась предоставить им автомобиль, который умчал бы их в Канаду, будут объяснять страхом. Действительно, она могла бояться, что за автомобиль ей добавят лет десять тюремного срока. Но мне чудится и возможность другого объяснения. Она была влюблена в
Ведь бегство из ГУЛАГа вовсе не сводится к цепочке волнующих адюльтеров. Ты должен сначала вырваться из кандального чувства вины, которым тебя накачивают с детства. Иначе ты будешь мучиться каждый раз, когда новая стрела Амура вопьется тебе в сердце и ты станешь искать путей разрыва с прежней подругой. Как сказал один из настрадавшихся беглецов: «Ужасно не то, что их было всего лишь сорок четыре. Ужасно то, что я их всех помню».
Кто оставался всю жизнь неизлечимым мучеником ГУЛАГа, это Эрнст Хемингуэй. Он был женат четыре раза, имел дюжины возлюбленных, но сбежать так и не сумел. Каждый раз, когда новая влюбленность возносила его над колючей проволокой, он кидался стряпать обвинение в адрес покидаемой, которая якобы разрушила неправильным поведением мир их нежных чувств. Неизбежное затухание влюбленности он объявлял смертью любви и начинал судорожно искать виноватых в этой смерти. «Ты и твои деньги разрушили мой талант», — говорит жене умирающий герой рассказа «В снегах Килиманджаро». «А потом пришли богатые и все испортили», — говорит герой «Фиесты».
К теме «женщина — губительница» Хемингуэй возвращается много раз. В рассказе «Недолгое счастье Фрэнсиса Макомбера» жена просто убивает мужа — якобы случайно — на охоте, когда в нем воскресли смелость и уверенность в своих силах. В рассказе «Три дня под ветром» герои говорят о том, что женатые — люди пропащие и что нельзя позволять женщине затоптать себя. Жену Скотта Фитцджеральда, Зельду, он обвинял в том, что своими нападками она разрушает уверенность мужа в его творческих силах. Про родную мать в разговорах с приятелями говорил, что она желала его гибели на войне — тогда бы ей досталась слава матери героя. В 1928 году застрелился отец Хемингуэя, и он утверждал, что это его мать довела мужа до депрессии своим расточительством, своими долгими отлучками, своим пренебрежительным отношением к человеку, который, видите ли, не воспарял вместе с ней к вершинам прекрасного. Хотя на самом деле больной диабетом доктор Хемингуэй сам диагнозировал закупорку вены в ноге и, скорее всего, застрелился, чтобы избежать мучительной смерти от гангрены.
Из опубликованных писем видно, что драму ухода от первой жены, Хедли Ричардсон, ко второй, Полине Пфайфер, Хемингуэй переживал долго, глубоко, мучительно. Но когда попытался воссоздать ее в романе «Сады Эдема», его опять унесло на путь «обвиниловки» в адрес Хедли.
В версии, доступной нам сегодня, все выглядит как фантазия автора на тему «лето втроем на берегу Средиземного моря». Герой, молодой американский писатель, окрыленный успехом своей первой книги (кто бы это мог быть?), приезжает с женой на курорт, чтобы писать новое произведение. Тема — охота и отношения с отцом. К ним присоединяется молодая прелестная женщина Марита, про которую жена говорит: «Она влюблена в нас обоих». Драма в любовном треугольнике движется извилисто и непредсказуемо, но в конце писатель успешно завершает новую книгу и уходит от жены к Марите. Кажется, это единственный роман Хемингуэя, в котором никто не гибнет в конце. Может быть, именно поэтому он казался ему незавершенным?
В романе есть и важные отступления от автобиографической канвы. Дело представлено так, будто жена Кэтрин сама — из прихоти — пригласила Мариту пожить с ними в одном отеле, сама подталкивала ее и мужа друг к другу. Она доходит до того, что изменяет мужу с Маритой. Но не делает из этого тайны, а говорит, что да, любит их обоих. Муж тоже должен признать, что влюблен в обеих женщин, но он хотя бы полон чувства вины, считает это ненормальным. Образ жены постепенно чернеет. При Марите она начинает издеваться над мужем-писателем за то, что он постоянно перечитывает вырезки из газет с хвалебными статьями о нем. «Их сотни, и он постоянно таскает их с собой. Это хуже, чем носить порнографические открытки. Он изменяет мне с этими вырезками. Наверное, тут же, в мусорную корзину».
