Школьное колдовство

— Да, это принадлежит вам. Подарил близкий родственник? Я вижу кровную преемственность.

— Да… Точнее, не очень близкий, — прошептала Лила, уже понимая, что, в сущности, гроза прошла мимо.

Упоминание кровной преемственности она отметила. Значит, приборы принадлежали леди Эльянтине или маме? Действительно, тогда она даже имеет на них право. Главное, что никто её ни в чём не обвиняет и оправдываться не придется.

— Но почему вы сразу не показали это серебро?

— Просто его надо было почистить, — вот теперь она немного солгала, — я не успела.

Точнее, она просто солгала, между тем как до этого говорила правду: набор ей подарил родственник, не близкий. Но это уже не имело значения.

— Вы должны были сразу сказать, — заметила метресса, укоризненно качнув головой, — никто бы вас за это не укусил, в конце концов.

Она выглядела уставшей, под глазами лежали тени. И Лила впервые подумала, что, пожалуй, метресса вовсе не злая и не жёсткая. Она просто… вот такая.

— Простите, метресса, — сказала она искренне, — я поняла.

— Мне доложили, что вы, возможно, колдовали, заклинали серебро. Когда собственноручно отчищали эти приборы. О таких вещах положено докладывать. На кухне не поняли, зачем ещё вам самой было делать эту работу.

— Я привыкла, метресса, — просто пояснила Лила.

Вот это поворот! Нельзя самой чистить ложки, чтобы о тебе не начали думать странное?

— Я понимаю, — кивнула эсса Рита, — помнится, вы были заняты стряпнёй в монастырской кухне, когда мы впервые увиделись. Эсса Тальяна непременно оценит ваши умения на уроках по прикладному колдовству. Но если захотите самостоятельно мыть пол в своём крыле, предупредите, мы рассчитаем кого-нибудь из прислуги, — пошутила она, — что ж, можете быть свободны…

К счастью, вечером к ним опять «на минуточку» заглянул эсс Монтерай, и Лила поспешно сбежала, не слушая его заверений, что этого вовсе не требуется. Это требовалось ей, лорд Артур ведь ждал. Как и вчера, легко, без скрипа открылась дверь в библиотеку, потом в кабинет гранметрессы Эльянтины. Зажегся свет, а лорд Артур уже отражался в зеркале.

— Привет, Мышка, — поздоровался он первым.

— Здравствуйте, милорд, — Лила уже без приглашения уселась в кресло гранметрессы. — Позвольте спросить, кто такая виконтесса Фаро?

— Кто такая? — кажется, он немного удивился. — Молодая девушка. Милая, наивная и немного глупенькая. А что такое?

— У неё есть дар леди Эльянтины?

— Не путай. Дар Эльянтины умер вместе с ней. Да, полагаю, у Фаро есть какой-то дар, отчего бы ему не быть? — нет, определенно, взгляд у него был странный.

— Вы незнакомы? — догадалась Лила.

— Скажем так, нас представляли друг другу, — он засмеялся. — Ты что-то ещё хочешь знать?

— Нет, ничего, — Лиле хотелось, но продолжать расспросы об этой неизвестной девушке было неловко. — Чем я могу помочь вам на этот раз, милорд?

— Убери две крайние книги, я их просмотрел. Жаль, не могу делать записи, мне не удержать карандаш.

— Я могу записать…

— Не нужно. Пока обойдусь. Ты не справилась с испытаниями сегодня, верно?

— Верно, — вздохнула она, — если бы у меня была возможность подготовиться, милорд! Я узнала про смерть леди Эльянтины и про то, что должна ехать сюда, а уже на следующий день пришлось отправиться в путь.

— Но это странно, — уронил его светлость, — ладно, неважно. Почему ты не зашла в канцелярию справиться о своих документах? Почему не спросила Риту?

— Но я попросила её исправить имя. А канцелярия? Это ещё нужно?.. Я зайду завтра, сегодня не было времени.

— Хорошо, зайди завтра. А вообще, как забавно. Давненько я так не развлекался. Не стану мешать, пусть идет как идет.

— Что вы имеете в виду? — не поняла Лила.

