Плачущий король

— Я отнесу продукты в холодник, — Линтакли с трудом подняла сумку и взвалила на плечи. — Рин, ты же в этот раз будешь дольше, чем в прошлый?

— Полчаса, не больше, — Страж покачал головой. — В лесу творится настоящее безумие.

— Поэтому ты пришёл проведать нас днём, а не ночью? — хмыкнула Тиантей.

— Пешеход в толпе таких же пешеходов привлекает внимания намного меньше, чем одинокий путник в ночи, — пожал плечами Четвёртый. — Долго не задерживайся, — бросил он вслед уходящей Линтакли.

Они остались вдвоём, и тишина разлилась по комнате.

— Расскажи о себе, — вдруг попросила Тиантей.

Страж какое-то время всматривался в её лицо, будто пытаясь понять, почему она спрашивает. Наконец он ответил:

— Меня не существует. Лучше расскажи о себе.

— Тебе действительно интересно?

— Ну, не каждый день встречаешь беглую Ведьму, знаешь ли. Да ещё и известную на весь лес. — Он улыбнулся. — Хотя, если бы перевёртыши не были сплетены из двойной лозы, вряд ли бы я тут сидел, твоими стараниями.

— Ты думаешь, это из-за твоей природы ты выжил, а не благодаря моему лечению? — Тиантей, похоже, обиделась, и Четвёртый захохотал:

— Нас вообще сложно убить. Но тебе дважды это почти удалось. Таким мало кто может похвастать. Так что нет, не думаю.

— Дважды? — Тиантей выглядела озадаченной. — А когда второ…

— Как ты себя чувствуешь? — перебил её Страж, уходя от темы. — Будет хорошо, если вы с Линтакли сможете уехать отсюда: в столице небезопасно. Стоило бы отправиться на юга, погреть косточки, пока всё не уляжется.

— Боюсь, мне понадобится не меньше недели, — Тиантей вздохнула. — Я, как ты говоришь, не двойной лозы. А то, что они… — она вздрогнула, вспоминая пытки.

— Не возвращайся в прошлое, — он осторожно взял её за руку. Провёл кончиками пальцев по щеке. — Ты — здесь.

— Да… — она закрыла глаза. Слёзы тяжёлыми каплями падали вниз, оставляя тёмные следы на простынях. — Нужно быть сильной.

Страж наклонился и мягко поцеловал её в губы. Обнял.

— Я бы сказал, что всё уладится, — прошептал он ей в волосы. — Но ты не хуже меня понимаешь, что это не так.

— Понимаю, — она зарылась в его плечо. — Но так хочется, чтобы всё…

— Расскажи мне о яде, — повторил Страж свою давнишнюю просьбу. — Пока Император жив, тебе не будет покоя.

Он почувствовал, как Тиантей напряглась в его объятиях.

— Ты это всё делаешь только ради него? — прошептала она.

— Хотел бы я сказать, что да, — вздохнул Страж.

Они опять замолчали.

— Тот пузырёк я уничтожила, — наконец произнесла Ведьма. И после паузы добавила: — Но я могу сделать новый. Матушка всегда говорила, что нельзя полагаться только на книги, и в жизни бывает много случаев, когда память может спасти тебе жизнь. Похоже, это один из них.

— Какие ингредиенты тебе нужны?

— Здесь его не сделать. Нужна моя лаборатория. Или аналог, — Тиантей высвободилась из объятий Стража и откинулась на подушки. Она выглядела уставшей. — Я составлю список, но не думаю, что ты сможешь всё достать, не привлекая внимания. Некоторые вещи очень… специфические.

— Я посмотрю, что можно сделать, — кивнул Четвёртый.

В Гнезде Стража ждали с нетерпением.

— Где тебя носит? — не скрывая раздражения, набросился на него Первый. — Глава же сказал — никаких посторонних дел!

Но не успел Четвёртый хоть что-нибудь ответить, как он уже продолжил:

— Мы едем к Императору. Собирайся.

— К Императору? — Четвёртый не знал, как реагировать. Его всё же раскрыли? Нужно сражаться?

— Только тебя ждали, — отозвался Третий, как раз вышедший на парадную лестницу. — Поторопись. Доспех в оружейной.

Только сейчас Четвёртый обратил внимание, что оба стража в полном боевом доспехе, при оружии и в своих настоящих обликах, а не привычных масках ленных аристократов. Слуг нигде не было видно.

Четвёртый кивнул и побежал собираться. Что же случилось? Он вернулся в Гнездо прямиком от Тиантей, так что она не могла натворить ничего такого, что могло бы вызвать переполох в Роще. По крайней мере, не должна была.

Третий несколько преувеличил, утверждая, будто только его и ждали: Седьмой и Второй только начали облачаться, а Пятый как раз прилаживал клинки в ножнах, но если бы Четвёртый опоздал, то было бы плохо. Очень плохо. Меньше чем через полчаса они уже стояли возле входа в Белый Столп — древо Императора. Короткий обмен паролями, и вот их уже пустили дальше. И дальше. И дальше. Четвёртый ни разу здесь не был и теперь тайком от остальных осматривался и запоминал дорогу. Одно дело слышать об этом месте, видеть на картах, и совсем другое — оказаться здесь на самом деле.

Вот и личные покои Императора. Они остановились перед его рабочим кабинетом.

— …по приказанию главы Тайной службы прибыли, — докладывал тем временем гвардейцу, стоявшему у дверей, Первый.

Неужели их вызвали охранять Императора? Но у него же есть собственная, верная лично ему армия. И ещё специальный взвод личной охраны. Императорские гвардейцы отличались от всех остальных подразделений особой суровостью и, как говорят, отмороженностью. Хотя, с другой стороны, для чего ещё здесь могут понадобиться стражи Ордена?

Дверь открылась, и всех девятерых изменяющихся впустили в кабинет. Лиестаней сидел за столом напротив Императора. Судя по их виду, они что-то обсуждали, но прервали это занятие за мгновение до того, как гвардеец зашёл доложить о прибытии стражей. И теперь нетерпеливо ждали, пока посторонние уши исчезнут.

— Было решено, что необходимо усилить Императорскую гвардию. Вы будете неустанно следить за Его Величеством, — поднявшись, произнёс глава. — Денно и нощно. Первый, раздели бойцов между сменами, по трое.

Четвёртый посмотрел на Императора. Вблизи он выглядел почти так же, как и издали, только заметны стали морщины и странный, отливающий бронзой цвет кожи. Пудра и румяна искусно скрывали погрешности лица, но с такого расстояния ни один грим не мог обмануть перевёртыша. Уже давно не молодой, но ещё не дряхлый старик, Его Величество в ответ пристально изучал девятерых стражей Ордена. Потом перевёл взгляд на Лиестанея. «Ты уверен, что им вообще можно доверять?» — говорили его глаза, но вслух он ничего не произнёс.

Четвёртому выпало дежурить в первую же смену, вместе с Шестой и Восьмым. Их стража попадала на вечерние дела Императора, ужин и отход ко сну. Страж стоял на посту, но всё его тело буквально зудело от нетерпения. Так близко оказаться к цели! Но он не мог позволить себе просто броситься на Императора и зарубить его. Во-первых, другие перевёртыши могли успеть. Во-вторых, об Императорских гвардейцах тоже не стоило забывать, их выучку Четвёртый помнил по прошлым стычкам. В-третьих, Император мог быть ненастоящим: вдруг это подсадная утка, предназначенная для того, чтобы выявить предателя? В-четвёртых, Четвёртый поклялся уничтожить всю старшую ветвь его рода, а если он бросится на Императора сейчас, даже если Император настоящий, даже если удастся его убить, оставались ещё двое сыновей и дочь. Не стоит питать иллюзий насчёт того, что после такого Четвёртому удастся выжить. А в-пятых…

В-пятых, Страж вдруг понял, что не хочет умирать. У него вдруг появилась новая цель, ради которой стоило продолжать жить. Линтакли не сможет защитить Тиантей. Ей нужен кто-то более сильный. Как он. Четвёртый не хотел признаваться в этом, но осознание того, что он нужен кому-то, наполняло душу трепетом. А вместе это всё означало, что хоть Император и находился на расстоянии вытянутого меча, тронуть его Страж не смел. Так что пока оставалось изучать интерьер, запоминать расположение постов охраны и надеяться, что его дежурства продлятся достаточно долго, чтобы можно было начать действовать.

С новыми заботами и обязанностями Четвёртый не мог отлучиться из Рощи даже на минуту. Прошло десять дней, когда однажды утром кулон не показал, что звезда Тиантей сдвинулась. Они не дождались его, и решили действовать сами. Вполне ожидаемо: запасов еды в схроне было не очень много, даже с учётом того, что он успел принести. Месяц для одного в режиме экономии, но для двоих — две недели от силы. Ему оставалось только с замиранием сердца следить за движением маленькой белой точки в клубящейся глубине камня.