Чтобы окончательно опустить образ жены, прокурор Хемингуэй извлекает историю, случившуюся в начале его супружества с Хедли. Она ехала к нему из Парижа в Швейцарию и везла чемодан с его рукописями, которые в то время еще не были опубликованы. Он просил ее привезти ту, над которой собирался работать, но она, в порыве чрезмерной обязательности, упаковала в отдельный чемодан весь его архив до последнего листочка. И на вокзале этот чемодан украли. От ужаса случившегося Хедли лишилась речи. Когда Хемингуэй встретил ее на перроне, она могла только рыдать и умолять о прощении. Реальный Хемингуэй мужественно принял удар и, как мог, успокаивал жену. Но в романе «Сады Эдема» история повернута по-другому: жена Кэтрин
То, что роман не был опубликован при жизни Хемингуэя, дает мне право утверждать, что сбежать из ГУЛАГа ему так и не удалось. Каждая новая влюбленность рождала в нем чувство вины, он начинал строить пирамиду обвинений в адрес очередной жены, а последнюю, многострадальную и безответную Мэри Уэлш, просто избивал так, что она несколько раз оказывалась в больнице. Но никогда не жаловалась, объясняла все травмы случайными падениями. Может быть, она догадывалась или предчувствовала, что если ее муж подобреет, ему станет не о чем писать?
ЛИСТОВКА
От овладения огнем до умения строить каменные печи у людей ушло сто тысяч лет. Неужели столько же должно уйти на открытие разницы между спасительным теплом любви и манящим пожаром влюбленности?
Ты просишь продолжить рассказ о «парижанке». Да, они начали встречаться. Его расписание на телестудии было причудливым, поэтому он мог засиживаться у нее допоздна, имея благовидное объяснение для жены. Они сговаривались о времени его приезда по телефону, но ведь могли неожиданно нагрянуть родственники или друзья. На этот случай у них был тайный знак: если штора в ее окне на шестом этаже была задернута, это означало, что в квартире кто-то чужой, ненужный. Хочешь верь, хочешь нет, но первый месяц они только сидели на диване, держась за руки, вслушиваясь в то неведомое и необъяснимое, что сладко плавилось у них под сердцем. В этом деле у них были хорошие помощники: Моцарт, Телеман, Шопен, Альбинони, Мендельсон. Однажды она выпустила его руку и ушла в соседнюю спальню проведать спавшего там шестилетнего сына. Он сменил пластинку, поставил шубертовскую Фантазию эф-минор, опус 103. Под эту музыку она и вернулась. Совсем, совсем нагая. Она была ослепительна. Он никогда в жизни не испытывал такого счастья. Но предвидел, что повторить его невозможно, как невозможно сочинить второй раз опус 103.
У тебя могла возникнуть нелепая надежда, что в церемонии эпистолярного стриптиза я соглашусь пропустить — перепрыгнуть через — пояс для подвязок. На самом деле это бесценное создание цивилизации будет сохранять свое волнующее колдовство еще сотни лет. Ибо оно только притворяется прагматиком, нацеленным исключительно на удерживание чулок от сползания. На самом деле его причудливые вырезы, его шелковая шнуровка с просветами, его уверенный и плотоядный охват крутых бедер были уже тысячи и миллионы раз использованы и восславленны создателями порнографических открыток с первых же лет изобретения фотоаппарата. Когда же — о, когда! — доведется мне увидеть, как твои пальцы прикоснутся к пряжкам и подвязкам и начнут расстегивать их одну за другой?
Страстью опаленный, в мечтах плывущий, ночь взором пронзающий Леандр Артурович К.
Ну вот, ты доигрался — добился своего! Теперь и я невольно ко всякой ерундо-вине в своем белье начинаю относиться как к объекту чьего-то религиозного поклонения, как к тотему непристойного культа. Надевая лифчик перед зеркалом, вижу его твоим воспаленным взором и сама превращаюсь в форменную фетишистку.
