Муж из натурального меха

Обычно всякий раз, когда Алена покидала Дубочки, их начальник охраны забывал о своей должности и высоком положении и лично сопровождал хозяйку, словно простой охранник. Этим Ваня подчеркивал значимость хозяйки в своей жизни. Только для нее одной он был готов служить, как и прежде, простой охраной.

– Я не могу вас доверить ни одному из своих ребят, – объяснял он Алене. – Все они отличные парни, но у меня душа не будет на месте, если с вами поеду не я сам, а кто-то из них. И Василий Петрович, я уверен, придерживается того же мнения, что и я.

Поэтому Инга была уверена, фигура Вани маячит где-нибудь поблизости. Но Алена сказала, что Вани нет. Да еще и как-то странно смутилась при этом вопросе. Почувствовав, что здесь какая-то интрига, Инга пригласила подруг к себе.

– Уже едем.

За то время, что Алена с Лилькой ехали с вокзала до дома Инги, у той хватило времени только на то, чтобы нейтрализовать самые основные очаги загрязнения в доме и привести себя в более или менее пристойный вид. С девчонками едет Ваня или нет, а выглядеть хорошо Инга просто обязана. Ваня, Инга, Залесный – это был треугольник, который разыгрывался уже много лет подряд, но игра эта пока что никому не надоедала.

Ваня был тайно влюблен в Ингу, потом явно, потом они объяснились, потом Инга познакомилась с Залесным, они полюбили друг друга, Ваня тоже один не был, но Ингу из виду по-прежнему не терял. В общем, ощущений во всей этой истории была целая бездна, и терять их Инга не хотела.

Узнав, что у нее скоро будут гости, Инга помчалась мыть голову, причесываться, краситься и наряжаться. Нельзя, чтобы они увидели ее распущенной и еле ползающей. Алена – ладно, Алена видела Ингу в разных состояниях. Но Лилька – это дело другое. Приятельнице Инга доверяла не вполне. Язык у Лильки длинный, а ум короткий. С нее вполне станется где-нибудь в присутствии Вани ляпнуть, как плохо выглядела Инга, когда они к ней приехали.

Так что Инга с особым тщанием привела себя в порядок и выбрала наряд. Спина совсем ее не тревожила. И она остановилась на легком белом платье с синими птицами, порхающими по подолу. Достаточно нарядно, но все же по-летнему просто. Синие птицы засиделись в душном шкафу, они хотели размять крылья, встряхнуться. И добрая Инга дала им возможность полетать.

– Птица счастья завтрашнего дня, птица счастья, выбери меня, – напевала Инга, кружась по комнате и радуясь своим светлым волосам, своим блестящим голубым глазам и своему состоянию приподнятости и счастья, в которое ее неизменно приводило появление любимой подруги.

Только когда Алена с Лилькой появились на пороге, Инга догадалась спросить, а в чем причина их внезапного приезда.

– Мы будем втроем искать Бориса.

Инга кинула на Лильку изумленный взгляд.

– Ты еще не оставила эту затею? Несмотря на то, что я вчера тебе сообщила про его любовницу и жену? Не лучше ли тебе забыть этого человека?

Лилька тоже изумилась, пожалуй, еще больше, чем Инга.

– Шутишь? Отказаться от Бори сейчас, когда любовница вышла замуж за другого, а жена с ним развелась и вообще свалила в другую страну? Хочешь, чтобы я упустила свой шанс быть с Борей? Да ни за что на свете!

– Но он обманывал тебя, – пыталась втолковать ей Инга.

– Насчет жены я все знала!

– Потому что штамп в паспорте увидела. Куда ему было деваться? Пришлось сказать, что женат. Но Дебору он от тебя утаил.

– Ну и что, – упрямо возразила Лилька. – Женится-то он все равно на мне, а не на ней!

И бесполезно было ей что-либо втолковывать. Только время могло что-то объяснить Лильке. Время, оно ведь такое, безжалостное к иллюзиям. Но пока что Лилька хотела замуж за Бориса и активно шла на поводу у своего стремления.

– Но зачем вы приехали? Я вчера уже обошла всех, кто мог что-то знать о Борисе. Ни жена, ни любовница его в последнее время даже не видели.

Лилька помолчала, а потом загадочным тоном произнесла:

– Есть у меня еще один адресок.

– Еще одна пассия?

– Да.

Ничего себе! А этот Борис еще тот ходок! Инга даже ощутила нечто вроде восхищения. Лилька, Дебора, да еще законная жена и некая таинственная пассия в придачу. И это только те, о ком они знают. И как это Бориса на всех хватало?

– И ты хочешь поехать к этой даме сейчас?

– Вместе с вами. И если Борис там… У нее… Я много думала, приеду и скажу, выбирай: либо ты на мне женишься, либо я ухожу!

– Вот так категорично? Прямо когда он в постели с другой бабой, так ему и скажешь?

– Да. Так и скажу!

Кажется, Лилька не считала, что в этом есть что-то неправильное. Для людей вроде нее жизнь человека четко подразделялась на две части. Одна часть происходила до замужества, там можно и допускалось делать все, что пожелаешь. И вторая часть – уже после замужества. Вот там уже требовалась идеальная верность и кристальная честность в отношениях. Никаких походов налево. Никаких загулов. Шаг вправо, шаг влево приравнивался к побегу и карался расстрелом. И все это благодаря печати в паспорте.

Почему для таких, как Лилька, синяя печать в паспорте меняла столь многое, Инга никогда не понимала. И почему Лилька считала, что какая-то печать способна проходимца и повесу сделать верным мужем и другом, этого Инга тоже не понимала. Но как бы там ни было, Лилька была твердо уверена, что избрала верный путь. И судя по всему, успела завербовать себе в союзники даже Алену.

Но когда подруги остались наедине, Алена призналась Инге:

– Лилька мне просто весь мозг уже вынесла своими жалобами. Вот я и решила, пускай дуреха сама поедет и убедится, что Борис ее просто использует. И что она у него не одна такая.

– Правильно. А куда нам предстоит отправиться?

– Я так понимаю, красавица проживает в Гатчине. Туда и поедем.

– А… а где Ваня? Он не с вами?

– Мы не могли его взять с собой. Сама понимаешь, он бы не одобрил, что Лилька гоняется за мужиком, а мы ей в этом помогаем. И Вася бы не одобрил.

Инга ахнула:

– Так вы сбежали?

– Просто уехали, никого не оповещая. Вася все равно уехал в соседнюю область. Какие-то там элитные бычки-производители приехали, ему надо их осмотреть. Хочет и у себя тоже племенное скотоводство затеять. А то коровы есть, а бык всего один, да и тот уже старый, на всех дам его уже не хватает.

В хозяйстве у Василия Петровича животные жили совершенно особым образом. То есть еще сто лет назад, даже еще пятьдесят или тридцать никому бы и в голову не пришло назвать это состояние необычным. Казалось бы, что может быть более естественным, чем коровам жить стадами, возглавляемыми быком?

Самому Василию Петровичу тоже казалось, что нет ничего более естественного и нормального, чем то, что коровы пасутся на лугу. Овцы по природной скудости ума пастухами перегоняются отарами с одного пастбища на другое. Свиньи пасутся своими собственными стадами в лесу, сами туда утром отправляясь и сами вечером возвращаясь к ужину. А куры и цыплята живут вместе с папами-петухами пусть и в специально защищенных от воздушных хищников загонах, но большими, дружными и – что самое главное – полноценными семьями, как и положено в природе.

– Никакого искусственного осеменения у нас в поместье не будет! Никогда!

Поэтому Инга ничуть не удивилась отсутствию хозяина Дубочков. Вася постоянно куда-то ездил, а когда не ездил, то организовывал и реорганизовывал на пользу и процветание свое немаленькое хозяйство.

Разговаривая о делах Дубочков, все три женщины вышли из квартиры. Инга закрыла дверь, и по-прежнему втроем они спустились вниз. О своей утренней визитерше, о неполученной посылке и обо всем том, что за этим могло стоять, Инга попросту забыла. И очень зря. Потому что, когда три подруги выходили из дома, с них не спускали глаз. И глаза эти светились отнюдь не восторгом или умилением. Вместо этих чувств в них читались раздражение и злоба.

– Откуда еще этих баб на нашу голову принесло?

– Не знаю. Но как же не вовремя.

– Здоровущие-то какие.

– Может, рискнуть? Как ты думаешь?

– Ты чего! Если она одна нам с тобой вчера отпор сумела дать, представляешь, как она станет отбиваться при подругах.

– Да и эти бабы ей тоже помогут.

– Еще как помогут! Ты только глянь, какие кобылы!

Даже не подозревая, что о них идет речь, Алена с Лилькой как раз громко захохотали. Издали их смех на самом деле походил на лошадиное ржание.

– Во! А я чего говорил!

И злобно плюнув вслед трем подругам, парни почти хором воскликнули:

– И где только таких делают!

Но пока им только и оставалось, что исходить в бессильной злобе. Инга и ее сумка по-прежнему были для них вне досягаемости. А эта сумка интересовала молодых людей очень и очень сильно. От того, сумеют они подобраться к содержимому сумки и завладеть им, зависело их собственное будущее. А ради собственного светлого будущего эти двое были готовы буквально на все.

Глава 7

Поездка в Гатчину оказалась увлекательной и полезной во всех отношениях. И хотя Бориса наши подруги там не обнаружили, но зато они нашли его след. А заодно еще и познакомились с замечательной женщиной – Евгенией Петровной, чей телефончик вместе с адресом в свое время нашла в вещах любимого бдительная Лилька.

Надо сказать, что Лилька вообще после тридцати с лишним лет поисков и множества разочарований пришла к тому же выводу, что и знаменитая управдом из фильма «Бриллиантовая рука». Мужчинам нужно верить только в самом крайнем случае! Таково было жизненное кредо Аленкиной подруги, и Лилька упорно его придерживалась.

Так что все вещи Бориса регулярно подвергались ею тотальному шмону. И оставалось только удивляться, что за столько лет совместной жизни Лильке удалось накопать на своего друга так до обидного мало. Старая любовница. Бывшая жена. И еще одна женщина, характеристика которой была краткой, но емкой.

– Тетя Женя – волшебница. Так она у него помечена. Что это может означать? В чем она чудеса творит?

Инга стыдливо потупилась:

– Боюсь даже предполагать.

Но Лилька все равно все поняла и разозлилась:

– Ну, если это так, я ей покажу!

Впрочем, когда подруги позвонили в дверь нужной квартиры, им открыла весьма крупных размеров дама, на вид лет пятидесяти, настоящая богатырша. Плечи, руки, мощная грудная клетка и все прочее в ней невольно внушали почтительный трепет. Лилька мигом утратила свой воинственный пыл и пролепетала:

– А Евгению – тетю Женю можно видеть?

Богатырша не стала даже отрицать свое знакомство с Борисом.

– Это мой клиент, – спокойно заявила. – Давний и постоянный.

– Значит, все-таки клиент, – прошипела Лилька. – И чем вы его заманивали? Что у вас есть такого, чего нет у меня?

Великанша смерила ее с высоты своего роста, а Лилька, надо сказать, и сама была не маленькой, а потом пророкотала:

– Ты не ревновать ли меня вздумала, глупы-шка?

– А хоть бы и так! Что у вас с моим Борисом за дела? Почему это вы у него волшебницей числитесь?

И хотя Лилька понимала, что вряд ли Борис мог променять ее на эту немолодую даму, но все равно ревновала. Ревновала к той части жизни своего любимого мужчины, которая была для нее до сих пор закрыта и только теперь приоткрывалась. Многое в этой жизни Лильке не нравилось, она нервничала и свой страх изливала на окружающих в форме агрессии.

Понимая, что богатырша за хамское поведение Лильки сейчас даст им троим под зад коленом и будет совершенно права, Инга поспешно выступила с речью:

– Пожалуйста, простите нашу подругу. Она вне себя от горя. Борис исчез, вот уже почти неделю от него нет ни слуху ни духу. Лиля очень волнуется. Борис никогда так надолго не уезжал. А если уезжал, то оставлял распоряжения чуть ли не по минутам. А тут оставил распоряжения всего на три дня, а сам пропадает вдвое дольше.

Все это время Евгения молча смотрела на Ингу, скрестив могучие руки. А потом внезапно кивнула:

– Зайди ко мне.

– Я? Одна?

– Подругам твоим не нужно. А ты зайди.

Лилька снова приготовилась возмутиться:

– А почему это она? Это мне нужно!

Но Алена вовремя остановила ее:

– Погоди возмущаться. Тетке, кажется, Инга приглянулась. Может, хоть с ней поговорит.

Но у Инги ничего похожего на разговор не происходило. Тетя Женя провела ее в просторную светлую комнату и, кивнув на расстеленную на полу простыню, сказала:

– Раздевайся.

– Как?

– Все с себя снимай. До трусов.

– П-простите?

Но Евгения Петровна, не обращая на нее внимания, величественно удалилась в соседнюю комнату, бросив на ходу:

– У тебя ровно три минуты.

Никакой агрессии или чего-то такого Евгения Петровна не выказывала. Но ситуация была странноватой. Инга одна в незнакомом помещении в компании с незнакомой ей женщиной, которая предлагает ей раздеться до трусов и улечься на пол на простыню.

«Что она затеяла? Что она от меня хочет?»

Инга помнила, что дверь тетя Женя просто захлопнула. Значит, ничего не мешает Инге удрать. Хоть в трусах, хоть без трусов Инга может убежать.

– Ну, подождем.

Ровно через три минуты в комнату вернулась тетя Женя. При виде все еще одетой Инги она удивилась:

– Ты чего время тянешь? Через полчаса клиентка по записи придет. Тебе просто повезло, у меня перерыв, а тут ты с больной спиной.

Инга открыла рот от удивления: