Всемирный следопыт, 1927 № 01

В Верхогорском лесничестве производилась большая работа по переучету леса. Лесничий, еще не оправившийся от раны, не мог принимать участия в этой работе. Обследование леса было предпринято Ольгой при участии двух лесников.

Обследователи посетили самый удаленный уголок лесничества, гористую местность Джемал, где из земных недр вытекает речка Аш-Булак. Это безлюдное место находится в стороне от дорог и знакомо только изредка навещающим его охотникам.

Вблизи потока Аш-Булак лесник Михайла, удалившийся несколько вперед от своих сотоварищей по работе, приблизился к самой горе Джемал, из которой вытекала речка. На отмели, близ выхода речки из горы, Михайла заметил двух орлов-могильников, занятых какой-то добычей. Приближение человека их испугало — орлы с шумом поднялись на воздух и поплыли над каменными отрогами Джемала.

Михайлу заинтересовало, чем лакомились орлы. Ожидая найти остатки какого-нибудь погибшего животного, он был изумлен, увидев на отмели полуобглоданный труп человека. Рядом с трупом лежала шляпа.

Михайла сообщил своим спутникам о страшной находке.

С тяжелым предчувствием подошла Ольга к трупу. Лицо и конечности трупа были обглоданы до костей, но сохранившиеся темные волосы на затылке показались Ольге знакомыми… После беглого осмотра лежавшей тут же шляпы Ольга слабо вскрикнула и закрыла лицо руками.

— Это доктор Нилов, — произнесла она, подавляя душившие ее рыдания.

— Почему вы так думаете? — спросил Михайла.

— Я узнала его шляпу.

А шляпу доктора Нилова Ольга не могла не узнать: шляпа была окаймлена коричневой лентой, пришитой самой Ольгой. На внутренней стороне шляпы оказалась знакомая Ольге пометка.

Ужасная груда костей, едва прикрытая мясом, — вот все, что осталось от несчастного доктора!

Ольга немедленно позаботилась, чтобы останки доктора были перенесены в Верхогорье. Похороны доктора, пользовавшегося любовью и уважением населения, прошли необыкновенно торжественно. Могильный камень из дикого мрамора украсил его могилу. На камне Ольга выгравировала собственноручно: «Доктор А. И. Нилов. Спи с миром».

Но у читателя, знакомого с тайнами подводной пещеры, конечно, возникло вполне законное сомнение в принадлежности доктору Нилову найденных останков трупа. В том, что обглоданный орлами труп бандита Семена-Клешни удостоился торжественных похорон при стечении всего населения, нет, конечно, ничего удивительного. Шляпа доктора, оброненная им в подземную реку, прошла под землею и оказалась, так сказать, мандатом на право быть похороненным со всеми почестями, приличествующими тому, кто пользовался при жизни уважением и любовью сограждан.

На прогулку.

Бандитам надоело сидеть в холодном мраке подземелья, и они, один за другим, стали выплывать из пещеры на остров. Первый выплывший сделал разведку и по веревке дал сигнал, что ничего опасного кругом не видно.

Раненый атаман, однако, был вынужден остаться в пещере: у него нехватило бы силы побороть встречное течение потока. Доктор нашел, что до полного заживления раны Ершу необходимо пролежать в своей постели еще дня три-четыре.

Доктору подняться на остров не разрешили, и он остался в пещере с раненым.

Наблюдая за выплывающими из пещеры бандитами, доктор понял секрет веревки; незнание этого секрета несколько дней назад едва не стоило ему жизни.

Бандиты, как дети, резвились на залитом солнечными лучами острове в то время, как их атаман печальный лежал во тьме пещеры.

Но резвость бандитов, расправлявших кости на свежем воздухе, была непродолжительна. Вдали на озере показалась лодка, и бандиты сочли благоразумным тотчас же возвратиться в пещеру.

Слушая их, доктор загорелся желанием убежать из пещеры. Ведь стоит только выбраться на остров, подать сигнал лодке — и он спасен!

Но он, притворившись равнодушным и сонным, молча разлегся на каменном ложе, искоса поглядывая на конец выходной веревки, привязанной к небольшому камню.

На земле и под землей.

Весь лес, находящийся на островках озера Копа, также подлежал точному учету. Ольга и лесник Михайла с утра сели в небольшую лодку и отправились на озерные островки. Первый островок, на который высадились работники лесничества, был остров Черной Гагары.