Другая западня, подстроенная тобой: во всем прочитанном, увиденном, услышанном я подсознательно ищу темы, которые могли бы увлечь тебя, пересказываю их тебе и тем самым лью воду на мельницу твоей пропаганды. Вот тебе очередная история из этого разряда, рассказанная мне Генрихом.
Несмотря на свою фамилию, врет он крайне редко. Наоборот, пытается завлекать и обольщать предельной искренностью. Превращает меня в бесплатного психотерапевта. А я поддаюсь из смеси любопытства и сострадания. Замысловатый лабиринт его семейно-любовных отношений выглядит примерно так.
У него есть постоянная возлюбленная по имени Терри. Они встречаются примерно раз в неделю, но он не любит, когда она остается на всю ночь. Если это случается, он просит ее уезжать рано утром под предлогом, что бывшая жена должна завезти ему на весь день их двоих детей. Терри сердится, говорит, что детей ему почему-то привозят все раньше и раньше. Провести ночь в ее квартире он тоже отказывается: вдруг, мол, с детьми что-то случится, и он не сможет вовремя прийти им на помощь.
Конечно, Генрих не рассказывает Терри, что после развода у него возродились нежные отношения с бывшей женой. Во время их супружеской жизни жена была абсолютно равнодушна к плотским забавам, уступала ему из чувства долга. Теперь же их тайные встречи окрашены такой пылкостью, какой он не достигает даже с Терри. Ему приходится прилагать массу усилий и изворотливости, чтобы эти две женщины не узнали о том, что он связан с обеими. В твоей терминологии, они послушные узницы ГУЛАГа и не потерпят таких вопиющих отступлений от правил.
Генрих пытался консультироваться со шринками. Они вынесли ему научный диагноз: «коммитофобия». Так они клеймят мужчин, которые правдами и неправдами избегают брать на себя твердые обязательства в отношениях с женщинами — обещать commitment. В сумасшедший дом за это еще не сажают, но в бракоразводных процессах термин используют довольно широко. Никакой судья не вынесет решения отдать детей диагнозированному «коммитофобу».
В нашей жизни назревает печальная перемена: Халиб получил заманчивую должность в афганском посольстве в Канаде. Мы оба привязались к нему и будем скучать. Борис на прощание хочет свозить его в Атлантик-сити, потешить рулеткой и русской баней, которая открылась там недавно в одном из отелей.
Значит, я терпеливо снимаю для тебя фетиш за фетишем, а твоя парижанка взяла и сбросила всю одежду зараз? Может быть, это на самом деле и есть то, что тебе нужно? А может, тебе пора включить музыку в используемый в твоих атаках арсенал? Недаром Платон собирался запретить ее в своем идеальном государстве, она, говорил он, незаметно прокрадывается и отвлекает душу человека от служения родине.
Толстой в своей «Крейцеровой сонате» тоже убедительно изобразил опасную силу соблазна, таящегося в музыке. Кстати, где он у тебя стоит по отношению к ГУЛАГу? Беглец или послушный зэк? Во всяком случае, в плане литья воды на твою пропагандистскую мельницу, посылаю тебе попавшийся мне отрывок из его письма Страхову на близкую тему:
«Решусь перед вами высказать мысль, которой я не посмею поделиться ни с кем из родных и близких. Мысль эта сводится к тому, что при нынешнем развитии огромных городов правила моногамных и целомудренных отношений между мужем и женой становятся невыполнимыми. Женщина теряет возможность рожать примерно на двадцать лет раньше, чем мужчина утрачивает интерес к плотским отношениям и исчезает для него необходимость в них. Что же делать мужчине эти оставшиеся двадцать лет?
Появление огромного числа женщин легкого поведения в больших городах — явление повсеместное и неизбежное. Представьте себе город Лондон без его восьмидесяти тысяч магдалин. Что бы сталось с семьями? Много ли бы удержалось жен, дочерей чистыми? Что бы стало с законами нравственности, которые так любят блюсти люди? Мне кажется, что этот класс женщин необходим для сохранения семьи при теперешних усложненных формах жизни».
А ты? Когда-нибудь покупал «миг последних содроганий» за деньги? Или раз-решенность действительно убивает для тебя все удовольствие?
