Всемирный следопыт, 1927 № 01

Преодолев свои колебания, бандиты решили спрятаться в подводную пещеру. Для обратного выхода из пещеры веревку привязали за тяжелый камень, а камень утопили на некоторой глубине поблизости от входа в пещеру.

Сговорившись со стариком насчет доставки продовольствия и свечей для освещения подземелья, бандиты один за другим стали нырять в устье подземной реки.

Только один из бандитов, Семен-Клешня, почти не умевший плавать, долго колебался, прежде чем броситься в страшные об’ятия подземной реки. Но, когда все его товарищи исчезли под водой, а старик от’ехал от острова, предупредив, что вдали на озере показалась лодка, — Семен, победив страх, погрузился в воду и исчез в зловещей глубине.

Старик неподалеку развернул свою сеть, и как ни в чем не бывало стал рыбачить у одного из островков, пощупывая по временам карман, в котором очутилось несколько крупных бумажек.

Живые в могиле.

— Все ли тут?

Странно звучал голос атамана в темноте подводной пещеры. Тьма была такая густая, что сидевшие на берегу подземной реки люди не видели друг друга. Только в том месте, где был подводный вход в пещеру, слабо светилось зеленоватое пятно, — это лучи дневного света пробивались сквозь воду.

Из глубины пещеры слышался рев падающей воды. Подземная река низвергалась в яму на расстоянии нескольких шагов от места, где расположились бандиты.

На вопрос атамана отозвались все находившиеся около него товарищи.

— А где же Семен-Клешня? — спросил Ерш, не слыша его голоса.

Молчание.

— Семен, ты здесь?

Бандиты с ужасом прислушивались к шуму падающей в яму реки. Не туда ли, в подземную реку, навсегда уплыл один из их товарищей?

— Может, он на острове остался, — проговорил атаман сурово. — Тогда дело дрянь. Заберут его, а он парень жидкий, не устоит — всех выдаст. Зря я оставил его после всех нырять… Придется, братцы, опять выныривать. Ежели он на острове, насильно его, дьявола, в воду сброшу.

С этим словами Ерш потянулся к зеленоватому просвету входной дыры. Крепко схватился за веревку и начал трудное пролезание сквозь живую струю воды. Но воздух в легких атамана был уже на исходе, а он никак не мог вылезть из каменной дыры. Задыхаясь, Ерш выпустил из рук веревку, поплыл обратно и выполз обессиленный на берег к товарищам.

— Вот так штука, — заворчал атаман, еле переводя дух.

— Что больно скоро? — изумились бандиты, слыша около себя его голос.

— Не мог выплыть из проклятой дыры.

У всех похолодело в душе. Силач-атаман не мог выплыть из пещеры, как же они, менее чем он сильные, смогут выбраться из этой подводной тюрьмы?

— Али силы не хватило? — глухо спросил Фома-Душегуб.

— Силы хватило, да камень очень легкий привязан к веревке. Я к нему вперед, а камень ко мне назад!

— Как же теперь мы из пещеры выйдем?

Осталась только надежда на старика. А если он не вернется? Ужас связал мысли пленников подводного подземелья. Они почувствовали себя заживо погребенными в этой ужасной пещере.

Не унывал только один атаман Ерш.

— Подождем. Если старик завтра не приедет, будем что-нибудь придумывать!

Проходили жуткие однообразные минуты. Подземные пленники все более и более дрогли от холода. Последние крохи хлеба были с’едены; табак и спички промокли в карманах, — и покурить нельзя.

Атаман Ерш, не потерявший еще бодрости, от нечего делать стал осторожно исследовать подводную пещеру. Он прополз по берегу подземной реки до самого места ее падения в яму; щупая перед собой землю руками, он обошел почти — всю пещеру. Оказалось, что длиною она была не менее пяти сажен, а шириною— от стены до реки — около двух с половиной сажен. О высоте пещеры Ерш мог получить представление, подбросив вверх несколько камушков и принимая во внимание высоту острова. По расчетам Ерша пещера имела вышину в дальнем конце не менее двух сажен.

Старик не обманул.

Медленно тянулась сырая подземная ночь. Бандиты не раз просыпались от тревожного сна и пытались согреться усиленными телодвижениями. По зеленоватому просвету подводной дыры они определили, что наступил следующий день. С мучительным нетерпением ждали они появления старика.

