Квантовое зеркало

– А потом он окончательно сорвался с цепи. Он был зол на меня за то, что я не хотел помочь ему стать еще сильнее. И я постоянно настаивал на опытах, которые его раздражали. Он начал разглагольствовать о каре для нечестивых. Все чаще и чаще вел разговоры о джихаде. Я спешил найти способ справиться с ним, но потерпел неудачу.

Алисса слушала, точно зачарованная. Если бы сейчас посреди их стола приземлилась летающая тарелка с инопланетянами, она не заметила бы этого.

– Последние остатки здравомыслия покинули Аль-Йада, и он уничтожил весь наш лагерь. Его целью было убить единственных людей на земле, которые знали, что происходит. И которые могли – вряд ли, но кто скажет точно? – когда-нибудь суметь бросить вызов его мощи.

– Но у него ничего не получилось, верно?

Крафт заметно поник.

– Отнюдь, – в ужасе прошептал он. – Получилось. Все остальные были убиты.

Несколько секунд он старался взять свои эмоции под контроль, и лишь потом продолжил глуховатым, напряженным голосом:

– Аль-Йад направил энергию такой силы, что она пробила их щиты и испарила самих людей. Они были уничтожены мгновенно. Я был самым сильным, и каким-то образом мой разум, мой щит сумел выстоять против него. Но я знал – точно знал – что долго не продержусь. И у меня не было атакующих способностей, чтобы нанести ему ответный удар. Поэтому я прибег к блефу. Я притворился, будто мне стало скучно. «Мы можем так мериться силами хоть до конца времен, – сказал я. – Но я неуязвим. Даже для тебя».

– Поскольку ты здесь, живой и здоровый, полагаю, он купился на это.

– Купился. Но более того, я сказал ему, что уже достиг той же критической точки, которую перешел он. Что вскоре я смогу владеть энергией нулевого поля не хуже, чем он, и поэтому он никогда не сможет меня убить. Но мне нужно было заставить его отступить. Поэтому я сказал ему – пусть идет и делает что хочет, использует свою мощь как может. Добивается богатства, славы и женщин. Создает религию, изумляет последователей своими способностями. Но пусть знает, что я распознаˆю его работу где угодно. Поэтому я предупредил его: если мне станет известно, что он использовал свою силу для терроризма – массовых убийств или массовых разрушений, – если он убьет кого-либо из мировых лидеров, то я приду за ним. Я заявил, будто знаю способ за короткое время стать сильнее, чем он, и, если он сделает что-то подобное, я его убью. Я сказал это со всей убежденностью, какую мог изобразить, а он питал уважение к моему разуму и учености.

– И это объясняет, почему он создал культ и угрожает уничтожить изрядную часть мира, но в действительности не делает этого. Хотя трудно поверить, что этот блеф все еще действует, учитывая сумасшествие Аль-Йада.

– Согласен. Нам повезло, но вечно это продолжаться не может. С той самой стычки я скрывался, поэтому он не мог узнать, совершил ли я тот прорыв, о котором говорил. Не мог он и узнать, насколько близок был к тому, чтобы сломать мою оборону. Но мое существование – единственное, что сдерживает его.

– И он может сделать то, о чем говорит? – спросила Алисса. Однако она уже знала ответ на этот вопрос.

– И более того. Он может в мгновение ока стереть с лица земли целый город. Он владеет нулевой энергией, по сравнению с которой водородная бомба покажется игрушкой. И можешь быть уверена, он не сидел все это время на месте и не размышлял о покаянии. Он безумен, но чрезвычайно хитер. Он пытается найти меня. Я отслеживал его попытки. А когда он меня найдет, то придумает способ убить меня. Ему не понадобится много времени, чтобы понять, что я по-прежнему владею только оборонительными способностями. И я уязвим перед ним.

– Каким образом?

– Он может заточить меня в бетонный блок или поймать в стальную клетку – или придумать еще что-нибудь в этом роде. И это лишь один пример моей уязвимости.

– Разве твой щит не сможет уничтожить любую клетку?