Всерьез борьбу с бизнесом порока в Америке начал в конце XIX века Теодор Рузвельт, еще будучи начальником полиции города Нью-Йорка. Он безжалостно карал не только владельцев домов разврата, но и полицейских, закрывавших глаза на их существование в обмен на ежемесячные выплаты. Расставание с эпохой борделей ностальгически изображено в замечательном фильме режиссера Луи Маля «Прелестное дитя». Не понимаю, как борцы с детской порнографией допустили выход этой картины в широкий прокат. Там главный герой — фотограф, которого играет Кейт Каррадин, — очень похож на тебя. Уверена, что рано или поздно ты перейдешь от письменной пропаганды к экранной и создашь несколько шедевров, тянущих на Оскара. И уж тогда толпа поклонниц оттеснит от тебя бедную Любу с ее вечной и не имеющей спроса любовью.
Кабинет в полицейском отделении. Барбара Хилл сидит на диване, рядом с ней развалился Роберто Ломбарди, задрав одну ногу на стол. Артур Казанов в углу уговаривает лейтенанта Запату.
АРТУР: Пойми, у нас запланированы съемки на пляже. Мы не сможем объяснить зрителю, почему у Дугласа Кренца на щиколотке пристегнута какая-то черная коробочка.
ЗАПАТА: Но ты понимаешь, что, если я отстегну ее, у его контролера зазвонит сигнал тревоги?
АРТУР: Контролера я предупредил. Он сказал, что готов не обращать внимания на сигнал в течение шести часов. Но если Роберто что-нибудь выкинет за это время, он привлечет к суду меня вместе с ним.
РОБЕРТО: От такого закоренелого преступника, как я, можно ждать всего. Давно мечтал поджечь весь Харриман-парк. Ограбить продавца горячих сосисок. Похитить Барбару Хилл.
БАРБАРА: Я уже догадываюсь, как можно отравить тебе последнее удовольствие: взять и согласиться на похищение.
ЗАПАТА
АРТУР: Все будет нормально. Мы вернемся к пяти часам, и ты пристегнешь браслет обратно.
Артур, Барбара, Роберто выходят из полицейского отделения, усаживаются в «лексус». Вилсон, сидящий на заднем сиденье, перекладывает камеру на колени, чтобы дать место Роберто. Автомобиль трогается.
АРТУР
РОБЕРТО: Мы будем снимать сцены у кафе? Можно я проколю шину любимому дядюшке?
АРТУР: Официантка сдружилась с Тамарой, и та рассказывала ей, что муж настаивал на скорейшем рождении ребенка, а она не чувствовала себя готовой и всячески уклонялась. Потребовала, чтобы у нее была отдельная спальня. Бишман согласился, но при этом вынул замок из двери. Вламывался к ней в любое время дня и ночи.
Автомобиль въезжает в Харриман-парк, останавливается на стоянке вблизи пляжа на берегу озера. Съемочная группа находит свободный лежак под большим зонтом. Барбара снимает платье, остается в весьма открытом купальнике.
РОБЕРТО
АРТУР: Роберто, не надо форсировать атаку. Сегодня мы снимаем первые дуновения любви, пробные пассы, нащупывание путей между двумя сердцами.
РОБЕРТО: Мистер Казанов, при всем уважении не могу скрыть от вас печального факта: вы безнадежно устарели. У современной молодежи нащупывание путей сводится к вопросу «Твоя квартира или моя?». Если квартиры нет ни у него, ни у нее, заднее сиденье вашего «лексуса» было бы самым правдоподобным местом действия.
АРТУР: Вполне возможно, что дойдет и до заднего сиденья. Сегодня же просто возьмитесь за руки и, нежно глядя в глаза друг другу, входите в воду.
БАРБАРА: Роберто, наверное, уже забыл, как изображать тонкие чувства.
РОБЕРТО: О, тираны принудительного романтизма! Деспоты серенад и томных вздохов! Вот я сейчас перемахну озеро кролем и изнасилую ту одинокую старушку, которая плывет там в байдарке. Уверен, она уже и не мечтает о такой удаче. А отвечать вместе со мной будет наш режиссер!
