Вторая сучья война. Тюремные байки

Отсюда вывод: стоит за такой народ и такую страну воевать?  Впрочем, я очень сильно отвлекся. Надеюсь, моя скромная персона и мое отношение к текущему политическому режиму мало кого интересует. Я исследую хоть и связанный с этой темой, но все ж таки другой вопрос. 

Следующими победителями в этой войне явилась тюремная каста козлов.

По поводу этих субъектов я уже высказывался в работах «Красная зона» и «Вторая сучья война. Интервью с козлом». Добавлять что-либо еще считаю излишним, да и противно об этих мразях писать.

Теперь о проигравших. На первой группе «проигравших», ворах, я остановлюсь поподробнее.

Прежде всего, считаю необходимым напомнить читателю, что в настоящий момент в воровском мире идет настоящая война. По масштабам, наверное, это самый крупный внутрикриминальный конфликт со времен той самой первой сучьей. Конфликт исключительно сложный и многосторонний. Имеет в своей основе и раздел сфер влияния и контроль за целыми направлениями различных бизнесов и личные претензии многих участников конфликта друг к другу. Если упростить ситуацию, то картина следующая. Войну ведут два клана. Первый возглавляет Аслан Усоян (дед Хасан), второй Тариэл Ониани (Таро). Война уже унесла много жизней авторитетных людей. Список ушедших на данный момент возглавляет Вячеслав Иваньков (Япончик).  Кто его убрал не ясно, есть три версии: люди Таро, сам дед Хасан, или же все таки мусра/гэбисты. Выяснить это на текущий момент невозможно, да и не особенно то и нужно.  Важно другое. Помимо кучи трупов с обеих сторон, есть также масса других негативных обстоятельств. Например, задержание аж 37! воров в законе из клана Ониани на телоходе на Пироговском водохранилище летом 2008. Эта война имеет одно принципиальное отличие от всех прочих «бандитских войн» 90-х и 00-х. Помимо всех иных причин и аспектов эта война имеет идеологическую составляющую. Представители Таро утверждают, что в основу всей жизни вора должны быть положены воровские понятия и традиции, и именно это – отход от воровских традиций – они предъявляли многим членам клана деда Хасана, в частности Лаше Руставскому. Люди деда Хасана говорят, что воровские понятия очень важны и нужны, но лишь как инструмент, в частности для разруливания конфликтов, а не как основа для ведения дел. На практике люди Хасана утверждают, что это именно они, а не Таро и его единомышленники, являются истинными хранителями традиций, в то время как люди Таро очень даже часто поступаются понятиями, в том числе не брезгуют и «бизнесом». Но все это уже частности. Идеологическая составляющая конфликта в том, что первые (люди Таро) утверждают, что вор должен воровать, вторые (люди деда Хасана) утверждают, что вор очень даже может заниматься бизнесом.

Вряд ли победителем в этой войне выйдет сам дед Хасан. После шоу на Пироговском водохранилище и убийства Япончика его личность стала слишком уж одиозной. Да и старый человек он уже. Но в том, что победит именно его идеология, сомневаться ни сколько не приходится. Нужно или не нужно гэбне/мусарне делиться с такими как Хасан деньгами и властью, будут или не будут они это фактически делать – это все вопросы факультативные. Главное, дед Хасан и его идеология в современную экономическую систему Рашки (Откат-Отжим-Отмыв) полностью вписывается, а Таро и его люди – нет. Именно поэтому, наверное, дед Хасан, хоть и с риском для жизни, но ходит на свободе, а Таро чалится в Матроске, причем, видимо, пожизненно. Впрочем, чего только в Рашке не бывает, могут и Ониани отпустить. Того же Япончика в свое время выпустили в том числе по просьбе певца, борца за права человека и офтальмолога. 

Поэтому, когда я говорю, что воры в этой войне проиграли, я имею в виду, что проиграли только воры старой формации и только на зонах. Ну и кому жаль динозавров? Современные воры-бизнесмены на свободе живут очень хорошо и проигравшими считаться никак не могут. Ну разве что риск быть заваленным в любой момент очень велик.

