Две ипостаси одной странной жизни. Часть 4

–Да никакой я не другой! Я самый обычный и довольно слабый человек. О, Боже! Ну, почему любовь подчас неподвластна нашему разуму и сердцу, и исчезает непонятно почему и неизвестно куда!? – воскликнул я, пребывая в страшном отчаянии. – Зачем ты уходишь от нас, о, Ваше Величество, Любовь!?

–Хватит! – взъярился Аристарх в неудачной попытке меня успокоить. – Ну, бросила вас баба. Ну и надо её забыть раз и навсегда. Ну, обретёте вы ещё новую любовь!

–Меня бросила не баба! – гневно возмутился я. – Меня бросил ангел во плоти! И как я смогу обрести новую любовь, если помру через пару-тройку месяцев!? Что вы несёте!?

–О, извините, простите. Я забыл.

–О, мой милый ангел, ушедший навсегда! – продолжил я.

–Хорошо, хорошо! – засуетился Аристарх. – Ангел, так ангел. Дело в том, что бросать можно по-разному.

–Это как?

–Одно дело, когда вас бросает какая-то потёртая старая кошёлка или просто дура, в каком бы возрасте она не находилась, уставшая от вас и никогда не любившая вас, или любившая и разлюбившая вас. Но совершенно другое дело, когда вас бросает женщина, которая вас любит, но выбирает особый, вожделенный, заманчивый и сладостный для неё путь, и он ей в данный момент нужен и необходим, и подходит в силу ряда жизненных обстоятельств. Понимаете? Ну, так пожелайте ей счастливого пути и простите!

–Понимаю…

–Ну, и хорошо.

–А если рядом находится ещё и потасканная сука тёща, которая до беспредела порочна, и ко всему тому безнадёжно стара и физически и морально, и психически ненормальна!? – глухо спросил я.

–Классическая ситуация!

–И я о том же.

–Жаль…

–Вы знаете, именно данная ситуация была в моей жизни, ну, и конечно ещё в миллионах жизней иных людей. Ух, эта сука, тёща! Коварная, гнусная, порочная, развратная и потёртая кошёлка, хитрая и расчётливая бестия! Ничего, она своё ещё получит. Кое-что уже получила. Муж её помер, которому она долгие годы изменяла, и я являлся тому свидетелем. Скоро произойдут очередные определённые события в её и ещё в кое чьей жизни.

–Ну и славно…

–Вернёмся к моей любимой девочке, – вздохнул я. – О, моя утерянная безвозвратно, юная, пышногрудая, длинноногая и рыжая красавица, свет очей моих навеки!

–Жаль вас и всех нас… – пригорюнился Аристарх и метнул в себя ещё одну рюмку водки.

–Да, вот так! Ужас!

–Конечно, конечно… Согласен. Из века в век всё одно и тоже. А в вашей конкретной истории чувствую присутствие некоего богатого господина. Дверца золотой клетка для милой, молодой, любимой, обожаемой и стервозной пташки была распахнута настежь, и пташка влетела в неё, и вас с лёгкостью предала и покинула.

–Да.

–Понятно…

–Слушайте! Так вы определитесь, наконец, окончательно!? Убиваем мы, тёщу или нет? Или как? – сухо произнёс я.

–Никак не привыкну к неожиданным перепадам вашего сознания, – возмутился Аристарх.

–Сознание, оно на то и сознание, что бы периодически или постоянно испытывать определённые перепады! Вы, господин хороший, кстати, эти самые перепады тоже вполне успешно демонстрируете!

–Да, верно…

–То-то и оно…

–Тёщу, конечно же, убиваем. Вопрос решён, – досадливо поморщился Аристарх. – Но вот этот ваш способ. Повешение… Ужасно. Давайте всё-таки сбросим её, птенчика моего, цыплёнка ненаглядного, с какого-нибудь этажа.

–Птенчики, а тем более цыплята летать не умеют. Я понимаю, что вы рассчитываете на возможное спасение вашей крали. Вдруг она зацепится за балкон или за спутниковую антенну. Вариант со сбрасыванием категорически не пройдёт.

–Почему?

–Ну, дочку же настигла такая же смерть! – возмутился я. – Повторение, конечно же, мать учения, но не в нашем случае.

–Согласен, – нахмурился Аристарх. – Слушайте! А, может быть, пусть она якобы застрелится?

–А откуда вдруг у этой старой дуры возьмётся пистолет, автомат или ружьё? Она же явно не охотница и тем более не любительница стендовой стрельбы.

–Да, согласен. Как-то неправдоподобно.

–Ну, и я том же…

–А если она, эта чёртова мымра, вскроет себе вены в ванной комнате, якобы, от отчаянной и безумной скорби по безвременно ушедшей и глубоко любимой дочурки?

–Сложный вариант.

–В смысле?

–Ну, это крайне затяжной и довольно длительный процесс, – поморщился я. – Пока наберёшь ванну, пока справишься с истерически сопротивляющейся женщиной, пока перережешь ей вены. Пока подержишь её на одном месте, дабы кровь из неё спокойно вытекла. Стоит учитывать, что она спортсменка и бывшая комсомолка. Очень всё долго и сложно. И отпечатки моих или ваших пальцев наверняка останутся где-нибудь. Да ещё и в крови я весь вымажусь. Потом придётся её долго и мучительно отмывать. Данный вариант категорически не годится.

–Но ведь и процесс повешения отнюдь не прост и не краток?! – возмутился Аристарх.

–А что в нём такого сложного? – усмехнулся я. – Дал даме под дых. Она отключилась. Ты вставляешь её голову в петлю, натягиваешь верёвку и всё! И никаких проблем! И никаких следов.

–Боже мой!

–Бог тут не при чём! – строго сказал я. – Рядом с нами сейчас присутствует только дьявол!

–Но, всё-таки, почему вас так влечёт к себе именно процесс повешения? – панически заметался Аристарх по кафе. – Может быть, предпочтём нож в сердце или в голову?!

–Процесс повешения мне более мил и приемлем в силу ряда обстоятельств, которые складывались в моей жизни в прошлом, – мрачно усмехнулся я.

–Как?!

–Опыт определённый имеется, – скромно произнёс я.

–Что!? – ужаснулся Аристарх.

–То, что слышали!

–Ладно… Вешаться, так вешаться. Чему быть, тому не миновать, – тяжко вздохнул Аристарх. – Да, кстати. Вы же хотели прочитать мне какое-то стихотворение!?

–Омар Хайям.

–И?

«Мы – послушные куклы в руках у творца!

Это сказано мною не ради словца.

Нас по сцене всевышний по ниточке водит

И пихает в сундук, доведя до конца…».

-Да… Всё-таки тёщу следует убить. Деваться некуда, – безнадёжно и глубоко вздохнул Аристарх.

–И я о том же.

–Но, какая, однако, женщина! Какая кудесница, мастерица! Что она только не вытворяла в постели, чертовка, колдунья, шалунья моя ненаглядная! Жаль, очень жаль!

–О, боже! Полный абсурд! – взорвался я.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ.

Свободным от страданий ещё

никто не был.

Ф. Шиллер.

И, так… Я сидел на скамейке и внимательно наблюдал за женщиной, которая грациозно и плавно переместилась с водительского сидения шикарного автомобиля на довольно помятый, серый, мокрый и скучный асфальт, находящийся подле него, вернее, под ним. Да, как правильно подметил Аристарх, – эта дама была совсем не плоха. Явно крашенная блондинка, но довольно густые волосы. Фигура почти идеальная, ножки очень даже изящные и точёные. И главное! О, какая грудь! Этот момент меня очень сильно и всегда напрягал.