БАРБАРА: Как я могу изобразить нежные чувства к такому болтуну?!
Она хватает Роберто за руку и увлекает за собой в воду. Вилсон успевает включить камеру и поймать в объектив поднятый ими фонтан брызг.
АВГУСТ
Бесценная, неземная, наполовину раздетая!
Огромная благодарность тебе за отрывок из письма Толстого — оно раньше не попадалось мне на глаза. Оказывается, наш великий классик до своего христианского преображения был способен рассуждать вполне здраво. И своему любимцу, Пьеру Безухову, он явно прощает посещение «домов неземных услад». Зато отцу Сергию уже пощады нет: отрубить палец топором за греховные порывы.
Но ты никогда не догадаешься, кто недавно встал на защиту жриц любви: организация «Международная амнистия»! Да-да, на днях нашел в Интернете их призывы узаконить продажу сексуальных услуг. «В этом нет никакого порабощения женщины, — утверждает статья. — Она свободно выбирает этот род занятий, свободно назначает цены за свои услуги, свободно отказывает клиенту, который ее чем-то не устраивает».
Конечно, протесты посыпались со всех сторон. «Вы не можете называть себя защитниками прав человека и одновременно защищать покупку и продажу живого товара». «Разрешение проституции есть возврат к рабовладению». «Каждый раз, когда женщина предлагает свое тело за деньги, это сбрасывает ее на дно унижения и деградации». Но «Международная амнистия» стоит на своем и обещает продолжать кампанию за легализацию.
ЛИСТОВКА
Медицинские исследования показали, что сокращение сексуальной активности приводит к раку простаты у мужчин. Опираясь на эту информацию, проститутки могут представить себя работниками сферы медицинского обслуживания и добиться разрешения отправлять свои счета для оплаты в страховые компании.
Другая новость с фронтов идейной войны вокруг ГУЛАГа: оказывается, что в штате Мэйн возникла организация «Христиане за полигамию». За двадцать лет своего существования она пустила корни во многих других штатах. От мормонов они открещиваются, но объявляют себя просто продолжателями Реформации, возвращающимися к библейским заповедям. В Ветхом Завете они отыскивают примеры и цитаты, подтверждающие совместимость глубокой веры с двоеженством. Вот, например, из Второзакония, глава 21:15: «Если у человека будут две жены, одна любимая, а другая нелюбимая, и обе родят ему сыновей, и первенцем будет сын нелюбимой, главную часть наследства следует отдать ему, а не сыну любимой». Здесь явно двоеженство упоминается как дело обычное и вполне разрешенное.
Листая Ветхий Завет, я вдруг задумался над тем, как многозначительна — и невыполнима! — десятая заповедь: «Не желай чужого!» Ведь запрет воровства содержится уже в столь важной для тебя восьмой: «Не укради». Десятая же требует от человека подавить даже помыслы о присвоении чужого добра. «Не желай дома ближнего твоего, ни жены его, ни раба его, ни рабыни, ни вола, ни осла» (Исход, 20:17). Не желать ни коттеджа соседа моего, ни «кадиллака», ни бассейна, ни моторной лодки его, ни тем более жены — разве это возможно? Такое требование только лишает человека надежды на оправдание и жизнь вечную, ввергает в отчаяние, из-за которого он кинется забирать все эти вожделенные сокровища силой или хитростью.
Когда я слышу участившиеся сообщения о побегах молодых людей на Ближний Восток для вступления в ряды фанатиков Нового халифата, я спрашиваю себя, что могло толкнуть их на такой страшный выбор. А вдруг это наши невыполнимые требования абсолютной добродетели доводят их до отчаяния? Они теряют надежду заслужить наше одобрение и, очертя голову, кидаются туда, где одобрение им гарантировано, где их наверняка примут с восторгом. То, что очень скоро за этот восторг придется платить кровью и гибелью, не укладывается, не удерживается в их юных головах.