Ну и наконец, самым главным проигравшим в этой войне является, как всегда, многострадальный русский народ.

Вот здесь поражение полное и без всяких оговорок. Главным следствием этого поражения является то, что любой арестант может быть избит, запрессован, опущен или просто убит любым самым ничтожным и поганым мусором совершенно безнаказанно. Подчеркиваю, совершенно безнаказанно. Ни один мусор не ответил за тот самый ролик с ютуба, который я рассмотрел в работе «Вторая сучья война. Интервью с козлом». Напомню в ролике показано, как зоновский ОМОН в Свердловской ИК-2 системно прессует дубиналами сидельцев, а также всяческими иными способами ущемляет их права и унижает человеческое достоинство (заставляет раздеваться, швыряет об землю, ставит в «растяжку» и т.п.). Название ролика на ютубе preventative actions in Yekaterinburg prison camp. Да в конечном итоге сняли с должности начальника ГУИН по Свердловской области и еще там пару каких-то стрелочников. Но это все. Ни один мусор, лично принимавший участие в избиении не пострадал, а о возбуждении уголовного дела по этому факту не могло даже и речи идти.

Впрочем русский народ не особенно жаль: виноват он сам. Выше я уже отметил, что не надо было допускать до власти гэбэшника и его хунту. А раз уж захотелось сильной руки, то будьте любезны эту руку терпеть, в том числе и в форме избиений сидельцев. 

Кроме того, я не одобряю основной защитный механизм, выработанный русским народом против кровавой гэбни. Этот механизм – пьянство. Пьянство в Рашке в целом тотально. Местами имеются исключения, местами пьянство сопряжено с наркоманией, но в целом картина очевидна: деградация и физическое вымирание. Поэтому русский народ жалеть бесполезно, он все равно скоро большей частью вымрет, а частично будет ассимилирован всякими «понаехавшими».

И все же, следует признать, один единственный позитивный момент в произошедших изменениях есть. И гэбня/мусарня и подконтрольные им «правильные пацаны» одинаково люто ненавидят «неорганизованную» преступность. Всяких там гопников, залетных гастролеров, потерявших работу гастербайтеров, наркошей и просто пьяных мужиков. Для первых они – лишняя работа и ненужные социальные волнения, для вторых они могут выступать конкурентами. Поэтому первые с особым усердием прессуют таких деятелей и раскрывают их дела, а вторые, при обнаружении какой-либо гоп-компании или какого угодно неорганизованного преступника тут же стучат первым во все барабаны. Убивают двух зайцев: и от конкурентов избавляются, и призовые баллы перед своей крышей зарабатывают. Однако ж тут нагрянул крызыс, и уличная преступность расплодилась невиданными темпами без всякого желания кого бы то ни было.

* * *

Этой работой я заканчиваю цикл своих исследований под названием «Вторая сучья война». Буду очень рад прочитать ваши отзывы об этих работах. Особенно интересны для меня сообщения о мусорском беспределе в местах лишения свободы. 

Красная зона

27.12.2006

Средства массовой информации определяют «красную зону» как колонию, где власть полностью контролируется администрацией, и после этого обязательно добавляют, что так правильно и так и должно быть.

Это утверждение далеко не бесспорно. Сложность состоит в том, какими именно методами администрация обеспечивает контроль над колонией.

Все дело в том, что администрация колонии и уголовный мир (здесь имеются в виду так называемые блатные, т.е. профессиональные уголовники) это группы людей, находящиеся по разные стороны баррикад как по отношению к закону и официальным государственным институтам, так и по морально-этическим принципам. Говоря словами персонажа одного известного сериала, вор – есть вор, а мент – есть мент. Отношения между уголовниками не могут быть официально законными априори. Поэтому администрация не может обеспечивать контроль и порядок полностью законными методами, т.е. инструкциями по содержанию заключенных, разъяснениями, требованиями соблюдения режима и т.д. Кроме того, администрация может обеспечить порядок в промзоне или на ежедневном построении, обеспечить же порядок и контроль ночью, когда камеры и бараки закрываются и уголовники остаются одни, администрация не может физически и там в любом случае действуют законы, отличные [от] официальных. Для того, чтобы эти законы не были полностью воровскими, администрация вынуждена прибегать к различным ухищрениям.