— Ты забавно себя ведешь. Наблюдать за тобой — удовольствие, Мышка. Объяснялась с Ритой из-за серебра?

Лила рассказала, какой допрос учинила ей метресса после ужина. Лорд Артур хохотал.

— Здесь у прислуги высокое жалованье. Обо всём будут докладывать, не сомневайся. Вам объяснят, когда начнутся занятия: изучая прикладное колдовство, есть риск применять заклятья спонтанно и где попало. Редко, чтобы были крупные неприятности, только когда ученицы с сильным даром попадаются. Но случалось, и пожары были, и ручьи текли по этажам, и кошка раз повисла в углу и снять не могли, сама Тамирия снимала. А то так бы и орала животина три часа. Пусть всего три часа отводится на действие учебных заклятий, и за это время случиться может всякое.

— Надо же, — она недоверчиво улыбнулась.

— Вот что, давай я тебе помогу. Я-то запросто пройду ваши испытания. Кроме травоведения, впрочем. Мне в своё время заталкивали в голову и его, но с тех пор как отстали, я счастливо всё забыл.

— Но… там много всего, — Лила растерялась.

— География и этикет? — он рассмеялся. — К тому же вопросы бывают всегда одни и те же. Что, ты готова? Впереди ночь.

— Но меня хватятся, — покачала головой Лила, — что тогда будет?

— Ну, будет маленькая суматоха. Боишься? Ладно, — он хмыкнул, — предупреди подругу на будущее. Что ж, и за пару часов что-то успеем. Значит, география? Или этикет?

— Этикет, — решила Лила. — А может, и географию, хоть чуть-чуть.

— Угу, — он опять засмеялся, — и вот что, давай договоримся: зови меня просто Артуром.

— Но, милорд! — Лила растерялась.

— Да-да, Артуром и на «ты». Можешь доставить мне такое удовольствие? А то уже много лет я только и слышу, как юные девы, синея от страха, лепечут: «Добрый день, милорд».

— Хорошо, милорд…

— М-м?!

— Хорошо, Артур, — сказала Лила. — Тогда вы перестанете… то есть, я хочу сказать, ты перестанешь звать меня Мышкой. Моё имя Лилиана. Можно Лила, или Ли.

— Да? — лорд Артур приподнял бровь, — а я решил, что тебе нравится такое обращение. Почему же до сих пор не возражала?

— Из уважения к вашему… к твоему положению и преклонному возрасту, наверное, — сказала Лила после секундной заминки.

Вот, получайте, ваша светлость…

И всё-таки обращаться к призраку на «ты» было слишком непривычно.

Он захохотал.

— Я вовсе не старик! Разве не видно? За годы в таком образе я много чего узнал, но ничуть не постарел. Я не чувствую прожитых лет, вот в чём шутка! Хотя, веришь ли, когда-то я пытался приударить за Тамирией, которая меня моложе. Эльянтина нашла её в Грете, взяла к себе помощницей. Такая была худышка и скромница. Забавно?

Лила неуверенно кивнула. Да, страшно забавно…

— Значит, Лилиана. Роскошное имя! Просто удовольствие его произносить. Но Ли мне больше нравится, оно короче. Говоришь, ты согласна просто на Ли? Договорились. Тогда сними с нижней полки вон ту книгу, которая крайняя справа, — он показал пальцем. — Ага, правильно, эту. Это атлас, там карты. Бумага вон в том ящике. Из бювара не бери, там дорогие листы с монограммой Эльянтины, не выноси их из кабинета.

Лила с атласом вернулась за стол, достала бумагу.

Артур умел рассказывать. Он говорил мало, но при этом умудрялся сказать много, и слушать его спокойный, внятный голос было приятно, а запоминать — легко. Он продиктовал Лиле вопросы, потом, не слишком углубляясь, ответил на каждый.

— Достаточно, Мышка, тебе пора, — решил он наконец, и очень кстати, потому что Лила забыла о времени, — то есть, Лилиана, конечно. Теперь попробуй привыкни, — милорд изволил шутить.

— Да-да, конечно, ваша светлость. То есть, милорд. То есть, Артур, — мило улыбнулась Лила. — Знаете… то есть, знаешь, на месте леди Эльянтины я бы сделала тебя преподавателем в Эбессане, — сказала она и сама восхитилась, какая же хорошая это мысль. — Вот так, с помощью зеркала, ты и вёл бы занятия, почему нет?

На этот раз он хохотал до слез.

— Подумаю об этом! Ты ведь придёшь завтра? Опять поможешь с книгами. А пока иди-ка спать, уже поздно. Погоди, я посмотрю, нет ли кого возле дверей библиотеки…

Олетта уже спала, или делала вид, что спит. Лила, стараясь не шуметь, умылась и нырнула под одеяло.

На следующий день она выдержала испытания, по географии и этикету на хорошо, и даже сумела не провалить травоведение — уверенно составила сборы от кашля, чесотки и для хорошего сна, и даже от стригущего лишая. Этой малости её научили в Обители Белых Птиц. Сестра Петта лечила травами всех сестёр, а также пользовала крестьян из ближних деревень. Конечно, ни о каких заклятьях речь не шла, но тут они и не требовались. Испытания по рукоделию и поварскому делу оказались сущей формальностью. Умение Лилы шить заслужило искреннее одобрение эссы Тальяны, молодой хорошенькой колдуньи, преподавательницы по прикладному колдовству. А уж вскипятить молоко и сварить в котелке простую кашу — это такая ерунда! Хорошо, что не потребовалось готовить пирожные. А вид огромных кухонных котлов радовал Лилу тем, что ей точно не придётся чистить их до блеска. Интересно, а для этого существует специальное заклятье?

Глава 8. На тонком льду

Восемь дней до бала — это мало. И можно было сколько угодно притворяться, что приближение заветного дня никого не волнует, в это никто не верил. Особенно преподаватели.

— Будь моя воля, я бы разрешила посещать бал лишь ученицам третьей ступени и выше, тогда это будет заслуженно, — заявила эсса Рита за обедом. — Остальным он только мешает. Учить чему-то этих взволнованных девиц пока совершенно невозможно.

«Взволнованные девицы» опасливо переглядывались — а ну как на самом деле запретят! Но нет, конечно, метресса шутила.

— По крайней мере отрадно, что все выдержали испытания, — добавила она. — Кто лучше, кто хуже, но теперь у каждой из вас будет возможность проявить себя. И не рассчитывайте, что всё время в Эбессане будет таким же вольготным, как сейчас.

Лила радовалась, хотя бы тому, что всё пока получилось не слишком плохо. И второй день испытаний выдался суматошным, так что она опять не побывала в канцелярии. Призрак, конечно, об этом знал.

— Никакая ты не Лилиана, ты Мышка и есть, — заявил он, как только она появилась ночью в кабинете. — Любишь сидеть под веником, чтобы тебя не трогали. Разве не так? Почему не заглянула в канцелярию?

— И вам, милорд, доброго вечера, — сказала она, — какие из книг вам больше не нужны?

— Доброго, — усмехнулся он, — убери вон ту, крайнюю справа, остальные пока оставь. Кстати, можешь сделать мне опись книг вот в этих двух шкафах? И оставь на столе.

— Конечно, милорд, — Лила убрала ненужную книгу. — Хоть всех книг в кабинете, мне несложно.

— Конечно, Артур, — поправил призрак. — И сядь. Если сделаешь опись всех книг, я буду рад. Только пиши мелко и с одной стороны листов, потом развесь их тут где-нибудь.

Она уже привычно уселась за удобный стол Эльянтины Инден. Гранметрессы Эльянтины, лучшей колдуньи Побережья, которую с полным правом могла считать бабушкой. Но отчего-то не считала.

— Хорошо, сделаю. Спасибо, Артур, ты мне очень помог.

— Пожалуйста. Располагайте мной и дальше, миледи, — он дурашливо поклонился.