Другое наблюдение на ту же тему: ты замечала, как маленькие дети любят пугать? Мы с Женечкой покупали трехлетнему Мишане ватного тигра, и он немедленно наставлял его на нас и начинал рычать. Мы изображали испуг, и Мишаня заливался счастливым смехом. А твой Славик? Выкидывал что-нибудь похожее? Внезапно выпрыгнуть из темноты на маму и услышать ее испуганное «ой!»? Не ради ли счастья пугать они убегают в Новый халифат, вступают в уличные банды, в какое-нибудь арийское братство? Вытатуировать по свастике на каждом пальце и потом упиваться испугом соседа в автобусе, официантки в кафе, кассирши в банке? Порой я жалею, что упустил в жизни это простое наслаждение. Не таится ли тут вариант Декартовой формулы: «Пугаю — значит существую»?
Хочешь ли ты узнать, как кончился роман с «парижанкой»? Дело было так. Он ехал к ней на очередное свидание. Путь был длинный: сначала от студии на троллейбусе до станции метро, потом двенадцать остановок до автобуса, который увозил его до кольца на окраине города. И вот во время пересадки с троллейбуса на метро он увидел на улице совершенно очаровательную женщину. Она встретилась с ним глазами и улыбнулась. Он подумал, что никогда не видел такой прелестной, такой обезоруживающей улыбки. У него мелькнул привычный испуг, что вот, через миг они разойдутся и больше никогда не встретятся. Он привычно стал составлять в уме слова мольбы о телефоне. Еще через минуту он понял, что перед ним стоит его жена. Он поцеловал ее и стал говорить, что да, неожиданно съемки на студии закончились раньше и он ехал домой. Обнявшись, они пошли к дому, который находился в двух кварталах от станции метро и где их ждал девятилетний сын. Вскоре муж «парижанки» вернулся из командировки, и он никогда больше не виделся с ней.
Возвращаясь к теме упущенных наслаждений: неужели наш эпистолярный стриптиз подошел к концу? Неужели Леандра и Геро больше ничто не разделяет, кроме трусиков цвета лунной ночи? Нет, я не могу с этим смириться! Прошу тебя: перестань прикрывать обнаженную грудь руками, опусти их вниз, дай скользнуть под резинку, в жемчужный свет лунной ночи и проделать все, что творили бы мои ладони на их месте. Моей фантазии вполне по силам упиться этой картиной, как упивались члены Большого жюри на допросе Моники Левински. Работа на те-левиденьи не смогла полностью подавить мое воображение. Тому свидетельство — твой сияющий облик, который хранится в нем, как пчела в слитке янтаря. АК.
Бесценный и невозможный!
Конечно, дети обожают пугать друг друга и нас и, взрослея, не склонны отказываться от этого удовольствия. Но жажда пугать — это лишь одно из проявлений, один из вариантов сильнейшей человеческой страсти: привлекать к себе внимание. Взять для примера хотя бы меня: чтобы привлечь твое внимание, я превращаюсь буквально в твою пресс-секретаршу, выискивая в Интернете и газетах новости, которые могли бы тебя заинтересовать.
В этом месяце могу предложить неплохой улов.
В тихом городке штата Монтана жил себе и жил скромный джентльмен по имени мистер Кольер. Потихоньку торговал холодильниками и прочими устройствами, производящими холод. Однако сердцем оставался горяч настолько, что не мог удовлетвориться одной женой — завел себе вторую, с согласия первой. За это был отлучен от мормонской церкви и стал общаться с Богом напрямую. А тут недавно наш Верховный суд вынес постановление, объявляющее однополые браки законными. И Бог сказал мистеру Кольеру: «Неужели ты это стерпишь?»
Наш двоеженец оказался не робкого десятка. Он отправился в городскую управу и подал заявление на разрешение вступить в законное супружество со своей второй женой. Чем мы хуже гомосексуалистов? Дискриминация! Он послал письмо в Мон-танское отделение Американского союза гражданских свобод, прося их помочь ему отстаивать свои права в суде. Он и обе его жены просто устали вести подпольное существование. Буду следить и извещать тебя о следующих витках этой беспрецедентной истории.
Вторая — еще пикантнее.
Мы давно знали о существовании интернетных сайтов, помогающих людям найти спутника жизни. Но, оказывается, четырнадцать лет назад, в Канаде, был создан сайт, помогающий найти женатым любовницу или любовника. Название: «Эшли Мэдисон». Лозунг: «Жизнь коротка — заведи роман». За прошедшие годы сайт сумел привлечь миллионы пользователей в сорока шести странах, он оперирует на английском, французском, немецком, итальянском, испанском, греческом, иврите, японском, корейском и других языках. (Заметь: нет на русском и арабском.)
Схема работает примерно так: присоединяясь к сайту, человек дает информацию о себе, сообщает о своих сексуальных предпочтениях, включает характеристики желаемого партнера. Мужчина должен оплатить возможность вступить в контакт с женщиной, женщина же направляет свой зов бесплатно, а мужчина оплачивает право прочесть его. (Чувствуешь, какая несправедливость к вам!) Фирма «Эшли Мэдисон» гарантирает успешную завязку адюльтера, но в мелком шрифте спрятано множество ограничений и уверток, делающих практически невозможным получение компенсации за неудачу.
И вот месяц назад на эту гуманную организацию, на этих смелых борцов с Моногамным ГУЛАГом обрушился страшный удар. Группа анонимных хакеров объявила в Интернете, что им удалось проникнуть в электронную память фирмы «Эшли Мэдисон» и украсть информацию о миллионах ее пользователей. Они требуют немедленного закрытия сайта, представляющего серьезную угрозу институту семьи, в противном случае грозят выставить миллионы клиентов на позор и осуждение. Сайт не подчинился шантажу, и на днях хакеры исполнили свою угрозу.
Что тут началось!
Владельцы сайта объявили, что все это ложь и провокация, что хранимая информация надежно защищена от хакерских атак, а псевдоразоблачению подверглись ни в чем не повинные люди, имена которых взяты наугад из телефонных книг.
Консультанты по брачным проблемам ждут притока тысяч клиентов.
То же самое и адвокаты, специализирующиеся на разводах. Один из них заявил, что это лучшая новость со времен установления седьмой заповеди.
Женщина, являющаяся членом Британского парламента, объявила, что ее данные были украдены и включены в сайт без ее ведома и согласия.
Йельский университет и Гарвард заявили, что тысячи имен их сотрудников и выпускников, попавшие в компромат, являются случайным совпадением.
Государственным служащим и военным, использовавшим рабочее время для участия в деятельности сайта, мугут быть предъявлены уголовные обвинения.
Если мне удалось заинтриговать тебя, ты можешь набрать в Гугле название фирмы и получить все сведения о том, как этот непристойный ураган прокатится по миллионам домов. Впрочем, не исключаю, что ты и без меня все это знал и даже пользовался услугами сострадательных канадцев, вырывших такой широкий подкоп под оградой ГУЛАГа. Может быть, и мне стоит заглянуть в информацию, вывешенную хакерами, и поискать, нет ли там имени Бориса Филимонова?
Его отрешенность внушает мне все большую тревогу. Если это дела любовные, я как-нибудь переживу. Но вдруг что-нибудь посерьезнее? Открывшаяся болезнь, о которой он не хочет мне говорить? Печальные вести о родителях, оставшихся в России? Что если он тайно играл на бирже, вложил наши жалкие сбережения в какие-нибудь акции, и нынешние бури финансового океана грозят опрокинуть наш утлый семейный кораблик?
Для тебя же у меня заготовлен на прощание коварный сюрприз. Помнишь, ты написал, что разрешенность убивает для тебя удовольствие от адюльтера? Так вот, я торжественно РАЗРЕШАЮ тебе «скатиться с горки» под названием «Барбара Хилл»! Потом подробно расскажешь мне, как проходило катанье.
Тобой — неисправимым — безнадежно одурманенная и навеки замороченная Л. Ф.
Студия канала «Следопыт». Декорации интерьера воспроизводят квартиру Дугласа Кренца по фотографиям, сделанным Артуром с разрешения лейтенанта Запаты. Барбара Хилл, Джек Вилсон, Роберто Ломбарди сидят на диване, слушают разъяснения Артура.
АРТУР: Итак, достигнут первый серьезный прорыв в ходе расследования. Студия пошла на серьезный расход и наняла дорогого адвоката для племянника Гарольда Бишмана, сидящего в тюрьме. Ему удалось войти в доверие к заключенному, и тот сделал несколько важных признаний. Адвокат пока должен хранить их в тайне, но главное Дуглас повторил и полиции тоже: у него есть сведения, что Тамара Биш-ман-Бурилова мертва, погибла насильственной смертью.
БАРБАРА: Бедная! А я уже так сжилась с ней…
РОБЕРТО: Неужели мне придется играть настоящего убийцу?! У меня совершенно нет опыта в мокрых делах!
АРТУР: Дуглас с помощью адвоката ведет какую-то игру с полицией и прокурором. Он боится, что его заподозрят в причастности к гибели Тамары, и хочет выторговать себе — Джек, как это называется?
ВИЛСОН: Имьюнити. За сотрудничество со следствием соучастнику могут сильно уменьшить наказание.
АРТУР: Вот-вот. Но нам нет нужды ждать конца этих переговоров. Неважно, участвовал Дуглас или нет. Важно, что роман с Тамарой у него был. А значит, мы имеем право включить его в сценарий и начинать съемки эпизода.
РОБЕРТО: Я очень надеюсь, что стадия томных взглядов и нежных вздохов уже позади. Мы с Барбарой можем заняться нашими делами напрямую? Когда это происходит в моей квартире, я люблю, чтобы моя гостья уговаривала меня, сдирала одежду, а я бы кобенился и изображал неуверенность и стыдливость.
АРТУР: Чем больше спонтанности, тем лучше. Однако по требованию сценариста мы должны включить сцену: входит ревнивый муж и застает любовников врасплох.
ВИЛСОН: Видимо, в этом случае плетка понадобится не Роберто, а мне.
АРТУР: Будем выстраивать сцену с возможной деликатностью. Мне не хочется вносить элементы командной режиссуры. Роберто, Барбара, смогли бы вы разыграть импровизацию нежного свидания без репетиций?
РОБЕРТО: Я — с огромным удовольствием. Мне нет нужды что-то разыгрывать. Мои горячие чувства к Барбаре давно полыхают у всех на виду. Вот она — другое дело. Мое очарование и все мои таланты до сих пор явно не смогли растопить лед ее настороженности.
БАРБАРА: Я постараюсь. Но не мог бы ты хотя бы на время съемок перестать складывать губы трубочкой и нацеливать эту трубочку на меня?
РОБЕРТО: Боже, какой силы самоконтроля требует наша профессия! А нельзя хотя бы сложить губы бантиком? Вот так?
Артур включает камеру. Молодые люди идут навстречу друг другу. Обнимаются. Роберто скользит губами по щеке Барбары, по шее. Расстегивает пуговицы на блузке, запускает ладонь в открывшийся просвет. Продолжая раздевать, бережно опускает на диван.
ВИЛСОН
СЕНТЯБРЬ
О, моя мечта и недостижимость!
Ты постепенно приобретаешь еще одно драгоценное свойство — незаменимость! Нет, без тебя я никогда бы не узнал ни о троице в Монтане, ни об атаке хакеров на «Эшли Мэдисон». Если я когда-нибудь решусь начать свою войну в открытую и создам Общество исхода из Моногамного ГУЛАГа, пойдешь ко мне на должность консультанта и советника? В отличие от президента Клинтона, я открою тебе доступ в мой кабинет в любое время дня и ночи.
В новостях сообщили о страшном наводнении в штате Юта. Хуже всего досталось городку Хилдайл, где проживает большая община полигамистов. Они не пользуются Интернетом и телевизором, поэтому не знали о приближающемся бедствии. Поток уносил автомобили, десять детей и две женщины погибли. Правоверные христиане увидят в этом знак Божьего гнева на грешников. Но ты знаешь, что, и на мой взгляд, подобные общины — лишь вариант ГУЛАГа. В них подрастающих девочек присоединяют к клану, а мальчиков, в большинстве, подростками выбрасывают в чужой мир без образования и профессии. Такая жестокость!
У нас с тобой установилась традиция делиться новостями кино. Друзья наконец достали мне документальный фильм про Сэлинджера, и передо мной предстал небывалый гибрид самого отчаянного беглеца из ГУЛАГа и самого свирепого надзирателя в нем. Я уже писал тебе о том, как русские классики ценили в своих женщинах
Поделиться книгой: