#ракдурак. Мой внезапный старт новой жизни

Лучше вас самих в вашей голове никто не разберется. Как бы откровенны вы ни были с психологом, так, как самому себе, вы не сможете довериться никому. Любую ситуацию можно поправить, просто изменив свое отношение к ней.

После того дня, выяснив корень своей проблемы, я перестала плакать и страдать, чем в разы облегчила жизнь себе и окружающим. Да, не изменилось ровным счетом ничего: я не встала и не пошла в магазин, у меня не отросли волосы до колен и не появились лишние килограммы, более того, даже химиотерапия откладывалась еще на несколько недель. Зато я успокоилась, приняв ситуацию, и поставила себе краткосрочную цель – второй курс химиотерапии. И начала встречать лечащего врача улыбкой и словами: «У меня все хорошо».

Она была довольна не меньше меня.

Из дневника

Как настроить себя на позитив и избавиться от депрессии? Один самостоятельно не может настроиться на благополучный исход, у другого не получается помочь близким.

Успокойтесь, расшатанные нервы еще никому не шли на пользу. Ни для принятия решений, ни для здоровья. И вообще, чем вы спокойней, тем проще справиться с любой проблемой, а окружающим, в свою очередь, – помочь вам.

Возьмите себя в руки. Даже если все прямо так плохо, да и черт с ним, только вы решаете, плохо или хорошо. Вы можете управлять своим настроем и отношением к жизненным ситуациям. Обратите внимание на свое окружение, наверняка в нем есть вечно недовольные всем люди, и у них и вправду никогда ничего не получается. В то же время существуют и другие, к которым тянешься как к солнышку, потому что у них всегда все хорошо, с ними легко и приятно общаться.

Я рада тому, что встреча с психологом отложилась, так как получила время покопаться в себе. У вас тоже есть такая возможность. Если вы уже думаете над тем, чтобы обратиться к психологу, сядьте и расскажите сами себе все, что у вас на душе, подумайте, почему именно это вас тревожит и что вы можете изменить. Возможно, вы можете справиться с проблемой сами. Мне тоже стоило больших усилий признать, что это не судьба ко мне несправедлива и все вокруг виноваты, а это я слишком расслабилась.

Кстати, через некоторое время мои панические атаки прошли сами собой, без каких-либо медикаментов.

P.S.

Будьте честны сами с собой. Ответьте себе на вопрос: что меня не устраивает в моей жизни и что бы я хотел изменить? Если вы признаетесь себе в том, что вас и вправду не устраивает, помните, что в таком случае вы уже прошли полпути! Теперь нужно искать способы изменить ситуацию. можно начать с малого, и вы сами не заметите, как далекая когда-то цель внезапно окажется в двух шагах от вас.

План выживания в больнице

Я прожила в больнице около полугода. Именно прожила, каждый день пытаясь жить, а не посвящать свое время исключительно лечению. У меня была масса осложнений во время лечения. Изначально предполагалось, что я буду приезжать в больницу на неделю, делать химиотерапию, а затем уезжать домой на двухнедельный перерыв, но вышло все иначе. Меня не отпускали из больницы ни на день после операции, потому что я плохо переносила химиотерапию – примерно через неделю у меня полностью исчезали лейкоциты, а именно они отвечают за иммунитет. Из-за этого были нехорошие последствия операций. В таких условиях легко подхватить любую инфекцию и развивается она в разы быстрее, чем у здорового человека. К примеру, простуда легко могла перерасти в пневмонию. Кроме того, мой прооперированный кишечник то и дело давал о себе знать постоянными болями, особенно при низких лейкоцитах, когда снова начинались капельницы и обезболивающие. Схема моего лечения выглядела примерно следующим образом: химиотерапия, затем падение лейкоцитов, назначение стимуляторов упавших показателей, а они способствуют повышению температуры; определить, по какой причине это происходит на таких показателях, невозможно, поэтому следующий шаг – блок антибиотиков внутривенно, отчего вены страдают еще сильнее, чем от химиотерапии и, как следствие, снова появляются боли в животе, а это влечет за собой новые капельницы и очередные уколы. К следующему курсу химиотерапии я кое-как успевала восстановиться.

Когда живешь в больнице, вокруг образуется особый микромир, который очень отличается от обычной жизни.