Для этого существует очень сложная и изощренная система контроля, основанная на доносительстве и провокациях (на воровском жаргоне – стук и подстава). То есть часть, а иногда и большинство заключенных, регулярно сообщают администрации обо всем, что происходит между заключенными, когда рядом нет представителя администрации. Такие заключенные на жаргоне называются суками. Очень часто некоторые из них, желая выслужится перед администрацией, а иногда за какие-нибудь режимные послабления или материальные блага, а то и просто по указанию той самой администрации, совершают провокации (подставы). Например, подкидывают неугодному заключенному какие-нибудь запрещенные в местах заключения предметы (порнографию, карты и т.п.). По результатам стуков и подстав администрация принимает решение о наказании провинившегося.

Поэтому на воровском жаргоне красная и сучья зона – это почти синонимы. Собственно, красная зона и есть сучья, разница только в оттенке красного: вся ли зона ссучилась или там еще есть нормальные пацаны.

Кстати, уже уместно поставить вопрос, а является ли в цивилизованном гражданском обществе система, основанная на доносительстве и провокациях, правильной. В юридическом плане, может быть, претензий и нет, а вот морально-этический аспект подобной системы, мягко выражаясь, сомнительный.

Очень часто применение подобных методов контроля и установления порядка заканчивается тем, что неофициальную власть в колонии захватывают суки, люди лишенные всяких моральных и этических принципов. И если на черных (воровских) зонах, то есть колониях, где внутренняя жизнь заключенных регулируется не официальным законом, а уголовными нормами и обычаями (понятиями), существуют хоть какие-то правила поведения (пусть и весьма специфичные), то на красных зонах, где власть захватили суки, начинается беспредел, то есть несоблюдение никаких норм и правил, ни красных, ни черных. Любой заключенный может пострадать от суки по любому поводу и без повода.

Однако наличие подобной системы контроля это еще далеко не все, чем характеризуется красная зона. Надо отметить, что регулярные избиения, унижения и издевательства со стороны представителей администрации в отношении заключенных (так называемый ментовской беспредел) это уже редкость. Здесь надо отдать должное правозащитникам: пусть не полностью и в достаточно узком сегменте пенитенциарной системы (ликвидации ментовского беспредела) все-таки удалось добиться результатов. Избиения и издевательства со стороны администрации все-таки еще продолжаются или принимают новые формы (вот недавно один правозащитник сообщил, что в одной из колоний, заключенных, посаженных в карцер, кормили только капустой и горохом, тем самым, вызывая метеоризм). И все-таки надо признать, что ментовской беспредел, как массовое явление в основном ликвидирован.

А вот такое явление как пресс-камеры (пресс-хаты) на красных зонах встречаются почти повсеместно.

Пресс-хата – это камера, населенная уголовниками, полностью подконтрольными и подчиненными администрации колонии и выполняющими любые указания администрации, вне зависимости от степени законности последних. Такие уголовники называются прессовщиками. То есть, например, если администрация приказала прессовщикам изнасиловать (опустить) неугодного заключенного, то это будет сделано беспрекословно и без единого вопроса. Опущенный заключенный переводится в разряд петухов. Петух бесправен и в любой момент может быть избит или изнасилован любым непетухом. Петухи выполняют самые грязные и тяжелые работы (мытье туалетов, переноска тяжелых грузов и тому подобное). Пресс-хата применяется в отношении тех, на кого не действует карцер или ПКТ. Пресс-хата является основным орудием для перевода заключенного в разряд сук. Причем зачастую не происходит даже водворения в пресс-хату. Просто заключенному сначала показывают жизнь петухов, а потом сообщают, что в петухи попадают в пресс-хате, и если ты хотя бы одну ночь провел в пресс-хате, то автоматически попадаешь в разряд петухов. А чтоб не попасть в петухи, тебе необходимо стучать.

