Чем меньше, тем больше! Метод «клейкой ленты» и другие необычные постулаты успешного воспитания

ПРИМЕНЕНИЕ КЛЕЙКОЙ ЛЕНТЫ

Если вы чувствуете, что у вас с ребенком назревает ссора в общественном месте, категорически необходимо извлечь из глубины души все закипающие там отрицательные эмоции и крепко-накрепко приклеить их к сиденью машины, подкладке кошелька, ближайшей стене… Они могут быть где угодно, только не на вашем лице и не в вашем обращении с ребенком. Перед тем как в очередной раз отправляться куда-нибудь вместе, составьте план действий на случай скандала и предупредите ребенка, что, если он будет плохо себя вести, вы немедленно уйдете и попробуете сходить как-нибудь в другой раз. Тогда, если ребенок все же решит вас проверить, вы уйдете, может быть, и не завершив дела, но спокойной, поскольку отрицательные эмоции – все это возмущение, раздражение и «я сейчас сорвусь» – будут лежать надежно приклеенными там, где вы их оставили.

Ни маме, ни ребенку, ни немногочисленным посетителям магазина этот спектакль не доставляет ни малейшего удовольствия. Но почти всем он так или иначе знаком. И, каков бы ни был финал, мама всегда чувствует, что сегодня потерпела поражение.

Сколько я ни видела подобных представлений, ни одно из них не заканчивалось удовлетворительным образом ни для родителя, ни для ребенка. Случается ли скандал в магазине, на футбольном поле, в школьном коридоре, у врача, в гостях у родственников, при примерке новых ботинок, надевании тяжелого зимнего пальто, намазывании солнцезащитным кремом и в любых других обстоятельствах, он всегда выматывает всех участников. Совершенно ясно, что родители эмоционально, а часто и физически, вовлечены в безобразие, которое я называю «дешевым фарсом».

Как любят говорить ведущие моего любимого кулинарного шоу, давайте «разложим этот сценарий на компоненты» и посмотрим, не удастся ли нам вскрыть, что же действительно происходит, найти решение для кратких вспышек и исследовать долговременные стратегии, которые помогли бы вообще снять проблему.

В следующий раз пропускаем действие и переходим сразу к антракту

Возможно, вам приходилось чувствовать себя заложником несвоевременного «сценического дебюта» собственного ребенка и по колено увязать в болоте скандала еще до того, как вы сообразили, что происходит. Момент «скатывания» в скандал действительно сложен, и часто он бывает ключевым.

Действие первое: вовлечение и развлечение – но мы-то знаем, к чему все идет

Если у вас в семье случались скандалы, то вы знаете, как это бывает. Сцена может начаться на ровном месте, при переходе от одного занятия к другому или изменении скорости, а также в любой момент, когда ребенок в чем-то с вами не согласен. Только что казалось, что все хорошо, и вдруг голос и поведение ребенка меняются на глазах. Вы видите, что он расстроен, обижен, взвинчен и рассержен, стал болтливым и капризным. Вы изо всех сил стараетесь предотвратить назревающую сцену, пока еще не поздно, но обычные «пластыри» не действуют, и через долю секунды ребенок уже на полу, забился под стул, вырывается и убегает – словом, начинает свое представление. И сцена готова.

Действие второе: от участия зрителей становится только хуже

Нет никаких причин уговаривать ребенка, чтобы он перестал делать то, что делает (скандалить, прятаться, хныкать, плакать, кривляться и т. д.), кроме вашего желания избавиться от неудобства, которое ребенок вам этим доставляет (или вот-вот начнет доставлять). В действительности всякий раз, когда родители пытаются вмешаться и как-то повлиять на скандалящего ребенка, я спрашиваю их – зачем? Скандал сам по себе никому не вредит, ничего плохого не происходит. Конечно, вам неловко, но фактически скандала без аудитории нет. Когда родители начинают уговаривать и урезонивать ребенка, то, что могло бы закончиться в считаные минуты, обычно отнимает значительно больше времени – и нервов. Чем больше внимания, тем хуже.

Проверьте и выясните: что будет, если уйти?