– К несчастью, нет. Если что-то не нападает на меня, не представляет активной угрозы, я не могу сознательно вызвать силовое поле. Это некая паническая реакция моего подсознания. Ловушка не представляет собой непосредственной смертельной угрозы, а значит, не может включить это поле. Поэтому я останусь в заточении навечно. Или до тех пор, пока мой гениальный ученик Аль-Йад не решит использовать нулевую энергию, чтобы отправить меня на Солнце.

Крафт рассеянно потер затылок.

– Это может казаться надуманным, однако он не пожалеет ни денег, ни усилий. А когда у тебя есть доступ к неограниченной энергии, многое становится возможным. Если он сумеет найти меня и… избавиться от меня, тогда весь мир окажется в его власти. – Крафт нахмурился. – Или, по крайней мере, то, что останется от мира.

По спине Алиссы пробежал холодок.

– Значит, тот человек, который меня допрашивал… ты считаешь, его послал Аль-Йад?

– Да. Наше правительство ни перед чем не остановится, лишь бы расспросить меня об Аль-Йаде. А Аль-Йад не остановится ни перед чем, лишь бы узнать о моем местонахождении.

– И он явно каким-то образом проведал о нашем свидании. И хотел узнать, почему ты ради меня вышел из укрытия. Теперь вопросы, которые он мне задавал, обретают смысл.

– Вероятно, у него есть связи в правительстве США, – предположил Крафт. – И уж точно у него есть деньги, чтобы заплатить за доступ к сведениям. Он наверняка привлек к делу лучших наемников и лучших компьютерных специалистов. Я многое сделал правильно, однако размещать свое фото на сайте онлайн-знакомств было глупо с моей стороны. Я думал, что поскольку влез в систему и внес корректировку в программы автоматического распознавания, то меня не вычислят. И не принял в расчет, что если кто-то заинтересуется тобой, то информацию может проверить не программа, а человек. Аль-Йад, должно быть, пришел в восторг, узнав о тебе. Это позволило ему напасть на мой след, узнать о моем недавнем местонахождении. Тот человек в фургоне, который вел допрос… наверняка это глава армии и разведки Аль-Йада. Его зовут Тарик Бахар, образование он получил в Англии, в Оксфорде. Весьма одаренный человек.

– Ага. По описанию соответствует Джентльмену.

– Джентльмену?

– Ну, я так его прозвала. Он производил такое впечатление… словно только что сошел с обложки британского журнала о высшем свете. Для безжалостного психопата он был весьма опрятен и даже элегантен. В общем, поскольку он не назвал мне свое имя, мне нужно было как-то называть его мысленно.

Крафт кивнул:

– Я знал, что могу подвергнуть тебя опасности, втягивая во все это. Но я решил, что должен это сделать. Я и не представлял, что все может обернуться настолько плохо. Я искренне прошу прощения за это.

– Послушай, Брен, я не могу сказать, что эта неделя была приятной. Меня могли убить возле моего собственного дома. И я действительно думала, что Джентльмен – то есть Тарик Бахар – запытает меня до смерти. Но я понимаю, почему ты так поступил. И зная о прорыве, который ты совершил… – Она помолчала, раздумывая. – Скажу, пожалуй, что просто не могу подобрать слов.

– Лишь вопрос времени – когда я сделаю ошибку, и Аль-Йад найдет меня, – произнес Крафт. – А потом он обнаружит, что я по сравнению с ним – по-прежнему муравей в сравнении с тираннозавром. Поэтому я искал способ сравнять шансы. Стать равным ему. Чтобы он уже не смог поймать и в итоге убить меня.

– И поэтому я для тебя так важна, – подхватила Алисса. – Верно?

– То, как быстро ты вникаешь в ситуацию, просто невероятно, – с уважением промолвил он.

Самой Алиссе так вовсе не казалось. Назвать этот разговор с Бреном Крафтом сюрреалистическим – значит, ничего не сказать. У нее голова шла кругом от всего этого. Слишком много, чтобы осознать все разом. Слишком важно. Слишком невозможно.

Неудивительно, что Крафт намеревался поближе познакомиться с ней, прежде чем выложить это все. Ему нужно было убедить ее, что надо как-то остановить безумца, владеющего неограниченной силой и желающего устроить всему миру Армагеддон.

