Возвращение к истокам

Он и помчался искать сестру, боясь, что с ней может случиться что-то плохое, все же Ирен не была приспособлена к жизни за пределами дворца. Этим и воспользовалась затаившаяся гадюка — окружила его отца лестью, затуманила разум, заставила уверить, что маги отбились от рук и их следует проучить, поставить на место. Несмотря на холодность и отчужденность, которую король показывал при других, он был довольно раним и сентиментален, глубоко внутри переживая малейшие промахи и проблемы. Ариан видел, как отец любил малышку Ирен, он оберегал ее, желал для дочери самого лучшего будущего и желательно на троне соседней страны, но, к сожалению, не умел правильно проявить свою заботу. Дочь сбежала, и предательство самого дорогого и любимого человека что-то сломило в короле — он стал везде видеть врагов и слава Великой, Ариан еще был у него в категории союзника.

Стефан как-то нашел подход к его отцу, смог возвысится и обрести влияние за столь короткий срок и это пугало, заставляло нервничать наследника трона. Он чувствовал от нелепого мага опасность, словно тот был затаившейся гадюкой, только ждавшей, чтобы выпустить свои ядовитые клыки. Вдруг советник решит избавиться от него руками короля? Убедит того, что принц задумал заговор против монарха? Ариан хорошо помнил те чувства, когда его вели на плаху, и ему совершенно не хотелось испытывать их вновь. Это, конечно, было маловероятно, но все же надо было просчитать даже самые невероятные сценарии событий.

В официальную версию событий с участием его сестры и Никеалом Ленге юноша не поверил сразу, но открыто критиковать ее не стал — все же “история” одобрена королем, а выступать против него и дарить такую легкую победу одной подколодной змее, он был не намерен. Да, Ариан посмаковал с аристократами “коварство злобных колдунов”, опечалился незавидной судьбой сестры, поругал медлительный Совет, что до сих пор не удосужился вызволить принцессу… А сам тайком договорился с Председателем Совета магов о сотрудничестве. Нет, пускай непутевая сестрица побудет в тепле и безопасности с Никериалом Ленге, пока он во дворце не перетравит всех опасных вредителей, а уж потом можно будет и вернуть принцессу, провести публичную амнистию магистра Ленге и наградить его за особые заслуги перед королевством. Отец будет не против — Ариан тоже умел убеждать, просто для этого потребовалось бы время.

Да, принц проиграл одно сражение, когда Стефан вернул во дворец Ирен, вот только негласная война лишь набрала оборот, и до ее конца еще было очень далеко.

Ариан легонько усмехнулся, представив, какой ждет сюрприз советника короля, когда тот узнает, что его личный враг жив и здоров. Но еще было не время, совсем не время ставить на доску своего нового ферзя, поэтому наследник трона обязательно позаботится о том, чтобы ни магистр, ни отец не узнали этот маленький секрет.

А потом одна гадюка захлебнется собственным ядом, а если нет, то он обязательно ей поможет отправиться в иной мир. Хороший советник — это мертвый советник. Ведь так?

***

Ирен

Если раньше дворец напоминал больше болото со своими кикиморами, жабами и цаплями, то после появления Ларсика что-то неуловимо изменилось. Мир стал ярче и дружелюбнее, а злобные шепотки, которые я слышала в коридорах со всех сторон стали столь смешны и незначимы, что и обращать на них внимания не следовало. Ларсик привнес в мою жизнь свежую струю и стал отдушиной, которой я могла выговориться и полностью довериться. Нет, брату я тоже доверяла, но в меру, ведь у каждого должны быть секреты, даже если за этим секретиком охотятся вся жрецы королевства во главе с противным Преосвященством. Да и Ариан поступил как-то странно, разболтал придворным, что подарил мне кота новой породы, которую разработал департамент магической науки специально для меня. Эту породу даже в мою честь назвали — иренскими. Вот только столь щедрый “подарок” ни один придворный не оценил, потому что новый представитель семейства кошачьих сумел за пару дней настроить против себя почти половину знатный семейств королевства.