Есть верный способ узнать, дает ли ребенок «концерт по вашим заявкам» или у него действительно что-то неладно и он нуждается в вашей помощи и внимании.

В следующий раз при первом признаке скандала просто выйдите из комнаты. Если ребенок пойдет за вами, значит, представление адресовано вам. Если не пойдет, но начнет кричать громче, чтобы вы его все равно слышали, – тоже. Если начнет кричать громче, а потом ворвется туда, где вы находитесь, – да, это все для вас!

А вот если ребенок продолжает, не глядя в вашу сторону, он может быть действительно расстроен чем-то, чего вы не понимаете. Тогда стоит попробовать его обнять и поцеловать. Я знаю, что многим родителям кажется немыслимым посадить к себе на колени ребенка, который только что на них злобно шипел или шипит прямо сейчас, но подумайте вот о чем: ребенку нужно оказаться у вас на коленях именно тогда, когда вы меньше всего к этому склонны. Когда дети скандалят, они решают имеющуюся у них проблему наилучшим из известных им способов, помня, что до сих пор им удавалось либо надолго завладеть вашим вниманием, либо получить желаемое. Чтобы ребенок переменился, вы должны думать и действовать иначе. Поэтому попробуйте приласкать ребенка и посмотрите, что получится, – может быть, он расслабится, прильнет к вам и заплачет слезами облегчения.

Проверьте и выясните: кто хочет мороженого?

Другой вариант – отвлекающий финт. Вы как бы между прочим объявляете: «Мне совершенно необходим рожок мороженого. Кто бы со мной за ним сходил?» – а затем смотрите, сколько времени потребуется деточке, чтобы осушить слезы, обуться, прекратить паясничать и переключиться на мороженое. Если немного (заметьте, это не подкуп, а нечто прямо противоположное), значит, представление было в вашу честь. Помните – эмоции длятся семь секунд. Если не верите, попробуйте представить себе, что вы на что-то страшно рассержены, очень злы, и тут узнаёте, что ребенок пропал или собака поранилась. Что произойдет – гнев сохранится или исчезнет? То же и здесь. Ребенку просто нужно подумать о чем-нибудь другом, и, если его легко таким путем отвлечь от гнева, этот гнев не настоящий.

Если ребенок не отвечает, можно повторить то же самое с объятиями и поцелуями.

Второе действие перемещает родителей из зрительного зала на сцену и делает их участниками представления. Их реакции, попытки воздействовать уговорами, просьбами, обещаниями, угрозами, готовность выбросить белый флаг и принять требования ребеночка с опухшими от слез глазками – все это придает спектаклю дополнительный драматизм. Родители считают своим долгом досмотреть представление до конца и, хотя отчаянно пытаются его остановить, сделать ничего не могут, потому что не имеют ясного представления, как действовать, и не уверены в успехе. К моменту, когда все заканчивается, и родители, и дети чувствуют себя самым паршивым образом, тем и другим кажется, что они сделали какую-то глупость. О прогрессе не может быть и речи – вряд ли мама думает, что сумела справиться с ситуацией лучше, чем в прошлый раз.

Действие третье: Браво! Приз получает кривое зеркало действительности

Второе действие закономерно сменяется третьим, в котором родители захватывают сцену, надевают маску и какое-то время изображают для ребенка, как на его выкрутасы будет реагировать окружающий мир.

Только мама с папой способны поставить для ребенка этот немыслимый спектакль и тратить многие часы, разными хитроумными способами убеждая чадо сойти со сцены и вернуться в реальный мир. А реальный мир тем временем движется себе вперед, не замечая одних представлений и оставляя в стороне другие.

Включаясь в дешевый фарс, мы начинаем играть в нем окружающих и как бы говорим ребенку: «Солнышко мое, все остальные будут к тебе так же снисходительны, как я». Это неправда: в реальности ни один человек в мире, кроме нас, не согласится отдать дань такому представлению. Случайный свидетель детского скандала – я тоже – просто пройдет мимо, пожелав участникам всего хорошего, и не задержится ни на секунду. Конечно, мы хотим, чтобы ребенок не страдал, но в глубине души понимаем, что здесь не происходит ничего «плохого» – худшего, чем неудобство для родителей или их смущение из-за неспособности справиться с ребенком.

