Можай

— Внимание! Говорит капитан Макнери! Мы благополучно совершили посадку. Прошу всех пассажиров пока оставаться в своих каютах. Возьмем пробы воздуха, немного осмотримся и, если никакой угрозы нет, вас пригласят сойти на берег. Там и обсудим кое-какие насущные вопросы. Перед выходом не забудьте принять «Легкое дыхание», оно есть в аптечках в каждой каюте. — Он отключил связь и повернулся к первому помощнику: — Элвис, давай, контролируй проведение всех послепосадочных мероприятий, а потом собирай тех, кто свободен, и на разведку. А ты, Зозуля, проследи, чтобы кое у кого истерика не началась.

— Истеричных успокою, — мрачно пообещал коренастый и лысоватый помощник по оргвопросам.

— Только не навсегда, — столь же мрачно усмехнулся Макнери и вновь обратился к Элвису Косте: — И пусть воскрешают аппаратуру, а заодно соорудят несколько электрошокеров на батарейках — отбиваться от зверей и чудищ морских, если вдруг полезут… Элвис, это в первую очередь! Без них не выходить. Коммы работают, так что держи меня в курсе. А я пойду к себе и поразмышляю о делах наших скорбных.

— Будет сделано, капитан!

Макнери направился к стене рубки, где находился вход в служебный лифт, но кнопка вызова не сработала.

— Джамшут, выдергивай электриков и занимайся, — распорядился капитан и тяжело зашагал к двери.

В коридоре, несмотря на рекомендацию Макнери, было полно встревоженных пассажиров. Стюарды едва сдерживали их. При виде внушительной фигуры капитана толпа колыхнулась и, смяв оцепление, бросилась к нему. Макнери остановился, расставив ноги, словно врастая в пол, выкатил грудь колесом и гаркнул так, что ближе всех подобравшихся к нему пассажиров откинуло назад:

— Спокойно, господа! Ситуация под полным контролем! Еще раз предлагаю всем пройти в свои каюты, а не болтаться по кораблю, нарушая центр тяжести. Вам что, хочется угробить себя и других, если лайнер опрокинется? Ждите, вас всех позовут!

Это возымело действие, и люди потихоньку начали расходиться. Правда, на Макнери посыпался град вопросов, и самым болезненным из них был вопрос о том, почему нет дальсвязи и когда она восстановится. Но капитан пресек любопытствующих, подняв руку с открытой ладонью.

— Скоро мы все обсудим, господа! Не торопитесь, у нас будет для этого достаточно времени. Не мешайте экипажу заниматься своими делами, это в ваших же интересах.

Обведя всех тяжелым взглядом, Линс Макнери величественно проследовал к лифту. Однако тот тоже не работал, и капитану пришлось воспользоваться служебной лестницей.

В своей каюте он, кроме Тумберга, застал Обера с Маркассой, Хорригора и постсержанта Коваржека. Все встрепенулись и воззрились на бывалого космического волка, ожидая объяснений. Но капитан, приветственно кивнув, первым делом проследовал к заветному вместилищу коньяка. В памяти он держал недавнюю картинку на обзорном экране, поэтому, открыв шкаф, изучил его стенки в поисках камеры наблюдения. Ничего не обнаружил, взял с полки первую попавшуюся под руку бутылку и прошествовал к столу, на ходу откупоривая ее. Сделал осторожный маленький глоток прямо из горлышка и, облегченно выдохнув, опустился в кресло при напряженном молчании остальных. Вытащил из кармана кителя фляжку, показал всем и пояснил:

— Космоворот каким-то образом превратил ее содержимое в бурду. А вот в бутылке коньяк не изменился, чего я, признаться, страшно боялся. Парадокс! — Он состроил извиняющуюся мину и развел руками: — Вам не предлагаю, потому что мне нужны ваши ясные головы.

Об истинной причине такого нехлебосольства Макнери предпочел умолчать. Не о головах он заботился, а просто очень сомневался, что на этой неизвестной планете найдется коньяк «Арарат». А потому лить его направо и налево счел совершенно нецелесообразным. О том, что он будет делать, когда запасы в шкафу кончатся, капитан старался не думать — тяжелых мыслей и так хватало с лихвой.