А все почему? Потому что Ларсик хотел проявить заботу, хотя, конечно, его методы можно было растолковать двояко. Еще когда я жила в замке Ника каждое утро кот оставлял на моей подушке свой подарок — дохлую крысу, коих обитало в подземелье довольно много. К крысам я притерпелась и стала равнодушна, только вот постельное белье приходилось постоянно менять, да и терпеть противные шуточки мага на тему того, что мой кот пытался меня подкормить. Да только придворные дамы явно не были готовы к таким экстравагантным “сюрпризам”. Мой питомец не изменил себе — обследовал свои новые охотничьи угодья и стал методично подсовывать всем дохлых крыс. Дамы визжали, падали в обмороки, и верещали об извращенце, который оказывает им ужасные знаки внимания. Мужчины вздрагивали, когда “знаки внимания” оказывали и им. О коте, естественно, подумали в последнюю очередь и только тогда, когда он попался с поличным, но в защиту своего питомца скажу, что он мастерски скрывал свою партизанскую деятельность целых две недели! А до этого времени неведомого извращенца с упоением искала дворцовая стража. Я вот только понять не могла, как Ларсик умудрялся подсовывать крыс в закрытые комнаты? Или же стража была беспечна, или же мой кот настолько умен, что сумел всех перехитрить…

Когда его поймали за неблаговидным делом, то с позором, то есть, за шкирку, доставили к хозяйке, наказав больше не спускать с этого “чудовища” глаз. Я, естественно, похвалив Ларсика за правильную инициативу и “натравив” на Стефана, отпустила его на новые подвиги и они не заставили себя ждать. Все же мой кот был удивительно умен, сообразителен и горазд на разные выдумки. Вскоре королевского кота возненавидели все придворные дамы и один мерзкий советник короля.

Среди знатных дам в последнее время было модно заводить себе маленьких ручных собачек с большой непропорциональной к остальному телу головой, пучеглазыми голодными глазами, вислоухими ушами и крысиным хвостом. Леди души не чаяли в этих порождениях безумного мага, и я никогда не понимала, за что можно в них любить. Не понимал и Ларсик, особенно то, что они собаки, а не необычные крысы. Этот герой постоянно с шипением и утробным рычанием за ними гонялся, пугал до дрожи и те, естественно от страха испражнялись на своих хозяек — дамы всегда держали карликовых собачек на руках. Кота костерили, тихо ненавидели, но не смели даже и тронуть пальцем — питомец принцессы, за пинок в ненавистную морду могут и в темницу посадить.

Дошло до того, что на моего кота пожаловались Ариану! Брат, конечно, проигнорировал проблемы знати, заявив, что ему нет дела до пушистых диверсантов, и сказав, что они, кстати, должны порадоваться, что на них обратил внимание королевский любимец. Придворные, поняв прозрачный намек, замолчали — быть недовольным тому, что их выделил из толпы “почти член королевской семьи” было глупо. Но поизводив неделю придворных дам и их собачек, Ларсик затих. Установилось шаткое равновесие, которое с грохотами, криками и проклятиями оборвалось через пару дней, когда во дворец заявился магистр Стефан. Советник отца еще не знал, что его поджидал пушистый мститель, ибо все это время не появлялся во дворце, занятый своими темными делишками.

Ларсик накинулся на убийцу своего создателя, как герой из древней баллады и, по словам очевидцев, попытался снять с плешивой головы скальп. Советник орал, пытался отцепить от себя пушистое чудовище, кидался направо и налево заклятьями — разворотил целый коридор и ранил аристократов, что стали свидетелями этой сцены, но так и не задел когтистого нападающего. Прибежала стража, еле как скрутила обезумевшего от боли мага, отцепила от него шипящего кота и отправила советника в темницу за нападение на аристократов и порчу королевского имущества. После всей катавасии, Ларсика торжественно вручил мне Ариан, улыбаясь, как начищенный до блеска золотой и посоветовал не выпускать “героя” из комнаты, пока все не уляжется.

В свое русло все вернулось почти в тот же день. Король, естественно, почти сразу освободил своего потрепанного фаворита и все как будто забыли о недавнем инциденте — даже те, кто пострадал в той суматохе, делали вид, что ничего не случилось. Стефана со всеми почестями препроводили в лазарет, а отец мне поставил ультиматум: если я не могу уследить за своим питомцем, то его у меня не будет. Его Величеству нужнее был убийца и подлая крыса, чем родная дочь. Ничего удивительного.

Так и закончилась несравненная эпопея приключений бравого героя и рыцаря сера Лоренса вей фрай Франсуа. Он оставил после себя нерушимую славу, и я уверена, про него будут слагать легенды многие поколения придворных…

Вскоре прибыла делегация из страны Родрика. Помпезная церемония встречи почетных гостей прошла для меня как-то… отстраненно. Я, конечно, приветствовала вместе со всеми холеных послов, фальшиво улыбалась и говорила комплименты, словом, вела себя как благовоспитанная принцесса, никоим образом не показывая, что мне плохо, скучно и неинтересно. А как иначе, если рядом со мной всю церемонию стоял брат и неусыпно следил, чтоб его сестрица не выкинула какой-нибудь фортель. Он даже шептал мне на ушко и тыкал пальцем в спину, призывая поприветствовать и мило побеседовать вон с тем почетным господином с козлиной бородкой, который приходился двоюродным дядей наследного принца Родрика, или же занять разговором вон ту страшную леди с лошадиным лицом, которая была его троюродной сестрой по материнской линии. Все они прибыли, чтобы оценить будущую родственницу и сказать в мою сторону свое “фи”, если я им не понравлюсь. А все из-за чего? Из-за того, что я подпортила себе репутацию побегом и “заточением у темного колдуна”. Они, не стесняясь, даже потребовали заключение целителя, что я до сих пор девица. Неслыханная дерзость, которую пропустил мимо ушей мой отец! Ради этих договоров он был готов продать меня этому Родрику даже в качестве рабыни, если они побрезгуют меня забрать, как невесту наследного принца! Какое унижение!

Ариан из-за этого сильно волновался и, естественно, одергивал меня по любому поводу — будь то неосторожное слово или неправильный жест. В его представлении, я должна была быть идеальна — мне же хотелось подавиться закуской и умереть, чтобы не участвовать в этом фарсе. Вести себя как элитный товар, пытаться быть одновременно таинственной, элегантной, чувственной и невинной, уметь поддержать разговор, но в меру, чтобы не сконфузить собеседника своими слишком умными ответами — все это мне претило. К концу вечера я была уверена, что на моей спине от заботы брата образовался огромный синяк, а язык онемел от льстивых и лживых речей.

“Неусыпное око” перестало за мной следить только через пару дней, когда началась вторая часть переговоров: закончились балы и приемы, король и послы отпустили друг другу кучу лестных эпитетов, удовлетворив друг друга, так что теперь можно было поговорить о делах. Я, естественно, в этом процессе не участвовала, да и мне было не интересно знать “как упала цена на подержанный товар по имени Ирен”.

Как я не старалась себя убедить, мне было не все равно, чем могли закончиться переговоры с соседним королевством. Я волновалась, не находила себе места и постоянно думала о предстоящей свадьбе. Меня передергивало от омерзения, когда я представляла себя в объятиях Родрика, хотелось ударить его по самодовольному лицу, уязвить его завышенное самолюбие и сказать, как он мне противен! Но что я могла? Только сыпать проклятья бездушному портрету, ибо мою судьбу решали без меня за закрытыми дверями. Одна надежда была на Ариана…

Но кроме свадьбы, с которой, возможно, я могла смириться, меня волновал еще один вопрос — Стефан. Да, я обещала брату вести себя тихо и даже не глядеть в сторону этого мерзкого колдунишки, но душу жгло от праведной мести. Я не могла усидеть на месте, зная, что этот подхалим, лживый изувер и убийца безнаказанно ходит по дворцу и купается в лучах славы, но ничего не могла с этим поделать и от этого было больнее. Если же переговоры пройдут хорошо и меня с эскортом решат отправить в соседнюю страну, то я больше не смогу добраться до этой мерзости. Мне хотелось лично его уничтожить: втоптать в грязь, заставить страдать и молить о смерти, а для этого нужно было либо скорее с ним покончить, либо постараться остаться дома. Но как? Пойти против воли отца, подставив брата? Отец очень доходчиво мне объяснил, какая плата последует за необдуманные поступки. Притвориться смертельно больной? Раскусят. Может, что-нибудь сделать с собой? Глупо, тогда я сама не смогу отомстить Стефану, а к Нику в обитель Великой можно было всегда успеть.

Стефан после того случая с Ларсиком во дворце старался не появляться — зализывал раны или же отбыл по своим темным делишкам, и подловить его в коридоре не получалось. Из меня выходила никудышная мстительница, и я вСерьез стала задумываться о том, чтобы зажать его в темном уголке и задушить шнуром от гардин, даже нашла подходящий инструмент и манекен для отработки смертельного захвата… но, к сожалению, меня за этим занятием застал брат и отнял шнур. Предатель. Хотела вновь натравить на него кота, но вовремя одумалась. Вдруг мое солнышко пострадает? Нет, я знала, что мой котик может превратиться в зубастое и клыкастое нечто и постоять за себя, но все равно за жизнь питомца было боязно.

На улице стоял конец весны, и нежные дуновения лета уже пронизывали проснувшуюся ото сна природу. В дворцовом саду, конечно, еще не распустились цветы, посаженные садовниками, но земля покрылась ярким зеленым ковром, деревья накинули листву, а воздух наполнился терпким ароматом трав и свежести. Пели трели птицы, вернувшиеся с южных краев, жужжали пчелы, собирая первый урожай с солнечных одуванчиков, слышен был звук секатора — садовники стригли кусты. Солнце еще не вошло в полную силу и не припекало, дул легкий ветерок, принося с собой соблазнительные запахи из дворцовой кухни. Мне всегда лучше думалось на природе, она дарила умиротворение и свободу мысли. Да и я, если честно, в такие моменты чувствовала себя намного свободнее — не думала о клетке, в которую меня посадил отец, моя душа словно путешествовала по неведомым краям: бесконечным полям, лесам и устремлялась к замку Ника. Как же я сильно хотела увидеть его сад, укрытый зеленью, узреть самого мага, читающего книгу, сидя на скамейке, узнать, что те ужасные события были лишь кошмарным сном, дотянуться до него рукой, почувствовать тепло…. Но сейчас я полностью сосредоточилась на одном — на мести.

И вот, прогуливаясь по саду и размышляя, как мне лучше сжить со свету фаворита отца, внезапно я увидела Ларсика. Мой наглый кот, наплевав на свою безопасность, открыто прошел мимо, даже не взглянув на свою хозяйку. Я удивленно проводила его взглядом, пока пушистый хвост не скрылся за кустом сирени. Стефан вмиг забылся, полностью замененный новой напастью. Я все никак не могла понять, как Ларсик выбрался из запертой комнаты, ведь не меньше получаса назад я ее запирала лично и наказывала питомцу не балагурить!

Может, служанка выпустила? Но ей тоже было сказано, чем для нее могла закончиться ее безалаберность по отношению к безопасности кота принцессы…

Пылая невиданной ранее решимостью, я направилась прямиком за этим негодником, намереваясь поймать и отнести обратно в безопасное место! А потом оторвать голову этой дуре-служанке! Тоже мне удумала, ослушаться приказа госпожи! Совсем распоясались! И эти фрейлины, и служанки, и кот, и этот недосоветник!!!

Я залезла вслед за Ларсиком в раскидистый куст сирени и намеревалась вытащить из него негодного кота. Пробравшись довольно глубоко, я вдруг услышала:

— Пшел прочь от меня, паршивец!

