Две ипостаси одной странной жизни. Часть 4

–С двадцатого…

–А, ну да.

–А тёща? – мрачно спросил меня Аристарх. – Куда её девать, кошечку мою ненаглядную? Она, наверное, уже допрошена и дала обличающие меня показания по полной программе?

–Не так всё быстро происходит, и не так всё просто и безнадёжно в нашей ситуации!

–В смысле?

–Ну, во-первых, сброшенную вами суку надо ещё опознать. Осмотр места происшествия. Экспертизы всякие. Откуда она сброшена, кто она такая? Поквартирный обход, поиск свидетелей, сбор доказательств. Не всегда всё ясно сразу же и сейчас. Время, именно время решает подчас всё в нашей жизни, – вздохнул я.

–Да, вы правы.

–И непонятна ситуация с тёщей, – заметил я. – А вдруг она вас действительно любит? Зачем ей вас предавать и выдавать? Ну, сбросилась с тридцатого этажа наркоманка и алкоголичка вследствие страшного нервного срыва, ну, и туда ей дорога. У, сука! Потаскушка! Изменница, истеричка, обколотая и переколотая, перепившая, перекуренная и обкуренная дура, совершенно не контролирующая свою немощную и истощённую психику!

–Мне нравится ход ваших мыслей! Истину вы глаголете! – восхитился Аристарх.

–А перед полётом ваша жена употребляла алкоголь? – снова вкрадчиво поинтересовался я.

–Да. После ссоры с любовником она пришла вся на нервах и выпила пол стакана коньяка.

–Превосходно! – просиял я. – И так… У тёщи остался любимый внук и не менее любимый, почти молодой мужчина. Великолепно, прекрасно! Жизнь продолжается и неторопливо и благостно течёт в нужном нам русле!

–Господи, вы даруете мне надежду! – в свою очередь восторженно просиял Аристарх.

–Я подарю вам ещё и железное алиби.

–В смысле?

–Найдётся пара свидетелей, которые подтвердят, что в день убийства, вернее в ночь перед ним и поздним утром вы и они отдыхали в некоем месте на берегу моря в десяти километрах от нашего славного города. Цена вопроса – всего-то пять-семь тысяч рублей. Ну и конечно ящик водки.

–Да без проблем! А почему именно в десяти километрах? – изумился Аристарх.

–Ну, Андалузия, Парагвай, Индия, Мальдивы, Бразилия, Вьетнам, и даже Абхазия всё-таки несколько далеки от наших мест. Следует быть реалистами.

–Да, согласен…

–Но, с другой стороны…

–Что?! – всполошился Аристарх.

–А вдруг? Дочь, есть дочь. Кто до конца поймёт душу женщины – матери? Чёрт её знает. Нет, нам она живой не нужна. Мало ли что… Моя точка зрения такова. Рисковать не следует.

–Вы так считаете? – опечалился Аристарх. – Что же делать, как же быть?! Любимая женщина, однако. Возможен же какой-то компромисс, варианты всякие…

–Ну, и куда нам её, старую кошёлку, и совершенно лишнего свидетеля, девать, если возникают вполне обоснованные сомнения в её лояльности, так сказать? Догадайтесь… – задумчиво и сухо произнёс я. – В принципе, она уже своё отжила. Кому нужна старость в болезнях и в забвении?

–Это вы к чему клоните?! Снова всё тот же вариант? – вздрогнул мой клиент.

–Да ни к чему я не клоню, а всего лишь рекомендую и советую! – возмутился я. – Выбирайте! Или будете навеки сидеть в одиночной и вонючей камере, или смотреть на прекрасные закаты и рассветы с балкона тридцатого этажа в центре великолепного и сияющего огнями города около моря!

–С двадцатого.

–Ну, да, конечно… – поморщился я. – Кстати, рекомендую. Можете выращивать на этом балконе укроп, петрушку, а то и огурцы, а возможно и помидоры. А может быть даже и лимоны! Представляете, какая будет неземная красота, и какая полная и неожиданная гармония воцарится в вашей душе?!

–Да, представляю, – меланхолично, благостно и счастливо улыбнулся Аристарх.

Он, бедолага, видимо, уже предвкушал медленный и сладкий процесс крошения укропа и петрушки в салат из собственно выращенных огурцов и помидор. А свежее нерафинированное растительное масло с духом полей? А холодная водочка? А какое удовольствие с тем же с экстазом отведать хороший коньяк под своими же руками выращенный лимончик, да с сахарком!

–Ну, какие будут идеи!?

–Понятно какие…

–Превосходно! Тёщу ликвидирую я лично!

–Что!? Как!? – ужаснулся Аристарх и чуть не упал в обморок.

–То-то и оно! Мне терять абсолютно нечего. Поймают, ну и хрен с ним. Всё равно помру через несколько месяцев. А так, хоть поживу всласть где-нибудь в глухом, тихом, заповедном и уютном уголке прямо возле моря, – светло улыбнулся я. – Могу я, наконец, осуществит свою давнюю мечту? Представляете… Хрустальный воздух, невыносимо синее и бездонное небо, и непередаваемое никакому описанию вечернее и спокойное море цвета ультрамарин. Закат… Крик чаек. Шелест пальм, бамбука, кипарисов и магнолий. Мандарины. Хурма и инжир. Запах йода. Цикады, слегка нарушающие девственную и почти абсолютную тишину. Какая-нибудь молодая, грудастая и красивая баба рядом, а то и две, или даже три. А может быть и четыре.

–Да, цикады, бамбук, хурма, а тем более молодые грудастые бабы многого стоят, – задумчиво пробормотал Аристарх.

–Ну, и я о том же. И когда же меня поймают эти бездарные, ленивые и тупые опера!? Я что, им особенно нужен? Гоняться за фантомом, который, якобы, убил очередную старую кошёлку?! Кто я такой, собственно? Преступник международного масштаба? Террорист какой-то?! В случае чего уговорю, подкуплю, а, может быть, и кое-кого ликвидирую лично и беспощадно. Мне сейчас на всё глубоко наплевать и даже насрать! Двустволка с обрезанными стволами с картечью и пулями в гильзах почти всегда при мне. Пусть этот мир летит в небытие и в самую глубокую и вонючую пропасть!

–Вы меня очень сильно тревожите, однако! – весьма нервно произнёс Аристарх.

–Сыну помогу, – горестно вздохнул я. – Он, почти сиротинушка, практически бедный и неприкаянный юноша, но красавец и натуральный блондин, сейчас заканчивает последний курс колледжа в одной далёкой стране.

–В какой именно?

–Живёт сын с моей бывшей женой в Англии, в Ливерпуле, ну, или неподалёку от него… Вообще-то, я ненавижу и Англию и всех этих немощных англосаксов.

–Ничего себе! Вот это да! А как ваша жена и сын туда попали? – удивился Аристарх.

–Как, как… Вот так! – печально нахмурился я. – Жена моя бывшая отыскала по интернету какого-то англичанина-идиота и вышла за него замуж. Ну, при этом прихватила значительную сумму денег, принадлежащих мне, и была такова! Но я на неё не в обиде. Бывает… В конце концов, сын мой живёт и учится в Англии. В принципе неплохая страна. Получил гражданство. Ну и прекрасно, ну и превосходно! Дай Бог ему удачи и здоровья! Дай Бог хорошей, красивой и умной девушки и всего остального.

–А что, девушки бывают одновременно красивыми и умными? – поинтересовался Аристарх.

–Так, не прерывайте поток моих благостных, счастливых и крайне светлых мыслей! – бурно возмутился я.

–Хорошо, хорошо, хорошо… Вы не волнуйтесь! Ну, дай ему Бог, дай Бог… – задумчиво произнёс Аристарх. – А когда вы виделись или общались с сыном последний раз?

–Три года назад.

–Что?!

–То, что слышали! Когда будем убивать тёщу?

–Переходы у вас, однако!

–Как и у вас! И всё-таки?

–А нельзя нам нанять каких-нибудь профессионалов? – несмело спросил Аристарх. – А вдруг у вас ничего не получится? Думаю, что опыта у вас всё-таки несколько маловато для такого весьма ответственного и крайне рискованного дела.

–Что вы знаете о моём опыте! Профан! – возмутился я и хищно сузил глаза.

–Ладно, ладно…

–Профессионалы… Ну и чудак вы! Наивный вы наш! Вы знаете, истинные профессионалы ходят вокруг нас стаями и мечтают получить заказ на убийство, – ухмыльнулся я. – Ну-ка, профессионалы, встаньте в очередь! Где вы, отзовитесь! Эй, профессионалы! Бойцы-молодцы! Герои! Супер киллеры! Ау! Ау!

–Ну, хватит же!

–Слушайте, зачем нам привлекать к делу лишних, сомнительных и непонятных людей? – возмутился я. – А вдруг они окажутся подставными лицами, агентами полиции или ФСБ? А если они таковыми и не будут являться, то вдруг потерпят фиаско? Они же сдадут вас и меня через пять минут после того, как оперы наденут на их головы целлофановые пакеты или отобьют им яйца и рёбра! Неужели вам это не понятно?!

–Понятно, понятно…

–Повторяю! – воскликнул я решительно. – Мне терять нечего! Мне целлофановые пакеты и даже противогазы не страшны! И на иглы под ногти мне наплевать, и даже на огромные члены, которые засунут мне в жопу лихие отморозки в какой-нибудь вонючей камере! Кстати, люблю анальный секс. И место возле самой тошнотворной параши мне будет любо, дорого и мило!

–Ужас, что вы такое говорите?!

–Находиться около параши очень удобно. Приспичит какой-либо понос, а она вот, параша, красавица, рядом с тобой. Успеешь добежать, не обкакавшись, ну, или иными словами, не обоссравшись.

–Ужас какой-то!

–Главное, переведите на счёт моего сына миллион, ну и мне хотя бы пару, и всё будет в абсолютно полном порядке, – устало произнёс я.

–Что? Целых три миллиона? – ужаснулся мой собеседник.

–Да успокойтесь вы! – скептически усмехнулся я. – Три миллиона в рублях. Всего-то, лишь… Что, слабо? Вы же у нас обладатель двух компаний и даже заправки.

–Без проблем, – расслабился Аристарх.

–Ну и славно.

–Ну, и хорошо.

–Консенсус почти достигнут.

–Ну и прекрасно…

–Ну и замечательно!

–Как будем убивать тёщу? – несмело произнёс Аристарх. – Может быть, дать ей каких-нибудь таблеток, ну, или незаметно сделать смертельный укол?

–Никаких таблеток и уколов! Только повешение! – решительно и мрачно произнёс я.

–Боже мой! – ужаснулся Аристарх.

–А где же был Бог, когда вы сбрасывали свою молодую жену с тридцатого этажа?!

–С двадцатого…

–Суть не в этажах! Суть в том, что между ними! Сколько повторять!? – рявкнул я.

–Да, вы правы… А совесть?!

–Вы заговорили о совести?! Собственно, она является Божьим промыслом, и совершенно не понятно, где его границы.… – тяжело задумался я.

–Да, согласен. Как-то всё запутанно и крайне странно. Тревожно, зыбко… – задрожал Аристарх и торопливо поглотил очередную рюмку водки. – Чёрт с ней, с тёщей, с последней моей любовью. Всё, решено! Готов я сесть в тюрьму. Грех повторный на душу не возьму! Больше никаких убийств!

–Да кому она нужна, ваша никчёмная, неприкаянная и убогая душа!? – возмутился я. – И, вообще, кому нужны вы в этом и ином мире?! Посмотрите на себя со стороны! Ужас! Идите вы куда подальше! На нет и суда нет! Всё, прощайте раз и навсегда! Желаю успешно и в сравнительно добром здравии встретить старость в тюрьме.

–Постойте, постойте! Так… Ладно. От судьбы никуда не уйдёшь. Грех один. Грех второй. Согласен. Убивать, так убивать! Я готов! Скелетами переполнены мои шкафы.

–Деньги переведите.

–Вон отделение Сбербанка. Пойдёмте.

–Ну и хорошо. Ну и славно. Хочу прочитать вам одно замечательное стихотворение.

–Ах, ну да… Вы же у нас творческий человек. Писатель, бывший поэт и философ.

–Бывшим поэтом быть нельзя!

–О, извините! Согласен!

–Да, я сейчас творю исключительно в области прозы. И не стыжусь этого моего крайне неожиданного и странного предназначения, – мрачно произнёс я.

–А как вы достигли данного предназначения? В связи с чем? – живо поинтересовался Аристарх.

–Вы знаете, в один прекрасный момент бросила меня роскошная, красивая, сексуальная, замечательная и молодая женщина, которую я безумно любил, и по которой тоскую и скучаю до сего времени. О, этот невыносимый рыжий ветер густых волос! О, эта великолепная, большая и упругая грудь! О, эти светлые, немного раскосые, совсем немного, голубые, постоянно меняющие цвет и вечно смеющиеся глаза! О, эти губы! – я решительно вбросил в себя рюмку водки и чуть не расплакался в отчаянии навзрыд. – Вот именно после того, как она меня бросила, я ощутил своё истинное предназначение. Что-то щёлкнуло в мозгу, видимо от полной безысходности, потрясения и страшного ужаса. Сел я за стол и стал творить.

–Ну, история, повторяющаяся из века в век. Она, эта дама, имеет два имени одновременно.

–И какие же они?

–Вечность и Любовь.

–Да, согласен.

Мы снова выпили, задумчиво помолчали, полюбовались небом и великолепным ландшафтом, окружающим нас.

–А вообще-то, на первый взгляд, эта крайне печальная и невыносимо скорбная история для меня сугубо индивидуальна, является магической и оригинальной, и, якобы, непохожа она ни на что более другое. Увы, увы… Как часто мы заблуждаемся. Но если приглядеться и вдуматься, почти все истории любви так похожи одна на другую! – задумался я. – Да, какая была женщина! Вернее, какая была шикарная, неповторимая и роскошная девушка! Ух!

–Успокойся!

–Не надо меня успокаивать. Как может быть спокоен человек, у которого давно уже постоянная смута в душе? Единственное средство для его успокоения – это пуля в голову или в сердце!

–Ну что ты такое говоришь?! – возмутился Аристарх. – Ну, я пребываю в сомнениях, постоянно ною… Это понятно. Но ты же – совершенно другой!