— Значит, это именно космоворот, — хмуро сказал Хорригор, подпирая плечом переборку. — Я так и подумал. Ощущения были не из самых приятных… И ведь снились же мне дерущиеся ховраны, но я и предположить не мог, что это именно к космовороту…

— А кто мог предположить? — вздохнул Обер.

— Как говорится, знал бы прикуп, жил бы в Лисавете, — мрачно добавил сидящий в кресле Коваржек и поправил кобуру на поясе. — Я думал, у меня голова лопнет…

— Ваш пистолет, — сказал Макнери, глядя на него. — Мои люди сейчас пойдут на разведку, и оружие им бы не помешало. У меня же не военный корабль.

— Ну, если господин майор позволит, — постсержант повел подбородком на Тумберга.

— Разумеется, — кивнул Шерлок и полез в сумку за своим «ПП». — И мой возьмите. Они умеют обращаться с оружием?

— Разберутся, не маленькие. — Макнери включил внутреннюю связь: — Элвис, пришли ко мне кого-нибудь, господа полицейские жалуют вам два «пэпэшника».

— Временно, — предупредил Тумберг.

— Ясное дело, — сказал капитан и, взяв бутылку со стола, отнес ее в шкаф, от греха подальше. Но по пути успел сделать еще глоток. Точнее, три. Или даже четыре. — Я дал команду шокеры мастерить, но пистолеты надежнее.

Он вернулся к своему креслу, но садиться не стал. Остановился позади, положил руки на его спинку и обвел всех суровым взглядом.

— Самое печальное, что пока не удается восстановить дальсвязь… И не уверен, что удастся.

— Я так и подумал, — вновь произнес Хорригор. — И уже сказал здесь об этом. Иначе вы не стали бы идти на посадку — дождаться спасателей можно и в космосе. А раз уж вы приняли такое решение, то… — он замолчал.

— Уже удалось выяснить, куда нас занесло? — осторожно спросила сидящая в уголке бледная Маркасса, боясь услышать ответ. Она тоже знала, что на грузопассажирниках нет пробойников подпространства.

— Пока нет, — ответил Макнери. — Но это не главная проблема. Изучим небо, составим проекции и определим, где мы находимся… — Он помолчал, постукивая короткими крепкими пальцами по спинке кресла. — Я сознательно выбрал для посадки именно эти широты и побережье. Если планета обитаема, то поселения могут быть как раз в таких местах. Подходящий климат… Море… Оно для нас — практически неиссякаемый источник энергии и питания. Рядом — зеленая равнина, несомненно, плодородная… Дичь и прочее…

В дверь постучали, и в щель просунулась черноволосая голова.

— Входи, Джамшут. — Макнери взял со стола пистолеты. — Без нужды не стрелять, и вообще, поосторожней. Друг друга не поубивайте.

— Постараемся, господин капитан, — без улыбки сказал смуглый парень, похожий на подростка. — Новые патроны мы тут вряд ли найдем.

— Вот-вот…

Джамшут скрылся за дверью, а Макнери вновь обвел взглядом присутствующих.

— Такие дела… Нас тут четыре тысячи триста сорок семь душ… — Он посмотрел на Тумберга и Коваржека: — Плюс вы двое… Плюс Клео…

Следователь вопросительно поднял брови, но тут же сообразил, кто такая Клео. А другие если и не поняли, то спрашивать не стали.

— Плюс этот ваш грабитель, — закончил перечислять капитан.

— Кстати, а что с ним делать? — задал сам себе вопрос Шерлок и сам же и ответил: — Придется выпускать. Не держать же взаперти.

— Если и сбежит — не беда, — заметил Уир Обер. — Та же тюрьма, только попросторней, зато срок пожизненный…

Это прозвучало мрачно, но никто возражать не стал. Только Хорригор издал какой-то сдавленный звук. Те, кто был в курсе, поняли, что это означало: после недолгих странствий по Галактике бывший глава иргариев вновь оказался на привязи. Правда, теперь уже не в одиночестве.