Похоже, удача решила побыть на стороне Ведьмы: ей удалось беспрепятственно добраться до самого побережья. Хотя бы об этом можно было не беспокоиться. Конечно, жаль, что секрет ролдарина уплыл из рук, но в предсказания Страж никогда не верил. Теперь, когда в столице Тиантей не было, можно было приступать к плану, который зародился у него в голове, ещё когда им удалось невредимыми выскользнуть из тюрьмы. Главная беда — найти возможности для его претворения в жизнь и при этом не навлечь на себя подозрения.

Первый пункт плана удалось выполнить: отравить водоёмы Рощи. Страж понимал, что действия его ужасны. Что за такое его, а точнее Ведьму, от чьего лица он действовал, ненавидеть будут ещё больше. Но остановиться не мог. В одну ночь рыба всплыла вверх брюхом во всех озёрах. Повсюду валялись трупы животных, пали несколько лошадей. К счастью, кроме животных никто не умер, но начавшаяся после этого паника поражала. Целые семьи снимались и уезжали из Рощи. Император разве что не визжал, когда кричал на Лиестанея, обвиняя в бездействии. Страж слушал — было как раз его дежурство, — и сердце его полнилось чёрной радостью. В конце концов решили, что Ведьма ушла и в этот раз, как её ни искали. Кому же в голову придет, что её давно здесь нет?

Прошло больше месяца, прежде чем Страж решился на новую диверсию. В этот раз яд настиг древа. Старые рецепты, запрещённые зелья, о которых почти никто не знал, но ими вполне могла владеть хорошая ведьма. В этот раз беда затронула больше, чем Императорскую Рощу. Народ начал волноваться и роптать: многие лишились крова, а некоторые знатные роды — статуса. Но опять ничего не смогли поделать: яд в подземных источниках был слишком давно, слишком долго пили его корни древ, чтобы точно определить, кто, когда и как поместил его туда. К этому времени прошла весна и закончилось лето. Иногда по вечерам Страж доставал кулон и всматривался в его муть. Звезда еле заметно мерцала где-то вдали, на юге. Осень теперь властвовала над умами.

— Как бы это не растянулось на долгие годы, — пробормотала Шестая, когда они в один из вечеров отдыхали после очередного дежурства. Охранять Императора было невероятно скучно и утомительно: нужно было считаться со всеми Его прихотями и терпеть все выходки и капризы, как Его, так и Его семьи.

— По крайней мере она не поднимает мятежи, — безмятежно отозвался Второй.

— То есть ты предпочитаешь однажды просто не проснуться от очередного забористого яда? — фыркнула Шестая. — Я люблю, когда противник у меня перед глазами, чтобы в него можно было потыкать мечом. А не эти аристократические штучки с ядами. Почему Его Величество не наживает себе врагов попроще?

— Согласен с Шестой, — кивнул Четвёртый. — Уж лучше добрая битва, чем эта тягомотина.

— Ну да, ты ведь был в битве на Холмах и вернулся, в отличие от многих.

Четвёртый промолчал, никак не прокомментировав реплику Второго. Шестая тоже замолчала. Слишком многих друзей они потеряли тогда. Неожиданно вошёл Первый и обвёл взглядом молчащих стражей.

— Новости, — коротко бросил он. — Император уезжает, и мы вместе с ним.

— Что? — им на мгновение показалось, что они ослышались.

— Ведьма нагнала слишком много страху. Даже Плачущий Король не подбирался так близко к Роще. Решено перенести ставку на юг, в Приморье.

— Когда выезжаем? — спросил Второй. Стражи оживились, и Шестая даже заулыбалась — всё лучше, чем сиднем сидеть в Роще, не имея возможности даже на минутку обернуться баронессой Лиоди. Она любила яркую сторону их жизни и, похоже, единственная скучала по светским вечерам, а все шумные приёмы и балы последнего времени проносились мимо, лишь обсыпая их мишурой и оглушая яркими звуками.

— Через пять дней. Но есть одна тонкость. С Императором едет только часть Ордена. Вторая часть остаётся с Провидцами, которые будут играть роль Императора и его семьи. Думаю, нет смысла уточнять, что это совершенно секретно.

Второй грязно выругался. Четвёртый был совершенно с ним согласен, но вместо этого спросил:

— Уже известно, кто остаётся, а кто едет?

— Да. Из стражей едет ваша троица и моя.

Четвёртый почувствовал, что стало легче дышать. Как раз в Приморье скрывается настоящая Тиантей. Недопустимо, чтобы её нашли. А если Император переезжает туда, пусть даже инкогнито, то риск быть раскрытой возрастёт невероятно. Но если там будет Четвёртый — возможно, ему удастся как-то её предупредить, заставить уехать в другой, ещё более далёкий лес.

Сборы не заняли много времени — ему некого было предупреждать о своём отъезде. В путь выдвигались небольшими группами, чтобы не привлекать внимания. Четвёртому выпало ехать открывающим, в первой группе.

Приморье приближалось с каждым днём, и всё сильнее росло его беспокойство. Всё чаще он ловил себя на том, что рука непроизвольно тянется к кулону. По поводу того, что исчезновение «Ведьмы» из столицы обнаружат, он не беспокоился — во-первых, промежутки между его диверсиями были довольно большими, во-вторых, он оставил на прощание подарок: особенное зелье для короедов. Обычно в древах никаких паразитов не водилось — для жилищ использовали достаточно защитных средств, но почти все их можно было обойти, если жуков-короедов кое-чем напоить. Пройдёт порядочное время, прежде чем лесные смотрители заметят недоброе.

Они въехали в лес вечером. До местной Рощи оставалось ещё часа четыре, но было решено не останавливаться. Местные жители с удивлением наблюдали за кавалькадой: редко кто тревожил покой южной резиденции Императора, да и никаких официальных объявлений по этому поводу не было, а такое количество бледнокожих северян выглядело странно. Сюда доходили слухи о беспорядках в столице, но Приморье было слишком далеко, чтобы местных волновали эти проблемы.

Они стремительно неслись вперёд, когда Четвёртый вдруг почувствовал чей-то пристальный взгляд. Он оглянулся и с трудом удержал на лице маску невозмутимости: с одного из нижних балконов на него смотрела Тиантей. Смуглая, в мужской одежде и коротко стриженная, с выгоревшими волосами. Вряд ли кто-либо из старых знакомцев смог бы её узнать, но это не относилось к изменяющимся. «Только бы никто не обернулся, — взмолился Страж про себя. — Только бы она догадалась спрятаться!»

Они проехали мимо. По крайней мере, в его отряде её не заметили. Но повезёт ли так со следующей группой, которая будет ехать через полчаса? Напряжение сковало его. Как дать ей знать, насколько это опасно? Почему он раньше не предупредил её о невероятной способности перевёртышей распознавать маскировку?

Но вот все прибыли в Рощу, Император разместился, и ничего не произошло. Никаких новостей о схваченной Ведьме. Или о драке. Или о чём-нибудь таком.

— Здесь мы дежурим не по трое, а по двое. Четвёртый, ты со мной, Восьмой и Шестая, остаётесь вместе. Третий и Пятый, ваше дежурство сегодня ночью.

— Когда мы сможем осмотреть лес? — как бы невзначай поинтересовался Страж. Обычная практика: ознакомиться с местом возможного сражения. Да и преследование, в случае чего, вести проще на знакомой территории. Вряд ли кто-то мог заподозрить, что ему эта вылазка нужна совсем для другого.

— Завтра с утра, — Первый с трудом подавил зевок. — Мы с тобой дежурим вечером.

Четвёртый кивнул. Больше вопросов не было, и все, кроме Третьего и Пятого, разошлись по комнатам, несмотря на то что в путешествии Императора в основном охраняли его личные гвардейцы, и стражам удалось немного отдохнуть.

Четвёртый заставил себя заснуть — с утра ему понадобятся силы. Но бессвязные сны приходили один за другим, не давая расслабиться. А под утро, когда уже почти рассвело, Страж вновь услышал звон колокольчиков. Перед глазами стояли пылающие дубы, и Холмы на много полётов стрелы вокруг, казалось, были окрашены алыми отсветами пожара. Так и лежал он с закрытыми глазами, пока не настало время вставать.

Наскоро позавтракав, он отправился изучать окрестности. Как обычно, начал с местного рынка. Там в толпе было легко затеряться, сбить со следа преследователей и изменить внешность с помощью не только нового образа, но и обычной одежды. Когда через полчаса Страж оттуда выбрался, даже если за ним и был хвост, то давно отпал. Теперь можно было наведаться в древо, где вчера вечером он видел Тиантей в облике мальчишки.