Мимо меня как ошпаренный пронесся Ларсик, а я замерла, навострив уши. Сердце пропустило удар, а по спине прошелся холодок, ибо я узнала голос говорившего, а дальнейшая фраза его собеседника только подтвердила догадку.

— И чем же вам не угодил обычный кот, магистр Стефан?

— Это не кот, — прошипел не хуже гадюки советник отца, — а отродье Настерревиля! Эта дура натравила его на меня, и теперь он меня постоянно преследует!

— Кот? Преследует? — в бархатистом голосе собеседника Стефана послышались насмешливые нотки. — Стефан, милый, у тебя паранойя? И даже, если тебе не угодил кот, не легче от него избавиться? Не вижу проблем.

— Чтобы вместо кота за мной следила эта полоумная девка? Все равно я скоро избавлюсь и от нее, и от кота, осталось лишь немного потерпеть.

— А как же ее брат?

Стефан хохотнул:

— Посмотрим, как он пойдет против воли монарха. Этот щенок слишком правильный, послушный, чтобы огорчать своего папку. — последовала небольшая пауза. — Но ты же сюда заявился не для того, чтобы слушать мое ворчание? Чего тебе надо?

— Да так, — уклонился от ответа он, — пришел на тебя посмотреть, а то, боюсь, скоро забуду твой прекрасный лик, мой милый.

Послышалось странное копошение и что-то похожее на воркование голубков. Я покраснела, конечно, из кустов было не очень слышно, что они там шептали друг другу, но все было ясно и без слов. Я уж было хотела оставить наедине эту странную парочку, как … эм… любовник Стефана вновь стал говорить.

— Ты так исхудал, — в его голосе послышались заботливые нотки, — осунулся. Брось ты этот артефакт, я тебе достану другой и намного лучше.

— Это же слезы Элисень! — в шепоте Стефана послышались благоговейные нотки, словно он преклонялся даже от самого название святыни. — Божественный артефакт! Представляешь, какую мощь мне даст артефакт с таким рангом силы? Я его искал больше двадцати лет, а ты говоришь бросить. Тьфу!

Советник сплюнул.

— Говорят, он проклят…

— Ты опять об этом? — заворчал маг. — Это все глупые предрассудки.

— Но все, кто им владели, умерли… Даже этот Никериал пал жерт… — и, видно, что-то увидев в лице советника, сразу стал оправдываться. — Ну хорошо-хорошо, я не буду больше упоминать имя этого… мм… недоразумения. Может, у него и вправду не было артефакта, и он умер из-за своей глупости.

— Вот именно, глупости! — злорадно подтвердил Стефан. — А если бы пошел сразу на сотрудничество, то остался бы живым! Все ж, несмотря на то, как я не выношу и его, и этого подонка Гарриуса, он был полезней живым.

— Даже так? — усмехнулся его собеседник и с обидой в голосе, проворковал. — Ты смотри, милый, еще одно слово про Никериала, и я начну ревновать. А то в последнее время постоянно от тебя слышу: “Никериал то, Никериал се”.

— А сам-то? Крутился возле него как влюбленная девчонка, тошно было на это смотреть!

Послышался смешок и второй мужчина промурлыкал:

— Ну я же старался ради тебя, мой сладкий, — от этого обращения меня передернуло. — Ты же знаешь, информация правит миром.

— Я не знаю, на чьей ты стороне, — прошипел магистр, — скажи, — его слова опустились до еле слышного шепота, — ты верен мне?

Стефан замолчал, послышался шорох и звуки… поцелуев? Щеки предательски заалели, стало жарко, а воображение уже рисовала непристойные картинки, от которых мне было как никогда стыдно. Меня всю трясло от страха, волнения и… я даже не могла полностью понять свои эмоции, так было неожиданно слышать этот разговор. Я закрыла ладонями свой рот, чтобы не приведи Великая, услышали мои стучащие зубы, и старалась не шевелиться, чтобы случайно не задеть ветку, которая мигом сможет раскрыть мое убежище в кустах сирени.

— Мне пора, — неохотно оторвался от своего собеседника Стефан и недовольно добавил. — Надо идти на переговоры и продать подороже эту блудную девку соседнему королевству.

— Я буду скучать, — протянул его любовник и куда-то смачно чмокнул его на прощание.

Послышался шелест мантии, и я словно почувствовала кожей, как Стефан прошел мимо моего куста. Сердце пропустило удар, руки затряслись с новой силой. Я была уверена, что если меня заметят, то мне не жить, слишком многое я случайно узнала, а невольных свидетелей редко оставляют в живых, даже если они королевской крови. Здесь веяло опасностью. Я замерла, моля все святых, чтобы и собеседник советника также быстро ушел, как и он сам.

Мужчина немного постоял на месте, видно провожая взглядом своего возлюбленного, сокрушительно вздохнул, и я услышала его тихие шаги, словно он шел неспешна, вразвалочку. Подождав, когда звук шагов стихнет, и плюс пару минут для верности, я решила выбираться из своего импровизированного убежища.

Резко раздвинув ветки с обильной зеленью, я отшатнулась, увидев радостное лицо незнакомца.

— Ку-ку, — широко улыбаясь, произнес он. Мое Сердце рухнуло вниз, я на негнущихся ногах попятилась назад, уверенная, что сейчас меня будут убивать. Я даже открыла рот, чтобы закричать, но его ладонь резко перекрыла мне дыхательные пути. Мужчина рывком затащил меня в кусты, крепко сжав в своих объятьях.

— Как же нехорошо подслушивать, — все также насмешливо произнес он, игнорируя мои вялые попытки вырваться. Он был силен, а я словно ослабнув от страха, никак не могла заставить себя бороться.

Я смогла рассмотреть его лицо. Любовник советника был красив, да так, что у меня на мгновение перехватило дыхание. У него были округлые женские черты лица, бездонные темные глаза и рыжеватые локоны, волной ниспадающие ему на плечи. И пахло от него приятно — какими-то цветочными духами.

Он отпустил меня и приложил к моим губам указательный палец, призывая к молчанию. Я подчинилась, потому что в этот момент образ красавца поблек и словно растворился, а передо мной появился знакомый человек: длинные синие волосы, зеленые глаза, нелепый яркий макияж… Я ахнула — это был магистр Микио!

— Как… — с возмущением начала говорить я, но меня грубо перебили, вновь закрыв ладонью рот.

— Я же просил помолчать, — с укоризной прошептал Микио и пригладил свободной рукой мои растрепанные волосы. — А помните, мы также стояли: вы угрожали меня убить, прижимая к горлу нож, я не понимал за что… Забавно, но сейчас мы поменялись ролями. Я рад, а вы?

— Убьете? — лишь смогла выдохнуть я, когда он вновь позволил мне говорить. Все мое возмущение, весь страх куда-то подевались, оставив за собой лишь обреченность. Я чувствовала себя преданной и оплеванной. Как я могла поверить этому человеку, как Ники мог ему поверить, если при первой же возможности он ушел к Стефану! Нет, он шпионил на него, был подлой крысой, которая затесалась в компанию к магу!

— Да нет, — пожал плечами иллюзионист, — отпущу. Скажу лишь одно — не вся та правда, что видится.

— Что?

— Пока-а, — он помахал мне рукой и резко вылез и кустов, на ходу накидывая на себя личину того паренька. Миг — и от него и след простыл.

Я шокировано замерла.

Что это сейчас было?!

Сердце стучало как заведенное, я чувствовала, что еще миг — и упаду в спасительный обморок. Слишком много было потрясений за этот день, слишком много знаний…. Искать кота резко расхотелось, Стефана — тем более, я желала лишь одного — прийти к себе в комнату, лечь на кровать и спрятаться под одеялом от всех сумасшедших интриганов, злобных советников и негодных котов.

Немного успокоившись и начав размышлять здраво, я первым же делом кинулась к страже, что дежурила в саду и поинтересовалась, не видели ли они того красивого парня, в личине которого приходил магистр Микио? Стражники не видели, зато заметили магистра Стефана, который разговаривал с очаровательной аристократкой, которая трогательно прижавшись к плечу советника, кокетливо говорила ему что-то на ушко.

Поняв, что даже если бы “аристократкой” был иллюзионист, от стражи я большего добиться не смогу, я направилась во дворец. Сперва я хотела рассказать обо всем брату, но немного поразмыслив, передумала. Неизвестно, что предпримет Ариан, а время я упущу и вряд ли когда-нибудь мне представиться возможность все выяснить. Микио не стал мне угрожать и мирно отпустил, следовательно, он мне не враг и, возможно, до сих пор находится на стороне Ника. Хотя я, конечно, могла ошибаться, но только Сердце подсказывало, что я на правильном пути.

Я глубоко вздохнула, прибавив шагу. События последних дней начали развиваться так стремительно, что я боялась что-нибудь упустить, отстать и быть ведомой, которая ничего не сможет предпринять, лишь подчиниться. Времени было все меньше, вопросов больше и я не знала, кому верить — все преследовали только свою выгоду и явно пытались меня использовать.

Расспрашивая о таинственной незнакомке дворян и слуг, которые мне встречались по пути, я как королевская ищейка из ведомства дознавателей, пошла по ее следу. Конечно, многие ее не видели, другие не предали значения, третьи — отмахнулись, но по крупицам, плутая по закоулкам королевского дворца, я чувствовала, что иду в верном направлении.

Не знаю, может меня привело в то место чутье, а может, мелькнувший в дверях пушистый хвост кота, но я оказалась на пороге Королевской Библиотеки. Интуиция говорила, что еще чуть-чуть и я раскрою одну из важнейших тайн, если найду в себе силы войти внутрь, найти магистра Микио и подробно расспросить его обо всем. Я чувствовала, что от меня скрывали что-то важное, но никак не могла понять, что именно. Я знала, что магистр ведал об этой тайне, но по какой-то причине не смог или не захотел ее мне раскрыть. Но… но я должна была ее узнать, обязательно должна!

В библиотеке было также тихо, спокойно и пахло старыми книгами. Ворсистый ковер под ногами приглушал мои шаги, массивные настенные часы пробили ровно три часа дня, а где-то в глубине рядов дубовых стеллажей раздался еле слышный звук отодвигаемой лестницы на колесиках, с помощью которой можно было достать любой том даже с самой верхней полки.

В читальном зале сегодня оказалось пусто, хотя здесь всегда, даже в ранние часы были посетители и это меня обрадовало — лишние свидетели были ни к чему. Пройдя мимо читального зала, я вступила в царство стеллажей и пыльных фолиантов. Позвать на помощь Хранителя библиотеки или же его помощников я не стала, да и их, если честно, не было поблизости.

Библиотека всегда представлялась мне местом, в котором можно было легко заблудиться. В детстве, бродя между огромных дубовых стеллажей, которые, как мне казалось, касались сводов, я представляла, что иду по темному и страшному лабиринту, полному монстров и тайн. Это небольшое приключение захватывало, погружаясь в надуманные фантазии, я все искала центр лабиринта, чтобы сразиться со страшным Хранителем библиотеки и заполучить у него сокровища и, может быть, прекрасного принца. Признаться, в своем путешествии я нашла только злого Хранителя, который шипя, не хуже монстра, сказал, что священная библиотека не место для игр. Напугал он меня тогда знатно и напрочь отбил желание идти в библиотеку вновь — мне казалось, что этот старикашка меня поймает, утащит вглубь библиотеки и съест!

Да еще Ариан, вместо того, чтобы поддержать сестру, накручивал — говорил, что книги, на самом деле, это пропавшие дети, превращенные в них злобным Хранителем. Книг в библиотеке было очень много, и я тогда сильно боялась, что библиотекарь схватит меня и я стану какой-нибудь книжкой на самой верхней полке, и не Ариан, и отец меня никогда не найдут.

— Вы что-то ищете?

Внезапно из стеллажа, изрядно меня напугав, показался низенький старичок, с огромной кипой книг, которые ему доставали чуть ли не до кончика носа. А вот и первый монстр библиотеки.

— Да нет, — отмахнулась от него я и уже направилась дальше, как уловила шальную мысль — а вдруг он именно тот, кто мне нужен? Я обернулась, внимательно глянув на старичка, и задумчиво проговорила. — А как давно вы служите во дворце? Не могу припомнить вашего лица…

После тех фокусов, что творил магистр, притворяясь то мной, то маленькой девочкой, я была уверена, что магистр решил меня перехитрить, накинув на себя иллюзию старика. Тем более, что этого помощника Хранителя знания я и вправду раньше не видела. Конечно, я могла и не запомнить всех слуг, но все, кто мне раньше встречались в библиотеке, были молоды или же средних лет, а никак не сменили восьмой десяток.

Мне, наверное, показалось, но я увидела, как грозно сверкнули в полутьме его очки половинки. Библиотекарь, возмущенно попыхтев, гордо приосанился и заявил:

— Миледи, я прислуживаю в этой обители больше полувека и застал коронацию Его Величества Рафиуса Келионендорского! — он внезапно осенил себя жестом Великой и пробормотал себе под нос. — Покойтесь с миром, мой король.

Я критично его осмотрела и пожала плечами:

— Все равно не помню. — Тебе не обмануть меня, лживый маг! — А ну немедленно говорите, кто вы на самом деле!

А лучше признайтесь, что вы на самом деле магистр Микио!

— Что за невежество, — буркнул “Микио” и попытался обойти меня. Я загородила ему дорогу, не давая сбежать.

— Как вы разговариваете с принцессой! — осадила я этого наглеца. Точно он! Ведь слуги и работники библиотеки всегда разговаривали со мной вежливо, как положено по моему статусу. — Вас не учили манерам? Извинитесь немедленно!

Он исподлобья на меня глянул, развернулся и зашагал в обратном направлении! Нахал!

— Эй! Вы куда направились!

— Подальше от невоспитанной девки, — буркнул тот.

Я задохнулась от возмущения:

— Но я воспитанная! Это вы… вы… — я пошла за ним следом. — Да признайтесь же, что вы не тот, за кого себя выдаете!

Библиотекарь пропустил мимо ушей мое праведное негодование. Я стиснула кулаки, ни на секунду не намереваясь сдаваться и стремясь призвать к ответу, попутно, естественно, раскрыв в нем иллюзиониста. К сожалению, и то, и другое выходило у меня не шибко хорошо — обогнать и перегородить путь старику я не могла, потому что проход был слишком узкий и этот наглец постоянно мешал мне пройти вперед, а мои гневные реплики работник библиотеки пропускал мимо ушей. Конечно, можно было его за рукав или воротник, но это было как-то неудобно… и все же он пожилой человек… то есть, в личине пожилого человека, да и у него в руках тяжелые книги…

Шли мы минут десять, а когда работник библиотеки вышел к столам читательского зала, мой энтузиазм и запал уже поутихли, я стала чувствовать себя неуютно и неловко, а то, что передо мной был Микио, мне уже самой не верилось. Отстав от противного старика, я села за ближайший стул и спрятала лицо в ладонях, не зная, что делать дальше. Больше идей, где искать Микио у меня не было. По-хорошему, следовало сдаться, но вслух произнести это мне не хватало духа и упрямства… Великая, за что ты со мной так жестоко играешь?

Рядом раздалось чье-то покашливание. Я посмотрела в ту сторону и тяжело вздохнула — это был тот старик, но уже без книг. Смотрел он на меня подчеркнуто вежливо, но уже без неприязни, которая сквозила в его взгляде еще некоторое время назад.