– И теперь понятно, почему ты не объяснил мне, зачем я тебе нужна, когда я спросила об этом в первый раз. Честно скажу, я вряд ли поверила бы словам «ты нужна мне, чтобы помочь спасти мир».

Бреннан Крафт поднялся из-за стола и жестом пригласил ее последовать его примеру.

– Тогда позволь мне попытаться сейчас. Ты нужна мне, чтобы помочь спасти мир. Ты согласна?

29

– Тебе не нужно отвечать сию секунду, – добавил Крафт, когда Алисса тоже встала из-за стола. – Я знаю, что последние сутки у тебя выдались нелегкие. – Он вздохнул. – Кстати сказать, как ты себя чувствуешь?

Несколько дней назад майор Еловиц спрашивал ее о том же, но сейчас вопрос прозвучал как-то по-другому. Еловиц спросил потому, что этого требовала вежливость. Бреннан Крафт – потому, что искренне беспокоился о ее здоровье.

– Чувствую легкую слабость и боль. Пока еще вполне терпимую, но она усиливается.

Крафт достал из кармана флакончик и протянул ей.

– Предписанное врачом болеутоляющее, – пояснил он. – Пока ты спала, у меня было время, чтобы кое-что спланировать.

Алисса признательно улыбнулась и прочла то, что было написано на этикетке. Потом взяла со стола стакан воды и подняла его в шутливом тосте.

– За планирование! – провозгласила она, запив водой две таблетки.

Оплатив счет, они вышли на стоянку, и Крафт открыл дверцу, чтобы усадить Алиссу в машину. Ей вспомнилось их свидание. Считает ли он все происходящее продолжением этого или же он просто всегда так предупредителен?

– Куда теперь? – спросила она.

– Тебе все еще нужно отдохнуть и расслабиться. К тому же нам неплохо бы познакомиться поближе. Я думаю, нам следует на некоторое время остановиться в отеле. Скажем, до сегодняшней ночи.

Она обдумала предложение:

– А ночью ты в идеале хотел бы вместе со мной нанести визит в мою лабораторию?

– Отлично, – одобрил Крафт. – В идеале – да. Но все будет зависеть исключительно от тебя.

Алисса промолчала.

– Что скажешь? – настаивал Крафт. – Мы можем найти какой-нибудь отель на окраинах Блумингтона, вблизи леса. Я действительно люблю лес – так же, как и ты. Может быть, там есть какой-нибудь дешевый мотель – ну, типа «постель и завтрак».

Уголки губ Алиссы чуть дрогнули в едва заметной улыбке.

– Конечно же, мы возьмем отдельные номера, – быстро добавил он, неверно поняв эту улыбку.

– Конечно же, – повторила она с преувеличенной мрачностью. – Я имею в виду – какой смысл спать с тобой теперь, когда ты оказался достаточно галантным, чтобы поведать мне все, что я хотела узнать, и без каких-либо дополнительных условий?

– Между нами говоря, галантность – это отстой, – весело хмыкнул Крафт. – Но чтоб ты знала: если ты когда-нибудь станешь настаивать на том, чтобы я переспал с тобой, я, вероятно, разрешу это тебе. Из вежливости. Но только если мы действительно станем чем-то большим, нежели просто друзьями, – добавил он и умолк. – Ну, если учесть, что на начало этих суток ты питала ко мне ненависть, полагаю, будет чересчур дерзким даже предположить, что теперь мы друзья. Но как бы то ни было, если мы вдруг решим переспать, мне хотелось бы, чтобы это случилось потому, что я тебе нравлюсь.

Алисса кивнула.

– Между нами говоря, – передразнила она его, – временно ввести кого-то в заблуждение ради попытки спасти мир – не самое худшее оправдание для лжи, которое я когда-либо слышала.

– Относительно введения в заблуждение… – промолвил Крафт. – Я действительно выбрал тебя ради доступа к твоим наработкам. Но также я выбрал тебя ради тебя самой.

Несколько секунд Алисса пристально смотрела на него, но решила не отвечать.

– Почему бы тебе не закончить свой рассказ? – вместо этого спросила она. – Я знаю основные события, но хотела бы услышать это от тебя. И узнать, каким образом, с твоей точки зрения, я во все это вписываюсь?