Четвёртый отправился кружным путём: излишняя предосторожность ему ещё ни разу не вредила, да и основным делом — изучением нового леса — стоило заняться. И вот он у цели — огромного древа с множеством отдельных входов в жилые каверны. В таких жили все, кто не мог позволить себе собственное древо. Страж прикинул, к какой каверне относился балкон, и, ещё раз осмотревшись, поднялся к нужной двери.

«Наумати» — гласила табличка с именем рода жильцов под светильником в форме василька. Он постучал. Прошла почти минута, прежде чем из-за двери донеслись приближающиеся шаги и щёлкнул замок. На пороге стояла Ведьма. В мятой одежде, с всклокоченными волосами и следом от подушки на щеке, она выглядела совсем беззащитной. Увидев незнакомого мужчину, она тихо ойкнула и попыталась захлопнуть дверь, но он толкнул створку, и Тиантей отлетела куда-то вглубь каверны. Страж тщательно закрыл за собой дверь, прошёл по приёмной комнате вглубь. Он нагнал пытающуюся убежать Ведьму уже возле балкона. Грубо схватил и прижал к стене.

— Если бы это был любой другой страж, ты бы уже была мертва, моя госпожа, — тихо прошептал он ей в самое ухо.

— Рин?! — с облегчением вскрикнула Тиантей, но он заглушил возглас, жадно впившись в её губы. Как давно он хотел сделать это. Провёл губами по щеке, шее, на мгновение остановившись в ямочке у ключиц. Её запах сводил с ума. Он рванул рубашку, освобождая её грудь. На коже остался след ожога в форме клейма.

— Рин, не сейчас, — прошептала Ведьма, но её дыхание уже сбилось, и она запустила пальцы ему в волосы, привлекая ближе. Он обнял её, приподнимая над полом и опять крепко поцеловал. Тиантей ответила не менее страстно. Ткань штанов жалобно затрещала, когда Страж бесцеремонно потянул пояс. — Не рви мою одежду, — захихикала она, помогая ему раздеть себя, и невольно охнула, когда Рин вошёл в неё. Они задвигались в безумном ритме. Страж всё крепче прижимал её к стене, пока она не вскрикнула и не выгнулась дугой в его руках. Несколько мгновений, и он тоже глухо застонал, избавляясь от давно копившегося напряжения. Какое-то время они стояли у стены, глупо улыбаясь и обнимаясь, медленно водя руками по телу друг друга, словно заново изучая. Четвёртый был в новом облике, которого Ведьма раньше не знала. На её боках и спине остались следы от кнута, в самых неожиданных местах под пальцы попадали шрамы от ожогов.

— Ты даже не разделся, — наконец пробормотала Тиантей.

— Не было времени, — улыбнулся Рин, опять её поцеловал и осторожно поставил на пол. Ноги Ведьмы подогнулись, и он опять подхватил её на руки. — Вам нужно уезжать.

— Что?

— Император здесь, а вместе с ним и половина Ордена. Любой из перевёртышей узнает вас с Линтакли с первого взгляда.

— Но мы…

— Тебе просто повезло, что никто не заметил тебя вчера, когда мы проезжали мимо древа, — Страж отнёс её на кровать и теперь нежно водил ладонью по ёжику её коротких волос. Он почему-то не думал, что Тиантей сможет отказаться от своих прекрасных локонов ради маскировки. — Мы обращаем внимание на любые мелочи во внешности и поведении. Будь ты настоящим асом в преображении, любой изменяющийся всё равно раскусит тебя.

Тиантей молчала. Слёзы навернулись ей на глаза, и она отвернулась, чтобы Рин не заметил этого. Но он заметил. Ещё крепче обнял.

— Я бы хотел, чтобы всё было иначе, — он замолчал.

Прошло несколько долгих минут.

— Те вещи, о которых говорят. Что происходит в столице, — нерешительно произнесла Тиантей. — Это твоих рук дело?

— Да.

— Но… Как? Откуда ты знаешь?..

— Я читал твои гримуары, пока не было чем занять себя, — признался Страж.

— Что?! Ты проник в мою лабораторию?! — Тиантей отстранилась и потрясённо всмотрелась в лицо Четвёртого. Он не выглядел виноватым. Ну, разве что самую чуточку.