Обожаю большую и упругую женскую грудь! Желательно натуральную. Это очень и очень важно! Искусственные груди всегда вызывали у меня чувства брезгливости, тошноты, полного разочарования и отвращения. Ничего нет более ужасного на этом свете! Ну, как можно ласкать грудь любимой и желанной женщины, если осознаёшь, что этот не грудь, а силикон, ну, или ещё что-то там внутри в этом роде?! Гель какой-нибудь. Ужас, ужас, ужас!!! Лучше уж съесть лягушку в сыром виде, или проглотить живого червя, или пиявку! Фу, я, возможно, сейчас блевану!

Возникает вопрос. А как возможно распознать грудь естественную, натуральную, и в чём её отличие от искусственной? Да всё очень просто! Пузырь есть пузырь. Надутый и совершенно неестественный шарик или шар. Настоящая грудь – это настоящая грудь. Пусть она будет маленькой, но это лучше, чем плоть, отягощённая какой-то вонючей гадостью. Фу, снова рыгать и блевать хочется! Убожества! Ненавижу всех этих смазливых кошёлок, ну, великих новоявленных певиц, телеведущих или так называемых светских львиц с гигантскими грудями, от которых тошнит и мутит! А эти губы, накачанные всякой дрянью!? Как с этими суками живут нормальные мужики? А, вообще-то, мужики ли они на самом деле? Очень сильно сомневаюсь в этом вопросе.

Была у меня когда-то одна подруга. Такая миниатюрная, трепетная и весьма симпатичная блондинка, которая была не дурой, и которая некоторое время любила меня. Зря, конечно, но любила. Так вот… У неё практически не было груди. Ну, и что? Зато какая была у неё нежная кожа! Какая попка! Как у юной девочки. А как она трахалась?! Боже мой! Кое-кто из моих бесконечных женщин с огромными естественными сиськами и весьма неплохими попами во сто крат уступали ей. Так что вопрос, анализируемый мной сейчас и в этом месте, очень и очень спорен.

И, вообще, суть отнюдь не в сиськах и в попах, а в созвучности душ, в симпатии, в безмятежности отношений, в гармонии, во взаимопонимании, доверии, преданности и в любви. Вот, сойдёшься с какой-либо совсем неплохой и даже красивой женщиной, повстречаешься с ней, поживёшь, а тяги, интереса и экстаза нет! Ну, нет! Вроде бы всё хорошо и даже превосходно, вроде бы дама весьма обаятельна, вроде бы она и сравнительно умна, ну, если так можно говорить о женщинах, вроде бы и влюблена в тебя, вроде бы и характер неплохой, вроде бы даже и материально обеспечена и успешна. Вроде бы сиськи у неё естественны и натуральны, а вот чего-то такого особого, судьбоносного, магического и мистического не хватает, хоть волком вой! Ну, нет гармонии, созвучия чувств и душ, нет, как я люблю говорить, того самого экстаза! Нет, и всё! И это очень печально.

И главное, что ты понимаешь, что годы уходят напрасно, и скорее всего, гармонии не найдёшь ты с этой женщиной уже никогда, а потом нигде и ни с кем! Вот в чём беда! Так не теряй понапрасну время! Ищи новую подругу, которая, возможно, окажется лучше всех предыдущих! А вдруг вспыхнет истинная любовь? И будет она жить в твоём сердце вечно? Чёрт её знает! А вдруг и нет!?

Ладно, вернёмся от темы упругих и естественных сисек и от настоящей любви к моему объекту. Как же его, или, вернее, её, зовут? Марина, Настя, Оксана, Лена, Света, Мария, Ира? Забыл… Ну, ничего, в таком случае знакомство будет протекать естественнее и успешнее. Когда ты вполне искренен и не знаешь имени объекта, то это ощущается другим человеком инстинктивно и интуитивно.

