Здесь необходимо дать некоторые пояснения. Дело в том, что уже в 1941 году немцы начали активно применять бронебойные снаряды с бронебойными наконечниками. У 50-мм снарядов дополнительно приваривалась головка из стали высокой твердости, а 37-мм снаряды при изготовлении подвергались неравномерной закалке. Применение бронебойного наконечника позволяло снаряду при соприкосновении с броней довернуться в сторону наклона — нормализоваться, благодаря чему его путь в броне сокращался. Такими снарядами калибра 50 мм пробивалась и лобовая броня Т-34, при этом канал пробоины был наклонным, как если бы огонь по танку велся с возвышения. Будет не лишним напомнить, что производство таких снарядов было освоено в СССР только после войны. Однако вернемся к отчету.
Из пробоин неустановленного калибра большую часть составляли «отверстия малого диаметра, с кольцевым валиком, произведенные т. н. „подкалиберными“ боеприпасами. Причем установлено, что данным типом боеприпаса комплектуются боекомплекты 28/20-мм ПТР, 37-мм противотанковой пушки, 47-мм противотанковой чехословацкой пушки, 50-мм противотанковой, казематной и танковой пушек».
Отмечалось в отчете и применение немцами новых снарядов, названных «кумулятивными», следами попаданий которых были отверстия с оплавленными краями.
В некоторых изданиях можно встретить информацию о том, что с 1942 года «тридцатьчетверки» выпускались с 60-мм лобовой броней корпуса. На самом деле это не так. Действительно, на заседании ГКО 25 декабря 1941 года было принято постановление № 1062, предписывавшее начиная с 15 февраля 1942 года, выпускать Т-34 с лобовой броней толщиной 60 мм. Такое решение, по-видимому, можно объяснить как раз применением немцами во все возрастающем количестве 50-мм противотанковых пушек Рак 38 с длиной ствола в 60 калибров, бронебойный (с бронебойным наконечником) и бронебойно-подкалиберный снаряды которых пробивали лобовую броню Т-34 на дистанции до 1000 м, а также использованием подкалиберных снарядов для 50-мм танковых пушек L/42 танков Pz.III, которые добивались аналогичного результата с дистанции до 500 м.
Поскольку металлургические заводы не могли быстро выдать нужное количество 60-мм броневого проката, танковым заводам предписывалось осуществить экранировку лобовых частей корпуса и башни 10—15-мм бронелистами, использовавшимися на заводе № 264 при производстве бронекорпусов танков Т-60. Однако уже 23 февраля 1942 года ГКО отменил свое решение, отчасти из-за сложностей с изготовлением 60-мм бронелиста, отчасти из-за достаточно редкого применения немцами подкалиберных снарядов. Тем не менее танки с экранированными корпусами и башнями выпускались на СТЗ и заводе № 112 вплоть до начала марта 1942 года, пока не был израсходован их задел. На заводе «Красное Сормово» были отлиты и установлены на танки восемь башен с 75-мм броней.
Этот же завод, кроме того, осенью 1942 года выпустил 68 танков Т-34, корпуса и башня которых были оборудованы фальшбортами. Предполагалось, что они защитят танки от немецких кумулятивных снарядов. Однако проверить это не удалось — в первом же бою почти все экранированные таким образом боевые машины были подбиты обычными бронебойными снарядами 75-мм противотанковых пушек противника. Вскоре работы по защите танков от кумулятивных боеприпасов были прекращены, так как немцы использовали их крайне редко.
В 1942 году ситуация с защищенностью «тридцатьчетверки» несколько осложнилась. Вермахт во все возрастающих количествах начал получать средние танки Pz.III с 50-мм пушкой с длиной ствола в 60 калибров и Pz.IV с 75-мм пушкой с длиной ствола сначала в 43, а потом и в 48 калибров. Последние пробивали лобовые детали башни танка Т-34 на дальности до 1000 м, а лоб корпуса на дальности до 500 м. Последнее обстоятельство вполне понятно: неоднократные испытания обстрелом корпусов танков Т-34 на НИБТПолигоне показали, что верхний лобовой лист, имевший толщину 45 мм и угол наклона 60°, по снарядостойкости был равноценен вертикально расположенному бронелисту толщиной 75–80 мм.
Для анализа стойкости брони танка Т-34 группой сотрудников московского ЦНИИ № 48 была произведена оценка их поражаемости и причины выхода из строя.
В качестве исходных данных для оценки поражаемости танков Т-34 работниками группы были взяты сведения с ремонтных баз № 1 и № 2, находившихся в Москве, а также материалы ГАБТУ, полученные с ремонтной базы при заводе № 112. В общей сложности были собраны сведения о 154 танках, получивших поражения броневой защиты. Как показал анализ, наибольшее число поражений — 432 (81 %) приходилось на корпус танка. 102 поражения (19 %) пришлось на башню. Причем более половины (54 %) поражений корпусов и башен танков Т-34 были безопасными (выбоины, вмятины).
В отчете группы было отмечено, что «основным средством борьбы с танком Т-34 являлась артиллерия противника калибра от 50 мм и выше.
Из 154 машин в верхнюю лобовую деталь было 109 поражений, из которых 89 % безопасных, причем опасные поражения пришлись на калибр более 75 мм. Доля опасных поражений от 50-мм пушек составила 77 %. Высокая бронестойкостъ верхней лобовой детали была получена в том числе и за счет ее наклонного расположения.
На нижней лобовой детали было обнаружено всего 12 поражений (2,25 %), то есть количество весьма незначительное, причем 66 %) поражений является безопасным. Борта корпуса имели наибольшее количество поражений — 270 (50,5 % от общего количества), из которых 157 (58 %) приходилось на переднюю часть бортов корпуса (отделение управления и боевое отделение) и 42 %) — 113 поражений — на кормовую часть. Наиболее массовыми являлись калибры 50 мм и выше — 75, 88, 105 мм. Все попадания снарядов крупных калибров и 61,5 %) попаданий 50-мм снарядов оказались опасными».
Полученные данные по поражаемости основных деталей корпуса и башни позволили оценить качество брони. Процент крупных поражений (проломы, проломы с трещинами, отколы и расколы) был весьма невелик — 3,9 %, и по характеру поражений качество брони было признано вполне удовлетворительным.
Больше всего подвергались обстрелу борта корпуса (50,5 %), лоб корпуса (22,65 %) и башня (19,14 %).
Ну а как оценивали защищенность Т-34 немецкие танкисты? Сведения об этом можно почерпнуть из «Доклада о тактическом применении германских и советских танковых частей на практике», составленном в 1942 году по опыту боевых действий 23-й танковой дивизии в ходе операции «Блау». Касательно Т-34 в нем отмечалось:
«Бронепробиваемостъ снарядов длинноствольного танкового орудия 5-см KwK L/60.
Panzergranate 38 (бронебойный снаряд обр.38 года) против Т-34: борт башни и подбашенная коробка — до 400 м; лоб башни — до 400 м; лоб корпуса — не эффективен, в некоторых случаях может пробить люк механика-водителя.
Бронепробиваемостъ снаряда Panzergranate 39 длинноствольного 7,5-см орудия KwK 40 L/43 против Т-34: Т-34 поражается под любым углом в любую проекцию, если огонь ведется с дистанции не более 1,2 км».
К концу 1942 года в номенклатуре противотанковых средств Вермахта резко возросла (до 30 %) доля 75-мм противотанковых пушек Рак 40. Бронебойный снаряд этого орудия на дистанции 1000 м пробивал 80-мм броню, а стало быть, бронезащита танка Т-34 на наиболее часто используемых дальностях противотанкового боя серьезной преграды для него не представляла. К лету 1943 года пушки Рак 40 стали основой тактической зоны противотанковой обороны Вермахта.
Это, а также появление на Восточном фронте новых немецких тяжелых танков «Тигр» и «Пантера», привело к тому, что, по образному выражению ветерана 3-й гвардейской танковой армии М. Мишина, наши танкисты «вдруг стали чувствовать себя совершенно голыми…» Как отмечалось в отчетах о боевых действиях советских танков на Курской дуге, бронебойно-подкалиберный снаряд 75-мм пушки танка «Пантера», имевший начальную скорость 1120 м/с, пробивал лобовую броню танка Т-34 на дистанции до 2000 м, а бронебойный снаряд 88-мм пушки танка «Тигр», имевший начальную скорость 890 м/с, пробивал лобовую броню танка Т-34 с дистанции 1500 м.
Это видно из «Отчета по испытаниям броневой защиты танка Т-34 обстрелом из 88-мм немецкой танковой пушки», составленного сотрудниками НИБТПолигона в мае 1943 года:
«Обстрел корпуса Т-34 с дистанции 1500 м.
1) Бронебойный снаряд. Лобовой лист. Толщина — 45 мм, угол наклона — 40 град., угол встречи — 70 град.
Пролом в броне. Сорван люк водителя. В броне трещины 160–170 мм. Снаряд рикошетировал.
2) Бронебойный снаряд. Балка носа. Толщина 140 мм у угол наклона — 0 град., угол встречи — 75 град.
Сквозная пробоина, входное отверстие диаметром 90 мм у выходное — 200x100 мм, в сварном шве трещины 210–220 мм.
3) Осколочно-фугасный снаряд. Лобовой лист. Толщина — 45 мм, угол наклона — 40 град., угол встречи — 70 град.
Незначительная выбоина. Вся левая сторона крепления лобового листа с бортовыми листами разрушилась.
Установлено: 88-мм танковая пушка пробивает носовую часть корпуса. При попадании в лобовую часть снаряд рикошетирует, но вследствие невысокого качества брони образует пролом в броне. Броня корпуса обладает невысокой вязкостью — отколы, расслоения, трещины. Сварные швы корпуса при попадании снарядов в листы разрушаются.
Выводы: 88-мм немецкая танковая пушка с 1500 м пробивает лобовую часть корпуса танка Т-34…
Для увеличения бронестойкости броневого корпуса Т-34 необходимо улучшить качество брони и сварных швов».
Впервые с начала войны уровень бронезащиты танка Т-34, до сих пор являвшийся доминирующей составляющей его боевой живучести, утратил свое превосходство над уровнем бронепробиваемости основных противотанковых средств Вермахта. В такой ситуации не мог не встать вопрос о повышении защищенности наших средних танков.
В принципе возможности для усиления бронирования «тридцатьчетверки» в то время еще оставались. Достижения в области бронезащиты и не использованные на тот момент весовые резервы в конструкции машины (порядка 4 т) позволяли повысить уровень снарядостойкости ее основных деталей. Так, переход от стали 8С к высокотвердой стали ФД давал возможность заметно снизить дальность сквозного пробития лобовой детали корпуса Т-34 бронебойным снарядом 75-мм пушки Рак 40. Имелись и другие варианты усиления бронезащиты, однако эффект, достигаемый благодаря реализации любого из этих вариантов, был бы пропорционален времени, требуемому для соответствующей перестройки производства. В итоге вплоть до конца 1943 года ничего радикального для улучшения бронирования танка Т-34 сделано не было.
Рассматривая бронезащиту танка Т-34-85, следует учитывать, что корпус был полностью заимствован (кроме подбашенного листа) у танка Т-34. При постановке Т-34-85 на серийное производство в общем-то предполагалось усилить толщину бронелистов корпуса. В апреле 1944 года завод № 183 изготовил два образца танка Т-34-85М. Толщина лобового листа корпуса у них равнялась 75 мм, толщина крышки люка механика-водителя была доведена до 100 мм, а бронировки курсового пулемета — 90 мм. При этом пришлось пойти на уменьшение бронирования там, где это было возможно. До 15 мм уменьшилась толщина листов крыши МТО, днища подкрылков, нижнего кормового листа, задней части днища. В ходовой части применялись облегченные балансиры и опорные катки. В ходе испытаний выяснилось, что эти мероприятия особого результата не дали. Кроме того, испытания обстрелом выявили, что 75-мм лобовая броня пробивается снарядом 88-мм немецкой танковой пушки KwK 43 L/71 с дистанции 2000 м! Таким образом, никакого смысла в усилении лобовой брони корпуса в 1944 году уже не было.
Поскольку главным нововведением у Т-34-85 стала башня, то на ней и сосредоточились основные усилия конструкторов. К тому времени уже было известно из опыта войны, что на башню приходится до 45 % опасных поражений танков. Основа башни отливалась из стали 71Л, обладавшей более высокими литейными показателями, чем применявшаяся ранее для башен Т-34 сталь МЗ-2. Толщина лобовой части башни составляла 75 мм, бортов и кормы — 52 мм. С 7 августа 1944 года толщина лобовой части башни стала составлять 90 мм. Толщина бортов башни была доведена до 75 мм. В сочетании с некоторым их наклоном эта толщина обеспечивала защиту от бронебойных снарядов 75-мм противотанковой пушки Рак 40 на дистанции около 500 м при курсовых углах до 40°. Лобовая же броня обеспечивала защиту от немецких бронебойных снарядов с дальностей 800 — 2000 м, в зависимости от калибра и типа боеприпаса.