Настоящий долг родителей – дать детям верное понятие о том, чего можно ожидать от окружающего мира в ответ на скандальное поведение. Благодарного зрителя для своих глупых представлений они там не найдут. Это еще один случай, когда мы изо всех сил стараемся усмирить хаос, для развития которого на деле сами же и подготовили условия. (Похоже на поливку сорняков, верно?)

В следующий раз, когда вы почувствуете, что готовы включиться в такую сцену, спросите себя – а как отреагирует окружающий мир? Подсказка: никак, просто пойдет дальше своей дорогой.

Опустите же занавес! Сколько можно давать это представление?

Скажу по секрету, что за годы работы с семьями мне удалось выявить пять главных причин, по которым родители продолжают покупать билеты в первый ряд на «концерты», от которых один вред. Другие причины тоже есть, но именно эти пять возникают снова и снова.

Вы вызываете этих «артистов» на бис по следующим причинам:

1. Нельзя же игнорировать собственную дочку, когда она скандалит: это вообще неправильно и очень некрасиво по отношению к окружающим. Девочке вы, по сути, говорите – можешь продолжать в том же духе, все в порядке. На самом деле вам неловко перед окружающими – они же подумают, что вы не умеете справиться со своей маленькой негодницей!

2. Родитель не имеет права оставлять ребенка в опасной ситуации, а бросаться на пол опасно – ребенок ведь может ушибиться или кого-нибудь ушибить. Родитель обязан помочь ребенку понять, как правильно вести себя в такой-то и такой-то ситуации. На самом деле вы чувствуете себя страшно глупо: ребенок на полу – как рыба, вытащенная из воды, и вы не в своей тарелке из-за переполняющих вас отрицательных эмоций. Скандальное поведение на публике следует прекратить во что бы то ни стало.

3. Нельзя игнорировать расстроенного ребенка, потому что тогда он не научится находить другие решения своих проблем. На самом деле в расстроенных чувствах думать вообще невозможно, и нет ни малейшего шанса, что кто-нибудь придет к какому-нибудь решению.

4. Боже мой, что подумают обо мне люди, если мой ребенок начнет сквернословить, а я буду делать вид, что ничего не происходит? На самом деле, беспокоясь, что окружающие строго осудят вас за «спектакль», вы именно по этой причине чувствуете необходимость в него включиться.

5. Ребенку в таких случаях реально необходима моя помощь, и, если уйти, это будет выглядеть для него так, как будто я его не люблю. На самом деле вы не хотите, чтобы ребенок на вас всерьез разозлился, – кто знает, что тогда произойдет? Не исключено, что он начнет скандалить еще громче, а ваше внимание его хотя бы утихомирит.

Разорвать порочный круг: семейной сцене – семейный антракт

Практически невозможно разорвать круг, не выйдя из него, не изменив свою позицию и образ мышления по отношению к тому дешевому фарсу, который разыгрывают перед нами дети. Поэтому, если нужно, перечитайте первую часть этой главы.

Помните о следующем:

• Дешевый фарс разыгрывается без злого умысла. Дети – отличные актеры, а вы следуете сценарию до самого финала.

• Чем сильнее вы стараетесь стащить ребенка со сцены, тем больше способствуете продолжению спектакля.

• Окружающие, которые увидят и осудят, через пять минут потеряют для вас значение, поэтому слишком много чести для них – беспокоиться об их мнении. Спектакль им в любом случае достается, вы же в одном случае выглядите несколько смущенной, но в целом невозмутимой, в другом – активно подыгрываете ребенку, помогая ходу представления.

• Решившись разорвать круг, вы откроете много новых видов коммуникации. Лишившись возможности привлечь ваше внимание с помощью прежнего метода, дети найдут другие способы вас заинтересовать.

• Если убрать проявления собственных эмоций, такие как видимое огорчение или физическая реакция, вы сможете яснее видеть ситуацию, оставаясь эмоционально чистым и одновременно открытым в этом отношении для детей.

• Очистите свою голову и поверьте: не важно, что скажут окружающие, а ребенок разыгрывает дешевый фарс. Как только вы скажете это вслух и встанете на соответствующую точку зрения, вам станет намного проще воздержаться от участия в следующем представлении.

Упражнение «Достань клейкой ленты, милый, мне не надо больше сцен»

Когда вы направляете все силы на то, чтобы остаться в стороне от дешевого фарса, полезно иметь под рукой памятку о том, как действовать. Вот пять хороших приемов, которые помогут вам не номинироваться на «Оскар» за лучшую роль второго плана.

•  Игнорировать. Клейкая лента – на ушах. Что? Я тебя не слышу, и эмоций тоже не испытываю.

•  Выйти из игры. Приклейте свои джинсы к стулу и, как бы дочка ни бесилась, не беситесь заодно с ней. Сама справится.

•  Ни с места. Приклейте туфли к полу; не ходите туда, где скандалит ребенок, и не включайтесь в представление.

•  Заклеить веки. Лента – на закрытых веках (не буквально, конечно, а то можно остаться без ресниц). Этот спектакль не заслуживает того, чтобы его смотрели

•  Сохранять спокойствие. Приклейте к шее пакетик льда. Если вы позволите себе разгорячиться, то попадетесь, даже ничего не сказав. Спокойствие, мамочка, и еще раз спокойствие.

Есть и другие проверенные временем методы, не связанные с использованием клейкой ленты, но не менее эффективные.

•  Сделать ловкий отвлекающий финт. «Ой, я забыла тебе сказать. Посмотри, пожалуйста…», «Погоди, ты уже спрашивала меня о…», «Ой, я вспомнила, куда засунула пятновыводитель!». Заговаривайте на какую-нибудь другую тему.

•  Надеть наушники. Когда мои дети затевали ссору друг с другом, я надевала наушники и начинала танцевать. Им тут же хотелось завести свою музыку, и назревающий скандал оказывался забыт.

•  Отговориться. Скажите: «Знаешь, мне нужно на минуточку отлучиться». Выйдите в туалет или принесите вина, чаю или еще чего-нибудь, затем усядьтесь поудобнее и получайте удовольствие.

•  Попросить о перерыве. Скажите: «Слушай, я понимаю, что ты не закончил, но я хочу поцеловать папу. Сейчас поцелую, вернусь, и ты продолжишь». Вернитесь вместе с мужем – спектакль гарантированно будет сорван.

•  Оборвать представление и отправиться за мороженым – или за чем-нибудь еще. Уходите влево, вправо, вверх, вниз – главное, чтобы подальше от сцены. А если «передвижной театр» последует за вами, выведите его во двор, потом в гараж, потом вернитесь с ним на террасу. Через какое-то время детям это надоедает, и они находят себе другое занятие. Когда вы в следующий раз услышите звонок на спектакль, загляните в эти записи и вспомните, что в представлении можно и не участвовать. Конечно, дети будут шуметь еще громче и стараться изо всех сил, но, убедившись, что это не работает, они с радостью оставят мечту заслужить «Оскар» за актерское мастерство ради более содержательного общения с вами.

Дети невероятно гибки и обладают способностью оставить тактику, когда она не дает эффекта. Дешевым фарсом они пользуются для совершенно конкретных целей:

• Просто завладеть вашим вниманием: они по опыту знают, что лучший способ для этого – изображать стеснительность, скандалить, смущаться, копаться, кривляться и т. д.

• Продемонстрировать свою власть: когда представление уже началось, все глаза устремлены на них, и от них зависит, что будет дальше.

• Отомстить за какую-то обиду: скажем, если вы ненамеренно уязвили его самолюбие, обращаясь с ним как с маленьким и все решая за него, он в ответ может смутить вас на публике, изобразив перед всем светом «непослушного ребенка».