Крафт согласился, но сначала проделал короткий поиск по Сети и нашел небольшую гостиницу примерно в пятнадцати минутах езды от Блумингтона. Введя координаты в GPS-навигатор, он вырулил со стоянки.

– Я потратил много месяцев, подыскивая различные стратегии, способные остановить Аль-Йада или улучшить мои собственные способности, однако не нашел ничего. Но я был уверен в одном: критическую роль в восхождении Аль-Йада сыграла вера. Вера в его способность голодать целую вечность и остаться в живых. Его растущая безумная вера в собственную божественность. Причины его природной одаренности вряд ли когда-нибудь удастся выяснить. Но именно абсолютная, идущая от души вера в то, что он может управлять нулевой энергией подобно Богу, позволила ему это сделать.

Крафт нахмурился:

– Ты, возможно, решишь, что мой успех в этой области мог придать и мне столь же абсолютную веру. Но этого не произошло. Должно быть, незнание того, к чему я подключаюсь, вступает в конфликт с моим научным мировоззрением. С моим рациональным «я». Мой мозг, вероятно, считает это слишком похожим на магию, чтобы позволить мне сорвать регулятор и использовать нулевую энергию в полном объеме.

– Судя по моим исследованиям в области подсознания, в этом нет ничего удивительного. Но продолжай.

– Поэтому я и подумал: нельзя ли мне внушить посредством гипноза такую же абсолютную веру, как у Аль-Йада, за вычетом безумия? Почему бы и нет? Судя по фильмам, можно гипнозом убедить человека в том, что он – Элвис Пресли. Но потом я копнул глубже и понял, что эти фильмы не имеют отношения к реальности.

Алисса кивнула. Она говорила майору Еловицу, что Крафт, должно быть, провел тщательную предварительную подготовку, – и оказалась права.

– Но потом я узнал, что у «Блэк-Опа» есть секретная, сверхсовременная программа использования гипноза. Поэтому я залез в соответствующие компьютеры. – Он уважительно кивнул Алиссе. – Разработанные тобой и твоими коллегами приемы довольно сложны, но при этом великолепны.

– Спасибо, – отозвалась она.

Она лично совершила несколько прорывов в этой области. Они научились выделять подсознательные нейронные цепочки, связанные с определенными воззрениями, а потом закреплять эти воззрения посредством использования препаратов, гипноза и стимуляции нейронов при помощи электрического тока различных частот.

– Это было как выигрыш в лотерею. Ваши достижения в полной мере соответствовали моим запросам. Вы не контролировали людей – вы улучшали эффект плацебо. Ваш прорыв заключался в том, что вы заставляли подопытного поверить в силу лекарства настолько, что случалось чудо – чудо, управляемое его подсознанием. А усиление веры – это именно то, что мне нужно. Если подопытный готов к сотрудничеству, вы можете высвободить весь потенциал его подсознания. Раскрыть полную мощь его разума. Как ты сама сказала во время допроса, сила подсознания безмерна и загадочна.

– Мы действительно творили чудеса в этой области, – с гордостью заявила Алисса. – И да, – добавила она, кивнув Крафту, – возможно, я действительно без труда смогу внушить тебе полную убежденность, что ты сумеешь управлять нулевой энергией с любой силой, с какой захочешь. Но нет гарантии, что это сработает. Всегда существует вероятность того, что нужно еще что-то. Что-то, чем владеет только Аль-Йад.

Крафт вздохнул.

– Я знаю, что гарантии нет. Но я убежден, что это сработает. С самого начала я считал тебя совершенством, – пылко продолжил он. – И все, что я узнал с тех пор, свидетельствует о моей правоте в этом отношении – и даже более того. Если кто-то и способен помочь мне обрести силу, которая сделает меня неуязвимым даже для Аль-Йада, то это ты.

Он помолчал.

– Я знаю, что ты в курсе этого, Алисса, но я нашел семь или восемь специалистов, почти в той же степени владеющих этими приемами. Но, как я и сказал раньше, я выбрал тебя не без причины.