— Итак, нас тут почти четыре с половиной тысячи человек, — продолжил тему Линс Макнери. — Толпа. Большая толпа… В полете самым главным был я, в силу должности. Но на берегу я не командир… Прежде чем обрадовать их всех новостью о том, что нам придется здесь находиться неопределенное время, если и вовсе… — он запнулся. — В общем, хотелось бы сначала поговорить с вами. Может, что-то дельное подскажете. А уж потом устраивать общее собрание и обсуждать сложившуюся ситуацию.

— Во всяком случае, полиция тут уже есть, — криво усмехнулся Шерлок. До него, как, впрочем, и до других собеседников капитана, еще не окончательно дошла вся безысходность положения. — Расскажите, чем мы располагаем, и будем думать. Надеюсь, среди пассажиров найдутся мозговитые личности, специалисты разные… Все-таки нас тут не десяток робинзонов, а гораздо больше.

— В этом и может быть еще одна проблема, — вставил Обер. — Это ведь не дети малые и не кадеты, которых можно по стойке «смирно»… Такой гвалт поднимут на собрании…

— Гвалта я не допущу! — решительно заявил Макнери. — Говорить будут только по очереди и только по делу.

— Вот видите, Линс, — нашла в себе силы улыбнуться Маркасса, — оказывается, вы вполне готовы взять на себя руководство и вне корабля.

— А я помогу, — выпятил челюсть Коваржек. — Порядок наведу быстро, и опомниться не успеют!

— Та-ак… — протянул Хорригор, пощипывая бородку. — Уже намечается что-то похожее на структуру власти. Я тоже готов подсобить — как-никак очень даже немалую армию возглавлял в свое время. И не забывайте, я мутант, кое-что этакое могу. Да хоть костер без зажигалки развести…

— А в Серость занырнуть, а там на какой-нибудь корабль? — с надеждой спросил Шерлок, в то время как Линс Макнери и Дунго Коваржек от удивления открыли рты. Они знали о Хорригоре далеко не все.

— Нет, такое, увы, не могу.

— Жаль, — вздохнул Тумберг. — А насчет структуры власти… Сами же себя мы не будем назначать. Какие-то выборы нужно устроить…

— Никаких выборов! — рубанул рукой воздух Обер. — Еще и здесь этого не хватало! Болтовню лишнюю разводить… По сути, мы находимся в чрезвычайном положении, и тут нужна жесткая диктатура, дабы во всем был порядок, а не хаос. Иначе получится разброд и шатание.

Тумберг подался к нему, собираясь возразить, но в этот момент дверь стремительно отъехала в сторону, и в каюту буквально ворвалась красивая блондинка в легком полупрозрачном халатике.

— Мы так не договаривались, капитан! — с ходу накинулась она на Макнери, ничуть не смущенная тем, что в каюте присутствует целая компания незнакомых ей личностей. — Мое рабочее время истекло, и я требую немедленно доставить меня в порт!

— Я бы и рад, Клео, но, увы, не могу, — разочаровал ее капитан. — Я не знаю, где тут ближайщий порт, да и корабль туда не доберется.

— А мне какое дело до ваших проблем?! — еще больше возмутилась космическая бабочка. — Я свое дело сделала, а вы извольте сделать свое! Иначе я устрою вам массу неприятностей, капитан!

Она все ближе подступала к Макнери, чуть ли не намереваясь вцепиться ему в бороду, и капитан даже загородился от нее руками. Сообразив, видимо, что убедить блондинку не удастся.

— Вот и появились напористые и энергичные! — осклабился Коваржек, пожирая взглядом просвечивающие сквозь тонкую ткань аппетитные ягодицы жрицы платной любви. — Мне еще пяток таких, и с дисциплиной все будет в полном ажуре.

Блондинка стремительно повернулась к нему, и Макнери перевел дух.

— Между прочим, госпожа Клео, — скучным голосом произнес Шерлок, показывая свой жетон, — вы фигурируете в деле об ограблении господина Цукана… В качестве пособницы обвиняемого.