• Выразить протест. Возможно, ребенок чувствует, что не способен жить по стандартам, принятым в семье, и что у него ничего не получается, но из-за недостатка уверенности не решается попросить помощи. Не умея выразить ощущение собственной никчемности, дети прибегают к дешевому фарсу как к способу отвлечь внимание домашних от своих недостатков и привлечь его к собственной персоне.

Когда мы не вскакиваем сразу с места (из-за чего все становится только хуже), а позволяем себе минуту подумать о том, что за спектакль перед нами разворачивается и какова его цель, становится понятнее, какую реальную помощь мы можем здесь оказать ребенку. Дистанцировавшись от ситуации и посмотрев на нее свежим взглядом, можно определить, какое сообщение пытается передать ребенок. Из приведенных ниже рассказов вы узнаете о способах и возможностях помочь детям в решении проблем, переживании неудач, установлении с родителями связей, обходящихся без «представлений».

Выход из театра: записи родителей

Ниже приводится несколько подлинных текстов от родителей, которые «выписались из зрителей», так что представление в трех действиях не состоялось.

Игнорировать

Я несколько недель набиралась храбрости, прежде чем смогла перешагнуть через истерику ребенка, но уже через считаные дни истерики пошли на убыль. Прошел год, и сейчас моему четырехлетнему сыну и в голову не приходит закатить истерику, а если он плачет, то, значит, подавлен, разочарован или переутомился и не может справиться с ситуацией. В такие моменты я ему сочувствую, могу встать на колени, заглянуть ему в глаза и сказать спокойным ласковым голосом: «Понимаю, пора заканчивать. Пошли домой». Эти вспышки сигнализируют мне о состоянии ребенка, их не требуется «исправлять». Бывает ли, что кто-то смотрит на нас с неодобрением? Да, конечно. Но я об этом не беспокоюсь, потому что личико сына для меня затмевает все прочие лица.

Заклеить веки (отвернуться)

Недавно мои дети, шести и трех лет, завели себе манеру ссориться за обедом. Они дразнили друг друга, таскали друг у друга еду и неизбежно доходили до настоящих гадостей. Я пыталась говорить с ними о том, что надо хорошо относиться друг к другу; когда это не действовало, грозила оставить без телевизора. Пыталась разделять их – за стойку и за стол, – но они перекрикивались через всю кухню. Временами я выходила из себя, читала им длинную нотацию, срывалась на крик, выбрасывала еду в мусорное ведро и отсылала их сидеть по своим комнатам, пока я не позову. На самом деле это значило – пока я не приду в себя и не почувствую себя виноватой перед ними за свою вспышку.

Несколько дней назад, когда все было спокойно, а время обеда еще не наступило, мы вместе поговорили о том, что происходит и что с этим делать. Я сделала несколько смешных предложений, но в конце концов дети решили, что, если они начинают ссориться, я рассаживаю их по противоположным концам стола, а если они и тогда не перестают, обед для них на этом заканчивается. Мы пожали друг другу руки и поздравили себя с успешным заключением соглашения.

В тот день обед прошел спокойно, а назавтра они опять взялись за свое. Я, не произнося ни единого слова, пересадила их на противоположные концы стола. Они все равно продолжали ссориться, поэтому я забрала их тарелки и тихо отправила содержимое в мусорное ведро. Шестилетняя дочка завизжала, швырнула на пол гроздь бананов, потом убежала в гостиную, стащила там все подушки с дивана и взвыла во всю мощь своих легких.

Я продолжила дела на кухне, привела там все в порядок и позвала детей помочь мне готовить печенье. При этом я разговаривала спокойно и ни словом не упомянула произошедшее за обедом. Дочка постепенно прекратила завывать, тихо пришла на кухню и попросила разрешения добавить в миску следующий ингредиент. Разумеется, я ответила согласием, и следующие полчаса мы месили, пекли и ели печенье.

Рада сообщить, что всю последнюю неделю трапезы у нас проходят приятно и без всяких ссор. Интересно (хотя это, наверное, очевидно), что дети вообще стали меньше ссориться. Я практикуюсь в игнорировании ссор, соблюдении соглашений и переходе к очередным делам. Не читаю нотаций, не кричу на детей, не отсылаю их прочь, не чувствую себя эмоционально опустошенной и не обращаю внимания на ссоры, или, по выражению Вики, «дешевый фарс». Мне кажется, в реальном мире, если ты попал в комнату, где два человека ссорятся, надо либо встать и уйти, либо игнорировать их и заниматься своими делами. Так мы и стараемся поступать.