– Конечно, – с насмешливой улыбкой отозвалась Алисса. – Учитывая то, почему ты сложил с себя сан, я наверняка знаю эту причину. И я была бы польщена, – добавила она, – не будь большинство прочих специалистов мужчинами.

– Верно, но в это число входит и Джейна Шарп. А она могла бы стать моделью для рекламы купальников.

– Так к чему ты клонишь? – проворчала Алисса.

– К тому, что я выбрал тебя не только из-за того, что ты женщина. И не только из-за того, что ты привлекательна. Не знаю, существует ли провидение, но если оно и существует, то именно оно вмешалось в этот раз. Мне все равно: будь хоть десять тысяч красивых женщин с такой же квалификацией, как у тебя, я все равно выбрал бы именно тебя. Потому что мы совместимы.

– На бумаге.

– Перед тем как появились эти чертовы спецназовцы, я уже совсем решил, что мы совместимы и в реальности, – возразил Крафт.

Алисса решила не отвечать.

– Остальное ты знаешь. Я выследил тебя, назначил свидание, и мы пошли в ресторан. Альтернативой было позвонить тебе ни с того ни с сего и вежливо объяснить, что мир балансирует на лезвии ножа и что только ты можешь что-то с этим сделать.

– Да, вероятно, не лучший подход, – согласилась она.

– Поэтому я решил познакомиться с тобой. Позволить тебе познакомиться со мной. Установить связь. Доверие. Я надеялся, что ты сможешь помочь мне достичь следующего уровня, но вдобавок надеялся, что мы сможем построить отношения друг с другом. Я хотел, чтобы рядом был кто-то, наделенный недюжинным умом, с кем можно поделиться своими идеями. Напарник в борьбе с Аль-Йадом. Как ни иронично, и он, и я рассматриваем это как борьбу добра со злом.

– Только вот в его понимание «добра» входит очистить мир от большинства населения.

– Верно. А зло в его понимании – любой, кто стоит у него на пути.

– Предположим, я сделаю это для тебя, и все сработает, – сказала Алисса. – Сможешь ли ты одолеть его?

– Может быть, хотя я на это и не рассчитываю. Но, как минимум, я стану для него более серьезной помехой. А если я не смогу одолеть его в одиночку, может быть, я сумею обучить других. Хороших людей, альтруистичных, со стабильной психикой. И может быть, твой наркогипноз сможет внушить им достаточную веру, чтобы все вместе они стали равны по силе Аль-Йаду. Может быть, его можно одолеть вдвоем. Или втроем. Или пятью десятками человек.

– Мой инстинкт подсказывает мне, что это плохая идея. Игра с огнем в пятидесятикратном масштабе.

– У меня есть кое-какие мысли относительно того, как обеспечить безопасность, но давай поговорим об этом потом. – Он помолчал и свернул на узкую двухполосную дорогу. – Я только прошу тебя чуть-чуть поразмыслить о том, что это может значить для человечества. Представь на секунду, что мы смогли приручить эту силу и найти некоторого рода рычаг безопасности, который не даст безумцам наподобие Аль-Йада воспользоваться ею. Представь, какие возможности это открывает.

– Я уверена, что ты много об этом думал.

– Очень много, – подтвердил он. – Энергия – это богатство. Это одно и то же. Подумай, сколько денег мир ежегодно расходует на энергию. Если даже лишь ограниченное число людей сможет достигнуть уровня Аль-Йада, то и они смогут направить достаточно энергии, чтобы заменить все электростанции на земле. Бесплатно. Что станет с мировой экономикой, если каждый цент, потраченный отдельными людьми и корпорациями на энергию, будет направлен на другие нужды?

Они ехали под пышными кронами деревьев, затенявших дорогу, но у Алиссы не было времени любоваться окружающей красотой.

– Голод может уйти в прошлое, – продолжал рассуждать Крафт. – Во-первых, никому больше не нужна будет еда. Но даже если у кого-то и останется эта потребность, это не будет проблемой. Опреснение требует значительной энергии, но если энергия будет неограниченной и бесплатной, можно будет без труда очистить достаточно океанской воды, чтобы утолить жажду всего мира – и останется достаточно для сельского хозяйства. Воду можно будет перекачивать на поля, и это тоже не будет стоить ни цента.