Справедливости ради необходимо отметить, что пресс-хаты бывают и на черных зонах. Но, во-первых, они там встречаются реже, а во-вторых, применяются, в основном, в наказательных, а не профилактических целях.

Также необходимо отметить, что пресс-хаты есть не на всех красных зонах, и, тем не менее, пресс-хата на красной зоне это скорее норма, чем исключение.

И тем не менее, несмотря на всю массу негативных явлений, присущих красной зоне, основу неприятия красных зон со стороны профессиональных уголовников составляют не сами эти негативные явления, а тот факт, что они (уголовники) не обладают фактической властью на такой зоне. Вместе с тем, в силу своего менталитета и жизненных убеждений они считают, что, поскольку зона – это место массовой концентрации уголовных элементов, а воры в уголовной иерархии занимают высшую ступень этой иерархии, то на зоне должен быть порядок воровской. Именно тот факт, что воры (положенцы, смотрящие и т.п.) не могут обеспечить там воровскую власть и является основой негативного отношения к красной зоне со стороны профессиональных уголовников.     

Истории, рассказанные сидельцами, в моем изложении

Зачем ты, падла, опустила доброго смешного толстяка?

22.08.2007

Чечены – твари уникальные. У каждой нации есть какая-нибудь негативная черта характера или темперамента, которая особо выделятся и доминирует. Например, хохлы и, говорят, шотландцы – жадные; евреи – хитрожопые; эстонцы – тормозы; многие из русских, увы, - пьяницы.

Основной чертой чеченской нации является злобность. Злобность совершенно необъяснимая и непонятная обычному человеку биологического вида хомо сапиенс. Злоба животная и звериная, передающаяся, видимо, на генетическом уровне. Чечен все, что не по его, всегда встречает в штыки. Когда что-то происходит не так, как хочется чечену, в его глазах горит звериная злость, а на роже настоящий шакалий оскал. Особо жутко становится, когда чечен имеет возможность выплеснуть свою злобу. Сколько уже было рассказов и даже видео о десятках зверски замученных русских солдатах в чеченском плену. А тяжелее всего приходится рабыням в чеченских стаях (тейпах). Почти все из них, которые были в этом аду 2-3 недели, сходили с ума[2].

И вот одного такого красавца закидывают к нам в хату. Ни вам здрасьте, ни вам «мир этому дому», а сразу с порога: «Я брат известного вора (называет имя якобы вора. Я не буду повторять это имя, а буду звать его Камаз Отбросов). Моего брата замочили мусора. Теперь все дела моего брата у меня. Подогнали мне быстро лучшую шконку, жрачку хорошую, водяру достали. Шырево есть?»

«Присядь, мил человек. Ща разберемся, если ты человек уважаемый, значит и мы тебя уважим. А так, с кондачка, мы ничего решать не будем».

«Ты че, не догнал? Я Белаз Отбросов, брат Камаза Отбросова. Я потомственный вор, а ты кто, обзовись! Да за то, что вы меня не приняли, вы все ответите». И так далее в том же духе. Ему кое что за понятия растолковали, в общем, короче, объяснили, что надо подождать, что называется до выяснения.

К концу дня картина начала вырисовываться.

Во-первых, никто не знал никакого вора Камаза Отбросова. Зато вертухай от мусоров притаранил весточку, что вроде как был такой бандит, бегал по горам в Чечне, устраивал теракты, и его в натуре замочили, но только не мусора, а какие-то другие бандиты. Вор и бандит, это, как вы понимаете, люди совершенно разные. Бандитам среди порядочных арестантов уважухи нет.

Во-вторых, даже если б Камаз Отбросов и был вором, то русский вор и чеченский вор, это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Об этом еще Вася Бриллиант в 80-ых говорил, он даже запрещал чеченских воров короновать.