— И ты прав, конечно, мне не хочется быть на виду, — признала она, — что в этом плохого? Я не люблю, когда обо мне говорят, когда смотрят, ведь половина того, что скажут и подумают, будут глупости. Я действительно хотела бы спокойно отучиться год в Эбессане, потом выйти замуж. Если бы не Эбессан, я уже вот-вот вышла бы замуж. Но отец сказал мне о завещании леди Эльянтины, о титуле и наследстве, которые я получу после посвящения, и он тоже, и как это необходимо. И вот…

— Очень интересно, — изрёк призрак после некоторой паузы. — Значит, тебе пообещали титул и наследство после первой ступени и посвящения? А потом можно замуж? Экая Эльянтина затейница, однако. И отцу твоему что-то припасла, да?

Лила не стала отвечать. Призрак не унимался.

— А перескажи-ка мне основные пункты твоего брачного контракта. Ну, будь добра. Ты ведь его подписывала, после отца, конечно? Что-то запомнила?

Вот, и он тоже про брачный контракт…

— Нет, — Лила качнула головой, — нам не нужен никакой брачный контракт. Мы с Винтеном во всём доверяем друг другу!

Призрак опять задумчиво помолчал, потом сказал:

— Это значит по законам Руата, что твой супруг получит твоё приданое в свое полное распоряжение. Пойми, Мышка, доверие — это прекрасно, но благородные семьи, у которых есть титулы, деньги и земли, предпочитают подкреплять доверие гербовыми бумагами, оно от этого лишь крепнет. Твоя мачеха, как я понимаю, злобная и недалекая дама. Но и отец, увы, немногим лучше. И тоже недалёкий.

— Что?! — вскинулась Лила, — не смей говорить такое про моего отца!

— Мышка, дорогая, давай я порассуждаю, — он обаятельно улыбнулся. — Только послушай, можешь не верить. Все-таки я немного дольше тебя существую в этом бренном мире, да? Ты потом решишь, в чём я был прав, а в чём ошибся. Можно?..

— Хорошо, — кивнула Лила. — И все равно, не трогай моего отца.

— Договорились. Только о мачехе. К этой достойной женщине ты относишься не столь трепетно? Начнём с того, что твоей мачехе выпала большая удача в твоём лице, дорогая. Ведь у тебя немало весьма знатных родственников. Очевидно, что тебе полагается блестящее замужество, не менее блестящее положение и представление ко двору, и чрезвычайно выгодно было бы сделать из тебя любящую дочь. Ведь твоё благоволение в дальнейшем могло бы дорогого стоить. Твоя мачеха в этом не преуспела. Я прав?

— Что?.. Что?! — Лила хохотала, откинувшись на спинку кресла.

— Где мои знатные родственники? — проговорила она, отсмеявшись. — Я не знаю никого и никогда не видела. Разве что леди Эльянтину, и то очень давно. Я никогда и никому не была нужна! Моё благоволение чего-то стоит? Вы шутите, милорд?

Он смотрел на неё из глубины стекла как-то непонятно.

— Хм. Ну ладно. А почему твой отец поступил глупо, отправив тебя в Эбессан? Понимаешь, когда держишь в руках зайца, не стоит пытаться ловить второго зайца — скорее всего, первого тоже упустишь. Ему следовало скорее выдать тебя замуж, тем более что всё было готово, правильно?

Теперь Лила не стала смеяться, она заинтересовалась.

— Объясни, что ты имеешь в виду? Я совсем не понимаю.

— В другой раз, — улыбнулся призрак. — Ведь все глупости уже сделаны. И я обещал говорить только про твою мачеху. Вот что, Лилиана, прекрасная моя, выполнишь маленькую просьбу?

— Конечно. Какую? — она вздохнула.

Намёки на какую-то ошибку отца, на то, что ей не место в Эбессане, и что свадьбу отложили напрасно… они ранили. Наверное, не стоило ей про это слушать, ведь сделанного действительно не изменишь, а отец — единственный родной и любящий её человек. И ещё есть Винтен, конечно.

— Попробую объяснить, — лорд Артур потер лицо руками, словно очень устал от чего-то, — Ли, мы можем разговаривать через зеркало, это очень здорово. И лучше бы нам всегда иметь под рукой волшебное зеркало, чтобы разговаривать где угодно и в любое время.