И, так… С чего же мне следует начать? Конечно же, не с открытого и жестокого нападения. Выкидной нож у меня, конечно, имеется. И двустволка с обрезанными стволами покоится под плащом. Но, везде видеокамеры, свидетели. Вон, сколько старушек на лавочках сидят. Действовать надо тонко, неторопливо и умно. Даже если я совершу убийство вечером или ночью, то всё равно риск велик. Понатыкали всякие маразматики везде, где нужно и ненужно, камер видео наблюдения. Ну, напрягись, смертник, сосредоточься, подумай! Как же поступить далее?

А что, собственно напрягаться? Всё идёт своим естественным путём и чередом! Ух, ты! Ну, надо же?! О, как! Фортуна или её Величество Судьба, или Его Превосходительство Случай, или просто Удача сегодня явно на моей стороне!

Шикарная, изящная и почти обречённая дама, захлопывая дверь огромного джипа, вдруг подвернула ножку, покоящуюся в коротком сапожке на длинной шпильке, вскрикнула и … упала на слегка покорёженный асфальт! Вот он – вожделённый момент истины! Вот то, чего я инстинктивно ожидал, и именно данное сакральное действо вдруг произошло. Вот что мне в этот момент было крайне необходимо и очень, и очень требовалось, и было важно!

Я живо вскочил со скамейки, быстро подбежал к стонущей и потрясённой женщине, наклонился над ней, легко погладил по голове и мягко и сочувственно произнёс:

–Вы как? Давайте помогу. Вызвать скорую помощь? – я торопливо достал телефон.

–Не надо… Не люблю я это. Справлюсь сама.

Женщина попыталась встать на ноги, но это у неё не получилось. Она горестно вздохнула и сказала:

–Ладно, помогите.

–А вдруг – перелом? Не дай Бог! – якобы явно обеспокоено, с огромной тревогой и с искренним и чувственным надрывом произнёс я.

–Какой перелом?! – возмутилась дама. – Я, вообще-то, по образованию врач. Травматолог. Частично.

–А как можно быть травматологом частично?

–На этом свете всё может быть. Перелома нет, но со связками проблема. Неделю буду хромать, ковылять и стонать. Ужас!

–Так, может быть, всё-таки, в больницу?

–Нет. Я должна быть в относительной форме и в норме в течении пяти ближайших и судьбоносных суток. Никаких больниц и вызовов бригад скорой помощи! Помогите мне, пожалуйста, дойти до квартиры, а там я сама себе окажу необходимую помощь.

–Ради Бога! Я весь ваш!

–Не надо быть моим, – горько рассмеялась женщина. – Будьте самим собой и принадлежите себе. Что вам я? Кто вам я? Какая-то случайная прохожая. Одна из очень многих встреченных вами женщин, безнадёжно бредущих в невыносимой пустоте бытия.

–О, как образно и отточено сказано! Вы поэтесса?

–Нет, увы… Вернёмся к теме. Я вам никто и вы мне никто. Помогите мне и мы расстанемся.

–Только не это! Как так можно говорить!? – искренне возмутился я. – С сего момента вы – моя любимая женщина! Я очарован и покорён вашей неземной красотой, умом и обаянием! Вы самая первая и самая желанная!

–Вот как? О, как?! – расслабилась и иронично улыбнулась женщина. – И что, неужели впереди меня никто не бредёт к вашей обители?

–О, как тонко и философично произнесено! Но, зачем вы так?! – восхитился и одновременно возмутился я. – В слове «брести» таятся такая жалость, безысходность и разочарование. Следует сказать так: «И что, – впереди меня никто не стремится к вашей уютной, светлой и тёплой обители, полной возможного счастья и бесконечной любви?».

–Да, вы совершенно правы. Извините… – снова улыбнулась женщина. – Ну, и что дальше?

–На сегодняшний день вы единственная реальная претендентка на мою не такую уж и скромную обитель, – ухмыльнулся я. – Я весь ваш и жажду познать вас!