Выйти из игры

Я вся извелась из-за просьб дочери сделать для нее то-то и то-то, потому что сама она якобы «стесняется», перепробовала все, что только могла, уговоры надоели мне до тошноты. Но ничего не выходило, девочка по-прежнему «стеснялась». И в какой-то момент я пришла к выводу, что если не хочу искалечить ее на всю жизнь, то должна любым путем прекратить эту комедию. Однажды мы были на карнавале, и один из распорядителей дал ей палочку с лентами. Она не то что спасибо не сказала – даже не взглянула на него, а потом подошла ко мне, посмотрела заискивающе и сказала: «Мама, мне хочется меч с алмазом в рукоятке! Попросишь дядю обменять мне палочку на меч?» Я ответила не сразу, потому что надо было собраться с мыслями, а дочка продолжала: «Мама, ну ты же знаешь, какая я застенчивая, ну пожалуйста, ну попроси, хорошо?»

Сценарий, в котором я уступала, разыгрывался в нашей жизни постоянно, и было очевидно, что, следуя ему, я не получу ни лучшего контакта с ребенком, ни идей о том, как действовать в следующий раз, ни уверенности. Так что я решила его не повторять и произнесла очень ласково, но твердо: «Нет, я не пойду к этому замечательному человеку, а ты сама можешь подойти к нему и его попросить». Несколько секунд на ее лице читался настоящий шок – ведь она никогда не слышала от меня ничего подобного, – а потом она прямо посреди зала рухнула на пол, закрыла голову руками и начала выть. Можете себе представить, что говорили люди, которые нас видели: «Почему бы вам не сделать, как она просит, – неужели это так трудно?» или «Один раз можно – наверное, это нескоро повторится».

Понятно, что они все хотели помочь, но этого-то я как раз и боялась. Люди смотрели на меня и думали, что я плохая мать, слишком строгая или, хуже того, совершенно бесчувственная. Искушение подойти к дочке, попросить ее прекратить вой, сдаться и обменять для нее палочку на меч, было очень сильным, и все же я слишком хорошо знала, что включаться в спектакль нельзя. Сквозь вой она повторяла снова и снова: «Я такая застенчивая, я не могу, я стесняюсь». Но в моей памяти крепко засели слова Вики о том, что бывают моменты, когда мы можем решить, какое сообщение послать ребенку, – либо «я верю в тебя, ты справишься», либо «я считаю, что ты калека и тебе во всем нужна моя помощь», – и они придали мне сил. Я наклонилась к дочке и прошептала ей на ухо: «Если хочешь меч, тебе надо пойти и попросить его у того человека, а если ты решишь к нему не ходить, я не возражаю, но сама не пойду. Выбирай».

Я выпрямилась. У меня не было ни малейшего представления о том, что сейчас будет, но сердце билось отчаянно. К моему удивлению, дочка перестала всхлипывать, посмотрела на меня, и наши взгляды встретились. Помню, что подумала: «Сейчас снова завоет». Но она медленно поднялась на ноги, взяла меня за руку, снова посмотрела на меня и сказала: «Не сегодня, мама, может быть, в следующий раз». И в этот момент я поняла, почему было необходимо выйти из дешевого фарса и что именно я делала неправильно, когда выручала дочку или уговаривала ее не стесняться и смелее настаивать на своем. Предложив ей выбор, я дала ей понять, что верю в нее, и у нее мгновенно переменилось самоощущение.

Примерно через полтора месяца мне позвонила Вики и спросила, как дела. Я честно ответила, что лучше, и добавила, что мое ненужное посредничество, конечно, не прошло бесследно. Вероятно, девочке понадобится не один год, чтобы вполне осмелеть, но я буду ее всячески поддерживать. Один-единственный маленький эпизод стал частью долгосрочной стратегии, переменившей нашу жизнь. Без этого мы с дочерью продолжали бы отдаляться друг от друга. Я осуждала бы ее за застенчивость, понимая, что она так мной манипулирует, но не решаясь отвергнуть свою роль в ее спектаклях. Было ли трудно начать? Разумеется. Оно того стоило? Еще как!

Сохранять спокойствие

Мой сын Джош делал вид, что ничего не умеет: «Мама, мама, помоги мне надеть ботинки», «Мама, выдави мне, пожалуйста, пасту на зубную щетку», «Мама, у меня не получается, помоги, пожалуйста», «Мама, это мне очень трудно», «Мама, я забыл, как это делается, покажешь еще раз?». Когда Вики предположила, что хитрец меня разыгрывает и нарочно прикидывается беспомощным, я поверила далеко не сразу, – уж очень натуральным выглядело для меня это притворство. Это и понятно – мать не может остаться равнодушной к просьбе собственного ребенка о помощи. Но, когда Вики принялась раскручивать сценарий, мне пришлось признать себя обманутой искусством юного трагика. Сын хотел, чтобы я им занялась, и точно знал, как этого добиться.

Вики предложила стратегию, которая все переменила. В очередной раз, когда Джош попросил меня помочь, я не стала поддерживать нашу обычную игру в прятки вокруг беспомощности, а сразу подошла к мальчику, посмотрела ему прямо в глаза и сказала: «Сначала покажи, что ты умеешь».

Вы бы видели в тот момент его лицо! Джош не имел ни малейшего представления о том, что сейчас будет. Ничего подобного он от меня раньше не слышал, и мои слова застигли его врасплох. Я повторила: «Джош, покажи мне, что ты уже умеешь, а я покажу, что делать дальше». И тут глаза сына засветились, хотя в его взгляде была, конечно, заметна нерешительность. До сих пор все наши взаимоотношения и основное взаимодействие в течение дня вертелись вокруг его неумения что-нибудь делать, так что мы оба вступали на неизведанную территорию. К чему это приведет? Я понимала его состояние, и это помогло мне оставаться спокойной и сосредоточенной.

Хотите верьте, хотите нет, но Джош просил меня помочь ему надеть куртку и застегнуть молнию. Забавным образом, еще не надев куртку, он уже предвидел, что не справится с молнией. «Очевидно, – подумала я, – во многих случаях он заранее уверен, что у него не получится». И стала последовательно вести его от шага к шагу. Спросила: «Можешь взять куртку в руки?» Он посмотрел на меня, сказал с возмущением: «Конечно, мама, я могу взять куртку в руки», – и мы оба невольно заулыбались. Я продолжила: «Можешь вдеть руки в рукава?» Он ответил: «Конечно, мама, я могу вдеть руки в рукава». Так мы добрались до молнии. Я приготовилась спросить: «Можешь вставить правую половинку застежки в левую?», но Джош меня опередил. Он сел и сказал: «Мама, погоди объяснять, как это делается, давай я сперва сам попробую». И тут я чуть не разрыдалась – до меня дошло, что все это время сын на самом деле хотел, чтобы я показала ему следующий шаг, и именно об этом меня просил! Но мы оба были в плену у сюжета дешевой мыльной оперы под названием «Мама, я без тебя ничего не могу».

С тех пор прошло три года, и сегодняшний сын-школьник отличается от себя тогдашнего, как день от ночи. Я знаю, что другие родители, наблюдавшие, как я изменила свою реакцию на просьбы Джоша о помощи, удивлялись и осуждали меня. Конечно, невозможно было мгновенно распутать клубок, намотавшийся на его мнимую беспомощность, и установить отношения, в которых он выступал способным и компетентным, это заняло много времени. Но, как любит нам напоминать Вики, у родителя нет задачи важнее, чем дать детям почувствовать себя сильными, толковыми, изобретательными и стойкими. Разве что вы жаждете в сотый раз заплатить лишний доллар за билет на представление, которое вам и при первом показе не слишком понравилось. Если так, то купите и получите.

Последняя проверка и полная отмена спектаклей