Пусть сеятель знает. Повесть

- Потерпите, маленькие, скоро выпущу,- уговаривала дельфинов Людмила Николаевна.

- Скоро, скоро! - трещала Актриса.

- Скоро, скоро? - спрашивал Пилот, молотя хвостом и становясь вертикально в воде.

Несколько раз к подводному дому приплывали осьминоги, рассматривали людей, водили щупальцами по пластмассе. Валерию казалось, что и тогда, когда их не было видно, они наблюдают за людьми: он постоянно чувствовал себя скованным.

Людмила Николаевна заинтересовалась осьминогами. Она рассказала Валерию, что октопусы легко поддаются дрессировке, и предложила;

- Давайте попробуем на этих? Только сначала вам придется наловить для них крабов.

Способности осьминогов превзошли все ожидания. После нескольких сеансов моллюски безошибочно узнавали геометрические фигуры. Стоило показать им квадрат, как они мчались к окошку, чтобы получить еду. Ромб же означал, что сейчас включат сильный прожектор, и восьмирукие поспешно уходили с того места, куда должен был ударить луч.

- Не думала, что они так быстро усвоят,- удивленно говорила Людмила Николаевна. - Пожалуй, они могут соперничать с дельфинами.

В ее устах это был наивысший комплимент.

Однако осьминогам дрессировка пришлась не по душе. Выполнив несколько упражнений, они уплывали.

- Надо всерьез заняться ими. Для начала поймаем одного, - решила Людмила Николаевна.

Вдвоем они приготовили аквариум, обеспечив, будущему пленнику постоянную подачу свежей воды. Валерий связался по телефону со Славой и попросил спустить в грузовом контейнере несколько пустых бочек и мелкую сетку. Когда контейнер был получен, Валерий надел водолазный костюм и расставил бочки вокруг «колокола».

Ждать пришлось долго. Спруты почему-то не хотели селиться в бочках, хотя все книги - и специальные и популярные - в один голос утверждали, что стоит осьминогу увидеть пустой сосуд, как он со всех восьми ног спешит к нему. Только спустя больше двадцати часов один спрут наконец-то появился у ближайшей к «колоколу» бочке. Он исследовал ее, затем подплыл, к «колоколу», стал шарить щупальцами по пластмассе, будто* сравнивая ее на ощупь с материалом бочки.

Людмила Николаевна увлеченно следила за его манипуляциями и наконец произнесла:

- Он действует так, будто у него есть разум!

Валерий вспомнил определение «октопус сапиенс» и улыбнулся.

Осьминог так и не полез в бочку. Но людям помогло почти невероятное стечение обстоятельств. Спрут оказался одним из старых знакомых, и когда Людмила Николаевна взяла в руки квадрат из осьминожьей «азбуки», он решил, что сейчас его будут кормить. Спрут подплыл к окошку шлюз-камеры. Но для того, чтобы угостить его через окошко, нужно было сначала установить давление воздуха в камере, равное давлению за стенами «колокола», и последовательно включить механизмы. Обычно все это готовилось заранее, сейчас же Людмила Николаевна поспешила открыть шлюз-камеру. Она ошиблась совсем ненамного, однако этого было достаточно, чтобы струя морской воды ворвалась в воздушный отсек, втащив туда и осьминога. Включилась автоматическая система безопасности, отсек блокировался, и осьминог оказался в плену. Как ни удивительно, он не пыжился, не угрожал, не раздувался, чтобы придать себе больший вес в чужих глазах, и не щелкал клювом. Он был почти спокоен.

Пленника перенесли в аквариум, и это оказалось делом весьма нелегким. Осьминог не сопротивлялся, был не очень велик - два с половиной метра в длину, но весил не менее шестидесяти килограммов. Такие же по размерам осьминоги Дофлейна весят двадцать-двадцать пять килограммов, причем щупальца у них толще. Пленник: был мускулист, как все октопусы, но почти не-имел обычных для них бородавок. Его глаза все время были устремлены куда-то вниз, щупальца переплетались, и в такие минуты он напоминал Людмиле Николаевне восточную статуэтку многорукого мудреца. Это и решило выбор имени:; пленника назвали Мудрецом.

Удивительней всего была кожа осьминога - упругая, «резиновая», похожая на кожу дельфинов, только слизи на ней было больше.

- Никогда не слышала о таких созданиях, - сказала Людмила Николаевна.

- Может быть, и в самом деле новый вид? - откликнулся Валерий, стараясь не выдать радостного предчувствия.

Пленник оправдывал свое имя: он сразу же освоился, исследовал аквариум и ощупал его стенки. Он безошибочно реагировал на фигуры осьминожьей «азбуки» и с удовольствием играл с людьми в мяч. Он запоминал предметы и по первому требованию протягивал палку или пластмассовый кораблик.

Из аквариума Мудреца выпускали ненадолго, боялись, что он повредит аппаратуру. Валерий научил его приносить туфли, снаряжение, одежду и таким образом ввел в роль комнатной собаки. Но как ни странно, Мудрец отказывался брать плату за услуги и, когда ему протягивали краба, демонстративно отворачивался.

- Гордый, - сказал как-то Валерий.

- Можно было бы сказать «гордый, как дельфин», если бы в этом отношении он не превосходил их, - призналась Людмила Николаевна.

Валерий встретился с глазами Мудреца. Ему показалось, будто восьмирукий пленник понимающе прислушивался к их разговору.

«Почудилось», - подумал Валерий.

Людмила Николаевна начала выпускать дельфинов в море. Они кружили вблизи «колокола» и, как казалось и ей, и Валерию, с удовольствием возвращались в бассейн.

- Не понимаю, что с ними творится. Такое впечатление, как будто они боятся моря, - беспокоилась женщина.

Она попробовала поговорить с ними.

- Вы себя плохо чувствуете в море? Что-то болит? - спрашивала Людмила Николаевна.

- Нет, - ответил Пилот.

- Акулы?

- Нет.

- Другие животные?

- Нет, - опередила ответ самца Актриса.

- Не знаю, - просвистел Пилот.

- Нет или не знаю?

- Не знаю.

- Значит, животные не исключаются?

- Не знаю.

- Они могут быть опасны и для человека?

- Не знаю.

Людмила Николаевна вспомнила предостережение командира подлодки, спросила:

- Возможно, там были люди? Другие люди, кроме нас? Похожие на нас? Люди?

- Не знаю.

Она задала еще несколько десятков вопросов, но ничего не добилась. Во всяком случае, лучше было бы не посылать животных в таком состоянии на разведку в ущелье, где была отмечена повышенная радиация. Приходилось ждать, пока их настроение изменится.

Валерий с удовольствием помогал Людмиле Николаевне кормить дельфинов. В самый первый раз, принеся рыбу, он выпустил ее сразу всю в бассейн. Небольшие рыбки не кинулись врассыпную, а образовали кольцо и плавали по кругу хвост в хвост одна за другой. Пилот тотчас подплыл к ним и замер с открытой пастью, словно завороженный.

- Надо пускать рыб по одной. А так, видите, он не решается разомкнуть кольцо, - засмеялась Людмила Николаевна.

- Не знает, с какой начать? - пошутил Валерий.

- Представьте себе, вы почти угадали! Дельфин намечает себе жертву в этом хороводе, но она тут же ускользает, а на ее месте появляется другая. Пока он решает, не схватить ли другую, появляется третья, четвертая, затем опять первая… Неразрешимость задачи завораживает хищника, приводит его мозг в состояние торможения. Но стоит нарушить это колесо жизни,- она взяла длинный шест, опустила его в бассейн, - и смотрите!

Послышался низкий хрюкающий звук, и рыбы дна за другой исчезли в пасти дельфина.

- Интересно! - воскликнул Валерий.

Людмила Николаевна осталась довольна его удивлением, поспешила подлить масла в огонь:

- Рыбы инстинктивно знают о силе оборонительного строя и часто используют его. Но вот что самое удивительное. Вспомните о волшебной силе хоровода в сказках. Его образуют девушки, чтобы злой колдун или ведьма не могли выбрать жертву…

В подводном доме люди ложились спать по часам - в то же Самое время, когда на поверхности наступала ночь. Но им не всегда хотелось спать именно в эти часы. Исчезало чувство времени. Опасаясь, чтобы это не отразилось вредно на их нервной системе, врачи предписали снабдить подводный дом миниатюрными аппаратами электросна, в которых использовались записи биотоков засыпающего человека. Достаточно было подключиться к аппарату - и люди мгновенно засыпали без всяких порошков.

На «ночь» аквариум с осьминогом накрывали сетью с мелкими ячейками, чтобы Мудрец, не путешествовал по «колоколу» сам.

Однажды Валерия разбудил громкий и тревожный свист дельфинов. Он быстро встал, накинул халат. Дверь в коридор оказалась закрытой неплотно. Валерий удивился: обычно дверь закрывали до щелчка. Он бы не придал этому значения, если бы первая из дверей, ведущих в дельфинник, тоже не была приоткрыта.

Валерий включил полный свет, прислушался. Из бассейна не доносилось ни звука.

Он распахнул дверь и увидел дельфинов. Они забились в угол, повернули к нему головы. В их глазах, позах - панический страх.

Послышались быстрые шаги. Людмила Николаевна с самого порога задала вопрос:

- Почему вы здесь? Что случилось?

- Они тревожно свистели. Первая дверь бассейна и дверь в коридор были закрыты неплотно….

Женщина развела руками:

- Не может быть. - Несколько секунд подумала, добавила: - Значит, кто-то входил сюда после меня. Но кроме нас тут никого нет… Может быть, Мудрец?

Валерий пожал плечами:

- Проверим…

Но осьминог мирно спал под сеткой, закрепленной на все крючки. Валерий проверил, не порвана ли сеть, не мог ли осьминог ее приподнять и пролезть в образовавшуюся щель. Когда от Мудреца были отведены все подозрения, люди вернулись к бассейну.

- Попробуем узнать что-нибудь у них, - сказала Людмила Николаевна.

Она подозвала к себе Пилота, погладила его, когда он высунулся из воды и положил голову ей на колени.

- Пилот, тебя кто-то напугал?

- Не знаю.

- Кто-то, кроме нас двоих, кроме меня и его, - она показала пальцем на Валерия,- входил в бассейн?

- Не знаю, - ответил дельфин.

- Почему же вы свистели? Там, за стенами, что-то происходило, вы почуяли опасность?

- Опаснось, - произнес дельфин. Он не мог выговорить полностью это слово, у него получилось «опаснось».

- Опасность для вас? Или и для вас и для нас?

- Опаснось.

- Там были люди?

Дельфин молчал.

- Животные?

Слышно было только тяжелое свистящее дыхание Пилота.

- Но ты ведь сказал «опасность»…

- Опаснось, - повторил дельфин.

Опасность может грозить со стороны человека, акулы, другого животного. Ты ведь умеешь произносить и «человек», и «акула», и еще много слое. Назови того, кто испугал тебя.

- Опаснось.

Валерий прикоснулся к плечу Людмилы Николаевны, шепнул:

- Море…

Она поняла и снова наклонилась к дельфину:

- Что-то происходит в море? Шторм? Повысилась радиация?

Она спохватилась, что последних слов дельфин не поймет, и спросила по-иному:

- Пилот, опасность все-таки была?

- Опаснось.

- Ответь, да или нет? Дельфин молчал.

Людмила Николаевна рассердилась:

- Ты сегодня плохой, Пилот! Уходи!

Дельфин послушно поднял голову с ее колен и, обиженно заскрипев, почти не шевеля хвостом, скользнул на дно бассейна. Актриса улеглась рядом с ним и ни за что не хотела выходить, сколько ее ни звали. Тогда Людмила Николаевна запела какую-то песенку и в такт ритму мягко захлопала в ладоши, повторяя время от времени имя дельфинки. Актриса нехотя всплыла и направилась к ней.