Лесник взял измерительную рейку и немедля направился к деревьям, растущим в середине островка. Он был изумлен, найдя несколько пней — следы свежей порубки, и решил, что об этом придется составить протокол.

Ольга прошлась по берегу живописного острова и села на один из прибрежных камней. Отсюда открывался чудесный вид на пролив, отделяющий остров Черной Гагары от соседних островков. Под островом в это время четыре человека при свете огарка играли в карты, а пятый сидел на берегу подводной реки и следил за поведением остальных.

План, созревший у доктора, был прост и гениален; лучше было бы отложить попытку его выполнения до того времени, когда бандиты улягутся спать. Но доктор, думая о лодке, плывущей где-то вблизи острова, не был уверен, что бандиты, чтобы воспрепятствовать его побегу, не свяжут его на ночь. Поэтому он решил итти «ва-банк» сейчас же, воспользовавшись тем обстоятельством, что бандиты увлеклись картежной игрой.

Осторожно, чтобы не обратить внимания бандитов, он начал отвязывать конец веревки от камня. Узел долго не поддавался его усилиям, но, наконец, веревка была отвязана. Затем доктор незаметно обвязал веревкой кисть своей правой руки. Теперь оставалось только броситься в подводный выход пещеры, унося с собой конец веревки…

_{Внизу — разрез пещеры о. Черной Гагары и подводного входа в нее. Наверху — в схеме, показывающей течение «подводно-подземной» реки, — вход в пещеру обозначен крестиком (х).}

— Эй, доктор, ближе сюда!

Эти слова бандита Фомы-Душегуба заставили доктора содрогнуться, как от электрического удара.

«Сейчас или никогда!» — мелькнуло в уме доктора. Он быстрым движением соскользнул в воду и бросился в подводную дыру. Он почувствовал, как что-то коснулось его ног, но продолжал бешеными усилиями выбиваться из бегущей ему навстречу водяной струи. Он вынырнул— ослепительный свет до боли колол глаза…

Если невеста, похоронившая своего жениха, лично бросившая на его гроб несколько горстей земли, вдруг в уединенном месте увидит уже покойного своего жениха вылезающим из воды, то какие у нее должны быть нервы, чтобы не ужаснуться?

Увидя вылезающую из воды голову покойного доктора, Ольга окаменела на месте. Но, вспомнив о существовании галлюцинаций, она встала с камня, и шатаясь пошла к центру острова.

_{Увидя вылезающую из воды голову покойного доктора, Ольга окаменела на месте.}

Доктор Нилов, найдя на острове свою невесту, испугался гораздо меньше. Во-первых, доктор был основательнее знаком с явлениями галлюцинирования, а во-вторых… живых пугают воскресшие мертвецы, а доктор не считал Ольгу умершей.

_{Доктор Нилов испугался гораздо меньше.}

Доктор, уже усомнившийся в факте галлюцинации, крикнул вдогонку уходившей Ольге:

— Ольга! Не бойтесь! Разве вы меня не узнали?

Для Ольги это была новая галлюцинация — галлюцинация слуха. Видеть и слышать привидение, это— уже значительное приближение к реальности. Тогда разум силится раскрыть какое-то недоразумение. Ольга остановилась и обернулась.

— Не бойтесь меня. Я доктор Нилов, которого вы, вероятно, считаете умершим, — проговорил доктор, отвязывая от руки назойливую веревку.

Радость вспыхнула в глазах девушки.

Так говорить может только живой доктор Нилов, и никто больше!

— Но где вы были? — задала первый вопрос девушка, все еще не вполне уверенная, что она не галлюцинирует.

В особенности: ее смущала веревка, отвязанная от руки доктора. «Не та ли самая эта веревка, на которой его повесили?» — мелькнула у нее дикая мысль.

— Об этом потом, — проговорил торопливо доктор, бросившись обнимать девушку, — а сейчас как можно скорее бежим отсюда!

Мертвые не курят табак.

Нилов и Ольга бегом бросились к леснику Михаиле. Лесник, хорошо знавший доктора и также бывший на его похоронах, при виде парочки остался стоять, как вкопанный, с глупо раскрытым ртом.

Этот старый лесной филин не столько испугался, сколько недоумевал при виде такой нелепости, что мертвый и похороненный человек ведет под руку дочь лесничего.

— Ничего не спрашивай, Михайла, а бежим скорее в лодку, — сказала Ольга, увлекая за собой ничего не понимавшего лесника.

Тот без слов пошел за ними, стараясь только держаться подальше от воскресшего мертвеца.

— На такой опасный остров приехали — и даже не взяли с собой ружья! — неодобрительно заметил доктор.

Все трое уселись в лодку, и лесник заработал веслами.

Доктор осведомился, нет ли у лесника с собой табаку. Тот подал доктору кисет с махоркой.

Когда доктор закурил и в воздухе расплылся клуб махорочного дыма, лесник принялся налегать на весла совершенно успокоенный.

«Мертвые не курят, — подумал лесник, — значит, если это не доктор Нилов, то другой, сильно на него похожий, человек. Но ни в коем случае это не мертвец».

Доктор обещал Ольге все рассказать на берегу, и они не задавали ему вопросов. Он думал о том, в какой мышеловке очутились четверо бандитов, лишенных возможности выбраться из подводной пещеры. Что же сделать с пойманными мышами? Оставить их на произвол судьбы — значит обречь на голодную смерть в страшном подземельи. Выдать их в руки правосудия?..

Неожиданно из-за острова показалась лодка с четырьмя людьми, и над озером прокатился громкий крик:

— Стой!

Подозрительный суб’ект.

В руках у неизвестных были винтовки.

Лесник перестал грести, лодка с неизвестными приблизилась. Среди них лесник узнал одного из местных охотников.

— Кого вы сейчас приняли с острова? Что это за человек? — послышался вопрос.

— А вы сами что за люди? — спросил в свою очередь доктор.

— Агенты уголовного розыска, — сказал один из незнакомцев.

— А я — доктор верхогорской больницы.

— Что же вы делали на острове?

— Я затрудняюсь отвечать вам здесь, надо, по крайней мере, доплыть до берега.

— О, нет, мы не можем упустить следы бандитов, а теперь для нас кое-что становится ясным.

— Хорошо, — сказал доктор, — я останусь с вами, но не задерживайте людей, которые меня спасли и торопятся сейчас на берег по своим делам.

Доктор хотел одного: чтобы Ольга скорее удалилась от этого опасного песта.

Находившийся в лодке охотник что-то шепнул милиционерам, и леснику с Ольгой было разрешено плыть далее до берега. Доктор же, предупредив Ольгу, чтобы она не беспокоилась, перешел во вторую лодку.

Охотник, знавший лично доктора Нилова, смотрел на воскресшего мертвеца с величайшим изумлением.

— Я видел в бинокль с соседнего острова, как несколько человек появились на острове и затем исчезли в воде, — сказал начальник отряда. — Затем видел, как вы вылезли из воды. Что все это значит?

— То, что все эти люди, а вместе с ними и я, превратились на некоторое время в рыб! — ответил доктор, улыбаясь.

— Доктор, каким образом вы остались живы? — обратился к Нилову охотник. — Ведь вас нашли убитым, и я был на ваших похоронах.

— Как видите, я вылез из могилы, — рассмеялся доктор.

Агенты милиции с недоумением смотрели на «подозрительного суб’екта». История убитого доктора и его похорон была им известна, — и вот этот покойник сидит в лодке и разговаривает с ними! Но привыкшие в каждом обстоятельстве находить новые данные к раскрытию преступления, эти люди очень быстро перестали удивляться.

— Теперь нам важно узнать, где находится вход в пещеру, в которую вас засадили бандиты, — сказал начальник отряда, уже многое понявший в этой сложной истории.

Узнав, что бандитам отрезан путь к бегству («выходная» веревка лежала на берегу), начальник отряда окончательно успокоился.

Атаман Ерш не сдается.

Бросившийся вдогонку за уплывавшим доктором, Фома-Душегуб не нашел веревки и с проклятием вернулся к товарищам. Доктор уплыл из пещеры и захватил с собой веревку. Бандиты молчали, как пораженные громом.

Старик Егор обещал заглянуть на всякий случай в пещеру недели через две. Но это была плохая надежда на спасение. Спасшийся доктор не станет скрывать о своих приключениях в пещере. Местопребывание бандитов не сегодня-завтра будет раскрыто. Что же делать?

— Теперь только одна надежда: милиция спасет, — уныло заметил один из бандитов.

А милиция, действительно, немедленно приступила к делу «спасения» бандитов.

К концу веревки привязали пробковый круг, сделанный из неводных поплавков, и протолкнули его в подводную пещеру. К этому же кругу прикрепили дощечку с крупной надписью: