ЗОЛОТАЯ ЛИХОРАДКА

Rona Lewis MacLean

Harvie Oldritch

Efigenio Diego Valladolid Perez

Последнее имя принадлежит Рубену. Удивляюсь, но – молча. В конце концов, Марии Пилар виднее. Может, "Рубен" у него в Маленькой Гаване был рабочий позывной, вот как у меня "Чернокнижник", мало ли. Что я знаю о тех кубинцах, в конце концов.

Крис зачитывает над могилой на память какой-то кусок из Библии – по-русски, может, и опознал бы, но реформированную американскую версию даже не пытаюсь. Затем что-то там по-латыни добавляет Мария Пилар. Ну да, не знаю как потомственная шотландка Рона из старого клана, а Рубен небось католиком был, как почти все латиноамериканцы... В общем, "спи спокойно, дорогой товарищ, за тебя отомстят", если и не дословно, то смысл примерно такой.

Нил стоит у креста, закаменев, в руках тетушкина винтовка, которая ему слишком велика. Родителей давно нет, парня поднимала на ноги именно Рона, вместе и перебрались в новый мир пару лет назад. По законам Техаса Нил еще несовершеннолетний, восемнадцать по староземельному календарю – у американцев в плане возраста сохранен счет Старого Света, – ему исполнится только в середине сухого сезона; наследство, разумеется, у него никто не перехватит, но вот к примеру носить боевое оружие, не мелкашку – разрешено только с дозволения взрослого-опекуна и исключительно в его присутствии. В дороге, ясное дело, "правила фронтира", и против "вальтера" на поясе никто слова не скажет, но и только.

У нас в Демидовске, буквально в соседнем квартале, похожий случай недавно случился: Вежлевы-старшие погибли под оползнем, оставив двух дочек сиротами, старшей, Кире, по здешнему календарю девять с половиной годков, младшей пять с хвостиком – то есть по счету Старого Света четырнадцать и почти восемь. Пропасть, конечно, девчонкам не дали бы в любом раскладе, семья приятелей собиралась удочерить обеих, а Кира уперлась: от помощи не откажемся, большое спасибо, дядь-Саша, но проживем мы сами. Пробила через участкового и райсовет право считаться взрослой, то бишь полноправной гражданкой протектората, со всеми правами и обязанностями, и уже как взрослая оформила опекунство над собственной сестрой...

Вспоминая сестер Вежлевых, я и предлагаю Нилу сделать то же самое. Благо в Новой Земле насчет "взрослости" таких уж жестких правил нет, скажем, если бы Нилу вздумалось перебраться к нам в протекторат, его оформили бы как совершеннолетнего гражданина, у нас это в одиннадцать.

– Думаю, у вас в Аламо тоже есть разумные люди, – завершаю я.

– Не в Аламо, в Вако, – поправляет Нил, – мы с тетей Роной там живем... жили.

– Ну тем более. Вако все-таки столица.

– Наоборот, – вступает Китти Овертон, – в столице сложнее, дольше думать будут. Но в главном Влад, пожалуй, прав. Ты, Нил, если переедешь в Аламо и пожелаешь сделать это как совершеннолетний – тебе не откажут. Поговоришь с преподобным Квимби, убедишь его, что можешь себя вести как взрослый, и дальше о бумагах и возрасте не твоя печаль.

Преподобный Джозеф Квимби, как я выясняю в процессе беседы, помимо обычных обязанностей пастора-евангелиста еще и тянет на загривке всю административную нагрузку по округу Аламо, ибо уже второй срок работает тамошним мэром.

– Теократия, как в Кракове? – усмехаюсь я.

– В каком Кракове?

– Столица польской автономии в литовском анклаве Евросоюза. Там тоже всем заправляет его преосвященство Жигмонт Корибут. Как глава общины, которая этот городок когда-то и основала.

– Не бывала, – разводит руками Китти, – судить не могу. Преподобный Квимби тоже из числа основателей Аламо, и мало какое мероприятие без него обходится. Как мэр он просто один из многих, а вот его пастырское слово у нас в Техасе значит немало.

Ладно, мне как матерому нехристю все эти пастырские дела и прочие околоцерковные материи – как рыбе пятое колесо. Отметку в памяти оставим насчет преподобного мэра, и хватит. Ничего особо удивительного и по заленточным понятиям тут нет, "библейский пояс" Штатов обозвали не просто так.

Суверенная территория Техас, окрестности Северной дороги. Четверг, 15/03/22 21:22

Неподалеку от импровизированного кладбища обнаруживается ручеек, в самый раз набрать воды, а вот полноценного лагеря с костром и периметром безопасности, обсудив все "за" и "против", мы решаем не устраивать. При нынешних обстоятельствах главная опасность для нас не ночное зверье, а "фении", злые за частичное нарушение их планов и причиненный материальный ущерб. В нетехногенном пейзаже техасской прерии костер даже среди бугров-распадков виден довольно далеко... лучше не рисковать. Лечь поспать можно и прямо в машинах.

По местности Джейд, Джон и Гордон, хозяин фордовского пикапа, успешно сориентировались. Не так мы и далеко убрались от привычной колеи Северной дороги, а дальше день пути – и будет Аламо. Там уж точно никакие "фении" не страшны.

Жую сандвич, всего-то полдня как купленный в забегаловке Нью-Рино, и неспешно размышляю.

– Джейд, ты не в курсе, у Харви родня есть?

– Сколько я знаю – нет, – отвечает тот, – за ленточкой разве что мог кто-нибудь остаться, а здесь только друзья, на ферме Риорданов и, может, еще где. А что?

– Да я тут подумал... лжеконвой, по закону, та же банда налетчиков, так? А мы с них вроде как трофей взяли.

– Не, с этим трофеем пусть Билл Мерфи разбирается. Я не хочу пачкать руки. Еще ненароком задавлю.

– Какой Мерфи?

– Шериф Аламо.

– А, – доходит до меня, – ты о Джоше? – Пленного "фения" так и держат связанным, очевидно, не только у Джейда лапы чешутся; Нил и Боб только прибрали "личную добычу" и кошелек. С трофейным оружием им не повезло, пистолет Джоша остался на месте боя, автомат словил пулю, один нож и остался; "ка-бар" с наборной рукоятью разноцветной кожи и в таких же разноцветных ножнах в итоге получил Боб, а Нил забрал себе разгрузку... – Этого-то да, сдать шерифу, но я другой трофей имел в виду. Сам автобус, он разве ничего не стоит?

– Хм. – Овертон проводит рукой по короткой, пегой от седины щетине на черепе. – Не уверен, что он кому-то понадобится как автобус, но рабочее шасси "форда карго" потянуло бы тысчонок на пятнадцать.

– Ну вот. Не такая плохая сумма. Я бы и предложил: продать его кому там надо, а деньги приберечь. Сперва подумал было – разделить между Нилом как наследником Роны, и родней Харви и этого спика Эфигеньо...

– Мысль, – кивает Джейд, – такое очень даже можно сделать. Поручить это дело шерифу и преподобному, они быстро разыщут их родных, если те вообще в Новой Земле, и отдадут все до цента.

– Ну да, а потом другая мысль всплыла: а если мы эту сумму приплюсуем к наградному фонду за головы оставшихся "фениев"? Шериф выспросит у Джоша имена-явки-адреса, однако вряд ли Аламо специально вышлет боевую группу минитменов рассчитаться за все хорошее, догнать Фрисби "прямо сейчас" шансов немного, Нью-Рино рядом, и тем более не будут они гоняться за ним по всей степи, хватает более важных дел. Зато "охотники за головами", которые именно таким и занимаются, полагаю, не откажутся от приработка.

Джейд снова потирает череп.

– Есть такие личности. Не уверен только, что разумно лезть в эту трясину. Одно дело, самому рассчитаться с обидчиком, и совсем другое – по сути нанимать киллера. Даже не знаю, что бы на это сказал пастор Квимби.

Пожимаю плечами.

– Доберемся до Аламо, спроси.

Суверенная территория Техас, г. Аламо. Пятница, 16/03/22 20:00

С армейской точностью ровно в пять часов пополудни наша мини-колонна проезжает блокпост Аламо. Овертоны, как почти местные, еще днем расписали основные достопримечательности этого населенного пункта. Городок, по их словам, полностью в моем духе, построен и во многом управляется такими же "оружейными маньяками", появишься на улице без пистолета – может, на месте и не пристрелят, но за человека считать перестанут. Жители Аламо регулярно выбивают треть призовых мест в техасских стрелковых состязаниях, на улицах тутошних хоть сразу ставь новый блокбастер Джона Вейна и Серджио Леоне, а центров "светской жизни" аж три – стадион, стрелковый клуб и церковь, она же по совместительству мэрия преподобного Квимби... Насыщенная жизнь, ага. Ну да я переселяться сюда пока и не планировал, работа-дом по сердцу уже есть. Другой вопрос, что полюбопытствовать конечно же хочется.

Благо про геополитическое значение этого населенного пункта я и ранее знал, достаточно как следует посмотреть на карту. Единственный нормальный город в северной части Техаса, не считая Нью-Рино, который "нормальным" по новоземельным меркам даже спьяну не назовешь. Cерьезный транспортный узел – пересечение трансконтинентальной Северной дороги с местной техасской Говардовской трассой от столичного Вако; если учесть, что с востока в Вако вклинивается "международная" Техасская трасса из южной, а конкретно – итальянской части Евросоюза, плюс несколько южнее Аламо с Говардовской трассой соединяется ведущая напрямик от техасского берега Залива "тропа Льюиса", еще одно шоссе местного значения – только автомобильный трафик здесь рисуется весьма солидный. А ведь есть еще "водная артерия", текущий со склонов Сьерра-Невада ручеек, который позднее вливается притоком в Мормонскую. Не уверен, что он мощнее недавно виденного мной Бизоньего ручья и позволяет пройти хотя бы рыбачьей плоскодонке, однако пресная вода в сухой степи – сама по себе достоинство, которое трудно переоценить. Ресурс в умелых руках более чем неплохой, уроженцы староземельного Техаса прекрасно знают ему цену и наверняка используют...

Сопровождает нашу колонну открытый "матт" с намалеванным на багажнике флагом "Одинокой звезды" [83] и турельным "эм-гэ-три". Местные минитмены, их дозор нам повезло встретить на дороге, опознаться по радио и заполучить таким образом небольшую охрану. Одну машину отрядили к нам, а основной состав мобильного дозора рванул вперед в надежде подловить-таки лжеконвой Фрисби до пределов Нью-Рино "и обрушиться на них мечом Гедеоновым", аки выразился командир. Великую свою приязнь к библейским текстам и любителям таковые цитировать почем зря я без большого труда скрываю: если человек делает правильное дело, лично мне, массаракш, глубоко пофиг, из каких побуждений он за это берется и какими речами сопровождает.

В такой компании мы и выруливаем к конторе шерифа, где связанного "фения" Джоша убирают в "обезьянник", а нас разбивают на три группы. Семья Овертонов и Мария Пилар "достаются" самому шерифу Мерфи, пожилому и крупногабаритному, чем-то он на моего деда похож, хотя тот и постарше будет; мной, а также Эдом, Нилом и Гордоном, занимается его "deputy", в смысле помощница-заместительница, Ив Логан – некрупная, но спортивная, короткая стрижка, внимательный взгляд. Остальных сплавили другому замшерифа, Чаку Мортону.

Зачем – понятно: опросить, составить картину и как минимум вынести "фениям" за дорожный разбой заочный смертный приговор, а Джошу полноценный по статье "соучастие" – тянет ли это на виселицу, пусть решают знатоки здешних законов, не моя парафия. Конечно, в идеальном мире представитель правоохранительных органов, на которого взвалили сие дело, должен был бы опросить каждого из нас по отдельности, а вдруг мы сговорились и вообще – однако для "идеального" подхода штат шерифской конторы Аламо категорически маловат, а затягивать вопрос никому не интересно.

Гордон в качестве очевидца может сообщить немногое: сидел в своем пикапе и ждал отбытия, услышал стрельбу и вызов по рации "лжеконвой, держись автобуса", автобуса далее и держался; так что суть вопроса больше излагаем мы втроем.

Заполнив "допросные листы" Гордона Роджерса, Эда Хагенбека, Нила Локлина Мак-Лина и мои, заодно уточнив еще сорок восемь подробностей, Логан наконец поднимается, жмет каждому руку, поблагодарив за содействие, и просит пока обождать "в приемной", каковая тут размещена под открытым небом, вернее, под легким навесом снаружи и чуть сбоку от шерифского здания. Курящие дымят трубками, сигарами и сигарильями, остальные просто дышат свежим воздухом и неконцентрированным никотином. Перед навесом два дежурных "хамви", выкрашенные в белый цвет с синей полосой по борту, большой семиконечной звездой на дверях и надписью "Шериф, округ Аламо"; в одном из вездеходов сидит водитель.

Через некоторое время этот самый водитель выбирается из "хамви" и окликает нас:

– Владимир Скербань, пожалуйста, пройдите к шерифу.

Пожалуйста, прохожу к шерифу. В кабинете старый богатырь Мерфи со старой золотой пятиконечной звездой [84] где-то в области левого предсердия, Ив Логан c традиционным для ранга "deputy" магендавидом [85] примерно там же – и смутно знакомая личность в песочной повседневке, за правый погон с серебряной лычкой [86] заткнут малиновый берет орденских силовиков.

Личность сия так же неуверенно присматривается ко мне, потом кивает.

– Здравствуйте, Влад.

– И вам добрый вечер, – отвечаю я, пытаясь сообразить, кто же это такой. В Ордене у меня добрые знакомые есть, шапочных приятелей "где-то сталкивались" – в разы больше, и в лицо, честно признаюсь, помню далеко не всех.

– Не узнаете?

– Да помню, что виделись, но где и когда...

– Около года назад, на ферме Сенес.

Щелкаю пальцами.

– Ну точно. Лейтенант Мерсье, верно? – Он кивает, но я уже задаю следующий вопрос: – Вас-то это дело каким боком зацепило? После того случая, если я верно помню, вас отправили на кабинетную работу...

Мерсье хмыкает:

– Так кабинет мой как раз тут неподалеку, в представительстве. Нет, заглянул-то я сюда просто полюбопытствовать, во многом мы с Биллом одно дело делаем. А потом смотрю, имя в бумагах знакомое.

С какой это радости перед человеком из орденских Патрульных сил, иначе выражаясь, перед представителем ДРУГОЙ структуры, пусть иногда и дружественной, в конторе шерифа разворачивают служебные протоколы? Вслух не спрашиваю, все ж таки невежливо лезть в чужую кухню, однако взглядом выражаю глубочайшее недоумение. Ну пусть даже увидел знакомое имя – что, самому нельзя было выйти-представиться, возобновить прежнее знакомство, которое у нас не более чем шапочно-деловое? Зачем приглашать меня в кабинет шерифа?

На этот вопрос отвечает сам Мерфи.

– Присаживайтесь, мистер Скербань...

– Щербань. А лучше просто по имени, Влад.

– И верно, так удобнее, спасибо, – отзывается старый шериф, не отрывая от меня внимательного взгляда. – Так вот, Влад, о фальшивом конвое Фрисби всем остальным сказали вы, и никаких подтверждений этому факту до того, как началась стрельба, никто не имел.

Целиком и полностью соглашаюсь.

– Я тоже ничего не знал, шериф. Увидел, как машины "фениев" сбились вдоль колонны, как они пристрелили водителя переднего грузовика; услышал, как броневик дает предупредительную очередь в землю, никого не зацепив. Самым логичным казалось объяснение про лжеконвой.

– Вы действительно видели, что водителя грузовой машины застрелил один из "фениев"?

– Нет. Увидел, как из машины выпадает человек, которому только что всадили пулю в голову, и знаю, что ехал он без напарника. Какой-нибудь адвокат мог бы на это заявить, что водитель технически мог сам покончить с собой...

– Не в том дело, Влад.

– А в чем тогда? – искренне не понимаю расспросов.

– А в том, что Джеймс Отис Саймон Хейг, предпочитающий именовать себя "Джош" [87], утверждает, что Фрисби интересовало содержимое только одного грузовика, но он не был уверен, которого. Всех остальных, в том числе ваш автобус, предполагалось спокойно довезти до Аламо и далее, в сторону Корпус-Кристи, как конвою и положено.

Массаракш. И кто из нас дурак?

– Против слов одного Джоша у вас десяток свидетелей.

– Которые вступили в игру с вашей подачи, – вставляет Логан.

– Массаракш, да разве я это для собственного удовольствия затевал? Делать мне нечего, самому под пули лезть и других толкать!

Мерсье хмыкает.

– Однако же для человека, который не любит лезть под пули, вы как-то подозрительно часто попадаете в подобные ситуации.

Надо сказать, здесь орденец категорически прав. Это при том, что знает он в лучшем случае о половине "подобных ситуаций" с моим участием. Со стороны я и сам бы заподозрил, что дело нечисто.

А не со стороны могу лишь констатировать, что визит к психиатру с целью как-то приструнить свою бурную паранойю я покуда позволить себе не могу. Одной ей и спасаюсь. Иногда с потерями, нередко с изрядным риском для собственной шкуры... но именно благодаря подключаемому модус операнди полного параноика я пока еще живой. Нет, рефлексов "стреляй во все, что движется" я не наработал и не собираюсь, зато завел привычку на этапе планирования переключаться в режим "вокруг одни враги" и соответственно прорабатывать варианты. При таком подходе, если вдруг некая неприятность действительно случается, у меня уже готов заранее просчитанный выход. Возможно, не самый лучший и оптимальный с точки зрения специалиста в этих конкретных неприятностях, зато выход этот подготовлен – и я успеваю им воспользоваться, пока другие, не столь параноидально настроенные персоны, лихорадочно соображают, что делать, теряя бесценные секунды, а вместе с ними нередко и жизнь...

Так и не дождавшись внятного ответа, Мерсье поднимается.

– Ладно, Билл, заканчивать вам. Моя рекомендация в силе.

– Да понятно, что нам. Спасибо, Пат, вечером пиво с меня.

С тем лейтенант Патрульной службы и отбывает, оставив шерифа с помощницей "заканчивать" мой вопрос.

– Скажите, Влад, вы к нам надолго? – вдруг спрашивает Логан.

– Вообще-то нет, – пожимаю плечами, – собирался здесь встретиться с одним человеком, и далее выезжать по запланированному маршруту.

– Если не секрет, с кем? Это здешний житель?

В принципе можно и не отвечать. Так ведь все равно узнает, мне ж еще этого человека искать...

– Здешний он или нет, сам не знаю, но сейчас должен быть в вашем городке, договаривались о встрече здесь. Свенссон его зовут.

– Помню такого, у Элли Портман поселился, – наклоняет голову шериф. – Из европейцев мужик, вменяемый... Добро. Личная просьба, Влад: не ищите себе неприятностей.

Развожу руками.

– Отродясь их не искал, честно. Это они меня находят.

Логан тихо смеется.

– Шериф, такое, похоже, не по нашему ведомству. Может, к преподобному его послать?

Ну вот вам и здрасьте. Еще и здесь церковный служитель примется меня расколдовывать. Привет испанской инквизиции. После такого да с моим счастьем – как бы городок Аламо вдруг не остался без уважаемого всей округой мэра...