Порхнувшая было к Дунго Коваржеку бабочка словно налетела на стекло и замерла, опустив крылышки. Впрочем, всего на миг. В следующий миг она подскочила к сидящему у стола Шерлоку и буквально нависла над ним, так что грудь ее, не менее аппетитная, чем ягодицы, оказалась у самого лица майора.

— Вы меня ни с кем не спутали? — визгливо вопросила Клео. — Какое ограбление? Какая пособница?

— Вы знали, что вместе с вами ваш хозяин Чаргон везет на дальнолет преступника, пытающегося скрыться от правосудия, но не заявили об этом в полицию, — пояснил Шерлок, старательно отводя взгляд от груди Клео. — Дасаль задержан, и вам, как и ему, и вашему хозяину, предстоит отвечать за содеянное по всей строгости закона. Есть такое понятие как недонесение о преступлении, и за него предусмотрена уголовная ответственность.

Бабочка некоторое время молча смотрела на него, а потом медленно выпрямилась и с презрительной усмешкой уперла руки в бока.

— Вот только не надо меня пугать, господин полиция, я не вчера на свет родилась. — Она вдруг жалобно скривила губы: — И ни от кого мне ни помощи, ни поддержки, а только вы стараетесь побольнее меня обидеть, еще ужасней сделать жизнь мою…

— …и без того задрипанную, — пресным тоном закончил Тумберг. — Знакомый монолог. Тоже любите этот фильм?

— Знать не знаю никакого Дасаля, — уже другим, резким голосом заявила бабочка. — Мне его хозяин представил как Стани, нашу новенькую… Так что я не при делах. Понятия не имею, что этот Дасаль натворил, и ничего вы не докажете. — Она смерила невозмутимого Тумберга победоносным взглядом и добавила с ехидной усмешкой: — А если капитан говорит, что до ближайшего порта отсюда не добраться, то и правосудие союзное тут не действует. Я так понимаю, мы за границами Союза, и распоряжаться вы тут не можете. Не работают тут ваши законы.

Шерлок посмотрел на нее чуть ли не с восхищением и одарил ответной улыбкой, вполне миролюбивой.

— Госпожа Клео, в правовых знаниях у вас пробелы, но никаких мер пресечения я к вам применять не буду. Во всяком случае, пока. Идите к себе — где вы там расположились? — и ждите общего собрания. Поверьте, господин Макнери действительно не может доставить вас ни в какой порт.

Судя по заблестевшим зеленым глазам, тут же напомнившим Тумбергу глаза Мирилинты, бабочка явно обрадовалась тому, что ее не собираются немедленно вязать и допрашивать, а даже наоборот — дают возможность исчезнуть. Но к двери она направилась с гордо поднятой головой, медленно и подчеркнуто неохотно. И прежде чем удалиться, не преминула заявить, обернувшись и наставив палец на Макнери:

— Ищите выход, капитан, иначе я в вас очень разочаруюсь. Очень!

После ее ухода в каюте некоторое время царило молчание. Наконец Шерлок произнес:

— Давайте, Линс, выкладывайте, что мы имеем.

И капитан начал выкладывать.

Дальнолет Космофлота «Нэн Короткая Рубашка» не был какой-то захудалой космической лодчонкой, сработанной в чьем-нибудь сарае из подручных материалов. Это было вполне современное судно с дюжиной палуб, мощной энергетической установкой, генераторами силового поля, узлом связи, вместительными трюмами, заполненными разнообразными грузами, ремонтной мастерской и всем прочим, необходимым для комфортного пребывания команды и пассажиров в пути через пол-Галактики и обратно. С продовольствием тоже пока все было в порядке, а если не восстановится дальсвязь, придется заняться сельским хозяйством, рыбной ловлей и охотой. Пригодятся и солнечные батареи, можно будет поставить себе на службу и энергию приливов, и ветра — дело только в желании и умении. И тут поможет огромнейший массив информации, хранящийся в корабельных компьютерах.

Капитан, заложив руки за спину, расхаживал по каюте и обстоятельно перечислял имущество, которое должно было наладить жизнь в колонии. Свое хозяйство он знал хорошо и не упускал ни одной мелочи. Лица слушателей постепенно светлели — вырисовывалась надежда на будущее. Пусть и не такое, о котором думалось — ведь никто никогда не планировал провести жизнь в отрыве от общества, — но могло же быть и гораздо хуже. И вообще, шла бы речь о будущем, если бы они погибли в космовороте?

Так что хвала космическим богам за такой сравнительно мягкий исход, а там, глядишь, все еще и повернется нужной стороной…

— Первостепенные задачи мне видятся такими, — сказал Макнери, остановившись посреди каюты. — Подскажете, если я что-то упущу. Составить список всего, что у нас имеется, включая вещи пассажиров, — вдруг у кого-то найдется что-нибудь этакое. В принципе, по кораблю такая опись есть, только там нужно сгруппировать все по степени важности для налаживания быта. Кроме того, опросить пассажиров на предмет выявления специалистов — ведь не одни же модельеры-визажисты-татуажники-коммерсанты туда-сюда летают, могут попасться и нужные кадры. А кадры, как говорили еще древние, решают все. Создадим что-то типа департаментов по разным направлениям деятельности, тут ничего выдумывать не надо. Распечатаем трюмы, погрузочно-разгрузочные механизмы есть… Перенесем на берег и тоже все опишем. Снимем с борта спасательные катера, приспособим для жилья. Часть моих людей будет заниматься поддержкой жизнеспособности корабля, а остальные займутся делами колонии.

— Из стюардов можно сформировать бригаду поддержания правопорядка, — подал голос Коваржек. — Главное — обеспечить дисциплину, причем самыми решительными методами. Найдутся ведь и такие, что встанут в позу — их везде хватает. С ними только жестко! Не хочешь работать — катись на все четыре стороны!

— Еще нужно бы курсы какие-то по подготовке специалистов, — добавила Маркасса. — Обучить хотя бы основам…

— Это непременно, — кивнул Обер. — Ну вот, капитан, и зачем нам это собрание, говорильня ненужная? Хоть мы в полете, хоть нет, вас воспринимают как руководителя. Ничего с толпой обсуждать не надо, вы должны отдавать распоряжения, а они — выполнять их. Только так! Иначе мы погрязнем в трясине слов. Железной рукой — и никак иначе!

— Вот я и говорю, дисциплина — это главное, — вновь вмешался Коваржек. — Разбить весь народ по направлениям деятельности, в бригады по десять — двадцать человек, и задачи ставить только командирам, а не всех собирать… Даже нет, не так! Роты объединить в батальоны, и общаться только с комбатами. Есть разница, собирать четыре тысячи — или четыре-пять десятков человек? Господин Обер совершенно прав: в наших условиях приемлем только командный метод. Иначе запаримся. И четкий распорядок дня! Чтобы каждый знал, чем он должен с утра до вечера заниматься. Подъем, завтраки-обеды-ужины — в одно и то же время, график работ и все такое. Все расписывать, и никаких поблажек. Кто будет отлынивать — снимать с довольствия. На сутки, двое — пока не поумнеет. О тех, кто сразу упрется, я уже говорил: не желаешь трудиться — топай куда хочешь. И никак по-другому! В этом залог успеха!

— Жестко, но разумно, — согласился Обер.

— Вот у нас кое-что уже и обозначилось, — сказал Хорригор. — Есть во всем этом одна очень позитивная сторона: хотели мы этого или нет, но нам представилась возможность положить начало цивилизации на этой планете.

— Отцы-основатели… — протянул Тумберг.

— Возможно, тут уже есть цивилизация, — заметил Макнери. — Воспользуемся вашим глиссером, Шерлок, поищем города. И кстати, хоть шансы и невелики, но почему бы не выйти на нем в космос? Может, в зоне молчания есть прорехи, и где-нибудь дальсвязь и пробьется…

— Да, шансы призрачные, — согласился следователь. — Но от таких попыток отказываться не стоит. Не сидеть же сложа руки.

— На поиски здешней цивилизации неплохо бы отправляться с оружием, — Коваржек погладил свою опустевшую кобуру. — Так надежнее.

— Лучше искать мирные контакты, — тихо произнесла Маркасса.

— Это понятно, — взглянул на нее постсержант. — Но получится ли? — Он вздохнул и неожиданно добавил: — И еще пиво надо научиться варить, без пива совсем беда… Запасов надолго не хватит.

Капитан подумал о коньяке и грустно покивал.

— Наделаем луки со стрелами, копья, — сказал Тумберг. Пиво его не очень интересовало. — Или излучатели инфразвука, очень действенная штука… А насчет структуры власти… Я хоть и за демократию, но в данном случае с Уиром согласен: не та ситуация, чтобы все вопросы решать голосованием, группировки разные создавать, партии… Это уже потом, в будущем. А сейчас действительно нужно ставить четкие задачи и добиваться их выполнения. Иного выхода у нас просто нет.

И вновь в каюте повисла тишина. Все призадумались, представляя, какой путь предстоит пройти, чтобы колония на этой планете не только выжила, но и стала основой цивилизации.

— Но собрание я все-таки проведу, — нарушил общее молчание Линс Макнери. — Коль вы за жесткую власть, считайте это моим единоличным решением. Дождусь сообщения от разведчиков и, если все в порядке, дам команду всем сходить на берег.

— Ваше право, капитан, — кивнул Хорригор. — Вы здесь главный.

Макнери повернулся к нему и вдруг усмехнулся и погрозил пальцем.

— Но только попробуйте устраивать против меня заговоры! Всех бунтовщиков скормлю местным акулам!

— И это будет правильно! — воскликнул Дунго Коваржек.

А капитан подумал о том, что в любом случае у него есть пухленькая голубоглазка Пинни Гро — так что жить можно…

Выход с борта корабля на берег продолжался довольно долго — никогда еще столько пассажиров сразу не покидало «Пузатик». Кроме того, три люка открыть не удалось, потому что механизмы не слушались команд операторов — вероятно, это сказывалось пребывание судна в космовороте. Людей он оставил в живых, а вот с аппаратурой церемониться не стал. Пассажиры группками и поодиночке слонялись по берегу под лучами теплого солнца. Кто-то ворчал, кто-то прикладывался к бутылке, кто-кто, разувшись, лез в волны, намереваясь освежиться в прибое. Таких Коваржек с руганью отгонял от воды, а кое-кого из числа особенно нетрезвых просто бесцеремонно вытаскивал за шиворот и уводил подальше. Вскоре на помощь ему пришли стюарды. Они, вооружившись электрошокерами, которые успели изготовить корабельные умельцы, редкими цепочками выстроились у кромки воды и с противоположной стороны песчаной дуги. Эта выгнутая к морю дуга скрывалась на западе за выступом берега, а на востоке подбиралась к невысоким горам. Вряд ли какой-нибудь местный зверь вздумал бы напасть на такое скопление двуногих прямоходящих, но осторожность никому еще не мешала. Многие из тех, кто бродил по берегу, пока не осознали всю плачевность ситуации и воспринимали эту остановку как неожиданное приключение, которое скоро закончится, и все вновь полетят туда, куда им надо. Возможно, кое-кто непроизвольно поставил в мозгах защитный барьер, чтобы не перегореть от такого осознания. Крепко выпившие вообще не врубились в происшедшее и с трудом соображали, где они находятся. Но вид многих пассажиров явно говорил о том, что они не рассчитывают на лучшее.

Стюарды принесли из ближайшего бара столик, с высоты которого капитан Макнери и собирался произносить речь. Он прокручивал ее в голове, прохаживаясь по песку, а неподалеку группкой стояли Маркасса, Обер и Хорригор. То и дело к капитану порывались подойти пассажиры, но их не пускали стюарды, оцепившие близлежащее пространство. Часть команды оставалась на корабле, продолжая заниматься восстановлением аппаратуры и разными послеполетными операциями.

Шерлока Тумберга тут не было. Выйдя из капитанской каюты, он не отправился вместе с другими вниз, к люкам, а пошел освобождать из заключения Станиса Дасаля.