Когда живешь в больнице, вокруг образуется особый микромир, который очень отличается от обычной жизни. Во-первых, у тебя практически не остается личного пространства: о каком уединении может идти речь, когда тут и соседка по палате, и врачи, и медсестры, и санитары, и студенты, и родственники пациентов, и множество людей, которые заходят в твою палату по несколько раз в день и, естественно, без стука. А с чего бы им интересоваться, можно ли войти? Ты же не дома. Для меня каждая минута одиночества стала глотком свежего воздуха.

Во-вторых, в больнице особенно сильно погружаешься в болезнь, такое впечатление, что она везде, в каждом уголке палаты, витает по коридорам и кабинетам врачей. Да что там говорить, все люди, собравшиеся в онкологическом центре, с так называемым душком болезни, потому что сюда не приходят просто так.

В больнице что ни разговор, то о болезни. Через некоторое время начинаешь разбираться в анализах, диагнозах, заключениях и лекарствах, хочешь ты этого или нет. Раньше я и понятия не имела о норме гемоглобина и лейкоцитов в крови.

В-третьих, появляется зависимость от больничного распорядка, который становится абсолютной нормой, например, сдача крови минимум раз в неделю. Я могла, еще полностью не проснувшись, пойти сдать кровь в соседний кабинет, а потом вернуться и уснуть снова.

Появляется ощущение, что без постоянного контроля врачей жизнь слишком опасна. Над каждой кроватью в палате есть тревожная кнопка вызова медсестры, и ты настолько привыкаешь, что на любое «болит» мгновенно реагируют, что не понимаешь, как дальше жить без этого.

Из дневника

Я чувствую себя лучше, только аппетита нет и кончик языка онемел от лекарств, но это все мелочи. Если сегодня снова будет температура, назначат более сильные антибиотики. Температура, уходи-и-и!

Пришел дежурный врач, говорит:

– Ты как?

– Да ничего!

– Ничего хорошего, да?

Вчера я неистово захотела сгущенки, но она в железной банке, а открывашка неудобная и сил нет, в общем виноваты все, кроме меня. Пришлось проявить смекалку, найти в списке палат мужскую фамилию и пойти туда искать помощи. Сгущенку мне открыли, мы даже познакомились с этим мужчиной и чуть поболтали. Как чудесно принимать помощь, даже если это просто мелочь.

Моя палата под символичным номером «7» была особенной для меня, она как живая, видела мои слезы радости и боли, маленькие и большие победы и каждое поражение. Для меня палата была своеобразным домом. Все относились ко мне как к «бывалой», одной из немногих, кто не покидает больницу до окончания лечения. Когда живешь в больнице, невольно считаешь палату своей, но ее приходится делить с абсолютно чужим человеком. Одно дело – пожить с незнакомым человеком пару недель, и совсем другое, когда у тебя каждые две недели новые соседи и они выздоравливают, а ты остаешься и тебе нельзя выбраться даже на прогулку.

Моя палата под символичным номером «7» была особенной для меня, она как живая, видела мои слезы радости и боли, маленькие и большие победы и каждое поражение.

За все время моего нахождения в больнице у меня было восемь соседок, и все такие разные и по возрасту, и по характеру. У всех свои привычки, болезни и даже распорядок дня. Чтобы было легче, я всегда пыталась помнить, что это больница и мы здесь, чтобы лечиться. Приходилось терпеть некоторые моменты и им, и мне.

Я очень долго держалась, потребность в личном пространстве особенно остро почувствовалась к окончанию лечения. Иногда я уходила на целый день в коридор, там мне было комфортнее, порой даже дремала на диване. Надо сказать, все относились с пониманием к моим посиделкам в коридоре. Когда выпадали периоды без соседей, меня много раз спрашивали, не скучно ли мне одной в палате, и моим ответом всегда было твердое «нет». Я легче переживаю свои беды в одиночестве, и мне всегда было чем заняться.

Из наблюдений за своими соседками могу сделать вывод, что наше отношение к окружающему миру возвращается к нам подобно бумерангу, мы получаем только то, что хотим, только то, что уже «нарисовали» в своем подсознании. Я слышала массу упреков в адрес сотрудников больницы: и медсестра злая – хамит, и врач не компетентен. Хотя я ничего такого не замечала. Ни разу не столкнулась с грубостью, напротив, со мной все были очень приветливы. Кроме того, не стоит забывать, все мы люди, на отделение в 50 человек всего четыре медсестры, каждому нужно поставить капельницу, а возможно, и не одну. Если все нормально, зачем требовать к себе лишнее внимание? Надо стараться трезво мыслить и точно оценивать свое состояние.

Из дневника

В больнице я довольно давно, на днях видела одну из своих бывших соседок. У нее ремиссия! Пришла закрыть больничный. Так здорово кого-то поздравлять с этим событием, это даже круче, чем день рождения, Новый год, день свадьбы и все такое!

Я спросила: «И как?», она ответила: «Здорово, но непривычно, не могу близко контактировать с людьми, есть остатки страха, что можно заразиться!» Сказала, что здоровается с людьми только за руку, никаких поцелуев и объятий.

Она первая из посторонних людей, с кем я разговаривала про болезнь, с ней это как-то легко получилось. Так хочется рассказать про события вне больницы, но их нет, как и моих лейкоцитов.

Разговаривала с мамой про моих соседей, говорю, хорошие все такие, а мама так как-то просто: «А в больнице, походу, все люди хорошие». Знаете, и жутко так стало от этой фразы. Понимаете, тут, правда, плохих нет.

Страх присутствует у всех, это вообще нормальная реакция на такого рода ситуацию.

Наше отделение было очень дружным. Я знаю многих ребят, которые лечились, почти всех я проводила из больницы в счастливую ремиссию. Они покидали отделение, но каждую неделю поступало все больше моих ровесников.

Страх присутствует у всех, это вообще нормальная реакция на такого рода ситуацию.

В больнице особая энергетика, там редко кто отказывает в помощи, чаще всего проявляют заботу друг к другу. Там надо побывать, чтобы понять: это место, где лечат от смертельной болезни не только тело, но и душу. Так начинаешь ценить все то, о чем в повседневной жизни мы часто забываем.

Во всем есть свои плюсы. Я научилась находить их в любой, даже самой неприятной ситуации, старалась во всем видеть закономерность и понимать, что даже если события развиваются не так как надо, то так нужно. За период лечения любые возникающие обстоятельства или появляющиеся новые люди меня чему-то научили. Я словно смотрела на жизнь, будучи всего лишь ее зрителем. У меня возникали осложнения и боли, соседки по палате, с которыми непросто было ужиться, а также ограничения во всем, в том числе в личном пространстве. Я забывала, что такое «больно» (как понять, пора ли пожаловаться, если больно все время?) и «не хочу», я ничего не могла, но признавалась в этом очень редко. Я дала себе установку, что у меня все всегда нормально, и даже жалуясь родным и видя, что они расстраиваются, я заставляла себя собраться – раз уж я решила быть сильной, надо быть такой до конца.

Моя жизнь стала абсурдом, я перестала общаться практически со всеми, легенды о том, где я и чем занимаюсь, стали просто бредовыми.

О моей болезни по-прежнему знали только близкие люди. Мне не хотелось, чтобы кто-то со стороны наблюдал за тем, как я буду выживать, ведь положительного результата мне никто наверняка обещать не мог.

При этом было несколько причин, чтобы собраться с мыслями и рассказать всем, что я болею.

Во-первых, моя жизнь стала абсурдом, я перестала общаться практически со всеми, легенды о том, где я и чем занимаюсь, стали просто бредовыми. Я чувствовала, что перестаю жить, пора было признать болезнь как часть своей жизни.

Во-вторых, я была настроена только на выздоровление – а что может быть лучшей мотивацией для самой себя, чем пообещать всем знакомым обязательно выздороветь?

В-третьих, мне было что рассказать, срочно требовалось поделиться тем, что у меня на душе, показать на своем примере, как мало нужно для счастья.

Я привыкла к жизни в больнице, убедила себя в том, что это нормально, поэтому чувствовала минимальный дискомфорт.

Я не пожалела, что рассказала о болезни. Да, были и те, кто, как я боялась, сразу меня «хоронили», спрашивали, есть ли хоть какая-то надежда на выздоровление. Это не особо приятно, но я никого не виню. Люди очень мало знают о раке, о том, что это не всегда означает летальный исход и что многие выздоравливают и живут счастливой жизнью.

Рак – не приговор.

Болеть – не стыдно.

Я получила колоссальную поддержку в своем блоге в Инстраграм, а еще приятнее было, когда люди говорили о том, что я их вдохновляю.

Если вы болеете, это не значит, что вы чем-то хуже других. На вашем пути возникло колоссальное препятствие, но это ни в коем случае не означает, что нужно стать затворником. Продолжайте жить, общаться с друзьями и заводить знакомства, болезнь – это временное недоразумение, потому что она излечима.

Я привыкла к жизни в больнице, убедила себя в том, что это нормально, поэтому чувствовала минимальный дискомфорт. Научилась принимать все как должное, признала, что химия – это не «отрава», поступающая мне в кровь, дренажи – не «дурацкие трубки», катетер в бедре – не «дырки в ноге», напротив, все эти вещи спасают мне жизнь и самое лучшее для меня. Я ждала каждой химии чуть ли не как праздника, я любила все уколы, я знала, что благодаря им я на шаг приближаюсь к выздоровлению.

Из дневника

Сдала кровь. Вены снова функционируют, сегодня эта процедура, как и в былые времена, не потребовала особых усилий.

Слава богу, я всегда относилась спокойно к процедуре сдачи крови из пальца или из вены. Но, если честно, я никогда не думала, что буду когда-либо сдавать ее так часто! Иногда кровь берут каждый день.

Очень плохо, что я так редко бываю на воздухе, но от прогулок я заболеваю, а без них я плохо сплю и показатели падают. Замкнутый круг.

Я видела тех, кто очень любит болеть. Знаете, такие люди, которым говоришь, что приболел, в ответ пытаются «переплюнуть» твою болячку. У меня была такая соседка, которая перенимала все мои «болит». Например, в один из курсов химиотерапии у меня упали лейкоциты, а на следующий день напала такая слабость, что я не могла открыть глаза, казалось, каждая ресничка на моих глазах весит тонну. Дежурная врач с порога поняла, что что-то не так: «Лен, ты как?»

Не стоит сравнивать себя с соседями по палате.

Я что-то промычала и уснула, точно зная, что надо просто отлежаться и завтра станет легче. Мне сделали укол, стимулирующий рост лейкоцитов, а от него зачастую начинают болеть кости – лейкоциты генерируются как раз в костном мозге. Так вот, моя соседка якобы почувствовала ровно те же симптомы и самозабвенно жаловалась на них врачам и родственникам, а когда на следующий день пришли ее анализы крови, оказалось, что все показатели в норме. Симптомы, естественно, тут же прошли. Не стоит сравнивать себя с соседями по палате: у всех разные и организмы, и реакции на препараты, я знаю тех, кто и не замечал химию, у кого не падали показатели лейкоцитов вообще. Меня так стращали большим количеством побочных эффектов вроде стоматита, тошноты, плохого самочувствия, но скажу честно, если бы не прооперированный живот, который жутко болел от химических препаратов и антибиотиков, я бы вообще не жаловалась и самым страшным стало бы выпадение волос.

Меня забавляют люди, которые привыкли обращать внимание на мелочи. Во время лечения даже падение лейкоцитов до нуля можно спокойно пережить, отлежавшись пару-тройку дней. Я понимаю, что все люди разные, и болевой порог и восприятие лекарств тоже разное. Но, если убедить себя, что от химии тошнит, от нее обязательно будет мутить.

Я видела множество больных, которые убеждали себя в плохом самочувствии. Врачи не рассказывают о побочных эффектах химиотерапии, чтобы пациенты «не искали их в себе», считаю это правильным. У страха глаза велики, от незнания можно надумать себе все что угодно.

Врачи не рассказывают о побочных эффектах химиотерапии, чтобы пациенты «не искали их в себе».

Когда мне назначили первое переливание крови, медсестра установила капельницу с кровью и села напротив меня, чего она обычно не делала.

– А вы следить за мной будете? – Я не понимала, зачем это нужно.

– Да, так нужно. Какие ощущения? Подушечки пальцев не колет? – Она сидела с очень серьезным лицом.

– Не знаю, колет вроде, но это уже давно… – у меня очень сохли руки от постоянного лежания, и в пальцах действительно были неприятные ощущения, но началось это раньше.

– Так колет или нет?

– Да-да, колет, а что?

– Это была проверка, отвлекающий маневр! В спину не стреляет? – и смеется.

– Нет, все в порядке!

Потом у нас с ней была своя шутка, когда она ставила мне капельницу, всегда спрашивала: «Как пальцы?»

Самоубеждение – это мощнейшее оружие, против которого бессильно почти все на свете! Убедите себя сами в чем угодно, и целая вселенная выстроит все так, как нужно именно вам. Не знаю, как этот механизм работает, но результат гарантирую. Во всяком случае примеров масса. Я как-то встретила в больничном коридоре подружку, она готовилась к четвертому курсу химиотерапии, которую плохо переносила. Я ей пообещала, что все будет хорошо: «Вот посмотришь, этот курс химиотерапии перенесешь легче всех!» И она нормально чувствовала себя на протяжении того курса! А благодаря кому? Правильно, себе! Она постаралась поверить в мои слова, и все получилось.

Я прошла шесть химиотерапий, и каких только приключений за это время со мной не случалось, ко мне даже приходили врачи чуть ли не всем отделением. Однажды, как раз когда мой лечащий врач ушла в отпуск, я навела там «шороху». У меня на фоне низких лейкоцитов разболелся живот, да так сильно, что приходилось ставить обезболивающее по три раза в день, а ночи я вообще не спала. Опасаясь осложнений, ко мне в палату чуть ли не каждый день приходил хирург:

– Елена, вы прямо жить без меня не можете! – Голос доносился уже из коридора.

– Не поверите, я то же самое хотела вам сказать! – И смеемся, хотя мне больно до слез.

Я прошла шесть химиотерапий, и каких только приключений за это время со мной не случалось, ко мне даже приходили врачи чуть ли не всем отделением.

Позже, когда я пришла к нему на консультацию, он признался:

– Меня заведующий вашего отделения все время пытался подтолкнуть к повторной операции, но я вас отвоевал, сказал, что она вам не нужна! Давайте скорее переставайте болеть!

– Все-все, у меня больше ничего не болит, никаких операций! – Идея с операцией мне совсем не нравилась, поэтому пришлось в очередной раз убеждать саму себя, что все в полном порядке.

Как же часто что-то во время болезни меня расстраивало! Позже, когда я уже понимала, для чего это случалось, происходящее действительно шло во благо! Каждое событие имеет свою причину и следствие, почти каждый удар нас чему-то учит, а чем больнее бьет, тем лучше запоминается. Поэтому, когда что-то шло не по моим планам, я уже не расстраивалась, а думала: «Интересно, это для чего?»

Как известно, лучший способ научиться плавать – это быть брошенным в воду, тогда есть всего два варианта: плыть или пойти на дно. Так и заболеть раком: то ли собраться и победить, то ли… Хм, даже говорить не буду про этот вариант.

Зато если уж все получится, то напрочь отбивается чувство страха. Все наши страхи – это рамки и запреты, которые мы сами придумываем.

Не ждите чего-то, что начнет учить вас, диктуйте жизни свои правила! И помните, каждый конец – это всегда начало нового!

P.S.

Улыбайтесь. Каждое утро, перед тем как встать не с той ноги, перед тем как окунуться в повседневную суету, перед тем как у вас будет миллион шансов испортить себе настроение, улыбайтесь. Предотвратите все плохое на корню, просыпайтесь каждый день с мыслью о том, что у вас хорошее настроение, что вы прекрасно выглядите и здоровы, что вас ждет прекрасный день, насыщенный самыми лучшими событиями. Очень скоро вам уже не придется придумывать себе хорошее настроение, оно станет неотъемлемой частью вашей жизни.

Как помочь заболевшим близким

Как я уже рассказывала, с самого начала болезни рядом со мной было несколько близких людей, вместе с которыми мы прошли этот путь и которые поддерживали меня каждый раз, когда я психологически ломалась. Затем, уже с момента моего признания в социальных сетях, людей вокруг меня с каждым днем становилось больше. Теперь я хочу поведать о том, что следует говорить и делать, если вы хотите помочь своим заболевшим близким.

Кто-то из ваших близких столкнулся с такой неприятной болезнью, как рак? Конечно, лечение будет далеко не веселым приключением, но это и не конец жизни!