Но и надежда на старика гасла при мысли, что он нырнет в пещеру, не считаясь с негодностью камня на конце веревки. Тогда будет лишь одним заживо погребенным больше!

Эти тревожные мысли пленников подземелья внезапно были нарушены прозвучавшим во тьме пещеры голосом человека:

— Ну, как? Живы ли?

Подземелье имело свойство так изменять голос говорившего, что бандиты решительно не узнали, что с ними говорит вчерашний старик. Они подумали, что к ним приплыл Семен.

— Семен, ты? — спросил Ерш.

— Али не признаете? — продолжал голос. — А я вам провизии на остров привез. И свечи есть, и табак. Айда на солнышко греться. Никого близ острова нет.

Пленники радостно приветствовали не обманувшего их старика. Их тревога совершенно рассеялась, когда они узнали, что рыбак перевязал веревку к лодке, заметив уползание камня.

— Ловкий старик! Догадался! — восхищались бандиты. — А то бы сидеть тебе здесь с нами до второго пришествия.

Собрав остатки сил, пленники один за другим стали выныривать из своей страшной тюрьмы.

После темной пещеры они долго не могли открыть глаз, ослепленные солнцем. Озеро вокруг острова было пустынно — никто не помешал бандитам вдоволь погреться на солнышке и плотно пообедать. Уходить обратно в пещеру не торопились. Веревку для выхода прикрепили к двум тяжелым камням. На радостях бандиты даже позабыли сразу спросить у старика, известно ли ему, куда девался их товарищ Семен. Когда узнали, что Семен не уехал со стариком, а нырнул по примеру остальных — всем стало ясно, что его поглотила страшная подземная река.

Выторговали у старика лодку и сеть. Один из бандитов проводил старика до берега. Пощупав новую пачку денег, Егор благодушно поглаживал бороду и думал о том, как он откроет рыбную лавку в городе.

Вылазка.

Подводная пещера оказалась надежным убежищем от преследователей; но для продолжительного обитания она не годилась.

— Не люди мы больше, а выдры, — жаловался Фома-Душегуб, — эти звери тоже подводные норы имеют.

Жизнь «на мокром положении» тяготила бандитов, и они с нетерпением стремились поскорее покинуть гостеприимный остров.

Но атаман Ерш расхолаживал пыл своих — товарищей, — надо выждать, когда высланный из города военный отряд оставит эту местности Кроме того, перед выходом надо привести в порядок свою одежду и припасы.

_{Рыбак Егор.}

И все же атаман Ерш строил план налета на соседнее побережье. От Егора он получил ценное сведение, что вблизи села Верхогорья есть лесничество, где бывают крупные суммы, вырученные за продажу леса. В одно утро, когда на озере не было видно ни одной лодки, бандиты совершили набег на верхогорский берег. Кроме значительной суммы денег, они унесли из лесничества принадлежащие лесничему охотничьи ружья и огнестрельные припасы, одеяла и кое-что из домашней утвари.

_{Атаман Ерш.}

Во время перестрелки с лесником атаман Ерш был ранен в правый бок. К лодке он шел поддерживаемый своими товарищами.

На берегу разбойники встретились с неизвестным прилично одетым молодым человеком и кстати предложили ему отдать кошелек.

— Увы, я не захватил с собой кошелька, — отвечал молодой человек.

— А ты кто будешь? — спросил атаман Ерш, придерживая ноющую рану в боку.

— Я доктор из верхогорской больницы, — был ответ.

— Доктор! — обрадовался Ерш. — Вот вы как-раз нам и нужны.

Ерш потребовал, чтобы доктор последовал за бандитами., Доктору оставалось только повиноваться. Бандиты усадили его с собой в лодку и полным ходом поплыли к острову Черной Гагары.

Доктор Нилов учится нырять.

Раненый атаман тотчас же обратился к доктору за помощью.

— Что я могу тут сделать? — возразил доктор, разводя руками. — Отпустите меня на берег и привезите раненого в больницу.

В ответ на эти слова доктора атаман рассмеялся.

— Мне не хочется лечиться для того, чтобы в здоровом виде пойти под расстрел. Потрудитесь лечить меня здесь.