В-третьих. Здесь вам не Чечня. Это там у вас, если твой брат – уважаемый человек, то и ты автоматом уважаемый человек сразу. А здесь ты – это еще не твой брат. Ты сначала должен доказать, чего ты сам стоишь, и вот если докажешь, тогда будут смотреть, кто там твой брат. И вот если он окажется действительно вор, тогда будет тебе респект по полной программе: и самому по себе, и за то, что ты из династии воровской. Но сначала за себя ответь, а потом – за брата.

И, в окончании. Если твой брат был вор, то что, у него в этой жизни корешей не осталось? Что это за тебя никто не подписался и малявки не притаранил?

Вот это все ему четко и внятно объяснили. Ой, мля, как он зажопился! Ну, в натуре животное. Глаза бешенные, кровью налитые, не говорит, а рычит. Особенно его оскорбило, что мы между русскими и чеченскими ворами большое различие делаем. «Да вы все мудаки! Да ваша Раша-параша Чечне дань платит. Сколько Ичкерия закажет на «восстановление», столько ваш Путин и отстегнет! Да наши паханы вашему суду приказывают, как ваших спецназовцев судить надо![3]. И чеченские воры всегда ваших воров строили и строить будут! За то, что вы Чечню не уважаете и чеченских воров, вас всех ****ь будут. Вот я лично каждого из вас раком поставлю, и будут командовать, кого в жопу ебать, а кого в рот. Вы у меня все парашу будете драи…»

Ну, мля, гадина паскудная! Мало того, что закосячил по полной, когда представлялся, так еще и ***ми обкладывает! Ну ка, получи ка ****юлей! И ему конкретно, но аккуратно навешали ****юлей. В больничку он не определился, но в мед пункт целую недельку ходил. Усмирился.

А на следующий день произошло событие, которое все из нас запомнят надолго. К нам в хату определился У Д И В И Т Е Л Ь Н Ы Й человек! Толстенький пухленький коротышка, почти старичок, с ножками колбасками и пальцами сосисками. Губки - бантиком, бровки – домиком, похож на маленького… Один его внешний вид вызвал улыбки.

«Ты кто, человече?»

«В каком смысле?»

«Ну по жизни ты кто?»

«Ааа… Я – клоун».

Бурный смех в хате.

«Да это мы уже поняли,- опять бурный смех,- мы спросили, ты по жизни чем занимаешься?»

«Я же сказал, я работаю клоуном. В детском театре».

«Ах вот даже как. Ну проходи, расскажи нам, за что у нас клоунов на сизохи определяют»

И смешной человек поведал нам свою историю.

Но прежде, чем пересказать эту историю, несколько слов об обитателях нашей хаты.

Формально, старшим по хате у нас был Геха. Пацан честный и правильный, но слишком молодой. На самом деле, старшим должен был быть Ёся. Ёся – это старый харьковский еврей, который свой первый срок взял еще при Андропове. Наши пацаны тут для прикола посчитали: когда Ёся брал свой первый срок, Геха как раз находился в состоянии зачатия. И хотя статьи у Ёси были не воровские, уважуха ему была по полной программе. Первый свой срок он получил за то, что сейчас считается респектом и козырностью: за цех, т.е. за производство какого-то там шмотья, которого в совке не было. Остальные его ходки были примерно за то же, ну плюс еще кидалово. Ну и конечно, четыре ходки – это вам не х[**] с горы, это реально очень круто. Ёсе предложили стать по хате старшим, но он отказался, сказал, что слишком стар для этого, пусть молодые порулят.

Ну и вот смешной человек рассказал нам свою историю. Ёсю она сильно заинтересовала. Ну и вышло, что Ёся нашему клоуну все по полочкам разложил. Ну, мля, чисто Эдмон Дантес и аббат Фарриа.

Кстати, хочу вам сказать, дорогие мои, порядочки в этой так называемой актерской среде царят покруче, чем в кодле отморозков-беспредельщиков.

Получил, значит, этот детский театр какой-то там то ли грант, то ли субсидию, я в этом не разбираюсь, клоун, кстати, тоже. В общем, короче, получили баблос от нашего родного государства на развитие детской культуры. И когда пришло время эти бабки тратить, паханы театра поставили старшим нашего клоуна, как самого долго проработавшего в труппе (писец, какое словечко). А тот прям ну весь засиял, решил, что коллеги ему доверие и уважение оказывают. Потом баблос, естественно, с****или, а наш клоун остался в подставке. Вот это все Ёся клоуну и разжевал. А тот в ступор впал: «Да не может такого быть! Да мы ж друг друга столько лет знаем! Это ж мои братья – актеры!» Ага, блин, братья.

«Ну, с делом твоим все понятно, теперь, может, что смешное расскажешь?»

«А что рассказать то?»

«Да хоть бы анекдот!»

И вот тут я узнал, что такое настоящий актер. Анекдотцы он рассказывал, надо сказать, по большей части с бородой, но зато рассказывал так, что хата просто кипятком ссала. А потом он стал рассказывать случаи из своей актерской жизни.

Особенно запомнилась история, как они в Уфе давали спектакль на башкирском языке. Дети были в восторге. Актеры тоже. Такой успех, да еще и на языке, которого ты не знаешь! А потом оказалось, что язык был не башкирский, а татарский! А попутно выяснилось, что если в Башкирии и есть нерусские, то они как раз таки татары, а не башкиры. От того и такой успех у детей. Паханы от башкирской культуры выкатили театру предъяву на тему дискриминации по национальному признаку… Он когда это рассказывал, да еще и с репликами клоуна на татарском языке, один чувак башкой о стену ударился, что вызвало еще больший хохот; какой-то петух на парашу провалился, тут у всех вообще из глаз слезы от смеха забрызгали; пару раз прибегали вертухаи – ломали кайф.

Не смеялся только один человек…

В общем, в хате наступили счастливые деньки. Самое тяжелое на следствии это не пресс мусорской, не неизвестность по делу, не теснота, вши и тубик, а скука. Пацаны, бывает, по полгода, а то и больше под следствием чалятся, и заняться всегда нечем. Ну, бывает ящик, колотушки, прикол какой пацаны придумают. Но все это уже давно надоело. А тут целый театр, пусть и одного актера. Ну и звать нашего нового сидельца стали не клоун, как бы следовало, а Кирилыч, т.е. просто по отчеству.

Справедливости ради надо отметить, что все-таки геморрой на свою жопу мы получили. Дело в том, что Кирилыч был не совсем адекватен. Порядков и обычаев арестантских он не знал совсем. То порывался на дальняк, когда на столе хавка стояла, то без спросу сожрет что-нибудь чужое, то еще что-нибудь. А больше всего, конечно, расстраивало, что он постоянно с пидорами контачился. Мужики поговаривали, что он у них даже угощался чем-то и с ними ручкался. Сам я и никто из пацанов ничего такого не видели, но вот как он с пидорами базарил за просто ***, вот это было - и не однократно. Если ссать во время хавки и чужие вещи трогать его довольно быстро отучили, то вот с петухами была ну просто беда. На все наши требования соблюдать обычаи арестантские он все время отвечал примерно следующее: «Ну братцы, ну что же вы такие злые, ну они ведь тоже люди».

* * *

Как то Кирилыч приболел, и сказал, что на прогулку не пойдет. Чичен к тому времени от ****юлей вроде как оправился, и обычно на прогулку ходил, а тут вдруг перед самой прогулкой возьми и заяви, что он не пойдет. Последним из хаты должен был выходить Ёся, но он почуял неладное, и сказал, что тоже останется. Тут все заволновались, но оставаться было уже поздно, вертухаи всех выгнали в коридор. Наверно, эта была самая длинная прогулка в жизни многих из обитателей той хаты…

Не надо было быть пророком, чтоб догадаться, что когда люди вернулись в хату с прогулки, они застали весьма огорчительную картину. В дальнем углу около окна на своих нарах лежал Ёся и закрывал лицо полотенцем. Посреди хаты на своих нарах на верхнем ярусе, сидел, свесив ноги, чичен, чисто, как горный орел на вершине Кавказа. А в ближнем к двери углу около параши на приступке сидел, скрючившись, Кирилыч, весь мокрый, и плакал.

«Ты что с ним сделал»?

«Все как положено сделал. Водой из параши облил».

«Зачем ты, падла, опустила доброго смешного толстяка?»

«Зачем? А затем, что я – вор. И я обычаи воровские соблюдаю. Вот этот косил по полной программе – с пидорами жрал, обнимался с ними, вытирался полотенцем пидорским. Его место у параши. Но среди вас нет воров, вы обычаи не знаете, и вы бы опустить его не дали. Но закон воровской выше вашего согласия. Мне ваше согласие и не нужно. Я и без вас знаю, что парашник должен быть на параше!»

«Ах, ты, падла! Замочу гада!!!» - В руках у Гехи не пойми откуда взялась заточка, и он с ней бросился на чичена.

«Стой, не трогай его! Он прав. Он – вор, а место парашника – у параши»,- крикнул из угла Ёся, и тут все заметили, что и на лице у него и на полотенце много крови.

«Ёся, ты что?! Это ж гадина паскудная! Его мочить надо!»

«Я сказал, не трогай! Понял? Сел и не отсвечиваешь!»

Несмотря на то, что ему сильно досталось, у старого каторжанина Ёси хватило терпения и нервов на то, чтоб не дать гаду выломиться из хаты. Ведь если б Геха с пацанами начали б его тут же мочить, во-первых, вертухаи б набежали и гадину выломили, а во-вторых, сам Геха огреб бы по полной за заточку. Другое дело – ночью.

Звериное чутье не подвело зверя, но оно ему и не помогло. Он, конечно, все равно начал ломиться. Открылась дверь, зашли вертухаи.

«В чем дело?»

«Меня притесняют и спокойно жить не дают. Вот этот, - указывает на Геху, - на меня только что с заточкой бросался!»

«Это ложь, товарищ начальник, не бросался я и не было никакой заточки, любой подтвердит». Бурный ропот одобрения.

«Почему у тебя все лицо в крови»? – вопрос к Ёсе.

«Ударился, товарищ начальник… об косяк». Опять одобрение и легкий смех.

«А ты почему весь мокрый?» Вот тут все заволновались. Если Кирилыч скажет, что его чичен опустил, то уберут гадину из хаты.

«Я это… в раковине… ну обрызгался…»

«Вы почему провокациями занимаетесь, Отбросов?»

Позже мы узнали, что мусора вряд ли бы чичена из нашей хаты вынули. Через так называемое представительство Чеченской республики Отбросов попытался откинуться, при этом это самое представительство пыталось сизошных мусоров прессовать, а, поскольку по нынешней национальной политике русские обязаны чиченам жопу лизать, чтоб те опять войну не начали, то какие то мусора получили хороших ****юлин[4].

И вот наступила долгожданная ночь…

* * *

Дорогие читатели и критики!

Данное произведение является не просто рассказом, но еще и тестом на знание арестантских норм и обычаев.

То есть, вам предстоит ответить на вопросы, что же произошло этой ночью и что сделали с чиченом Отбросовым.

Особенно я бы хотел, чтоб этот рассказ прочитали те из читателей, которые считают себя знатоками этих самых норм.

Но если вам эта тема не близка, просто попытайтесь ответить на эти вопросы так, как вам кажется правильным.

Напоминаю, данное произведение основано на реальных событиях. Я о нем узнал сразу из трех источников. По возможности, я старался ничего не придумывать. Реальными являются и те события, которые произошли той ночью.

Дискуссия о правах человека

09.05.2008

Написать эту историю я решил после прочтения «тюремных дневников» Сергея Мавроди, а точнее того эпизода, где он дискутирует с руководством изолятора по вопросам соблюдения прав человека, а именно о недопустимости просмотра жалоб, направляемых Уполномоченному по правам человека при Президенте РФ. В принципе, рекомендую прочитать его дневники, вещь интересная, правда, на мой взгляд, весьма непоказательная с точки зрения действительности, происходящей в российских тюрьмах и, в частности в СИЗО.