Таким образом, уровень бронезащиты Т-34-85 по сравнению с танком Т-34, вооруженным 76-мм пушкой, возрос незначительно. Но если говорить о защищенности в целом, то она возросла весьма существенно. Решающее влияние на этот процесс оказало не усиление бронирования башни, а установка в ней новой мощной пушки. Благодаря этому удалось увеличить дистанцию огневого боя и в результате снизить вероятность поражения танка вражескими снарядами. Важное значение имело и размещение в башне третьего члена экипажа.
Теперь командир танка, избавившись от функций наводчика, мог полностью сосредоточиться на наблюдении за полем боя, поиске целей и оценке обстановки. В результате действенность упреждающего и ответного огня танка по танкоопасным целям и эффективность его противоартиллерийского маневра существенно возросли. В полной мере способствовали этому оснащение Т-34-85 качественными приборами наблюдения и радиосвязью.
Panzer III — первый по-настоящему боевой танк Вермахта. Выпускался с 1937 по 1943 г. С 1940 до начала 1943 г. был основным средним танком германской армии.
Накануне войны с Советским Союзом Вермахт располагал 1325 танками Pz.III (235 с 37-мм пушками, 1090 — с 50-мм), еще 104 находились в ремонте и на перевооружении.
По трем основным оценочным параметрам — вооружению, маневренности и броневой защите — Pz.III существенно превосходил из советских танков только Т-26. Над БТ-7 немецкая машина имела преимущество в броневой защите, над Т-28 и КВ — в маневренности. По всем трем параметрам немецкий средний танк уступал только Т-34. Вместе с тем Pz.III имел неоспоримое превосходство над всеми советскими танками в количестве и качестве приборов наблюдения, качестве прицелов, надежности двигателя, трансмиссии и ходовой части.
Немаловажным преимуществом было стопроцентное разделение труда членов экипажа, чего не было на большинстве советских танков.
Последние обстоятельства, при отсутствии ярко выраженного превосходства в ТТХ в целом, позволяли Pz.III в большинстве случаев выходить победителем из танковых дуэлей. Впрочем, при встречах с Т-34, а тем более с КВ, добиться этого было весьма трудно: пробить их броню немецкая 50-мм пушка могла только с очень малой дистанции.
Подвижность
Как известно, подвижность танка, обеспечивается примененными на нем двигателем, трансмиссией и ходовой частью. Немаловажное значение имеет также конструкция органов управления и удобство работы механика-водителя. Попробуем разобраться, как эти вопросы были решены на «тридцатьчетверке».
На танке Т-34 устанавливался 12-цилиндровый четырехтактный бескомпрессорный дизель В-2-34. Номинальная мощность двигателя — 450 л.с. при 1750 об/мин, эксплуатационная — 400 л.с. при 1700 об/мин, максимальная — 500 л.с. при 1800 об/мин. Цилиндры располагались V-образно под углом 60°.
Использование на танке Т-34 дизельного двигателя было важным и неоспоримым достоинством. Советским конструкторам действительно первым в мире удалось создать и довести до серийного производства мощный быстроходный танковый дизель. Одним из важнейших побудительных мотивов при его создании была, безусловно, более высокая экономичность по сравнению с бензиновыми моторами.
Повышенная пожаробезопасность — скорее формальная причина, так как этот параметр обеспечивается не столько типом топлива, сколько расположением топливных баков и эффективностью системы пожаротушения. В пользу последнего утверждения говорит тот факт, что 70 % из безвозвратно потерянных в годы войны танков Т-34 сгорели.
Следует подчеркнуть, что дизель В-2 с точки зрения конструкции был выдающимся образцом, настолько удачным, что использовался в различных модификациях на десятках боевых и специальных машин в послевоенные годы. Вместе с тем двигателю В-2 был свойственен ряд недостатков. Причем связаны они были отнюдь не с конструкцией двигателя как такового, а скорее с неспособностью, или с весьма ограниченной способностью, отечественной промышленности тех лет «переварить» столь сложный агрегат.
В 1941 году практически ни один узел двигателя надежно не работал. С огромным трудом удалось добиться, чтобы двигатели работали 100–120 моточасов при требуемой ГАБТУ гарантийной наработке в 150 моточасов. Причем речь идет о моточасах, отработанных на стенде, в почти идеальных условиях. В условиях же реальной фронтовой эксплуатации двигатели не отрабатывали и половину этого ресурса. Как известно, двигатель в танке работает в крайне перенапряженном режиме, особенно с точки зрения воздухоподачи и воздухоочистки.