Доктор, возмущаясь своим пленением, тем не менее из разорванной рубахи атамана сделал бинт и перевязал ему рану.

— Рана не опасна для жизни, — сказал доктор, — но в виду отсутствия обеззараживающих средств возможен и печальный исход. Если дорожите жизнью, ложитесь ко мне в больницу.

— Именно я дорожу жизнью, и потому не поеду в вашу больницу, а предложу вам устроить больницу в другом месте.

Погоня за дерзкими грабителями организовалась так быстро, что они едва успели утопить лодку, наложив в нее камней, и спрятать в пещере награбленное. Обеспокоенный своей судьбой, доктор с удивлением смотрел на действия бандитов, плохо понимая, каким образом собираются спастись они сами.

_{Фома-Душегуб.}

Между тем, в сторонке от доктора атаман беседовал с Душегубом.

— Доктора надо застрелить, — говорил Душегуб, — иначе он укажет нашу пещеру — и мы пропали.

— Дурья голова, а как же я без доктора поправлюсь? — возражал Ерш. — Нет, придется взять его с собой в пещеру.

_{Семей Клешня.}

Мнение атамана восторжествовало, и минуту спустя Ерш предложил доктору под страхом смерти нырнуть вместе с другими в подводную пещеру.

Ерш остался на острове последним, чтобы все его товарищи и доктор при нем забрались в подводное убежище. Доктор сначала протестовал, но, видя безвыходность положения, вошел в воду и нырнул, поступив при этом так, как его научил атаман Ерш.

У доктора нет «ключа».

Милиционер и охотники обыскивали озеро, поражаясь бесследным исчезновением бандитов. А шайка атамана Ерша в это время при свете зажженной свечи играла в карты на берегу подземной реки. Атаман лежал тут же на постели, сделанной из награбленного в лесничестве сукна, а доктор Нилов делал ему свежую перевязку.

— Как вам нравится наша квартира? — спросил Ерш у доктора.

— В качестве больничной палаты она совсем, не годится. Темная и сырая, — ответил доктор. — А эта жизнь, которую вы ведете — жизнь полурыб, просто ужасна.

— Иногда полезно быть на рыбьем положении.

Находясь еще в лодке, доктор видел знакомые ему предметы, принадлежавшие лесничему и его дочери. Но только здесь, в этой ужасной пещере, он узнал подробности «мокрого» дела. И сердце доктора загорелось ненавистью к гнусным убийцам. С тоской он думал об Ольге, приезда которой ее отец ждал со дня на день. Ведь могло случиться, что от рук злодеев погибла бы и она.

В мрачном раздумьи сел доктор на берег, отказавшись от предложенной ему пищи, и стал замышлять план побега из проклятой подземной тюрьмы. Ничего не зная о «выходной веревке», доктор считал нетрудным делом выплыть из пещеры; но как попасть с острова на берег, удаленный на несколько верст? Однако, доктор — прекрасный пловец— решил, что если ему удастся обмануть бдительность разбойников, он бежит и поплывет с острова. Была надежда спрятаться на одном, из соседних островков и, может быть, найти помощь извне.

Бандиты, подкрепившиеся вином, вскоре уснули, не обращая на доктора никакого внимания, что его несколько удивило. Он тихонько соскользнул в воду, нащупал край выходного отверстия и нырнул в него.

Бешено работая руками, Нилов задыхался от продолжительного пребывания под водой; пытаясь вынырнуть, от стукнулся головой о каменный свод выходного отверстия. Обессилев и задыхаясь он перестал плыть, и тотчас же был отнесен потоком воды обратно в пещеру; в этот момент голова его поднялась над поверхностью воды и благодаря этому он не захлебнулся. Вздохнув, он поплыл по подземной реке, чтобы выйти на берег, но, потеряв способность ориентироваться, поплыл к правому, отвесному, берегу.

Тщетно хватаясь руками за каменную стену, доктор быстро несся по течению подземной реки к страшной яме, куда река проваливалась с глухим шумом.

Отчаявшись попасть на крутой правый берег, доктор повернулся в воде и поплыл в противоположную сторону. Проплыв в двух шагах от места падения реки в провал, он достиг левого берега и в изнеможении свалился на твердый откос.

До смерти усталый, доктор снял с себя мокрое платье и заснул, как убитый.

Страшная находка.